Готовый перевод Charlaine Harris / Dead Reckoning / Шарлин Харрис / Смертельный расчет: Глава 8

Глава 8

Все школы так или иначе похожи друг на друга, не так ли? Всегда присутствует запах мела, школьных ланчей, мастики и книг. Эхо детских голосов, громкие голоса преподавателей. "Художества" на стенах и украшения, висящие на дверях классов. Маленький детский сад в Ред Дитч ничем не отличался.

Я вела Хантера за руку, когда Реми шел позади нас. Каждый раз, когда я видела Хантера, он все более походил на мою кузину Хедли, его мертвую мать. У него были её темные волосы и её черные глаза, и его лицо теряло свою детскую округлость, становилось овальным, как у неё.

Бедная Хедли. У нее была трудная жизнь, во многом благодаря ее собственным решениям. В конце своей жизни она нашла настоящую любовь, стала вампиром, и была убита из ревности. Несмотря на то, что жизнь Хедли была богата событиями, длилась она не так уж и долго. Именно поэтому я в некотором смысле заменяла ее. На секунду я задумалась о том, что бы она чувствовала по этому поводу. Это должно было быть её обязанностью отвести своего сына в его первую школу - детский сад, который он будет посещать осенью. Цель этого визита - помочь будущим детсадовцам свыкнуться с мыслью о школе, позволив им взглянуть на школьные комнаты, парты и учителей.

Некоторые дети, проходя в здание, осматривались с любопытством, без намека на страх. Некоторые были молчаливы и шли с широко раскрытыми глазами. Точно также мой "племянник" Хантер смотрелся в глазах других людей, хотя на самом деле, я мысленно слышала как он болтал без умолка. Хантер был телепатом, как и я. Пожалуй, это был самый тщательно охраняемый мною секрет. Я хотела, чтобы Хантер вырос настолько нормальным, насколько это было возможно.Чем больше суперов знало о существовании Хантера, тем выше была вероятность, что кто-нибудь украдет его, чтобы использовать его талант в своих целях. Всегда найдется кто-нибудь достаточно безжалостный, чтобы совершить подобный поступок. Я не думаю, что Реми - отец Хантера, уже успел это обдумать. Реми волновался о том, как остальные люди примут Хантера. И это был хороший вопрос. Дети могут быть невероятно жестоки, если чувствуют, что ты отличаешься от них. Я знала это слишком хорошо.

Когда люди мысленно разговаривают друг с другом, это выглядит довольно очевидным, если вы знаете реплики, конечно. Меняется выражение лица, когда они смотрят друг на друга, настолько, как, если бы они разговаривали вслух. Так что я не смотрела на ребенка чаще чем нужно и сохраняла на своем лице улыбку. Хантер был слишком мал, чтобы научиться скрывать наш разговор, значит придется это сделать мне.

<i> Поместятся ли в одной комнате все дети ?</i> - спросил он.

- Вслух, - тихо напомнила я. - Нет, Хантер, вас распределят по группам, а затем вместе с одной из групп ты проведешь целый день.
Я не знала расписания в детском саду в Ред Дитч, было ли оно таким же как и в старших классах, но я была уверенна, что, в любом случае, знакомство продлится до позднего ланча.
- Твой отец будет привозить тебя утром, и кто-нибудь забирать во второй половине дня.
<i> Кто? </i>
Хотела бы я знать, но в тот же момент вспомнила, что Хантер слушал мои мысли.
- Твой отец все уладит, - сказала я. - Посмотри-ка. Эта комната - Комната с Тюленем. Видишь большую картину тюленя? А эта комната - Комната с Пони.

- Там есть пони? - Хантер был оптимистом.

- Не думаю, но, спорю, в комнате есть много картинок с пони.

Все двери были открыты настежь, так что видно было воспитателей, улыбающихся детям и их родителям, делающих все возможное, чтобы казаться приветливыми и радушными. Естественно, у некоторых это получалось с трудом.

Воспитатель из комнаты с пони - Миссис Гристед была достаточно приятной женщиной, или, по-крайней мере, так казалось на первый взгляд. Хантер был согласен со мною.

Мы рискнули зайти в комнату с щенками и встретились с Мисс OФэллон. Мы вернулись в холл через три минуты.

- Только не комната с щенками, - тихо сказала я Реми.- Ты ведь можешь выбирать, правильно?

