Готовый перевод Heroes of Olympus. The Son of Neptune / Герои Олимпа. Сын Нептуна: Глава 4. Перси

По дороге по лагерю Хэйзел взяла ему экспрессо и сдобную вишневую булочку у двухголового продавца кофе.

Перси вдохнул запах булочки.

Кофе был вкусным.

Сейчас, Перси думал, если бы он мог помыться, переодеться и немного поспать, он бы чувствовал себя золотым.

Может быть даже Имперским золотом.

Он посмотрел на кучу детей в купальниках и полотенцах, что направлялись в здание, из дымоходов которого валил пар.

Изнутри доносились смех и плеск воды, будто это был крытый бассейн - местечко для Перси.

- Ванные, - объяснила Хэйзел.

- Мы отправим тебя туда перед обедом, надеюсь.

Ты не жил, пока ты не побывал в Римской бане.

Перси выжидающе вздохнул.

Когда они приблизились к воротам, домики стали выглядеть больше и красивее.

Даже призраки выглядели лучше - в любительской броне и с сияющими аурами.

Перси пытался расшифровывать баннеры и символы, повешенные на фасадах зданий.

- Ребята, вы делитесь на разные кабины? - спросил он.

- Вроде того, -

Хэйзел пригнулась, так как над ними пролетел ребенок верхом не гигантском орле.

- Пять когорт, около сорока ребят в каждой.

Каждая состоит из домиков, в которых примерно десять человек.

Перси никогда не бил силен в математике, но попытался умножить.

- Хочешь сказать, что в лагере две сотни детей?
- Грубо говоря.

- И все они дети богов? Богам явно было чем заняться.

Хэйзел засмеялась.

- Не все из них дети верховных богов.

Существуют сотни малых римских богов.

Кроме того, многие обитатели лагеря являются наследием - вторым или третьим поколением.

Наверняка их родители полубоги.

Или же дедушка или бабушка.

Перси моргнул.

- Дети полубогов?
- Почему это тебя удивляет?
Перси не был уверен.

Последние несколько недель он беспокоился о выживание изо дня в день.

Жить долго, быть взрослым, иметь детей и что-то свое - это казалось несбыточной мечтой.

- Эти наследы -
- Наследники, - поправила Хэйзел.

- Они сильны также, как и полубоги?
- Иногда.

А иногда нет.

Но они могут тренироваться.

Все лучшие римские полководцы и генералы - ты знаешь, все они утверждали, что произошли от богов.

Большинство говорило правду.

Лагерь сулит нам встречу с Октавианом, он наследие, потомок Аполлона.

Якобы, у него есть дар предвидения.

- Якобы?
Хэйзел состроила рожицу.

- Увидишь.

Если тот чувак, Октавиан, знает его судьбу, то это не слишком осчастливит Перси.

- Итак, подразделения,- он спросил, - когорты, как угодно - вы разделяете полубогов в зависимости от того, кто ваш божественный родитель?"
Хэйзел уставилась на него.

- Что за ужасная мысль! Нет, офицеры решают, куда назначить новобранцев.

Если бы мы были разделены в соответствии с богами, численность когорт была бы разная.

Я была бы одна.

Перси почувствовал приступ печали, будто бы он бывал в похожей ситуации.

- Почему?Кто твой родитель?.
Прежде чем она успела ответить, кто-то закричал: "Подожди!".
Это был призрак, бежавший к ним - старик с медицинским животом и в тоге, настолько длинной, что ему приходилось поддерживать ее.

Он догнал их и начал задыхаться, его пурпурная аура мерцала вокруг него.

- Это он? - призрак тяжело дышал.

- Наверно, новобранец в Пятую?
- Вителлий, - сказала Хэйзел,- мы вроде как спешим.

Призрак хмуро посмотрел на Перси и прошелся вокруг него, осматривая его, как подержанный автомобиль.

- Не знаю, - проворчал он.

- Нам в когорту нужны только лучшие.

Все ли у него зубы? Умеет ли он сражаться? Чистить конюшни?
- Да, да, и нет, - сказал Перси.

- Кто ты?
- Перси, это Вителлий.

Выражение лица Хэйзел говорило "Просто потакай ему".

- Он один из наших Ларов, проявляет интерес к новобранцам.

