Готовый перевод Dragon Reborn / Возрождённый Дракон: Chapter 16. Hunters Three

Три Охотницы

Комната Найнив оказалась значительно просторней келий послушниц. У неё была настоящая кровать, а не встроенная в стену, вместо стульев стояли два кресла со спинками из перекладин, а для одежды - шкаф. Вся мебель была простой, такой, что была бы уместна в доме фермера среднего достатка но, по сравнению с послушницами, Принятые жили в роскоши. Имелся даже небольшой ковёр, с вытканными по синему фону завиточками жёлтого и красного цветов. Войдя, Эгвейн и Найнив обнаружили, что в комнате кто-то есть.

У камина, скрестив на груди руки, стояла Илэйн с глазами, покрасневшими, по крайней мере отчасти, от гнева. В креслах с руками и ногами развалились двое высоких парней. Один из них, расстегнувший свою тёмно-зелёную куртку с намерением выставить напоказ белоснежную рубашку, имел такие же, как у Илэйн голубые глаза и рыжевато-золотистые волосы, и черты его насмешливого лица ясно выдавали в нём её брата. Другой был одного возраста с Найнив, в аккуратно застёгнутой серой куртке, стройный, темноволосый и черноглазый. Когда Эгвейн и Найнив вошли, он встал, исполненный гибкой грации атлета и проникнутый уверенностью в себе. Не в первый раз Эгвейн посетила мысль, что он самый красивый мужчина, какого она когда-либо видела. Звали же его Галад.

— Рад снова видеть вас, — сказал он, взяв её за руку. — Я немало за вас беспокоился. Мы сильно волновались.

Биения сердца Эгвейн участились, и она убрала свою руку прежде, чем он сумел бы это почувствовать. — Спасибо, Галад, — пробормотала она. <i>Свет, как же он красив.</i> Эгвейн велела себе перестать думать подобным образом, но это оказалось нелегко. Оправляя платье, она поймала себя на том, что желала бы предстать перед ним в шелках вместо этой грубой белой шерсти, или даже, быть может, в одном из тех доманийских платьев, о которых ей рассказывала Мин, тех самых, что облегали фигуру и будто бы были настолько тонки, что со стороны казались прозрачными, хотя таковыми и не были. Она отчаянно покраснела и выбросила видение из головы, мечтая, чтобы Галад отвёл взгляд от её лица. То, что половина женщин в Башне, начиная с судомоек и вплоть до самих Айз Седай, смотрели на Галада так, будто у них были такие же мысли, не помогало ей справиться с собой. Не помогала и его улыбка, казалось, предназначенная лишь ей одной. Наоборот, улыбка его лишь ухудшала её состояние.<i> О Свет, имей он хоть тень догадки, о чём я думаю, и я бы погибла!</i>

Златоволосый молодой человек подался вперёд в своём кресле. — И где это, спрашивается, вы были?

Илэйн так увиливает от ответов на мои вопросы, словно у неё полный карман фиг, а она не хочет ими со мной поделиться.

— Я тебе уже говорила, Гавин, — упрямо сказала Илэйн, — тебя это не касается. Я пришла сюда, — продолжила она, обращаясь к Найнив, — потому, что одной быть мне не хотелось. Они меня заметили и увязались следом. А говоришь им "нет", так они пропускают мимо ушей.

— Определённо, пропускают, — бесстрастно промолвила Найнив.

— Но это и наше дело тоже, сестра, — возразил Галад. — Ваша безопасность нас очень даже касается. — Он взглянул на Эгвейн, и та почувствовала, как подпрыгнуло её сердце. — Безопасность каждой из вас очень важна для меня. Для нас.

— Я тебе не сестра, — отрезала Илэйн.

— Если вам надобны сопровождающие, — с улыбкой сказал Илэйн Гавин, — так мы сгодимся не хуже любого другого. Да и после того, что мы пережили, чтобы только здесь остаться, мы заслуживаем каких-нибудь объяснений насчёт того, где вы были. Я бы скорее позволил Галаду весь день напролёт избивать меня на тренировочном дворе, чем вновь на минуту предстать перед Матерью. Или уж лучше бы на меня взъелся Коулин.
Коулин был Мастером по Оружию, и он поддерживал жёсткую дисциплину среди юношей, являющихся в Белую Башню за обучением, неважно, стремились ли они стать Стражами, или же просто хотели пройти у них выучку.

— Отрицай наше родство, если тебе так хочется, — серьёзно сказал Илэйн Галад, — но мы по-прежнему родные друг другу. И Мать возложила ответственность за твою безопасность на нас.