- Да. Но только один раз. Я могу точно назвать комнату, которую мой сын не будет посещать, - сказал он. - Большинство используют это право в случае, если учитель является близким другом семьи, как родственник, или, наоборот, если семьи находятся в ссоре.

- Только не комната с щенятами, - сказал Хантер, выглядя напуганным.

Мисс ОФэллон выглядела приятной снаружи, но была гнилой внутри.

- Что-то не так? - спросил Реми доверительным голосом.

- Скажу позже,- пробормотала я. - Давайте посмотрим остальные.

Следуя за Реми, мы осмотрели оставшиеся три комнаты. Все остальные учителя казались нормальными, хотя, Миссис Бойл выглядела немного на пределе. Ее мысли были чересчур оживленными, крайне нетерпеливыми, а улыбка казалась болезненной. Я не стала говорить об этом Реми. Если он может отказаться только от одного учителя, то пускай это будет Мисс OФэллон, она была наиболее опасной.

Мы вернулись в комнату Миссис Гристед, потому что Хантеру определенно нравились пони. В комнате находились еще два родителя, на попечении которых были две маленькие девочки. Я мягко сжала руку Хантера, чтобы напомнить ему о правилах. Он посмотрел на меня, и я легонько кивнула, пытаясь его приободрить. Он отпустил мою руку и подошел к стеллажам с книгами, взял одну из них и начал листать страницы.

- Ты любишь читать, Хантер? - спросила Миссис Гристед.

- Мне нравятся книги. Но я еще не умею читать.

Хантер положил книгу на место и я мысленно похлопала его по спине. Он улыбнулся про себя и выбрал еще одну книгу, на этот раз Доктора Сьюза о собаках.

- Я вижу, что Хантеру читали вслух, - сказала учительница, улыбаясь Реми и мне.

Реми представился:
- Я отец Хантера, а это его двоюродная тетя, - сказал он, кивая в мою сторону. - Сьюки сегодня выполняет обязанности мамы Хантера, так как та умерла.

Миссис Гристед приняла услышанное.
- Что же, я рада видеть вас обоих, - сказала она. - Хантер производит впечатление смышленого малыша.

Я заметила, что девочки приближались к нему. Они были давними подругами, насколько я могла сказать, а их родители вместе ходили в церковь. Я сделала мысленную пометку посоветовать Реми выбрать церковь и начать ее посещать. Хантеру понадобится любая поддержка, какую он сможет получить. Девочки тоже стали выбирать книги. Хантер улыбнулся одной, с темными коротко остриженными волосами, поглядел на нее искоса - взгляд, которым застенчивые дети обычно оценивают потенциальных товарищей по играм.

Она сказала:
- Мне нравится вот эта, - и указала на "Там, где живут чудовища".

- Я никогда ее не читал, - ответил Хантер нерешительно. Для него книга выглядела пугающе.

- Ты играешь в кубики? - Спросила девочка со светло-каштановым хвостиком.

- Да.
Хантер подошел к покрытой ковром игровой области, которая, как я решила, предназначалась для строительства, потому что вокруг были кубики всех размеров и паззлы. Через минуту все трое уже строили что-то, что ожило в их головах.

Реми улыбался. Он надеялся, что подобным образом будут проходить все дни. Но конечно же, так быть не могло. Даже сейчас Хантер с сомнением косился на девочку-с-хвостиком, так как та злилась, что брюнетка забирает все кубики с буквами алфавита.

Другие родители смотрели на меня с некоторым любопытством, и одна из мам сказала:
- Вы здесь не живете?

- Нет, - сказала я. - Я живу в Бон Темпс. Но Хантер хотел, чтобы я пошла с ним сегодня, и он мой любимый маленький кузен. - Я почти назвала его моим племянником, потому что он звал меня "тетя Сьюки."

- Реми, - сказала та же женщина. - Ты внучатый племянник Хэнка Савоя, да?

Реми кивнул:
- Да. Мы приехали сюда после Катрины и остались, - сказал он. Он пожал плечами. С этим ничего не поделаешь - Катрина забирает у тебя все. Она та еще стерва.

Все вокруг закивали головами, и я почувствовала, как волны сочувствия окутывают Реми. Может быть эта доброжелательность распространится и на Хантера. Пока они налаживали связи друг с другом, я направилась назад к двери в класс мисс О'Фэллон.

Молодая женщина улыблась двум детям, которые осматривались в ее ярко оформленной классной комнате. Одна родительская пара стояла как раз позади своего малыша. Может они что-то такое уловили в воздухе, а может просто защищали его от всего.

