Готовый перевод "If I Had a Hammer" by Charlaine Harris: If I Had a Hammer

- Если бы у меня был молоток, - напевала я, пока с помощью рулетки отмеряла и помечала карандашом места, где нужно было сверлить.

- Если ты собираешься петь, то я собираюсь уйти, - прокричала Тара из соседней комнаты.

- Не так уж и плохо, - ответила я с фальшивым негодованием.

- Вообще-то ужасно! - Она меняла подгузник у одного из близнецов в соседней комнате.

Мы всегда были подругами. Муж Тары ДжиБи дю Рон был частью этой дружбы. Мы были маленькой группой неудачников в старших классах школы Бон Темпс, в Луизиане. И только то, что каждый из нас имел свои таланты, спасло нас от звания абсолютных изгоев. Я играла в софтбол, Тара была хорошим организатором (школьный ежегодник, софтбольная команда), а ДжиБи был невероятно красив и играл в футбол, хорошо и усердно тренируясь.

И как же мы подружились, спросите вы. Я была телепатом, родители Тары были жестокими, нищими алкоголиками, выставляющими на публику свои проблемы, а ДжиБи был тупым как пробка.

Тем не менее, мы в свои почти тридцать были довольно счастливыми людьми. ДжиБи и Тара поженились, и вскоре произвели на свет близнецов. У меня была хорошая работа и жизнь более захватывающая, чем я того желала.

ДжиБи и Тара были поражены и удивлены, когда обнаружили, что станут родителями, ещё большим сюрпризом стало то, что у них будет двойня. Многие дети выросли в этом, построенном восемьдесят лет назад, доме, но современным семьям нужно больше места. Удобный и комфортабельный для двоих, дом стал трещать по швам после того, как на свет появились Роберт-Торнтон дю Рон и Сара-Соки дю Рон, купить дом побольше возможности не было. То, что на этот момент они уже владели уютным бунгало на улице Магнолия, оказалось просто чудом.

Тара купила дом много лет назад, когда её магазин "Одежда у Тары" стал приносить кое-какие доходы. После тщательных размышлений она выбрала старый дом Саммерлин, бунгало, построенное в конце двадцатых или начале тридцатых годов. Мне всегда нравилась улица Магнолия, застроенная домами одной эпохи, затенённая большими деревьями и заставленная яркими цветочными клумбами.

В одноэтажном доме Тары было две спальни (одна большая и одна очень маленькая), одна ванна, кухня, гостиная, столовая и застеклённая терраса, расположенная на солнечной стороне. Терраса, которая облицовывала фасад дома и находилась через арку вправо от гостиной, стала детской комнатой, так как была намного просторней второй спальни. И к тому же гардероб в маленькой спальне задней стенкой примыкал к террасе.

После совещания в верхах на прошлой неделе, в котором участвовали: я, мой босс Сэм Мерлотт и Квиана Вонг, присматривавшая за детьми Тары, ДжиБи и Тара составили план действий. С нашей помощью они сломают заднюю стенку гардероба в маленькой спальне, которая отделяет спальню от террасы. Затем мы заделаем дверь гардеробной в маленькой спальне и, таким образом, шкаф будет открываться на террасу. Мы поставим туда дверной проём и жалюзийные двери. Терраса превратится в новую детскую спальню с гардеробной и полками для вещей на стенах. Мы покрасим террасу и маленькую спальню, и тогда всё будет готово. Всего лишь небольшая домашняя перестройка, но она принесёт значительные изменения.

На следующий день Тара съездила в Sew Right в Шривпорт, чтобы выбрать ткань, и начала делать новые занавески, которыми собиралась закрыть множество окон, наполняющих террасу светом.

Сэм согласился снести стену, но он был весьма взволнован. - Я знаю это можно сделать,- сказал он. - Но я никогда этим не занимался. - ДжиБи и Тара уверили его, что абсолютно доверяют ему, тогда вооружённый парочкой советов от универсального мастера на все руки Терри Бельфлера, Сэм собрал нужные инструменты.

Тара, Квиана, близнецы и я собрались на террасе, чтобы наблюдать волнующий момент, когда Сэм пробьёт старую стену. Мы слышали множество шума: скрежета, пиления, а главный удар сопровождался бранью. Тем временем ДжиБи вытаскивал на улицу куски гипсокартона, которые отламывал Сэм.

Это было сдержанное волнение.

Затем я услышала, как Сэм говорит, - Эй, ДжиБи, взгляни на это.

- Что это? - произнёс ДжиБи удивлённо и ошеломлённо одновременно.

- Этот кусок панели был вырезан и заменён.

- ... электрические провода? - пробормотал он.

- Нет, не похоже. Сделано непрофессионально, - сказал он, продолжая бормотать, - ... В этом месте я смогу открыть. Давай, я вставлю эту отвёртку в...

Даже с нашей стороны стены, я могла слышать скрип, когда Сэм вырвал панель между распорок. Но потом наступила тишина.

Не в силах сдержать своё любопытство, я оставила террасу и резко двинулась через гостиную вдоль стены в детскую. Сэм был полностью в шкафу, а ДжиБи стоял у его плеча. Оба смотрели на то, что Сэм обнаружил.

- Это молоток, - произнёс тихо Сэм.

- Могу я взглянуть? - сказала я, и Сэм развернулся и протянул мне молоток.

Я машинально его взяла, но мне было жаль, когда я поняла, что я держала в руках. Итак, это был молоток. И он был покрыт тёмными пятнами.

Сэм сказал, - От него пахнет засохшей кровью.

