Готовый перевод Charlaine Harris / Dead Reckoning / Шарлин Харрис / Смертельный расчет: Глава 3

Глава 3

Ну да, я поступала очень глупо в прошлом. Не хронически глупо, но время от времени точно глупо. И я совершала ошибки. Ваша правда, я совершала ошибки.

Но во время поездки обратно в Бон Темпс с моим лучшим другом за рулем, который давал мне необходимую тишину, я всерьез задумалась. Я чувствовала, что из моих глаз текут слезы. Я отворачивалась и промакивала лицо платком, который достала из сумочки, не желая, чтобы Сэм проявлял свое сочувствие.

Когда я совладала с собой, то сказала:
- Я сглупила.

К чести Сэма, он выглядел очень удивленным.
- О чем ты думаешь? - сказал он. Он не стал бы говорить "В какой момент?"

- Сэм, ты думаешь, люди могут меняться?

Он задумался на какое-то время.
- Это довольно сложный вопрос, Сьюки. Люди могут изменить себя до некоторой степени, я уверен. Наркоманы могут собрать свои силы для того, чтобы отказаться от своей зависимости, чем бы она не являлась. Люди могут ходить на курсы и понять, как справляться с неконтролируемым поведением. Но это только внешняя сторона... дела. Изученная техника управления накладывает отпечаток на естественный порядок вещей, на то, кем действительно является человек... зависимым. Это понятно?

Я кивнула.

- Поэтому в целом, - продолжил он, - я скажу нет, люди не меняются, но они могут научиться поступать по-разному. Хотя верить я хочу в другое. И, если у тебя есть какие-то причины говорить, что я ошибаюсь, я был бы рад их услышать.
Мы свернули на мою дорогу и поехали сквозь лес.

- Дети меняются, когда растут и подстраиваются под общество и своё собственное положение. - Ответила я. - Иногда в хорошую сторону, иногда в плохую. И я думаю, если ты любишь кого-то, то ты приложишь все усилия, чтобы подавить те свои привычки, которые огорчают любимого, так? Но эти привычки или наклонности все еще с тобой. Сэм, ты прав. И бывают совсем другие случаи, когда люди накладывают на свои собственные реакции те, что они заучили.

Он кинул на меня обеспокоенный взгляд, и мы остановились у дома:
- Сьюки, что не так?

Я покачала головой и ответила ему:
- Я такая идиотка. - Я не могла посмотреть ему прямо в глаза. Я выбралась из грузовика.- Ты на весь день берешь выходной, или я увижу тебя в баре чуть позже?

- На весь день. Послушай, ты хочешь, чтобы я послонялся тут в округе? Я не совсем понял, что же тебя так беспокоит, но ты всегда можешь поговорить со мной об этом. Я понятия не имею, что происходит в Хулиганах, но пока фейри, кажется, собираются все рассказать нам... Я буду рядом, если понадоблюсь тебе.

Он очень искренне предлагал свою помощь, но я понимала, что он хочет добраться до дома, позвонить Джанналинн, запланировать что-то на вечер, чтобы вручить ей подарок, выбранный с таким трудом.

- Нет, я в порядке.- успокаивающе улыбнулась я. - У меня миллион дел, которые нужно переделать до работы, и еще больше того, о чем следует подумать.

Это еще мягко говоря.

- Спасибо, что съездила со мной в Шривпорт, Сьюки.- Сказал Сэм.- Но, думаю, было неправильно с моей стороны заставлять твоих родственников поговорить с тобой. Сообщи мне, если они не появятся сегодня.

Я помахала ему на прощанье, когда он разворачивался назад на Хаммингбёрд Роуд, чтобы поехать к своему дому на колесах, расположившемуся прямо за Мерлоттом. Сэм никогда полностью не отлучался от работы, но, с другой стороны, дорога от дома до работы была очень короткой.

Открывая заднюю дверь, я уже составляла планы.

Мне захотелось принять душ... нет, ванну. Вообще-то это было прекрасно остаться одной, когда Клод и Дермот не ошиваются дома. У меня появилась куча новых подозрений, но это было печально знакомое чувство. Я думала позвонить Амелии, моей подруге-ведьме, которая вернулась в Новый Орлеан к своему заново отстроенному дому и возобновившейся работе, чтобы посоветоваться по поводу некоторых вещей. В итоге трубку я не взяла. Иначе мне бы пришлось столько объяснять. Эта перспектива явно удручала мой мозг, поэтому никакой возможности начать разговор у меня не было. Написать e-mail было бы лучше. Таким образом я могла все сформулировать.

Я набрала ванну, добавила масла и забралась в не очень осторожно, чуть морщась, когда опускалась в горячую воду. Бедра все еще горели. Я побрила ноги и подмышки. Бритье всегда поднимает мне настроение. Потом я выбралась из ванны, а благодаря маслу я стала скользкой, как рестлер. Я покрасила ногти на ногах и высушила волосы, удивляясь опять, насколько короткими они стали. Они все же ниже лопаток, успокаивала я себя.

Вся начищенная и гладкая, я надела на себя форму Мерлотта, сожалея, что мой педикюр скрывают носки и кроссовки. Я старалась не думать, и прекрасно с этим справилась.

У меня еще было полчаса в запасе, поэтому я включила телевизор и видеомагнитофон, чтобы посмотреть вчерашний выпуск Своей Игры. Мы каждый день включали её в баре, потому что завсегдатаи получали некоторое удовольствие от угадывания ответов. Джейн Бодхаус, наша местная алкоголичка, оказалась знатоком старых фильмов, а Терри Бельфлер знал все о спорте. Я могла ответить почти на все вопросы о писателях, поскольку много читала, а на Сэма можно было положиться в вопросах истории Америки начиная с 1900 года. Я не всегда была в баре, когда её показывали, поэтому стала записывать передачу каждый день. Мне нравился счастливый мир в Своей Игре. Мне нравилось отгадывать "Вопрос от спонсора", как сегодня. Когда передача закончилась, было как раз время выходить.

Я люблю ездить на работу в вечернюю смену, когда на улице еще светло. Я выкрутила радио погромче и пела "Crazy" вместе с Gnarls Barkley. Их я узнала.

Джейсон проехал мне навстречу, может направлялся домой к своей подружке. Мишель Шуберт все еще числилась в его девушках. Так как Джейсон, наконец, набрался мозгов и чуточку повзрослел, она могла бы перевести их отношения на постоянную основу... если бы захотела. Самой сильной стороной Мишель было то, что она не была покорена мощными (очевидно) постельными способностями Джейсона. Если она и грезила им или жадно искала его внимания, то прекрасно это скрывала. Снимаю перед ней шляпу. Я помахала своему братишке, а он улыбнулся в ответ. Выглядел он счастливым и расслабленным. В глубине души я ему завидовала. В том, как Джейсон проживал свою жизнь, была куча плюсов.

Посетителей в Мерлотте опять было мало. Ничего удивительного: зажигательные бомбы - это плохая реклама. Что, если Мерлотт не выкарабкается? Что, если Придорожная Рабочая Закусочная Вика продолжит переманивать клиентов? Люди любили Мерлотт за то, что тут было относительно тихо и спокойно, за то, что еда была хороша (если не перебарщивать), а порции выпивки - щедрыми. Сэм был очень популярен, пока веры не заявили о себе. Люди, что общались с вампирами с настороженным приятием, казалось, расценили двусущих как соломинки, переломившие верблюду хребет, если образно говорить.

Я заглянула на склад, чтобы взять чистый передник, а затем в кабинет Сэма, чтобы положить свою сумочку в глубокий ящик его стола. Было бы замечательно иметь небольшой шкафчик. Я могла бы хранить там свою сумочку и смену одежды, на случай, когда случаются мелкие неприятности, вроде пролитого пива и пятен горчицы.

Я сменяла Холли, которая выходит замуж за Хойта - лучшего друга Джейсона. У Холли это будет второй свадьбой, а у Хойта первой. Они решили выложиться по полной и устроить церковную церемонию, а после нее прием в церковном зале. Я знала об этом больше, чем мне бы хотелось. Хотя до свадьбы оставалось еще несколько месяцев, Холли уже начала зацикливаться на мелочах. Так как первой её свадьбой был поход к мировому судье, эта (теоретически) была её последним шансом, чтобы воплотить свои мечты в реальность. Могу представить, что бы сказала моя бабушка о белом свадебном платье Холли, поскольку у той сын уже ходил в школу... но, эй, что бы ни делало невесту счастливой. Белый цвет раньше символизировал девственную чистоту облаченной в него. Сейчас же он означает только то, что невеста приобрела дорогущее и непригодное для чего-либо еще платье, которое будет висеть в её шкафу после большого события.

Я помахала Холли, чтобы привлечь ее внимание. Она общалась с новым баптистским проповедником из Калгари, братом Карсоном. Он заходил к нам время от времени, но алкоголь никогда не заказывал. Холли закончила беседу и зашагала в мою сторону, чтобы рассказать, что творилось за нашими столиками, которых было не много. Я вздрогнула, когда посмотрела на выгоревшую отметину посреди пола. На один стол меньше обслуживать.

