Готовый перевод Jim Butcher. Ghost story (Dresden files-13) / Джим Батчер. История призрака (Досье Дрездена-13): Глава 43

Глава сорок третья.

Положение между кромкой воды и скалами было почти отчаянным. Было много беготни, и выстрелов, и разлетающейся грязи и гальки. Еще несколько теней были уничтожены свистящей черепушечной шрапнелью. Мой щит отражал чертовски сильные удары, и когда мы приблизились к пулеметам, угол обстрела с обеих сторон означал, что щит может защитить все меньше и меньше теней.

Некуда было бежать, негде спрятаться, некуда деться, кроме как идти вперед. Или это, или умереть, и я был в таком ужасе, как никогда в своей жизни. Честно говоря, я рад, что мои воспоминания не стали гораздо яснее, чем были.

Когда я пробегал между двумя припавшими к земле колючими зверюгами, где-то в середине их стада раздался противный звук удара. Я припомнил соображение, что у этих тварей такая тяжёлая броня из слоёв и слоёв костных пластин, что они не могут встать. Пулемётный огонь и свистящие черепа, по-видимому, причиняли им лишь незначительный дискомфорт. Я уловил, как обе рептилии быстро взглянули на меня, а затем десятки коротких шипов высунулись из жирных туш, выросли в щупальца и начали хлестать вокруг, как поливочный шланг под высоким давлением, выпущенный из рук. Один из них обернулся вокруг моей руки, и только рукав заговорённого плаща не дал удлинившемуся шипу рассечь мою плоть до кости. Топор сэра Стюарта сверкнул, и щупальце, отделённое от туловища, распалось в эктоплазму.

Я приказал теням использовать клинки, и появились десятки мечей, топоров, боевых ножей и штыков. Мы прорубали себе путь через шипастых зверюг, и терпели все более интенсивный огонь. Мы потеряли нескольких теней-защитников во время наступления - они были утащены щупальцами или разорваны на куски пулеметным огнем.

Миномётный обстрел черепами перестал лупить по нам ярдов за двадцать от скалы, и мы, наконец, достигли основания первой башни. И тени, и я столпились впритык к её подножию, где пулемётчики не могли стрелять по нам не высовываясь, или не наклонившись над бруствером или чем там ещё. Я изменил конфигурацию щита, так что его купол защищал нас в каждом направлении, будь то со скал или с земли, хотя огонь по нам уже значительно уменьшился.

- Гранаты! - приказал я, твёрдым и мужественным тоном, который не звучал совсем уж как у четырнадцатилетнего паникёра.

Сэр Стюарт держал пару своих черных минибомб из гангстерской эпохи Капоне, который изобрёл запал и запустил его в производство. Сэр Стюарт поднялся, поджёг концы фитилей маленькими вспышками, отошёл от башни на несколько шагов, и быстро швырнул гранаты вверх, по одной за раз.

Было немного рискованно опускать щит на время, позволяющее гранате пролететь мимо, а потом поднимать его снова, этакий чародейский эквивалент перерыва на чих, но я справился. Обе маленькие бомбы звонко брякнули, отскакивая от внутренней кромки стрелковой щели, и над нами секунду или две раздавались рычащие звуки.

Затем раздался громкий <i>бум</i> взрыва, и нечеловеческие вопли от того, что может быть только болью. Секундой позже прозвучал ещё один <i>бум</i> , и прозрачная жидкость брызнула из стрелковой щели бункера, барабаня по моему щиту.

- Ча-чинг!- Закричал я.

Тень Сэра Стюарта свирепо усмехнулась мне.

- Приготовьтесь двигаться к следующему!- Просигналил я.
Я спустился вниз к обрыву утёса, где камень уступил место песку и сланцу, и крутому склону, который протягивался от берега и дальше. Мы вынесли бункер с одной стороны склона. Мы должны захватить ещё один бункер на другой стороне, или будем изрешечены огнём с нескольких направлений, когда будем подниматься.

Я включил щит и повернул его под наиболее выгодным углом, прежде чем вышел на открытое пространство. Огневые точки в верхней части склона сразу атаковали, неотрывно, и мой щит снова вспыхнул, потому что больше вражеской мощи сосредоточилось на нём с позиций на верхнем склоне. Я пересёк тридцатифутовый участок до основания следующей башни, поддерживая щит свирепым желанием, и призрачный отряд шёл за мной.

