Готовый перевод Fateful: Глава 5

Полдень. Лучи солнца позолотили своим светом, будто гирлянды, замысловатым узором палубы корабля.Я могла бы поклясться, что Титаник не плывет, а скользит по поверхности океана, потому что он двигался так ровно и свободно, будто полеты во сне. И океан выглядел именно так как я его себе всегда и представляла: бездонный, темно синий, увенчанный пенистыми волнами...

- Тесса! - рявкает леди Регина, - не отставай!

Не дадут помечтать.

Я иду всего в нескольких шагах позади леди Регины, Лейтона и Ирен. В руках у меня шали для дам, на случай, если они им вдруг понадобятся. Судя по всему, можно замерзнуть, путешествуя морем, хотя сегодня ничего подобного не прогнозировалась. Корабль направлялся в Шербур, чтобы забрать оставшихся пассажиров. И если леди будут на палубе до тех пор, то я смогу увидеть побережье Франции.

Я стараюсь думать о таких вещах, как: как прекрасен этот лайнер или о предвкушение от того, что в первый раз в жизни увижу другую страну. Если я буду думать о такого рода вещах, то смогу не думать о Михаиле. Сейчас я на палубе первого класса, в его части корабля. Если он вдруг появится, тогда я буду знать наверняка, это всё просто плод моего воображения или он действительно охотится на меня.

Может мне следовало кому-нибудь рассказать, но я не знаю кто бы мог мне помочь. Джордж Грин показался мне очень добрым человеком, но я думаю, он свято верит в слово джентльмена в отношение прислуги. Может, Нед? Но чем Нед мог мне помочь?

Нет, здесь мне неоткуда ждать помощи.

Ирен одета в платье, цвета слоновой кости, которое хорошо сидит по фигуре, благодаря моим швейным способностям. Голубые ленты платья, которые собираются на шеи и рукавах, красиво развиваются на ветру. Как я хочу, чтобы леди Регина прислушалась к моему совету по поводу шляпы её дочери. У шляпы широкие поля и высокая тулия, она сделана по последней моде, но Ирен она как бы подавляет, с её-то миниатюрной фигурой. Как бы я не любила Ирен, здесь я бессильна и она в этой шляпе похожа на гриб. Эта огромная шляпа качалась на её голове, пока та что-то оживленно рассказывала о каком-то происшествие на палубе, которое произошло еще в порту, когда Титаник стоял на причале, а я всё пропустила пока выяснала отношения в каюте с Мириам.

- Говорят, что всего четырех футов не хватило до столкновения с буксиром, - утверждала Ирен. - Один человек на палубе сказал, что это дурное предзнаменование. Говорит, что в Шербурге сойдет на берег.

- Суеверная чепуха, - фыркает леди Регина, - Ах, посмотрите сюда. Графиня Рутес. Выкажем ей свою почтение.

Ирен вздохнула, настолько тихо, что леди Регина скорее всего не обратила на это никакого внимания. Но Лейтон продолжил резким тоном, - Она едва ли старше тебя, но она уже устроила свою жизнь, как считаешь? Может последуешь её примеру.

- Надеюсь, графиня вышла замуж по любви, а не из-за денег, - говорит Айрин.

- Она удачно вышла замуж, - продолжает Лейтон, - Держала ухо в остро. Ты вполне можешь сделать тоже самое, Ирен, вместо того, чтобы просижывать целыми днями в своей библиотеки.

Парой я прячусь с ней в библиотеке; более того, я собираюсь завести свою собственную. Ирен обещала мне на рождество, что могу одолжить несколько книг, которые мне понравились, Шерлок Холмс, может что-нибудь еще. И если никто из её семьи не заметил бы их отсутствие, то она клянется, что настояла бы на том, чтобы я всё прочла. Это было так мило с её стороны, хотя мы обе знали, что никто корме неё в их семье ничего бы и не заметил. Вряд ли её семейство читала что-либо еще кроме как Перы Бёрка.

- Хм, уверена, вон те должно быть Стросы. - морщит нос леди Регина, которая почуяла тухлятину. - Баснословно богатые американцы. Они владеют каким-то универмагом в Нью-Йорке - по-моему, он называется Мейси. Полагаю, там просто никто не понимает, владельцы магазина евреи.

