Готовый перевод Mercy: Глава 3

После того, как сумка Кармен была убрана в багажник машины, высокий незнакомец открыл пассажирскую дверь и галантно усадил меня на передние сидение, прежде чем занять место водителя.

Потом он протянул мне свою медвежью руку и ласково произнёс:
- Привет. Меня зовут Стюарт Дейли.
Я напомнила себе, что должна сделать то же самое.

Не соблюдения правил поведения, может выдать в вас чужака.

- Хм, здрасте, Кармен, хм Заппа...коста, - неловко бормочу я, выуживая имя девушки из своей короткой памяти.

Если он даже и удивился почему я с запинкой произнесла своё имя, он был достаточно вежлив, чтобы не показать это.

Но как только наши руки встретились, меня наполнило ощущение печали, меня как бы затопило ей.

Что полностью противоречило его дружелюбной внешности, и у меня возникло ощущение, что пространство между нами заполняется водой, уровень которой всё время повышается.

В машине будто из неоткуда появилось нечто неконтролируемое, ужас, который не передать словами, жаждущий, чтобы на него обратили внимание. Я ничего не могла поделать с собой, и отпрянула, словно мужчина был в огне.

А потом, как бы насмехаясь, салон машины стал прежним.

Я заметила освежитель воздуха в виде листочка, перекинутого через зеркало.

Ветровое стекло было слегка закопченным.

Кожаные ковшеобразные сиденья, выкрашенные под дерево, рваная дорожная карта в кармане с пассажирской стороны.

Моё дыхание восстанавливается, а рука больше не горит незнакомой иллюзорной болью.

Чтобы это ни было, это чувство, этот ужас, секрет, который тяготит его. Это напоминает легко узнаваемый запах, примостившийся на его плече, вцепившись зубами в его плоть.

Интересно, почему я не встречалась с подобным раньше. Этот человек явно был боле опытным, чем водитель автобуса, в сокрытии несчастья у себя в душе.

И это можно понять только через прикосновение.

Любопытно.

- Я предполагаю, что ты наслышана, - сказал он, быстро отдергивая руку.

Он огляделся, дважды моргнул, прежде, чем завести машину.

- Что здесь всё обо всех знают.

Ты скорее всего уже всякого наслушалась.

Не могу сказать, что виню их за это.

Я хочу этого, ради моего собственного ребенка.

Мы направляемся на стоянку, заставленную комфортабельными семейными вагончиками. Потом едим через весь город, по главной улице. на которой были и куры гриль, минимаркеты, прачечные, забегаловки для все семьи, бары.

Мы больше не заговаривали, пока он не остановил машину рядом с белым двухэтажным деревянным уютным домом с бросающимся в глаза фасадом, гаражом на две машины, оградкой и с кормушкой для птиц на лужайке.

Все здесь было аккуратным и ухоженным, как и сам владелец дома.

В отличие от своих соседей, его дом шел в комплекте с тремя огромными сторожевыми собаками. Черно рыжие доберманы, все были холеными и поджарые.

Двое лежали на дорожке, ведущей к дому, последний на на спине на лужайке, все три вялые и смертельно опасные.

Их присутствие, заставило меня дергаться, не ясно почему.

- Не хочешь посидеть немного в машине, - осторожно сказал мистер Дейли.

Он вышел и стал проводить ритуал по открыванию тяжелых на вид цепей и, висящего на них, замка. Это всё висело на его входных воротах и говорило о том, что посещение Дейли довольно замысловатое занятие.

Когда он наконец распахнул ворота, он вошёл внутрь, свистнув своим собакам, чтобы те шли за ним.

Но вдруг одна из собак подняла голову и перестала следовать за хозяином, а затем и остальные.

А после без предупреждения они пробежали через ворота и окружили машину, рыча и брызгая слюной.

Они царапали двери когтями, подпрыгивая на задние лапы, ища способ залезть внутрь, добраться до меня.

Я почувствовала как Кармен сдвинула брови, понимая, что это я так действую на них.

А потом я вспомнила.

Собаки, больше, чем какие-либо существа, чувствуют меня, бояться меня.

Возможно они даже видели, что я в ловушке у тела, которое мне не принадлежит.

Где бы я не появлялась, постоянно про это забываю.

Всё что я понимаю, так то, что прибывание Кармен в Раю, становиться гораздо проблематичние.

- Ко мне! - прокричал Стюарт Дейли, недоумевая почему же собаки отказываются слушаться его.

Так как они всё так же не обращали на него никакого внимания, а стремились непременно хоть как-то добраться до меня через дверь машины, то он утащил их за шиворот одну за другой и посадил на замок, пристегнув за ошейник к воротам.

Собаки не унимались, как будто были одержимыми, они выли и исходили пеной, рвали когтями цепи, кидались передними лапами на забор с колючей проволокой.

