Готовый перевод Black Dahlia / Чёрная Георгина: text_05

ПЕРЕБИВКИ

ПИРСОН: Моё участие в расследовании убийств маньяка закончилось без громких заявлений в декабре 1941 г. Официально дело оставалось открытым, но новых тел больше не было найдено, как и не было установлено ни одного подозреваемого. О случившемся в клубе "Ворон" никогда не упоминалось, но были те, кто знал, что девятую жертву нашли в секретной лаборатории под улицами Кливленда. Позже ее идентифицировали, как доктора Эйзенштадта, эмигрировавшего аристократа, сбежавшего из Европы во время прихода к власти Гитлеровской нацистской партии.

Был ли этот человек последней жертвой, как утверждала полиция, или самим маньяком, как подозревал я, точного ответа не знал никто. Его убийцу так и не нашли.

ПИРСОН: Мое участие в расследовании убийств маньяка закончилось без громких заявлений в декабре 1941.

Официально дело оставалось открытым, но новых тел больше не было найдено, как и не было установлено ни одного подозреваемого. О случившемся в клубе "Ворон" никогда не упоминалось, но были те, кто знал, что девятую жертву нашли в секретной лаборатории под улицами Кливленда. Позже её идентифицировали, как доктора Эйзенштадта, эмигрировавшего аристократа, сбежавшего из Европы во время прихода к власти Гитлеровской нацистской партии. Был ли этот человек последней жертвой, как утверждала полиция, или самим маньяком, как подозревал я, точного ответа не знал никто. Его убийцу так и не нашли.

ПИРСОН: В начале 42-го я по собственной просьбе был переведён из Кливленда, подальше от детектива Мерило, убийств маньяка и спецагента Несса. К тому времени США уже с головой была вовлечена в борьбу против Гитлеровской коалиции, так что КОИ предоставили большие полномочия и переименовали в ОСС. Я сказал «прощай» мистеру Салливану и отбыл в Европу. К сожалению, я не смог избавить от Дика Уинслоу. Благодаря связям, его перевели на новую должность в Англию, в качестве специалиста по связи с британской разведкой.

Иногда наши с Диком дорожки всё-таки пересекались, но к счастью, большую часть времени я провёл вдалеке от Лондона. К весне 45-го дела у Союзников шли неплохо. Мы уже практически подошли к Нюрнбергу, когда я получил приказ прибыть для исследования бомбоубежища, под завязку набитого украденными предметами искусства. Зная о моей репутации, как эксперта по Гиммлеру и СС с их нездоровом интересом к мистике, а также из-за найденного в старых шахтах, руководство приняло решение немедленно меня вызвать.

ПИРСОН: Таинственные символы на стенах имели подозрительное сходство с рунами, мешочек с которыми до сих пор оставался у меня. За последние четыре года это было моё первое задание, связанное с Георгиной...

РЯДОВОЙ ШВАРЦ: ...теперь это барахло придётся таскать несколько часов. Здесь, наверно, только унитаза не хватает. Уверен, немцы приволокли сюда даже картину, что я нарисовал в пятом классе на уроке у миссис Кауфман. Это мне напоминает...

ПИРСОН: Ты можешь залепить дуло, парень?

РЯДОВОЙ ШВАРЦ: Что, сэр? Ах, да - заткнуться. Ребята из Патерсона постоянно болтают. Патерсон, Нью-Джерси. Я оттуда родом...

ПИРСОН: Как твоё имя, рядовой?

РЯДОВОЙ ШВАРЦ: Рядовой Бенджамин Дж. Шварц, сэр. Обычно все зовут меня просто Бенни.

ПИРСОН: Хорошо, Бенни. Расскажи-ка, что вы нашли в этой комнате.

РЯДОВОЙ ШВАРЦ: Есть, капитан. Я скажу вам, там творится какая-то чертовщина. Хлеще «Баек из склепа», если вы понимаете, что я имею в виду? Пару смельчаков попытались туда зайти, но вылетели как пробки. Питти вообще чуть не обтрухался, когда за ним захлопнулась та громадная дверь. Не знаю, что там, но точно уверен, они очень постарались, чтобы этого не нашли. Здесь, капитан. Удачи.

ПИРСОН: Спасибо, Бенни.

