Готовый перевод Fortunata y Jacinta, Benito Pérez Galdós / Фортуната и Хасинта, Бенито Перес Гальдос: Глава 5. продолжение

"Наверное, все дело в том, что он был с отцом, - подумала она. - Даже если бы он и видел меня, все равно не осмелился бы заговорить со мной".

Постояв какое-то время, она подошла к статуе Пресвятой девы и Святого Духа, чтобы поведать ей самые заветные свои желания. Когда она стояла перед нею, опустив глаза, взгляд ее скользнул по церковному полу, заметив небольшой предмет, блеснувший меж мраморных плит. Изогнувшись, словно кошка, Фортуната бросилась вперед, чтобы успеть схватить его. Это была пуговица.
"Белая, с четырьмя отверстиями", - подумала Фортуната, опуская ее в карман. - Хорошая примета."

После этого она пошла домой, а на следующий день отправилась покупать материю себе на платье. Побывав в двух магазинах на Пласа-Майор, она нашла то, что ей было нужно, на Толедской улице. Держа в руках сверток с купленной материей, она свернула на угол улицы Колегиата, чтобы купить кое-что по хозяйству, когда ее внезапной окликнул знакомый голос, сразивший ее, словно ружейный выстрел:
-Эй, чернуля!

О, Боже! Встретиться с ним в такую минуту - в одну из тех редких минут, когда она совсем не думала о нем! Она думала лишь о том, какую ткань выбрать, какой цвет ей больше пойдет: синий или серебристо-серый.
Она взглянула на него - и сразу стала бледнее церковной свечки. В следующую минуту возле нее остановился экипаж, в котором он ехал. Он распахнул дверцу и с улбыкой взглянул на свою давнишнюю подругу. Его улыбка, казалось, говорила:
"Входи же, чего ты ждешь? Ведь ты хочешь, ты жаждешь войти - почему же ты медлишь?"

Фортуната колебалась лишь пару секунд. Затем она прыгнула в экипаж, словно бросилась головой в омут. Он сел рядом с нею, бросив кучеру:
-Прямо, на Рондас! Затем - на Вязовую аллею... а там - на Канал.

Какое-то время они лишь смотрели друг на друга, улыбаясь и не говоря ни слова. Порой Фортуната пугливо отклонялась назад, опасаясь, как бы ее не увидели прохожие; иногда, напротив, ощущала такое спокойствие, как если бы ехала вместе с мужем.

-Вчера я видела тебя, - сказала она наконец. - Хотя что я говорю: я тебя не видела. Я видела чьи-то похороны, и мне показалось, что ты ехал в одной из тех похоронных повозок...

Ее глаза смотрели на нее с любовью и нежностью.

-Похороны? - переспросил он. - Ах, да, это хоронили беднягу Арнаиса... Скажи мне лучше: ты очень на меня сердишься?

Взгляд ее затуманился слезой.

-Сержусь? - ответила она. - Нисколечко.

-Несмотря на то, как мерзко я поступил с тобой?

-Я тебя давно простила.

-Когда?

-Когда? Я уже и не помню. Кажется, в тот самый день.

-Все это время, чернуля моя ненаглядная, я думал лишь о тебе, - сказал Санта-Крус с непритворной нежностью, положив руку ей на бедро.

-Я тоже... Я видела тебя на Имперской улице... нет, кажется, мне только снилось, будто я тебя видела.

-А я тебя видел на улице Магдалены.

-Ах, да... Возле магазина с трубами и кранами... Там столько этих труб...

Даже эта дружеская болтовня не в силах была нарушить благословенной тишины вокруг, пока они ехали в сторону Ронды. Полное безмолвие окружало влюбленных. Экипаж скользил сквозь эту безлюдную тишину, словно корабль - сквозь морской туман.

-Как давно мы не виделись! - воскликнул Хуан, обнимая ее за плечи.

-Но мы должны были снова встретиться, - ответила она, склоняя голову ему на плечо. - Это - судьба.

-Какой красавицей ты стала!- восхитился он. - Ты с каждым днем все краше и краше!

-И все - для тебя, - ответила она, вложив всю свою душу в эти слова.

-Все - для меня, - повторил он, все ниже склоняясь к ней. - Я не заслужил этого, совсем не заслужил. Откровенно говоря, девочка, я не понимаю, как тебе не противно смотреть на меня.

-Ты - моя судьба, - сказала она. - Моя судьба. И я ни о чем не жалею, ведь у меня теперь есть моя идея - ты знаешь, какая?

Но Санта-Крусу не было дела до ее идей. Он думал лишь об одном:
"Какой же ты стала красавицей! Признайся, ты ведь много грешила, пока мы не виделись".

-Грешила? Я?? - изумилась она. - Как ты мог такое подумать?

-Я хочу сказать, разве у тебя не было сердечного друга после того, как ты вернулась к мужу?

-У меня? Сердечного друга? - воскликнула она с чувством оскорбленного достоинства. - Да ты с ума сошел! У меня нет никакого сердечного друга, кроме тебя.

-Сколько времени мы можем провести вместе? - спросил он.

-Сколько тебе захочется.

-Твои домашние будут недовольны.

-Да, это так. Но - что с того?

Ей сразу вспомнились предостережения Фейхоо. И действительно, ей совершенно ни к чему было афишировать свои отношения с Санта-Крусом и столь открыто пренебрегать такой святой вещью, как соблюдение внешних приличий.

-Сегодня у нас есть час, - сказала она.

-А завтра? - спросил он.

-Ты хочешь увидеться завтра? Только не обмани меня, - прошептала она умоляющим голосом. - А то знаю я твои штучки...

