Готовый перевод No. 6 / Номер 6: Volume 1, Chapter 1

Глава 1: Промокшая насквозь мышь

Мыш забрался в канал.

Он спокойно вздохнул, скрываясь в непроглядной тьме. Он мог чувствовать слабый запах влажной почвы. Он двигался вперед, медленно и осторожно. Канал был узким. Мыш едва-едва мог пробираться через него. И было темно. Ни единого источника света. Но это не было для него проблемой. Ему нравились темные и тесные места. Более крупные существа, охотящиеся на него, не могут добраться до него в таких местах, как это. Это был короткий момент тишины и покоя. Раненое плечо причиняло боль, но это не особенно его беспокоило. Настоящей проблемой была не боль, а то, как много крови он потерял. Рана была не слишком серьезной. Всего лишь царапина на плече. Она уже давно должна была начать затягиваться. Но... рана... все еще была влажной и теплой. Она до сих пор кровоточила.

- В пули, должно быть, поместили антикоагулянты.

Незуми закусил губу.

Было бы у меня какое-нибудь кровоостанавливающее средство. Я не прошу невозможного. Тромбин или сульфат алюминия вполне подошли бы. Или, в самом крайнем случае, хотя бы немного чистой воды, чтобы промыть рану.

Ноги подкашивались. Он чувствовал головукружение и слабость.

- Это плохо.

Я, вероятно, впаду в оцепенение. В таком случае, я в большой беде. Я больше не смогу двигаться.

- Все в порядке.

В моей голове раздался голос.

- Быть может, даже хорошо, если ты не сможешь двигаться в этой влажной тьме. Ты провалишься в сон, а потом умрешь в полном покое. Вероятно, ты не будешь долго мучиться. Наверняка ты лишь почувствуешь холод. Впрочем, нет, это было бы слишком просто. Твое кровяное давление упадет, дыхание замедлится, тело онемеет... конечно же, ты будешь страдать.

- Мне хочется спать.

Ты хочешь спать.Тебе холодно. Тебе больно. Ты не можешь двигаться. Тебе уже не долго осталось мучаться. Давай, просто откажись от этой бессмысленной борьбы и сиди спокойно. Даже если люди найдут тебя здесь, никто не прийдет, чтобы спасти тебя. Никто тебе не поможет. Так что просто перестань цепляться за жизнь. Просто останься здесь и усни. Сдайся, наконец.

Он заставил себя подняться на ноги и опереться о стену. Незуми криво улыбнулся.

Его тело игнорирует голос, говорящий ему сдаться. Как больно.

- Один час. Нет, тридцать минут?

В таком состоянии я могу передвигаться около тридцати минут. За это время мне нужно остановить кровь и найти место, чтобы передохнуть. Это все, что я должен сделать, чтобы пережить это.

Воздух всколыхнулся. Темнота перед его глазами начала рассеиваться. Он двинулся вперед, хотя каждый шаг давался ему с трудом. И выбрался из темного, узкого туннеля, очутившись в огромном, окруженном белыми бетонными стенами месте. Незуми знал, что его использовали как часть канализационной системы десять с лишним лет назад, до конца двадцатого века.

По сравнению с поверхностью зоны Шестого номер, заброшенные подземные сооружения были обычным делом. Установки, оставшиеся нетронутыми с прошлого столеьтия, были разбросаны под землей. Мыш находился в своей среде. Он закрыл глаза и представил карту Номера 6, которую видел в компьютере.

Это труба, должно быть, ведет в K0210. Она заканчивается около жилого района для высшего класса, Хроноса. Конечно, прежде там могут быть и тупики.

Если хочешь выжить, ты должен продолжать идти вперед. Прямо сейчас Незуми не мог позволить себе колебания и капризы.

Воздух дрожал. Но он был не спертым и сырым, как раньше, а свежим и влажным. Кстати говоря, наверху шел сильный ливень. Это место, безусловно, связано с внешним миром.

Мыш вдохнул запах дождя.

7 сентября 2013 года был днем моего двенадцатилетия.

В этот день тропический циклон, иными словами, тайфун, зародившийся в юго-западной части Тихого океана и становившийся сильнее, направляясь на север, обрушился на побережье города, где я жил, Номер 6.

Это был величайший подарок, какой я когда-либо получал. Я так взволнован. Сейчас лишь четыре вечера, а уже темнеет. Ветер качает деревья во дворе и отрывает листья. Их шум - словно музыка для ушей. Это разительно отличается от обычной мертвой тишины этого жилого района.

