Twilight and Philosophy / Сумерки и философия: PART ONE. TWILIGHT. Chapter I YOU LOOK GOOD ENOUGH TO EAT: LOVE, MADNESS, AND THE FOOD ANALOGY George A. Dunn

"В любви всегда есть немного безумия. Но и в безумии всегда есть немного разума."
Фридрих Ницше.

Vovka 13.12.10 в 17:13

Эдвард Каллен просто обречен. Новенькая в классе, которая сидит рядом с ним, выглядит- и что может быть хуже-пахнет довольно аппетитно. Более того,бродя по всей земле на протяжении века, Эдвард никогда не познавал настолько опьяняющего аромата. Вдыхая этот аромат, в плену оказался весь его рассудок. Его здравомыслие вот-вот исчезнет вместе с той сдержанностью и воспитанностью, которые он так долго в себе развивал.

bojena 13.12.10 в 18:02

Все, о чем он может думать, чтобы он хотел сделать с этой девушкой, как только однажды доберется до нее — и что он сделает, если это случится. Ослепленный и ошарашенный этим внезапным повышением аппетита, он способен контролировать себя достаточно долго, до тех пор, пока не хлопнув дверью сможет отправиться на Аляску, где пара дней прохладного горного воздуха, производит работу длительного холодного душа, отрезвляя и охлаждая его.

qwebek 16.12.10 в 10:34

Философия требует бесстрашного посвящения истине, так что давайте будем полностью честны друг с другом прямо здесь, в самом начале: У кого из нас не было такого опыта? Конечно не такими были ваши замыслы как у Эдварда - вкусный торт сидит рядом с вами на уроке биологии (или на любом другом). Не дай Бог! Но нет ни одного среди нас, кто не имеет по крайней мере некоторую оценку того, что переживает этот бедный парень

Natka79 30.01.11 в 10:57

Кто не попадал в засаду своих желаний таких сильных, что становится практически невозможно скрывать их присутствие, не говоря уже о сопротивлении их развитию в любом направлении, независимо от того куда вы хотели бы их направить. Воспротивьтесь всему, чего вы желаете, но, я думаю, Вы точно знаете, о чем я говорю. Если Вы продолжаете отрицать, что Вами никогда не овладевал глупый и внезапный прилив желания, тогда лучшее что я могу сказать, что Вы не самый перспективный кандидат на изучение философии - по крайней мере не согласно древнегреческому философу Платону (428-348 в.д.э.), к которому мы обратимся в ближайшее время.

Natka79 30.01.11 в 08:50

"Извини за аналогию с едой" - Как вам нравится? На первый взгляд опыт Эдварда кажется чем-то совершенно уникальным для особей его вида, то как запах крови Беллы Свон манит его и нет ничего странного, в его желании употребить её. "Прости за аналогию с едой" говорит он Белле, когда его неуклюжая попытка объяснить своё хамское поведение по отношению к ней в день встречи заканчивается сравнением её с мороженым. Конечно, для большинства из нас это было бы не более чем просто аналогия. Прелестная сладость, сидящая рядом с Вами в классе, кусок торта, и Вам невероятно хочется откусить от него. Но есть что-то немного неискреннее в попытке Эдварда сослаться на аналогию с пищей, поскольку он действительно желал сделать Беллу едой.

Natka79 30.01.11 в 10:22

Опыт Эдварда не совсем необычен для нас, поскольку эротические и романтические желания действительно, кажется, имеют нечто общее с физическим голодом. И кто может усомниться , что эта пищевая аналогия - способ питания вампира его жертвой может послужить метафорой для любовного завоевания - является значительной частью эротизма вымысла вампира? Что ещё это может быть?

