Готовый перевод Steel / Сталь: RETREAT

RETREAT

*RETREAT - Отступление, с франц. прим.пер

Лежа в гамаке, висящим между двумя пальмами, с закрытой книгой в руках, Джилл думала об Эрроле Флинне.

И о Зорро, и о световых мечах, и каково это - сражаться, балансируя на такелаже парусного судна.

В действительности, она думала о той половине секунды и о четвертом месте.

Она снова и снова переживала тот момент: испепеляющий взгляд на соперницу, вес шпаги, приятно оттягивающий руку, полную готовность к движению.

Она сражалась за электронные очки, но с легкостью могла представить себя блистательным героем.

Но герои, как правило, не теряют половину секунды.

Она побоялась сказать тренеру Мартин, что не хочет выступать на Олимпийских играх - современной интерпретации пиратских баталий на высшем уровне, как она себе это представляла.

Что, если она сможет подойти близко к победе и проиграет, как на этом соревновании?

Какую пустоту она тогда почувствует? Что, если после всего, что сказано и сделано, она не окажется достаточно хороша?

Подул легкий морской бриз.

Пальмы затрещали, и гамак начал едва ощутимо раскачиваться, напоминая Джилл, что она хотела отдохнуть.

Спустя месяц после соревнований вся семья - Джилл, ее родители, младший брат и даже младшая сестренка отправились на весенние каникулы на Багамские острова.

Их самолет приземлился позавчера в разгар жаркого дня. Когда они вышли из салона, солнце светило вовсю, и Джилл заморгала и опустила голову, словно мышка, выбравшаяся на свет из темной норки.

Ее родители взяли напрокат автомобиль в красочном городке Нассау, знаменитом своими древними укреплениями, оживленными курортными отелями и многочисленными круизными лайнерами.

Затем они направились в тропическую деревню, где сняли гостевой домик на неделю.

Их ждали пляж, солнце, купание и ныряние с маской, гольф, пешие прогулки и все, что душе угодно.

Но Джилл провела эти два дня валяясь в гамаке, притворяясь, что читает книгу, погруженная в свои мысли.

После соревнований она была на тренировке всего пару раз, тогда как обычно она старалась не пропускать ни дня.

Тренер Мартин сказала, что не мешало бы взять небольшой тайм-аут, и они могли бы обговорить график тренировок после каникул.

Через неделю Джилл придется дать ответ.

Хочет ли она продолжать?

Попытаться в следующем году, как сказала тренер Мартин?

Вернуться к ежедневным тренировкам, чтобы снова занять четвертое место?

Но ведь все это не ради победы, медалей или всей этой атрибутики.

Все это - затертые до дыр штампы.

Предполагалось, что она занимается этим, потому что ей нравится.

Ей все время приходилось себе об этом напоминать.

- Джилл! - окликнула мама из дома. - Мы идем на пляж, ты с нами?

Вздохнув, Джилл зажмурилась от солнечных лучей, струящихся сквозь пальмовые листья.

- Не хочется.

Следующую реплику мать произнесла, стоя в дверях и прикрывая глаза от солнца.

Она была в купальнике, густо намазанная защитным кремом, с полотенцем вокруг талии и в шлепанцах.

Она уже загорела и, казалось, прекрасно проводила время.

- Джилл, это семейный отпуск. Пойдем с нами на пляж. Можешь взять с собой книгу.

- Мне правда не хочется.

Мама уперла руки в бока и свела брови.

Ее "озабоченный" вид.

- Что произошло?

Проще всего было ничего не говорить.

Джилл покачала головой.

- Я должна была выиграть в том поединке.

- Ты все еще об этом думаешь? Победишь следующий раз.

- А если нет?

- Джилл, не волнуйся об этом. У тебя каникулы. Идем.

Конечно, мама не собиралась позволять ей хандрить.

Поддаться было проще, чем спорить.

И Джилл поддалась.

Яркое солнце, бесконечные белые пляжи и живописные пальмы на фоне ярко-голубого океана не очень способствовали улучшению настроения Джилл.

Пасмурное небо подошло бы ей больше.

Но она старалась делать вид, что все хорошо, ради матери. Она лежала на полотенце, а восьмилетняя Мэнди и десятилетний Том с криками носились вокруг, плескаясь в волнах.

Брат с сестренкой постоянно вопили, чтобы она шла к ним, что вода очень теплая, и что ей обязательно нужно понырять с маской, что вода такая прозрачная, что можно видеть все камушки, рыбок, ракушки и все-все-все.

По крайней мере, хоть им было весело.

Мэнди болтала без устали с тех пор, как они приехали, постоянно рассказывая об акулах и моллюсках, и о том, как они будут искать пиратские сокровища.

Об этом она заговорила сразу после экскурсии в Музей пиратов в Нассау.

По всей видимости, остров просто кишел пиратами три столетия назад.

Джилл повторяла ей, что все пиратские сокровища были найдены давным-давно, и вообще, настоящие пираты не закапывали свои сокровища.

Но Мэнди это не беспокоило, она не прекращала об этом говорить.

Джилл даже не надела купальник, на ней была маечка на бретельках и короткие шорты.

Единственным отступлением было отсутствие обуви, и она с удовольствием зарывалась пальцами в теплый песок.

Отец отправился играть в гольф. Мать вытянулась на шезлонге рядом, попивая фруктовый коктейль с бумажным зонтиком и колечком ананаса на краешке бокала.

Джилл попросила попробовать, но мама не дала.

- Он с ромом, - сказала она.

