Готовый перевод Claudia Gray - AFTERLIFE (Evernight Series, Book 4) / Клаудия Грэй - Жизнь после смерти: CHAPTER 1

"Скоро рассвет", - произнес Бальтазар.

Это были первые слова, произнесенные вслух, за последние несколько часов.

Хотя я даже и слышать не хотела о приближении восхода солнца, но знала, что он прав.

Вампиры всегда интуитивно чувствуют приближение рассвета.

Интересно, Лукас тоже чувствовал? Мы сидели в старом заброшенном кинотеатре в комнате, где раньше находилось проекционное оборудование. На стенах, обклеенных постерами, все еще виднелись следы недавней битвы.

Вик, единственный человек в комнате, задремал, положив голову на плечо Ранульфу; его рыжеватые волосы спутались ото сна. С окровавленным топором на коленях Ранульф выглядел так, как будто ждал нападения в любую секунду.

Благодаря длинному тонкому лицу и стрижке под горшок он был похож на средневекового святого.

Бальтазар отошел в противоположный угол комнаты, уважая мое горе.

Но из-за роста и широких плеч он все равно занимал большую часть комнаты.

Я держала голову Лукаса на коленях.

Будь я живым человеком или даже вампиром, то от такого длительного сидения без движения у меня бы онемело все тело.

Но я была привидением, и проблемы физического характера меня не тревожили. Я держала его, не ощущая усталость, в течение всей ночи.

Я расчесала свои длинные рыжие волосы, стараясь не замечать, что концы были в крови Лукаса.

Черити убила его на моих глазах, пользуясь стремлением Лукаса защитить меня

Это была последняя и самая ужасная попытка причинить мне боль, продиктованная ненавистью ко всем, кто хоть что-нибудь значил для ее брата Бальтазара.

Она нарушила табу вампиров, укусив человека, которого уже кусал до этого другой вампир, и кто был котов к превращению в живого мертвеца.

По правилам только я могла обратить Лукасу, и никто другой.

Но Черити уже давно не было никакого дела до каких-то там табу.

Ее никто и ничто не волновали, за исключением, разве что, запутанных отношений с Бальтазаром.

Где бы она сейчас ни была, она, наверняка, радовалась тому, что ей удалось разбить мне сердце, и превратить Лукас в того, кем бы он не хотел быть ни за что на свете.

Лукас всегда говорил, что лучше смерть.

Когда я еще была живой, то по наисности мечтала о том, как мы вместе станем вампирами.

Он воспитывался охотниками в Черном Кресте, которые ненавидели немертвых и фанатично преследовали их.

Превращение в вампира было худшим из его кошмаров.

Теперь этот кошмар стал явью.

"Долго еще?", - спросил я.

"Пара минут".

Бальтазар сделал шаг вперед, но увидев выражение моего лица, остановился.

Вику лучше уйти.

"Что происходит?" - сонно пробормотал Вик.

Он заставил себя выпрямиться, при виде бледного окрававленного тела Лукаса замешательство на его лице вменилось ужасом.

"О!..." На секунду мне показалось, что это все происходит во сне, а не наяву.

Но это была реальность.

Бальтазар покачал головой.

"Мне жаль, Вик, но тебе придется уйти".

Я поняла, что имел в виду Бальтазар.

Желая, чтобы я пошла по их стопам, родители рассказывали мне о первых часах после превращения.

Когда Лукас очнется вампиром, то будет жаждать свежей крови, причем отчаянно.

После пробуждения он будет охвачен диким голодом, который безраздельно завладеет всеми его мыслями.

Он будет голоден настолько, что сможет убить.

Вик ничего этого не знал.

"Да ладно тебе, Бальтазар.

Я уже давно с вами.

И я не хочу оставлять Лукаса сейчас.

"Бальтазар прав", - произнес Ранульф.

"Будет безопаснее, если ты сейчас уйдешь".

