Готовый перевод 10 RULES FOR RADICALS / Карл Маламуд - Десять правил для радикалов: Десять правил для радикалов

Спасибо за любезное приглашение выступить перед вами по случаю 19 международной конференции, посвящённой "Всемирной паутине". Я хотел бы выразить особую благодарность Полу Джонсу, человеку, чьи сайты служат прибежищем поэтам и президентам, тому, кто сделал Интернет домом как для поклонников Линукс, так и для жителей Тибета. Тим О'Райли сказал как-то, что нужно больше вкладывать в экосистему, нежели изымать из неё, и нет лучшего тому примера, нежели Пол Джонс и его десятилетия общественного служения Интернет.

Прежде, чем я перейду к сути моего повествования, мне кажется, что рассказав вам о том, как я впервые увидел Всемирную паутину в действии, я смогу задать контекст, с учётом которого вы сможете вынести суждение моим словам. Я посетил Женеву в 1991, поскольку меня очень интересовала роль CERN как центрального узла растущей сети, использующей протокол Х.25 для шлюзов на Советский Союз и Восточную Европу.

Во время моего визита в CERN глава сетевого департамента Брайан Карпентер сказал, что мне следовало бы встретиться с одним из исследователей, выполнявшим довольно интересную работу. Я прошёл в тёмную комнату, где находился молодой человек, восседавший за элегантной, новёхонькой рабочей станцией NeXT. Он показал мне свой исследовательский проект, представлявший собой производное от SGML с небольшими вкраплениями ЛВС.

Я вежливо наблюдал, как Тим Бернерс-Ли демонстрирует мне так называемую "Всемирную паутину", но относился к этому скептически. Разумеется, это выглядело довольно мило, но в то время всё выглядело милым на рабочей станции NeXT - дорогостоящем куске аппаратного обеспечения, сотворённом кучкой беженцев из Apple. Тим показывал мне, как всего лишь одним щелчком можно переместить файл на другой компьютер, но я не был уверен, что это было тем, что может когда-либо получить широкое распространение, и уж конечно не на мировом уровне. Я отчётливо помню, что думал про себя - "это немасштабируемо".

Теперь, когда я, как подобает учёному мужу, представил вам свои верительные грамоты, я хотел бы рассказать вам о нескольких видах бюрократий, с которыми мне довелось повстречаться и о нескольких выученных мной уроках, о том, как граждане - граждане, не занимающие официальных должностей или обладающие соответствующим статусом - "простые" граждане, если вам будет угодно - как граждане смогли изменить порядок работы правительства.

Надеюсь, что эти истории - несколько большее, нежели просто военные байки, я надеюсь оставить вам сегодня несколько правил для радикалов, 10 правил, применимых к правительственным учреждениям в наших попытках изменить их поведение.

Бюрократия № 1

Начнём мы с древности, со времени столь отдалённого, что термин "широковещательный" соотносился с линиями ISDN, которые могли вести передачу данных на впечатляющих скоростях 64 Кбит/сек, что являлось скоростью выделенной линии - и волшебным образом осуществляли переключение "по требованию" используя "разумную сеть" ISDN.

То время - конец 80-х и начало 90-х - было временем, когда идея гиперссылки всё ещё рассматривалась как результат безумной галлюцинации огненноглазого пророка, по имени Теодор Нельсон, отсюда и мой скептицизм насчёт исследовательского проекта Тима Бернерса-Ли.

В те дни существовало два вида сетей. Был так называемый Интернет, а были и "приличные" сети. Приличные сети были определены международными учреждениями, такими, как Международная Организация по Стандартизации и Международный союз электросвязи.

Эти учреждения располагались в Женеве, и результат их труда был предназначен для взрослых, и настолько состоятельных людей, что затраты ими нескольких тысяч долларов на приобретение стандартов считались не только в высшей степени обоснованными, но и просто абсолютно необходимыми для функционирования наших стандарто-производящих организаций. Эти "взрослые" работали на телефонные компании вроде AT&T и их PTT партнёров по всему миру, а также в нескольких промышленных концернах вроде IBM и Siemens.

Просить Международную Организацию по Стандартизации - просить ISO предоставить технические стандарты бесплатно было бы столь же глупо, как попросить в ресторане в подарок антрекот с божоле. В этом мире, полном прекрасных обедов и ужинов, бесплатный обед попросту отсутствует.

В те дни я не мог позволить себе антрекот, и уж точно не божоле. Я был наёмным писакой в традиционном смысле этого слова, писакой, которого очень интересовал Интернет - сеть, основанная на открытых стандартах, сеть без "королей", сеть, построенная на в то время радикальном принципе, гласящем, что стандарты должны основываться на решениях, являющихся результатом консенсуса, сеть, управляемая работающим кодом.

В то время как эта создающая Интернет ватага анархистов, одетых в растянутые вязаные свитера, могла игнорировать большинство чепухи, исходящей со стороны "профессионалов от стандартизации" с их усилиями по части "Взаимодействия Открытых Систем" - было кое-что, что мы не могли игнорировать и этим кое-чем была телефонная сеть, на которой мы строили наши ненадёжные низкоприоритетные сервисы передачи данных.

Параметры этой телефонной сети были определены Международным союзом электросвязи или МСЭ в документе, носящем название Синяя Книга, в редакции 1988 года, представляющем собой справочник объёмом 19000 страниц, содержащий стандарты, описывающие, например, правила работы модемов, сжатия аудиосигнала а также использование Сигнальной Системы Номер 7. Каждому, кто хотел бы определить для стандартов Интернет эффективный интерфейс с лежащей в основе телефонной сетью, требовалась Синяя Книга.

Однако я не мог позволить себе Синюю Книгу - её стоимость составляла 2500 швейцарских франков - и поскольку я зарабатывал на жизнь как обозреватель, публикующийся в ряде отраслевых изданий, вроде Communication Week, и поскольку я не мог писать о том, что содержала в себе Синяя Книга, я вместо этого писал о том, как я не могу позволить себе Синюю Книгу и почему она должна быть бесплатной.

В то время Генеральным секретарём МСЭ был здоровенный финн по имени Пекка Тарьяне, получивший эту работу в качестве вознаграждения по итогам политической карьеры в Финляндии и последовавшим за этим двенадцатилетним руководством финского PPT. Тарьяне нанял юриста, Энтони Рутковски, в качестве своего советника, что, по всей видимости, было ошибкой, поскольку Тони Рутковски на самом деле был двойным агентом, испытывал симпатию к Интернет и даже пользовался электропочтой.

В 1991 году МСЭ уж точно не был технически прогрессивной организацией. У них, разумеется, было множество дисковых телефонов, поскольку их Уставом определялось, что они могли осуществлять бесплатные звонки из всех PPT, факт, которым они чрезмерно гордились, и на который не упускали случая указать.

Электропочтой там, однако, и не пахло и на всё 17-этажное здание был одинокий факсимильный аппарат. Это факсимильное устройство было тщательно заперто в офисе заместителя Генерального секретаря, и требовалось заполнить особую форму, содержащую множество подписей, прежде чем документ заслуживал чести быть отправленным факсом.

