Готовый перевод The Hound of the Baskervilles / Собака Баскервилей: The Hound of the Baskervilles by A. Conan Doyle Chapter 1 Mr. Sherlock Holmes Mr. Sherlock Holmes, who was usually very late in the mornings, save upon those not infrequent occasions when he was up all night, was seated at the breakfast table. I

Собака Баскервилей

А. Конан-Дойль

Глава 1
Г-н Шерлок Холмс

Мистер Шерлок Холмс сидел за столом и завтракал. Обычно, он вставал довольно поздно, за исключением тех случаев, когда он вовсе не ложился. Я стоял на коврике возле камина, и вертел в руках палку, забытую нашим вчерашним посетителем.

"Ватсон, что ты тут делаешь?"

Холмс сидел спиной ко мне, и я думал, что мои действия остаются для него незаметными.

"Откуда вы знаете, что я делаю? Можно подумать, у вас глаза на затылке."

"Чего нет, того нет, но передо мной стоит отполированный до блеска серебряный кофейник",-ответил он. " Но в самом деле, Ватсон, что вы думаете о палке нашего посетителя? Мы с вами прозевали его, и не знаем, зачем он приходил. А раз уж нам так не повезло, то придется обратить внимание на этот случайный сувенир.Осмотрите палку, и попробуйте по ней воссоздать образ владельца, а я вас послушаю."

"Хорошо! "сказал Холмс." Отлично! "

"Почему так?"

"Звучит отлично" сказал Холмс.

"Интересно, хотя и просто", сказал он, вернувшись в свой любимый уголок дивана."Безусловно у палки есть один или два признака. Это дает нам основание для некоторых размышлений."

"Что-нибудь ускользнуло от меня?" спросил я не без самодовольства. "Полагаю,что ничего серьезного я не упустил?"

"Я боюсь, мой дорогой Ватсон, что большинство ваших выводов ошибочны. Когда я сказал, что вы поддерживали меня, я подразумевал, если быть откровенным, что в замечании ваших ошибок я иногда следовал к правде. Не то, чтобы вы были совсем неправы в этом случае. Этот человек, безусловно, практикует не в городе.

"Тогда я был прав."

"В этом отношении-да."

"Но ведь это все?"

"Нет, нет, мой дорогой Ватсон, далеко не все. Я предположил бы, что такое подношение врач, скорее всего, может получить от лечебницы, чем от охотничьего клуба, а когда перед лечебницей стоят буквы "Ч.К" , название "Чаринг-Кросс" напрашивается само собой."

"Возможно, вы правы."

"Все наводит на такое толкование. И если мы берем это как рабочую гипотезу, то у нас появятся новые данные для воссоздания личности нашего неизвестного посетителя."

"Хорошо, тогда если предположить, что буквы"ЧКЛ" действительно означают "Лечебница Чаринг-Кросс", то какие дальнейшие выводы мы можем сделать?"

"А вам ничего не приходит в голову? Вы же знаете мои методы. Примените их!"

"Мне приходит в голову только очевидное заключение, что этот человек практиковал в городе, прежде чем уехать в деревню."

"А если мы пойдем немного дальше? Посмотрите на это в ином свете. Почему ему был сделан подарок? Когда его друзья посчитали нужным преподнести ему эту палку в знак своего расположения? Очевидно, в тот момент, когда доктор Мортимер ушел из лечебницы, решив заняться частной практикой. Нам известно, что ему поднесли подарок. Мы полагаем, что работу в лечебнице он сменил на сельскую практику. Будут ли наши выводы верны, если мы скажем, что подарок был преподнесен в связи с его уходом?"

"Это безусловно кажется вероятным."

Я недоверчиво рассмеялся, а Шерлок Холмс откинулся на спинку дивана, и пустил в потолок маленькие колеблющиеся колечки дыма.