Natka79 30.01.11 в 10:50

Нет ничего неотъемлемо сексуального в сотнях лет (или даже более нежном возрасте Эдварда, только сто восемнадцать лет) и поддержании постоянной температуры тела. Но есть что-то несомненно эротическое и интимное в способе питания вампира, не говоря уже о соблазнительном животном магнетизме который он излучает, с помощью которого он легко очаровывает своих жертв, подчиняет их своей воле, заставляет обнажить свое горло. Конечно, в саге "Сумерки", Белла - тот кто постоянно пытается сломить колеблющегося Эдварда - ребристое сопротивление. Но мальчик Каллен является специфически честным кровопийцей.

Natka79 30.01.11 в 11:27

В любом случае, может не случайно, что язык пищи предлагает богатый и удачный запас метафор для описания нашего опыта в, казалось бы, очень разных областях секса и романтики. Без сомнения, частично дело в том, что еда является одним из наиболее интенсивных чувственных удовольствий. Мы восхищаемся внешним видом, ароматом и вкусом нашей пищи. Наши мышцы занимаются приятной чувственной деятельностью: кусают, жуют и глотают каждый лакомый кусочек.

Natka79 03.02.11 в 08:12

Как только мы пережевываем пищу и проглатываем её, наш довольный желудок посылает нам через мозг чувство глубокого удовлетворения во все остальные части тела. Каждый шаг этого процесса приносит свой собственный, особый вид удовольствия, так что это является хорошей причиной того, что еда и питьё связаны с весельем. Для новорожденных, как человеческих так и вампиров, чувственное удовольствие от кормления предлагает нам наш самый ранний опыт удовлетворения, обеспечения места питания, как одного из наших принципов парадигмы глубокой плотской радости.

Natka79 03.02.11 в 08:58

И по счастливому совпадению, еда - это основная деятельности, которая поддерживает радостный пульс жизни! Дает нам жизнь. Природа повелевает нам есть, мы едим и природа вознаграждает нас за повиновение., она доставляет нам подлинное удовольствие от еды. Наш сексуальный аппетит походит на это, это природная потребность восхищения нами. И в голоде, и в эротических желания, силы природы очень сильный союзник, они являются приманкой, обещающей удовольствие.

Natka79 03.02.11 в 11:41

Конечно, аналогии несовершенны. Поедание заканчивается уничтожением объекта нашего удовольствия, или, по крайней мере, окончанием его существования как самостоятельной сущности, превращает его в часть нашей собственной плоти. Любовники, с другой стороны, никогда не становятся одной плотью, однако они плотно цепляются друг за друга. Тем не менее мир полон хищных аморальных личностей, которые используют всех на своем пути, пожирают чужую пищу, показывая как мало значит для них благосостояние их партнёров. Так же лев относится к овечке.

Natka79 09.02.11 в 07:45

Но даже если мы будем следовать за галантным примером Эдварда - Лев влюбился в Овечку - и признаем, что наш объект любви имеет свои собственные потребности и интересы, которые устанавливают ограничения тому как далеко мы можем зайти в потакании нашим желаниям, в силе остается утверждение, что любая форма чувственного наслаждения имеет сходство с удовольствием от еды. Наслаждение всегда является вопросом "впитывания" или "заполнения" ощущениями, которые, по существу, частные или одиночные по происхождению, даже если если источник наслаждения является совместной деятельностью, подобно занятию любовью. Кроме того мы можем получить такое всепоглощающее удовольствие, что ничего кроме него не будет иметь значения.

Natka79 09.02.11 в 09:26

Даже благопристойный Эдвард должен признать, что его тяга к Белле - по-существу, эгоизм, мотивированный желанием праздника её красоты и аромата, чувственного банкета, ради которого он готов рискнуть жизнью своей возлюбленной.