- Эй, Сьюки, - сказала Холли делая паузу, чтобы захватить свою сумочку.- Ты ведь придешь на свадьбу, так?

- Конечно, ни за что не пропущу.

- Ты не против разливать пунш?

Это была честь, не настолько великая, как стать подружкой невесты, но все же довольно значимо.
- Я была бы рада,- улыбаясь, ответила я.- Давай поговорим снова ближе к дате?

Холли выглядела довольной.
- Да, отлично. Будем надеяться, что дела здесь пойдут лучше, и в сентябре у нас все еще будет работа.

- О, ты же знаешь, все будет хорошо.- Ответила я, но была далека от уверенности что это так.

Я не ложилась спать, ожидая Клода и Дермота, еще в течение получаса после того, как приехала домой в тот вечер, но они так и не появились, а у меня не было желания звонить им. Обещанный ими разговор, тот разговор, который, как предполагалось введет меня в суть моего наследия фейри, не произойдет сегодня вечером. Хотя я и хотела услышать некоторые ответы, но поняла, что была даже рада. День был переполнен событиями. Я сказала себе, что меня все достало, и пыталась услышать, не придут ли фейри, но отрубилась уже через пять минут.

Когда я спустилась на следующее утро чуть позже девяти, то не обнаружила никаких признаков того, что мои гости вернулись. Ванная, что находилась ближе к залу, выглядела точно как и вчера, на кухне в раковине не было посуды, и нигде не горел оставленный свет. Я вышла на закрытое заднее крыльцо. Нет, машины не было.

Может, они слишком устали, чтобы возвращаться в Бон Темпс, а может им обоим повезло. Когда Клод переехал ко мне жить, он сказал, что если кого-то закадрит, то проведет ночь с этим счастливчиком в своем доме в Монро. Я подумала, что Дермот поступил бы так же... хотя, если подумать, то я никогда никого не видела Дермота с кем-нибудь, ни с мужчиной, ни с женщиной. Я также предполагала, что Дермот предпочтет женщину мужчине, просто потому что выглядел он совсем как Джейсон, а тот был известный женолюб. Предположения. Глупо.

Я приготовила себе пару яиц, тосты и фрукты и, пока ела, читала библиотечную копию одной из книг Норы Робертс. Я почувствовала себя прежней собой больше, чем за прошедшие недели. Не считая похода в Хулиганов, вчерашний день я провела неплохо, и парни не таскались туда-сюда в кухню, жалуясь, что я экономлю на цельнозерновом хлебе или горячей воде (Клод) или осыпая меня цветистыми любезностями (Дермот), когда все, чего я хотела, было почитать. Приятно обнаружить, что я все еще могу наслаждаться одиночеством.

Напевая себе, я приняла душ и накрасилась... и к этому времени мне снова нужно было отправляться на работу в дневную смену. Я заглянула в гостиную. Мне уже надоело, что она выглядела как барахолка. Я напомнила себе, что завтра должны были приехать скупщики антиквариата.

В баре было побольше народу, чем вчера вечером, что не могло меня не радовать. К моему удивлению за стойкой бара стояла Кеннеди. Она выглядела такой же сверкающей и великолепной, как королева красоты, которой она и являлась, хотя одета была в узкие джинсы и бело-серый полосатый топ. Сегодня мы выглядели как хорошо ухоженные женщины.

- А где Сэм? - Спросила я. - Я думала, он будет работать.

- Он позвонил мне сегодня утром и сказал, что все еще занят в Шривпорте, - ответила Кеннеди, искоса глянув на меня, - думаю, день рождения Джанналинн прошел очень хорошо. Мне нужно как можно больше рабочих часов, поэтому я была рада выползти из кровати и притащить свою задницу сюда.

- Как твои мама и папа? Они приезжали навестить тебя?

Кеннеди горько усмехнулась.
- Они теперь сами по себе, Сьюки. Они все еще хотят, чтобы я была Маленькой Королевой Красоты и ходила в воскресную школу, но они прислали мне чек на крупную сумму, когда я вышла из тюрьмы. Мне повезло с ними.

Ее руки застыли, вытирая стакан.
- Я тут подумала... - сказала она и прервалась. Я ждала. Я понимала, что она скажет. - Я подумала, не был ли это кто-то из родственников Кейси, кто кинул бомбу в бар? - проговорила она едва слышно. - Когда я застрелила Кейси, я просто спасала свою жизнь. Я не думала о его семье, или своей семье, или о чем-то еще, кроме выживания.

Кеннеди раньше об этом никогда не говорила, и я полностью ее понимала.

- А кто бы смог думать о чем-то кроме того, чтобы выжить, Кеннеди? - сказала я тихо, но с нажимом. Я хотела, чтобы она почувствовала мою полную искренность. - Никто, будь она в своем уме, не поступила бы иначе. Я не думаю, что Бог когда-нибудь хотел, чтобы ты позволила забить себя до смерти.

Пусть я и не была однозначно уверена, чего бы желал Господь. Я скорее имела в виду, по-моему было бы чертовски глупо позволить убить себя.

- Я бы так легко не отделалась, если бы другие женщины не вступились за меня. - Проговорила Кеннеди. - Его семья, думаю, они знали, что он на самом деле бил женщин... но мне интересно, винят ли они меня до сих пор. И если бы они знали, что я буду в баре, и решили убить меня здесь.

- А в его семье есть двусущие? - поинтересовалась я.

Кеннеди была шокирована.

- Нет, Господи! Они же баптисты!

Я пыталась не улыбнуться, но не смогла сдержаться. А через секунду сама Кеннеди стала смеяться над собой.

- Серьезно, - сказала она. - Мне так не кажется. Думаешь тот, кто бросил бомбу, был вером?

- Или еще какой-нибудь разновидностью двусущего. Да, я так думаю, но ты не болтай об этом. Сэм и так уже довольно нахлебался.

Кеннеди кивнула, полностью соглашаясь. Посетитель попросил принести ему бутылку острого соуса, а у меня появилась новая пища для раздумий.

Официантка, сменявшая меня, позвонила, чтобы сказать, что у нее спустило колесо, поэтому я осталась в Мерлотте еще на два часа. Кеннеди, которая должна была работать до закрытия, подначивала меня тем, что я стала незаменимой, пока я не огрела ее полотенцем. Кеннеди весьма приободрилась, когда вошел Дэнни. Он очевидно заглянул домой после работы, чтобы еще раз побриться и помыться, и сейчас смотрел на Кеннеди словно теперь его мир стал полноценным, когда он сел за барную стойку. Сказал он следующее:
- Женщина, налей мне пива и побыстрее.

- Дэнни, ты хочешь, чтобы я опрокинула это пиво тебе на голову?

- Для меня нет разницы каким образом я его получу. - И они осклабились друг другу.

Сразу после заката, мой телефон завибрировал в кармане передника. Так скоро, как смогла, я добралась до кабинета Сэма. Сообщение от Эрика. Оно гласило: "Скоро увидимся". И всё. Но искренняя улыбка не сходила с моего лица весь вечер, а когда я приехала домой, то была совершенно счастлива увидеть Эрика, сидящего на моем крыльце, независимо от того, разгромил он мою кухню или нет. А вместе с ним был и новый тостер с прилепленным на коробку красным бантом.

- Чем обязана такой честью? - Едко поинтересовалась я. Это не позволило Эрику понять, насколько я ждала его приезда. Конечно, может у него и была такая мысль из-за нашей кровной связи.

- Давно мы с тобой не веселились.- Ответил он и передал тостер.

- В перерыве между тем, когда я тушила пожар, а ты набросился на Пэм? Ага, я бы сказала, что это довольно точное высказывание. Спасибо за замену моему тостеру, хотя я не назвала бы это весельем. Что ты задумал?

- Чуть позже, конечно, я задумал грандиозный секс.- Сказал он, приближаясь ко мне. - Я думал о позе, которую мы еще не испробовали.

Я не такая гибкая, как Эрик, поэтому после прошлого раза, когда мы пытались сделать что-то действительно необычное, бедро у меня проболело три дня. Но я была не против экспериментов.
- А что ты планировал перед грандиозным сексом? - спросила я.

- Нам нужно съездить в новый танцевальный клуб, - сказал он, но я уловила тень беспокойства в его голосе, - Так они его называют, пытаясь завлечь молодых и симпатичных людей. Вроде тебя.

- Где он находится?

Поскольку на ногах я сегодня простояла не один час, этот план казался мне не самым привлекательным. Но прошло уже много времени с тех пор, когда мы хорошо проводили время вместе... на публике.

- Между твоим домом и Шривпортом. - Ответил Эрик чуть помедлив. - Виктор только что его открыл.

- О. А разумно с твоей стороны пойти туда? - тревожась, спросила я.

Привлекательность плана Эрика теперь упала до нуля.

Виктор и Эрик были вовлечены в скрытое противостояние. Виктор Мэдден был представителем Луизианы от Фелипе, Короля Невады, Арканзаса и Луизианы. Фелипе находился в Лас Вегасе, и мы (Эрик, Пэм и я) думали, что он дал эту большую косточку Виктору, просто чтобы убрать амбициозного вампира подальше от наиболее процветающей своей территории. В глубине души я желала Виктору смерти. Виктор послал двух своих любимцев, Бруно и Коринну, пользовавшихся наибольшим доверием, убить меня и Пэм, просто чтобы ослабить Эрика, которого Фелипе решил оставить, поскольку Эрик был наиболее продуктивным шерифом в штате.