"Ни слова об охотничьем клубе, Ватсон," сказал Холмс с лукавой улыбкой, "зато действительно сельский врач, как вы тонко подметили. Мои заключения действительно верны.Что же касается прилагательных, я употребил, если я правильно помню: любезный, нечестолюбивый и рассеянный. Уж я знаю по опыту - только любезные люди получают прощальные подарки, только самые нечестлюбивые меняют городскую практику на сельскую, и только рассеянные оставляют свою палку вместо визитной карточки, прождав вас в вашей гостиной больше часа."

" А собака?"

"Была приучена носить поноску за хозяином. Эта палка не из легких, собака брала ее посередине , и следы ее зубов видны совершенно отчетливо. Судя по расстоянию между отметинами, для терьера такие челюсти слишком широки, а для мастифа - узки. Возможно,что... Боже мой! Ну конечно, курчавый спаниель!

Говоря это, он сначала расхаживал по комнате, потом остановился у оконной ниши. В его последних словах прозвучала такая уверенность,что я недоуменно взглянул на него.

"Мой друг, как вы можете быть так уверенны в этом?"

"По той простой причине, что я вижу собаку у наших дверей, а вот и звонок ее хозяина. Не уходите,Ватсон, прошу вас. Вы ведь с ним коллеги, поэтому ваше присутствие поможет мне.

-Презентации, я вижу,-сказал Холмс.

"Да сэр."

- От госпиталя в Чаринг Кросс?

- От одного или двух друзей в нем по случаю моего вступления в брак.

- Это плохо!- сказал Холмс, покачивая головой

Докотор Мотример заморгал сквозь свои очки с небольшим удивлением.
- Почему это плохо?

- Только что вы разрушили нашу маленькую дедукцию. Ваш брак вы говорите?

- Да, сэр. Я женился и оставил госпиталь и надежды на практику. Это было необходимо сделать для собственного дома.

- Ну, ну, мы не так уж далеки от истины, в конце концов, сказал Холмс.
- А теперь, доктор Джеймс Мортимер...

-Что вы, что вы! Всего лишь член М.R.C.S.

-И, по-видимому, человек научного склада ума?

-Я имею лишь некоторое отношение к науке,Мистер Холмс: собираю раковины на берегу океана знаний. Если я не ошибаюсь, я имею честь говорить с мистером Шерлоком Холмсом, а не с...

-Нет, мой друг доктор Ватсон перед вами.

-Очень рад познакомиться, сэр. Ваше имя часто упоминается рядом с именем вашего друга. Вы очень меня интересуете, Мистер Холмс. Я никак не ожидал, что у вас такой удлиненный череп, и так сильно развиты надбровные дуги. Разрешите мне прощупать ваш теменной шов?

Шерлок Холмс усадил нашего странного гостя в кресло. -Мы оба энтузиасты своего дела,сэр,- сказал он. -Судя по вашему указательному пальцу, в любите сами делать сигареты. Не стесняйтесь, закуривайте.

Мужчина вынул из кармана табак и бумагу и с подозрительной ловкостью свернул папиросу. Его длинные, чуть дрожащие пальцы двигались проворно и беспокойно, как антенны у насекомого.

Холмс молчал, но его быстрые взгляды на нашего гостя ясно демонстрировали его интерес к нему. -Я полагаю, сэр,- наконец-то сказал он, что вы ваше посещение меня вчера и сегодня не было вызвано только обследованием моего черепа?

-Нет, сэр, конечно нет. Правда,я счастлив, что мне представилась такая возможность. Но меня привело к вам совсем не это, мистер Холмс, потому что я человек отнюдь не практической складки, а между тем передо мной встала одна чрезвычайно серьезная и странная проблема, считая вас вторым по величине европейским экспертом....

-В самом деле, сэр! Могу ли я узнать, кто имел честь быть первым?- спросил Холмс с некоторой неровностью.

-Господин Бартильон имеет большой авторитет у людей с научным складом мышления.

-Тогда почему бы вам не посоветоваться с ним?

-Я сказал, сэр, о научном складе мышления. Но как практик вы не знайте себе равных. Надеюсь, сэр, что я не позволил себе излишней...