Natka79 09.02.11 в 09:38

"Что я считаю правильным... и чего действительно хочу"

Natka79 30.01.11 в 07:31

На обложке книги Сумерки изображены протянутые руки сжимающие ярко-красное яблоко, в результате чего на ум приходит другая известная связь между пищей и влюбленностью, этот образ глубоко укоренился в сознании Запада. Большинство из нас знакомо с историей грехопадения человечества, обнаруженной нами в Ветхом завете Библии, которая рассказывает, как первые мужчина и женщина потеряли свою детскую невинность и были изгнаны из Рая за неподчинение Божьему повелению не вкушать плодов с "древа познания добра и зла" (Бытие 2:17). Библия, конечно, никогда прямо не определяла "запретный плод" как яблоко.

Natka79 17.03.11 в 06:08

Но, возможно, в связи с тем, что яблоки в греческой мифологии указаны как катализаторы желания и раздора, кто-то предположил, что именно яблоко стало наиболее вероятным виновником событий в Ветхом завете и идея укоренилась. Библия никогда напрямую не указывает похоть как один из факторов падения человечества. Но это не удержало многих ранних теологов, настаивающих, что "познание добра и зла", данное запретным плодом, имело отношение к плотскому познанию, внезапному открытию Адамом и Евой своей наготы. Следовательно, запретное желание связывается с тех пор с большим и сочным куском Яблока.

Natka79 17.03.11 в 06:26

Когда средневековые христианские теологи, например Фома Аквинский (1224 - 1274) размышляли над этой тематикой, они были уверены, что таким образом мы были предупреждены об опасностях так называемой конкупиценции (латынь), либо вожделения. Они выбрали это слово для обозначения абсолютно естественного и спонтанного движения желания в ннаправлении приносящих физическое удовольствие вещей, в частности еды и секса. Конечно, по своей природе нет ничего плохого в таких объектах желания. Фактически, Аквинский настаивал, что они являются необходимыми и положительными, но - и это существенная характеристика - до тех пор, пока мы стремимся к ним не только ради удовольствия, но скорее ради тех целей, для которых, как он считал, Бог их изобрел, в частности насыщать наше тело и воспроизводить потомство. При выходе за рамки сознания и благоразумности, эти вожделения становятся почвой для развития греховных желаний, таких как похоть и чревоугодие. Аквинский классифицировал вожделение как форму любви, но разграничивал ее от дружеского расположения тем, что объект конкупиценции "любим, но не то что бы к нему может придти добро, но его можно подчинить власти". Наше желание питаться также конкупицентно, так как мы заинтересованы в получении питательных веществ и наслаждении, получаемом для самих себя. Эротические желания также конкупицентны, поскольку преследуют своей целью получение наслаждения.

Anjelika9 16.09.11 в 05:34

Конкупицентные желания мощны, доставляют удовольствие, и - с точки зрения Аквинского и других христианских моралистов - не доставляют ничего, кроме неприятностей, если они начинают доминировать над личностью. Они не только толкают нас в сторону неумеренных и приносящих вред форм потакания своим слабостям, но когда мы начинаем рассматривать других людей исключительно через деформирующую призму сладострастия, мы приходим к тому, что упрощаем мир всего лишь до объектов, которые надо потребить либо насладиться ими. И примерно в таком же ракурсе рассматривают нас все вампиры из клана Калленов. "Самопередвижной набор еды" - это любимое описание человеческих существ, данное Спайком из "Баффи - убийца вампиров", еще одна аналогия про еду вампиров. Для пугающей кртинки того, как Аквинский мог представлять себе чистое, необузданное "сластолюбие на ногах", нам нужно просто посмотреть на новорожденных вампиров в сериях Сумерки. Они, как говорит об этом Эдвард, "жаждут крови, дикие, неконтролируемые". Если эти бешеные аморальные аппетиты, вышедшие из-под контроля, это то, чем становится желание, будучи оставленным без присмотра нашей лучшей рациональной природой, тогда давайте управлять этими укрепленными бастионами разумно.

