Готовый перевод Doctor Who - The Clockwise Man / Доктор КТО - Человек, идущий по часовой стрелке.: THIRTEEN

Глава 13

Толстое стекло искажало находящуюся за ним тёмную воду.

Свет сквозь Темзу не пробивался, поэтому в стеклянной стене отражались смотрящие на неё Доктор и Реппл.

Помещение представляло собой квадрат, отгороженную часть трубы, соединявшей подвал дома Мелиссы Харт со шлюзом космического корабля, спрятанного ею на дне реки.

Мелисса и механизм отконвоировали Доктора и Реппла из Имперского Клуба.

Другой механизм ожидал их в здании.

Он неуверенно рассказал о побеге Розы, Фредди, и Кроутера.

Мелисса сочла это несущественным.

Она уже поймала того, кто был ей нужен.

И теперь, пока она отправляла сообщения об организации эскорта и распоряжалась, чтобы механизмы начинали процедуру запуска, Доктор и Реппл были заперты между подвалом и кораблём.

"Аквариум", – сердито сказал Доктор.

С каждого конца было по шлюзу, плюс две стеклянные стены.

Над ними стекло, а под ними – дно реки, видное сквозь стекло.

Как будто стоишь под водой.

Он ударил по прозрачной стене перед собой.

Он почувствовал, как она подалась, а отражение в стекле задрожало.

"Не думаю, что вам удастся пробить выход", – сказал Реппл.

"Только если каким-то образом создам слабое место.

Нужно что-нибудь острое, чтобы его нацарапать, или тяжёлое, чтобы пробить.

А лучше и то, и другое".

"Сбежать невозможно", – сказал Реппл.

Он стоял и смотрел на своё отражение.

"Я приму суд и казнь с достоинством, как благородный катурианец".

"Мелисса вас считает каким угодно, только не благородным", – заметил Доктор.

"Пропаганда.

Революционерам нужно как-то оправдать захват власти.

Вот они и обвиняют предшествовавший режим – меня – в вымышленных прегрешениях".

"Прегрешениях? Она говорила о геноциде.

О целых коммунах, уничтоженных ради сохранения вашей империи.

О планетах, опустошённых лишь за то, что они усомнились в вашей власти.

О тысячах людей, исчезнувших во имя ваших политических целей".

"У любого события есть две стороны, – жёстко возразил Реппл, –

Да, были восстания, которые я подавил.

Да, планеты пытались отделиться от империи.

Но в их же интересах было остаться частью альянса, и именно этого хотела большая часть их населения".

"И поэтому вы их опустошили?" – Доктор скептически покачал головой.

"Конечно же нет.

Она преувеличивает.

Не было репрессий, не было ненужных казней.

Всё было совершено честно и по закону.

Империя бы развалилась, если бы не была основана на честности и стремлении делать как лучше.

И она развалится теперь, когда к власти пришли наёмники и убийцы".

"Вы правда так считаете?" – тихо спросил Доктор.

Реппл смотрел прямо на его отражение в стекле; его отражённый взгляд встретился со взглядом Доктора.

"Правда.

Вы же видели, что она сделала с Аске".

"Он пытался убить её".

"Он пытался спасти нас всех, –

Реппл отвернулся, –

На его месте должен был погибнуть я".

Доктор щёлкнул языком и прошёлся вдоль стены их стеклянной камеры.

"Как тяжело выяснять правду, когда так много людей врёт, – сказал он, –

А ещё тяжелее, когда они не знают, что врут".

"В каком смысле?"
"В том, что вы и вправду верите, что Василий Тёмный, правитель Катурии со всеми этими титулами и пышными словами, которые следуют за его именем, – честный человек.

Благородный".

"А как бы я смог жить, если бы не был таким?"
"Но Мелисса явно считает иначе.

Каким образом вы оба можете быть правы?"
"Она врёт, – сказал Реппл, –

Или ошибается.

Или и то, и другое".

"Да, всё сводится к тому, кому мне поверить.

В её пользу говорит страсть за её маской.

Её гнев, негодование, самоотверженность.

Однако вы... –

он сделал паузу, повернулся, и отошёл, –

Вы остались, чтобы попытаться помочь мне.

Вы настаивали на том, чтобы не рисковать жизнью Фредди.

Вы оплакивали своего друга, который был вашим узником и мог стать вашим палачом".

"Спасибо, Доктор".

"За что?"
"За то, что верите мне".

Улыбка сошла с лица Доктора.

"Рано ещё благодарить меня.

Ваши поступки противоречат описанию Мелиссы.

Но это не значит, что она ошибается".