Гавин скривился. — Илэйн, если что-нибудь с тобою случится, она с нас шкуры сдерёт. Пришлось выкручиваться, иначе она уволокла бы нас домой вместе с собой. Ни разу я не слышал, чтобы королева послала собственных сыновей к палачу, но Мать, судя по её тону, готова была сделать исключение, если мы не приведём тебя домой невредимой.

— Не сомневаюсь, — сказала Илэйн, — что выкручиваться вам пришлось исключительно ради меня. Вовсе не для того, чтобы вам позволили остаться здесь для занятий со Стражами.
Гавин покраснел.

— Твоя безопасность заботила нас в первую очередь. — Голос Галада прозвучал так, будто каждое слово являлось правдой, и Эгвейн поверила, что так оно и было. — Нам удалось убедить Мать, что если ты вернёшься сюда, тебе понадобится кто-то, способный присматривать за тобой.

— Присматривать за мной! — воскликнула Илэйн, но Галад плавно продолжал свою речь:

— Белая Башня стала опасным местом. Несколько человек здесь умерли — были убиты — и тому не было дано сколько-нибудь убедительных объяснений. Среди убитых были даже Айз Седай, хоть они и пытались это скрыть. И до меня дошли слухи о Чёрных Айя; поговаривают, они здесь, в самой Башне. Согласно приказу Матери, мы должны возвратить тебя в Кэймлин, как только можно будет прервать твоё обучение без опасности для твоей персоны.

Вместо ответа Илэйн вздёрнула голову и отвернулась от него.

Расстроенный Гавин взъерошил рукой волосы. — Видит Свет, Найнив, Галад и я не злодеи. Мы всего лишь желаем помочь. Мы бы и так предложили свою помощь, но раз о том повелела Мать, стало быть, у вас нет никаких шансов отговорить нас.

— Приказы Моргейз не имеют никакого веса в Тар Валоне, — ровным голосом сказала Найнив. — Что же касается вашего предложения о помощи, я приму его к сведению. Если нам потребуется помощь, вы об этом узнаете одними из первых. Ну а сейчас я желаю, чтобы вы нас покинули. — Найнив многозначительно указала на дверь, однако Гавин её проигнорировал.

— Всё это замечательно, однако Мать пожелает знать о том, что Илэйн возвратилась. И то, почему она убежала, не сказав никому ни слова, и что она делала все эти месяцы. Ради Света, Илэйн! Вся Башня стояла на ушах. Мать чуть не сошла с ума от страха. Я думал, она сроет Башню голыми руками. — На лице Илэйн промелькнула тень чувства вины и Гавин поспешил развить полученное преимущество. — Ты столь многим обязана ей, Илэйн. Ты и мне многим обязана. Чтоб мне сгореть, ты упряма, как камень. Пропала на несколько месяцев, а всё, что я по этому поводу узнаю, так это то, что ты не в ладах с Шириам. Да и о том я знаю лишь потому, что ты плакала и отказываешься садиться.
Возмущённый взгляд Илэйн ясно выразил, что Гавин растратил всё своё мимолётно обретённое преимущество.

— Довольно, — сказала Найнив. Галад и Гавин разом раскрыли рты. Девушка повысила голос: — Я говорю: хватит!

Она не сводила с них глаз, пока не убедилась, что они станут хранить молчание, затем продолжила: — Илэйн вам двоим ничем не обязана. И, поскольку она ничего не намерена вам объяснять, на том и остановимся. И вот ещё что - это моя комната, а не зал гостиницы, и я хочу, чтобы вы убрались отсюда.

— Но Илэйн... — начал Галад одновременно с Гавином, который произнёс:
— Мы лишь хотим...

Найнив заговорила громче, так, чтобы их заглушить. — Что-то мне не верится, чтобы вы испросили разрешения войти на половину Принятых. — Парни взглянули на неё с заметным удивлением. — Так я и думала. Или прежде, чем я досчитаю до трёх, вы пойдёте прочь из моей комнаты и сгинете с моих глаз, или же я напишу об этом докладную Мастеру по Оружию. Рука у Коулина Гайдина гораздо тяжелее, чем у Шириам Седай, и можете быть уверены, я приду и прослежу, чтобы он приложил её к нужному месту.

— Найнив, ты ведь не станешь... — обеспокоенно начал Гавин, но Галад сделал ему знак замолчать и подошёл к Найнив поближе.