Тони Рутковски прочёл мои колонки, содержащие выпады в адрес МСЭ и устроил мне встречу с доктором Тарьяне. Я полетел в Женеву и вскоре очутился в довольно-таки впечатляюще выглядящих апартаментах Генерального секретаря, расположенных на вершине башни МСЭ.

После непродолжительного обмена любезностями, касающегося Финляндии - речь шла о северных оленях и саунах - мы перешли к делу. Я определил свою позицию: Синяя Книга должна быть в Интернет в свободном доступе.

Доктор Тарьяне улыбнулся мне, словно терпеливый отец, и объяснил, что в его идеальном мире Синяя Книга и антрекот, и возможно даже божоле должны быть бесплатны, но разумеется, это невозможно вне зависимости от того, насколько сильно мы оба разделяем эти грёзы об идеальном мире.

Видите ли, дело тут даже не в деньгах, объяснял Тарьяне, существует техническое препятствие. Синяя Книга была выпущена на древнем мэйнфрейме, использующем программу настолько древнюю, что её исходный код был давно утрачен и никто на самом деле не понимал, как она в точности работает.

Они разрабатывали новую типографскую систему, но до её выхода было несколько лет и на данный момент они были привязаны к единственному устройству вывода, которым являлся их печатный пресс.

Доктор Тарьяне был уверен, что я смогу понять, невзирая на его желание передать мне коды Синей Книги, это не принесёт мне пользы, ведь даже его технические эксперты не знали в точности, как работает этот чёрный ящик.

Я высказал предложение, что возможно, мы могли бы провести эксперимент - и это моё первое правило для радикалов: называйте всё, что вы делаете, экспериментом - и предложенный мной эксперимент состоял в том, что МСЭ мог бы предоставить набор лент с кодом Синей Книги, а Интернет в свою очередь мог бы попробовать провести обратную разработку (реинжиниринг) системы. В случае нашего успеха мы вернули бы Синюю Книгу назад в МСЭ в понятном, ультрасовременном формате вроде TROFF.

Поскольку доктор Тарьяне знал, что весь Интернет это всего лишь небольшая группа пользователей, никто из которых не был достаточно серьёзен и состоятелен, чтобы покупать стандарты, он получал возможность заткнуть рот критикам, объявляя о намерении сотрудничать. Интернету же, по его мнению, решение поставленной задачи было не по плечу.

Он сказал, что мы можем получить набор лент.

Я отправился в Болдер, штат Колорадо, и заручился поддержкой Майка Шварца, профессора информатики и создателя оригинального поисковика Netfind. После нескольких фальстартов мы смогли смонтировать ленты и считать необработанные данные в серию восьмеричных дампов, длиной в сотни страниц, расположив их прямо на полу рядом с распечатанной копией Синей Книги.

Сравнивая восьмеричные дампы с окончательной формой, мы смогли убедиться, что Генеральный секретарь был прав - эта система являла собой настоящий хаос, но после продолжительных почёсываний в затылке и нескольких сюрпризов, мы смогли перевести их систему в формат TROFF и затем перекодировать в ASCII для NROFF, а также в PostScript, после чего разместили архивы на FTP-серверах и отправили уведомление в список IETF (Internet Engineering Task Force).

На следующий день раздался звонок из Национального Научного Фонда с жалобой на то, что опубликованная версия Синей Книги использует всю полосу пропускания международных магистральных линий. Трансатлантический канал был в то время всего лишь потоком Е1, обеспечивающим 2 Мбит/сек, что стоило ННФ $60000 в месяц, и мы использовали этот канал целиком до последнего бита.

Я успокоил менеджеров правительственных программ, объяснив временный характер данного феномена, и вскоре мы насытили наш рынок файлами, размещёнными на 500 хост-серверах в 27 странах.

Затем потихоньку в Женеву начала просачиваться информация о том, что Интернет, по-видимому, являет собой нечто большее, нежели представлялось ранее, и вскоре после этого прибыл факс от сотрудника МСЭ, который объяснял, что согласно инструкции, полученной от Генерального секретаря, он уполномочен уведомить меня о прекращении нашего эксперимента. Генеральный секретарь настаивал, чтобы мы удалили Синюю Книгу с нашего сервера. Ах да, и раз уж вы этим займётесь, почему бы вам не удалить все копии Синей Книги из остального Интернета скажем, за 20 дней.

Я передал мои наилучшие пожелания Генеральному секретарю и объяснил, что хотя я и могу проявить должное уважение, применительно к собственному серверу, то в отношении моих визави, рассеянных по всему миру, мало что может быть сделано для сокрытия тайного, столь очевидным образом ставшего явным.

Это моё второе правило для радикалов, и суть его в том, что когда власти в конце концов стреляют из своего стартового пистолета - и совершают поступок, вроде отправки вам лент - бегите так быстро, как только возможно, так, чтобы к моменту, когда они почувствуют лёгкую тошноту, а в голову им придёт вторая мысль, уже поздно было останавливаться.

Финн Тарьяне был моим первым настоящим бюрократом, но история с Синей Книгой показала мне важность открытых стандартов, и если код - это закон, тогда очевидным следствием из этого должно быть, что закон - это код, и если дело в действительности обстоит так, то единственный путь придать этому смысл - сделать источник этого кода открытым.

Бюрократия № 2

Для остальной части моей сегодняшней истории я вернусь из Женевы назад в США.

В 1993 году я торжественно получил пропуск в волшебный мир мультимедиа, по большей части это были 8-битные файлы формата GIF. Переливающиеся наклейки тогда ещё не изобрели.

Большинство из нас работало в сети, используя FTP, электропочту и, возможно, сервисы gopher и Archie. С этими инструментами я запускал Интернет-радиостанцию, называющуюся Internet Talk Radio. Главная программа называлась "Повёрнутый Недели" (Geek of the Week), большинство слушателей получали её, запуская на ночь сессию FTP и затем - предположив, что звуковая карта была установлена правильно - слушали звуковой файл на своих рабочих станциях.

Не у всех был поднят FTP, был один слушатель, который использовал почтовый FTP шлюз от MCI, который разбивал 30-мегабайтный файл на несколько сотен почтовых сообщений. Когда все сообщения были получены, он собирал из них исходный файл, и покатывался со смеху рядом со своей рабочей станцией, слушая эпизод "Повёрнутого Недели" (Geek of the Week).

В те дни мы делали множество демонстраций Интернет из серии "будущее уже здесь" и после одной из них, данной в Конгрессе, меня отозвали в сторонку сотрудники конгрессмена Эдварда Марки. Они показали мне письмо от одного из рейдеров Надера, по имени Джейми Лав, в котором говорилось, что управляемая комиссией по биржам и ценным бумагам база данных публичной отчётности корпораций - известная также как EDGAR (Electronic Data Gathering and Retrieval System, Электронная система сбора и поиска данных) - что эта база данных EDGAR должна быть доступна в Интернет бесплатно.