"Что ты имеешь в виду под словом "безопаснее"?"
"Вик, уходи", - сказал я.

Мне не хотелось выгонять его, но если он не понимал, что произойдет здесь в ближайшее время, то мне ни чего не оставалсь, как вознакомить его с жестокой реальностью.

"Если хочешь остаться в живых, уходи".

Вик побледнел.

Смягчившись, Бальтазар добавил: "Живым здесь не место.

Только мертвым".

Вик провел рукой по своим лохматым волосам, кивнул Ранульфу и вышел из проекционной комнаты.

Наверное, он отправился домой, где опытается заняться чем-нибудь полезным - убраться или приготовить еду, которую все равно никто не может есть.

Человеческие потребности казались чем-то невообразимо далеким в тот момент.

Когда Вик ушел, я, наконец, озвучила мысль, терзавшую меня на протяжении последних часов.

"Должны ли мы...", - я нервно сглотнула.

"Должны ли мы позволить этому случиться?"
"Ты хочешь сказать, что мы должны уничтожить Лукаса?"

В устах любого другого эти слова прозвучали бы жестоко, Ранульф же просто констатировал это как факт.

"Должны не дать ему превратиться в вампира и принять его смерть", - закончил Ранульф.

Я не хочу делать это.

Не думаю, что стоит рассказывать как сильно я этого не хочу", - ответила я.

Каждое, произнесенное мной слово, было словно нож по сердцу.

"Но я знаю, что Лукас хотел бы именно этого"

Должен ли любящий ставить желания любимого выше своих, какими бы ужасными они не были?
"Не делайте этого".

"Не делайте это."

"Говоришь так, как будто знаешь наверняка как лучше поступить".

Я попыталась произнести спокойным тоном.

Хотя на самом деле я была так зла на Бальтазара, что старалась даже не смотреть на него, это он втянул Лукаса в драку с Черити, хотя прекрасно знал, что тот сломлен горем и не в состоянии драться.

Я считал, что Бальтазар виноват в смерти Лукаса также, как Черити.

"Ты ведь просто говоришь мне то, что я хочу услышать!"
Бальтазар нахмурился.

"Разве я когда-нибудь так делал? Бьянка, послушай меня.

Если бы ты еще вчера спросила меня, хотел ли я когда-нибудь превратиться в живого мертвеца, я бы, наверняка, сказал нет".

"Ты бы и сейчас сказал нет, если бы у тебя был выбор.

Если бы ты мог вернуться в прошлое.

Разве не так?", - спросила я.

Мои слова застали его врасплох.

"Мы говорим не только обо мне.

Подумай о своих родителя.

О Патриции, Ранульфе и других вампирах, с которыми ты знакома.

Неужели было бы лучше, если бы они лежали в могилах?"
Некоторые вампиры действительно были нормальными. В основном, практически все, кого я знала.

Мои родители жили в любви и согласии на протяжении многих веков.

Наверное, и мы бы с Лукасом могли.

Я знала, что даже мысль о первращении в вампира была для него неприемлема. Но с другой стороны, всего два года назад он слепо ненавидел всех вампиров без исключения.

Ему довольно быстро удалось изменить свою точку зрения, так что, возможно, он смирится с тем, что превралится в вампира через какое-то время.

Игра стоит свеч.

Должна стоить.

Сердце говорило мне, что Лукас заслуживает еще одного шанса, и наша любовь тоже.

Я провела рукой по лицу Лукаса: лбу, подбородку, губам.

Его тяжелое бледное тело напоминало мне каменное изваяние - неподвижное, неживое и неизменное.

"Уже скоро", - произнес Бальтазар

Он уже близко.

"Пора".

Ранульф кивнул .

"Я тоже чувствую.

Тебе лучше отойти, Бьянка".

"Я не оставлю его".

"Тогда будь на чеку на случай.

если все же придется бежать".

Перемещая вес с ноги на ногу, Бальтазар был похож на борца, готовящегося к схватке.