Anjelika9 16.09.11 в 05:34

Однажды будучи в спальне Беллы, Эдвард обнаружил, что он колеблется как раз на верху таких бастионов. Ранее в тот же день он обнаружил, что имеет соперника в лице Майка Ньютона и последовавшее чувство ревности привело к разжиганию желания к Белле до того момента, что ворваться к ней показалось вполне разумной и хорошей идеей. В ту ночь он совершил первую такую вылазку, которые затем стали регулярными, в спальню Беллы, чтобы шпионить за возлюбленной, пока она спит. Позже он объяснил Белле, какие мысли были в его голове, когда он делал это: "Я боролся всю ночь, наблюдая как ты спишь, с разногласиями между тем, что, как я знал, было правильным, моральным, этичным, и тем, чего я хотел. Я знал, что если продолжу тебя игнорировать как и должен был, или если оставлю тебя на несколько лет, пока ты не уйдешь, то когда-нибудь ты согласишься быть с Майком или кем-то наподобие него".

Anjelika9 16.09.11 в 05:34

Мы все знаем, что это не будет Майк Ньютон или даже кто-то наподобие него, кто завоевал бы сердце Беллы, не появись в ее жизни Эдвард. Но как бы ни ошибался Эдвард насчет этого соперничества, его изнурительная внутренняя борьба была очень мощной. Аквинский несомненно описал бы ее как сражение между сладострастием ("что я хочу") и совестью ("что я считаю правильным"). Огромная власть конкуписценции продемонстрирована тем фактом, что услышав, как Белла бормочет его имя во сне, он моментально убедился в необходимости отбросить совесть назад и ступить в борьбу за приз.

Anjelika9 13.10.11 в 04:17

Сократы-вампиры
После всех этих разговоров насчет развратных аппетитов, вынуждающих нас делать вещи, которые по сути глупы и неправильны, мы наконец-то готовы, чтобы ознакомиться с Платоном, одним из величайших философов всех времен, чтобы поразмыслить над проблемой желания. Одна из важных постоянных тематик всей философии Платона - это феномен, которые греки называли "эрос", слово со значением, которое в некотором роде частично совпадает с латинской "конкуписценцией", но содержит в себе даже более сильный скрытый смысл иррациональности. Эрос это греческое слово для страстного желания, типично, но необязательно сексуального по природе и часто ассоциируемого с сумасшествием. Например, когда древнегреческий историк Тусидид (460 - 395 до н.э.) описал похоть для иностранной империи, которая охватила жителей Афин, когда их умы захватило завоевание острова Сицилии, он называл эту похоть их эросом. Он ткже предполагал, что эта чрезмерная страсть нанесла ущерб их разумности и прямо привела к поражению от рук спартанцев в Пелопоннесской войне.

Anjelika9 13.10.11 в 04:17

Мы можем сравнить афинскую безрассудно храбрую экспедицию с другим - и особенно омерзительным - выражением эроса, которое мы встречаем в сериях Сумерки: бесхистростная навязчивая идея Джеймса выследить и убить Беллу, которая втягивает его в безрассудное поведение, которым он навлекает себе гибель. Наиболее часто эрос ассоциируется с любовной страстью либо с интенсивной секуальной похотью. Но как мы увидели из примера Эдварда, Беллы, Джейкоба Блэка, Лии Клеаруотер и других постоянно несчастных действующих лиц городков Фокс и ЛаПуш, даже казалось бы более благоприятные формы эроса могут сбить разум с толку и причинить ущерб эмоциям.

Anjelika9 13.10.11 в 04:17

Неудивительно поэтому, что некоторые греческие мыслители относились к эросу, как к угрозе. С учетом стремления философов к разумному обоснованию и причисления эрося к иррациональной силе, мы можем предположить, что философ Платон будет в числе предупреждающих нас не допускать эрос в качестве точки опоры для души. Но напротив! Платон, никогда не отрицавший, что эрос может быть формой сумасшествия, представляет удивительную точку зрения, что сумасшествие не обязательно плохо, даже заявляя, что "величайшие из лучших вещей приходят к нам через безумие, при условии только, что оно имеет божественую природу".