На соседнем крыльце, другие призраки смеялись, когда Вителлий
ходя взад и вперед, спотыкался о его тогу и задевал свой меч на поясе.

- Да,- начал Вителлий, - еще в дни Цезаря - Юлия Цезаря, заметьте - Пятая когорта была чем-то! Двенадцатый легион Фульмината, гордость Рима! Но эти времена? Безобразие, что мы привыкли.

Посмотрите только на Хэйзел - использует сабли.

Смешное оружие для римского легионера - это для кавалерии! А ты, мальчик, - ты пахнешь как греческая канализация.

Ты когда-нибудь принимал ванну?
- Я был немного занят горгонами, - сказал Перси.

- Вителлий, - прервала Хэйзел, - мы должны получить предзнаменование Перси, прежде чем он сможет присоединиться.

Почему бы вам не присмотреть за Фрэнком? Он инвентаризирует оружейную.

Вы знаете, как он нуждается в Вашей помощи.

Пушистые фиолетовые брови призрака поползли вверх.

- Марс Всемогущий! Они позволяют новичку проверять броню? Мы будем разрушены!
Он спотыкался, идя вниз по улице, останавливаясь через каждые несколько метров, чтобы поднять свой ​​меч или поправить тогу.

- О-о-кей, - сказал Перси.

- Прости, - сказала Хэйзел.

- Немного эксцентричный, но он один из старших Ларов.

Был здесь со времен основания легиона.

- Он назвал легион... Фульмината? - сказал Перси.

- Вооруженные молнией, - перевела Хэйзел.

- Наш девиз.

Одиннадцатый Легион существовал, пока существовала Римская Империя.

Когда Рим пал, много легионов исчезло.

Мы ушли под землю, выполняя секретные приказы от самого Юпитера: выжить, набирать новых полубогов и их детей, поддерживать жизнь Рима.

С тех пор этим и занимаемся - переезжаем туда, где наибольшее влияние Рима.

Последние несколько столетий мы были в Америке.

Как бы странно все это не звучало, Перси без проблем в это поверил.

На самом деле, звучало настолько знакомо, будто бы он всегда это знал.

- Ты в Пятой Когорте, - угадал он, - наверное она не самая популярная?
Хэйзел нахмурилась.

-Да.

Я присоединилась в сентябре.

За несколько недель до исчезновения того парня - Джейсона.

Перси знал, что задел больное место.

Хэйзел посмотрела вниз.

Она молчала достаточно долго, чтобы сосчитать каждую брусчатку.

- Пойдем, - сказала она чуть позже.

- Я покажу тебе мое любимое место.

Они остановились у главных ворот.

Форт (прим. переводчика: форт - небольшая крепость) был расположен на самой высокой точке в долине, чтобы они могли увидеть практически все.

Дорога вела к реке, а потом разделялась.

Один путь вел на юг, через мост, до холма со всеми храмами.

Другой путь вел на север, в город, миниатюрную версию Древнего Рима.

В отличие от военного лагеря, город выглядел хаотичным и красочным, со зданиями, расположенными в случайном порядке.

Даже отсюда Перси мог видеть людей, собравшихся на площади, покупателей на рынке под открытым небом, родителей с детьми, играющими в парках.

- У вас здесь есть семьи? - спросил он.

- В городе, конечно, - ответила Хэйзел.

- После принятия в легион, ты служишь десять лет.

После этого, ты можешь уйти, когда захочешь.

Большинство полубогов уходят в мир смертных.

Но для некоторых это очень опасно.

Эта долина - заповедник.

Ты можешь учиться в колледже, жениться, завести детей, получать пенсию, когда состаришься.

Это единственное безопасное место для таких, как мы.

Ну, конечно, множество ветеранов обзаводятся здесь домом, под защитой легиона.

Взрослые полубоги.

Полубоги, которые могли бы жить без страха, жениться, растить детей.

Перси не мог вообразить все это.

Выглядело слишком хорошо, чтобы быть правдой.

- Но если на долину нападут?
Хэйзел поджала губы.

- У нас есть защита.

Границы магические.

Но наша сила не та, что раньше.

В последнее время монстры нападают все чаще.

Ты говорил, что горгоны не умирают ... Мы заметили, что также с другими монстрами.

- Ты знаешь причину?
Хэйзел отвела взгляд.