все будет хорошо Лукас, я думаю ты готов выслушать прошлое которое разделяет между этим миром и следущим

разве он не сможет перейти то что разделять нас, чтобы вернутся ко мне? но может быть этого достаточно чтобы он услышал.

Мы мертвы, но мы можем быть вместе.

Ничто не имеет значения кроме этого.

Мы сильнее чем смерть.

Ничет другое не встанет у нас на пути

Он и я больше не растанимся никогда.

Я хочу верить в это.

Я хочу верить тоже.

Рука Лукаса вздрогнула.

Я ахнула, рефлекс тело,он напомнил мне о том что шоковое состояние, сильней всего остального.

Будь готов, - зказал Бальтазар

Он говорил не мне, а Ранульфу.

Я неуверонно положла руку на грудь Лукаса

Я хотела услышать только его пульс

Но его сердце теперь никогда не будет биться

Одна нога Лукаса вздрогнула и он повернул голову в мою сторону.

"Лукас?" - прошептала я.

Ему нузно было понять что он не один, пред тем как он сделает чтонибуть ещё.

" Ты меня слышишь? Это Бьянка.

Я ждала тебя.

Он не шевельнулся.

Я тебя очень люблю

Я хотела зарыдать, но призраки неумеют плакать.

Пожалуйста вернись ко мне.

Пожалуйста."

Он сжал пальцы правой руки, и обратно разжал.

"Лукас ты можешь...."
"Нет!" Лукас вскочил на четвереньки и пополз от меня прочь.

Его глаза были дикими, и затуманиными.

"Нет!"
Прокричал он опять у уперся в стену.

Он смотрел на нас троих, и в глазах читалось безумие.

Его руки уперались в стену, пальцы изогнулись подобно когтям,я подумала, что он пытатется ее прорыть.

Возможно это был такой вампирский инстинкт, чтобы выбраться из могилы.

лукас .все хорошо

я вытянула свои руки, стараясь делать все возможное чтобы остаться ощутимой и не прозрачной.

Было лучше выглядеть настолько знакомо насколько это возможно.

"мы здесь с тобой"

"он пока вас не знает" сказал Бальтазар

"он смотрит на нас ,но нас не видит"

Ранульф добавил"ему нужна только кровь"

"на слово кровь ,лукас опрокинул голову , словно хищник вынюхивая добычу"

это было единственное слово которое он узнал

человек которого я любила был похож на животное - на изверга,на пустую раковину без мозгов , именно так и думал Лукас про вампиров

Лукас сощурил глаза.

Он оскалился,я была в шоке впервые увидев его вампирские клыки.

Они так сильно изменили его лицо, что я с трудом узнавала его, внутри меня что-то оборвалось.

Он пригнулся и я поняла что он готов атаковать любого из нас, всех нас.

Все, что движется.

Меня.

Балтазар двинулся первым.

Он прыгнул атакуя Лукаса,столкнувшись с ним с такой силой, что стена позади них треснула и с потолка осыпалась штукатурка.

лукас отбросил его, но с другой стороны ранульф пытался зажать его в угол

"что вы делаете?"я заплакала

"хватит вы убьете его" балтазар трес его за голову а после поднял с пола

"Это единственное, что он сейчас поймет, Бьянка.

Доминирование.

Лукас толкнул Ранульфа назад с такой силой, что он упал с глухим стуком возле меня, а я натолкнулась на старый проектор.

Металличий штырь уткнулся мне в плечо.

Я почувствовала боль,реальную боль,как раньше, когда у меня было настоящее тело вместо этой призрачной оболочки.

Когда я опустила руку на свое плечо,под моими пальцами чувствовалось что-то теплое и влажное, убрав их я увидела странную серебристую кровь.

Я понятия не имела, что она у меня есть.

Жидкость блестела подобно ртути

почти переливаясь в тусклом свете.