Моя мать предпочитает деревья цветам, поэтому она высадила цветущие сливы, камелии и японские клены по всему двору. Вместо сада у нас маленькая роща, поэтому сегодняшний шум такой громкий. У каждого дерева свой стонущий голос. Листья и ветки падают на траву, и их снова поднимает в воздух порывами ветра.

У меня было острое желание распахнуть окно. Не было ни малейшего шанса, что порыв разобьет прочное стекло. В этой комнате с контролем окружающей среды была нормальная температура и влажность, ничего не изменилось. Именно поэтому мне так хотелось открыть окно. Хочу открыть окно и пригласить ветер и дождь, нехарактерные для атмосферы этого места.

- Шион.

Моя мать позвола меня через внутреннюю телефонную связь.

- Не пытайся открыть окно или что-то в этом роде.

- Конечно.

- Вот и хорошо, но... ты слышал? Нижняя часть Западного района под водой. Это ужасно.

В ее голоса не было и намека на тревогу.

Номер 6 разделен на Северный, Южный, Восточный и Западный блоки. Большую часть Западного и Южного блоков занимают фермы и пастбища. Она обеспечивают 60% произвожства и 50% домашнего скота для жителей Номера 6. Северный блок занимают горы и широколиственные леса. Этот регион полностью защищен Центральным Комитетом Контроля.

Вы не сможете войти на территорию без разрешения от Комитета. Но, так или иначе, навряд ли кто-то захочет ступить в практически необитаемый, дикий лес.

Более шестой части территории центра города занимает огромный лесной парк. Там ты можешь насладиться природой любого времени года, и там около сотни разных видов маленьких животных и насекомых, за которыми можно понаблюдать. Природы парка более чем достаточно для большинства жителей города. Но сам я не слишком ей интересуюсь. Я всегда ненавидел эти башни здания муниципалитета, возвышающиеся над центром парка. Это купалообразное здание с пятью этажами под землей и десятью - над ней. Это высоко для места, подобного Номеру 6, в котором нет небоскребов, и быть может это совсем не "башни", собственно. Но по какой-то причине это давольно пугающе. Некоторые люди называют это "Лунной Каплей" из-за круглой формы и белого цвета, но мне это напоминает всего лишь пузырь. Это волдырь в центре города, словно от удара или ожега. Городская больница и офис связей с общественностью выстроены в линию вокруг него. Они связаны проходами, похожими на стеклянные трубы.И все это окружено зеленым лесом. А этот лес вливается в тихий, расслабляющий лесной парк для горожан. Флора и фауна там контролируется ежеминутно. Они знают все, начиная с того, где и когда цветет и плодоносит растение, и заканчивая тем, где находятся животные.

Граждане даже могут выбрать лучшее место и время, чтобы наблюдать за парком и восхищаться им через городскую сервисную систему. Такая кроткая и послушная природа. Но только не сегодня. Она кажется живой, в конце концов, это тайфун.

Я распахнул окно. Ветер и дождь ворвались внутрь. Это был первый раз за долгое время, когда я мог слышать гремящий звук ветра. Это было похоже на звук, словно содрагалась земля. Я поднес руки к лицу и попытался закричать. Мой голос утонул в завывании ветра, ни одна душа бы не услышала меня. Я издал вопль без слов. Капли дождя попадали мне в горло. Хоть я и знал, что веду себя по-детски, но ничего не мог с этим поделать. Струи дождя стали бить еще сильнее. Интересно, каково было бы снять всю одежду и выбежать прямо в дождь? Я представил, как голым бегаю в шторм. Я бы выглядел окончательно спятившим. Но это было непреодолимым искушением. Я снова открыл рот и глотал капли. Я пытался подавить это странное желание. Я боюсь того, что внутри меня. Иногда меня обуревают резкие и жестокие эмоции.

Разрушь.

Уничтожь.

Уничтожить что?

Все.

Все?

Я услышал электронный шум. Это был звук, предупреждающий о том, что в нормальная среда помещения под угрозой. Если ничего не сделать, окно закроется и блокируется автоматически. Активизируется контроль температуры и влажности и высушит влагу от дождя. Я вытер влажное лицо о занавески, чтобы выключить его.

Интересно... что бы случилось, если бы я тогда повиновался предупреждающему шуму? Если бы закрыл окно и решил остаться в более-менее сухой комнате, как бы сложилась моя будущая жизнь? Хотя, я об этом не жалею. Ничуть. Это лишь любопытсво. Просто любопытно, что вещью, которая изменила мой стого контролируемый, до той поры, мир, было открытое прихоти ради окно во время тайфуна седьмого сентября 2013 года.