Я подошла поближе к мисс О'Фэллон и открыла рот, чтобы заговорить. Я бы сказала ей: "Держите эти фантазии при себе. Даже и не думайте о подобных вещах, находясь в одной и той же комнате с детьми". Но мне в голову пришла и другая мысль. Она знала, что я пришла вместе с Хантером. Если я пригрожу ей, не сделает ли это Хантера мишенью для ее злобного воображения? Я не смогу находиться поблизости, чтобы защитить его. Я не смогу остановить ее. Я не могла придумать, как устранить ее. В глазах закона или морали она не сделала пока ничего плохого... пока. Что с того, что она представляет, как заклеивает детям рты клейкой лентой? Она еще ничего не натворила. Разве не у каждого из нас есть фантазии об ужасных вещах, которых мы не совершили? Она задавалась этим вопросом, потому что ответ на него помогал ей чувствовать себя все еще... в порядке. Она не знала, что я могу ее слышать.

Была ли я хоть чуть-чуть лучше мисс О'Фэллон? Этот страшный вопрос пронесся в моей голове быстрее, чем я бы успела его записать. Я думала: "Да, я не настолько ужасна, потому что не несу ответственности за детей. Люди, которым я желаю зла, взрослые и они сами убийцы." Это не делало меня лучше, чем мисс О'Фэллон, но это выставляло ее в гораздо худшем свете.

Я смотрела на нее достаточно долго, чтобы заставить нервничать.

- Вы хотите спросить что-нибудь об образовательной программе? - Спросила она наконец, с легким напряжением в голосе.

- Почему вы стали учительницей? - спросила я.

- Я думала, будет здорово обучать малышей первым вещам, которые им нужно знать, чтобы освоиться в этом мире, - ответила она, как будто включила заезженную пластинку. Она подразумевала другое: "У меня была учительница, которая издевалась надо мной, когда никто не видел. И еще ме нравятся маленькие и беззащитные".

- Хммм, - пробормотала я. Другие посетители покинули комнату, и мы остались одни.

- Вам необходимо лечение, - сказал я быстро и тихо. - Если вы сделате то, о чем грезите, то возненавидите себя. А еще уничтожите жизни других людей, так же как когда-то разрушили вашу. Не позволяйте ей победить. Обратитесь за помощью.

Она изумленно на меня смотрела.

- Я не знаю... Что за...

- Я крайне серьезна, - произнесла я, отвечая на ее невысказанный вопрос. - Я весьма серьезна.

- Я сделаю это, - сказала она, как будто слова силой вырывались из ее рта. - Клянусь, я все сделаю.

- Для вас же лучше, - ответила я. Я еще раз пристально посмотрела ей в глаза, а потом покинула комнату с щенками.

Может я испугала или встряхнула ее достаточно, чтобы она действительно сделала то, что пообещала. Если нет, что же, придется продумать другую тактику.

- Миссия выполнена, - сказала я сама себе, заработав нервный взгляд от одного очень молодого папаши. Я улыбнулась ему, и после минутного сомнения он улыбнулся в ответ. Я вернуласьк Реми и Хантеру, и мы закончили нашу экскурсию по детскому саду без каких-либо дальнейших инцидентов. Хантер посмотрел на меня вопросительно и очень встревоженно, и я кивнула. Я о ней позаботилась, сказала я, и молилась, чтобы это было правдой.

Для ужина было еще слишком рано, но Реми предложил нам зайти в Дейри Квин, чтобы побаловать Хантера мороженным, и я согласилась. После похода в школу Хантер был наполовину обеспокоен и наполовину восторжен. Я старалсь успокоить его небольшим мысленным диалогом.

<i> Ты сможешь отвести меня в школу в мой первый день, тетя Сьюки? </i> -спросил он, и мне пришлось проявить твердость, чтобы ответить.

<i> Нет, Хантер, это обязанность твоего отца, </i> - ответила я ему. - <i> Но когда этот день наступит, ты позвонишь мне, вернувшись домой, и расскажешь, как все прошло, ладно? </i>

Хантер проникновенно посмотрел на меня широко открытыми глазами.

<i> Но мне страшно. </i>

Я ответила ему со скепсисом:

<i> Ты можешь нервничать, но и все остальные будут чувствовать то же самое. Это твой шанс завести друзей, так что не забывай держать рот закрытым, пока мысленно со всем не разберешься. </i>

<i> Или тогда я им не понравлюсь? </i>

<i> Нет! </i> - Cказала я, подождав, чтобы он понял. - <i> Они не поймут тебя. Это совсем другое. </i>

<i> А тебе я нравлюсь? </i>

<i> Ты маленький плутишка! Ты же знаешь, что нравишься </i> - ответила я, улыбаясь и взъерошивая его волосы.