Я украдкой бросаю взгляд на Стросов. Прежде я никогда не видела евреев и мне было любопытно. по виду они не отличались от остальных людей. На самом деле они были довольно приятной пожилой парой, которая прогуливалась под руку по палубе. Леди Регина задирает голову вверх и делает вид будто не замечает их, когда те проходят мимо, Лейтон следует её примеру. От этой откровенной выходки своих родственников щеки Ирен порозовели. По счастью Стросы даже не обратили на них внимания. Они были поглощены друг другом, о чем-то разговаривали. Я с трудом могла представить себе подобную картину в отношение виконта Лисла и леди Регины, когда те достигнут почтенного возраста.

Леди Регина подталкивает Ирен, - Здесь есть американцы более достойные нашего внимания. Говард Марлоу, Сталь Марлоу - довольно большое предприятие. Один из титанов индустрии соединенных штатов. А это должно быть его сын, Александр. Очень завидный жених...и к тому же очень красив.

Я останавливаюсь и гляжу через плечо на Стросов, чтобы рассмотреть этого красавца - и вдруг мои ноги прирастают к палубе. Я не могу двигаться, не могу вздохнуть. Потому что Александр Марлоу это Алек.

Наши глаза встретились. Он пожирает меня своим темным взглядом. Когда он смотрит на меня, в глубине его глаза что-то загорается, но я не могу понять что именно: гнев или желание. У меня перехватило дыхание.

- Мистер Марлоу! - зашебетала леди Регина, шагнув вперед с вытянутой рукой. Какое доброжелательное отношение к человеку с которым она никогда не встречалась, и к тому кто не относится к её кругу. - Я жена виконта Лисла, леди Регина. Как приятно с вами познакомится.

- К вашим услугам, мадам, - Говард Марлоу так же высок, как и его сын, хотя у Алека густые кудри, которые должно быть достались ему от матери, потому что отец лыс как яйцо. - Это мой сын, Алек. Он учился в Париже последние два года. Он наверняка будет рад снова увидеть Чикаго, не правда ли, сынок?

- Именно так, - Алек отворачивается от меня, и первый раз я вижу на его лице улыбку - слабую и печальную, но всё-таки улыбку. От этой улыбки его лицо кажется еще красивее. - Я скучал по дому.

Я прислушиваюсь к каждому слову, словно это были драгоценный монеты, которые попадали в мой тайник. Его зовут Александр Марлоу. Он из Чикаго. Его отец стальной магнат.Хотя это последнее обстоятельство делает его еще более очевидным, что Алек никогда не будет моим.

Мистер Марлоу, его отец, ведет себя очень вежливо с леди Региной, но не унижается перед ней как другие. Очевидно, что ему было плевать на титулы, он знает себе цену, - Не сочтете за труд представить меня своим детям?

- Мой сын, Достопочтенный Лейтон Лисл. Моя дочь Достопочтенная Ирен Лисл, - говорит леди Регина, отступая назад. Складывалось такое впечатление, что она выставляет племенных жеребцов на ярмарке, а не своих собственных детей. Ирен всегда робела в присутствии незнакомых ей людей, но она сумела кивнуть и улыбнуться. Леди Регина продолжала, как ни в чем не бывало, - Ирен только что завершила свой лондонский сезон, и мы готовы показать ей весь свет.

- Это всегда прекрасная идея, - говорит мистер Марлоу.

- А мы как раз говорили о Чикаго! - Я опустила взгляд, чтобы не смотреть так откровенно на Алика, но чтобы удержаться от смеха, слушая откровенную ложь леди Регины. - Как бы нам хотелось посетить этот прекрасный город.

- Есть где вдоволь пострелять? - на какое-то мгновение Лейтон становится даже приятным, когда думает о том немногом, что он делает с большим удовольствием, а именно об убийстве уток, чтобы чувствовать себя мужественным. - Чикаго, как я понимаю, на границе с диким западом.

Алек не реагирует ни на шутку ни на приглашение, как поступили бы большинство молодых людей высшего света; вместо этого он смотрит почти сурово, - Я не хожу на охоту. А Чикаго больше не на границе с диким западом.