Я не верю в Бога, но фразу "рука Божья" подходила как нельзя лучше, чтобы описать это.

Я щелкнул выключателем. Электронный шум стих. Комната тут же погрузилась в тишину.

Хмм.

Я услышал еле слышный смешок за моей спиной. Я инстинктивно повернулся и издал тихий вскрик.

Там стоял промокший мальчик. Хотя, я не сразу понял, что это мальчик. Его волосы спускались до плеч и скрывали лицо. Руки и шея, высовывающиеся из-под рубашки с короткими руковами, были очень тонкими. Я не мог сказать, был ли это мужчина или женщина, молодой или старый. Мой взгляд был прикован к его левому плечу, окрашенному в красный цвет, и больше ни на что я не обращал внимания.

Цвет крови. Впервые в жизни я так ясно видел, как кто-то истекает кровью. Я потянулся к нему почти неосознанно. Но прежде чем моя рука каснулась его, незванный гость исчез. И в тот же момент почувствовал толчок. Меня с силой прижали к стене. Холодное, пугающее ощущение настигло мое горло. Пять ледяных пальцев сомкнулись на моей шеи.

- Не двигайся, - сказал он.

Он был ниже меня. Я посмотрел ему в глаза. Они были темно-серыми. Никогда прежде я не видел такого цвета.

Его пальцы впились мне в шею. Я и представить не мог, что он настолько силен. Все мое тело замерло. Он знает, что делает.

- Понимаю.

Сказал я небрежным тоном.

- Ты знаешь, что делаешь.

Его пепельные глаза ни разу не моргнули. Этот решительный взгляд был спокойным, словно океанская гладь. Я не чувствовал ни страха, ни исходящей от него угрозы, ни намерения убить. Его глаза действительно были спокойны. Я пытался скрыть свое собственное волнение.

- Я вылечу твою рану.

Сказал я, облизывая губы.

- Ты ранен. Я обработаю рану.

Я мог видеть собственное отражение в глазах незванного гостя. Я почувствовал его резкий вздох. Я опустил глаза и медленно повторил те же слова.

- Я вылечу рану. Нужно остановить кровь. Я вы-ле-чу рану, идет?

Хватка на моей шеи немного ослабла.

- Шион.

Раздался мамин голос из интеркома

- Окно открыто, не так ли?

Я попытался глубоко вздохнуть. Все будет в порядке, подумал я. Я смогу сделать вид, что ничего не происходит.

- Окно?... Ну да, открыто.

- Ты не должен открывать его. Простудишься.

- Хорошо.

Мама внезапно рассмеялась.

- Хоть тебе сегодня и исполнилось двенадцать, ты все же такой ребенок!

- Я же сказал, ладно. И, мам...

- Что такое?

- Я работаю над докладом, так что, пожалуйста, не беспокой меня некоторое время.

- Доклад? Но ты ведь только недавно решил поступать на специальный курс.

- Что?... Все равно, там так много предметов...

- Хорошо... Только не перенапрягайся. И приходи ужинать.

Он убрад ледяные пальцы от моего горла. Я был свободен. Я протянул руку и позволил системе контроля окружающей среды делать свое дело. Но выключил систему обнаружения постороннего тела. Без нее незнакомец не будет распознан как посторонний объект, и сигнал тревоги не сработает. Подтвержденные легальные жители Номера 6 не распознаются системой, входя в комнату. Их она не рассматривает, как посторонние объекты. Не я думал, что этот промоксший на сквозь незнакомец мог оказаться законным горожанином.

Я закрыл окно, и комнату стал наполнять теплый воздух. Сероглазый мальчик сел на пол, цепляясь за кровать, словно в любой момент мог упасть в обморок. Он делал долгие, глубокие вдохи. Он выглядел невероятно измученным.

Я достал аптечку и попытался измерить его пульс. Я разорвал рукав его рубашки, чтобы промыть рану.

- Это...

Я не мог оторвать взгляда. Никогда не видел ничего подобного.

- Огнестрельное ранение?

- Ага.

Ответил он.

- Пуля задела. Какой там у вас для этого технический термин?

- Я не специалист. Я еще ученик.

- Специального курса?

- Буду через месяц.

- Хах, славно. Должно быть, высокий у тебя IQ.