Это напоминало сцены из фильмов ужасов, которыми имела обыкновение проживать Люси, как будто ее собственная жизнь и без того, не была достаточно ужасна.

- Извини, - сказал мистер Дейли, тяжело дыша, открывая дверь машины с моей стороны.

- Ничего не понимаю.

Я хочу сказать, они конечно лают время от времени.

Но это? Ладно.

Я пожала худенькими плечами Кармен, - это было гораздо проще, чем выдавливать из себя какие-то слова для объяснений, - и неуклюже выбралась из машины.

Когда он положил мне руку на плечо, чтобы проводить меня в дом, я не удержалась и отклонилась в сторону.

Я могла почти осязать боль человека, который шел впереди, всё еще держа сумку Кармен.

Но я была благодарна, за ту дистанцию, возникшую между нами, которую он создал.

Уже несколько раз, как некто оказывался во власти опасного паралича, неизлечимой болезни, я была сбита с толку вещами, которых там не было и в помине, и была рада, что он не видит этого.

Нашу прогулку от машины до дома можно измерить несколькими световыми годами, прошла целая вечность.

Я покрылась испариной, хотя день был пасмурный и было очень холодно.

Его жена вдруг возникла в проеме входной двери, выкрашенной в белый цвет, и я, споткнувшись, остановилась.

Её появление было несколько неожиданным.

Увидев, их двоих вместе - ну, что тут скажешь, - мел и сыр.

- Кармен? - с теплотой в голосе, спросила она.

- Добро пожаловать, дорогая, добро пожаловать.

* * *
Миссис Дейли была очень ухоженной женщиной, которая оставалась всё еще очень красивой, и одевалась, явно, с большим вниманием к деталям.

Но и у неё имелся секрет, который разъедал её душу, поселился во всех уголках, линиях и впадинках её лица и тянулся по коже под гладкий водопад темных волос.

Она сдерживала своё горе с меньшей легкостью, чем её муж или он лучше притворялся.

Какова бы не была тому причина, мне она показалась ходячим трупом.

Я была совершенна не готова к тому, что она выскочит из дома и начнет обниматься.

Всё что я могу сделать, это не вырваться и не броситься сломя голову прочь от собак-убийц, опостылевшей школы, водителя, чье сердце было уже вырвано, но всё еще билось.

Было такое ощущение, что я неподвижная точка во вращающемся, пронзительно кричавшем мире.

То, что находилось под её кожей, многократно превышало ужас её мужа; склеп.

Я поспешно вырвалась под предлогом того, что развязался шнурок, и, к счастью, шум, вопли от себя отсекла.

Она молча смотрит на меня, как сочлененный скелет в кашемире, разбавленный жемчужными серьгами и всё что с ней происходит внутри, можно прочесть в её глазах.

Что заставило их стать парой.

Что это за место? Что я здесь делаю?
- Сюда, дорогая, - говорит спокойно миссис Дейли, когда её муж поднимается перед нами на вверх по лестнице к спальням с сумкой Кармен в руке.

Он толкает, выкрашенную в белый цвет, дверь, которая находиться слева от лестницы с роскошным ковром.

Сразу ясно, что эта комната принадлежит девушке, она заполнена девичьими вещичками - наполненная шкатулка драгоценностей, плакаты с красавчиками вперемешку с пони, китами и закатами. В огромном количестве наклейки с блестками и фотографии очень хорошенькой блондинки, окруженной толпой друзей, которых такое количество, что я вряд ли смогу такое принять.

Значит она популярная.

В комнате одна кровать, заваленная подушками, на одной из которых было написано имя Лорен, буквами ярко розового цвета.

Как и дом, комната была аккуратная и чистая, и белой, белой, белой.

Интересно где же она, эта Лорен.

- Я прошу прощения, что наш сын Райан не смог быть здесь, чтобы поприветствовать тебя, - сказала миссис Дейли, бросив быстрый взгляд на своего мужа.

Её скелетообразные руки сделали изящное движение в воздухе.

- Мы освободили некоторое пространство для тебя в шкафчике, и ты можешь полностью распоряжаться ванной, которая находиться за соседней дверью.

- Это была...
Мистер Дейли сделал пол-оборота по направлению к двери и тихо сказал:
- Луиза...
Его жена спокойно поменяла линию поведения.

- Кармен, ты можешь свободно этим пользоваться.

Там душ и ванна, фен и туалетные принадлежности.

Ты найдешь чистые полотенца в открытом стеллаже рядом с раковиной.

Я кивнула головой.

- Я бы сейчас же этим воспользовалась, если не возражаете, миссис...Дейли, мистер...Дейли.

Это была очень долгая, гм, поездка

Вряд ли они представляют, насколько долгой.

Целая жизнь позади, целый мир.

Мой голос угрюмый, нерешительный.

Акценты не там, где должны были бы.

Голос не похож на человека, который должен был бы здесь петь, совсем.

Я с опасением смотрю на них, ожидая, что они заметят кое-что в комнате, что ей не принадлежит.