Anjelika9 13.10.11 в 04:17

Это слова, которые Платон приписывает Сократу (470 - 399 до н.э.), другому философу, которые по мнению окружающих выказывал легкий налет безумия и которого Платон представлял как основного собеседника (либо партнера по разговорам) в огромном количестве (почти 3 с половинй сотни) философских диалогов, авторство которых приписано ему. В некоторых из этих диалогов - если точнее, Федрус и Симпозиум - страстная любовь выступает основной темой разговоров, хотя эрос включен как дополнительная тематика во многих других текстах сочинений Платона, отражая его убеждения в том, что любой опыт, настолько огромный и универсальный, должен обязательно открыть нечто фундаментальное о состоянии людей.

Anjelika9 13.10.11 в 04:17

Платон судя по всему унаследовал интерес к эросу от Сократа, которого он процитировал в своем диалоге заявляющим, что он "ничего не знает, кроме любви", что по-гречески звучит как эротика. Большинство книг по древней философии скажут вам, что Сократ был учителем либо наставником Платона, но фактически их отношения похоже базировались на чем-то более глубоком, более загадочном и возможно далее более эротичном чем это. Будет более близким к правде назвать Сократа "il suo cantante", певец Платона, в том же смысле по авторству Волтурия, как он описывает Беллу по отношению к Эдварду как "la tua cantante".

Anjelika9 13.10.11 в 04:18

Потому что слова Сократа поют Платону - и не только ему одному - в тех же самых захватывающих мотивах, что и кровь Беллы поет Эдварду. Не то чтобы Платон и Сократ спали друг с другом. Не сушествует доказательств, что Сократ спал с кем либо из молодых людей, которые толпились вокруг него, чтобы послушать его философские рассуждения, однако возможно, что некоторые из них этого желали. В этом отношении он так же непорочен, как и Эдвард до принятия брачных клятв. Что касается юных воздыхателей Сократа, большинство из них наверняка чувствовали себя как Белла, разбуженная от ступора будничного существования столкновением с ослепляюще харизматичной фигурой, которая многим из них казалась абсолютно неземной.

Anjelika9 13.10.11 в 04:18

Одним из этих поклонников был привлекательный и шаловливый Альчибиад (450-404 до н.э.), который, будучи самым выдающимся и желанным мужиной Афин, был до безумия влюблен в Сократа. Платон описывал, как бедный Альчибиад чувствовал себя настолько плененным Сократом, что обвинял того в лицо, что он как сатир Марсиас, играющий на флейте, - мифическое существо, чья музыка, как утверждает легенда, оставляла слушателей ошеломленными. "Ты отличаешься от него только в том, - говорил Альчибиад Сократу, - что ты достигаешь того же результата просто словами без инструмента".

Anjelika9 13.10.11 в 04:18

31
Несмотря на отсутствие внешней красоты и грации вампиров как у Калленов, Сократ все же многим кажется кровососом. Даже философ 19-го века Сюрен Кьеркегор (1813- 1855), услышавший "зов флейты старого сатира" сквозь века, написал, что Сократ был для своих юных обожателей как "вампир, который высосал кровь из любовника и в процессе этого охладил его пыл, убаюкал его и начал мучать волнующими снами". Но был ли Сократ вампиром-дьяволом, зависит только от того, кого вы спросите.

Anjelika9 13.10.11 в 04:18

Несмотря на отсутствие внешней красоты и грации вампиров как у Калленов, Сократ все же многим кажется кровососом. Даже философ 19-го века Сюрен Кьеркегор (1813- 1855), услышавший "зов флейты старого сатира" сквозь века, написал, что Сократ был для своих юных обожателей как "вампир, который высосал кровь из любовника и в процессе этого охладил его пыл, убаюкал его и начал мучать волнующими снами". Но был ли Сократ вампиром-дьяволом, зависит только от того, кого вы спросите.