Реппл отвернулся от стекла и направил в Доктора палец.

"Так вы считаете, что я изменился? Размяк во время ссылки? Вы считаете, что я – исправившийся массовый убийца?"
"Это одна из версий.

Но, как и в случае с вами и Аске, несколько разных предположений могут объяснить одни и те же факты.

И, возможно, ни одно из этих предположений не верно".

"Она считает меня несправедливым правителем, – неистово сказал Реппл, –

Это совсем не так.

Меня отстранили от власти экстремисты, террористы, у которых какие-то свои извращённые идеи".

Он ткнул пальцем в грудь Доктора:

"Я не был деспотом".

Ещё один тычок:

"Я не был тираном".

Он шёл вперёд, заставляя Доктора отступать к стеклу.

На очередном тычке Доктор перехватил руку Реппла.

Другой рукой он сам ткнул в грудь Реппла.

"Вы не были правителем", – сказал он.

"Вы обвиняете меня во лжи?! – вскрикнул Реппл, –

Может, вы считаете, что это Аске был Василий?"
"Нет, –

голос Доктора стал спокойным, почти успокаивающим, –

Конечно, нет.

Он верил, что вы – Василий Тёмный.

Он умер из-за этой веры, его веры в вас.

Он был уверен, что вы – Василий Тёмный, такой, какой вы есть.

В конце концов, его послали защищать и охранять вас, держать вас в ссылке.

Это объясняет все факты".

Доктор грустно покачал головой.

"Кроме одного".

"О чём вы?"
"Знаете, – сказал Доктор, вновь начав расхаживать по помещению, – иногда можно что-то заметить лишь тогда, когда оно исчезает".

"Вы имеете в виду мою свободу?"
"Нет, я о чём-то типа звука батареи центрального отопления или кондиционера.

Их замечаешь лишь когда они прекращаются.

Пока оно есть, пока оно – часть естественных вещей, его не замечаешь.

Просто неотъемлемая часть мира.

Ваш мозг даже не утруждается сообщить вам о ней, пока не случится изменение, которое может быть важным".

"А то, о чём вы говорите, важно?"
"Возьмём, к примеру, механизмов Мелиссы, – продолжал Доктор, –

Если вы долго находитесь рядом с ними, то даже и не замечаете, что они тикают".

"Да о чём вы вообще?" – возмутился Реппл.

"О том, что это словно тиканье часов.

Вы его не слышите, а оно есть.

Но у меня проблема противоположная", –

он склонил голову набок, –

Вы слышите?"
"Что слышу? – Реппл на минуту прислушался, а затем покачал головой, –

Ничего".

"Да? Видите ли, я слышу – когда прислушиваюсь – слышу тиканье часов.

Что очень странно.

Потому что..." –

он сделал паузу, предлагая Репплу закончить мысль.

"Потому что здесь нет часов".

"Именно.

И это со мной уже не в первый раз.

Несколько раз за последнее время".

Он подошёл к Репплу вплотную и посмотрел ему в лицо:

"И всегда рядом были вы".

Реппл ничего не сказал.

Его лицо, словно маска, было лишено выражения.

"Вы не Василий Тёмный, – сказал Доктор, –

Вы думаете, что вы – это он".

Он протянул руку и снял с Реппла лицо.

"Я сожалею, –

он отошёл в сторону, чтобы Реппл увидел своё отражение в стекле, –

очень сожалею".

Реппл стоял и смотрел.

Смотрел на массу ритмично пощёлкивающих шестерёнок.

"Я не сразу понял", – признался Доктор.

Маленькие колёсики и рычажки неистово работали.

"Но я осознал, что никогда не видел, чтобы вы улыбались.

Или хмурились.

Или плакали".

Он сложил искусственное лицо и положил его себе в карман.

"Почти как Мелисса, вообще-то".

Маховики крутились, механизмы пощёлкивали.

"О, а голос у вас отличный.

И интонации, и эмоции.

Очень умно".

На месте лба над механизмами слегка возвышался большой гранёный кусок то ли стекла, то ли кристалла, отражавший блики на стекле и на поверхности реки.

"Вы едите, пьёте, спите.

Но всё это как-то автоматически, верно?"
Словно часы "с камнями".

Механическое лицо Реппла контрастировало с его полным мучения голосом.

"Я всё равно не слышу его".

"Вы с ним постоянно живёте.

Возможно, вас запрограммировали не слышать".

Лицо медленно повернулось к Доктору.

Каждая его деталь казалась живой.

Неподвижен был только кристалл, но из-за игры бликов он тоже создавал иллюзию движения.