По пути я получил представление о вражеском сопротивлении. Они носили чёрно-серые мундиры как старые Ваффен СС, но людьми они не были. Их лица были вытянуты и деформированы в морды и челюсти волков, которые выглядели странно необычно без меха, покрывающего их. Их глаза были чёрными пустыми дырами - и это никакая не метафора, когда говорю это. Там просто не было никаких <i>глаз</i>. Просто пустые впадины. Пулемётная команда и стрелки - или, может быть, стрел<i>коиды</i> - буквально поливали нас огнём, с выражением страстной, нестерпимой жажды кровопролития на чудовищных лицах.

Я остановился за следующим углом, удерживая щит, пока все призраки не перебежали под него, затем перебрался в укрытие сам. Как и в прошлый раз, я переставлял щит так, чтобы он разом укрывал всех.

- Красивые парни,- отметила тень сэра Стюарта весело.
Он выглядел менее выцветшим, чем несколько минут назад. У меня было ощущение что сэр Стюарт, и при жизни был таким же человеком, который воодушевлялся действием - и его тень не стала исключением.

- Мы пошлём им комплимент письмом позже,- крикнул я, и указал на второй бункер над нами.- Повторите-ка.

Стюарт кивнул и повернулся к гангстеру ещё раз. И снова он сделал два отличных броска, кинув пару мпленьких бомб под крутым углом в бункер. Снова брызнула вражеская эктоплазма, и башня над нами замолкла.

- Теперь, самое интересное, - сказал я.- Мы поднимаемся вверх по склону. Мой щит не протянет слишком долго - кто стоит за ним, приготовьте всё что можете, чтобы снять их. Таким образом, мы захватим их так быстро, как сможем.

Сэр Стюарт кивнул и подал знак самому близкому из безумных призраков.
- Отдай им приказ.

Я скривил губы на секунду и затем кивнул.
- Эй, вы парни,- сказал я, указывая на близнецов.

Две небольшие пары мёртвых, пустых глаз повернулись ко мне, наряду с десятками побольше, и меня пробрал тот же ледяной озноб при прикосновении их сознания.

- Мы собираемся подняться на тот склон. Моего щита почти сразу не станет, я хочу чтобы вы сблизились с врагом так быстро как сможете и снимайте их. Не сдерживайтесь. Сделайте их жёстко. Не останавливайтесь, пока не перебьёте всех. Ясно?

Много бездушных взглядов. Ни один из них не двинулся. Ни один из них не ответил.

- Конечно, - сказал я.- Вы поняли это. Если бы не поняли, вы бы сказали что-нибудь, да?

Никакой реакции.

- Боже, это похоже на Галлахера, выступающего на факультете Гарвардского клуба, - пробормотал я. - Ладно, пошли, народ. Раз! Два! Три!

И я вышел из-за угла снова, держа щит перед собой. Он превратился в пылающий сине-серебристый купол почти мгновенно, принимая столько энергии, что кинетическая сила стала проходить сквозь него, толкая меня как ураганный ветер. Я пьяно пошатывался, неспособный видеть сквозь щит и предсказать мои следующие шаги вверх по склону. Опора была предательской. Сланец, песок и просто камни крутились и переворачивались подо мной. Даже с периодической поддержкой сэра Стюарта я начал спотыкаться, скользить и опускаться на одно колено, а мой браслет вокруг запястья становился всё более и более горячим.

Мне удалось неловко протолкнуться пару раз - а затем что-то вдарило по щиту как скоростной поезд, и сине-серебристая энергия разлетелась в сверкании света и звука. Я внезапно смог увидеть верх склона, где враги мгновение оправлялись от ответной реакции взрыва моего неудавшегося щита.

И призраки Лектера принялись за работу.

Когда я смерил наклон взглядом, единственное о чём я мог подумать, это что оно, должно быть, выглядит в стиле торнадо. Безумные призраки Чикаго бросились вперёд с такой силой и мощью, что их формы размылись в удлинённые полосы, которые толкались, чтобы первыми настичь своих жертв и штопором ввнитились в крошилово. Они игнорировали такие смешные ограничения как гравитация и прочность материи, и накинувшись на врага, они <i>изменились</i> - и я получил новый источник для ночных кошмаров.

Я готов поделиться наименее тревожащими моментами. Близнецы, например, просто наклонились вперёд и, казалось, волнисто <i>скользили</i> к врагу. Когда они поднимались, их удлинённые тела переплетались и сливались в единое целое, которое было похоже на изображение битвы сумасшедшим художником, между гигантским кальмаром и какой-то безымянной, глубоководной ужасной рыбой с огромным количеством шипов и множеством плавников, и большими глазами гугли-мугли. Они добрались до ближайшего плохого парня, вынырнули, и потом бросились вниз с таким изяществом, что я чуть не пропустил то, как они раздавили волковаффена о землю так сильно, что он стал не толще моей старой чековой книжки. Щупальца выскочили и разорвали винтовку валковаффена рядом с ним, а затем погрузились внутрь его рта и горла, через ноздри, через <i>уши</i>. Секундой позже, они вернулись, выныривая снова - вместе с покрытыми слизью <i>кусками</i> того, что они, казалось, были в состоянии захватить, пока были внутри. Они вытащили желудок существа через рот, а также несколько футов кишечника - а затем щупальца юркнули, свились петлями вокруг шеи волковаффена и задушили его.