Anjelika9 13.10.11 в 04:19

Семьи некоторых из его последователей - его жертв, если вам больше нравится такое выражение - наблюдали с тревогой, как члены сократовского кружка выражали пренебрежение такими вещами, как честь, деньги и политическая власть. Фактически всем, чем угодно за исключением преследования философской мудрости, которую Сократ рекомендовал как единственную стоящую вещь. Но это всего лишь то, что эрос делает с человеком. Все, что не ассоциируется с любимым человеком, затухает и становится незначимым. Прямо как Белла, после всего времени, проведенного в компании бессмертных, не могла не относиться к выпускному вечеру в школе кроме как к "какой-то банальной штуке для человечков" несмотря на значимость его для ее друзей-людей. Так и обожатели Сократа начинали терять вкус ко всему из мира людей, из которого Сократ их спас, как они верили.

Anjelika9 13.10.11 в 04:19

В умах наиболее уважаемых жителей Афин странное заклинание, которое "вампир" Сократ наложил на своих последователей, отражало достаточное подтверждение того, что "эрос" означало просто сумасшествие. Но в то же время оно убедило Платона в правоте Сократа относительно того, что происхождение некоторых форм безумия было божественным.

Anjelika9 13.10.11 в 04:19

Ягнята и Хищники, которые их обожают.

Anjelika9 13.11.11 в 06:02

Платон создал диалог под названием "Федрус", названный по имени молодого человека, с которым Сократ однажды вступил в разговор на тему эроса. Федрус только прочитал Сократу речь, написанную извеснтным оратором Лисиасом (445 - 380гг. до н.э.), который описывает влюбленность как ужасную болезнь, ослабляющую возможность суждения и приводящую к поведению заболевших ею в стыдливой манере. Любовник нуждается и бедствует, пытается контролировать, его легко ранить, он нереалистичен в оценке добродетелей возлюбленной и склонен к негодованию, когда амуры заканчиваются.

Anjelika9 13.10.11 в 04:20

Можно добавить, что некоторые любовники пытаются даже ворваться в дом неприглашенными, шпионить над вами, пока вы спите, читать умы ваших друзей, держать вас в заложниках и потянуть вас на выпускной вечер вопреки вашим желаниям. Головные боли и осложнения это наименьшее, что вы можете ожидать от отношений с кем-либо, кто вас любит, в соответствии с утверждениями Лисиаса. Следовательно, он заключает, что "<сексуальная> благосклонность должна быть дарована вами тому, кто не любит вас, а не тому, кто любит". Постарайтесь благоразумно подойти к процессу под названием "шуры-муры" и минимизировать эмоциональный риск, завязав отноения с "другом по сексу" вместо какого-либо опасного сумасшедшего, кто влюбился в вас.

Anjelika9 13.10.11 в 04:20

Федрус поражен речью Лизиаса, но Сократ думает, что она ужасна - не только из-за ее морально неоднозначного заключения, но также потому, что он думает, что она так плохо написана и защищена. После определенного подстрекания со стороны Федруса Сократ под принуждением соглашается продемонстрировать, как можно написать лучшие тезисы - более точные, четкие и логичные - по тому же вопросу, составив прямо на месте свою собственную конкурирующую речь, осуждающую любовь. Она начинается интересным образом, который покажется нам знакомым, рассматривая две единоборствующие силы, обитающие внутри каждого человеческого существа, каждая из которых хотела бы перехватить лидирующую позицию.

Anjelika9 13.11.11 в 05:58

Одно из них - это наше скрытое стремление к удовольствиям, а другое - приобретенное мнение в достижении лучшего. Иногда два этих желания, проживающие в нас, мирятся; в другое время они могут посориться. Тогда иногда первое, иногда второе приобретают власть. Когда правильное мнение с благоразумием берут верх и ведут к лучшему, мы называем это умеренностью. Но когда желание иррационально тянет нас к наслаждению и подавляет нас, мы называем это избытком.