В его тоне был игриво-подразнивающий оттенок. Я оторвался от раны и встретился с его взглядом.

- Смеешься надо мной?

- Смеюсь? Зачем мне смеяться над человеком, обрабатывающим мою рану? Ни в коем случае! Так какая у тебя специальность?

Я ответил, что экология. Я лишь недавно решил поступать на специальный курс. Экология. Я совсем не был готов лечить пулевые ранения. Для меня это было впервые. Я был немного взолнован. Хм, что сделать сначала? Продезинфецировать, остановить кровотечение... что ж, лучше сначала остановить кровь.

- Что ты собираешься делать с этим?

Он уставился на меня, когда я взял стерильный шприц, и внезапно сглотнул.

- Местная анастезия.

- Погоди секунду. Для чего мне анастезия?

- Швы.

Конечно, я говорю об этом спустя много времени, но в тот момент, думаю, я улыбался, словно был непередоваемо счастлив.

- Швы! Ты собираешься использовать такой примитивный метод лечения?

- Здесь тебе не больница. И, к тому же, пулевое ранение само по себе достаточно примитивно.

Уровень преступности в городе всегда был практически нулевым. Общественный порядок тщательно поддерживали, стало быть не могло у обычных граждан храниться оружее. Исключение составляли лишь охотники. Запрет на охоту снимали только дважды в год. Люди берут с собой старые ружья в горы. Моей матери не нравятся такие люди. И не только моей матери. Регулярные опросы мнения населения показывают, что 70% не нравится эта идея.

Убийство животных, не сделавших ничего плохого, ужасно. Это жестоко. Отвратительно...

Но тот, кто истекал кровью прямо передо мной был не лисой или оленем, а человеком.

- Не могу поверить.

Прошептал я.

- Поверить чему?

- Что кто-то способен поднять оружее на другого человека... Не говори мне, что охотник подстрелил тебя по ошибке.

Он сомкнул губы и улыбнулся.

- Это был не охотник. Хотя, думаю они тоже как охотники. Но это не был несчастный случай.

- Они знали, что ты человек, но все равно выстрелили? Но это ведь незаконно!

- Без понятия. Вместо того, чтобы охотиться на лис, они просто охотятся на людей. Человеческая охота. Возможно, это и не преступление вовсе.

- Что ты имеешь ввиду?

- Есть те, кто охотится на людей, и люди, на которых охотятся.

- Не понимаю, о чем ты говоришь.

- Я понимаю, верно? Это, вероятно, хорошая вещь. В любом случае, ты действительно собираешься сделать мне иньекцию? Ты никогда не применял местную анастезию, так ведь?

- Я всегда мечтал сделать кому-нибудь укол.

После дизинфекции я вколол анастетик трижды в зоны вокруг раны. Я нервничал, и мои руки немного дрожали, но все прочло как нужно.

- Так, теперь я подношу нить к ране и начинаю...

- Зашивать.

- Верно.

- Ты прежде делал это?

- Нет. Я не интересуюсь медициной, так что конечно нет. Но я знаю, как в целом работают кровяные сосуды. Я смотрел видео об этом.

- То есть, ты совершенно неопытен.

Я сделал глубокий вдох. Он смотрел прямо на меня. Его губы были тонкими, и в них не было ни кровинк, щеки запавшние, а кожа бледная и сухая. Как ни посмотри, это не было лицом живого человека. Он действительно казался дичью, затравленной, изнуренной, выгнанной из убежища. Лишь его глаза были другими. Пусть они и не выдавали его чувств, я бы понял, что он живой. Словно там была искра жизни. До этого момента я никогда не встречал человека с такими выразительными глазами. Эти глаза смотрели на меня немигающим взглядом.

- Странный ты.

- Почему?

Ты даже не спросил моего имени.

Ах да... Но и ты не сказал мне его, так что мы оба виноваты.

- Ты Шион, верно? Это название цветка?

- Да. Моя мама любит деревья и дикие цветы. А что насчет тебя?

- Незуми.

- Как?

- Так меня зовут.

- Незуми... Как-то это... странно.

- Странно?

Его глаза вовсе не были мышиными. Они были гораздо более изящными. Их цвет был словно у небом прямо перед рассветом...

Я покраснел. Я был смущен своими неловкими поэтичными мыслями.Я нарочито громко произнес.

- Что ж, начнем.

Давай, вспомни основные процессы сшивания кровеносных сосудов.

Я должен закрепить его в двух, нет, в трех местах, а затем использовать это, чтобы наложить стежки... Я должен сделать это точно... Чтобы сделать стежки, я должен...