их драка в троем становилась все яростнее- нога Балтазара была у живота Лукаса ,кулак Лукаса у челюсти Ранульфа-но Балтазар увидел мое ранение и крикнул,Бьянка отойди назад!У тебя кровь!уверенно вампиры не пили кровь призраков и мне это не угрожало но лукас готов был убить

В тот момент, я не была уверена может ли он взбесится еще больше, чем уже есть.

Он моложе и слабее, но отчаяние подстегивало, делая его жестоким.

Вполне вероятно,что он смог бы победить обоих, и Ранульфа, и Бальтазара.

Я не могла больше на это смотреть, но я не думала что я смогу заменить их.

мой внутренный страх стал гневом

Все, хватит.

Я двинулась к ним и резко взмахнув рукой,прорыдала : " Прекратите!" С кончиков моих пальцев во все стороны полетели капельки серебристой крови, все трое парней отшатнулись.

Балтазар прошептал: "Не встревай в это."

Проигнорировав его, я встала прямо перед Лукасом.

Он прижался к стене, дико оглядываясь по сторонам, как будто не смог думать ни о чем кроме побега, или, возможно, в поисках живой добычи.

Смерть придала четкости чертам его лица, сделав его как прекраснее, так и более устрашающим.

Единственное что напоминало его прежнего были его глаза.

Потому я сосредоточилась на его глазах.

- Лукас, это я.

Бьянка.

Он не двигался и ничего не ответил, только пристально наблюдал за мной.

До меня дошло, что он не дышит - большинство вампиров в силу привычки поступают так же, но это выглядело так, как будто смерть претендовала на него целиком.

Я ни за что не позволю этому случаться.

- Лукас, - я повторила.

- Я знаю, ты слышишь меня.

Что парень которого я люблю по-прежнему там.

Вернись ко мне.

Мне опять жутко захотелось разрыдаться.

Смерть не сможет отнять меня у тебя.

И тебя у меня, если ты ей не позволишь этого.

Лукас ничего не говорил, но напряжение немного спало, его руки и его плечи расслабились.

Он все еще выглядел раздраженным, почти сумасшедшим, но некоторое подобие контроля уже вернулось к нему.

Что я могла сделать? Было ли что-нибудь, что я могла сказать, что бы достучаться до него? Что-нибуть,что он будет помнить.

.

.

Когда Лукас сначала узнал, что я родилась у двух вампиров, он должен был преодолеть свое отвращение к немертвым, чтобы сохранить его любовь ко мне.

Если бы он помнил, что это значило для него, принять меня тем, кто я есть. Возможно, тогда он начнет осознавать то кем он стал сам.

Запинаясь, я говорила то, что когда-то сказал мне он: "Даже если ты вампир - это не имеет значения для меня.

Это не изменит моих чувств к тебе."

Лукас моргнул, и в первые, с тех пор, как он воскрес из мертвых, его глаза казались полностью сосредоточенными.

Я поняла,что его клыки втянулись,оставляя только неземную бледность и красоту вампира.

Во всем остальном он выглядел человеком.

Он был похож на самого себя.

Он прошептал: "Бьянка?"
- Это я.

О, Лукас, это я.

Лукас сжал меня в невероятно крепких объятиях, и я обвила руки вокруг его плеч.

Я почувствовала горячие слезы на своем плече; Я тоже хотела плакать.

Наши колени одновременно подкосились и мы вместе опустились на пол.

Я глянула через плечо, что бы сказать Балтазару и Ранульфу оставить нас, но они были уже на полпути к выходу.

Как только мы остались одни, я пробежалась руками по волосам Лукаса, погладила его по спине, и поцеловала его в щеку.

"Ты вернулсяя."- сказала я.

"Мы вместе.

Все у нас будет хорошо."

"Я думал, что никогда больше тебя не увижу.

Я думал, что ты умерла."

Так и есть.

Точнее, мы оба умерли.

-Тогда кака - как это может быть реальным?
-Я стала привидением.