РЯДОВОЙ ШВАРЦ: Хорошая работа, капитан. Я думал, нужна базука чтобы открыть эту дверь.

ПИРСОН: Спасибо, Бенни.

РЯДОВОЙ ШВАРЦ: Командование захочет об этом услышать. И немедленно.

ПИРСОН: Тогда лучше доложи им.

РЯДОВОЙ ШВАРЦ: Ну, как там дела, капитан?

ПИРСОН: Я ещё работаю над этим, Бенни.

-----------------------

БОМБОУБЕЖИЩЕ

ПИРСОН: Пусто, похоже, кто-то уже побывал здесь до меня.

ПИРСОН: Чёрт! Тоже пусто! Надеюсь, я не слишком поздно.

ПИРСОН: Наконец. Чёрная Георгина.

СЕРЖАНТ РИЧАРДС: Хорошая работа, капитан. Мы это заберём.

ПИРСОН: Заберёте что?

СЕРЖАНТ РИЧАРДС: Этот драгоценный камень. Я вынужден попросить отдать его нам. Мы фиксируем каждую найденную здесь вещь.

ПИРСОН: И не подумаю. Я прошёл огонь, воду и медные трубы в поисках этого камня, и будь я проклят, если просто так отдам его кому ни попадя.

СЕРЖАНТ РИЧАРДС: Извините, капитан. Только это приказ генерала Бредли. Вы можете обсудить его с ним. А пока я настаиваю, чтобы вы отдали драгоценный камень.

ПИРСОН: Хорошо, сержант. Будь по-вашему. Но будьте уверены, что я обязательно встречусь с вашим начальством.

СЕРЖАНТ РИДАРДС: ЕСЛИ вы так желаете, то можете обратиться с запросом в штаб. Вероятно, вам повезёт, кто знает.

----------[E05.AEX]

ПИРСОН: Не могу дотянуться.

ПИРСОН: Дерьмо!

ПИРСОН: Всё без толку.

ПИРСОН: Хм... что это там такое?

ПИРСОН: Вскоре война закончилась. Моё подразделение, ОСС, были расформированы. Я стал работать на Госдепартамент охотником за головами, разыскивая военных преступников для передачи под трибунал в Нюрнберге. Именно в это время я получил наводку от бывшего австрийского борца сопротивления. Предполагалось, что несколько бывших офицеров СС собирались в заброшенном монастыре около швейцарско-австрийской границы. А самое интересное – рядом с монастырем находилась небольшая деревенька, где недавно на берегу озера были найдены несколько трупов. Они были расчленены, это напоминало почерк маньяка. Похоже, мой друг был прав. Определенно здесь творилось что-то очень недоброе. Лезть напролом было глупо, поэтому пришлось искать другой путь. И мне улыбнулась удача.

ПИРСОН: Выйти в эту дверь - значит получить билет в один конец.

-----------[E07.AEX]

ПИРСОН: Это очень кстати.

ПИРСОН: Очень жаль, что я не подумал, как мне подняться.

-----------[E08.AEX]

ПИРСОН: Почему я не удивился, увидев руны в этих склепах?

-----------[E12.AEX]

ПИРСОН: Вот дерьмо. Я не вижу, куда ступать.

ПИРСОН: Уверен, эти символы что-то значат.

ПИРСОН: Могила... если это то, что я думаю, в ней должны лежать останки Лэндульфа из Капуи. Боже свят, у меня мурашки от этого места.

ПИРСОН: Черепа нет. Это ритуальная вещь... похоже, кто-то его забрал.

-----------[E13.AEX]

Голос монаха: Знай же, о тан из далёких империй и будущего, что в твой мир вернулся великий "Страшный суд", который предвещает большие разрушения твоему Миру и твоему Богу, равно как и моему. На протяжении нескольких веков это святое место было посвящено великому Седому Богу из Асгарда, предводителю асов. На этом месте был алтарь, посвященный ему и тем, кто воспевал его возвращение, до того как он был обнаружен легионом Христа.

На этом месте должен был быть совершён ритуал его возвращения, и здесь же он был подло обманут предателями среди нас. Как когда-то это сделал Эолдульф несколько веков назад, они вознамерились захватить власть и провозгласить его сюзереном. Я был хранителем священной триады, тем, кто пытался спасти секрет тайной комнаты Талии от нечестивых рук, оставляя ее неразгаданной. И это я был избран их свидетелем и последней жертвой, чья расколотая душа помещена внутри разбросанных остатков сосуда и обречена на вечные мучения в царстве мёртвых.