Файлы, содержащиеся в EDGAR, использовали биржевые брокеры, экономисты и аналитики, и целая отрасль с оборотом 300 миллионов долларов в год выросла на розничной торговле этими документами. Когда я был докторантом экономики, я узнал, что иногда вы можете написать в корпорацию запрос на предоставление годового отчёта посредством пересылки его почтой США, но часто я сталкивался с требованием выложить более 30 долларов за документ некоему продавцу информации, за право читать эти файлы в электронном виде.

Для того, чтобы кормить эту индустрию с аппетитами в 300 миллионов долларов в год, комиссия по биржам и ценным бумагам заключила сделку стоимостью в 30 миллионов долларов с Mead Data Corporation. Теория, лежащая в основе сделки гласила, что эти файлы представляли собой неудобоваримые необработанные данные, поэтому Mead должна была действовать как информационный оптовик, создавая, таким образом, добавленную "ценность" документам - и они могли бы продавать информацию розничным продавцам, кто, в свою очередь, добавлял бы ещё больше "ценности" документам - и в конце концов эти документы достигали потребителей информации, предположительно профессионалов с Уолл-Стрит, которые знали, как читать эти высокотехничные файлы полные ну этими, знаете, цифрами и типа того.

Очень храбрый бюрократ из Национального Научного Фонда, доктор Стив Вульф, устроился на работу в мою некоммерческую радиостанцию, чтобы собрать несколько сот тысяч долларов, сумму, достаточную для того, чтобы мы могли приобрести доступ к данным EDGAR. Эрик Шмидт, позднее ставший техническим директором Sun Microsystems, вложил в дело системный блок с четырьмя процессорами SPARC-2 на борту. UUNET предложила бесплатный траффик, Cisco подбросила маршрутизатор, а MFS Datanet обеспечили 10 мегабитный оптический канал к точке обмена Интернет-траффиком, известной как MAE East (Metropolitan Area Exchange, East).

Этот 10-мегабитный канал был довольно быстрым, так что когда новая, клинтоновская, администрация въехала в офис, они обратились с просьбой одолжить его. Оказывается, новые арендаторы Белого дома испытывали проблемы в связи с "зачисткой" их маршрутизаторов сотрудниками Секретной службы и им хотелось устроить событие типа "мы знаем про Интернет" с участием президента, так что ARPA помогло нам организовать инфракрасный канал передачи данных с крыши здания "Центральной прессы" на лужайку перед Белым домом, чтобы организовать подключение.

Спустя девяносто дней после поступления гранта ННФ, сервер был запущен и работал, выдавая необработанные данные EDGAR в сеть. Помните правило № 2 - когда стартовый пистолет выстрелил, бегите так быстро, как только можете.

Мы держали сервис активным полтора года, начав с архивов на FTP-серверах, затем добавив Gopher для документов, затем - сервер HTTP и, наконец, базу данных WAIS. К середине 1995 года ежедневное число пользователей сервиса составляло 50000 человек.

Среди этих людей были финансисты - "жирные коты" - с Уолл-Стрит, но также были и студенты, журналисты, госслужащие, пенсионные фонды и другие категории граждан, недостаточно состоятельные чтобы позволить себе приобретение документов по 30 долларов.

И это приводит нас к правилу номер 3, которое называется правилом пристального взгляда. Создайте базу пользователей, и вы сможете оказывать намного больше воздействия, чем если создаёте лишь дымовую завесу.

Возможно, нам следовало использовать наше "преимущество первопроходца" для того, чтобы - как говорили в эру доткомов - "монетизировать движения глаз". Но я вовсе не хотел быть лицом комиссии по биржам и ценным бумагам (КБЦБ), я желал, чтобы КБЦБ делала свою работу, которая состояла в том, чтобы сделать базу данных EDGAR доступной для общественности, размещённой в Интернет бесплатно и, по меньшей мере, сделать это более менее осмысленным образом.

Поэтому я вытащил вилку из розетки.

На веб-сервере появилось уведомление, гласящее: "Этот сервис будет остановлен через 60 дней. Щёлкните здесь для получения дополнительной информации".

Выполнив щелчок, вы получали страницу с исходным кодом, статистикой использования, цифрами затрат и описанием конфигурации, необходимой для запуска системы, а также набор ссылок вида "щёлкните здесь", на случай, если вы чувствовали, что остановка системы каким-либо образом может причинить вам неудобство.

Первой "щёлкните здесь" ссылкой была "щёлкните здесь, чтобы отправить почтовое сообщение Ньюту Гингричу", стильному молодому спикеру Палаты Представителей. Следующая была "щёлкните здесь, чтобы отправить почтовое сообщение Элу Гору", стильному молодому вице-президенту. У обоих были учётные записи электропочты, которыми они весьма гордились.

Третья ссылка "щёлкните здесь" была "щёлкните здесь, чтобы отправить почтовое сообщение председателю КБЦБ". Председатель Артур Левитт был великим финансовым старейшиной, и у него не было адреса электропочты, так что мы создали один для него. Пару дней спустя, 17000 сообщений, которые он получил, были распечатаны и доставлены в приёмную КБЦБ.

Так совпало, что КБЦБ в этот день, день промышленности, устраивала совещание, посвящённое EDGAR, на которое мы не были приглашены, так что заявились без приглашения. После нескольких театральных сцен, имевших место, один из членов комиссии поднялся и задал несколько простых вопросов, вроде "во что обойдётся сопровождение сервиса" и "кто его пользователи".

Этот участник комиссии очевидно проинформировал председателя о произошедшем, поскольку тем же вечером председатель Левитт позвонил в Assosiated Press и Wall Street Journal и оповестил о намерении КБЦБ опубликовать базу данных EDGAR в Интернет. Хранящиеся в ней файлы не являлись продуктом, они были тем клеем, который обеспечивал эффективное функционирование финансовых рынков, требуя от корпораций раскрывать значимую для общественности информацию.

На следующий день позвонил руководитель администрации и сказал, что несмотря на его полную поддержку решения председателя, существует загвоздка, состоящая в том, что для них не представлялось возможным приобрести компьютер в течение 60 дней и, кроме этого, их Интернет канал был установлен, но похоже, не работал. Не могли бы мы продлить крайний срок? Я ответил, что дата не подлежит изменению.

Закончилось всё тем, что руководитель администрации подписал соглашение об аренде, мы загрузили несколько системных блоков Sun в наш универсал, доехали до штаб-квартиры КБЦБ и помогли им сконфигурировать их маршрутизатор Cisco и канал T1.

Они успели запуститься до завершения установленного крайнего срока. Компьютерные специалисты в итоге преисполнились воодушевлением от осознания факта, что им достался самый нагруженный правительственный веб-сайт, и от получения целых тонн писем с одобрениями от появившихся поклонников.

Правило 4 гласит, что достигнув цели, не бойтесь сделать крутой поворот и стать милым. Вы можете стучать по столу и быть занозой в заднице, но когда приходит время нужно быть отзывчивым, вежливым и дружелюбным.