Остальное было куда менее гуманным и красочным, чем эта расправа.

Рычание, затем крики, заполнили небольшое отвесное отверстие в стене утёса. Призраки, скрученные в чудовищные формы с десятилетиями пустого, бессмысленного голода, упали на волковаффенов на нашем пути, издавая вой и визги, щелчки и крики, заполняя воздух какофонией, заставившей меня хлопать по ушам и прикусить нижнюю губу от крика боли.

Поначалу враги сражались, и те кто дрался умерли быстро. Всё больше и больше кошмарных <i>созданий</i> имели дело с волковаффенами, их боевой дух дрогнул и они начали убегать. Те, кто дрался, умерли ужасной смертью. И, в конце, поражённые ужасом, горстка врагов могла только стоять, глядя в страхе, высоко и жалобно визжа.

Эти несколько последних умерли неописуемо.

<i>Призраки не могут проголодаться</i>, напомнил я себе. <i>Мёртвые не едят</i>. Таким образом, не было никакой причины вообще, почему меня должно тошнить. Мысль была весёлой по нескольким причинам, поэтому я начал смеяться. Я ничего не мог с собой поделать. Я смеялся и смеялся, как раз когда понял что не мог просто находиться там - не отринув свободную стихию ужаса, как Лектер.

- Наступаем!- сказал я, хихикая.- Наступаем, прежде чем они выйдут за предел слышимости.
Я споткнулся и поднялся на склон, сэр Стюарт и духи-защитники шли позади меня. Это не был лёгкий подъём. Призраки Лектера оставили много волковаффенов частично живыми, или по крайней мере, оставили некоторые из их <i>частей</i> живыми, и кровь с более худшими жидкостями была повсюду. Несколько счастливчиков, бойцов, что погибли быстро, стали лужей склизкой эктоплазмы.

Как на это ни посмотреть, но подъём был грязным, тошнотворным, опасным. Но всё это было чертовски менее опасно, чем если бы нас обстреливали на протяжении всего пути.

Я достиг вершины склона и смотрел через длинную сеть траншей, которые бежали вне бункеров, вдоль вершины утёса. Был прерывистый орудийный огонь. Были прерывистые крики. Пока я наблюдал, я увидел безумного, паникующего волковаффена, карабкающегося из окопа. Он промчался около трёх-четверти пути, прежде чем что-то, похожее на слизистый жёлтый язык выстрелило из траншеи, ниже моего угла обзора, и погрузилось в его спину - и его грудь. Затем пронзивший язык обернулся вокруг воющего волковаффена и потянул его в траншею с такой силой, что клубы пыли и грязи вздымались везде, где бы он ни соприкасался.

- Блин-тарарам,- хихикнул я.- Блин-тарарам. Это отвратительно.

Сэр Стюарт мрачно кивнул. Он сделал жест. Духи-защитники принялись избавлять от мучений ближайшего ужасно искалеченного волковаффена.

Я крепко ударил себя по щеке и силой сдержал смех. Я почувствовал порыв закричать в ужасе, как только смех начал затухать. Демонические слуги Злого Боба находились в положении, возможно, весьма подходящем для мерзких типов. Они, вероятно, заслужили насильственной смерти.

Но есть вещи, увидев или сделав которые, уже нельзя остаться одновременно и <i>человеком</i>, и <i>разумным.</i>

Я затолкал зарождающиеся крики подальше. Мне потребовалось минута или две, чтобы сделать это. Когда я поднял взгляд, сэр Стюарт был передо мной, его глаза были печальные, обеспокоенные и чуткие. Он знал, что я чувствовал. Он знал это по себе - что, вероятно, стало причиной его командования, более или менее, уголовно-психиатрическим отделением призраков Чикаго.

- Моя ошибка, - сказал я.
Мой голос звучало вяло. Мой язык чувствовал, что был покрыт свинцом.
- Я сказал Лектерам не останавливаться, пока они не расправятся со всеми.

Большая тень серьёзно кивнула.

- Следуйте за ними, - сказал я. - Убедитесь, что любой оставшийся враг получит чистую смерть. Затем закругляйтесь с ними и возвращайтесь ко мне.