-Самую малость,- сказал Холмс. Я думаю, доктор Мортимер, вы поступите правильно, если без дальнейших церемоний вы скажете мне прямо в чем состоит дело, для разрешения которого вам нужна моя помошь.

Глава 2
Проклятие Баскервилей

-У меня в кормане рукопись, - сказал доктор Джеймс Мортимер.

-Я заметил это, как только вы вошли, - сказал Холмс

-Это очень старая рукопись.

-Начало восемнадцатого века, если только не подделка.

-Откуда вам это известно, сэр?

-Точная дата 1742. Доктор Мортимер вынул рукопись из бокового кармана пиджака. -Эта семейная бумага была отдана мне на хранение Чарльзом Бакервилей, трагическая смерть которого около трех месяцев назад создала так много волнений в Девоншире. Я могу сказать, что я был его личным другом, а так же фельдшером. Он был энергичным человеком, сэр, проницательный, практичный, и не фантазер, как я. Тем не менее он относился к этому документом очень серьезно и был подготовлен к тому концу, который его постиг.

Я посмотрел через его плечо на желтые листы с выцветшими строками. В заголовке было написано: "Баскервиль-холл", а ниже стояли крупные размашистые цифры: "1742".

-Похоже. что это какая-то запись.

-Да, это запись одного предания,которое живет в роду Баскервилей.

-Но. насколько я понимаю, вы пришли посоветоваться со мной по вопросу более практическому и более близкому к нам по времени.

-Да, современному. Наиболее практичным было бы решить его в течениие суток. Рукопись короткая и тесно свяна с делом. С вашего позволения я прочту ее вам.

Откинувшись на спинку кресла, Холмс сомкнул кончики пальцев и с видом полной покорности судьбе закрыл глаза. Доктор Мортимер повернулся к свету и высоким скрипучим голосом начал читать нам следующую любопытную повесть древних времен.

"Есть много свидетельств о собаке Баскервилей, но будучи потомком Гуго Баскервиля, я знаю историю от своего отца, а он - от деда, я положил себе записать сию историю, в подлинности которой не может быть сомнений. И я хочу, дети мои, чтобы вы уверовали, что высший судья, наказующий нас за прегрешения наши, волен и простить их нам с присущим ему милосердием и что нет стол тяжелого проклятья, коего нельзя было бы искупить молитвой и покаянием. Так же предайте забвению плоды прошлого, но остерегайтесь грешить в будущем дабы всем нам снова на погибель не даровать свободу темным страстям, причинившим столько зла всему нашему роду.

По прошествии некоторого времени Гуго оставил гостей с намерением отнести своей пленнице еду и питье, а может статься, в мыслях у него было и нечто худшее, но увидел, что клетка опустела и птичка вылетела на волю. И тогда его обуял дьявол, ибо, сбежав вниз по лестнице в пиршественный зал, он вскочил на стол, разметал фляги и блюда и поклялся во всеуслышание отдать тело свое и душу силам зла, лишь бы настигнуть беглянку. И пока сотрапезники его стояли, пораженные бушевавшей в нем яростью, один из них, самый бессердечный или самый хмельной, крикнул, что надо пустить собак по следу. Услышав такие слова, Гуго выбежал из замка, приказал конюхам оседлать его вороную кобылу и спустить собак и, дав им понюхать косынку, оброненную девицей, поскакал следом за громко лающей сворой по залитому лунным светом болоту.