Но им самим досталась уготованная нам с Пэм участь. Бруно и Коринна превратились в кучки праха на обочине федеральной автострады, и никто не мог доказать, что это сделали мы.

Виктор обмолвился, что предложил хорошее вознаграждение любому, кто мог что-нибудь сообщить о местонахождении его подчиненных, но никто не откликнулся. Только Пэм, я и Эрик знали, что произошло. Виктор не мог обвинять нас напрямую, иначе пришлось бы признать, что он послал их убить нас. Патовая ситуация.

В следующий раз Виктор мог отправить кого-то более осмотрительного и осторожного. Бруно и Коринна были слишком самоуверенны.

- Неразумно идти в этот клуб, но у нас нет выбора, - сказал Эрик. - Виктор приказал мне появиться со своей женой. Он будет думать, что я боюсь его, если не приведу тебя.

Я думала над этим, пока обыскивала шкаф, стараясь вспомнить хоть что-то из своей одежды, что бы хорошо смотрелось в модном диско клубе. Эрик лежал у меня на кровати, закинув руки за голову.

- У меня в машине кое-что есть, я забыл. - Вдруг сказал он и размытым пятном вылетел за дверь. Он вернулся через секунду, неся на вешалке предмет одежды, запакованный в прозрачную полиэтиленовую упаковку.

- Что? - сказала я. - Сегодня не мой день рождения.

- Разве вампир не может преподнести своей любимой подарок?

Мне пришлось улыбнуться ему в ответ.

- Ну может, конечно, - сказала я.

Я люблю подарки. Тостер был компенсацией. А это - сюрпризом. Я осторожно сняла упаковку. На вешалке оказалось платье. Наверное.

- Это... это целая вещь? - Спросила я, приподнимая её. Спереди на ней имелся черный V-образный вырез... большая V, с обеих сторон - передней и задней... а всё остальное было бронзовым, блестящим и плиссированным, как будто состоящим из множества широких бронзовых лент, сшитых между собой. Хотя, не так уж много их было. Продавщица оставила ценник. Я старалась не смотреть, но безуспешно, и почувствовала, как открывается мой рот, когда я осознала, что там написано. Я могла бы купить шесть или даже десять вещей в Уол-Марте, или три в Диллард на стоимость одного этого платья.

- Ты будешь в нем великолепна.- Сказал Эрик. Он усмехнулся, обнажая клыки. - Все будут мне завидовать.

Кого не обрадует услышать такое?

Когда я вышла из ванной, то обнаружила, что мой новый приятель Эммануил вернулся. Он разложил набор для укладки и макияжа на моем туалетном столике. Было странно видеть в моей спальне еще одного мужчину. Казалось, сегодня Эммануил был в гораздо лучшем настроении. Даже его странная прическа смотрелась веселее. Пока Эрик пристально наблюдал за Эммануилом, будто видел в нем потенциального убийцу, тощий парикмахер завивал меня и делал макияж. С тех пор, когда мы с Тарой были маленькими, я никогда не проводила так весело время у зеркала. Когда Эммануил закончил, я выглядела... гламурной и самоуверенной.

- Спасибо, - сказала я, удивляясь куда пропала настоящая Сьюки.

- Да пожалуйста, - ответил серьезно Эммануил. - У тебя отличная кожа. Мне понравилось над тобой работать.

Никто и никогда не говорил мне подобного, и всё, что я смогла произнести в ответ: "Пожалуйста, оставь свою визитку". Он выудил одну из кармана и положил у фарфоровой статуэтки, которую моя бабушка так любила. Это соседство немного расстроило меня. Со мной столько всего случилось после её смерти.

- Как дела у твоей сестры? - я спросила, поскольку думала о грустных вещах.

- У нее сегодня был хороший день. - ответил Эммануил. - Спасибо, что спросила.

Хотя он не смотрел на Эрика, когда говорил это, я заметила, что Эрик отвел взгляд, сжимая челюсти. Он был раздражен.

Эммануил удалился после того, как собрал все свои принадлежности. Я обнаружила лифчик без бретелек и трусики "танга" (которые я ненавидела, но кому нужны швы от белья, видные под таким платьем?) и начала одеваться. К счастью у меня были отличные черные шпильки. Я понимала, что сандалии с ремешками подошли бы к платью лучше, но и шпильки сойдут.

Эрик действительно оценил, когда я оделась.

- Такая гладкая, - сказал он, проводя рукой по моей ноге.

- Эй, если ты не прекратишь это, до клуба мы не доберемся, и все эти приготовления пойдут насмарку.

Не сочтите меня жалкой, но я так хотела, чтобы кто-то кроме Эрика смог оценить весь эффект от нового платья, новой прически и красивого макияжа.

- Не совсем насмарку.- ответил он, но переоделся в свой вечерний костюм.
Я заплела его волосы, чтобы они смотрелись симпатично и повязала черной лентой. Эрик смотрелся как пират, сошедший с корабля в город.

Мы должны были быть счастливы, отправляясь на свидание, с нетерпением ожидая танцев вдвоем. Я не могла знать, о чем думал Эрик, когда мы шли к машине, но я понимала, его не особо радовало то, что мы делали и куда шли.

В этом мы были единодушны.

Я решила разрядить обстановку легкой болтовней.

- Как справляются новые вампиры? - Спросила я.

- Они приходят когда должны и отрабатывают свое время в баре. - Ответил Эрик без особого энтузиазма.

Три вампира, оказавшиеся во владениях Эрика после урагана Катрина, попросили у него разрешения остаться в Пятом округе, хотя осесть они хотели в Миндене, а не самом Шривпорте.

- А что с ними не так? - спросила я. - Кажется, ты не очень рад пополнению в своих рядах.

Я скользнула на свое сидение. Эрик обошел машину.

- Паломина очень даже не плохо справляется, - признал он неохотно, усаживаясь за руль. - Но Рубио глуп, а Паркер слаб.

Этих троих я не достаточно знала, чтобы спорить. Паломина, которую упомянули первой, была привлекательной молодой вампиршей c причудливой окраской... её кожа от природы была бронзового оттенка, в то время как волосы - пепельно-белыми. Рубио Эрмоза был симпатичным, но... тут с Эриком я должна согласиться... бестолковым и никогда особо о себе не рассказывал. Мертвый Паркер был таким же ботаником, как и при жизни, и хотя он починил компьютерную систему Фангтазии, казалось, боялся собственной тени.

- Хочешь поговорить о ваших разногласиях с Пэм? - поинтересовалась я, пристегиваясь.

Вместо своего Корветта Эрик взял лимузин Фангтазии. Он был невероятно удобным, и, хотя я и отдавала должное тому, как он гонял, когда ездил в Корвете, я всегда была рада, когда мы выбирались вечером в лимузине.

- Нет. - ответил Эрик. Он тотчас же стал задумчивым и излучающим беспокойство.

Я ждала, когда он все обдумает.

Я подождала еще немного.

- Хорошо, - сказала я, стараясь вернуть приятное чувство от свидания с великолепным мужчиной. - Ладненько. Будь по твоему. Вот только я думаю, что секс будет менее грандиозным, если я буду беспокоиться о тебе и Пэм.

Эта капелька легкомысленности стоила мне мрачного взгляда.

- Я знаю, что Пэм хочет сделать еще одного вампира, - сказала я. - Я понимаю, что в этом случае время имеет значение.

- Эммануилу не стоило болтать. - Сказал Эрик.

- Вообще-то было неплохо, что кто-то поделился со мной информацией. Информацией напрямую относящейся к людям, о которых я переживаю.

Мне что, плакат нарисовать?

- Сьюки, Виктор сказал, что я не могу дать разрешение Пэм сделать ребенка. - Челюсти Эрика были сжаты, как стальной капкан.

Оу.

- Похоже, Король контролирует размножение вампиров. - Осторожно сказала я.

- Да. Полностью контролирует. Но ты понимаешь, какую нервотрёпку мне устраивает Пэм, так же как и Виктор.

- Но Виктор не король, так ведь? Может, ты напрямую обратишься к Фелипе?

- Каждый раз, когда я решаю вопросы в обход Виктора, он находит способ наказать меня.

Не было смысла говорить об этом. Эрика тянули в разные стороны.

По дороге в клуб Виктора, который, по словам Эрика, назывался Вампирский Засос, мы разговаривали о завтрашнем визите скупщиков антиквариата. У меня была куча всего, что я хотела бы обсудить, но в виду чрезвычайно тяжелого положения Эрика, я не хотела заводить разговор о своих проблемах. Плюс к тому, у меня все еще было такое ощущение, что я не знала всего, что следовало бы знать о ситуации Эрика.

- Эрик, - я знала, что сказала это слишком резко и с излишней энергий. - Ты не рассказываешь мне всего о своих делах, я права?