Мистер Марлоу бросил взгляд на сына, возможно чтобы тот не сказал чего лишнего и не обидел собеседника, хотя Алек выразился довольно корректно, - Чикаго на данный момент поистине мирный город. Вы наверняка слышали о Колумбийской Экспозиции! У нас есть музеи, театры, всё чего бы не пожелала ваша утонченная натура.

В обычной ситуации, было бы ожидаемо, что леди Регина скорчит лицо в презрении от мысли, что в Америке есть нечто удовлетворяющие её изысканному вкусу, но сейчас она излучала саму радость и свет. - По вашим словам, мистер Марлоу, выходит, что Чикаго самый лучший город в мире. Если мы соберемся приехать туда в следующем месяце, у надеюсь, что вы и ваш любезный сын представят нас тамошнему обществу?

- Ну, конечно же, мадам. Почтем за честь. - улыбнулся мистер Марлоу натянуто. Кто бы винил его в этом. Леди Регина, по сути, вынуждает его стать их другом - и только дурак не понял, зачем ей это надо. Такой ненавязчивое упоминание дебюта её дочери, как бы давало понять присутствующим, что она хотела бы видеть Ирен невестой Алека.

И это так бросается в глаза. Это всё настолько неприятно, за-за того, что леди Регина ведет себя неприлично и навязчиво. Это обжигает, потому что Ирен в данный момент так уязвима, ей так неловко, всё чего она хочет, это встретить скромного доброго человека, который действительно ценил её, за нрав, а не за благополучие. Но прежде всего меня ранит, что всё сказанное леди Региной еще раз напоминает мне, что Алек будет принадлежать какой-нибудь богачке, а не мне. Никогда.

Но я единственная, на кого он смотрит своими темными глазами.

И единственная с кем он заговаривает.

- У вас не возникло больше никаких трудностей на борту? - спрашивает Алек.

Мои щеки краснеют, - Нет, сэр. Благодарю.

Леди Регина смотрит на меня так будто уверена, что могу растаять не месте от одного её взгляда, - Тесса? Ты докучала мистеру Марлоу?

- Нисколько, мадам, - Алек делает несколько шагов вперед, вставая между мной мной и леди Региной. Он защищал меня от неё или демонстрировал как легко он может отделить меня от остальных? Меня охватил тот же трепет, который появлялся всякий раз, когда он был рядом, это была смесь из влечения и страха; не знаю которое из этих эмоций истина, а которое только мое воображение. А может они оба оправданы. - Ей сегодня утром досталось нести непосильную ношу. Ей потребовалась небольшая помощь, чтобы добраться до своей каюты. Я имею в виду до вашей каюты.

Он не рассказал им, как Михаил угрожал мне. Кого из нас двоих он защищал - меня или Михаила?

Тесс, часто притворяется, что ей нужна помощь. Я надеюсь вы не попались на эту уловку. - леди Регина весело смеется. - С прислугой всегда так. как только ты отвернешься, они всегда норовят увильнуть и ничего не делать.

Она пытается пристыдить меня, но мне нисколечко не стыдно. Я знаю как оно всё было и Алек знает. Он уже довольно много знает обо мне, возможно, гораздо больше, чем я знаю о нем, от чего я чувствую себя более уязвимой.

Не смотря на свою застенчивость, Ирен вдруг попыталась сменить тему разговора, - Мистер Марлоу, вы видели Джона Джейкоба Астора? Он и вправду на борту?

- Так и есть, - отвечает мистер Марлоу, явно довольный сменой темы разговора, - С о своей нынешней женой, которая не старше вас.

Леди Регина не может удержаться и не посплетничать, и вскоре вся группа идет вперед, Лейтон непринужденно болтает с родителями, а Ирен молча идет следом за матерью. Алек же отстает на несколько шагов, теперь он уже не идет не то чтобы рядом со мной, но он определенно ближе ко мне, чем к остальным. Меня охватило такое чувство, словно я встала очень близко к огню.

Как только остальные заворачивают за угол палубы со шлюпками и оборачивается ко мне. Он стоит так близко, что я могу чувствовать его теплое дыхание на своей щеке.

Его голос звучит грубо, когда он спрашивает, - Ты ничего им не рассказала.

- Нет.

- Обо мне и Михаиле.