Бюрократия № 3

Для следующей бюрократической истории, давайте перемотаем этот Интернет-архив вперёд, к концу 2006-го - началу 2007-го года, когда Google приобрёл YouTube за 1,65 миллиарда долларов, когда C-SPAN начал разрешать вам использовать их видеозаписи из конгресса в ваших блогах, год в который Netfix запустил потоковое видео - год, в который "Вы" был назван журналом Time человеком года. Это было время прихода видео в Интернет.

Правда, не в весь Интернет.

Тогда в Вашингтоне, округ Колумбия, было агентство, называющееся Национальная Техническая Информационная Служба или НТИС, правительственный центр прибыли, назначенный, помимо прочего, быть официальным розничным продавцом всей правительственной видеопродукции.

Взгляд, брошенный на веб-сайт НТИС, позволял обнаружить тысячи видеозаписей из 54-х различных федеральных агентств. Там было много чего полезного - ничего из этого нельзя было увидеть в Интернет - наподобие материалов от Пожарной Академии США по тренировке пожарных-добровольцев.

Но цены! Кто там говорил о шампанских мечтах и икорных грёзах! Документалистика об острове Эллис - "Остров надежды, остров слёз" - стоила $55 за 29-минутную запись в формате VHS.

"Время Аполлона" от NASA? $50 за 28 минут.

Я выложил $336, заказал несколько лент и отправил их на YouTube и в Интернет-архив. "Джон Ф.Кеннеди: годы просветления", от Информационного агентства США. "Меры безопасности и навыки выживания пожарного" от пожарной Академии США и "День убийственных торнадо" от FEMA (Federal Emergency Management Agency, Федеральное агентство по управлению в чрезвычайных ситуациях).

Что хорошо в правительстве США, так это то, что подавляющее большинство результатов их работы носит название "Работа Правительства", и означает, на федеральном уровне, что результаты работы являются общественной собственностью. Есть пара исключений и серых пятен, но основное правило - никаких авторских прав.

Всё довольно просто: купите видео у правительства и загрузите его куда-нибудь. Никто не может остановить вас. Вот так просто, за исключением стоимости.

Но что, если мы сможем разделить эту боль? Что если другие люди купят некоторые из этих лент и пожертвуют их в общее пользование? За $29,95 в месяц я зарегистрировался на сервисе Ebay ProStores, одном из этих "каждый-может-построить-магазин" решений e-коммерции, и создал надстройку для хранилища НТИС. Предполагалось, что мы возьмём ваши деньги, закажем ленту, загрузим её в Интернет-архив и на YouTube, а вы получите право на налоговый вычет.

В маркетинговом порыве мы украсили сайт слоганами: "Будь последним, кто купил это видео" и "Покупая у нас, ты ничего не получаешь для себя, но все остальные что-то обретают".

И мой любимый: "Сделано правительством - покупайте из доверенного источника".

Ладно, это всё было слегка дерзким и возможно даже немного глупым. Но вся бизнес-модель была глупой. При отсутствии интеллектуальной собственности на содержимое - всё являлось результатом работы правительства и уже было оплачено долларами налогоплательщиков - имей мы денег в достатке, мы бы попросту купили по одной копии каждого видео и на этом закончили. Они остались бы без работы.

Магазин получился шикарный, но количество "просто смотрящих" превышало число покупателей. Фактически, мы получили всего один заказ, да и то по ошибке - парень искренне думал, что мы вышлем ему DVD.

В один прекрасный день я потерял терпение и отправил довольно несдержанный факс директору НТИС. Назвать это послание "письмом" можно было с большой натяжкой, "наезд" представляется более уместным термином. По сути, я обвинил агентство в целом в неспособности выполнять свою работу.

Вообразите моё удивление, когда на следующий день зазвонил телефон и голос на другом конце трубки произнёс "мистер Маламуд, это Эллен Хербст. Я директор Национальной Технической Информационной Службы".

О-па, подумал я, начинается.

Мисс Хербст оказалась исключительно разумной личностью. Она и желала бы выдать видео в свободный доступ, но по закону не могла сделать этого не получая компенсации, добавьте к этому персонал, необходимый для поддержки сервиса и ведения учёта практически несуществующих продаж, и стоимость видеозаписи составляла $70.

Если уж им надо компенсировать затраты, как насчёт того, что мы не будем им ничего стоить?

"Могли бы вы одолжить нам видеозаписи?" задал я вопрос директору. "Вы отправляете нам ленты, мы снимаем копии и возвращаем вам ленты? Мы даже почтовые расходы оплатим!"

Долгая пауза. "Да, полагаю, мы могли бы это сделать".

Вот так и родился FedFlix, где правительство одалживало нам ленты, которые мы оцифровывали и отправляли им назад, вместе с приложенным DVD, включающем содержание каждой видеоленты.

Правило 5 несложно. Продолжайте задавать вопросы - продолжайте перефразировать их, пока они не смогут сказать "да".

В ноябре 2007, пару месяцев спустя после памятного звонка - молниеносно по правительственным меркам - мы подписали договор о совместном предприятии, согласно которому НТИС ежемесячно обязалось отправлять нам 20 лент.

Мы осуществляли эту программу около года и разместили пару сотен записей он-лайн. В конце года мы продлили соглашение и увеличили количество до 100 записей в месяц, тогда же они начали отправлять мастер-копии формата Betacam.

Примерно за $10000 мы построили небольшую студию, где осуществлялось профессиональное перекодирование мастер-копий Betacam, производя в качестве результата 8-мегабитные H.264-кодированные файлы в формате MP4. Мы не занимались забавными штуками вроде цветокоррекции или нормализации звука, но для контента, которым мы обладали, это было не нужно.

Не будучи проектом долгосрочных инвестиций FedFlix, скорее, позволял заполнить свободное время. Вместо того, чтобы писать на стене в Фейсбуке, я занимался конвертированием. Я ставил таймер для варки яиц поверх пачки Betacam'ов, загружал ленту и устанавливал время на таймере. Когда оно истекало, я загружал другую запись.

Спустя несколько недель, сформировав симпатичную подборку файлов, я сформировал упаковочный реестр, снабдив его метаданными и затем, использовав старый добрый RegEx, перевёл упаковочный реестр в пачку запросов, использующих интерфейс S3 Интернет-архива и скрипты на языке Python, используемые интерфейсом программирования приложений YouTube.

Вероятно, самой подрывной вещью из того, что мы сделали с этим видео, было размещение мастер-копий на нашем сервере для доступа по FTP и с использованием rsync. Сегодня самой трудоёмкой частью при производстве фильма или сюжета новостей является необходимость очистки материалов от элементов, являющихся объектами претензий правообладателей, продираясь при этом сквозь чащу одержимых авторским правом библиотек, в которых хранится отснятый материал. Что до нашей многотерабайтной, находящейся в общественном пользовании библиотеки отснятого материала, то вам не нужно было ни спрашивать разрешения на использование, ни опасаться каких-либо штрафов.