Я оглянулась на Реми, стоящего в очереди у прилавка, чтобы заказать нам мороженное. Он помахал мне и скорчил рожицу Хантеру. Реми предпринимал огромные усилия, чтобы воспринимать все это как должное. Он вживался в роль отца неординарного ребенка.

Я подумала, что он сможет расслабиться лет через двенадцать, плюс-минус несколько.

<i> Знай, что твой отец любит тебя и хочет для тебя лучшего</i> - сказала я.

<i> Он хочет, чтобы я был как все другие дети </i> - ответил Хантер с обидой и грустью.

<i> Он хочет, чтобы ты был счастлив. И он понимает, что чем больше людей узнает о твоем даре, тем выше вероятность, что счастлив ты не будешь. Знаю, не честно говорить, что ты должен держать все в тайне. Но это единственный секрет, который тебе нужно хранить. Если кто-нибудь заговорит с тобой об этом, расскажи своему папе или мне. Если кто-то думает, что ты странный, ты говоришь отцу. Если кто-то пытается трогать тебя за разные места, ты тоже рассказываешь. </i>

Сейчас я его только испугала.
Но он сглотнул и сказал:
<i> Я знаю про плохие прикосновения. </i>

<i> Ты умный мальчик и у тебя появится множество друзей. Это просто вещь, которую им о тебе знать не нужно. </i>

<i> Потому что это плохо? </i> - на лице Хантера виднелись мука и отчаяние.

<i> Блин, нет! </i> - сказала я разгневанно. - <i> С тобой все в порядке, приятель. Но ты знаешь, что мы другие, а люди не всегда понимают необычное. </i>

Лекция закончена. Я поцеловала его в щеку.

- Хантер, принеси нам немного салфеток, - сказала я, как ни в чем не бывало, когда Реми подхватил поднос с нашим десертом. Мне досталось мороженное с шоколадной стружкой и мой рот наполнился слюной, когда мы разобрали салфетки и погрузились каждый в свою чашу греховного блаженства.

Молодая женщина с темными волосами до плеч вошла в кафетерий, заметила нас и неопределенно взмахнула рукой.

- Смотри, дружок, это Эрин, - сказал Реми.

- Эй, Эрин! - Хантер с энтузиазмом замахал ей в ответ, его руки двигались как маленький метроном.

Эрин подошла, все еще выражая неуверенность, рады ей тут или нет.

- Привет, - сказала она, оглядывая столик. - Мистер Хантер, сэр, очень рада видеть вас в этот прекрасный день!

Хантер заулыбался, глядя на нее. Ему нравилось, что его называют "Мистер Хантер". У Эрин были очаровательные округлые щеки, а ее миндалевидные глаза имели глубокий коричневый оттенок.

- Это моя тетя Сьюки! - с гордостью произнес Хантер.

- Сьюки, это Эрин, - сказал Реми. Из его мыслей я поняла, что молодая женщина нравилась ему гораздо больше чем чуть-чуть.

- Эрин, я так много о вас слышала, - сказала я. - Приятно после этого увидеть и ваше лицо. Хантер хотел, чтобы я приехала на знакомство с его садиком.

- И как все прошло? - спросила Эрин, искренне интересуясь.

Хантер начал ей рассказывать, а Реми подскочил, чтобы придвинуть Эрин стул.

Мы хорошо провели время. Хантеру, кажется, действительно нравилась Эрин, и та отвечала взаимностью. Также Эрин весьма интересовалась отцом Хантера, а Реми был близок к тому, чтобы по уши в нее влюбиться. В конце концов это был неплохой день для чтения мыслей, решила я.

Хантер сказал:
- Мисс Эрин, тетя Сьюки говорит, что не сможет пойти со мной в первый учебный день. А вы пойдете?

Эрин была в замешательстве и в тоже время польщена.
- Если твой папа не против, и я смогу отпроситься с работы, - ответила она, осторожно ставя условия на случай, если Реми будет возражать... или если они перестанут встречаться к концу августа. - Это так мило, что ты спросил меня.

Пока Реми водил Хантера в туалет, Эрин и я с любопытством изучали друг друга.

- Как давно вы с Реми встречаетесь? - спросила я. Вопрос казался вполне безобидным.