- Нет, я клянусь.

Алек впился своими глазами в мои и, склонившись ниже, зашептал, - Если тебе дорога жизнь, держи свой рот на замке. Это единственное, что может спасти тебя. Тесс, ты меня слышишь?

- Да.

Затем он поворачивается и идёт вперед как ни в чем не бывало, как будто этого разговора и не было вовсе. Алек даже улыбается, когда его отец машет ему, чтобы тот подошел к нему. Я не знаю что и думать, но следую за ним, как покорный слуга.

Хотел ли Алек защитить меня, говоря, что Михаил попытается напасть на меня, если я кому-нибудь проговорюсь? Или это просто-напросто угроза?

Так или иначе он, он лишь подтвердил те опасения, которые я пыталась отрицать весь день.

- Тесс, с какой стати ты вела себя так вызывающе? - сказала леди Регина бросая шляпу на софу в каюте Лислов. - Выпячивая себя, вот так. Пытаясь захватить всё внимание Александра Марлоу.

- Мама, он первым заговорил с Тесс, - попыталась Ирен урезонить леди Регину, но та проигнорировала дочь.

Какое-то время мне читают нотации, но я почти ни на что не обращаю внимания. Всё что я делаю, стою и киваю на реплики леди Регины; мой разум полностью занят размышлениями над угрозами Алека. Или это было предупреждение - я до сих пор так и не знаю что это было. Не могу перестать думать о холодных глазах Михаила.

Я говорю себе, что я буду жить, если буду соблюдать условия сделки. Я никому ничего не скажу. Алек сказал, что это убережет меня, с чего бы ему лгать? Сидеть тихо и никому не рассказывать мою подлинную историю, вот что помогло сохранить мне жизнь до сегодняшнего дня. Это просто еще одна тайна о которой нужно помалкивать.

Леди Регина всё не может остановится и вымещает всю злость на мне, пока не наступает время помочь Ирен собраться к ужину. Пока я помогаю Ирен одеться в её вечернее платье, насыщенного синего цвета, она не может перестать извиняться за свою мать. - Она просто нервничает. - оправдывает её Ирен, как будто эту тупую корову когда-нибудь что нибудь волновало. - На маму последнее время столько всего свалилось. Поэтому она стала раздраженной. Не принимай это на свой счет.

- Вам не за что извиняться передо мной, - говорю я, пока укладываю её волосы и вкалываю гребни с драгоценными камнями, которые должны предать ей шик. Хорошо еще то, что её возраст позволяет сделать ей высокую прическу, и можно скрыть, что её волосы прямые как палки. - Я ваша служанка и знаю своё место.

- То что ты знаешь своё место, не означает, что можно издеваться над тобой. - вздыхает Ирен, когда видит своё отражение в зеркале. - Ох, что толку.

- Вы прекрасно выглядите сегодня. Вам просто нужно немного веры в себя. Улыбнитесь. Уверенность - залог успеха, мисс.

И в этот вечер она выглядит лучше, чем обычно - цвет наряда ей идет, как и это платье простого силуэта. В любое другое время я бы гордилась проделанной работой. В этом и состоит мои обязанности горничной, представить Ирен в лучшем свете. Когда её мать не маячит у меня перед глазами и не заставляет Ирен одеть нечто несуразное и бесформенное, в чем утопает её бледная и худощавая фигурка, а лица так и вовсе не разглядеть - то можно её превратить, если не в сногсшибательную красавицу, но, по крайней мере, в очень симпатичную девушку. Может быть я стала личной горничной леди в достаточно юном возрасте, но я быстро всему научилась.

Хотя сегодня вечером, я не могу насладится полностью своим триумфом. Кажется, в моих ушах до сих пор стоит предупреждение Алека, то что он прошептал мне на ухо.

Держи свой рот на замке.

- Что ж, не плохо, - протягивает Лейтон, когда входит в её комнату. Ирен хмурится, она не любит, когда вторгаются в её личное пространство, но её брат относится к этому с таким пренебрежением, как, в прочем, и ко всему остальному. - По крайней мере, ты не будешь обузой сегодняшним вечером.

Я вижу как из-за его плеча появляется веснушчатое лицо Неда, которое покраснело от гнева. Он ненавидит, когда Лейтон цепляется к Ирен, но произносит только, - Я вам еще понадоблюсь, сэр?