Я долго искал и выжидал моего последователя, того, кто бы мог закончить мой нелегкий путь. И теперь я должен обучить тебя, невольного врага моего Бога, для того, чтобы предотвратить его уничтожение. Темница Талии должна быть разрушена, чтобы спасти Седого Бога от тех кто хочет его осквернить. Но только не оставляй её себе, как это сделал я. Выбери путь, который я подготовил много лет назад. Защити свою душу и свой народ. Да упокоится Он вечно в своей ледяной гробнице, навеки нетронут и навсегда беспробуден.

----------------------------

УИНСЛОУ 06

Спросить, как он вышел на Кливлендского маньяка.

Спросить о ритуале в монастыре.

-------------

ПИРСОН: Я пробирался из склепов по камням разрушенного монастыря, прежде чем понял, что оказался в ризнице старой церкви. Мужской голос, напевающий какую-то мелодию, привлёк моё внимание. Где-то неподалёку. Совсем рядом. И кто же это. Фон Хесс собственной персоной. Какая встреча.

ФОН ХЕСС: Кто ты?..

ПИРСОН: В чем дело, разве вы меня не помните? Ну, это были старые добрые времена, когда я служил в КОИ.

ФОН ХЕСС: Ах, да. Мистер Пирсон, если я не ошибаюсь.

ПИРСОН: Э, э, э. Только без резких движений. Мне бы не хотелось им воспользоваться...

ФОН ХЕСС: Не будьте дураком. Нас здесь очень много. Вы не выберетесь отсюда живым.

ПИРСОН: Вы же не думаете, что я настолько глуп, чтобы прийти сюда без подмоги, не так ли?

ФОН ХЕСС: Вы блефуете.

ПИРСОН: Идите и сами проверьте. Кроме того, уверен, ваши люди не станут открывать огонь, пока я здесь вместе с вами.

ФОН ХЕСС: Похоже, вы застали меня врасплох.

ПИРСОН: Вы чертовски правы. Итак, надеюсь, теперь вы ответите на несколько моих вопросов.

ФОН ХЕСС: Как вам угодно.

ПИРСОН: Я хочу знать, что действительно произошло в Кливленде в 41-м. Как вы добрались до доктора Эйзенштадта?

ФОН ХЕСС: Ни до кого я не добирался. Меня задержали для допроса. Все это время я находился у вас. Когда началась война, меня выслали назад в Германию.

ПИРСОН: Тогда кто убил Эйзенштадта? Кто забрал Георгину?

ФОН ХЕСС: Я понятия не имею, о чем вы говорите.

ПИРСОН: Не делайте из меня идиота. Вы зачем-то были в клубе "Ворон". Кто убил Эйзенштадта?

ФОН ХЕСС: Клянусь, я не убивал этого человека.

ПИРСОН: Тогда кто?

ФОН ХЕСС: Я... не знаю.

ПИРСОН: Вы лжете. Отвечайте.

ФОН ХЕСС: Делайте со мной то, что считаете нужным. Есть вещи намного хуже смерти.

ПИРСОН: Что здесь происходит?

ФОН ХЕСС: Они освящают ритуальные предметы.

ПИРСОН: Какие предметы?

ФОН ХЕСС: Знаете, будет лучше для всех, если вы позволите мне уйти. Здесь вы в большой опасности.

ПИРСОН: Ценю вашу заботу. Однако, больше я повторять не собираюсь. Что за ритуальные предметы?

ФОН ХЕСС: Череп и чаша.

ПИРСОН: От них вам не будет никакого толку без Георгины.

ФОН ХЕСС: Но как вы узнали?

ПИРСОН: Я потратил пять лет, пытаясь узнать тайну этого камня.

ФОН ХЕСС: Тогда вам известно, что тот, кто владеет Георгиной, может править миром.

ПИРСОН: Ну, и какая связь между немцами и мировым господством?

ФОН ХЕСС: Поймите, у вас нет ни единого шанса. Вы в ловушке. Вы окружены людьми, в прошлом лучшими офицерами СС. Уверяю, если вы сдадитесь, к вам отнесутся со снисхождением.