Проехав милю или две, они повстречали пастуха со стадом и спросили его, не видал ли он погоню. А тот, как рассказывают, сначала не мог вымолвить ни слова от страха, но потом все же признался, что видел несчастную девицу, по следам коей неслись собаки. „Но я видел и нечто другое, — присовокупил он. — Гуго Баскервиль проскакал мимо меня на вороной кобыле, а за ним молча гналась собака, и не дай мне боже увидеть когда-нибудь такое исчадие ада у себя за спиной!”Пьяные сквайры обругали пастуха и поскакали дальше. Но вскоре мороз пробежал у них по коже, ибо они услышали топот копыт, и вслед за тем вороная кобыла, вся в пене, пронеслась мимо них без всадника и с брошенными поводьями. Беспутные гуляки сбились в кучу, обуянные страхом, но все же продолжали путь, хотя каждый из них, будь он здесь один, без товарищей, с радостью повернул бы своего коня вспять. Они медленно продвигались вперед и наконец увидели собак. Вся свора, издавна славившаяся чистотой породы и свирепостью, жалобно визжала, теснясь у спуска в глубокий овраг, некоторые собаки крадучись отбегали в сторону, а другие, ощетинившись и сверкая глазами, порывались пролезть в узкую расселину, что открывалась перед ними.

«Компания пришла к остановке, более трезвые люди, как вы
может догадаться, чем когда они начались.Большинство из них
бы ни в коем случае заранее, но три из них, самые смелые,
или это может быть самым пьяным, ехал вперед по Goyal.
Теперь он открылся в широком пространстве, в котором стояли два
эти большие камни, все еще можно увидеть там, которые были
установить определенные забытых народов в древности.
Луна светила ярко на поляну, и там
В центре лежала несчастная горничная, где она упала,
мертвы от страха и усталости. Но это был не взгляд
ее тело, и не было, что тела Хьюго
Баскервиль лежал рядом с ней, которая подняла волосы на
Главы этих трех вызов дьявола roysterers, но
было то, что, стоя над Гюго, и теребила горло,
стоял неприятный вещь, большой, черный зверь, формы
как собака, но больше, чем любая собака, которая когда-либо смертный
глаз отдыхал на. И как они выглядели вещи
разорвал горло Гуго Баскервиль, на котором, как
Оказалось его горящими глазами и капающей челюсти на них,
три закричала от страха и поехал за свою жизнь, до сих пор
крик, через болота. Один из них, как говорят, умер, что
Очень ночь, что он видел, а другие двое были
но сломанные люди до конца своих дней.

Таково, дети мои, предание о собаке, причинившей с тех самых пор столько бед нашему роду. И если я решил записать его, то лишь в надежде на то, что знаемое меньше терзает нас ужасом, чем недомолвки и домыслы.Есть ли нужда отрицать, что многие в нашем роду умирали смертью внезапной, страшной и таинственной? Так пусть же не оставит нас провидение своей неизреченной милостью, ибо оно не станет поражать невинных, рожденных после третьего и четвертого колена, коим грозит отмщение, как сказано в Евангелии. И сему провидению препоручаю я вас, дети мои, и заклинаю: остерегайтесь выходить на болото в ночное время, когда силы зла властвуют безраздельно.

Когда доктор Мортимер закончил читать эту странное повествование, он поднял очки на лоб и посмотрел на мистера Шерлока Холмса. Последний зевнул и бросил окурок в огонь.

-Ну? - сказал он.

-Неужели вы не находите это интересным?

«Для коллекционера сказки".

Доктор Мортимер вынул сложенную газету из кармана.

"Теперь, мистер Холмс, мы дадим вам нечто более недавно.
Это Devon County Хроника 14-го мая этого года. это
является кратким изложением фактов вызвали в связи с кончиной сэра
Чарльз Баскервиль, которые произошли за несколько дней до этой даты ".

Мой друг наклонился немного вперед, и взгляд его сразу стал внимательным. Наш гость поправил очки и начал:

«Последние внезапной смерти сэра Чарльза Баскервиля, чьи
имя было упомянуто в качестве вероятного кандидата Либеральной
для среднего Девона на следующих выборах, бросил уныние
округа. Хотя сэр Чарльз Баскервиль проживал в
Зал за сравнительно короткий период его приветливость
характер и крайнюю щедрость выиграл любовь
и уважение всех, кто был в контакт с
его. В эти дни нувориши это освежающий
найти случай, когда отпрыск старинного рода графства
который упал на тяжелые дни может внести свой
состояние и вернуть его вместе с ним восстановить
упал величие его линии. Сэр Чарльз, как известно,
сделали большие суммы денег в Южной Африке спекуляции.
Более мудрые, чем те, которые идут, пока колесо поворачивается
против них, он понял, что его доходы и вернулся в Англию
с ними. Это всего лишь два года он приступил к исполнению своих
проживание в Баскервиль-холл, и это общий разговор как
большие были те схемы реконструкцию и благоустройство
, которые были прерваны его смертью. Будучи сам
бездетным, это был его открыто выразил желание, чтобы
все деревни должны, в его собственной жизни, отчет о прибылях
на его счастье, и многие из них имеют личные причины
для оплакивают его безвременную кончину. Его щедрые пожертвования
местных и окружных благотворительных были часто
запечатлен в этих столбцах.

"Обстоятельства, связанные со смертью сэра Чарльза нельзя сказать, что полностью устранены за счет дознания, но, по крайней мере, сделано было достаточно, чтобы положить конец местным слухам, которые породили местные суеверия.У нас нет никаких оснований подозревать, что смерть последовала не от естественных причин. Сэр Чарльз был вдовец и, если можно так выразиться, человек со странностями. Несмотря на свое большое состояние, он жил очень скромно, и весь штат домашней прислуги в Баскервиль-холле состоял из супружеской четы Бэрриморов. Муж исполнял обязанности дворецкого, жена — экономки. В своих показаниях, совпадающих с показаниями близких друзей покойного, Бэрриморы отмечают, что здоровье сэра Чарльза за последнее время заметно ухудшилось. По их словам, он страдал болезнью сердца, о чем свидетельствовали резкие изменения цвета лица, одышка и подавленное состояние духа. Доктор Джеймс Мортимер, близкий друг и домашний врач покойного, подтвердил это в своих показаниях.

"Обстоятельства дела просты. Сэр Чарльз Баскервиль
вошло в привычку каждый вечер перед сном ходьбы
по знаменитой тисовой аллее Баскервиль-холла. Доказательства
в Бэрриморами показывает, что это был его обычай.
С четвертого мая сэр Чарльз объявил о своем намерении
начать на следующий день в Лондон, и приказал Бэрримор
подготовить свой багаж. В тот вечер он вышел, как обычно,
за ночные прогулки, в ходе которого он был в
Привычка курить сигары. Он не вернулся. В
12:00 Бэрримор, найти входную дверь все еще открыта,
встревожился, и, освещая фонарем, отправился на поиски
своего хозяина. День был влажным, и сэра Чарльза
следы были легко проследить по переулку. На полпути вниз
эта прогулка есть ворота, которые выводит на болота.
Были признаки того, что сэр Чарльз стоял для некоторых
немного времени. Затем он по аллее, и
она была в дальнем конце, что его тело было обнаружено.
Один факт, который не был объяснить это заявление
из Бэрримор, что следы своего хозяина изменили свои
характер с того времени, он прошел на болотах, ворота, и
что он появился оттуда далее, были пешком
на его пальцы. Один Мерфи, цыганская лошадь-дилера, был на
болота на не большом расстоянии в то время, но он, кажется,
по его собственному признанию, было хуже для питья.
Он заявляет, что он слышал крики, но не может заявить
от того, что направление они пришли. Никаких признаков насилия были
быть обнаружены на лицо сэра Чарльза, и хотя
свидетельство врача указал на почти невероятное
лица искажений - так велико, что доктор Мортимер отказал в
Первым считаю, что это действительно его другом и пациентом
который лежал перед ним - это было объяснено, что это симптом
который не является чем-то необычным в случаях одышка и смерть от
сердечных истощения. Это объяснение подтверждается
вскрытие, которое показало, давно
органические заболевания, и жюри коронера вернулся
Приговор в соответствии с медицинским заключением. Это
хорошо, что это так, потому что, очевидно, крайне
важно, чтобы наследник сэра Чарльза поселился в
Зал и продолжить хорошую работу, которая была так грустно
прерывается. Если бы прозаический нахождения следователь не
наконец, положить конец романтических историй, которые были
прошептал в связи с делом, оно могло бы быть
Трудно найти арендаторов для Баскервиль-холла. Это
понимали, что ближайшие родственники г-н Генри Баскервиль,
если он еще жив, сын сэра Чарльза Баскервиля
младший брат. Молодой человек, когда в последний раз слышал только о том,
в Америке, и вопросы в настоящее время возбуждено
целью информирования его о своем счастье. "