Меня иногда удивляет то, как видео обретает популярность. Фильм времён Второй Мировой Войны, называющийся "Принципы охлаждения" набрал 78000 просмотров. Оказывается, в сети не так много хороших материалов по HVAC (Heating, Ventilation, and Air Conditioning, Отопление, вентиляция и кондиционирование воздуха). Главным хитом на YouTube является видеофильм о технике безопасности при работе на бульдозере под названием "Не волнуйтесь и оставайтесь в кабине!", набравший более полумиллиона просмотров.

Бюрократия № 4

Одной из основных проблем, стоящей перед правительством, является поток бумаг, видеозаписей а также иных устаревших форматов. Для агентств, ведущих информационный бизнес, таких как Библиотека конгресса, Национальные архивы и многих других, двойственность проблемы, выражавшаяся в необходимости иметь дело с устаревшими форматами и отвечать требованиям цифровой эры, приобретала подавляющий характер. Во многих случаях агентства формировали так называемые государственно-частные партнёрства и эти сделки, именуемые "беззатратными для правительства", доказали свою особенную проблематичность.

Примером такой беззатратной для правительства сделки была одна, заключённая Счётной Палатой США, одной из ветвей конгресса, которая владела наиболее полной библиотекой исторических данных федерального законодательства - каталогами для каждого закона из области общественного права, содержащими материалы всех слушаний, законопроектов и отчётов, которые определяли текущий статус закона.

Счётная палата заключила с компанией Thompson West сделку, согласно условиям которой правительство обязалось отправить все исторические данные по федеральному законодательству в адрес поставщика услуги, который должен был отсканировать их и вернуть бумажные материалы обратно.

Программа, не особо отличавшаяся от FedFlix, но с одной важной особенностью. Thompson West не отправляли в Счётную палату оцифрованные копии их данных. Вместо этого Thopson West предоставило Счётной палате парочку логинов для их сотрудников, но все остальные, включая ребят из правительства - включая даже конгрессменов - все остальные должны были платить за доступ к историческим данным федерального законодательства США.

Эта сделка не была для правительства беззатратной, поскольку требовались значительные усилия чтобы упаковать 60 миллионов печатных страниц и отправить их в адрес поставщика услуг. Поставщик получил полюбовную сделку: монопольный доступ к жизненно важной правительственной базе данных. Правительство облапошили.

В моей следующей истории про бюрократию, я хочу рассказать об одном из этих государственно-частных партнёрств, а именно о сделке, которую Национальный архив заключил с компанией Amazon. В декабре 2009 мне позвонили из конгресса с вопросом, не могу ли я выступить свидетелем в процессе слушаний по вступлению в должность нового архивариуса, Давида Ферейро.

В рамках исследования я занялся рассмотрением сделки, заключённой Архивом с компанией Amazon. Это была часть нового сервиса Amazon, предлагавшего выпуск DVD по требованию, и что они сделали, так это оцифровали около 1800 правительственных видео, которые и предлагали в доступ по цене $10 за DVD.

Я ничего не имею против продажи DVD компанией Amazon, даже если на этих DVD содержатся материалы, являющиеся общественным достоянием. Однако, посетив правительственный сайт, всё, что вы обнаруживали, был 2-минутный предварительный просмотр каждого видео, в патентованном формате Microsoft, и картинкой размером 320х240. За двухминутным предварительным просмотром следовало правительственное заявление, гласящее, что это видео вы можете приобрести у "нашего партнёра" Amazon.com

Рик Прелингер - создатель Библиотеки Прелингера и настоящий пионер в деле сохранения правительственных видеозаписей - используя Акт о свободе информации, получил текст контракта этого соглашения и так выходило, что Национальные архивы, получая DVD с записями их видео назад, соглашались не публиковать их онлайн в течение 5 лет. Это было странное соглашение, по которому правительство получало некоторые отчисления от Amazon, но величина отчислений рассчитывалась после уменьшения на сумму "понесённых затрат", связанных со сканированием видео. Правительство платило за оцифровку, но пользоваться её результатами ему не дозволялось.

Я спросил руководителя администрации Национальных Архивов о размере полученных ими отчислений и оказалось, что - за двухлетний период действия этого партнёрства - общая сумма составила $3273,66.

Это выглядело полной ерундой. Я потратил $251, приобрёл на Amazon 20 DVD и выложил их во все обычные места. Классные штуки, вроде съёмок Ричарда Никсона в Белом доме, объясняющего, почему его нельзя винить в каких-либо проступках.

Затем я написал Кори Доктороу на BoingBoing, и он опубликовал заметку, в которой всем весёлым мутантам сообщалось, что если они посмотрят на Ричарда Никсона на YouTube, они, возможно, помогут спасти общественное достояние, поскольку мы вели подсчёт всех просмотров для того, чтобы продемонстрировать членам конгресса, что людям есть до этого дело.

"Посмотри на Ричарда Никсона, помоги сохранить общественное достояние".

На следующий день я отправил следующие $461 на Amazon и заказал ещё 28 видео, что привело к посту на BoingBoing с темой "Посмотри особые рождественские съёмки Боба Хоупа и помоги спасти общественное достояние".

К тому времени, как я давал показания перед конгрессом, дело было 16 декабря, мы смогли обеспечить для этих 48 видео больше онлайн просмотров, нежели их копий было продано с Amazon по упомянутой программе, за два года. Послание звучало весьма недвусмысленно: сделка с Amazon не принесла правительству никакого дохода и повлекла за собой значительные издержки в части организации публичного доступа к данным.

Насколько можно было судить по озабоченности конгресса, наше послание было услышано, но когда я вернулся домой, то продолжал смотреть на эти 1800 видео и размышлять, есть ли способ добиться их освобождения без необходимости выкладывать Amazon'у $18000. Я размышлял об этом на Твиттере и кто-то, отвечая мне, задал вопрос, рассматривал ли я в качестве возможности "список желаний" Amazon'а - способ, которым вы позволяли людям покупать вам разные вещи на Бар-мицву, день рождения, вечеринку для будущей матери или свадьбы?

Ух ты, подумал я, вот это трюк!

Самые выразительные наименования в количестве 153 штук отправились в "список желаний" Amazon'а, и BoingBoing выпустил новый пост, предлагая людям при наличии у них свободных $10,95 рассмотреть возможность потратить их на приобретение рождественского подарка в общественное достояние (И не забываем про налоговый вычет!).

Этот список был распродан в считанные дни и за день до рождества Amazon отправил мне 43 ящика с DVD. Я провёл все праздники конвертируя диски, формируя метаданные и выгружая файлы.

Это было великолепно. Съёмки взрывающегося дирижабля "Гинденбург", Джеймс Кэгни, озвучивающий фильм времён холодной войны "Стена", камбоджийский Королевский балет, старые пропагандистские плёнки ЦРУ, диснеевские фильмы времён войны и расследования Зоны 51 в Розвелле.

Когда ваша критика правительственного агентства направлена в адрес комитета конгресса, надзирающего за его деятельностью, есть вероятность, что вы получите отклик. Отсюда правило номер 6 для радикалов, гласящее, что если уж вы добрались до микрофона, убедитесь, что выражаете свою точку зрения ясно и кратко.