Но они ничего не замечают и тихо уходят, всё еще бормоча слова приветствия.

По крайней мере, буду с нетерпением ждать пробуждений по утрам.

Каждый раз открывая глаза, будучи Люси, я хотела оказаться кем-нибудь другим, где-нибудь в другом месте, так отчаянно, аж до боли.

Может, если я не позволю довольно долго прикасаться ко мне этим людям, всё будет хорошо.

Я наконец вспомнила, что надо выдохнуть.

Я послонялась по спальне и ванной комнате, задаваясь вопросом, что же находится за другими закрытыми дверями в коридоре, все из которых были выкрашены в белый цвет и выглядели одинаковыми.

После того, как приняла душ, я начала изучать себя в огромном зеркала во всю стену.

Если судить по её грудастым и с угревой сыпью компаньонкам по автобусу, можно предположить, что Кармен должна скоро закончить среднюю школу, так? Но она выглядела лет на тринадцать, с её то худыми плечами, о формах и говорить не приходиться, а руки и ноги как палки.

Ниже среднего роста.

Ее голова с копной как попало вьющихся волос, кажется слишком большой, слишком тяжелой, для такой тощего тела.

Экзема Кармен была очень запущена, поэтому её тело было покрыто мелкими чешуйками и красными пятнами.

Да уж, бикини ей не одеть.

Я могу представить её наперсницей той властной блондинки из автобуса, только потому что она не может никому в принципе представлять угрозы.

Ни по внешности или популярности или по силе воли.

Вместе с не приводящим в восторг отражением девушки, я различила и своё собственное. Парящий дух, управляющий телом.

каким-то образом находившийся внутри отражения девушки, но при этом совершенно отдельно.

- Привет, Кармен, - тихо сказала я.

- я надеюсь ты не будешь возражать, если я на время потесню твою душу.

Я ничего не слышу, ничего не чувствую, надеюсь это согласие.

потесню душу.

Это моя собственная трактовка сложившийся ситуации.

Я хочу сказать, что нравиться им это или нет, но они что-то вроде моих заложников, и я могу привести к успеху или сломать их, если захочу.

Просто я буду за рулем большую часть времени.

Здесь всё зависит от меня, как я разыграю карты, но справедливости ради надо заметить, хотя вам так может и не покажется,я стараюсь действовать осторожно.

Хотя в начале, когда я, должно быть, была вне себя от неразберихи, ярости, боли, страха? я уверена, что была не так добра.

Я вернулась в комнату Лорен, одетая только в белое полотенце, когда услышала какой-то шум на лестнице от тяжелых бегущих подошв.

Я услышала окрик миссис Дейли, - Бога ради, Райан, постучись перед тем, как войти! А потом дверь распахнулась и я лицом к лицу оказалась с юным богом.

Сердце Кармен неожиданно стало просто неуправляемым от потрясения, глубоко, на уровне моего подсознания, он казался знакомым, хотя я уверена, что прежде его никогда не встречала.

Но он кажется таким знакомым, что я чуть было не подняла руки, чтобы ласково погладить его по лицу в знак приветствия.

А потом до меня дошло - он мог бы быть братом Люка в реальном мире, обладающим тем же изящным телосложением и естественной красотой.

И на какое-то мгновение я задумалась, а, если это Люк. Если он сумел каким-то образом найти способ выбраться из моих снов; предзнаменование во плоти.

Но всё в юноше, нависшим надо мной было темным - его волосы, глаза, выражение лица; он был негативом золотого позитива Люка.

Как ночь в день.

Не спать ни с кем из членов семьи, у которой вы гостите.

Мне вдруг вспомнились эти слова и на моем лице появилась кривая улыбка.

Я хочу сказать, что это уж точно не будет обыкновенной рутиной, в данном случае.

В нем сколько, футов шесть с пятью дюймами? А сложен как ангел.

Прямо-таки мой тип парней, нашептывает вредный внутренний голос.

Я всегда любила красивые вещи.

- Чему ты, черт возьми, улыбаешься? - прорычал, должно бы это Райан, Райан,

Вероятно, реакцией Кармен была бы удариться в рёв.

Но как мы уже говорили, это была я.

Я осмотрела его с ног до головы, продолжая улыбаться, всё еще одетая в полотенце, как будто от кутюр.

Потребность прикоснуться к нему была почти физиологической, как жажда или голод.

Но я боялась снова заполучить ожоги, а для этого была вполне реальная возможность.

Это хорошая причина почему я не люблю, когда ко мне прикасаются или самой прикасаться к кому-либо.

Это относиться к разряду...нежелательно.

Так что, вместо этого, я подбоченилась с обеих сторон и уставилась на него мутными, зелеными глазами Кармен.

- Я просто подумала, - сказала я холодно, что ты уже должен бы быть в кровати.

.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/20978/69298

Переводчики: vikaz, Nasia