ПИРСОН: Знаю я ваше снисхождение. Пуля в голову. Не пройдёт.

ПИРСОН: Ещё в Кливленде вы начали пускать мне пыль в глаза. С меня этого хватит.

ПИРСОН: Отвечай, кто за всем этим стоит.

ФОН ХЕСС: Я не могу...

ПИРСОН: Отвечай!

ФОН ХЕСС: Вы похожи на ребёнка, играющего в полицейских и воров. И даже понятия не имеете во что встряли.

ПИРСОН: Может быть, мне просто передать вас Нюрнбергскому трибуналу. Потом посмотрим, что вы заговорите, когда станете в очередь в газовую камеру. Уинслоу! Что, черт возьми, вы здесь делаете?

УИНСЛОУ: Разве я мог позволить тебе заполучить всю славу, а, малыш?

ПИРСОН: Но как вы тут?..

УИНСЛОУ: Должно быть, мои информаторы получили ту же наводку, что и ты. Мы прибыли, чтобы обыскать монастырь и заметили тебя. Понимая, что ты можешь попасть в беду, мы решили тебе помочь. Кого ты поймал?

ПИРСОН: Это наш общий старый знакомый. Помните нациста, которого мы арестовали в Кливленде? Его имя Фон Хесс.

УИНСЛОУ: Да ну, Фон Хесс. Не против, если я с ним поговорю?

ПИРСОН: Пожалуйста.

УИНСЛОУ: Где он?

ФОН ХЕСС: Но... но... было мало времени. Мы не смогли достать их все. Поймите, механизмы замка очень сложные. Не волнуйтесь, я обо всём позаботился. Мои люди сейчас там. Скоро предмет будет у нас.

ПИРСОН: Что это значит?

УИНСЛОУ: Не сейчас, Джимбо. Ты оставил его там?

ФОН ХЕСС: Повсюду были американцы...

УИНСЛОУ: Ты никчёмный кретин!

ПИРСОН: Что, чёрт возьми, происходит?

УИНСЛОУ: Ненавижу некомпетентность. Думаю, будет лучше, если ты опустишь оружие, малыш. В любую секунду может случиться что-нибудь плохое.

ПИРСОН: И не надейся. Что ты задумал, Уинслоу?

УИНСЛОУ: Ты всегда был так наивен, Джимбо. Я думал, нам просто повезло, когда ты вывел нас на посыльного братства, но на самом деле - был ли доктор Эйзенштадт маньяком? Мог ли я просить о большем. Ты привёл меня прямо к его чёрному ходу, оттуда он не ждал удара.

ПИРСОН: Ты? Это ты убил Эйзенштадта?

УИНСЛОУ: О, да. Виновен по всем статьям. Ты оказался не так умён, как думал, а, малыш?

ПИРСОН: Достаточно умным, чтобы завладеть Чёрной Георгиной раньше тебя.

УИНСЛОУ: Она у тебя?

ПИРСОН: Да, она у меня. Но если она так для тебя важна, как ты говоришь, почему ты с ней расстался?

УИНСЛОУ: Гитлер был полным кретином! Жалкий человечишка. Мы считали его богом, а что он сделал, когда мы вручили ему власть над миром? Он похоронил её под землёй.

ПИРСОН: Здесь ей и место.

УИНСЛОУ: Ты разочаровываешь меня, Джимбо. Я думал, что ты, как и все ценишь... величие.

ПИРСОН: В ней нет ничего великого. Этот камень принесёт только зло.

УИНСЛОУ: Жертвы принесены. Но великих людей не судят за такую ерунду. Пирамиды строились на спинах тысяч рабов. Колизей строился на крови гладиаторов. Империи строились на жизнях их солдат.

ПИРСОН: Так говорят дебилы. Конченные мудаки вроде тебя.

УИНСЛОУ: Где она? Где Георгина?

ПИРСОН: Я рассчитался ею с дешёвой шлюхой. Как нынче твоя матушка, Дик?

УИНСЛОУ: Умничаешь, Джимбо. Где она?

ПИРСОН: А не пошёл бы ты в жопу.

УИНСЛОУ: Ну, и ладно. Я и не рассчитывал на твою помощь. Не хочу тратить на тебя время. Я сам найду Георгину.