- Всего месяц, - ответила она. - Мне нравится Реми и я думаю, что у нас может что-то получиться, но еще слишком рано говорить. Я не хочу, чтобы Хантер привязался ко мне, если вдруг у нас ничего не выйдет. К тому же...

Она долго колебалась.

- Как я поняла, Кристен Дюшен думала, что с Хантером что-то не так. Она всем об этом рассказала. Но мне действительно небезразличен этот маленький мальчик.

Вопрос ясно читался в ее глазах.

- Он отличается, - сказала я, - но с ним все в полном порядке. Он не психически больной, у него нет сложностей с обучаемостью, и он не одержим дьяволом.

Я улыбалась совсем чуть-чуть, когда заканчивала фразу.

- Я никогда не замечала никаких признаков этого, - согласилась Эрин. Она тоже улыбалась. - Хотя и не думаю, что я в курсе всего.

Я не собиралась раскрывать секрет Хантера.
- Ему нужны особая любовь и забота, - сказала я. - У него никогда по-настоящему не было матери. И я уверена, если в его жизни появится кто-то постоянный, играющий эту роль, то это поможет.

- И таким человеком будете не вы, - сказала она наполовину вопросительно.

- Нет, - ответила я, обрадованная возможностью говорить напрямую. - Это буду не я. Реми производит впечатление милого парня, но я встречаюсь кое с кем другим.

Я наскребла еще одну ложку шоколада и глазури.

Эрин посмотрела на свой стакан Пепси и задумалась. Конечно, я "думала" ее мысли вместе с ней. Ей никогда не нравилась Кристен и она считала ее не особо умной. Ей в самом деле нравился Реми, все сильнее и сильнее. И она любила Хантера.

- Ладно, - сказала она, придя к внутреннему согласию. - Ладно.

Она подняла на меня глаза и кивнула. Я кивнула в ответ. Кажется, мы достигли взаимопонимания. Когда мужчины вернулись из своего похода в комату отдыха, я с ними попрощалась.

- Ой, Реми, постой. Не мог бы ты выйти со мной на минуту, если Эрин не против присмотреть за Хантером?

- С удовольствием, - ответила она. Я снова обняла Хантера, погладила по голове и улыбнулась, направляясь к двери.

Реми следовал за мной с настороженным выражением на лице. Мы встали невдалеке от входа.

- Ты знаешь, что Хэдли оставила большую часть своего имущества мне, - сказала я.

Это меня тяготило.

- Адвокат сказал мне.

Лицо Реми ничего не выражало, но, конечно, у меня были и другие способы. Он был абсолютно спокоен.

- Ты не злишься?

- Нет. Мне ничего не нужно от Хэдли.

- Но ради Хантера... на колледж. Там было немного наличности, но имелись довольно неплохие украшения, и я могу их продать.

- Я уже начал копить деньги на его обучение, - сказал Реми. - Одна из моих родственниц говорит, что собирается завещать свое имущество ему, так как у нее нет своих детей. Хэдли устроила мне ад, и она даже не заботилась о Хантере настолько, чтобы подумать о его будущем. Мне ничего не нужно.

- При всей справедливости, она не рассчитывала умереть молодой... По правде говоря, она вообще не думала умирать, - сказала я. - Я верю, что она не упомянула Хантера в завещании, так как не хотела, чтобы о нем кто-нибудь узнал и начал разыскивать, дабы использовать в качестве залога ее послушного поведения.

- Я надеюсь, что причина в этом, - ответил Реми. - То есть я надеюсь, что она о нем думала. Но брать ее деньги, зная, как она закончила, каким способом она их заработала... меня от этого стошнит.

- Хорошо, - сказала я. - Если ты обдумаешь услышанное и передумаешь, позвони мне до завтрашнего вечера. Никогда не знаешь, в какой момент мне захочется покутить или выложить эти украшения на сукно одного из казино!

Он лишь слегка улыбнулся.
- Ты хорошая женщина, - сказал он, и вернулся к своей девушке и сыну.

Я отправилась в обратный путь с чистой совестью и радостью в сердце.

Я отработала половину ранней смены в тот день (Холли взяла вторую половину моей смены и ее собственную), так что была свободна. Я решила поразмышлять немного больше над письмом бабушки. Визит г-на Каталиадиса к нам, когда мы были детьми, cluviel dor, обман бабушки любовником... Потому что, несомненно, когда бабушка думала, что чувствует запах Финтана, когда видела своего мужа, она видела Финтана с измененной внешностью. Все это трудно было переварить.