На её лице осталось выражение строгости, но, когда Галад улыбнулся ей, Найнив неосознанно оправила перед платья. Эгвейн этому не удивилась. Как она полагала, встретить женщину, на какую не повлияла бы улыбка Галада, можно было разве что в Красной Айя.

— Прошу прощения, Найнив, что мы явились незваными и навязали своё общество, — мягко сказал Галад. — Разумеется, мы уйдём. Но помните: если мы вам потребуемся - мы всегда здесь. И что бы ни вынудило вас тогда убежать, мы и в этом деле сумеем помочь.

Найнив ответила улыбкой на его улыбку. И сказала:
— Раз.

Галад сморгнул и его улыбка увяла. Молча он обернулся к Эгвейн. Гавин поднялся и направился к двери.

— Эгвейн, — молвил Галад. — Знай же, ты - особенно ты - можешь призвать меня в любое время, поручить любое дело. Надеюсь, ты не забудешь об этом.

— Два, — произнесла Найнив.

Галад раздражённо взглянул на неё.
— Мы с тобой ещё поговорим, — пообещал он Эгвейн, склоняясь над её протянутой рукой. Подарив ей напоследок улыбку, он неторопливо двинулся к двери.

— Тррррр...— Гавин выскочил за дверь, и даже изящный шаг Галада заметно убыстрился.

— ...ри, — закончила Найнив, как только за ними захлопнулась дверь.

Илэйн восхищённо захлопала в ладоши. — Ой, как здорово вышло, — сказала она. — Прекрасно проделано. А я даже не знала, что мужчинам запрещено входить также и в покои Принятых.

— Не запрещено, — сухо сказала Найнив, — но те хамы не знали и этого. — Илэйн вновь захлопала в ладоши и рассмеялась. — Я бы позволила им просто уйти, — добавила Найнив, — если бы Галад не медлил нарочно, устраивая представление. У этого молодого человека настолько смазливое лицо, что это не идёт ему на благо. — Услышав такое, Эгвейн еле сдержала смех - раз уж на то пошло, так Галад был вряд ли более, чем на год младше Найнив и, к тому же, та вновь оправляла платье.

— Галад! — Илэйн фыркнула. — Он снова явится беспокоить нас, и я не знаю, сработает ли твой трюк вторично. Он поступает, как считает правильным, и ему неважно, кто при этом пострадает, пусть даже он сам.

— Тогда я придумаю что-нибудь другое, — пообещала Найнив. — Мы не можем допустить, чтобы они постоянно заглядывали нам через плечо. Илэйн, если хочешь, я могу сделать тебе обезболивающую мазь.

Илэйн покачала головой, затем легла поперёк кровати, положив подбородок на ладони.
— Если Шириам узнает, нам обеим, несомненно, останется лишь ждать ещё одного вызова в её кабинет. Ты была не очень-то разговорчива, Эгвейн. Кошка сцапала твой язычок? — Лица Илэйн помрачнело. — Или, быть может, то был Галад?

Эгвейн невольно покраснела. — Я просто решила не спорить с ними, — сказала она, придав голосу столько достоинства, сколько смогла.

— Ну да, разумеется, — нехотя сказала Илэйн. — Я готова признать, что Галад привлекателен. И, вместе с тем, он ужасен. Он <i>всегда</i> поступает правильно, на его взгляд. Знаю, ужасным это не звучит, но это так. Насколько мне известно, Галад ни разу не ослушался Матери, даже в самой малости. Он не произнесёт ни слова лжи, даже самой невинной, и не нарушит ни единого правила. За нарушение он выдаст тебя, но не со зла - наоборот, опечалится, что ты не смогла жить по его меркам, - но это не меняет сути, он <i>точно</i> тебя выдаст.

— Звучит...неприятно, — осторожно заметила Эгвейн,— но не ужасно. Не могу представить себе Галада, делающего что-либо ужасное.

Илэйн покачала головой, словно недоумевая, что Эгвейн находит столь трудным для понимания то, что ей кажется совершенно ясным. — Если тебе так хочется кем-то увлечься, почему бы не выбрать Гавина. Он обычно бывает довольно мил, и он без ума от тебя.

- Гавин! Да он и не взглянул-то на меня ни разу.

— Конечно, нет, дурочка, ведь ты так пялилась на Галада, что, казалось, глаза твои готовы были выпасть из орбит.

Щёки Эгвейн запылали, однако сказанное, к её опасению, вполне могло быть правдой.
— Галад спас ему жизнь, когда Гавин был ребёнком, — продолжала Илэйн. — Гавин никогда не проявит интереса к женщине, если ею заинтересовался Галад, но я слышала, как он о тебе отзывался, и я-то знаю. Он никогда ничего не мог скрыть от меня.