Перси был уверен, что она что-то утаивает, что-то, о чем у нее нет права говорить.

- Все .. Все так запутанно, - сказала она.

- Мой брат сказал, что Смерть не -
Закончить фразу ей помешал слон.

Кто-то позади них закричал: «Дорогу!" Хэйзел только успела оттащить Перси с дороги, как полубог проехал мимо на взрослом толстокожем животном, покрытым черной броней "Кевлар" (прим. переводчика: Кевлар - материал высокой прочности).

Слово "СЛОН" был напечатано на одной из сторон его
брони, что казалась очевидным для Перси.

Слон, как гром, пронесся по дороге и повернул на
север, по направлению к большой открытой местности, где некоторые
укрепления были в стадии строительства.

Перси выплюнул пыль изо рта.

- Какого..?
- Слон,- объяснила Хэйзел.

- Да, я прочел надпись.

Почему ваш слон в пуленепробиваемом жилете?
- Сегодня военные игры,- сказала Хэйзел.

- Его зовут Ганнибал.

Если он не будет участвовать, то расстроится.

Мы не можем этого допустить.

Хэйзел рассмеялась.

Было тяжело поверить, что до этого она выглядела такой угрюмой.

Перси задавался вопросом: что она хотела сказать?

У неё есть брат.

И все же она заявила, что была бы одна, если бы лагере все были распределены в зависимости от их божественных родителей.

Перси не мог ее понять.

Она выглядела доброй и спокойной, слишком взрослой для того, кому не больше тринадцати.

Но также, казалось, что она скрывает глубокую грусть, как будто она чувствовала себя виноватой в чем-то.

Хэйзел указала на юг, через реку.

Темные тучи собирались над Храмовым Холмом.

Красные языки пламени окрашивали храмы темно-красным светом.

- Октавиан занят, - сказала Хэйзел.

- Нам лучше перебраться туда.

По пути они миновали нескольких козлоногих парней, подвешенных на обочине дороги.

Один из них крикнул: "Хэйзел!"

Он подбежал с голливудской улыбкой на лице.

Он был одет только в полинявшие гавайские шорты, не считая толстого коричневого козлиного меха.

Его массивная прическа в стиле афро слегка покачивалась.

Его глаза скрывались за круглыми очками, тонированными радугой.

Он держал картонную табличку: БУДУ РАБОТАТЬ ПЕТЬ ГОВОРИТЬ УХОДИТЬ ЗА ДИНАРИИ (прим. переводчика: динарии - римские серебряные монеты).

- Привет, Дон, - сказала Хэйзел.

- Извини, у нас нет времени.
- Это круто! Круто! - Дон пробежался с нами.

- Хэй, этот парень - новичок! - он ухмыльнулся Перси.

- У тебя есть три динарии на автобус? Я оставил кошелек дома, могу добраться до работы, но...
- Дон, - Хэйзел прервала его.

- У фавнов нет кошельков.

Или работы.

Или дома.

И у нас не ходят автобусы.

- Верно, - сказал он, ничуть не опечалившись. - Но у тебя есть динарии?
- Ты назвала Дона фавном? - спросил Перси.

- Да.

А что?
- Ничего.

Перси пытался сохранять серьёзный вид.

- Почему бы фавнам не иметь работу? Почему бы им не работать в лагере?
Дон проблеял.

- Фавны! Работают в лагере? Забавно! Фавны, эм, свободные духи, - объяснила Хэйзел.

- Они обитают здесь потому что, ну потому что, это безопасное место для того, чтобы жить здесь и попрошайничать.

Мы терпим их, но -
- Ах, Хэйзел удивительна, - сказал Дон.

- Она такая милая! Все остальные обитатели лагеря как..."
- Уходи, Дон.

- Но она, как бы...
- Пожалуйста, уходи, Дон.

- Я люблю её!
Этот фавн казался безобидным, но все же Перси что-то настораживало в нем.

Он никак не мог избавиться от чувства, что фавны должны быть чем-то большим, чем только бездомные парни, выпрашивающие динарии.

Дон посмотрел на землю перед ним и ахнул.

- Удача!
Он потянулся за чем-то, но Хэйзел закричала: «Дон,
нет!"
Она толкнула его в сторону и схватила небольшой блестящий предмет.