Сэр Стюарт кивнул. Он посмотрел на духов-защитников. Затем они все двинулись одновременно, двигаясь в обоих направлениях - вверх и вниз по утёсу.

Я оперся на посох и отдыхал. Поддерживание этого щита отняло у меня уйму энергии. Так много, что, когда я посмотрел вниз, на свою руку, я мог, с грехом пополам, видеть очертания каменистой почвы прямо через неё.

Я постепенно исчезал.

Я вздрогнул и сильно сжал посох. Это и впрямь имело смысл. Я всегда верил, что магия исходит изнутри, от того кем и чем вы были - от вашего ума и вашего сердца. Теперь я был умом и сердцем - всем этим. Щит должен был подпитываться чем-то. Я, действительно, не остановился подумать, откуда эта энергия будет поступать.

Теперь я знал.

Я снова посмотрел на свои руки, и на землю, что виднелась сквозь них. Сколько сил мне надо истратить, чтобы исчезнуть полностью? Я не смогу узнать это, не смогу даже приблизительно предположить. Что, если по окончании всего этого мне потребуется магия, когда я займусь охотой на своего убийцу? Что, если я растрачу всю её здесь? Что, если я стану таким же, как сэр Стюарт: просто безликой тенью.

Я склонил голову к твёрдому дубу посоха. Это не имело значения. Мёрфи и компания - не вспоминая Морта - нуждаются в моей помощи. Они получат её, даже если бы это означало, что я стану ничем иным как старой, блеклой памятью.

(Или, возможно, стал бы ещё одной безумной тенью, дрейфующей по ночному Чикаго, вызывая разрушение без причины, без жалости, без пощады.)

Я встряхнул головой и выпрямил спину. Судя по звукам, осталось не так много плохих парней, с которыми еще не расправились Лектеры. Конечно же, всё это были укрепления Собирателя трупов – область такой плохой ауры, как эта, была чем-то вроде центра гравитации для любого, переходящего из материального мира через Проход вблизи места, с которым он был связан, что-то вроде паучьего гнезда. Это было сделано для того, чтобы любой, пожелавший пройти внутрь здания через небывальщину, оказался на этом пляже.

Я должен был найти Проход с этой охраняемой территории. Черный ход в убежище Собирателя Трупов, тот, что использовали при мне Злой Боб и Фомор-слуга. Я закрыл глаза и отбросил прочь окружающий меня ужас. Я отбросил своё беспокойство и страх. Я не нуждался в дыхании, но я все равно дышал, потому что это был единственный известный мне способ достижения ясности ума. Вдох. Выдох. Медленно.

Затем я принялся при помощи моих чувств искать энергию, которой должен был быть окружен открытый Проход. Я нашел его сразу же и открыл глаза. Он был прямо передо мной, вдали от скалы и пляжа, в нескольких сотнях ярдов, скрытый за холмистыми лесными полянами. Я мог видеть начало тропинки, ведущей в лес. Она была хорошо протоптана, что было довольно очевидно, и я сомневаюсь, что по ней прогуливались туристы или группы бойскаутов. Она была нашей следующей остановкой.

В ту же секунду инстинкт самосохранения заорал на меня безо всякого предупреждения. Я не колебался. Я бросился в сторону, разворачиваясь в воздухе, чтобы заново поднять мой щит.

Разрушительный шар чистой духовной энергии ударил в щит, и половина украшений в виде щитов на моем браслете издала ужасающий звук и разлетелась на мелкие осколки. Удар отбросил меня на добрые двадцать футов, я упал и катился по земле до тех пор, пока земля подо мной не закончилась. Я свалился на пол одного из оборонительных окопов и лежал там около секунды, пораженный абсолютной жестокостью нападения.

Я услышал медленные, тяжелые, уверенные шаги. <i>Топ</i>. <i>Топ</i>. Затем пара черных сапог появилась на кромке траншеи. Мой взгляд поднялся до офицерского мундира СС, включающего в себя чёрный кожаный плащ, не слишком отличающийся от моего собственного. Это не был один из тех вольфваффенов. Вместо деформированной, чудовищной волчьей морды, лишь голый череп сидел поверх форменного высокого воротника. Голубой огонь светился в его глазницах, и он разглядывал меня с холодным презрением.

- Неплохо для начинающего, - сказал Злой Боб. - Я хочу, чтобы ты знал, что я сожалею о твоей смерти, как о потере значительного потенциала. - Он поднял то, что было, вероятно, на самом деле не пистолетом Люгер, и хладнокровно нацелил его мне в голову. - Пока, Дрезден.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/16631/70447

Переводчики: MartyrHell, Swee7, fktrctq, Sour_Cherry

ZERGpir