— Очень приятно слышать, — сказала Эгвейн и рассмеялась, вторя ухмылке Илэйн. — Быть может, я смогу дать ему возможность самому повторить мне что-нибудь из того.

— Знаешь, ты можешь выбрать Зелёную Айя. Зелёные сёстры иногда выходят замуж. Гавин действительно без ума от тебя, и ты отлично ему подходишь. Да и я не прочь иметь такую сестру, как ты.

— Если вы закончили свою девичью болтовню, — прервала их Найнив, — перейдём к делам посерьёзнее.

— Да-да, — проговорила Илэйн, — например, к тому, что Престол Амерлин собиралась сказать вам после того, как я уйду.

— Мне не хотелось бы говорить об этом, — проговорила Эгвейн, ощущая неловкость. Ей не хотелось обманывать Илэйн. — Она не сказала нам ничего приятного.

Илэйн недоверчиво фыркнула:
— Многие думают, будто мне легче выйти сухой из воды, чем другим, потому что я Дочь-Наследница Андора. На самом же деле, случись что-нибудь, мне достаётся больше, чем прочим, именно потому, что я — Дочь-Наследница. Никто из вас не сделал ничего такого, чего не делала я тоже, и если у Амерлин нашлись для вас резкие слова, то со мной она бы беседовала вдвое строже. Теперь выкладывайте, что она сказала?

— Об этом должны знать только мы три, — предупредила Найнив. — Чёрные Айя...

— Найнив! — воскликнула Эгвейн. — Амерлин ведь сказала: Илэйн должна остаться в стороне от всего этого!

— Чёрные Айя! — едва не закричала Илэйн, вскакивая на колени посреди кровати. — Вы не можете держать меня в стороне после сказанного. В стороне я не останусь.

— Я вовсе и не собиралась так с тобой поступить, — заверила Илэйн Найнив. От изумления, Эгвейн могла только лишь смотреть на неё.

— Эгвейн, это нас с тобой Лиандрин считала для себя угрозой. Это тебя и меня недавно чуть не убили...

— Чуть не убили? — прошептала Илэйн.

— ...может быть потому, что нас всё ещё рассматривают, как угрозу, а, может, они уже знают, что мы были наедине с Амерлин, или даже, что именно она нам сказала. Нам нужен ещё кто-то, о ком они не знают, а раз уж эта девушка не известна и Амерлин, то тем лучше. Я не уверена, что Амерлин заслуживает намного большего доверия, чем Чёрные Айя. Она намерена использовать нас ради своих собственных целей. А я намерена приглядеть, чтобы она нас не ухлопала. Понятно тебе?

Эгвейн неохотно кивнула. Несмотря на это, сказала она следующее:
— Это будет опасно, Илэйн, так же опасно, как всё, с чем мы столкнулись в Фалме. А может, ещё опасней. Не стоило бы тебе в этот раз влезать в подобное.

— Знаю, — тихо сказала Илэйн. Помолчав, она продолжила:
— Когда Андор вступает в войну, Первый Принц Меча командует нашей армией, но и королева тоже отправляется с ними. Семьсот лет назад, в битве при Куаллин Ден, андорцы ударились в бегство, и тогда королева Модреллейн, одна, без оружия, лишь со знаменем Льва, помчалась верхом на коне в гущу тайренской армии. Андорцы сдвинули свои ряды и снова бросились в атаку, чтобы спасти её и выиграли битву. Вот какой отваги ждут от королевы Андора.

И раз я ещё не умею держать свои страхи в узде, так придётся научиться прежде, чем я займу место матери на Львином Троне.

Внезапно её мрачный настрой утонул в раскате хохота. — И, кстати, вы что, думаете, я предпочла бы скрести котлы вместо такого приключения?

— Тебе всё равно придётся это делать, — сказала ей Найнив, — и надейся, чтобы все сочли это единственным твоим занятием.

Теперь слушай внимательно.

Илэйн слушала, и челюсть её понемногу отвисала по мере того, как Найнив описывала сказанное им Престолом Амерлин, и возложенную ею на них задачу, и совершённое на них покушение. От рассказа про Серого Человека девушка вздрогнула, и с изумлением на лице прочитала документ, который Амерлин вручила Найнив. Возвращая бумагу, Илэйн пробормотала: — Хотелось бы и мне иметь нечто подобное к моей следующей встрече с Матерью.
Впрочем, к тому времени, как Найнив закончила рассказ, лицо Илэйн выражало крайнее негодование.