- Ты права, - ответил он, не задумываясь ни на секунду. - Но делаю я это по многим причинам, Сьюки. Самая важная из них это то, что некоторые из них могут только заставить тебя беспокоиться, а остальные могут подвергнуть тебя опасности. Знание - не всегда сила.

Я сжала губы и перестала смотреть на него. Ребячество, я знаю, но я не совсем ему поверила.

После небольшой паузы, он добавил:

- И еще дело в том, что я не привык делиться моими повседневными заботами с человеком, и мне тяжело побороть свои привычки после стольких сотен лет.

Правильно. И ни один из этих секретов не касался моего будущего. Правильно. Очевидно, Эрик принял мою каменную сдержанность за недовольное согласие, потому что решил, что напряженный момент исчерпан.

- Но ты ведь все мне рассказываешь, моя дорогая, не так ли? - поддразнил он.

Я пристально на него посмотрела и не ответила.

Это не то, чего ожидал Эрик

- Не всё? - Спросил он, и я не смогла определить все оттенки эмоций в его голосе. Разочарование, настороженность, немного злости... и нотка возбуждения. Для двух слов это было немало, но, клянусь, всё это было в них вложено.

- Неожиданный поворот.- Проворчал он. - И тем не менее мы говорим, что любим друг друга.

- Да, мы так говорим. - Согласилась я. - И я действительно люблю тебя, но я начинаю понимать, что любить - не значит делиться всем, как я думала мы будем.

На это ему нечем было ответить.

Мы проехали мимо Придорожной Рабочей Закусочной Вика, и даже с трассы я могла видеть, что вся парковка забита.

- Вот дерьмо, - сказала я. - Там сидит вся публика Мерлотта. Что у них есть такое, чего нет у нас?

- Развлечения. Новизна, что дает новое заведение. Официантки в откровенных штанах и открытых топиках. - Начал перечислять Эрик.

- Эй, хватит. - прервала я, раздражаясь. - Еще проблемы с тем, что Сэм является перевертышем и прочей фигней, и я не знаю, как долго Мерлотт еще продержится на плаву.

От Эрика прошла волна удовольствия.

- О, тогда у тебя не станет работы. - проговорил он с притворным сочувствием. - Ты могла бы работать на меня в Фангтазии.

- Нет, спасибо. - быстро отреагировала я. - Я возненавижу всех этих клыкоманов, приходящих ночь за ночью, всегда желающих того, чего не следует. Это просто печально и безнравственно.

Он мельком взглянул на меня, явно не осчастливленный моим быстрым ответом.

- Так я зарабатываю деньги, Сьюки, на развращенных мечтах и фантазиях людей. Большинство из них - туристы, заглянувшие в Фангтазию раз или два, а затем вернувшись в свои Миндены и Эмерсоны, рассказывающие соседям о своей прогулке по дикой стороне. Или это солдаты с базы ВВС, которым нравится показывать свою крутизну тем, что они напиваются в вампирском баре.

- Я понимаю все это. И я знаю, если клыкоманы не будут приходить в Фангтазию, то они найдут другое место, где смогут тусоваться с вампирами. Но не думаю, что мне понравилось бы находиться в этой среде ежедневно.

Я, вроде как, гордилась собой, что работала в "среде".

- И что ты будешь делать? Если Мерлотт закроется?

Хороший вопрос, и над ним мне нужно было серьезно подумать. Я ответила:

- Я постараюсь устроиться официанткой еще куда-нибудь, например, в Сытого Папу. Чаевые, конечно, будет не сравнить с чаевыми в баре, но они не намного уменьшатся. И, может, я попробую какие-нибудь онлайн-курсы, и получу степень. Неплохо было бы иметь дополнительное образование.

На секунду в машине стало тихо.

- Ты не упомянула о возможности связаться со своим прадедом. – Сказал Эрик. – Он мог бы позаботиться, чтобы ты никогда ни в чем не нуждалась.

- Я не уверена, что смогла бы. – Удивилась я.- Связаться с ним, я об этом. Думаю, Клод мог бы знать. На самом деле, я уверена, он знает. Но Найалл ясно дал понять, что считает поддержание отношений не очень хорошей идеей.
Была моя очередь на секунду задуматься.

- Эрик, ты думаешь, в том, чтобы приехать жить ко мне, у Клода был свой скрытый мотив?

- Конечно, был. И у Дермота тоже. – Ответил он, не задумываясь ни на мгновение. – Я даже удивлен, что ты вообще об этом спросила.

Не в первый раз я почувствовала, что не способна управлять своей жизнью. Я боролась с нахлынувшей волной жалости к себе, и чувства горечи, когда заставила себя задуматься над словами Эрика. Я о многом подозревала, конечно, и именно поэтому спросила Сэма, способны ли люди действительно меняться. Клод всегда был великим эгоистом, герцогом незаинтересованности. С чего ему меняться? О, конечно, он скучал по обществу других фейри, особенно сейчас, когда его сестра умерла. Но зачем ему жить с тем, у кого было так мало крови фейри, как у меня (особенно, когда именно я была в ответе за смерть Клодин), если у него ничего другого не было на уме?

Мотивы Дермота также были покрыты мраком. Просто было предположить, что Дермот имел с Джейсоном схожий характер, потому как они очень похожи были внешне, но из своего горького опыта, я поняла, что бывает, когда я делаю предположения. Дермот находился под заклятием долгое время, заклятием, которое приводило его к сумасшествию, но даже сквозь мыслительный туман применённой к нему магии, Дермот старался совершать правильные поступки. По крайней мере, так он мне говорил, и у меня было небольшое свидетельство того, что говорил он правду.

Я всё ещё размышляла о своей доверчивости, когда мы подъехали к съезду посредине неизвестно чего. Можно было разглядеть огни Вампирского Засоса, который и был местом назначения.

- Ты не боишься, что люди, которые будут ехать в Шривпорт, чтобы заглянуть в Фангтазию, просто свернуть сюда, когда увидят этот клуб? – спросила я.

- Да.

Я задала дурацкий вопрос, и тем самым дала ему возможность быть со мной резким. Эрик, наверное, обдумывал свой финансовый спад с того самого момента, когда Виктор выкупил это здание. Но я не готова была давать Эрику больше ни одной поблажки. Мы были вместе, и он должен был или полностью делиться своей жизнью со мной, или позволить мне беспокоиться о моих собственных проблемах. Нелегко было быть женой Эрика. Я взглянула на него и поняла, насколько глупо всё это звучало бы для клыкомана из Фангтазии. Эрик, очевидно, был наикрасивейшим мужчиной из тех, кого мне довелось видеть. Он был сильным, умным, и великолепным в постели.

А сейчас, между мной и этим сильным, умным и чувственным мужчиной пролегла морозная тишина, и эта тишина продлилась, пока мы парковались. Было тяжело найти свободное место, что еще сильнее взбесило Эрика. Это было не трудно сказать.

Если Эрика вызвали, то было вежливым зарезервировать для него место на стоянке у главного входа... или дать ему разрешение пройти с черного входа. Но в этом также был неминуемый и красочный урок: Вампирский Засос был настолько заполнен, что едва можно было найти свободное парковочное место.

Вот черт.

Я старалась отбросить в сторону собственные переживания. Мне следовало сосредоточиться на наших общих проблемах, с которыми нам предстояло столкнуться. Виктору не нравился Эрик, или он ему не доверял, и чувство это было взаимным. Виктор был назначен ответственным за Луизиану, и положение Эрика, как последнего представителя эры королевы Софи-Энн, становилось все более и более шатким. Было ясно, что меня оставили в покое только потому, что Эрик обманом заставил меня выйти за него замуж по вампирским законам.

Эрик, сжав губы в тонкую линию, обошел машину, чтобы открыть мне дверь. Наверняка он использовал этот маневр, чтобы просканировать стоянку на предмет возможной угрозы. Он встал так, чтобы оказаться между мной и клубом, и, когда мои ноги показались из машины, спросил:

- Дорогая, кто находится на стоянке?

Я остановилась, медленно и внимательно, прикрыв глаза, чтобы сосредоточиться. Я опустила свою ладонь ему на руку, которой он придерживал дверь. Ночь была теплой, а легкий ветер нежно теребил мои волосы. Я дала волю своей сверхспособности.

- Парочка занимается сексом в машине за два ряда от нас. - Прошептала я. - Мужчина блюет за черным пикапом на противоположной стороне стоянки. Две парочки только что подъехали на Кадиллаке Эскалэйде. Один вампир стоит у входа в клуб. Другой - быстро приближается.

Когда вампиры получают сигнал тревоги, это ни с чем не перепутаешь. Эрик выпустил клыки, напряг тело и резко крутанулся, чтобы осмотреть все вокруг.

- Хозяин. - Это была Пэм. Она вышла из тени огромного внедорожника. Эрик расслабился, как постепенно расслабилась и я. Что бы ни заставило этих двоих драться в моем доме, на вечер эти разборки они решили отложить.

- Я приехала заранее, как ты мне и приказал. - Пробормотала она, ночной ветерок подхватывал ее слова и относил в сторону. Лицо ее было странно затемнено.

- Пэм, выйди к свету. - Попросила я её.

Она так и сделала, хотя и не обязана была мне подчиняться.