Амелия и Боб были заняты заклинаниями, когда я вернулась. Они шли по всему периметру дома в противоположных направлениях, пели и размахивали кадилами, как священники в католической церкви.

В некоторые дни я понимала, что это к лучшему, что я живу в пригороде.

Я не хотела прерывать их настрой, поэтому побрела в лес. Я задавалась вопросами, где был портал, могла бы я его распознать? "Тонкое место", так Дермот окрестил его. Могла ли я обнаружить тонкое место? По крайней мере, я знала общее направление, и отправилась на восток.

День был теплый, и я вспотела в ту же минуту, как начала свой путь через лес. Солнце пробивалось сквозь ветви тысячей узоров, а птицы и жучки производили такой шум, из-за которого лес был каким угодно, но только не беззвучным. Это не продлится долго - пока не наступит вечер, и свет будет падать под углом, делая тропинки неясными. Птицы замолкнут, а ночные животные наполнят лес собственной гармонией.

Я выбрала дорогу через подлесок, размышляя о прошлой ночи. Интересно, упаковала ли Джудит все свои вещи и ушла, как и обещала. Не чувствовал ли Билл себя одиноким теперь, когда она ушла. Я полагала, что ничто и никто не появился в моем дворе ночью, так как я проспала всю ночь и первую половину дня.

Потом все, что мне осталось - думать, когда Сандра Пелт снова попытается убить меня. Как только я начала подозревать, что находиться в одиночестве в лесу была не очень хорошая идея, я шагнула на крошечную полянку примерно в четырех сотнях метров, может, меньше, к юго-востоку от задней двери моего дома.

Я была уверена, что эта маленькая поляна и была тем тонким местом. В то же время, насколько я могла судить, не было никаких видимых причин, для возникновения поляны именно здесь. Трава росла густо, но кустов не было, ничего не было выше роста теленка. Не было лиан, растянувшихся по всей территории, никаких веток, опускавшихся с неё.

Прежде чем я вышла из тени деревьев, я очень тщательного изучила землю. Последнее, что мне было нужно - попасть в какую-нибудь фейрийскую ловушку. Но я не могла видеть ничего необычного, кроме, может быть... небольших колебаний в воздухе. Прямо посередине поляны. Странное пятно, если даже я не видела его полностью, зависло на уровне колен. Оно было в форме небольшого и неровного круга, может быть, сантиметров сорок в диаметре. И именно в этом месте воздух казался искаженным, немного похожим на иллюзию от жары. Было ли там на самом деле жарко? Я хотела бы знать.

Я опустилась на колени в траву на расстоянии вытянутой руки от колебаний воздуха. Я сорвала длинную травинку и очень нервно ткнула его в зону искажения.

Я отпустила ее, и она исчезла. Я отдернула пальцы назад и вскрикнула с удивлением.

Я что-то нашла. Не была уверена, что именно. Если бы я и сомневалась в словах Клода, тут я нашла подтверждение, что он говорил мне правду. Очень осторожно я передвинулась поближе к дрожащему лоскуту.

- Привет, Найалл, - сказала я. - Если ты слышишь, если ты там. Мне тебя не хватает.

Разумеется, ответа не последовало.

- У меня много неприятностей, но я предполагаю, у тебя тоже, - сказала я, не желая, чтобы это казалось нытьем. - Я не знаю, как мир фейри сосуществует с нашим миром. Вы перемещаетесь вокруг нас, но невидимые? Или у вас есть свой собственный мир, как Атлантида?

Это был довольно вялый и односторонний разговор.
- Ну, я лучше вернусь в дом, прежде чем стемнеет. Если я нужна тебе, приди ко мне. Мне действительно тебя не хватает, - снова сказала я.

По-прежнему ничего не происходило.

Чувствуя одновременно радость, что я нашла тонкое место, и разочарование, что в результате ничего не изменилось, я вернулась назад через лес к дому. Боб и Амелия закончили свои магические дела во дворе, и Боб зажег гриль. Он и Амелия собирались готовить стейки. Хотя я поела мороженое с Реми и Хантером, я не могла отказаться от стейка, который Боб натёр секретными приправами. Амелия резала картошку, чтобы завернуть в фольгу и тоже приготовить на гриле. Я была довольна. Я вызвалась приготовить тыквенную кашу.

Дом воспринимался счастливее. И безопаснее.

