Готовый перевод Dragon Reborn / Возрождённый Дракон: Chapter 17. The Red Sister

Красная Сестра

Элайда была женщиной скорее миловидной, нежели красивой, и суровые черты её безвозрастного лица, лица Айз Седай, лишь прибавляли ей зрелости. Старой она не выглядела, но всё же Эгвейн никогда бы не смогла представить себе Элайду в юности. Исключая самые торжественные случаи, мало кто среди Айз Седай надевал украшенную виноградной вышивкой шаль с большой белою слезой Пламени Тар Валона на спине, Элайда же постоянно носила свою шаль, с длинной красной бахромой, указывающей её Айя. Кроме того, её шёлковое платье кремового цвета украшали красные полосы, а когда она прошла в комнату, из-под края юбки выглянули красные туфли. Тёмные глаза Айз Седай разглядывали девушек подобно тому, как птица глядит на червей.

— Стало быть, вы все собрались вместе. Почему-то, это не удивляет меня. — Её тон выражал то же самое, что и манера держать себя: тон женщины у власти, и готовой распорядиться ею, ежели решит, что это необходимо; тон женщины, знающей больше своего собеседника, почти одинаковый в разговоре как с королевой, так и с послушницей.

— Простите меня, Элайда Седай, — сказала Найнив, исполнив ещё один реверанс, — но я собиралась уходить. Мне нужно многое наверстать в моих занятиях. Если вы позволите...

— Твои занятия могут подождать, — сказала Элайда. — В конце концов, прождали ведь они всё это время. — Она выхватила матерчатую сумку из рук Найнив и развязала тесёмки но, едва взглянув внутрь, бросила её на пол.

— Травы. Ты больше не деревенская Мудрая, дитя. Попытка уцепиться за прошлое лишь отбрасывает тебя назад.

— Элайда Седай, — сказала Илэйн. — Я...

— Молчи, послушница.— голос Элайды был холоден и мягок, как нежный шёлк, обёрнутый вокруг стали. — Из-за тебя могла оборваться связь между Тар Валоном и Кэймлином, длящаяся три тысячи лет. Будешь говорить, когда к тебе обратятся. — Илэйн взглядом дырявила пол перед носками своих туфель, на щеках её вспыхнули пятна. Следы гнева, или же чувство вины? Эгвейн не взялась бы утверждать.

Не обращая внимания на присутствующих, Элайда тщательно расправила юбки и уселась на один из стульев, более никому не дав знака садиться. Лицо Найнив напряглось, и она стала резко дёргать себя за косу. Эгвейн надеялась, что её подруга сумеет удержать себя в руках и не займёт второй стул без разрешения.

Усевшись поудобней, Элайда длительное время молча изучала девушек, без какого-либо выражения на лице. Наконец, она спросила:
— Известно ли вам, что среди нас объявились Чёрные Айя?

Эгвейн обменялась испуганными взглядами с Найнив и Илэйн.

— Нам об этом говорили, — осторожно сказала Найнив. — Элайда Седай, — добавила она после паузы.

Элайда воздела бровь. — Да. Я так и думала, что вам это может быть известно. — От тона Элайды, намекающего на куда большее, чем прозвучало в словах, Эгвейн вздрогнула, а Найнив, осердясь, открыла было рот, но острый взгляд Айз Седай заставил их придержать язычки. — Две из вас, — небрежным тоном продолжала Элайда, — исчезли, прихватив с собой Дочь-Наследницу Андора - девушку, которая однажды <i>может</i> стать королевой Андора, если только я не сдеру с неё кожу и не продам её мастеру перчаточнику - исчезли, не испросив разрешения и не оставив ни предупреждения, ни следа.

— Меня не уводили, — буркнула Илэйн в пол. — Я ушла по своей воле.

— Так ты будешь мне повиноваться, дитя? — Сияние окружило Элайду. Взгляд Айз Седай упёрся в Илэйн.

— Или я должна преподать тебе урок, прямо здесь и сейчас?

Илэйн подняла голову, и теперь уже было невозможно ошибиться, что написано у ней на лице. Гнев. Долгое время она мерилась взглядом с Элайдой.