Темнота под бледной кожей Пэм была результатом избиения. Вампиры не покрываются синяками, как мы, и они быстро исцеляются... но, когда их хорошенько побьют, об этом вы сможете судить наверняка.

- Что с тобой случилось? - Спросил Эрик.

Голос его звучал абсолютно безучастно, что как я знала, было очень ужасным признаком.

- Я сказала охранникам, что мне нужно войти, чтобы удостовериться, что Виктор в курсе твоего прибытия. Отговорка, чтобы убедиться, что внутри безопасно.

- Они не впустили тебя.

- Да.

Поднялся небольшой ветерок и разогнал ночной воздух над вонючей парковкой. Он подхватил мои волосы и закрутил вокруг лица. Волосы Эрика были связаны в узел у основания шеи, а Пэм подняла руку, чтобы удержать свои.

Эрик желал смерти Виктора на протяжении нескольких месяцев, и как ни прискорбно было признать, того же желала и я. Это не были только беспокойство и злость Эрика, которые я просто улавливала. Я сама понимала, насколько лучше была бы наша жизнь, если бы Виктор умер.

Я очень сильно изменилась. В такие моменты, как сейчас, я чувствовала и печаль и облегчение, от того что могла думать о смерти Виктора не только без колебаний, но и с несомненным рвением. Моё стремление выжить и обеспечить сохранность тех, кого я люблю, было сильнее, чем религиозные убеждения, которые были мне всегда дороги.

- Мы должны идти, иначе они кого-нибудь пошлют за нами. - сказал Эрик наконец, и мы молча отправились в сторону главного входа.
Чего нам не доставало, так это гангстерской темы, играющей за кадром: чего-то зловещего и крутого, c кучей ударных, чтобы обозначить "Приглашенные Вампиры и Их Человеческая Корефанка Идут в Ловушку". Однако музыка в клубе не соответствовала нашей маленькой трагедии - "Hips Don't Lie" Шакиры не совсем бандитский мотивчик.

Мы прошли мимо бородача, поливающего водой дорожку у двери. Я еще могла разглядеть темные разводы крови. Пэм хмыкнула:
- Не моя. - пробормотала она.

Дежурившим у входа вампиром оказалась крепкая брюнетка, на ней красовался кожаный с шипами ошейник, кожаный корсет с балетной пачкой (Богом клянусь!) и байкерские сапоги. Только оборчатая юбка выбивалась из ансамбля.

- Шериф Эрик,- произнесла она с сильным английским акцентом. - Я Анна Людмила. Приветствую вас в Вампирском Засосе.

Она даже не взглянула на Пэм, тем более на меня. Я вполне ожидала, что она проигнорирует меня, но её пренебрежение Пэм было оскорблением. Тем более что у Пэм уже была стычка с персоналом клуба. Такое поведение могло быть своего рода спусковым механизмом, который заставит Пэм сорваться, и я считала, что в этом и была вся задумка. Если Пэм взорвется, у новых вампиров будет законный повод убить её. Тогда мишень на спине Эрика приобретет более внушительные размеры.

Естественно, в их глазах я не была даже фактором, на который стоит обращать внимание, потому что они и представить себе не могли, что какой-то человек сможет пойти против силы вампира и его скорости. И, так как я не была Супер Женщиной, они могли быть и правы. Я не знала, сколько вампиров было в курсе, что я не была полностью человеческим существом, или насколько они будут беспокоиться, даже если узнают, что я была частично фейри. Было не похоже, чтобы я когда-то проявляла какие-либо фейрийские способности. Моя ценность заключалась в даре к телепатии и знакомстве с Найалом. Но в виду того, что Найл покинул этот мир и перебрался в мир фейри, я ожидала, что ценность моя соответственно уменьшится. Но Найал мог решить вернуться в мир людей в любой момент, а по вампирским законам я считалась женой Эрика. Поэтому Найал мог встать на сторону Эрика в открытом конфликте. По крайней мере, это было моим лучшим предположением. Но с фейри... Кто знает? Настало время заявить о себе.

Я опустила руку Пэм на плечо и похлопала. Ощущение было, будто я трогала камень. Я улыбнулась Анне Людмиле.

- Привет, - сказала я радостно, будто чирлидер под допингом. - Меня зовут Сьюки. Я жена Эрика. Думаю, вы не знали об этом? А это Пэм, ребенок Эрика и его надежная правая рука. Думаю, об этом вы тоже не знали? Потому что иначе то, что вы не приветствуете нас подобающим образом, можно считать простой грубостью. - я ослепительно ей улыбнулась.

Анна Людмила, с видом, будто я заставила её проглотить живую жабу, произнесла в ответ:

- Добро пожаловать, человеческая жена Эрика и легендарный боец Пэм. Прошу прощения за неудачную попытку поприветствовать вас соответствующим образом.

Пэм уставилась на Анну Людмилу так, будто задавалась вопросом, сколько времени у неё займет повыдергивать все ресницы Анны одну за другой. Я пихнула Пэм в плечо кулаком, жестом типа "эй, приятель".

- Мы успокоились, Анна Людмила. С нами все в порядке. - сказала я.

Пэм перевела свой взгляд на меня, и я сделала всё, чтобы только не вздрогнуть. Совершенно не пытаясь разрядить обстановку, Эрик успешно изображал из себя большую белую скалу. Я подарила ему очень мрачный взгляд.

Анна Людмила не могла драться с Пэм. На ней не было подтеков. К тому же, выглядела она нормально. А я была уверена, что, если кто-то поднял на Пэм руку, то такой вампир проявил бы себя впоследствии.

Мгновение спустя Эрик сказал:

- Я уверен, ваш хозяин ожидает нас.

Тон Эрика выражал легкий упрек. Он удостоверился, что его могучее самообладание было очевидным.

Если бы Анна Людмила могла краснеть, думаю, она бы это сделала.

- Да, конечно. Луис! Антонио!

Два молодых человека, темноволосых и мускулистых появились из толпы. На них были кожаные шорты и ботинки. И точка. Ладно, немного другая униформа работников Вампирского Засоса. Похоже, Анна Людмила была верна собственному чувству стиля, но судя по всему "на работе" все вампиры обязаны были одеваться в костюмы сексуальных рабов времен пещерного человека. По крайней мере, я предполагала, что это тот образ, к которому они стремились. Луис, тот, который повыше, сказал:

- Пожалуйста, следуйте за нами, - на английском с явным акцентом. Его соски были проколоты, чего я ни разу до этого не видела, и честно говоря, я хотела рассмотреть их получше. Но, по моему мнению, разглядывание чужих сосков считалось дурным тоном, не важно насколько они были выставлены напоказ.

Антонио не скрывал, что Пэм произвела на него неизгладимое впечатление, но это не помешало бы ему убить нас, если бы Виктор приказал ему. Мы прошли через переполненный танцпол под конвоем Близнецов Боббси из одноименной серии детских книжек. Те кожаные шорты сзади казались особенно смелыми, скажу я вам. А фотографии с Элвисом на стенах тоже были довольно просвещающими. Не часто попадаешь в вампирский клуб с тематикой Элвис/рабство/публичный дом.

Пэм тоже восхищалась обстановкой, но не в обычной для неё язвительной манере. Кажется, в голове Пэм много чего происходило.

- Как себя чувствуют три твои дружка, что не дали мне войти? - спросила она у Антонио.

Он довольно жестоко улыбнулся, и у меня было такое чувство, что покалеченные вампиры не были его любимчиками.

- Они сосут кровь у доноров у заднего входа. - ответил он. - Думаю, рука Перла уже срослась.

Эрик оценил клуб в нескольких случайных взглядах, пока вел меня через шумный зал. Для него было очень важно выглядеть непринужденно, будто он был абсолютно уверен в том, что его босс не собирается причинять ему вреда. Я могла с уверенностью об этом утверждать, чувствуя это через нашу связь. Поскольку до меня никому не было дела, я могла смотреть, куда хочу... хотя я надеялась, что получается у меня это с довольно небрежным видом.

В Вампирском Засосе было не менее двадцати кровопийц, намного больше того, сколько у Эрика в Фангтазии было в лучшие времена. Не знаю, какая вместимость была у этого помещения, но я была уверена, что она была превышена. Эрик протянул мне руку, и я взяла его ледяную ладонь. Он тянул меня вперед, обнимая левой рукой за плечи, а Пэм прикрывала его сзади. Мы находились в состоянии повышенной боеготовности, в оранжевом уровне опасности или что там бывает за мгновение до взрыва. Напряжение вибрацией проходило сквозь Эрика, и ощущалось как натянутая струна.

И затем мы определили его источник.

Виктор сидел у задней стены, в чем-то вроде ложи для VIP-персон. Она отделялась огромной, обитой красным бархатом кушеткой, перед которой располагался обычный столик. На нем валялись вечерние сумочки, полупустые стаканы с напитками и долларовые банкноты. Виктор определенно был центром этой композиции, он обнимал парня и девушку, сидящих по обеим сторонам от него. Эта мизансцена показывала все то, чего боялись консерваторы: аморальный вампир, совращающий американскую молодежь, открывающий им мир бисексуальных оргий и распития крови. Я переводила взгляд с одного живчика на другого. Хотя один был парнем, а вторая - девушкой, в сущности они были идентичны. Погружаясь в их мысли, я быстро поняла, что оба употребляли наркотики, обоим было по двадцать одному году, и оба были достаточно искушенными в сексе. Мне их было немного жаль, но я понимала, что не виновата в этом. Хотя они этого пока и не осознавали, но для Виктора были всего лишь предметами реквизита. Их положение удовлетворяло их тщеславие.

