Готовый перевод One Common Faith / Одна общая Вера: part 3

Помимо разочарования в обещаниях материализма, ещё одной преобразующей силой, подрывающей ложные представления о реальности, принесённые человечеством в двадцать первый век, стала глобальная интеграция.

На самом простом уровне она принимает форму развития технологий связи, открывающих широкие возможности взаимодействия между разнообразными народами планеты.

Наряду с облегчением межличностных и межсоциальных обменов, всеобщий доступ к информации превращает знания, накопленные веками и до недавнего времени доступные только привилегированной элите, в наследие всего человеческого рода, без оглядки на национальные, расовые или культурные различия.

При всей грубой несправедливости, которую глобальная интеграция увековечивает,— а в действительности, и углубляет,— ни один осведомлённый наблюдатель не может не признать, что эти изменения создали стимул для размышлений о действительности.

С размышлением приходят вопросы о всех установленных устоях, уже не только религиозных и нравственных, но также и государственных, академических, коммерческих, средств массовой информации, и во всё большей степени, научного мнения.

Кроме технологических факторов, объединение планеты оказывает и другое, ещё более прямое воздействие на мысль.

Невозможно переоценить, например, трансформирующее воздействие массовых путешествий в международном масштабе на глобальное сознание.

Ещё более велики последствия массовых миграций, свидетелем которых был мир в течение полутора веков с тех пор, как Баб объявил о Своей миссии.

Миллионы беженцев, убегавших от преследований, метались по европейскому, африканскому и азиатскому континентам туда-сюда, подобно волнам приливов и отливов.

Среди страданий, которые породила эта суматоха, осознаётся прогрессивная интеграция рас и культур всего мира, как граждан единой всепланетной родины.

В результате, люди оказывались под влиянием иных культур и стандартов, о которых их предки знали мало или не знали вообще ничего, что толкало их на неизбежные поиски смысла всего происходящего.

Невозможно себе представить, насколько иной была бы история последних полутора веков, если бы кто-нибудь из ведущих мировых правителей, к которым обращался Бахаулла, потратил бы время на размышления о концепции действительности, опирающейся на нравственные принципы её Творца, такие же нравственные принципы, как те, к которым они, по их утверждениям, относились с высочайшим почтением.

Что является очевидным для бахаи, так это то, что, несмотря на такой отказ, преобразования, возвещённые в послании Бахауллы, осуществляются неудержимо.

Совместные открытия и совместные страдания поставили народы разных культур перед лицом общей человеческой природы, лежащей под тонким слоем воображаемых различий индивидуальности.

Понимание того, что жители земли являются, действительно, “листьями одного дерева” [4], постепенно становится эталоном, по которому теперь судят о коллективных усилиях человечества, независимо от того, отрицается ли это упрямо в одних сообществах, или приветствуется в других как освобождение от бессмысленных и удушающих ограничений.

[4] Скрижали Бахауллы, явленные после Китаб-и-Агдас, стр. 27.

Утрата веры в несомненность положений материализма и прогрессирующая глобализация человеческого опыта взаимно усиливают вселяемую ими жажду понять цель существования.

Основным ценностям брошен вызов; узкие, местнические привязанности сдали свои позиции; требования, казавшиеся некогда невероятными, теперь приняты.

Это то самое всемирное сотрясение, к которому, как объясняет Бахаулла, священные писания прошлых религий применяли образ “Дня Воскресения”: “Призыв возвещён, и люди встали из своих могил и, поднимаясь, озираются вокруг.” [5]

[5] Крупицы, XVII.

В недрах всего этого хаоса и страданий идёт процесс, по существу, духовный: “Ветер Всемилостивого подул, и оживлены были души в могилах тел своих.” [6]

[6] Бахаулла, Послание Сыну Волка, абз. 193.

.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/180/1684

Переводчики: wchupin