Может быть, Джилл бы получала от поездки больше удовольствия, если бы она была достаточно взрослой, чтобы пить коктейль.

Чтение на солнце, пусть даже и в солнечных очках, неизменно приводило к головной боли, поэтому она отложила книгу и попыталась подремать.

Затем она отказалась от этой затеи и встала.

- Пойду прогуляюсь.

Мама сонно заморгала - ей-то удалось задремать.

- А куда?

- Да просто по пляжу, - ответила Джилл. - Пройду немного вперед и вернусь.

На мгновение показалось, что мать рассердилась, но это было не так.

- Ладно, только осторожно.

И Джилл пошла.

На пляже было мало народу, но она предпочла бы, чтобы он был совсем пустой.

Множество семей и пар разного возраста проводили здесь отпуск.

Люди, вымазавшись защитным кремом, лежали на полотенцах и жарились на солнце.

Некоторые из них играли в волейбол.

Некоторые, как и она, бродили босиком по кромке воды.

Она продолжала идти мимо людей туда, где оживленная песчаная часть пляжа сужалась, а пальмы росли практически у кромки воды.

Голоса становились все тише и практически тонули в плеске волн.

Она продолжала идти.

Можно понять, как кто-то мог потерять себя, прогуливаясь в одиночестве по пляжу.

Все это действовало так успокаивающе - шелест волн, равномерное движение воды, снующие туда-сюда по песку гребешки пены - накат, всплеск, эхо бесконечно движущейся воды.

Красиво... Завораживающе...

Ничего не изменялось, но в тоже время все каждая волна отличалась от другой, она могла только лишь продолжать за ними наблюдать.

Волны, прибой, океан, простирающийся до плоского горизонта.

Идти по песку было трудно.

Ноги увязали в нем, немного скользя при каждом шаге.

Приходилось прилагать усилия.

Это было неплохой тренировкой.

И снова она двигалась быстрее, чем было необходимо.

"Ты хотела просто прогуляться по берегу, а не маршировать".

Она этого не замечала. Она была не прочь попотеть.

Она могла просто идти вперед и никогда не возвращаться.

Она могла бы стать пляжным бездельником и никогда больше не принимать решений, что желать дальше.

Эта мысль показалась ей соблазнительной.

Вдруг под босыми пальцами она наткнулась на что-то твердое в песке и остановилась.

Это "что-то" было намного тяжелее простой ракушки.

Возможно, камень.

Она опустилась на колени и стала раскапывать песок, нащупывая предмет, на который она наступила.

Это был тонкий длинный кусок ржавой стали, плоский, около пятнадцати сантиметров в длину и чуть больше сантиметра в ширину.

Суженый с одного конца и зазубренный с другого, будто его отломили.

Многие перешагнули бы через него, как через что-то ненужное, но только не она.

Это была часть рапиры, настоящий клинок во плоти.

Прародитель современного легкого оружия, которым она фехтовала.

В каждой книге по фехтованию можно было найти изображения рапиры, подобной этой, свидетельствующие об истоках современного спорта.

Этот кончик мог отломиться давным-давно и ржаветь в океане веками, перекатываясь под напором волн по песчаному дну до тех пор, пока течение не вынесло его на поверхность.

Обломок оставил на ладони темно-коричневые хлопья ржавчины.

Края были достаточно тупыми, и она свободно провела пальцем по острию, не порезавшись, однако в месте, где обнажилась сталь, она почувствовала некоторое покалывание.

Был ли это пиратский клинок? Сломался ли он во время дуэли?

В баталии?

Может быть, он просто упал с борта судна.

Оглянувшись, она стала изучать песок, в надежде найти вторую половину клинка поблизости.

Она представляла себе длинную мощную рапиру с затейливо инкрустированным эфесом, как те, что она видела в музеях или в кино.

В фильмах с Эрролом Флинном в главной роли.

Как глупо.

Лезвие было сломано, скорее всего, его отнесло водой от остальной части клинка давным-давно.

Может быть, в каком-нибудь музее хранится клинок, у которого недостает пятнадцати сантиметров.

Может быть, ей стоит рассказать кому-нибудь об этом.

Возможно, этим заинтересуются в Музее пиратов в Нассау.

Но это всего лишь сломанный ржавый кусок стали.

Каковы были шансы, что кто-нибудь, гуляющий по пляжу, найдет его в песке и поймет, что это такое на самом деле?

На самом деле, никаких.

И никто не заметит его отсутствия.

Она не знала, как далеко она зашла или как долго шла, но цивилизованный мир остался далеко позади.

Она не видела поблизости дороги и не слышала шума проезжающих автомобилей.

На воде не было лодок. Людей она тоже не видела.

Только покачивающиеся на ветру пальмы, полоска песка и бесконечные волны.

С таким же успехом она могла находиться на необитаемом острове.

Это странным образом подействовало на нее умиротворяюще.

Быть единственным человеком на острове, глядя в бесконечный океан?

"Похоже, ты сходишь с ума.

Или ты считаешь, что в конце концов обрела мир и покой. Никакого давления на необитаемом острове".

По крайней мере, она не могла заблудиться, идя вдоль берега.

Она развернулась и пошла назад.

До того, как стали видны первые люди и здания, она сунула обломанный клинок в карман.

Как странно. Она чувствовала так, что сделала что-то, что не должна была делать, как будто она украла что-то.

Но она нашла его! Она его ни у кого не забрала!

На щеках ее вспыхнул румянец от того, что она знала то, чего не знают другие.

Ей нравилось быть обладателем небольшой части тайного сокровища.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/17348/57039

Переводчики: Allyssa, Lili1321