В ложе был и еще один человек, девушка, которая сидела сама по себе. На ней было белое платье с широкой юбкой, а её карие глаза уставились с отчаянием на Пэм. Девушка явно была напугана компанией, в которой находилась. За минуту до этого, я бы поклялась, что Пэм не могла бы стать более разозленной или несчастной, чем была, но я ошибалась.

- Мириам, - прошептала Пэм.

О, Иисус Христос, Пастырь Иудейский. Эту женщину Пэм собиралась обратить, она должна была стать её ребенком. По-моему, Мириам была самой больной женщиной, какую я когда-либо видела, и находилась она не в больнице. Но её светло-каштановые волосы были уложены как для вечеринки, на лицо нанесен макияж, хотя косметика выделялась на столь бледном лице, что даже губы казались белыми.

Лицо Эрика ничего не выражало, но я чувствовала, что он боролся с собой, изо всех сил пытаясь сохранить лицо спокойным, а голову ясной.

Пару очков Виктору за великолепную западню.

Луис и Антонио, доставив нас, заняли свои места у входа в VIP-ложу. Не знаю, они стояли там для того, чтобы провести нас внутрь или же не пускать туда других людей. Мы были в большей защищенности благодаря картонным фигурам Элвиса, по крайней мере в натуральную величину. Меня они не впечатлили. Я-то встречала настоящего.

Виктор поприветствовал нас чудесной белозубой улыбкой, такой же блестящей, как у ведущих игровых телешоу:
- Эрик, как приятно видеть тебя в моем новом заведении! Тебе нравится интерьер? - он сделал взмах рукой, указывая на переполненный клуб.
Хотя Виктор был невысокого роста, он определенно над всем здесь возвышался и с жадностью наслаждался каждой минутой этого. Он наклонился, чтобы взять со столика напиток.

Даже стакан выглядел театрально - стекло было темным, дымчатым, волнистым. Он отлично вписывался в "интерьер", которым Виктор так гордился. Я бы назвала это (если бы мне представилась возможность описать его кому-либо другому, что, судя по всему, было весьма маловероятно) эпохой ранних борделей: много темного дерева, тиснёные обои, кожа и бархат. Как по мне, это выглядело массивно и напыщенно; возможно, я относилась предвзято. Людям, вертящимся на танцполе, кажется, нравился Вампирский Засос, неважно, как он был декорирован. Музыканты были вампирской группой, поэтому выступали отлично. Отыграв текущую песню, они исполнили более блюзовую вещь. Так как члены группы вполне могли играть с Робертом Джонсоном и Мемфис Минни, у них было несколько десятилетий, чтобы попрактиковаться.

- Я поражен, - произнес Эрик совершенно неизменившимся голосом.

- Простите мои плохие манеры! Пожалуйста, присаживайтесь, - сказал Виктор. - Мои спутники... Твое имя, милашка? - спросил он у девушки.

- Я - Минди Симпсон, - ответила она, кокетливо улыбнувшись. - А это мой муж, Марк Симпсон.

Эрик ответил им движением глаз. Пэм и я не пока не вступили в эту словесную игру, так что нам не надо было отвечать.

Виктор не представил бледную молодую женщину. Он явно сохранил самое интересное напоследок.

- Я вижу, с тобой твоя дорогая жена, - сказал Виктор, когда мы, новоприбывшие, двинулись, чтобы присесть на длинную банкетку по правую руку от него. Было не так удобно, как я рассчитывала, и глубина сидения не соответствовала длине моих ног. Полноразмерная декорация Элвиса справа от меня была одета в знаменитый белый комбинезон. Шикарно.

- Ага, я здесь, - сказала я уныло.

- И твоя прославленная заместительница, Пэм Рэйвенскрофт, - продолжил Виктор, как будто бы называл наши имена для скрыто ведущейся записи.

Я сжала руку Эрика. Он не мог читать мои мысли, о чем (по крайней мере в этот момент) я сожалела. Здесь происходило множество вещей, о которых мы не знали. В глазах вампиров, как человеческая жена Эрика, я в значительной степени расценивалась, как его самая главная наложница. Титул "жены" обеспечивал мне положение и защиту, теоретически делая меня неприкосновенной для других вампиров и их прислужников. Не то чтобы я гордилась быть представительницей второго класса, но однажды поняв, почему Эрик обманом вовлек меня в эти отношения, я постепенно смирилась с этим званием. Теперь пришло время предложить Эрику в ответ немного поддержки.

- Как давно открылся Вампирский Засос? - я широко улыбнулась омерзительному Виктору. У меня имелись годы практики казаться счастливой, когда это совсем не так, и я была королевой непринужденной болтовни.

- Вы не видели моей предварительной рекламы? Всего три недели, но пока что он довольно популярен, - ответил Виктор, его глаза едва скользнули по мне. Он не интересовался мной, как личностью, ничуть. Он даже не интересовался мной сексуально. Поверьте мне, я знаю признаки. Он гораздо больше был заинтересован во мне как в существе, чья смерть ранит Эрика. Иначе говоря, мое отсутствие будет более действенным, чем присутствие.

Раз уж он снизошел до беседы со мной, я подумала, что могу извлечь из этого пользу.

- Вы проводите здесь много времени? Я удивлена, что в вас не нуждаются в Новом Орлеане чаще. - Хлоп! Я ждала его ответа, не переставая улыбаться.

- Софи-Энн считала нужным постоянно оставаться в Новом Орлеане, но я представляю свое правление как более мобильное руководство, - сказал Виктор радушно. - Мне нравится держать твердую руку на всем, что происходит в Луизиане, особенно потому, что я считаю себя всего лишь регентом, содержащим штат для Фелипе, моего дорогого короля.
Его ухмылка стала абсолютно свирепой.

- Мои поздравления с регентством, - сказал Эрик, как будто ничто не могло быть более желанным.

В этом здании было столько притворства. Так много подводных течений; в них легко было утонуть, что мы и могли бы сделать.

- Огромное спасибо, - сказал Виктор яростно. - Да, Фелипе постановил, что я должен именовать себя "регентом". Так непривычно для короля, собрать столько территорий, сколько это сделал Фелипе. У него ушло какое-то время на то, чтобы определиться, как поступать дальше. Он решил оставить все титулы для себя.

- И вы также будете регентом Арканзаса? - спросила Пэм.
При звуках ее голоса, Мириам начала плакать. Она пыталась делать это так тихо, как только может женщина, но не бывает беззвучных слез. Пэм не смотрела в ее сторону.

- Нет, - ответил Виктор, выплевывая слова. - Красная Рита была удостоена этой чести.

Я не имела ни малейшего представления, кем могла быть Красная Рита, но оба, Эрик и Пэм казались впечатленными.
- Она великий боец, - сказал мне Эрик. - Сильный вампир. Она - отличный выбор для восстановления Арканзаса.

Прекрасно, может, мы могли бы поехать туда жить.

Хотя я не могла читать мысли вампиров, мне и не пришлось бы. Стоило только посмотреть на лицо Виктора, чтобы понять - он хотел, жаждал королевского титула; он надеялся править обеими новыми территориями Фелипе. Разочарование делало его злым, и он сфокусировал этот гнев на Эрике, самой крупной мишени в его досягаемости. Провоцировать Эрика и вторгаться на его территорию было недостаточно для Виктора.

И вот почему Мириам сегодня сидела в клубе. Я попыталась пробраться к ней в голову. Когда я осторожно нащупала границы, то встретилась с чем-то вроде белого тумана. Она находилась под действием наркотика, однако я не знала, что именно она приняла, и было ли это по собственной воле или принуждению.

- Да, безусловно, - сказал Виктор, и я рывком вернула себя назад, в здесь и сейчас. В то время как я ослабила внимание, находясь в голове у Мириам, вампиры обсуждали тему Красной Риты.
- Пока она осваивается по соседству, я счел подобающим поднять репутацию Луизианы, прилегающей к ее территории. Я открыл заведение для людей и вот это. - Виктор почти что мурлыкал.

- Вы владеете Придорожной Закусочной Вика для рабочих. - Сказала я ошеломленно.
Ну конечно! Мне следовало догадаться. Виктор что, собирал причины, по которым я хотела его смерти? По своей природе, экономика не должна иметь ничего общего с жизнью и смертью, но слишком часто эти вещи были определенно связаны.

- Да, - ответил Виктор, улыбаясь мне. Он был таким же радостным, как рождественский Санта в универмаге. - Вы там бывали?
Он поставил свой стакан на стол.

- Нет, слишком занята, - сказала я.