-Нет, больше я тебя не обману... А ты меня любишь?

-О чем ты спрашиваешь? Ты ведь и сам все прекрасно знаешь, и пользуешься этим! Право, какой же дурой я становлюсь, стоит мне только тебя увидеть! Но я ничего не могу с этим поделать. Я всегда буду любить тебя, какую бы боль ты мне ни причинил. О, какая же я дура! Но разве я виновата, что Господь сделал меня такой?

Эта ее наивность, так хорошо знакомая неверующему Наследнику, делала Фортунату особенно привлекательной в его глазах. Дело в том, что порой ему надоедала великосветская чопорность, и ему хотелось окунуться в водоворот дикой и примитивной страсти, истинной любви и безумной нежности, на какую способны лишь простые души..

-Как я могу обманывать тебя, плутишка? - спросила она, постукивая пальцами по его колену.

-Оставь в покое мое колено, детка, мне больно, - остановил Хуан. - Давай же насладимся этими минутами счастья и не будем думать, что случится потом. Все будет зависеть от обстоятельств.

-Ох уж эти мне сеньоры обстоятельства! - в сердцах воскликнула Фортуната. - О, Боже, для чего ты создал такую скучную вещь, как эти самые обстоятельства? Но никакие обстоятельства не должны мешать нам жить и любить, ведь правда?

-Ты права! - воскликнул он, заключая ее в объятия. - Жить - и любить! У тебя самое большое сердце, какое я только встречал.

Фортунате снова вспомнились слова ее друга и учителя Фейхоо:
"Очень плохо иметь слишком большое сердце. К сожалению, необходимо его урезать".

-Я знаю, - продолжал Наследник, - что твое сердце намного больше моего - да, намногго больше. Я так скверно поступил с тобой, моя чернявая детка. Я не знаю, какие бездны таятся в твоих колдовских очах. То они сияют светом божественных небес, то полыхают пламенем ада... Люби меня, детка, пусть даже я этого и не заслуживаю.

-Я готова умереть за тебя! - ответила она, ласково касаясь его щеки. - А если ты разлюбишь меня - ты отправишься прямо в ад! Так и знай, ты пойдешь туда вместе со мной... пусть даже мне придется тащить тебя за твои бакенбарды.

После этих слов оба они рассмеялись.
-Я так счастлива! - воскликнула девушка, глядя на него сияющими глазами. - О, как же счастлива я сегодня, Бог мой! Я ни за что не променяла бы тебя даже на тех ангелов, что окружают Господа Бога на небесах. Никогда и ни на кого я тебя не променяю.

-А я не был счастлив все это время, - признался он. - Я тосковал. Мне все время чего-то не хватало, только я не мог понять, чего именно.

-Я тоже тосковала, - ответила она. - Но сердце мне говорило: "Он вернется, он вернется". А если не вернется, то для чего тогда жить? Только для того, чтобы протянуть еще один день? А потом еще один, и еще... и так до самой смерти.

-Уже поздно, а я не хочу тебя компрометировать, - сказал он. - Будь осторожна, детка. Как бы нам с тобой не наделать глупостей.

Ей снова вспомнились слова Фейхоо.
-Главное - не делать глупостей, - повторила она.

-Итак, мы договорились...

-Завтра, в час дня, это будет лучше всего.

-Эй, кучер, поворачивай назад! - крикнул он.

-Высади меня на Валенсийской улице, - попросила Фортуната.

-Везде, где ты захочешь, - ответил он.

-И послезавтра тоже, - произнесла эта безумная женщина после недолгой тревожной паузы.

-И завтра, и послезавтра, и еще много-много раз, - заверил Хуан. - Только ты больше не кусайся.

С надеждой и счастьем глядела она в будущее, но ее счастье омрачала мысль о том, что в этом счастливом будущем может вновь повториться печальное прошлое.

-Но ведь теперь ты не будешь таким скверным, как тогда? - спросила она. - Ведь правда, плутишка? Ты не будешь больше таким - ведь правда, не будешь, счастье мое?..

-Конечно, конечно... - зашептал он. - Вот увидишь... Теперь все будет иначе...

-Поклянись! Ах, нет, какая же я дура! Можно подумать, все эти клятвы чего-то стоят! Нет уж, на этот раз я приму свои меры предосторожности. Если моя идея верна...

-И что же это за идея? - поинтересовался он. - Что за идеи ппсещают эту прелестную головку?

-А вот я тебе не скажу. Это моя идея, только моя, и если я расскажу тебе о ней, ты придешь в ужас. Тебе ее не понять... Или ты не веришь, что у меня тоже могут быть свои собственные таланты?

-Я знаю, что одним талантом ты и впрямь наделена от Бога, моя чернявая крошка: сводить меня с ума!

-Разумеется... Но, кроме этого, у меня есть еще и идея... И если моя идея осуществится... Но нет, я ничего не стану тебе говорить.

-Давай ты расскажешь мне об этом завтра?

-Завтра? О, нет! Не раньше, чем через год.

-Право, я не доживу - сгорю от нетерпения...

-Ну что ж, пора прощаться, - сказала она наконец. - Высади меня здесь. До свидания, счастье мое! Не забывай меня! Как же быстро пролетают часы - словно минуты! До свидания... я умираю без тебя.

-Я тоже по тебе скучаю. Смотри, не забудь номер.

-Как я могла бы его забыть, друг мой? Скорее я забуду свое имя.

-Это точно! -засмеялся он. - До свидания, сладкая моя чернуля.

-До завтра.

-До завтра.

Конец третьей части

Мадрид. Декабрь 1886г.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/19814/220004

Переводчики: passiflora