Так могут только чистокровные призраки, те которые рождены от двух вампиров, мы обладаем некоторой силой которой нет у других.

Я могу иметь тело когда я захочу.

если бы я могла реализоваться раньше...если бы я могла сказать тебе... этого не случилось бы.

не говори так.

его голос был странный.

Мы отдыхали в обьятьях друг друга,и наши обьятья должны были быть теплыми но мы оба были холодны.

Мое тело тяжко.

неправильное.

Мертвое.

Рука лукаса сжалось у меня на плече.

И все таки этот голод делает меня диким.

Сводит меня с ума.

Ты вернулся в моих руках - я потерял тебя навсегда, и вот, пожалуйста - но только, что я могу думать, единственное, что я хочу.. - "Он не мог закончить, он не должен был.

Я знала, все чего он хотел - кровь.

Потом будет легче.

Мои родители все говорили мне это, и разве все вампиры вечной ночи не доказывали это? Лукас не мог верить мне, но он все же отстранено сказал - нужно держаться.

- Правильно.

Несколько мгновений мы просто держали друг друга.

Поблеклые лица кино звезд, на оборванных плакатах вокруг нас смотрели на нас, из темноты, бездушными глазами.

Когда я прислонилась к плечу Лукаса, я старалась вдохнуть знакомый запах его кожы, но он ищез.

Или его запах был утрачен когда он умерь, или я потеряла обоняние, которое у меня было раньше, одно из двух.

Столько вещей у нас забрали.

Но не друг друга, напомнила я себе.

Мы должны помнить это.

Сначала я должна была вытащить его из этого места, где он был убит.

Нам нужно было пойти в место получше, более знакомое.

Дом Вика, решила я.

Мы бы скрылись там на последний месяц или на это лето, в то время как семьи Вика отдыхала в Италии.

Наша маленькая временная квартира в винном погребе не будет более удобной - это место, где я умерла за день до этого - но, возможно, мы могли бы остатся там пока не выясним что делать дальше.

"Пошли."

Я взяла его руку в свою.

Коралловый браслет, который он подарил мне на последний день рождения, звякнул на моем запьястье.

"Они ждут нас на улице."

"Кто нас ждет?" Лукас никак не мог сосредоточится, это было будто он слушал телефонный звонок и меня одновременно.

Не в плохом смысле, он просто ничего не мог с собой поделать, не знаю чего хуже.

"Бальтазар - и Вик с Ранульфом тоже.

Они вернулись с Италии после того, как ты отправил им мэйл.

Помнишь?"
Лукас кивнул.

Его рука обвилась вокруг меня так тесно, что стало больно.

Лукас не имел возможности осознавать свою новую силу, и это не смотря а то что он уже был сильней после первого укуса.

Он роботал челюстью, будто практикуя укусы, снова и снова.

Если он нуждается во мне чтобы быть сильней, я буду с ним.

Конечно это лучше чем быть мертвым, решила я. у меня был целый день практики.

Мне заняло пять часов научиться пастеризоваться.

Так что ничего удивительно в том что ему нужно привыкнуть к тому что он вампир.

Мы покинули комнату кино монтера, и направились к выходу из кинотеатра.

Сцены в фойе были не очень: обезглавленые вампиры лежали скомканые на полу и я старалась не смотреть ни на одну зброшеную голову.

Вампиры немного кровоточят после смерти - нет сердцебиениея чтобы откачивать кровь - но я заметила, что Лукас жадно смотрит на несколько капель на полу.

"Я знаю, ты голоден," сказала я, пытаясь утешить его.

"Ты не знаешь.

Ты не можешь знать.

Нет ничего подобного."

Лукас сгримасничал, показывая свои клыки.

Просто вид крови привел их обратно.

Когда я была жива, была частично вампиром, я отчаянно жаждала крови, но я подозревала, что Лукас был прав: жажда, которую он чуствовал сейчас, была сильней любой из мной испытаных.