Мои руки дрожали. Незуми беззвучно смотрел на кончики моих пальцев.

Я нервничал и в то же время был немного возбужден. То, что раньше было лишь информацией в моей голове, я воплощал в жизнь. Это было приятное волнение.

Я закончил со швами и наложил стерильную повязку. По моему лбу катился пот.

- Восхитительно.

Незуми тоже немного вспотел.

- Просто у меня талантливые пальцы.

- Дело не в пальцах, ты очень способный. Тебе ведь только 12, верно? Ты из элиты, и в этом возрасте поступаешь на специальный курс Высшего Института.

На этот раз это не звучало так, словно он дразнил меня. Но и так, словно хвалил за это, тоже. Я молча очищал использованную марлю и приборы.

Десять лет назад, когда мне было 2 года, на городском тесте я получил высший ранг интеллекта. Если тебя заверили, как обладателя высшего ранга интеллекта или физических способностей, ты гарантированно получишь наилучшее образование в города. Основным предметам и дисциплинам я обучался опытными учителями с несколькими другими детьми в современно оборудованном классе до тех пор, пока мне не исполнилось 10. После этого все мы получили специальности, для которых подходим лучше всего. Мне дали персонального учителя. Мое будущее было устроено еще когда в 2 года я получил высший ранг. Разве что случилось бы что-то непредвиденное. Но ничего непредвиденного случиться не должно было.

- Твоя постель удобная.

Прошептал Незуми, все еще опираясь на кровать.

- Пользуйся. Только переоденься сперва.

Я бросил на колени Незуми чистую рубашку, полотенце и упаковку антибиотиков. Потом у меня появилась идея сварить какао. Даже я мог сделать такой простой напиток с высокотехнологичной плитой.

- Странный у тебя вкус.

Незуми поднял клетчатую рубашку и фыркнул.

- Ну, это лучше окровавленной, грязной и порванной рубахи.

Я протянул ему чашку какао. Это был первый раз, когда я увидел проблеск эмоций в его стальных глазах. Незуми сделал глоток какао и пробормотал.

- Вкусно. Это гораздо лучше, чем твои швы.

- Не сравнивай такие вещи. Я впервые это делал. И, учитывая все обстоятельства, думаю я хорошо посторался.

- Ты всегда такой?

- Что?

- Ты ко всем проявляешь такую заботу? Или вся элита такая наивная?

Незуми продолжил, держа чашку какао двумя руками.

- Все вы живете, не зная страха и не опасаясь преступников.

- Я опасаюсь. И боюсь. Боюсь опасных ситуаций. И я не настолько наивен, чтобы поверить, что кто-то, пробравшийся через окно второго этажа, может быть честным гражданином.

- Тогда почему?

И правда, почему. Зачем я лечил раны человека, незаконно проникшего в дом, какао ему принес? Я не считаю себя человеком с черствым сердцем. Но я и не какой-то святой, который протянет руку помощи любому пострадавшему. Я ненавижу докучающие мне вещи и возникающие проблемы. А сейчас укрываю у себя злоумышленника. Если правительство города узнает об этом, у меня будут серьезные неприятности. Возможно, мне просто не достает здравого смысла. Но что, если...

Я встретился с взглядом его серых глаз. Казалось, что он слегка улыбается. Словно знает, о чем я думаю. Ое послал мне проницательный взгляд.

- Если бы ты угрожал мне, ты бы сразу вырубил сигнализацию. Но ты выглядел, словно маленькая девочка, да и сейчас кажется, что в вот-вот свалишься в обморок. Поэтому... Поэтому я и помог тебе. И еще...

Еще твои глаза восхительно-завараживающего цвета, которого я не встречал прежде. Это пробудило во мне интерес.

- Еще?

- Еще... я хотел попробовать наложить швы.

Незуми пожал плечами и допел какао. Он вытер губы тыльной стороной ладони и слегка провел пальцами по простыни на кровати.

- Я правда могу здесь спать?

- Да, конечно.

- Спасибо.

Впервые он поблагодарил меня с момента, как проник сюда.

Я сел на диван в гостинной. Мама не отрывала глаз отЖК панели на стене. Она указала на экран, когда заметила меня. Женщина-диктор с длинными прямыми волосами читала предупреждение для жителе Хроноса.

Один из заключенных исправительного учреждения Западного блока сбежал и находился где-то вблизи от Хроноса. Кроме того, из-за тайфуна на весь регион наложили комендантский час. Сегодня выход из дома, за редким исключением, запрещен.