- А я слышал, что бизнес в Мерлотте ослабевает? - Виктор взглядом попытался выразить искусственную озабоченность, насколько сильно он беспокоится, но отбросил за ненадобностью. - Если тебе нужна работа, Сьюки, я замолвлю доброе словечко перед своим управляющим в Придорожной Закусочной... если только ты не предпочтешь работать здесь? Разве это не будет забавно!

Мне пришлось сделать глубокий вдох. На какое-то время воцарилось молчание. В этот момент все висело на волоске.

С потрясающим контролем, Эрик замуровал свою ярость за стеной, по крайней мере временно. Он сказал:
- Сьюки отлично себя чувствует там, где сейчас работает. Если бы ей разонравилось, то она бы переехала жить ко мне и, возможно, работала бы в Фангтазии. Она современная американская женщина и привыкла сама себя обеспечивать.

Эрик сказал это, как если бы гордился моей независимостью, однако, я знала, что это не так. Он в самом деле не мог понять, почему я настаиваю на сохранении своей работы.

- Раз уж речь пошла о моих спутницах, Пэм сказала, что вы подвергли ее наказанию. Это не привычно, наказывать помощника шерифа. Определенно, подобное следует оставить на попечение ее хозяина. - Эрик позволил появиться в своем голосе легкой резкости.

- Вас здесь не было, - вежливо запротестовал Виктор. - А она проявила к моим привратникам огромное неуважение, настаивая, что должна попасть внутрь до вашего прихода, чтобы проверить безопасность. Как будто бы мы позволили чему-либо в своем клубе угрожать нашему самому влиятельному шерифу.

- У вас есть дела, которые вы бы хотели обсудить? - сказал Эрик. - Не то, чтобы мне не казалось чудесным видеть, как вы тут все устроили. Тем не менее...

Он позволил своему голосу затихнуть, как если бы был просто слишком учтив, чтобы сказать: "У меня есть планы поважнее".

- Ну конечно же, спасибо за напоминание! - сказал Виктор. Он наклонился, чтобы поднять дымчато-серый бокал, обновленный официантом, так что он был до краев наполнен темно-красной жидкостью. - Простите, я так и не предложил вам выпить. Немного крови для вас, Эрик, Пэм?

Пэм воспользовалась возникшим диалогом, чтобы взглянуть на Мириам, которая выглядела так, будто в любую секунду может упасть... и, возможно, уже не поднимется. Пэм оторвала свой взгляд от молодой женщины и сконцентрировалась на Викторе. Она молча покачала головой.

- Спасибо за ваше предложение, Виктор, - начал было Эрик, - но...

- Я знаю, вы поднимете со мной бокалы. Закон запрещает мне предлагать отпить от Минди или Марка, ибо они не являются зарегистрированными донорами, а я ведь очень законопослушный.

Он улыбнулся Минди и Марку, которые ухмыльнулись в ответ. Идиоты.

- Сьюки, что будешь ты?

Эрик и Пэм были обязаны принять предложение выпить синтетической крови, но я, так как была всего лишь человеком, могла настоять, что не испытываю жажды. Даже если бы он предложил мне стейк по-деревенски и жаренные зеленые помидоры, я бы сказала, что не голодна.

Луис сделал жест одному из официантов, и тот испарился, чтобы вновь появиться вместе с Настоящей Кровью. Бутылки стояли на большом подносе рядом с темными причудливыми фужерами, подстать бокалу Виктора.

- Уверен, бутылки не соответствуют вашему эстетическому вкусу, - сказал Виктор. - Они оскорбляют меня.

Как и все официанты, мужчина, принесший напитки, был человеком; миловидным парнем в кожаной набедренной повязке (даже меньшей, чем кожаные шорты Луиса) и высоких ботинках. К этой повязке было приколото что-то наподобие розетки с надписью "Колтон". Его глаза имели поразительно серый цвет. Когда он поставил поднос на стол и разгрузил его, то думал о ком-то по имени Чик, или Чико... но, встретившись со мной глазами, он подумал: "Кровь фейри на бокалах. Не позволяй своим вампирам пить".

Я какое-то время смотрела на него. Он знал обо мне. Теперь я знала кое-что о нем. Он слышал про мою способность, которая не является тайной в сообществе сверхъестественных существ, и верил в нее.

Колтон опустил глаза.

Эрик открыл бутылку, открутив крышку, и поднял ее, чтобы вылить содержимое в бокал.

НЕТ, сказала я ему. Мы не могли общаться мысленно, но я послала волну отрицания и молилась, чтобы он ее понял.

- Я ничего не имею против американской упаковки, в отличие от вас, - сказал Эрик спокойно, поднося бутылку к своим губам. Пэм последовала его примеру.

Вспышка досады мелькнула на лице Виктора так быстро, что я бы могла решить, будто мне показалось, если бы не наблюдала за ним так пристально. Сероглазый официант удалился.

- Ты не виделась со своим прапрадедом, Сьюки? - спросил Виктор, как будто говоря: "Попалась!"

Не было смысла изображать неведение насчет моей связи с фейри.

- Не в последние пару недель, - ответила я осторожно.

- Но двое твоих родственников живут у тебя дома.

Это не являлось засекреченной информацией. Я была почти уверена, что новый вампир Эрика, Хайди, рассказала Виктору. У Хайди действительно не было выбора. Это обратная сторона того, что у тебя есть живые человеческие родственники, которых по-прежнему любишь.

- Да, мои кузен и двоюродный дед какое-то время живут у меня. - Я гордилась тем, что смогла произнести это почти скучающим тоном.

- Я подумал, не могла бы ты ознакомить меня с положением дел в политике фейри, - вкрадчиво сказал Виктор.

Минди Симпсон, устав от разговоров, в которых она не участвует, начала надувать губы. Это было неумно.

- Только не я. Я держусь в стороне от политики, - ответила я Виктору.

- Правда? Даже после тех суровых испытаний?

- Ага, даже после суровых испытаний - уныло сказала я. Я очень, очень хотела обсудить мое похищение и пытки. Отличный разговор для вечеринки. - Просто я не политическое животное.
<i> (political animal - человек, интересующийся политикой - прим. переводчика)</i>

- Но все же животное, - так же ровно сказал Виктор.

На мгновение повисла ледяная тишина. Тем не менее, я решила, что если Эрик погибнет, пытаясь убить данного вампира, этого не должно произойти из-за того, что меня оскорбили.

- Да, это я, - сказала я, с интересом возвращая ему улыбку. - Теплокровная, дышащая. Я даже могу вырабатывать молоко. Полный набор млекопитающего.

Глаза Виктора сузились. Может быть, я слишком далеко зашла.

- Есть ли еще что-то для дальнейшего обсуждения, Регент? - спросила Пэм, верно угадывая, что Эрик слишком зол, чтобы говорить. - Я бы с радостью оставалась здесь столько, сколько вам угодно или до тех пор, пока мои слова доставляют вам удовольствие, но я должна сегодня работать в Фангтазии, а моему господину Эрику необходимо присутствовать на встрече. И, очевидно, моя подруга Мириам переборщила с выпивкой этим вечером, и я заберу ее домой, чтобы она проспалась.

Виктор посмотрел на бледную женщину, будто только что ее заметил.

- О, вы ее знаете? - спросил он небрежно. - Да, помнится, кто-то упоминал о ней. Эрик, не та ли это женщина, которую по твоим словам хотела обратить Пэм? Сожалею, что пришлось ответить отказом. Но по моим подсчетам она долго не протянет.

Пэм не шевельнулась. Она даже не вздрогнула.

- Вы можете идти, - сказал Виктор, усиливая атмосферу бесцеремонности. - Так как я уже сообщил вам новости о моем регентстве, и вы посмотрели на мой прекрасный клуб. О, я подумываю над открытием салона татуировок и может быть адвокатской конторы, хотя моему кандидату на этот пост нужно подучить современное законодательство. Свою степень он получил в Париже в восемнадцатом веке. - снисходительная улыбка Виктора растаяла без следа. - Вы же знаете, что как регент я имею право открывать бизнес в округе любого шерифа? И все деньги от новых клубов будут поступать напрямую ко мне. Надеюсь, ваши доходы не сильно пострадают, Эрик.

- Вовсе нет, - ответил Эрик (честно говоря, я не думаю, что это имело какое-либо значение). - Все мы - часть ваших владений, Хозяин.

Его голос был таким сухим и пустым, что напоминал высохшее после стирки белье, хлопающее на ветру.

Мы встали более менее одновременно и склонили головы перед Виктором. Он пренебрежительно махнул нам рукой и нагнулся, чтобы поцеловать Минди Симпсон. Марк прижался поближе с другой стороны, уткнувшись носом в плечо Виктора. Пэм прошла к Мириам Эрнест и наклонилась к девушке, обхватив ее рукой и помогая подняться. Оказавшись на ногах при поддержке Пэм, Мириам сосредоточилась на том, чтобы добраться до двери. Ее разум мог быть и затуманен, но глаза буквально кричали.

Мы покидали клуб в мрачном молчании (по крайней мере с тех пор, как закончился наш разговор, музыка просто не затихала), сопровождаемые Луисом и Антонио. Братья миновали крепко-сложенную Анну Людмилу и последовали за нами на парковку, что удивило меня.