Довольно скоро я получил звонок из агентства Национальных архивов с предложением обсудить ситуацию с Amazon. Когда я говорил, что эти видео были абсолютно недоступны для общества, я неправильно выразился - любой мог отправиться в национальные архивы в College Park, штат Мэриленд, и просмотреть любой из этих 1800 DVD на месте. Они также разрешали вам сделать копию DVD и, более того, предоставляли чистые диски для записи - до 6 штук на посещение.

А также у них было больше 1800 DVD, упомянутых ранее, общее число DVD превышало 3000.

"Вы хотите сказать", задал я вопрос, "что если я буду ходить туда с достаточной частотой, то смогу скопировать и разместить в сети все эти 3000 DVD"?

"Совершенно верно. Готов биться об заклад, вы можете это сделать".

По 10 минут на DVD, что означает 30000 минут - 500 часов - больше времени нежели я мог провести в College Park, но великолепная возможность для коллективного труда, вот так и появилась на свет Международная Лига Любительского Сканирования.

Я написал в Национальные архивы вежливое уведомление о своих намерениях сформировать группу добровольцев и отправить их в College Park для систематического копирования всех их DVD. Вообразите моё удивление, когда она написала мне и сообщила, что Дэвид Ферейро счёл это настолько великолепной идеей, что хотел бы посетить стартовое совещание добровольцев и лично обучить их, как правильно конвертировать DVD.

Ну а дальше мы уже в переговорной в Sunlight Foundation, вокруг бушует метель и Архивариус США учит нас как конвертировать видео. Мы распечатали пачку красных, белых и синих конвертов с адресами FedFlix, чтобы можно было отсылать DVD по мере завершения копирования, а также создали нагрудные знаки "За заслуги в деле сохранения общественного достояния" для добровольцев, достигших определённых вех. Если вы скопировали 5 DVD. вы получали нагрудный знак "За заслуги в деле сохранения общественного достояния" имени Джона Ф.Кеннеди, за 25 дисков вы получали знак имени Боба Хоупа, а за 50 - Дюка Эллингтона.

Бюрократия № 5

Видео для меня на самом деле лишь хобби, иногда я занимаюсь этим в свободное время. Я управляю некоммерческой организацией, и мы получаем наши деньги из фондов, таких как Omidyar Network, и корпораций вроде Google и Justia. Также мы получаем пожертвования из частных фондов, таких как Elbaz, Kapor и фонда O'Reilly.

Фонды не дадут вам много денег, если ваша миссия звучит как "мы загружаем правительственные видео на YouTube".

Было так, что моя повседневная работа, а именно то, за что нам платили в форме грантов и пожертвований, состояла в том, чтобы помочь изменить нашу законодательную систему, сделав область права более доступной.

Вы помните, что в случае с правительственными видео, на федеральном уровне, в работе правительства не было такого понятия как авторское право. Принцип отсутствия авторского права в ещё большей степени свят для защищённого ядра - области права. Принцип, что мы являемся нацией закона, а не просто нацией людей, означает, что мы пишем правила, которым граждане обязаны повиноваться. Как же мы можем быть нацией законов, если источник этих правил не является открытым?

Несмотря на этот принцип, доступ к юридическим материалам в США представляет собой бизнес с оборотом 10 миллиардов долларов в год. Зачастую правительство воздвигает барьеры для доступа, извлекая таким образом своего рода арендную плату из общества.

В особенности это верно в отношении базы данных Административного управления судов США , базы данных под названием PACER, что расшифровывается как Public Access to Court Electronic Records (Общественный доступ к электронным записям суда). PACER содержит 500 миллионов страниц с описанием процедур окружных судов США, включая реестры, краткое изложение дел, ходатайства и заключения по каждому федеральному делу США.

Суды взимают плату в размере 8 центов за страницу, и требуется действующая кредитная карта для доступа к PACER. Заключённый или другой гражданин может отправить прошение судье для запроса свободного доступа. Однако прошение в адрес федерального судьи вряд ли можно назвать снижением входного барьера.

Для судов это серьёзный бизнес: они получают ежегодно 120 миллионов долларов дохода. Суды даже взимают плату, ежегодно исчисляющуюся миллионами, с исполнительных органов власти за доступ к файлам!

Для того, чтобы ткнуть пальцем в глаз Административное управление судов США, мы подняли сайт "для переработки", который позволял людям выложить их документы, полученные из PACER - и где мы "перерабатывали" их в общественную собственность.

Поскольку база данных PACER содержала полмиллиона записей, вся затея была своего рода блефом, основой для раздела ЧАВО (часто задаваемые вопросы), имея целью разоблачить финансовую сторону PACER. Однако, одна из тем в ЧАВО привлекла внимание пары добровольцев.

Видите ли, суды, побуждаемые конгрессом сделать что-либо в части публичного доступа к данным, только что запустили пробную программу, разместив по одному терминалу в 17 библиотеках по всей стране. В разделе ЧАВО на сайте "для переработки" PACER, я поощрял добровольцев вступить в так называемый Корпус Портативных Накопителей и загружать файлы через публичные библиотеки с тем, чтобы потом выложить из на сайте "для переработки" PACER.

Аарон Шварц, который многим из вас известен как редактор спецификации RSS и активный жертвователь на благо Интернет, позвонил и сказал, что хотел бы записаться в этот Корпус. Я попросил его быть осторожным, зная что он весьма подкован технически и имеет склонность действовать, скажем так, довольно агрессивно. Я предупредил его, что необходимо убедиться в отсутствии каких-либо нарушений любых регламентов, установленных судом: если они говорили не загружать слишком много документов, так и надо было поступать.

Несколько недель спустя я получил от него сообщение по электропочте, в котором он сообщал, что получил некоторые данные и спрашивал, можем ли мы создать ему учётную запись для прямой выгрузки документов. Не вопрос, нет проблем, мы дали ему доступ по SSH и вскоре данные начали поступать, и продолжали поступать, и снова поступали, и так до тех пор, пока не поступили в объёме 760 Гигабайт документов PACER, около 20 миллионов страниц.

Аарон, очевидно, увеличил ёмкость своего портативного накопителя, но он вообще талантливый парень, так что мы не особо удивились.

Затем поток данных внезапно прервался и я получил письмо от Аарона, в котором он писал, что нам нужно поговорить. Немедленно.

В Административном управлении судов США по истечению двух месяцев очевидно сподобились заглянуть в свои логи - и затем внезапно, практически за одну ночь, прекратили действие программы публичного доступа, говоря, что имело место нарушение системы безопасности. Начальник департамента правительственной печати сделал сообщение, в котором заявил, что не только нарушение системы безопасности имело место, но дело также передано в ФБР для расследования.

Мы с Аароном снова поговорили и после проведённого мной допроса я всё ещё был уверен, что он не сделал ничего неправильного. Не существовало никаких признаков или заявлений о правилах пользования, в которых говорилось бы о том, что сервис предназначен только для случайного использования. Могу гарантировать, что объём в 20 миллионов страниц возможно и превышал ожидания людей, ведущих пилотный проект публичного доступа, но удивлять бюрократов - не преступление.