На экране появилось лицо Незуми. Прямо под его лицом были красные буквы VC103221.

- VC...

Я съел кусочек вишневого пирога, стоящего на столе. Мама всегда печет вишневый пирог на мой день рождения. С тех пор, как мой отец принес вишневый пирог домой в день, когда я родился. По словам моей матери, у отца была слабость к женщинам и деньгам, и еще больше он любил выпить. Практически алкоголик. Звучало, словно он был совершенно безнадеженн. Но видимо тот пирог был действительно очень вкусным, и, думаю, она до сих пор вспоминает его каждое 7 сентября. Мои родители развелись спустя два месяца после того, как съели тот пирог, и я не совершенно помню своего ни на что не годного отца-алкоголика. Но я никогда не переживал из-за этого. С тех пор, как я получил высший ранг, мне и моей матери обеспечили этот полностью безопасный образ жизни, уютный дом в Хроносе, снабженный всеми современными удобствами. Никаких проблем.

- Кстати говоря, система сигнализации в саду все еще выключена, но, думаю, ничего страшного.

Мама медленно встала. В последнее время она стала пребавлять в весе, и ее тело казалось вялым.

- Что за напасть. Если кошка перепрыгнет через забор, сработает сигнализация, и сразу приедет полиция для проверки.

Частота употребления мамой фразы "что за напасть" росла пропорционально увеличению ее веса.

- И вообще, он же совсем ребенок. Интересно, что он такого сделал, чтобы стать VC?

VC. V-чип. Сокращенно от Датчик Насилия (Violence Chip). В прошлом это было название чипов из кремния, применяемых для телевизоров, чтобы ограничить доступ к некоторым программам. Если установить его в своем телевизоре, можно избежать показа особенно жестоких сцен. Если я правильно понимаю, название пришло от американского FCC в 1996.

Но в Номере 6 VC это нечто гораздо более серьезное. Людям, осужденным за убийство, покушение на убийство, грабеж и насилие, имплантируют чип в их тела, с помощью которого компьютер может отслеживать местонахождение заключенных, физическое, и даже эмоциональное, состояние.

- Что же он сделал, чтобы получить этот чип?

Если внутри него все еще находится этот чип, поисковая система, должно быть, легко может вычислить его местонахождения. Они могли давно арестовать его, не сообщая гражданам. Но они дошли до того, что сделали публичное заявление о побеге VC и даже ввели коммендантский час, так что скорее всего они не могут найти его.

- Неужели то пулевое ранение... нет, быть не может.

Это был первый раз, когда я видел огнестрельное ранение на теле человека, но пречиной определенно был выстрел с большого расстояния. Если бы он самостоятельно пытался вытащить чип из своего плеча, рана была бы гораздо более серьезной, в купе с ожогом. Гораздо хуже, чем то, что я видел.

- Хоть сегодня и твой день рождения, довольно скучно, не так ли?

Мама вздохнула, посыпая петрушкой стоящее на столе тушеное мясо. В последнее время у нее появилась привычка описывать вещи словом "скучно" чересчур часто.

Я и моя мама довольно похожи. Мы оба нервные и необщительные. Нас окружают правильные, непримечательные люди. Мои одноклассники, так же как и все люди в этом регионе, спокойные, образованные и хорошо воспитанные. Никто из них никогда не проявлял жестокость, физическую или маральную. Вокруг не было ни одного странного или выделяющегося из толпы человека. У каждого был доступ к необходимым медицинским услугам, и даже немного полные люди, как моя мама, были редкостью. И в этом мире, где все наслаждались этим неизменным спокойствием, моя мама набирала вес и жаловалась на "напасти" и "скуку", я остро ощущал, как сложно мне иметь дело с другими людьми.

Разрушь.

Уничтожь.

Уничтожить что?

Все.

Все?

Ложка выскользнула из моей руки.

- Что-то случилось? Ты витаешь в облаках.

Мама внимательно посмотрела на меня. На ее округлом лице внезапно появилась улыбка.

- Не часто такое увидишь. Чтобы ты, да был рассеянным! Тебе дать новую ложку?

- Нет, все в порядке.

Я выдавил улыбку. Сердце стучало так быстро, что причиняло боль. Я залпом осушил стакан с минеральной водой.

Пулевое ранение, кровь, VC, серые глаза, что черт возми происходит? До этого дня подобные вещи не существовали в моей жизни. Почему они ворвались в нее так внезапно и резко?