Ногти Эгвейн вонзились в ладони. Это было невыносимо. Она сама, так же, как и Илэйн, или же Найнив, - любая из них может уничтожить Элайду на месте. По крайней мере, если застанет её врасплох, ведь, в конце концов, та полностью обучена. <i>Но, если мы не проглотим то, чем она желает нас попотчевать, а что-либо предпримем, то всё погубим. Только не испорти всё сейчас, Илэйн.</i>

Илэйн опустила голову.
— Простите меня, Элайда Седай, — пробормотала она. — Я... забылась.

Затрепетав, окружающее Элайду сияние сгинуло, и она громко фыркнула. — Где бы ни было то место, куда завела тебя эта парочка, ты нахваталась там скверных привычек. А иметь дурные привычки ты не вправе, дитя. Среди Королев Андора ты будешь первой, ставшей Айз Седай. Первая королева во всём мире за истёкшие тысячелетия, что взойдёт на трон, будучи Айз Седай. Ты станешь одной из самых сильных среди нас, среди всех Айз Седай со времени Разлома Мира, и обретёшь, возможно, такое могущество, чтобы стать первой правительницей, которая со времён Разлома в открытую заявит миру, что она — Айз Седай. Не рискуй же своим будущим, дитя, ибо ты ещё можешь всё потерять. Слишком много времени я отдала этим планам и не желаю видеть такого исхода. Ты меня поняла?

— Думаю, да, Элайда Седай, — отвечала Илэйн. Но голос её звучал так, будто она не понимала ничего, и Эгвейн поняла ничуть не больше неё.

Элайда же сменила тему. — Ты можешь оказаться в смертельной опасности. Вы, все три. Вы исчезаете, затем появляетесь, а между тем, Лиандрин и её... сообщницы сбегают от нас. Неизбежно напрашиваются некоторые сопоставления. Мы уверены, что Лиандрин и те, кто ушёл с ней - Приспешницы Тёмного, Чёрные Айя. Я не желала бы видеть, как то же самое обвинение бросят Илэйн и, чтобы защитить её, похоже, придётся мне защитить всех вас. Расскажите, почему вы убежали, и что вы делали эти месяцы, и я сделаю для вас всё, что смогу. — Взор её впился в Эгвейн, точно крючья багров.

Мысли Эгвейн заметались в поисках ответа, который устроил бы Айз Седай. Поговаривали, будто Элайда способна порой различить ложь. — Причиной... был Мэт. Он очень болен. — Эгвейн старалась тщательно выбирать слова, чтобы не произнести лжи и, в то же время, нарисовать далёкую от истины картину событий. <i>Айз Седай всегда так поступают.</i> — Вот мы и ушли.

— ...И мы привезли его обратно для Исцеления. Если бы мы этого не сделали, он бы умер. Амерлин собирается Исцелить его. — <i>Я надеюсь.</i> Эгвейн заставила себя не опускать взора под взглядом Красной Айз Седай, и велела себе не переминаться перед той с виноватым видом. По выражению лица Элайды невозможно было определить, поверила ли она хоть единому слову девушки.

— Довольно об этом, Эгвейн, — прервала подругу Найнив. Элайда перевела свой проницательный взгляд на неё, однако не было заметно, чтобы он произвёл на Найнив впечатление. Не моргнув глазом, она встретила взор Айз Седай. — Простите, что перебиваю, Элайда Седай, — бестрепетно сказала Найнив, — Престол Амерлин велела прегрешения наши оставить позади и забыть. Чтобы начать всё заново, нам, помимо прочего, не стоит даже и упоминать о них. Амерлин сказала: всё должно быть так, будто ничего и не происходило.

— Что, она так и сказала? — По-прежнему ничто в голосе или на лице Элайды не давало возможности понять, верила она девушкам или нет.

— Интересно. Вряд ли вы сумеете обо всём забыть, раз всей Башне объявлено о вашем наказании. Беспрецедентном, неслыханном. Куда менее возможном, чем усмирение. Представляю, почему вы жаждете напрочь позабыть о своих проступках. Я так понимаю, тебя, Илэйн, возведут в Принятые. Тебя, и Эгвейн. Трудно считать подобное наказанием.