Anjelika9 26.10.11 в 04:29

Иррациональное стремление к удовольствию от пищи называется чревоугодие, иррациональное стремление к вину называется пьянство, и иррациональное стремление к некоторой соблазнительной красотке называется эротическая любовь. И точно так же как и обжора и пьяница, любовник приближается к объекту своего желания как к чему-то, что нужно потребить и чем насладиться, неважно, нанесет ли он вред сему объекту, который будет использован лишь для сиюминутного удовольствия. Не напоминает ли что-либо? Как насчет этого? Любовник сходит с ума по возлюбленной, заключает Сократ, в абсолютно такой же форме, как и "волки восхищаются ягнятами".

Anjelika9 26.10.11 в 04:30

Мы слышали обо всем этом и ранее - вожделение и совесть, хищник и жертва, о аналогии с пищей. Несчастный опороченный эрос! Неужели ни у кого не найдется добрых слов в отношении диких страстей и тлеющего пламени привязанности? Похоже, только у СОкрата и нашлись.

Anjelika9 26.10.11 в 04:30

Внезапно прерывая речь в ужасе от возможного проклятия богами - ведь он опорочил эрос, один из величайших даров, - он начинает новую речь. Отрекаясь от своего богохульства, он теперь предлагает гимн восхваления эросу, пославляя его как "божественное сумасшествие" , через которое душе влюбленных отращивают крылья, которые вознесут их на немыслимые высоты, даже на небеса, выше богов. Его речь во хвалу эроса это ловкий трюк, признанный сегодня классическим в любовной литературе как за свои памятные метафоры, так и за серьезные передаваемые философские идеи. Его основной сутью кажется то, что когда мы любим правильно - более в моменте того, что оно означает, - некоторое смертное существо может стать окошком, через которое проглядывают наружу высшие измерения реальности.

Anjelika9 26.10.11 в 04:30

Когда мы видим какого-то влюбленного дурачка, слепо обожающего неуклюжее, слабое, ущербное создание, расточающего такое обожание, какое пристанет только богу, можно подумать, что мы наблюдаем акт безумства. Что мы не осознаем, - это то, что влюбленный
возможно заметил нечто высшее, чем видят наши благоразумные и трезвые глаза, нечто, что действительно безусловно симпатично.

Anjelika9 29.10.11 в 06:05

"Другие виды жажды... Которые мне чужды"
Это все абсолютно нелогично и антинаучно. Но Сократ мог ответить, что любовь - это одно из тех сбивающих с толку событий, которое в конце концов может оказаться непостижимым для научной логики. Однако это не подразумевает, что мы не можем сказать о ней ничего разумного и значительного. Там, где стерильная аргументация и анализ оказываются бессильны, как наверняка и произойдет, если размышлять о чем-то настолько безрасудном, как любовь, - Сократ обращается к созданию мифов.

Anjelika9 29.10.11 в 06:05

Затем он приглашает нас представить душу как колесницу, перевозимую воницей и двойкой крылатых лошадей, одна из которых покорная и хорошо воспитанная, а другая упрямая и неуправляемая. Давным-давно перед переходом в физические тела наши души обитали в небесах, где они пировали и питались - вот снова аналогия с едой - несказанно ослепительным зрелищем абсолютного морального и духовного совершенства, подобия которого мерцают лишь смутно и затененно здесь на Земле. Здесь внизу в пределах физической реальности мы встречаем многие вещи, которые кажется приближаются к совершенству, но никогда его не достигнут.

Anjelika9 13.11.11 в 05:59

Например, справедливость это добродетель, лишь несовершенно реализованная в некоторых наших учреждениях, умеренность это нечто, что мы можем практиковать лишь случайно и несовершенно, а знание это нечто, чем мы обладаем лишь в самой ошибочной и несовершенной манере.