Перси успел мельком увидеть предмет перед тем, как Хэйзел убрала его в карман.

Он мог бы поклясться, что это был алмаз.

- Ну, Хэйзел,- жаловался Дон.

- Я мог бы целый год покупать на него пончики.
- Дон, пожалуйста, - сказала Хэйзел.

- Уходи.

Ее голос дрожал так, как будто она только что спасла Дона от пуленепробиваемого слона.

Фавн вздохнул.

- Эх, я не могу долго злиться на тебя.

Но я клянусь, что это к удаче.

Каждый раз, когда ты идешь -
- До свидания, Дон,- быстро сказала Хэйзел.

- Пошли, Перси.

Она побежала трусцой.

Перси побежал быстрее, чтобы догнать ее.

- Что это было? - спросил Перси.

- Этот бриллиант на дороге -
- Пожалуйста, - сказала она.

- Не спрашивай.

Они шли в неловком молчании на Холм с Храмами.

Кривые каменные дорожки вели мимо сумасшедшего
количества разных крошечных алтарей с массивными куполообразными сводами.

Перси казалось, что статуи Богов наблюдают за ним.

Хэйзел показала на Храм Беллоны.

- Богиня Войны, - сказала она.

- Мать Рейны.

Затем они прошли мимо массивного красного склепа, украшенного человеческими черепами на железных шипах.

- Пожалуйста, скажи мне, что мы не собираемся туда, - сказал Перси.

Хэйзел покачала головой.

- Это Храм Мстителя Марса.

- Марс ... Арес, бог войны?
- Это его греческое имя, - сказала Хэйзел.

- Но, да, это тот же парень.

Он второй по важности Римский Бог.

Перси был не в восторге, узнав это.

По какой-то причине, злоба охватывала его, когда он рассматривал уродливое красное здание.

Он указал на верх.

Облака окружили огромнейший храм, круглый павильон с кольцом белых колонн, поддерживающих куполообразную крышу.

- Могу предположить, что это - Зевса,эм, я имею ввиду - Юпитера? Вот куда мы направляемся?
- Да,

- голос Хэйзел был напряжен.

- Октавиан читает предсказания здесь - в Храме Юпитера Оптимуса Максимуса.

Перси необходимо было обдумать это, но латинские слова стали английскими.

- Юпитер... Лучший и величайший?
- Верно.

- А что за лозунг у Нептуна? - спросил Перси.

- Самый крутой и бесподобный?
- Я не уверена.

Хэйзел указала на маленькое низкое синее здание.

Оплетённый паутиной трезубец висел над дверью.

Перси заглянул внутрь.

На небольшом алтаре лежала чаша с тремя высохшими, заплесневелыми яблоками.

Его сердце ушло в пятки.

- Популярное местечко.

- Извини, Перси, - сказала Хэйзел.

- Это просто...Римляне всегда боялись моря.

Они использовали корабли, когда они были нужны.

Даже в наше время, общение с сыном Нептуна - плохая примета.

Последний раз когда такой присоединился к легиону...итак, это был 1906 год, когда Лагерь Юпитера находился на другой стороне залива в Сан-Франциско.

Было большое землетрясение.
- Ты хочешь сказать, что ребенок Нептуна вызвал его?
- Так говорят.

Хэйзел выглядела сконфуженно.

- Но все же...Римляне боялись Нептуна, но они не любили его.

Перси посмотрел на паутину на трезубце.

Замечательно, подумал он.

Даже если он присоединится к лагерю, его никогда не примут.

Единственное что ему оставалось - это вызывать страх у его новых соратников.

Может быть, если он действительно хорош, они бы дали ему несколько заплесневелых яблок.

Тем не менее ... стоя у алтаря Нептуна, он почувствовал что-то перемешивающееся внутри него, как будто это были волны в его жилах.

Он полез в рюкзак и откопал последний остаток пищи из своего путешествия - черствый рогалик.

Это было, конечно, не много, но он положил его на алтарь.

- Привет...эээ... Папа.

Он чувствовал себя довольно глупо, разговаривая с миской фруктов.

- Если ты слышишь меня, помоги мне, ладно? Верни мне мою память обратно.

Скажи - что мне делать?

Его голос сорвался.