Пока мы ели, Амелия рассказывала нам смешные истории о работе в Магазине Истинной Магии, и Боб расслабился достаточно, чтобы пародировать некоторых своих странных коллег по парикмахерской, где он работал. Парикмахерша, которую Боб заменил, была настолько расстроена осложнениями жизни в Новом Орлеане после урагана Катрина, что загрузилась в машину и уехала в Майами. Боб получил работу, став первым квалифицированным специалистом, вошедшим в дверь после предыдущего вышедшего. В ответ на мой вопрос, было ли это чистое совпадение, Боб только улыбнулся. Время от времени я замечала, что Амелия очарована Бобом, хотя тот был похож на тощего коммивояжера с жесткими волосами. Я рассказала ему об Эммануиле и моей непредвиденной стрижке, и он сказал, что Эммануил проделал замечательную работу.

- Так что, работа по защите дома закончена? - с тревогой спросила я, стараясь казаться небрежной, меняя тему.

- Еще бы, - Амелия выглядела гордой. Она отрезала еще кусок стейка. - Она даже лучше. Дракон не смог бы обойти ее. Ни один человек, который желает тебе зла, не пройдет.

- А что если дракон будет дружелюбно настроен... - сказала я, наполовину поддразнивая, и она кольнула меня своей вилкой.

- Ничего подобного я не слышала, - сказала Амелия. - Конечно, я никогда не видела ни одного дракона.

- Ну, конечно. - Я не знала, чувствую ли я любопытство или облегчение.

Боб сказал:
- У Амелии есть для тебя сюрприз.

- Хм? - Я старалась говорить более спокойно, чем я себя чувствовала.

- Я нашла лекарство, - сказала она, наполовину гордо и наполовину застенчиво. - Я имею в виду то, о чем ты просила меня, когда я уезжала. Я все искала способ разорвать узы крови. Я нашла его.

- Как? - Я всячески старалась скрыть, как я была взволнована.

- Сначала я спросила Октавию. Она не знала, потому что она не специализируется на вампирской магии, но она написала по электронной почте паре своих старших друзей в других ковенах, и они поискали у себя. На все это потребовалось время, и было некоторое количество тупиков, но в итоге я придумала заклинание, которое не заканчивается смертью одного из... связанных узами.

- Я потрясена, - сказала я, что было абсолютной правдой.

- Я могу поколдовать сегодня вечером?

- Ты имеешь в виду... прямо сейчас?

- Да, после ужина. - Амелия выглядела немного менее счастливой, потому что не получила тот ответ, которого ожидала. Боб переводил взгляд с Амелии на меня и тоже выглядел полным сомнений. Он предполагал, что я должна была бы обрадоваться и быть несдержанной, и то, что он видел, не было этой реакцией.

- Я не знаю. - Я положила вилку. - Это не повредит Эрику?

- Как будто что-либо может принести вред такому старому вампиру, - сказала она. - Скажи честно, Сьюк, почему ты беспокоишься о нем?

- Я люблю его, - сказала я. Они оба уставились на меня.

- На самом деле? - тихо сказала Амелия.

- Я говорила тебе это перед твоим отъездом, Амелия.

- Думаю, я просто не хотела верить тебе. Ты уверена, что будешь чувствовать то же самое, когда связь исчезнет?

- Это я и хочу узнать.

Она кивнула.
- Ты должна знать. И ты должна освободиться от него.

Солнце только что село, и я чувствовала, что Эрик проснулся. Его присутствие было со мной, как тень: знакомое, раздражающее, ободряющее, навязчивое. Всё сразу.

- Если ты готова, сделай это сейчас, - сказала я. - Прежде чем я потеряю все свое мужество.

- На самом деле это хорошее время дня, чтобы сделать это, - сказала она. - Закат. Конец дня. Конец, в целом. Имеет смысл. - Амелия поспешила в спальню. Она вернулась через несколько минут с конвертом и тремя банками: банки из-под желе на хромированной подставке, вроде тех, что официантка в ​​закусочной ставит на стол во время завтрака. Банки были наполовину заполнены смесью трав. Амелия была теперь в фартуке. Я видела, что в одном из карманов были еще какие-то предметы.

- Хорошо, - сказала она и передала конверт Бобу, который извлек бумагу и быстро просмотрел, нахмурив брови на строгом лице.