- Не думаю, - смокинг на Лейтоне сидел как влитой, - На сегодня ты можешь быть свободен.

- Ты тоже, Тесс, - говорит Ирен, с небольшой улыбкой.

Но затем я слышу голос леди Регины из соседней комнаты, - Тесса, ты останешься здесь. Хорн занята мной, а ты уложишь в пастель Беатрису, поняла?

Мой пустой желудок сжался от голода и страха, но ничего не поделать. Я обязана выполнить всё что мне было приказано. - Да, миледи.

К тому времени, как маленькая Беатриса была вымыта и уложена спать, а леди Регина, наконец, от меня отстала, мой страх отступил. Несмотря на то, что у меня всё еще подгибались ноги при мысли об угрозах Михаила или Алека, всё-таки голод взял верх. И мне казалось, что я могу справиться с чем угодно, проста ради того, чтобы поесть.

Но к тому времени, когда я добралась обратно до третьего класса, время чая уже давно прошло. А в каком часу подается ужин? Я быстро иду по длинному белому коридору, надеясь, что иду в сторону обеденного зала и сталкиваюсь с Мириам - кто это интересно её сопровождает, похоже что это Джордж.

- Разве вы не должны нести корабельную вахту? - спрашиваю я, не успев затормозить.

Джордж, оказывается, может выглядеть просто очаровательно, когда он взволнован - по крайней мере, для Мириам, которая улыбается, искоса поглядывая на него. - Я сейчас не на дежурстве, мисс. Подумал, что мы сможем прогуляться по палубе третьего класса с мисс Наас.

- Разумеется, вы можете присоединиться к нам, - Мириам бросает на меня испепеляющий взгляд, что ясно дает понять, попробуй только влезть и эта ночь станет для тебя последней.

Я не о чем беспокоиться, у меня планы получше. - Спасибо за приглашение, но мне хотелось бы раздобыть хоть какой-нибудь еды. Время на чай ведь еще не закончилось, не так ли? Я знаю, что очень задержалась для первой смены, но - но я читаю по их встревоженным лицам реальное положение дел, - О, нет.

Джордж поправляет китель, - Послушайте, идите на кухню, персонал всё еще прибирается там. Если вы скажите, что это я вас послал, они вас покормят остатками ужина. Не бойтесь, остается много еды.

Может быть он сказал всё это только для того, чтобы произвести на Мириам хорошие впечатление, но мне почему-то так не кажется. Хотя если честно, мне вообще всё равно. - Джордж Грин, офицер седьмого ранга, - повторяю, чтобы убедится, что всё правильно запомнила. - Спасибо Вам!

- Доброй ночи! - кричит мне вслед Мириам. Кто знает, может она на самом деле имеет в виду только то, что сказала.

Я торопливо шагаю по коридору, расталкивая несколько отобедавших от основной массы пассажиров. Но я уже начинаю сомневаться в себе. Я совсем не помню этого поворота, и чувствую себя в этом коридоре, как в лабиринте. Мне не приходилось еще искать себе дорогу на новом месте, с тех пор как я покинула дом, в котором проработала последние четыре года и свою деревню, где до этого, я провела всю свою жизнь.

Оглянувшись, я искала взглядом Мириам с Джорджем, но их уже и след простыл. Вокруг не было ни кого кто бы говорил по-английски или хотя бы отдаленно напоминал англичанина, ближайших два человека, как мне представлялось, были из Китая. Вот и спрашивай теперь в каком направление мне идти.

Поэтому я вернулась туда, откуда пришла, к дверному проему, который ведет на палубу первого класса. Может я смогу сориентироваться и добраться обратно к ободенному залу.

Когда я добралась до нужных мне дверей, мой желудок урчал, и я надеялась, но он сильно заблудилась - и в этот момент двери открываются.

И входит Михаил.

Кажется что моё тело застыло и не может пошевелится от шока. Он всё еще охотиться за мной, думаю я, но это не так. Он так же удивлен, что встретил меня, как и я.

Только на какое-то мгновение. Затем лицо Михаила становится непроницаемым, он хватает меня за предплечья, так сильно, что причиняет мне боль, - Ты будешь дурой, если закричишь.