Основываясь на предыдущем опыте размещения в сети решений апелляционного суда, я был почти уверен, что данные из PACER являют собой ту ещё неразбериху. Поэтому, вместо выкладывания данных в сеть, я начал проводить проверку на предмет нарушений, связанных с персональными данными.

В течение следующих двух месяцев были запущены несколько скриптов, задачей которых был поиск идентифицирующих личность данных. Любые файлы с обнаруженными нарушениями проверялись вручную. Многие результаты поиска были ошибочно-положительными, они содержали данные, такие как номера правительственных контрактов.

Однако также была целая куча проблемных файлов, для каждого из которых я проводил дополнительный поиск на предмет обнаружения нарушений, не выявленных regex'ом, что завершилось обнаружением ещё большего числа номеров социального страхования и других незаконных данных, вроде имён несовершеннолетних и номеров банковских счетов.

Имели место простые случаи, вроде судебного иска со стороны IRS к гражданину, в котором забыли отредактировать номера социального страхования в налоговой декларации, приложенной к делу в качестве доказательства. Хорошо, отредактируем номер, поместив чёрный прямоугольник поверх текста или окрасив текст в белый цвет.

Но также были и по-настоящему сжимающие сердце случаи, вроде списка 350 пациентов врача, которому был предъявлен иск по обвинению в небрежности. Сопроводительные документы для каждого пациента содержали перечень домашних адресов, дней рождения, номеров социального страхования и список их медицинских проблем. Или же перечень членов профсоюза, вовлечённых в споры касательно пенсий, с указанием их персональных данных, домашних адресов и историей доходов.

После проведения этого анализа мы отправили результаты формального аудита в Административное управление судов США с копией в адрес судьи, занимавшего пост председателя Совета судей США. В дополнение к распечатке они получили DVD. что позволяло им провести сравнение отредактированных и нередактированных версий 2000 документов, содержащих нарушения.

Вы наверное подумали, что это были весьма впечатляющие доказательства, однако Административное управление судов США игнорировало данные предварительного аудита, затем игнорировало данные окончательного аудита и так и продолжало нас игнорировать. В конце концов, в пору рождественских праздников в 2008 году, в адрес председательствующих судей 30 окружных судов были отправлены письма.

В заголовках этих писем - большими красными буквами - было написано "Третье и Последнее предупреждение". В письмах говорилось, что мы отправляли данные предварительного аудита в Административное управление судов США и данные окончательного аудита также были отправлены в Административное управление судов США и, разумеется, в этих письмах говорилось, что, вне всякого сомнения, Административное управление судов США оперативно уведомило судей о наличии серьёзных проблем, если только они не собрались встать на путь нарушения закона.

Излишне упоминать, что судьи слыхом не слыхивали об этой ситуации и нужно набраться решимости, прежде чем отправить председательствующим судьям окружных судов США письма, содержащие "Третье и Последнее предупреждение", но видите ли...судьи - весьма разумные люди. Они получили эти письма, клерки зарегистрировали их, и мы начали получать ответные письма, в которых было написано "вы правы, спасибо, мы примем необходимые меры".

Результатом этого аудита стала отправка Сенатом в адрес Административного управления судов США письма, в довольно сильных выражениях спрашивающего их о причинах, по которым они отказываются повиноваться закону. Судья, председательствовавший в то время в Совете судей США, написал ответное письмо в Сенат, в котором говорилось, что поскольку существуют действующие в отношении защиты прав личности правила, они, очевидно, не обладают достаточной областью охвата и будут изменены.

Несколькими месяцами спустя они изменили свои правила. Отсюда моё седьмое правило для радикалов - стойте на своём. Можно критиковать правительство, как всем того хочется, и они зачастую будут вас игнорировать. Однако, если вы обнаружили что-либо явно неправильное и противозаконное и вдобавок вы можете задокументировать это должностное нарушение или проступок, им придётся говорить с вами. Если вы располагаете фактами, то можете настаивать на своём.

Бюрократия № 6

Есть связанное правило, и это правило номер 8, которое состоит в том, чтобы попытаться склонить бюрократов к угрозам в ваш адрес. Помните, как в области права возникали "особые места", когда дело касалось авторских прав? В то время как правительства штатов обладали возможностью наложить ограничения, связанные с авторским правом в отношении тех или иных объектов, Верховный Суд США раз за разом выносил постановления, определяющие, что в области права никому не дозволено применять положения об авторских правах. Это означало, что авторское право не распространялось на решения судов, но также это значило, что не существует авторского права в отношении законов штата.

Представьте наше удивление, когда законодательный совет Орегона, юристы законодательного учреждения Орегона, отправили требование на удаление материалов в адрес Public.Resource.Org и в Justia, компанию, которая представляла собой инструмент публикации бесплатных юридических материалов онлайн. Штат заявлял, что сформировав архивы, содержащие законы штата Орегон 2007 года с внесёнными правками и сделав их доступными для анонимного доступа посредством FTP, мы нарушили их авторские права.

С чего бы это Орегонскому законодательному учреждению настаивать на авторском праве? Деньги! Они продали печатную версию издания и заработали на этом деньги. Мы были угрозой их денежному потоку.

Чтобы быть совершенно честным, политика, о которой идёт речь, была введена в оборот в середине сороковых годов прошлого века и никто никогда не ставил под сомнения положения этой политики. Требование на удаление материалов было поступком бюрократа, всего-навсего выполнившего то, что выполнялось уже 70 лет.

Получение требования об удалении материалов, особенно от такого влиятельного лица, как юрист законодательного учреждения Орегона, означает, что вам грозит серьёзная опасность юридического характера. Вы имеете все основания полагать, что они собираются с вами судиться, поскольку именно об этом говорится в требовании.

В случае опасности юридического характера вы можете отправиться к судье, чтобы запросить так называемую деклараторную защиту и попросить суд рассмотреть данный вопрос. Так что мы наняли адвоката, составили черновик запроса о деклараторной защите и опубликовали его в сети.

Что до штата, отправляющего вам требование об удалении материала как способ применить закон в отношении Интернет, то это не один из тех тонких юридических казусов, которые требуется тщательно объяснять людям. Все это понимают - можете войти в любой бар, объяснить что происходит, и каждый, мгновенно уловив суть дела, скажет "это на самом деле глупо".

И это моё правило 9 для радикалов - обращайте внимание на чрезмерные реакции, на то, что выглядит отчётливо безумным. Запрет на публикацию законов штата явно попадает в эту категорию.

Через несколько дней после того как нам пригрозили судом, мы получили уведомление о том, что Законодательный орган штата Орегон назначил время слушаний по данному вопросу и интересуется, будем ли мы готовы к даче показаний? Разумеется! Если они желали поговорить, мы определённо были готовы.