- Во дворе, - предложил он, и мы втроем вышли из кухни, пересекли заднее крыльцо и спустились во двор, заблагоухавший снова стейком, пока мы шли мимо моего старого гриля. Амелия поставила меня в одном месте, Боба в другом, а затем также расставила банки из-под желе. И у Боба, и у меня они стояли на земле позади нас, а третья была в том месте, где будет стоять Амелия. Мы образовали треугольник. Я не задавала вопросов. Так или иначе, я, наверное, не поверила бы ответам.

Она дала мне коробок спичек и такой же передала Бобу. Третий оставила себе.
- Когда я скажу вам, подожгите свою траву. Затем обойдите против часовой стрелки вокруг ваших банок три раза, - сказала она. - Остановитесь после третьего раза на прежнем месте. Затем мы скажем несколько слов - Боб, ты запомнил их? Сьюки необходима бумага.

Боб снова просмотрел слова, кивнул и передал мне бумагу. Я смогла прочитать запись только при свете уличного фонаря, потому что быстро наступал вечер, и солнце уже село.

- Готовы? - спросила Амелия резко. Она выглядела старше и холоднее в сумерках.

Я кивнула, задаваясь вопросом, было ли это правдой.

Боб сказал:
- Да.

- Тогда повернитесь и зажгите огонь, - сказала Амелия, и словно робот я сделала то, что мне сказали. Я была напугана до смерти, и я не была уверена, из-за чего. Это было то, что нужно сделать. Моя спичка вспыхнула, и я бросила ее в банку из-под желе. Трава вспыхнула с резким запахом, затем мы трое снова выпрямились и двинулись против часовой стрелки.

Было ли плохо для христианина то, что мы делали? Наверное. С другой стороны, мне никогда не приходило в голову спросить методистского священника, не совершал ли он на рабочем месте ритуал, чтобы разорвать кровную связь между женщиной и вампиром.

И когда мы обошли три раза и снова остановились, Амелия вытащила клубок красной пряжи из фартука. Она взяла один конец и передала мяч Бобу. Он отмотал немного и зажал в руке, а затем передал клубок мне. Я сделала то же самое и вернула клубок Амелии, потому что это казалось частью программы. Я держала нитку в одной руке, а бумагу в другой. Это было сложнее, чем я рассчитывала. Еще у Амелии были ножницы, и она также извлекла их из кармана.

Амелия, все это время монотонно напевавшая, указала на меня, потом на Боба, чтобы показать, что мы должны присоединиться к ней. Я посмотрела вниз на бумагу, продралась сквозь слова, не имевшие для меня смысла, и потом всё закончилось.

Мы стояли в тишине, огонь в банках погас, и внезапно наступила ночь.

- Режь, - сказала Амелия, подавая мне ножницы. - И думай об этом.

Чувствуя себя немного глупой и сильно напуганной, но уверенной, что мне необходимо это сделать, я разрезала нить красной пряжи.

И я потеряла Эрика.

Его больше не было со мной.

Амелия смотала отрезанную пряжу и передал ее мне. К моему удивлению, она улыбалась и выглядела жестокой и торжествующей. Я автоматически взяла отрезок пряжи из ее рук, все мои чувства потянулись в поисках Эрика. Ничего.

Я почувствовала волну паники. Она была не совсем отчетливой: это была некая смесь облегчения, которое я ожидала, и горя. Как только я буду уверена, что он в порядке и не ранен, я знала, я смогу расслабиться и прочувствовать в полной мере успех заклинания.

В доме зазвонил телефон, и я метнулась к задней двери.

- Ты там? - сказал он.- Ты там, ты в порядке?

- Эрик, - сказала я, мое дыхание перешло в большие отрывистые вздохи. - О, я так рада, что ты в порядке! Ты же в порядке?

- Что ты сделала?

- Амелия нашла способ разорвать связь.

Последовало долгое молчание. Раньше я знала бы, был ли Эрик в тревоге, в ярости или задумался. Теперь я не могла понять. Наконец, он заговорил.

- Сьюки, брак дает тебе некоторую защиту, но связь - вот что было важно.

- Что?

- Ты слышала меня. Я очень зол на тебя. - Он именноэто и имел в виду.

- Приезжай, - сказала я.

- Нет, если я увижу Амелию, я сверну ей шею. - Это он тоже имел в виду. - Она всегда хотела, чтобы ты избавилась от меня.

- Но... - начала я, не зная, как закончить предложение.

- Я увижусь с тобой, когда смогу себя контролировать, - сказал он. И повесил трубку.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/14061/60275

Переводчики: vaar, anngellina, fan_fucking_tast, RubinKA