Anjelika9 13.11.11 в 05:59

Но все же нам необходимо иметь представление о совершенстве, чтобы быть в состоянии распознать эти мириады форм несовершенства. Миф Сократа предполагает, что наше онятие совершенства это смутное воспоминание о нашем небесном существовании, где мы глазели и наслаждались идеальными формами справедливости, умеренности, знания и других божественных реальностей, которые имеют лишь дефективные подобия на земле. Мы бы наслаждались этими видениями совершенства и по сей день, если бы не серии скорбных несчастий и ошибок, которые повлекли потерю нами крыльев и падение на Землю, где мы теперь томимся в темнице нуждающихся и стесняющих тел, вынужденные полагаться на дефективные чувства, которые отвлекают нас от наших воспоминаний о том величии, которое мы когда-то созерцали.

Anjelika9 13.11.11 в 06:00

Сократ объясняет, что в совершенном мире наподобие нашего есть лишь малое, что может служить напоминанием об ослепительном зрелище тех совершенных вещей, которые когда-то питали наши души. Даже обладая острыми чувствами вампира мы все же не сможем различить многие остатки совершенства здесь в низшей реальности, где большей частью видимы лишь несовершенные вещи. Как наблюдает Сократ, "здесь на земле на изображениях нет блеска справедливости и умеренности, и других благодетелей, почетных для души".

Anjelika9 13.11.11 в 06:00

Не имея роскоши и величия своих совершенных небесных аналогов, несовершенное воплощение справедливости и умеренности, которое мы встречаем на Земле, не обладает мощью воскрешения воспоминаний о глубоком удовлетворении и радости, которые мы получали на небесах. Таким образом эта радость позабыта - до тех пор, пока мы не влюбляемся. Поскольку существует лишь одна форма совершенства, которую даже наши немощные чувства смертных не могут пропустить: красота, особенно красота, которую распространяет некоторое ослепительное творение, чьего лишь присутствия достаточно, чтобы наполнить душу эротическими и романтическими побуждениями.

Anjelika9 05.11.11 в 20:58

В небесах созерцание чистой красоты, рассматриваемой в ее естественном сверкающем блеске, было "самым благословенным из чудес", которое можно увидеть. Но даже после падения на Землю "мы воспринимаем его блеск посредством чистейших из всех чувств, потому что зрение это острейшее из наших физических ощущений".
Сократ возможно видоизменил последнее из приведенных заявлений, поскольку хотя зрение является самым острым ощущением для нас, смертных человеческих существ, для вампиров более острым будет обоняние. Неудивительно тогда, что страстные вожделения Эдварда проснулись от запаха, а не от более привычного нам созерцания совершенства. Но независимо от того, красивая ли это форма либо прекрасный аромат, красота обладает уникальной способностью напоминать нам о радости, которая лежит за пределами этого мира и соответственно за пределами любых чувственных удовольствий.

Anjelika9 05.11.11 в 20:58

Но из-за того, что душа настолько сложна - помните тех двух лошадей,одна покорная, другая неуправляемая, - наша реакция на вид (или запах в случае Эдварда) земной красоты может быть нераспутываемым узлом конфликтующих эмоций. С одной стороны, хорошо выдрессированная лошадь ограничена правилами хорошего тона, чтобы не наброситься прямо сразу на прекрасное создание, которое выглядит (или пахнет) как частица небес. Но у неуправляемой лошади нет таких ограничений. Она сразу сходит с ума и пошатываясь идет вперед, начиная тянуть за собой вторую лошадь и кучера вместе, принуждая их "вспомнить все прелести секса". Толко когда они увидят "лицо прелестницы, сияющее как удар молнии", освежится память "самой красоты, стоящей рядом с умеренностью на святом пьедестале", - только тогда более упорядоченные части души найдут силу обуздать неистовую похоть неуправляемой лошади. Как Сократ описывает это, битва между двумя противоположными частями души может быть длительной и отвратительной, но если она закончится подчинением непокорного чудовища, "душа влюбленного следует за драгоценной своей с обожанием и чувством стыда".

Anjelika9 05.11.11 в 20:58