Илэйн послала Айз Седай такой взгляд, словно та давала ей позволение говорить.
— Мать сказала, что мы уже готовы, — заявила она. В голосе её прозвучала нотка вызова. — Я многому выучилась, Элайда Седай, и повзрослела. Иначе она не уготовила бы мне быть возвышенной.

— Выучилась, — проговорила Элайда задумчиво. — И повзрослела. Может, это и так.
По тону её невозможно было понять, находит ли она это заслуживающим одобрения. Испытующий взгляд Элайды вновь сместился к Эгвейн и Найнив. — Вы возвратились сюда вместе с Мэтом, юношей из вашей деревни. Но был и ещё один юноша из этой деревни. Ранд ал'Тор.

Эгвейн ощутила, будто ледяная рука вдруг стиснула ей желудок.

— Надеюсь, он здоров, — спокойным голосом проговорила Найнив, но рука её, схватившая кончик косы, сжалась в кулак. — Мы его давненько не видели.

— Интересный юноша, — произнося это, Элайда вглядывалась в лица девушек. — Всего однажды я встречала его, но у меня он вызвал крайний интерес. Полагаю он, по всей видимости, <i>та'верен,</i> да. Вероятно, в нём кроются ответы на многие вопросы. Должно быть, этот Эмондов Луг — необыкновенное место, раз он дал миру вас двух. И Ранда ал'Тора.

— Просто деревня, — заметила Найнив. — Простая деревня, такая же, как и любая другая.

— Да. Разумеется, — Элайда холодно улыбнулась, и от изгиба её губ желудок Эгвейн сжался. — Расскажите мне о нём. Амерлин же не приказывала вам умалчивать и о нём тоже, верно?

Найнив дёрнула себя за косу. Илэйн так воззрилась на ковёр, будто под ним было упрятано нечто ценное. Эгвейн же напряжённо измышляла, как ответить. <i>Говорят, она может услышать, когда ей лгут. О Свет, если она и впрямь способна распознать ложь...</i>

Пауза всё длилась и длилась, пока, наконец, Найнив не открыла рот для ответа.

В этот миг дверь отворилась вновь. С долей удивления Шириам оглядела собравшихся.
— Хорошо, что отыскала тебя здесь, Илэйн. Вы мне нужны, ты и обе твои подруги. А тебя, Элайда, я не ожидала здесь встретить.

Элайда встала, оправляя шаль. — Все мы интересуемся этими девушками. Тем, почему они убежали. Какие приключения пережили во время своего отсутствия. Они уверяют, будто Мать приказала им не распространяться об этом.

— Именно так, — подтвердила Шириам. — Они понесут наказание, оно и положит конец всему. Я всегда придерживалась мнения, что когда наказание уже осуществлено, вина, его вызвавшая, должна быть стёрта из памяти.

Некоторое время обе Айз Седай стояли, взирая друг на друга ничего не выражающими гладкими лицами.

Затем Элайда произнесла:
— Разумеется. Придётся мне, вероятно, побеседовать с ними в другое время. И на другие темы. — Она окинула трёх одетых в белое девушек предостерегающим, как показалось Эгвейн, взглядом, затем проскользнула мимо Шириам.

Придержав дверь открытой, Наставница Послушниц проводила взглядом Айз Седай, отправившуюся вниз по галерее. Лицо Шириам по-прежнему оставалось непроницаемым.

С облегчением выдохнув, Эгвейн тут же услышала подобные вздохи Илэйн и Найнив.

— Да она ведь мне угрожала, — произнесла Илэйн с некоторым недоверием, словно споря с собой. — Угрожала усмирением, если я не перестану быть... <i>своевольной!</i>

— Ты неверно её поняла, — возразила Шириам. — Если бы за своеволие наказывали усмирением, то в списке усмирённых было бы столько имён, что тебе и не выучить. Среди женщин, добившихся получения кольца и шали, кротких было немного. Разумеется, последнее ни в коей мере не означает, что вам не нужно учиться, когда необходимо, действовать кротостью и смирением.