Доктор Мортимер сложил газету, и сунул ее в карман.
-Вот все, что сообщалось о смерти Чарльза Баскервиля, мистер Холмс.

-Да.

-При этом, - сказал доктор Мортимер, начавший проявлять признаки сильных эмоций, - я еще ни с кем не говорил об этом. -Я о многом умолчал на следствии, по причине того, что человеку науки трудно поддерживать слухи, рожденные суеверием. И я считаю, что газета права: усугублять итак мрачную репутацию Баскервиль-холла - значит обрекать на существование без хозяина. По обеим этим причинам, я предпочел кое о чем умолчать, потому что излишняя отровенность все равно не принесла бы пользы. Но с вами я могу говорить откровенно.

В течение последних месяцев мне становилось все более ясно, что нервная система сэра Чарльза была напряжена до предела.Он принял эту легенду, которую я прочитал вам, слишком близко к сердцу, и, гуляя по своим владениям, опасался выходить на болота ночью. Вам это покажется нелепостью, мистер Холмс, но сэр Чарльз был твердо убежден, что над его родом тяготеет страшное проклятие, и, действительно, примеры, которые он приводил из прошлого своей семьи, были неутешительны. Идея наличия чего то ужасного постоянно преследовала его, и он постоянно спрашивал меня не видел ли я чего нибудь странного, когда обходил по ночам больных, и не слышал ли лай собаки. Последний вопрос он задавал мне часто, и всегда его голос вибрировал от волнения.

Сэр Чарльз, по моему совету, собирался в Лондон. Сердце у него было не в порядке, а страх, не дававший ему ни минуты покоя, явно сказывался на его здоровье, хотя причины этого страха были, на мой взгляд, просто вымышленные. Я рассчитывал, что несколько месяцев городской жизни подействуют на сэра Чарльза освежающе и он вернется назад новым человеком. Того же мнения был мистер Стэплтон, который проявлял всегда большую заботу о здоровье нашего общего друга. И вот в самую последнюю минуту разразилось это страшное несчастье.

-Следы?

-Мужские или женские?

-Мистер Холмс, это были следы гигантской собаки!

Признаюсь, при этих словах дрожь прошла через меня. Судя по влнению в голосе доктора, он сам был взволнован тем, что рассказал нам. Холмс подался всем телом вперед, и в глазах у него вспыхнули сухие, колючие искорки — верный признак проснувшегося интереса.

-Так же ясно, как я вижу вас.

-А зачем?

- Они были в двадцати метрах от тела, и на них, вероятно, просто не обратили внимания. Я бы сам ничего не заметил, если б не вспомнил легенду.

-Без сомнения, но это была не овчарка.

-Огромные.

-Нет.

-Влажная и сырая.

-Нет.

- По бокам высокая зеленая изгородь из тесно сросшихся старых тисов. Посередине — дорожка футов восьми в ширину.

-Да, есть полоса травы около шести футов в ширину с обеих сторон.

-Да, эта калитка ведет к болоту.

-Нет.

-Еще есть выход через беседку в дальнем конце.

-Нет, он лежал в пятидесяти ярдах от него.

-На траве следов обычно не видно.

-Да, они были на краю пути, ближе к калитке.

-Закрыта и заперта на висячий замок.

-Около четырех футов.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/15297/50075

Переводчики: JulietDark, Juliet_Darkness, Selena_Lakna, alex1c

SweetCat