- Отпустите меня.

Он тянет меня назад через дверь - как у него оказался ключ? - а я пытаюсь сопротивляться, он он сильнее меня. Не смотря на то, что хочу закричать, я постоянно напоминаю себе слова Алека, чтобы я держала язык за зубами.

Теперь, когда мы оказались одни в тихом коридоре первого класса, Михаил наклонился ко мне, прижав меня к коридорной стене, нависнув надо мной. Но я высоковата для подобного, что его, правда, не особо беспокоит. - Как занятно снова с тобой встретиться.

- Я никому ничего не говорила о том, что произошло, - говорю я, - и не собираюсь.

- Может быть, - Его глаза так холодны. Я почувствовала как меня снова передернуло под его пристальным охотничьим взглядом. Он полностью держал моё тело в своих руках. - Когда я впервые тебя увидел, подумал, что ты всего навсего искушение, отклонение от моей миссии. - Короб, промелькнуло в моём сознание. Он преследовал меня в ту ночь, потому что уже следил за Лислами. Михаил склоняется надо мной всё ниже, так что я могу почувствовать странный, животный запах его кожи. - А может это просто возможность скоротать часок другой, прежде чем я приступлю к своему дельцу с Лислами.

Не могу понять, говорит ли он о том, что он хочет, чтобы я скоротала этот часок с ним в пастели или в своей могиле.

И затем меня больше напугало то, что я уже и не боюсь его, я в бешенстве. Я отпихиваю Михаила назад, и не забочусь больше о том, чем мне это грозит или о том, что могу ранить его, - Если попытаетесь снова меня ограбить, я пожалуюсь судовому офицеру. А теперь оставьте меня в покое.

Но как только эти слова слетели с моего языка, я поняла, что совершила ужасную ошибку. Нет, дело не в том, что я его толкнула, и даже не в том, что я угрожала всё рассказать. выражение лица Михаила изменилось в тот момент, когда я сказала о краже короба. В тот момент, когда я показала, что догадалась о его настоящих планах, что он хочет добраться до содержимого сейфа Лислов.

Он набрасывается на меня, одной рукой хватая меня за рукой, а второй прикрывая мне рот. Я очень сильно ударяюсь спиной о стену, так сильно, как будто из меня вышибли весь дух. Если я и раньше думала, что он сильнее меня, то я и вполовину не представляла насколько; Михаил преспокойно мог удерживать меня на месте, как будто я была пушинкой. Он обладал нечеловеческой силой.

- Очень разумный план, - шипит он, пока я пытаюсь вырваться и вздохнуть. - Но я не могу позволить, чтобы на моём пути встала какая-та женщина. Так почему бы мне не сделать так, чтобы быть абсолютно уверенным, что ты никому ничего не расскажешь?

Я схожу с ума. Хватаюсь за него, пытаясь оттолкнуть его, поворачиваю свою шею, но сделать это очень трудно и больно. Но даже, если я попытаюсь закричать, я знаю, что никто не придет мне на помощь. На палубе первого класса в это время никого не было кроме нас; а пассажиры третьего класса, если и услышат нас, то не смогут сюда добраться, потому что ни у кого из них нет ключа, чтобы попасть сюда.

Михаил хватает меня за волосы, становится так больно, что из глаз брызгают слёзы. Он тащит меня по коридору, а я пытаюсь хоть за что-нибудь ухватиться, или что-нибудь схватить, но всё бесполезно. Вот мы уже дверей, которые он распахивает. прежде, чем он успевает бросить меня внутрь, я вижу надпись: Турецкая баня.

Я падаю в темноту, в жару, плюхаюсь со всего размаху на влажный пол, выложенный белым и зеленым кафелем, ударяясь руками и коленями. Водяные пары всё еще клубятся в воздухе, у меня такое чувство будто я оказалась в тумане. Я не могу дышать, не могу ничего разглядеть. Свет, падающий из коридора, освещает очертания фигуры Михаила, а потом он заходит внутрь и захлопывает за собой дверь.

Я ожидала, что меня изобьют, или изнасилуют, или убьют.

И не как не ожидала увидеть волка.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/21991/72341

Переводчики: vikaz