ПИРСОН: Без моей помощи не найдёшь.

УИНСЛОУ: Действительно, Джимбо. Ты не в том положении, чтобы остановить меня.

ПИРСОН: Георгина у меня...

УИНСЛОУ: Ага, но ты это делать не будешь? На секунду я даже тебе поверил, малыш. Поверил в то, что ты её нашёл. Но если бы она действительно была у тебя, ты никогда бы не признался, не так ли?

ПИРСОН: И что ты теперь собираешься делать?

УИНСЛОУ: Мы могли бы помучить тебя часок-другой ради забавы. Но боюсь, сейчас у меня для этого нет времени. Поэтому мы просто-напросто тебя убьём. Очень не хочется этого делать. Ты всегда мне нравился, Джимбо.

ПИРСОН: Вы все в пролёте.

УИНСЛОУ: Прощай, старичок.

----------------------------

ДЖЕННИНГС

Спросить о Коллинсе.

Спросить, где была койка Коллинса.

-------------

ПИРСОН: Уинслоу словно растворился в воздухе. Когда я сообщил в Госкомитет о его предательстве, они ответили, что у них по нему нет никакой информации. Одно мне было ясно – если я хочу найти Уинслоу, мне нужно найти Чёрную Георгину. Предприимчивый капрал из службы снабжения украл её, чтобы продать на чёрном рынке. После короткой беседы он рассказал, что продал камень молодому лётчику по имени Мэтт Коллинс. В надежде заполучить Чёрную Георгину я прибыл на базу, где и проходил службу этот пилот.

ПИРСОН: Сигарету?

ДЖЕННИНГС: Спасибо. Чем могу помочь?

ПИРСОН: Я ищу лётчика по имени Коллинс.

ДЖЕННИНГС: Ты опоздал.

ПИРСОН: В смысле? Он уехал домой?

ДЖЕННИНГС: Нет. Он разбился несколько дней назад. Чёрт знает что. Лучший лётчик эскадрильи. За время службы сбил двадцать два фрица и не получил ни одной царапины. А тут, его самолёт падает на обычных маневрах. Механические неполадки, как сказали. Его парашют не раскрылся. Проклятая случайность.

ПИРСОН: Что это был за человек?

ДЖЕННИНГС: Лучший парень в эскадрильи. Зачем ты его искал?

ПИРСОН: Чёрный драгоценный камень. Капрал из службы снабжения сказал, что он продал его Коллинсу.

ДЖЕННИНГС: Ага. Припоминаю. Самая странная каменюка, которую я когда-либо видел.

ПИРСОН: Ты не знаешь, что он с ним сделал?

ДЖЕННИНГС: Отправил домой своей подружке. Он бредил этой девчонкой. Всегда отправлял ей разные вещицы. Он был уверен, что ей очень понравится эта каменюка, ей было с чем это надеть.

ПИРСОН: Это его койка?

ДЖЕННИНГС: Ага, прямо перед тобой.

ПИРСОН: Не возражаешь, если загляну в его шкафчик?

ДЖЕННИНГС: Будь как дома, но не забывай, что в гостях.

ПИРСОН: Хм-м... что это?

ПИРСОН: Это письмо от его подружки?

ДЖЕННИНГС: От Лизи? Ага, её. Они всегда писали друг другу.

ПИРСОН: Она красивая. Живёт в Лос-Анджелесе?

ДЖЕННИНГС: Точно. Ты шутишь - красивая. Она настоящая бомба, без вариантов. Ты не мог бы её отыскать, как вернёшься в Штаты?

ПИРСОН: Да. Я мог бы это сделать. Ты, э-э, не против, если я оставлю фото себе?

ДЖЕННИНГС: Конечно. Как угодно. Теперь, когда Мэтти не стало, от стервятников не будет отбоя.

ПИРСОН: В смысле?

ДЖЕННИНГС: Лизи как-то резко стала очень популярной. Ты не первый, кто ей интересуется. Вчера был ещё один белый парень. Настоящий сноб. Называл меня "малышом". Тоже хотел её фото. Сказал, что как только вернётся в Штаты, первым делом встретится с ней.

ПИРСОН: Хм-м. Что у нас тут?

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/17431/57921

Переводчики: kirik82, Kuzma84, izolenta, Muzzy77