У меня было предчувствие. Предчувствие, что грядут большие изменения. Так же, как вирус инфицирует клетку, чтобы изменить или разрушить ее, возможно, этот незнакомец явился, чтобы изменить или разрушить мой мир.

- Шион? Правда, что с тобой такое?

В этот раз взгляд матери был серьезен.

- Извини, мам. Просто волнуюсь из-за своего доклада, так что поем в своей комнате.

Солгал я и поднялся.

- Не включай свет.

Тихо сказал он, когда я вошел в комнату. Я ненавижу темноту, поэтому обычно оставляю свет в комнате включенным. Сейчас было абсолютно темно.

- Но ничего же не видно.

- Это хорошо.

Если я ничего не вижу, я не могу двигаться. Я застыл, держа тарелку с пирогом и мясом.

- Хорошо пахнет.

- Это жаркое и вишневый пирог.

Я услышал, как он присвистнул в темноте.

- Будешь?

- Конечно.

- В темноте?

- Конечно.

Я медленно направился к нему. Я услышал, как он издал смешок.

- Ты не ориентируешься в собственной комнате?

- Уж извини, но я не веду ночной образ жизни. А ты можешь видеть в темноте?

- Естественно. В конце концов, я мышь.

- VC103221.

Незуми замер.

- Твое лицо показывали по телевизору. Ты популярен.

- Хех. Реальные вещи гораздо лучше. О, а торт хорош.

Я сел на кровать. Мои глаза начали приспосабливаться к темноте, так что я мог видеть Незуми.

- И ты сбежал?

- Естественно.

- А чип?

- Все еще во мне.

- Ты собираешься его вытащить?

- Еще одна операция? Нет уж, спасибо.

- Но...

- Да все в порядке. Он в любом случае не работает.

- Что ты имеешь ввиду?

- Этот VC - всего лишь игрушка. Его легко вывести из строя.

- Всего лишь игрушка?

- Игрушка. Так же, как и весь этот город. Просто дешовая игрушка, которая лишь с наружи выглядит красиво.

Незуми уже очистил тарелку от жаркого и пирога. Он удовлетворенно вздохнул.

- Значит, ты уверен, что сможешь скрыться во время строгого режима в городе?

- Разумеется.

- Люди, не являющиеся зарегестрированными гражданами рассматриваются, как нарушители, и их тщательно отслеживают. Система простирается по всему городу.

- Мне без разницы. Эта система не так совершенна, как тебе кажется. Она вообще почти не работает, в ней полно прорех.

- Почему ты так в этом уверен?

- Потому что я - не такая же часть системы, как люди вроде тебя. Ты идеально в нее вписываешься, поэтому этот поддельный город, испещрённый изьянами, кажется тебе утопией. По крайней мере, так я это вижу.

- Мне так не кажется.

- Что?

- Я не думаю, что это утопия.

Слова просто слетели с языка. Незуми замолчал. Передо мной была только темнота. Не было ни следа его присутствия. Он действительно словно мышь. Маленькое ночное животное, легко скрывающееся во тьме.

- Ты странный.

Сказал он голосом еще более тихим, чем до этого.

- Правда?

- Очень странный. Первоклассной элите не пристало говорить такое. Разве у тебя не будет неприятностей, если власти прознают об этом?

- Да, серьезные неприятности.

- Ты укрыл сбежавшего VC и не удосужился сообщить правительству... Из-за этого ты тоже можешь попасть в беду. Извини за все эти проблемы.

- Ничего.

Внезапно он схватил меня за руку. Его тонкие пальцы впились мне в ладонь.

- Серьезно, ничего? То, что происходит с тобой - не мое дело, но если бы что-то, что я делаю, в конечном итоге разрушило твою жизнь, меня бы это беспокоило. Я бы чувствовал себя действительно виноватым...

- У тебя сильно развито чувство долга.

- Моя мама учила меня не доставлять другим проблем.

- Так что, собираешься уйти?

- Мне не хочется этого. Я устал, да и ураган снаружи. Раз уж у меня, наконец, есть возможность поспать в постели, я переночую здесь.

- Притворщик.

- Папа говорл, что всему свое время и место.

- Похоже, у тебя был хороший отец.

Он отпустил мою руку.

- Я рад, что ты оказался со странностями.

Прошептал Мыш.

- Незуми.

- Что?

- Как ты попал в Хронос?

- Это секрет.

- Ты сбежал из исправительного учреждения в город? Разве такое вообще возможно?