Когда мы вышли, увидели Бальтазара, одного, стоявшего операясь на свою машину на пустой стоянке.

Его тень тянулась длинная и широкая в луче фонаря поблизости.

Бальтазар заговорил со мной первой.

"Вик бродит вокруг.

Ранульф смог заставить его уйти только составив ему компанию."

"Хорошо," сказала я, когда мы добрались к нему.

"Давайте убиратся отсюда.

Я никогда не хочу видеть это место снова."

Бальтазар не двигался, он и Лукас просто смотрели друг на друга.

В течение многих лет они ненавидели друг друга, и только в период после моей смерти они смогли работать вместе.

Теперь, однако, я видела между ними полное взаимопонимание.

"Мне очень жаль."

Голос Лукаса был груб.

"Некоторые вещи, что я сказал тебе - о выборах, будучи вампиром, и все такое - Иисус.

я понимаю это сейчас.

- Я думаю что нет.

Я думаю тебе никогда не понять.

Бальтазар закрыл глаза на секунду, может быть, вспоминая его собственные преобразования века назад.

"Пошли."

"Мы достанем тебе чего-небудь выпить."

С болью, я поняла, что Лукас и Бальтазар понимали друг друга в настоящее время на уровне, который я бы никогда в полной мере не осозала.

По некоторым причинам чувствовалась потеря.

Или может быть в это момент, когда в душе Лукас так далек от меня, все казалось потеряй.

Бальтазар отвез нас обратно к лучшей окрестности в Филадельфии, где жил Вик.

Лукас и я сидели вместе на заднем сиденье,его рука сильно сжимала мою,его пристальный взгляд был сосредоточен на том что было за ветровым стеклом.

Иногда он хмурился и закрывал глаза как человек с приступом мигрени; его ноги перемещались беспокойно по половицам, как если бы он пододвигал их обратно, или пытался оттолкнуть.

Он не хотел быть здесь, быть сдержаным-все что окружало его сейчас было лишь еще одной преградой межд ним и кровью,которая ему нужна.

Я знала что лучше разговорить его.

Когда ему будет что выпить, он будет в порядке.

Должен быть.

Бальтазар нарушил скверную тишину включив радио,классический джаз,как тот что мой папа любил слушать у нас дома.

Когда Билли Холиди напевал о всякой глупости, я подумала, что мои родители сказали бы сейчас, и есть ли какие-либо советы, которые они могли бы дать нам.

Мы плохо розстались, когда я убежала с Лукасом летом; сейчас я очень сильно за ними скучала.

Что бы они подумали о том что произошло за последние несколько дней? Я взглянула на Лукаса - его кожа была бледной и холодной, смерть подчеркнула красоту его живых глаз, и его скулы. Что же подумала я, они всегда хотели чтобы я была с хорошим парням вампирам.

Машина свернула в сторону дома Вика, на высококлассной дороге, с километрами зелени разделяющей дома.

Где каждый дом имел гараж на четыре машины, мы редко видели другие машины припаркованные на дороге, но было три прямо около дома Вика.

Но не такие типа мерседеса или ягуара на которых здесь обычно видно, это были помятые грузовики и вагончики.

Кое что в этом казалось мне знакомым.

Я анализировала людей стоявших на лужайки у дома Вика, и на улицы.

Когда я взглянула на руки одного мужчины, я увидела что он был вооружен.

"Это клан Чарити?" Сказал Бальтазар

“Она успокоилась после Лукаса?”
Я вспомнила электронные письма, которые Лукас отослал как раз перед моей смертью, когда он был настолько отчаявшимся, что просил всех и каждого о помощи, даже людей, которые могли повернуться против нас.

Его сообщениям ответили.

"Это не Чарити," прошептала я.

"Это Чёрный крест".

.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/16802/55295

Переводчики: yagodka_malinka, Sowuli, double_coffee, Yanbek

Mariya_Katrin, blagowskaya, funnydub, mup

Sweet_Orange, ArrivaVamp