Он не хотел поддаваться эмоциям, но он был измучен и напуган, и скитался так долго, что он бы отдал все, что угодно за какое-нибудь наставление.

Он хотел знать что-нибудь о своей жизни наверняка, вместо того чтобы собирать утерянные воспоминания по крупицам.

Хэйзел положила руку ему на плечо.

- Всё будет в порядке.

Сейчас ты здесь.

Ты один из нас.

Он чувствовал себя неловко, когда его успокаивала восьмиклассница, которую он едва знал, но все же он был рад, что она была здесь.

Над ними прогремел гром.

Красная молния осветила холм.

- Октавиан почти закончил, - сказала Хэйзел.

- Пошли.

В сравнении с сараем Нептуна, храм Юпитера определённо был лучший и величайший.

Мраморный пол был выгравирован причудливыми мозаиками и латинскими надписями.

Шестьюдесятью футами выше куполообразный потолок сверкал золотом.

Весь храм был открыт ветрам.

В центре стоял мраморный алтарь, где ребенок в тоге осуществлял какой-то ритуал перед массивной золотой статуей того самого главного чувака: Юпитера - бога неба, одетого в шелковую пурпурную тогу размера XXXL и держащего молнию.

- Это выглядит не так, - пробормотал Перси.

- Что? - спросила Хэйзел.

- Повелитель молний, - сказал Перси.

- О чем ты говоришь?
- Я... - Перси нахмурился.

На секунду он подумал, что вспомнил что-то.

Но сейчас все пропало.

- Ничего. Я полагаю.

Ребенок у алтаря поднял руки.

Большое количество красных молний засверкало в небе, сотрясая храм.

Затем он опустил руки и грохот остановился.

Облака из серых превратились в белые и рассеялись.

Довольно впечатляющий трюк, учитывая то, что малыш ничего особенного из себя не представлял.

Он был высоким и худым с бледно-желтыми волосами, одетый в безразмерные джинсы, мешковатую футболку и свисающую тогу.

Он был похож на чучело, обернутое простыней.

- Что он делает? - пробормотал Перси.

Парень в тоге обернулся.

У него была кривая улыбка и слегка безумный взгляд, как будто он только что играл в напряженную видео-игру.

В одной руке он держал нож.

В другой руке было что-то напоминающее мертвое животное.

И это не придавало его внешности менее безумный вид.

- Перси, - сказала Хэйзел, - это Октавиан.

- Грек! - произнес Октавиан.

- Как интересно.

- Эм, привет, - сказал Перси.

- Ты убиваешь маленьких животных?
Октавиан посмотрел на пушистую вещь у себя в руке и засмеялся.

- Нет, нет.

Когда-то, да.

Мы обычно читали волю богов путем изучения кишков животных - цыплят, коз, что-то типа этого.

В настоящее время мы используем это.

Он бросил пушистую вещь Перси.

Это был выпотрошенный плюшевый мишка.

И тогда Перси заметил, что у подножия статуи Юпитера лежала целая куча изуродованных плюшевых животных.

- Ты это серьезно? - спросил Перси.

Октавиан сошел с помоста.

Ему, возможно было около восемнадцати лет, но из-за худощавого телосложения и болезненного вида он выглядел намного младше.

Сперва, он показался безобидным, но как только он подошел ближе, Перси уже не был в этом так уверен.

Глаза Октавиана сверкали неподдельным любопытством, так словно он мог выпотрошить Перси также легко как плюшевого мишку, если бы это помогло ему узнать что-то.

Его глаза сузились.

- Ты кажется, нервничаешь.

- Ты напоминаешь мне кого-то, - сказал Перси.

- Не могу вспомнить кого.

- Может моего тезку? Октавиана - Августа Цезаря.

Все говорят, что у нас с ним невероятное сходство.

Перси так не думал, но он не мог вспомнить.

- Почему ты назвал меня Греком?
- Я увидел это в предзнаменовании.

Октавиан кончиком ножа указал на предметы на алтаре.

- Послание гласило: Грек прибыл.

Или ещё один из возможных вариантов: Гусь расплакался.

Я все-таки думаю, что первая интерпретация правильная.

- Ты искал легион, чтобы присоединиться к нему? - Хэйзел обратилась к нему.

Она рассказала Октавиану все, что случилось с того момента как они встретились в туннеле - горгоны, сражение в реке, появление Юноны, их разговор с Рейной.