"Что я?" – спросил Реппл.

Он схватил Доктора за плечи и притянул его к себе.

"Кто я?!"
С мучительным стоном и жужжа шестерёнками, Реппл отпустил Доктора и опустился на колени.

Всё его тело тряслось, словно он плакал.

Но не было ни слёз, ни глаз, из которых они могли бы течь.

"Ой, поднимайтесь, – сказал Доктор, –

У нас много дел".

"Нет никаких дел.

Нет цели.

Нет причин", –

он продолжал дрожать.

Доктор следил за ним.

"Нам некогда раскисать".

"А что ещё мне делать?"
"Жалеть себя тоже некогда".

Часовое лицо посмотрело на Доктора.

"Вся моя жизнь – ложь.

Я – ...

никто".

"Вы хоть и не Василий Тёмный,

но вы по-прежнему Реппл".

"А кто это такой? Зачем мне жить?"
"Затем, что если Мелисса права, то где-то рядом есть одержимый властью маньяк-убийца с комплексом превосходства, которого на пути к побегу не остановит такой пустяк, как человечество.

И сейчас, когда то единственное, что держало его под контролем, по видимому, уже не восстановишь, он скорее всего замышляет какую-то гадость, чтобы сбежать или захватить власть, или и то и другое".

Реппл задумался и медленно встал.

Его шестерни просчитывали варианты и вероятности.

"Нужно сказать Мелиссе Харт.

Она нам поможет".

Доктор вздохнул:

"Или же решит, что злодей – это всё-таки я, а вы – мой тюремщик.

Нет, нужно бежать отсюда".

Реппл повернулся и посмотрел на своё отражение.

На него смотрела масса шестерней и рычагов, гранёный кристалл, регулировавший механизмы сверкал между ними как что-то неуместное.

"И как же нам это сделать?" – его голос был усталый и пессимистический.

Доктор посмотрел на него.

"Поработайте головой", – сказал он.

И не стал дожидаться ответа.

Он шагнул назад, взялся обеими руками за голову Реппла и сильно ударил ею по стеклу.

Кристалл врезался в закалённую поверхность стекла.

Доктор крепко держал голову Реппла, таща её по диагонали вниз.

"Что?" – закричал Реппл, когда Доктор отпустил его.

Но, не успел он что-нибудь добавить, как Доктор снова его схватил и ударил им об стекло, а потом потащил поперёк оставшейся после первого раза царапины.

Когда Доктор снова отпустил, Реппл отпрянул назад.

Перед собой, в стекле, он видел ликующую улыбку Доктора, а поверх отражения Доктора проходил глубоко процарапанный крест.

"Слабое место, – сказал Доктор, – будет тут".

Он шагнул к стеклу и постучал пальцем по центру креста.

Обернувшись, он подмигнул Репплу.

"Возьмите себя в руки, – сказал он, –

Теперь моя очередь".

Он повернулся к стеклу и осторожно ощупал его.

Они оба видели, что там, где стекло было ослаблено, оно немного вдавалось вовнутрь.

Раздался звук, похожий на потрескивание льда.

Доктор довольно кивнул и отошёл от стекла на несколько шагов.

А затем побежал на него.

Прыгнув, он распрямил ноги, ударив ими одновременно в стену, прямо в центре креста.

И проломил стену насквозь.

Тёмная холодная вода Темзы хлынула вовнутрь, разметая обломки стекла и занося Доктора снова вовнутрь.

Доктор врезался в Реппла и они оба упали в воду, уровень которой быстро нарастал.

"И что теперь?" – прокричал Реппл, с трудом перекрикивая шум воды.

"Я могу надолго задерживать дыхание, – крикнул Доктор, –

а вам вообще дышать не нужно".

Один из шлюзов, тот, что вёл в дом, не был рассчитан на нагрузки открытого космоса и подался под напором воды.

Он прогибался и ломался под её давлением.

Внезапно он распахнулся, давая воде хлынуть вовнутрь, вдоль короткого коридора в направлении к дому.

Коридор поднимался вверх. Последнее, что помнил Доктор, его и Реппла несло гигантской волной.

Если их не убьёт ударами об стены, если он продержится без дыхания достаточно долго, их обоих внесёт водой в дом.

Его больно ударило плечом об стену, вода поднялась выше его лица, и свет померк.

Когда над ним сомкнулась темнота, он почувствовал тяжесть воды, которая его несла, и начал терять сознание.

Хотя ему и не нужно много дышать, утонуть он всё равно может, – думалось ему.

Над ним проносилась тьма.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/21773/94877

Переводчики: ssv310, prostomarusja