Мы дали показания и так же поступили несколько граждан Орегона. Юрист законодательного органа сделал своё заявление и я был впечатлён, насколько осведомлёнными и заинтересованными в решении вопроса были все участники.

После множества вопросов комитет законодательного собрания, председательствуемый главой Сената и спикером Палаты представителей, единогласно проголосовал за отмену любых форм применения авторского права. Это была демократия в действии, и всё прошло быстрее, нежели судебный процесс.

В доказательство того, почему так важно было это сделать - через несколько месяцев после описанных событий второкурсник юридического отделения колледжа Lewis & Clark использовал эти материалы и создал сайт OregonLaws.org, значительно улучшенную версию материалов законов штата Орегон, представив удобный интерфейс пользователя, HTML-код, соответствующий спецификациям, гиперссылки, приложение для iPhone, облако меток, ленту твиттера и множество других примочек.

Когда штат утверждает авторское право в отношении юридических материалов, важно помнить, что частично этот вопрос касается демократии и юриспруденции, но также он имеет отношение и к инновациям. Требуя лицензию, как предварительное условие для доступа к первичным юридическим материалам, мы создаём преграды инновациям.

Бюрократия № 7

Я хотел бы закончить эту историю рассказом о бюрократии, которая слегка аморфна, её сложно обнаружить и, вследствие этого, чрезвычайно сложно сделать её целью, эта бюрократия - юристы США. Когда речь заходит о бюрократах, коллегия адвокатов среди них поистине тяжеловес.

Принцип, согласно которому доступ к области права не должен быть ничем ограничен, лежит в основе нашей системы правосудия. Конституция США гласит, что принцип "равных прав на защиту в рамках закона" нельзя отрицать. Равные права на защиту означают, что в ваших основные правах не может быть произвольно отказано потому, что вы бедны, относитесь к определённо религии или расе, или потому, что кто-то несогласен с вашими политическими взглядами.

Подушный налог, определявший условием для доступа на выборные участки наличие соответствующих средств, неправилен, поскольку нарушает принцип "равных прав на защиту в рамках закона". Я говорю вам об этом, поскольку также, как неправилен подушный налог, наличие предварительных условий для доступа к первичным юридическим материалам посредством кредитной карты точно так же неправильно, и нарушает наше право на равную защиту в рамках закона.

Перемещение первичных юридических материалов из общественной собственности в частные пакеты нарушает не только наше право на равную защиту, оно делает невозможным соблюдение надлежащих правовых процедур в рамках закона, поскольку богатые юристы располагают в таком случае большими средствами для исследований, нежели бедные юристы.

Под бедными юристами я имею в виду юристов, защищающих общественные интересы, а также практикующих индивидуально. Также это определение относится к юристам в таких учреждениях как Министерство юстиции, которые, верите или нет, получают служебные записки, в которых им указывается прекратить производство большого количества исследований, поскольку департамент исчерпал соответствующие бюджеты.

Возвращаясь к решению 1824 года в деле Уитон против Петерса, одной из вех в судебной практике великого Суда Маршала, Верховный суд недвусмысленно, раз за разом устанавливал, что положения авторского права неприменимы к первичным юридическим материалам, будь то судебные постановления, административные регламенты, законы штатов или регламенты министерства здравоохранения и трудоустройства или даже строительные кодексы, разработанные третьими сторонами, но должным образом принятые в качестве законов о землепользовании.

Несмотря на наличие этой чёткой общественной политики, штаты и муниципалитеты выращивали заросли ограничений, связанных с применением авторского права, создавали преграды, единственным способом преодоления которых было внесение платы, и плодили контракты с принятием предварительных условий вокруг материалов, лежащих в основе нашей демократии.

Как изменить что-либо столь основополагающее, столь фундаментальное как способ доступа к материалам из области права?

В этом году люди из нескольких движений в защиту свободного доступа к области права, собрались под знаменем инициативы Law.Gov, с целью попытаться убедить политиков, начиная от ответственных за организацию водоснабжения до президента и министра юстиции, что доступ к первичным юридическим материалам очень важен.

Наши стратегические усилия, направленные на то, чтобы сделать этот основополагающий принцип - что доступ к первичным юридическим материалам должен быть беспрепятственным и надёжным, осуществляемым в полном объёме, и не мог быть обременён средствами взимания платежей или ограничениями по линии авторского права - начались с общенационального обсуждения, серии рабочих групп и семинаров, проводимых во многих ведущих юридических школах страны.

В настоящее время мы находимся в середине этого процесса, фактически мы только что завершили семинар в Центре общественного достояния юридической школы Duke, семинар, который привлёк не только широко известных учёных в области юриспруденции, в нём также приняли участие главный архивариус США и Эндрю МакЛафлин - заместитель технического директора управления делами президента.

Мы планируем завершить проведение семинаров и рабочих групп в июне, и по итогам работы выпустим набор рекомендаций для правительственных чиновников. Апелляционный суд девятого округа предоставил нам время для общения с судьями, Сенат США запросил копию отчёта, и я был весьма удивлён количеству чиновников, занимающих высокие посты, членов Конгресса и старших судей Совета судей США, проявивших искренний интерес к этим действиям.

10 правил для радикалов

В этом выступлении я попытался представить вам несколько правил для радикалов, некоторые техники, которые я использовал в работе но, возможно, эти техники могут принести пользу и в ваших усилиях изменить порядок работы тех или иных учреждений. Мы говорили о девяти таких правилах. Подведём итог.

Правило 1: Называйте всё экспериментом.

Правило 2: Когда стреляет стартовый пистолет, бегите по-настоящему быстро. Поскольку вы малы, слон может раздавить вас, однако в ваших силах опередить слона.

Правило 3: Пристальный взгляд. Если миллион человек пользуется вашим сервисом, а в Интернет вы вполне можете этого достичь, вы приобретаете гораздо больше доверия, чем если просто выпускаете меморандумы или грубите в чей-то адрес.

Правило 4: Когда придёт время, будьте любезными.

Правило 5: Продолжайте спрашивать, пока они не скажут "да". Гордон Белл, изобретатель VAX, сказал однажды, что вы должны хранить мечту неизменной, но ваш план действий может меняться.

Правило 6: Добравшись до микрофона, говорите по делу. Чётко объясните, что вам нужно.

Правило 7: Стойте на своём. Демонстрируйте уверенность, дайте понять, что вас не стоит сбрасывать со счетов.

Правило 8: Заставьте их угрожать вам.

Правило 9: Обращайте внимание на неадекватные реакции, на вещи, которые вопиюще, очевидно неправильны или попросту глупы.

И наконец, правило 10, которое гласит - не бойтесь ошибаться. Томас Эдисон предпринял 10000 попыток, прежде чем ему удалось правильно сделать лампочку, и когда ему задали вопрос о всех этих неудачных попытках, он ответил "У меня не было неудач, я просто нашёл 10000 неработающих вариантов".

Ошибайтесь. Ошибайтесь часто. И не забывайте, вы вправе ставить под сомнение действия властей.

Большое вам спасибо.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/20470/66892

Переводчики: Edgewalker