Когда мы миновали первый ряд машин, Эрик обернулся к ним. Не случайно большая часть стоявшего автомобиля загораживала обзор между Анной Людмилой и нашей маленькой компанией.

- У вас двоих есть, что сказать мне? - спросил он мягко.

Будто внезапно осознав, что она находится за пределами Вампирского Засоса, Мириам вскрикнула и начала плакать, и Пэм обняла ее.

- Это была не наша идея, шериф, - сказал Антонио, тот, что пониже. Мышцы его брюшного пресса, покрытые маслом, блестели в свете парковочных фонарей.

Луис сказал:
- Мы верны Фелипе, нашему истинному королю, но работать на Виктора непросто. Это была неудачная ночь для нас, когда мы были направлены в Луизиану, чтобы служить ему. Теперь, когда Бруно и Корина пропали, он не может никого найти им на замену. Нет сильного лейтенанта. И он постоянно путешествует, стараясь не терять из виду ни один уголок Луизианы, - Луис покачал головой. - Мы слишком рассредоточены. Ему необходимо осесть в Новом Орлеане и восстанавливать вампирскую инфраструктуру. У нас нет особого желания таскаться здесь в кожаных тряпках, едва прикрывающих наши задницы, выкачивая из вашего клуба прибыль. Располовинивание доходов не является экономически правильным, к тому же затраты на запуск клуба были чрезмерными.

- Если вы пытаетесь подбить меня на предательство моего нового хозяина, вы выбрали не того вампира, - ответил Эрик, а я пыталась не позволить своему рту распахнуться.

Я решила, что Рождество наступило в июне, когда Луис и Антонио открыли свое недовольство, но, по-видимому, я мыслила недостаточно изощренно... снова.

Пэм сказала:
- Кожаные шорты весьма привлекательно смотрятся, в отличие от черной синтетики, которую мне приходиться носить.

Она поддерживала Мириам, но не смотрела на нее или не обращала внимания, как если бы хотела, чтобы все остальные забыли о присутствии девушки.

Жалоба насчет костюма была вполне в ее духе, но являлась несущественной. Пэм всегда прежде всего находилась на работе. Во взгляде Антонио, направленном на Пэм, сквозили разочарование и отвращение:
- Я представлял тебя себе такой свирепой, - пробормотал он. Потом посмотрел на Эрика. - А тебя таким храбрым.

Он и Луис развернулись и зашагали обратно в клуб.

После этого Пэм и Эрик начали двигаться с такой скоростью, будто нам в кратчайшие сроки нужно было убраться с территории.

Пэм просто подхватила Мириам и поспешила к машине Эрика. Он открыл заднюю дверь, и она усадила внутрь свою подружку, а сама скользнула следом. Видя, что нужно поторапливаться, я вскарабкалась на переднее пассажирское сиденье и молча пристегнулась. Я обернулась и увидела, что Мириам потеряла сознание, когда поняла, что она в безопасности.

После того, как машина покинула парковку, Пэм начала хихикать, а Эрик широко улыбался. Я была слишком растеряна, чтобы спрашивать, что их так развеселило.

- Виктор просто не может себя обуздать, - сказала Пэм. - Устраивать представление с участием моей бедной Мириам.

- И затем бесценное предложение от кожаных близнецов!

- Ты видел лицо Антонио? - не унималась Пэм. - Честное слово, я так не веселилась с тех пор, как показала клыки старушке, пожаловавшейся на цвет, в который я выкрасила свой дом!

- Это даст им пищу для размышлений, - сказал Эрик. Он глянул на меня, его клыки блестели. - Отличный был момент. Не могу поверить, будто они думали, что мы на это попадемся.

- А что если Антонио и Луис говорили искренне? - спросила я. - Что если Виктор заберет кровь Мириам или сам обратит ее?

Я перевернулась на сидении, чтобы посмотреть назад на Пэм.

Она глядела на меня почти с жалостью, как если бы я была безнадежным романтиком.

- Он не может, - сказала она. - Он был с ней в публичном месте и у нее полно человеческих родственников. И еще он должен понимать - я убью его, если он это сделает.

- Если только ты не умрешь раньше, - сказала я. Эрик и Пэм, видимо, не разделяли моего уважения к боевым навыкам Виктора. Они казались почти до безумия самодовольными. - И почему вы оба настолько уверены, что Антонио и Луис затеяли все это лишь для того, чтобы увидеть, как вы отреагируете?

- Если они говорили серьезно, то свяжутся с нами снова, - сказал Эрик резко. - Им негде больше искать прибежища, если они уже обращались к Фелипе, и тот им отказал. А я подозреваю, что это так. Скажи мне, любимая, что там была за проблема с напитками?

- Проблема была в том, что он смазал внутреннюю поверхность бокалов кровью фейри, - сказала я. - Человеческий официант, парень с серыми глазами, дал мне наводку.

И улыбки исчезли, как будто кто-то нажал выключатель. Я испытала чувство неприятного удовлетворения.

Чистая кровь фейри одурманивает вампиров. Незачем говорить, что Пэм или Эрик могли сотворить, если бы выпили из тех бокалов. А осушили бы они их в мгновение ока, потому что запах опьяняет не меньше, чем сама жидкость.

В то время как попытки отравления заметны, эта была бы едва уловима.

- Не думаю, что такое количество могло заставить нас стать неуправляемыми, - сказала Пэм. Но в ее голосе не было такой уверенности.

Эрик приподнял свои блондинистые брови.

- Это был продуманный эксперимент, - сказал он задумчиво. - Мы могли напасть на кого-нибудь в клубе, или же наброситься на Сьюки, так как в ней есть эта привлекательная примесь фейри. Мы бы публично выставили себя дураками в любом случае. Нас могли арестовать. Отлично, что ты нас остановила, Сьюки.

- От меня бывает польза, - сказала я, подавляя приступ страха от высказанной мысли, что Эрик и Пэм могли устроить охоту на фейри со мной в главной роли .

- И ты жена Эрика, - заметила Пэм тихо.

Эрик уставился на нее в зеркало заднего вида.

Повисшая тишина была такой плотной, что я пожалела об отсутствии ножа. Таинственная размолвка между Пэм и Эриком разочаровывала и расстраивала одновременно. И это было приуменьшением года.

- Есть ли что-то, что вы хотите мне рассказать? - спросила я, боясь услышать ответ. Но незнание было бы хуже.

- Эрик получил письмо... - начала Пэм, и прежде чем я заметила, что он двигается, Эрик резко повернулся, перегнулся через сидение и сжал ее глотку. Так как он все еще вел машину, я пронзительно вскрикнула от ужаса.

- Смотри вперед, Эрик! Не надо снова драться, - сказала я. - Слушай, просто возьми и расскажи мне!

Правой рукой Эрик все еще удерживал Пэм хваткой, которая придушила бы ее, если б она была способна дышать. Он рулил левой рукой и мы ехали по инерции, пока не остановились на обочине дороги. Я не могла увидеть ни одной встречной машины, и позади нас также не было огней. Я не знала, обрадовала ли меня эта уединенность или нет. Эрик посмотрел назад на свое дитя, его глаза так горели, что из них практически сыпались искры. Он сказал:
- Пэм, не разговаривай. Это приказ. Сьюки, оставь эту тему.

У меня было, что сказать. Например: "Я не твоя подданная, и буду говорить то, что хочу" или же "Пошел ты на хуй, дай мне выйти", а потом позвонить брату, чтобы он забрал меня.

Но я сидела молча.

Стыдно признаться, но в тот момент я боялась Эрика, этого отчаянного и непреклонного вампира, который набрасывался на своего лучшего друга, так как не хотел, чтобы я знала... что-то. Через связь, которую я с ним ощущала, я получила спутанный пучок отрицательных эмоций: страха, гнева, мрачной решимости и отчаянья.

- Отвези меня домой, - сказала я.

И жутковатым эхо губы Мириам прошептали:
- Отвези меня домой...

После долгой паузы Эрик отпустил Пэм, которая осела на заднее сиденье, как мешок с рисом. Она согнулась над Мириам в защитной позе. В ледяной тишине Эрик отвез меня к моему дому. Не было никаких дальнейших упоминаний о сексе, который мы планировали после этого "веселого" вечера. В ту минуту я бы предпочла заняться сексом с Луисом и Антонио. Или с Пэм. Попрощавшись с Мириам и Пэм, я выбралась из машины и пошла, не оглядываясь, к дому.

Думаю, Эрик вместе с Пэм и Мириам поехали обратно в Шривпорт, и, наверное, в какой-то момент он разрешил Пэм снова говорить, но я не знаю.

Я не могла уснуть, после того, как смыла с себя макияж и повесила в шкаф красивое платье. Я надеялась, что в будущем мне доведется надеть его для более приятного вечера. Я думала, смог бы Эрик оставаться весь вечер таким же хладнокровным, если бы это меня Виктор похитил, опоил и выставил напоказ на той банкетке, чтобы весь мир поглазел.

И было еще кое-что, беспокоившее меня. И я бы задала этот вопрос Эрику, если б он не стал строить из себя диктатора. Я бы сказала: "Откуда Виктор взял кровь фейри?"

Именно это я бы у него и спросила.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/14061/60269

Переводчики: svetkin, vaar