Когда она упомянула Юнону, Октавиан удивился.

- Юнона, - задумался он.

- Мы называем ее Юнона Монета.

Юнона Предупреждение.

Она появляется во времена кризисов, чтобы предупредить Рим о приближающихся угрозах.

Он посмотрел на Перси так, как будто хотел сказать: как странные Греки, к примеру.

- Я слышал, что на этой неделе проводится праздник Фортуны, - сказал Перси.

- Горгоны сказали, что вторжение будет в этот день.

Твои "игрушки" поведали тебе об этом?
- К сожалению нет.

Октавиан вздохнул.

- Желания богов сложно разглядеть.

И в эти дни мои видения стали намного мутнее.

- А у вас нет... Ну не знаю, - сказал Перси, - Оракула или еще чего?
- Оракул! - Октавиан улыбнулся.

- Какая забавная идея.

Нет, я боюсь, что запасы оракулов у нас закончились.

Сейчас, если мы проконсультируемся с Сибилианскими книгами, как я рекомендовал -
- Сиба.. что? - спросил Перси.

- Книги предсказаний,- сказала Хэйзел,- которыми Октавиан одержим.

Римляне привыкли консультироваться с ними, когда случаются катастрофы.

Большинство людей считают, что они сгорели, когда пал Рим.

- Некоторые люди считают, - поправил Октавиан.

- Но к сожалению наше нынешнее руководство не будет организовывать поиск, чтобы найти их -
- Потому что Рейна не настолько глупа, - сказала Хэйзел.

-... таким образом у нас есть только несколько оставшихся обрывков из книг,- продолжил Октавиан.

- Несколько загадочных предсказаний, как эти.

Он кивнул на надписи на мраморном полу.

Перси посмотрел на строчки, даже не ожидая, что поймет хоть слово.

Он чуть не задохнулся.

- Вот это.

Он указал на надпись, переводя её громко читая вслух:
На зов ответят семь полукровок.

В огне и буре мир гибнет снова...
- Да, да.

Октавиан, не глядя, закончил:
"Клятву сдержи на краю могилы,
К Вратам смерти идут вражьи силы".

- Я-я знаю это.

Перси подумал, что молния опять сотрясла храм.

Но затем он осознал, что все его тело пробирает дрожь.

- Это важно.

Октавиан приподнял бровь.

- Конечно, это важно.

Мы называем это Предсказанием Семи, но оно было сделано несколько тысяч лет назад.

Мы не знаем, что оно значит.

Всякий раз, когда кто-то пытается его объяснить... Ну, Хэйзел тебе расскажет.

- Происходят плохие вещи,

- Хэйзел взглянула на него.

- Просто прочитай предзнаменование для Перси.

Может ли он присоединиться к легиону или нет?
Перси почти, что мог ощущать, как размышлял Октавиан, просчитывая, будет ли полезен Перси или нет.

Он провел рукой по рюкзаку Перси.

- Какой прекрасный образец.

Можно мне?
Перси не понял, чего он хотел, но Октавиан схватил подушку-панду, которая торчала из его рюкзака.

Это была всего лишь глупая мягкая игрушка, но Перси носил ее с собой долгое время.

Отчасти он привязался к ней.

Октавиан повернулся к алтарю и поднял свой нож.

- Эй! - запротестовал Перси.

Октавиан распорол живот панды и вытащил ее внутренности на алтарь.

Он отбросил оболочку панды в сторону, пробормотал несколько слов в пух, затем повернулся к ним с широкой улыбкой на лице.

- Хорошие новости, - сказал он.

- Перси может присоединиться к легиону.

Мы назначим его в когорту на вечернем собрании.

Скажи Рейне, что я одобряю.

Плечи Хэйзел расслабились.

- Э-э, ладно.

Пошли, Перси.

- Оу, и, Хэйзел, - сказал Октавиан.

- Я рад приветствовать Перси в легионе.

Но когда настанут выборы претора, я надеюсь, ты вспомнишь -
- Джейсон не мертв, - резко сказала Хейзел.

- Ты предсказатель.

Ты должен был искать его!
- Я... - Октавиан указал на кучу выпотрошенных мягких игрушек.