- Конечно возможно. Но я не проник в Номер 6 самостоятельно, меня сюда привезли. Хотя мне и не слишком-то хотелось.

- Привезли?

- Да. Точнее, доставили под вооруженной охраной.

- Охраной? И куда именно?

- В Западном блоке, где находились исправительные учреждения, была усиленная система безопасности. Там есть оффис, в который обращаются за разрешением войти в город. Это просто для людей, имеющих специальные лицензии от городского управления, но у людей без него на это уходити минимум месяц после подачи заявления. К тому же, менее десяти процентов подавших заявление получают разрешение на вьезд в город. И вдобавок ко всему, продолжительность их пребывания там строго ограничена. Естественно, в Западном блоке накапливается куча людей. И конечно, есть те, кто ждет разрешения войти, и там должны быть жилье и рестораны для них, а так же многих людей, работающих там и занимающихся коммерцией. Я никогда там не бывал, но это, должно быть, разнообразное и оживленное место. Также там высокий уровень преступности. Большинство VC из исправительных учреждения - жители Западного блока. Период лишения свободы там может быть от всего лишь одного года до пожизненного, в зависимости от возроста, наличия судимостей в прошлом и тяжести преступления. Там нет осужденных на смерть. В некотором смысле, Западный блок это волнорез для преступности. Ему отведена роль крепости, чтобы преступники не могли пробраться в город. А VC под охраной ввезли в город... Куда и с какой целью?

Незуми забрался в постель.

- Наверное, неподалеку от "Лунной Капли".

- Здание муниципалитета?

Я был поражен.

- Зачем им было забирать тебя в центр города?

- Не скажу. Для тебя будет лучше этого не знать.

- Почему?

- Я устал. Может дашь мне, наконец, поспать?

- Ты имеешь ввиду, что не можешь рассказать?

- Смог бы ты забыть что-то сразу после того, как услышишь? Сделать вид, словно никогда не слышал об этом? Сможешь быть немым как рыба? Ты может и умный, но на такое обычно способны лишь взрослые.

- Это было бы...

- Значит не спрашивай. И я в свою очередь не скажу ни слова о кое-чем другом.

- Что? О чем?

- Как ты кричал из окна.

Он видел меня. Мои щеки запылали.

- Ты меня поразил. Я только что пробрался в сад и пытался решить, что делать дальше, когда твое лицо высунулось из окна.

- Погоди.

- Так что, я подошел ближе, чтобы увидеть, что ты хочешь сделать, и ты снова меня поразил, когда начал кричать. Чтобы увидеть кричащего человека с таким лицом...

- Замолчи.

Я прыгнул на Незуми, но попал лишь в подушку. Мыш налетел на меня с невероятной скоростью и скрутил протянутые руки. Сое тело резко вывернулось. Я оказался лежащим на спине, а он сидел на мне сверху, удерживая обе мои руки одной своей. Он сжал ноги вокруг моей талии. Мои пальцы уже начала затекать. Все чувствовалось настолько ярко. Я был прижат к собственной кровати так сильно, что не мог ни пошевелиться, ни сопротивляться. Незуми покручивал столовую ложку свободной рукой. Он приставил ложку к моей шеи и провел ей по горлу.

- Если бы это был нож...

Он наклонился и прошептал мне прямо в ухо.

- Ты был бы уже мертв.

Мышци моей шеи напряглись. Но это...

- Ничего себе. Ты знаешь, как это сделать?

- Что?

- Как обездвижить кого-то так легко? Это болевые точки?

Сила, удерживающая меня, ослабла. В то же время тело Незуми согнулось. Он трясся от смеха.

- Ты чудной. Реально чудной. И совершенно бестолковый.

Я обернул руки вокруг спины Незуми и просунул ладони под его рубашку. Он был горячим. Его кожа была очень горячей и потной.

- Это плохо... У тебя лихорадка. Тебе нужно принять антибиотики.

- Не беспокойся об этом... Мне просто нужно поспать.

- Тебе станет только хуже, если температура не спалет. Ты весь горишь.

- Ты тоже довольно теплый.

Тихо прошептал Незуми, словно делая глубокий вдох.

- Люди теплые, пока они живы.

Незуми провалился в сон. И прежде чем я осознал это, я заснул, обнимая его горячее тело.

На следующее утро Незуми исчез. Клетчатая рубашка, полотенце и аптечка исчезли вместе с ним.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/20498/67016

Переводчики: NightmareLexyR