— Да, Шириам Седай, — ответствовали все три девушки в унисон, и Шириам не сдержала улыбки.

— Ну, видите? По крайней мере внешнее смирение вы проявить уже можете. У вас будет достаточно возможностей в этом попрактиковаться прежде, чем вы вновь заслужите расположение Амерлин. И моё. Но моего расположения вам добиться будет трудней.

— Да, Шириам Седай, — отвечала Эгвейн, но на сей раз одна лишь Илэйн вторила ей.

Найнив же спросила:
— Что с... телом, Шириам Седай? С ... с Бездушным? Вы разузнали, кто убил его и зачем он пробрался в Башню?

Шириам поджала губы.
— Найнив, ты делаешь шаг вперёд, и сразу же на шаг назад отступаешь. Поскольку Илэйн твоим словам не удивляется, то для меня очевидно: ты рассказала ей обо всём — <i>и это после того, как я велела никому не говорить о случившемся!</i> Значит, в Башне уже семь человек знают, что на половине послушниц сегодня был убит мужчина. И из этих семи двое — слуги, которым более ничего не известно. Кроме того, что им следует держать язык за зубами. Что ж, ежели для тебя не имеет никакого веса приказание Наставницы Послушниц — и коли так, то я постараюсь тебя вразумить, — может быть, ты соизволишь исполнять приказ Престола Амерлин? Ты не должна говорить о произошедшем ни с кем, кроме Матери и меня. Амерлин не потерпит слухов сверх тех, с коими приходится бороться сейчас. Я ясно выразилась?

Непререкаемые нотки её голоса породили дружное "Да, Шириам Седай", однако Найнив на этом не остановилась. — Вы говорите, семь, Шириам Седай. Плюс те, кто его убил. И, быть может, им помогали проникнуть в Башню.

— Это вас не касается. — спокойный взгляд Шириам объял всех трёх девушек. — Я сама задам вопросы обо всём, что необходимо выяснить насчёт этого человека. Вы же забудете, что вообще что-либо знали о мёртвом мужчине. Если я обнаружу какое-то иное поведение с вашей стороны... Что ж, для того, чтобы переключить ваше внимание, найдутся дела и похуже чистки котлов. И никаких оправданий я не приму. Ещё будут вопросы?

— Нет, Шириам Седай.— На сей раз, к облегчению Эгвейн, Найнив присоединилась к общему хору. Впрочем, большого облегчения девушка не ощутила. Под бдительным оком Шириам будет вдвойне трудно осуществлять поиски Чёрных Айя. На мгновение, Эгвейн почувствовала приступ истерического смеха. <i>Если не Чёрная Айя нас словит, так Шириам.</i> Желание рассмеяться тут же прошло. <i>Если только сама Шириам не из Чёрной Айя.</i> Как ни старалась Эгвейн, ей не удалось прогнать эту мысль.

Шириам кивнула: — Вот и прекрасно. Идёмте со мной.

— Куда? — спросила Найнив, прибавив "Шириам Седай" лишь за миг до того, как у Айз Седай сузились глаза.

— Разве ты забыла, — с напряжением в голосе спросила Шириам, — что Исцеление в Башне всегда проводят в присутствии тех, кто привёл к нам больного?

Эгвейн догадывалась, что запас терпения Наставницы Послушниц почти уже ими исчерпан но, не сумев сдержаться, девушка выпалила:
— Так значит, она <i>и впрямь</i> собирается Исцелить его!

— Престол Амерлин будет среди тех, кто о нём позаботится. — Лицо Шириам оставалось не более выразительным, чем её голос. — Или у вас есть причина сомневаться в этом? — Эгвейн оставалось лишь покачать головой. — Тогда, продолжая стоять здесь, вы напрасно подвергаете жизнь своего друга опасности. Престол Амерлин нельзя заставлять ждать.
Всё же, несмотря на сказанное, у Эгвейн зародилось чувство, что Айз Седай вовсе не спешит.

.

.

.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/14667/76567

Переводчики: DarkLeopard