- Я советуюсь с богами каждый день! Увы, но после 8 месяцев, я ничего не выяснил.

Конечно, я до сих пор веду поиск.

Но если Джейсон не вернется до начала праздника Фортуны, мы должны будем действовать.

Мы больше не можем ждать.

Я надеюсь, ты поддержишь меня в качестве нового претора.

Это значит очень много для меня.

Хэйзел сжала кулаки.

- Я.

Поддержу.

Тебя?
Октавиан снял свою тогу, положив её и свой нож на алтарь.

Перси заметил семь линий на руке Октавиана - семь лет в лагере, догадался Перси.

Метка Октавиана была арфа, символ Аполлона.

- После всего, - Октавиан сказал Хэйзел, - возможно я смогу тебе помочь.

Это будет неприятно если эти ужасные сплетни о тебе будут распространяться... или, боги запретят, если окажется? что это правда.

Перси сунул руку в карман и схватил свою ручку.

Этот парень шантажировал Хэйзел.

Это было очевидно.

Один знак от Хэйзел и Перси был готов взмахнуть мечом и посмотреть, как бы Октавиан выглядел на обратной стороне лезвия.

Хэйзел глубоко вздохнула.

Костяшки её пальцев побелели.

- Я подумаю об этом.

- Прекрасно,- сказал Октавиан

- Кстати, твой брат здесь.

Хэйзел застыла.

- Мой брат? Зачем?
Октавиан пожал плечами.

- Почему твой брат делает что-то? Он ждет тебя в храме твоего отца.

Только ...эм, я не хочу, чтобы он задерживался здесь надолго.

Он заставляет других беспокоиться.

И теперь, если вы извините меня, я продолжу поиски нашего бедного пропавшего друга, Джейсона.

Рад был познакомиться с тобой, Перси.

Хэйзел выбежала из павильона, и Перси последовал за ней.

Он был уверен, что никогда не был так счастлив, покидая храм.

Когда Хэйзел спускалась вниз по склону, она ругалась на латыни.

Перси не смог понять все, что она сказала, но он уловил - сын горгоны, ненасытный змий и еще пару предположений о том куда Октавиан мог засунуть свой нож.

- Я ненавижу этого парня, - пробормотала она на английском.

- Будь моя воля -
- Он же на самом деле не будет избран претором, ведь так? - спросил Перси.

- Хотела бы я быть уверенной в этом.

У Октавиана много друзей, большинство из них подкупные.

Остальные жители лагеря боятся его.

- Боятся этого худощавого маленького паренька?
- Не недооценивай его.

Рейна не так плоха сама по себе, но если она разделит свою власть с Октавианом... - Хэйзел содрогнулась.

- Пойдем, увидимся с моим братом.

Он хочет встретиться с тобой.

Перси не возражал.

Он хотел встретиться с этим загадочным братом, может быть, он узнает секрет Хэйзел - кто её отец.

Перси не мог поверить, что она сделала что-то, о чем можно сожалеть.

Она выглядела очень милой.

Но Октавиан говорил так, как будто у него есть первоклассный компромат на нее.

Хэйзел привела Перси в черный склеп, на холме.

Перед ним стоял подросток в черных джинсах, и куртке летчика.

- Привет, - сказала Хэйзел.

- Я привела друга.

Мальчик повернулся.

У Перси опять появилось странное чувство: как будто это кто-то, кого он должен знать.

У него была бледная кожа, как у Октавиана, темные глаза и грязные черные волосы.

Он совсем не был похож на Хэйзел.

Он носил серебряное кольцо с черепом, цепи на поясе, и черную футболку с черепами.

У него был чисто черный меч.

На долю секунды, когда он увидел Перси, казалось, мальчик был в шоке - даже в панике, как будто он был пойман с поличным.

- Познакомься, это Перси Джексон, - сказала Хэйзел.

- Он хороший парень.

Перси, это мой брат, сын Плутона.

Мальчик успокоился и протянул руку.

- Приятно познакомится,- сказал он.

- Я Нико ди Анджело.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/22131/72791

Переводчики: tafi, realkukuruzka, Hatiko, Konstantinya_

melanie, sleepwalker, mariana, alatriste

xVariuSx, evgeshechka, LEO1808, Nynaeve

dasha2005, D51, InnerVision, adilya1901 и ещё 2 человека