— Ничего себе, — молвила она, — будто велели подняться в горы и найти львов, да только неизвестно, есть ли там вообще львы, а ведь если есть, так и они могут на тебя охоту начать, а могут и кустиками прикинуться. Ах да, если же ты найдёшь каких-то львов, постарайся не дать им съесть тебя, пока не доложил, где они находятся.

— Если страшно, — заметила Найнив, — ты ещё можешь отойти в сторону. Но коли примешься за дело, отступать будет поздно.

Илэйн вскинула голову. — Конечно, я боюсь. Я ведь не дурочка. Но я не настолько испугана, чтобы удирать ещё до начала событий.

— Есть и ещё кое-что, — промолвила Найнив. — Боюсь, Амерлин намерена позволить Мэту умереть.

— Но ведь Айз Седай вроде бы Исцеляют всех, кто об этом просит: — Дочь-Наследница будто бы разрывалась между негодованием и недоверием. — С чего бы это ей давать Мэту умереть? Не могу я в такое поверить! И не стану!

— И я не верю! — ахнула Эгвейн. <i>У неё не могло быть такого намерения! Амерлин </i>не может<i> дать Мэту погибнуть!</i> — Всю дорогу сюда Верин твердила, что Амерлин позаботится, чтобы он был Исцелён.

Найнив покачала головой.
— Верин сказала, что Амерлин "позаботится о нём". Это не одно и то же. А ещё, когда я задала Амерлин этот вопрос, она так и не сказала ни да, ни нет. Может быть, она ещё не решила.

— Но <i>почему?</i> — спросила Илэйн.

— Потому, что Белая Башня действует из своих собственных побуждений. — сказала Найнив таким голосом, что Эгвейн бросило в дрожь. — Я не знаю причины. Помогут ли они Мэту выжить или же дадут умереть, зависит от того, что из этого ведёт их к цели. Ни одна из Трёх Клятв не содержит слов, обязывающих Исцелить его. В глазах Амерлин Мэт - всего лишь инструмент. Так же, как и мы. Нас она использует для охоты на Чёрных Айя, но когда я, например, ломаю какой-либо инструмент и его уже не починишь, я не проливаю над ним слёз. Просто беру другой. Вам обеим надо как следует это запомнить.

— Как же нам поступить, чтобы ему помочь? — спросила Эгвейн. — Что мы вообще можем сделать?

Найнив подошла к шкафу и стала рыться в его закоулках. Когда она закончила, при ней была полосатая матерчатая сумка с травами. — С моими снадобьями, если повезёт, я быть может, смогу Исцелить его и сама.

— Верин не смогла, — возразила Илэйн. — Морейн и Верин вдвоём не сумели, а ведь у Морейн был <i>ангриал.</i>

Найнив, если ты зачерпнёшь слишком много Единой Силы, ты можешь выжечь себя дотла. Или, если повезёт, то всего лишь усмиришь себя. Хотя навряд ли можно назвать это везением.

Найнив пожала плечами. — Они постоянно твердят мне, что с моим потенциалом я могу стать самой могучей среди всех Айз Седай за последнюю тысячу лет. Быть может, настало время выяснить, правы ли они. — Найнив дёрнула себя за косу.

Эгвейн было ясно, что несмотря на смелые слова, Найнив боялась. <i>Но она не позволит Мэту умереть, даже если для неё самой это грозит смертельным риском.</i> — Ещё они не перестают утверждать, что подобной силой обладает - или же будет обладать - каждая из нас трёх. Может быть, если мы попробуем действовать вместе, то сможем разделить поток Силы между нами.

— Мы никогда не пробовали действовать сообща, — задумчиво проговорила Найнив. — Не уверена, знаю ли я, как сочетать наши способности. Наша попытка может быть столь же опасной, как и слишком жадное вычерпывание Силы.

— Ах, если мы собираемся это сделать, — сказала Илэйн, слезая с кровати, — так давайте к делу. Чем дольше мы будем говорить об этом, тем страшней мне становится. Мэт в гостевых комнатах. Не знаю, в которой именно, но Шириам большего мне и не сказала.

Хлопнула, распахнувшись, дверь, словно ставя точку в речи Илэйн, и в комнату вошла Айз Седай так, будто комната принадлежит ей, а они - посторонние.

Эгвейн присела в глубоком реверансе, чтобы скрыть растерянное выражение лица.

.

.

.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/14667/74591

Переводчики: DarkLeopard