- Это, должно быть, молоток, которым убили Исайю Векслера, - сказал ДжиБИ, как если бы это было первое, что бы сразу же пришло кому-угодно на ум.

- Исайю Векслера? - сказал Сэм. Он не вырос в Бон Темпс, как остальная часть из нас.

- Давай посидим в гостиной, и я расскажу тебе об этом, - сказала я. Маленькая комната вдруг стала враждебной и замкнутой, и мне захотелось покинуть её.

Пятеро взрослых и два ребёнка почти полностью заполнили всю гостиную. Тара кормила Сару, через её плечо был предусмотрительно переброшен платок. Квиана держала малыша Робби, покачивая его, чтобы сохранить его спокойствие, пока не пришла его очередь.

- Ещё в начале тридцатых годов, Джейкоб и Сара Джейн Векслер жили по соседству, - сказала Тара Сэму. - В этом доме сейчас живут Энди и Холли Бельфлер. Дейзи и Гирэм Саммерлин построили этот дом. У Векслера был сын, Исайя, которому было около пятнадцати. В семействе Саммерлин было два сына, один - чуть старше Исайи, и другой младший, я думаю, ему было тринадцать. Можно было подумать, что мальчики будут друзьями, но по какой-то причине, Исайя, мальчик, здоровый, как бык, подрался со старшим мальчиком Саммерлинов, которого звали... - Она замолчала, взглянув засомневавшись.

- Альберт, - сказала я. - Альберт был на год старше Исайи Векслера, крепкий парень с рыжими волосами и веснушками, бабушка рассказывала мне. Младшим братом Альберта был Картер, и ему было тринадцать, я думаю. Он был спокойным, достаточно кудрявым и рыжеволосым.

- Наверняка, твоя бабушка не помнила этого, - сказал Сэм. Он занимался вычислениями в своей голове.

- Да, она была слишком молода, когда всё это случилось. Но её мама знала оба семейства. Драка и отчуждённость вызвали скандал в городе, потому как Векслеры и Саммерлины не могли заставить Исайю и Альберта пожать друг другу руки и помириться. Мальчики не рассказывали никому, из-за чего была драка.

Тара потянулась под платок, чтобы достать Сару, а оторвав её, у неё началась отрыжка. Сара была мастером отрыжки. Я могла чувствовать печаль в мыслях Тары. Я полагала, что старая история разожгла воспоминания о её конфликтной семьё. - В любом случае, - энергично сказала я, - два мальчика Саммерлин спали там в комнате. - Я указала на стену, которую только что разрушил Сэм. - У родителей спальня была побольше, и там был малыш; он находился с ними. В доме через дорогу, в спальне спал Исайя Векслер, чьё окно выходило прямо на этот дом. - Я указала на северное окно террасы. - Я думаю, что Энди и Холли используют её в качестве комнаты для отдыха сейчас. Однажды летней ночью, через две недели после большой драки между Исайи и Альбертом, кто-то залез через открытое окно Исайи и убил его во сне. Забил его на смерть.

- Фу. - Сэм выглядел нездорово и я знала, что он думал о тёмно-окрашенном молотке.

Раскосые тёмные глаза Квианы были прищурены, почти закрыты от душевных страданий, отвращения, некоторых неприятных эмоций. Она вышла из комнаты с Сарой чтобы переодеть её, после того как отдала Робби Таре.

Я сказала, - Бедные Векслеры нашли его утром в постели, всего в крови, и они послали за полицией. Тогда существовал один полицейский в Бон Темпс, и он сразу же пришёл. В те времена, это означало - в течение часа.

- Сэм, ты просто не поверишь, кто был этим полицейским, - сказала Тара. - Это был человек по имени Фуллер Комптон, один из потомков Билла.

Я не хотела начинать говорить о Билле, который был моим бывшим. Я в спешке продолжила грустную историю. - Векслеры сказали Фуллеру Комптону, что Саммерлины убили их сына. Что смог сделать Фуллер, так это пойти в соседний дом? Конечно, Саммерлины отрицали это, сказав, что их сын Альберт спал и не выходил из дома. Фуллер не обнаружил никаких следов крови, и Картер Саммерлин рассказал полицейскому, что его брат был в постели всю ночь.

- Тогда не было C.S.I.: Место преступления, - мудро сказал ДжиБи.

- Печально, - сказала Квиана, возвращаясь с Сарой, которая размахивала своими ручёнками во сне.

- Так что, ничего не случилось? Никто не был арестован? - спросил Сэм.

- Ну, я думаю, Фуллер арестовал бродягу и держал его некоторое время в тюрьме, но не было никаких улик против него, и Фуллер, в конце концов, отпустил его. На следующую неделю Саммерлины отослали Картера из города к родственникам. Он был так молод. Они, должно быть, хотели защитить его от негативного отношения людей. Альберт Саммерлин находился под большим подозрением у всего города, но не было никаких улик против него. А после того, Альберт никогда не показывал признаков вспыльчивости. Он продолжал ходить в церковь. Люди начали снова общаться с Дейзи, Гирэмом и Альбертом. Альберт никогда больше не был замечен в других драках. - Я покачала головой. - Люди были уверены, что Векслеры переедут, но они сказали, что не собирались. Они собирались остаться и служить напоминанием Саммерлинам каждый день их жизни.

- Векслеры всё ещё в Бон Темпс? - спросил Сэм.

Кэти Векслер около семидесяти, и она живёт в маленьком домике поблизости Кларис, - сказал ДжиБи. - Она - милая и она - вдова последнего Векслера.

- Что случилось с Альбертом? - спросила Квиана, - и с ребёнком?

- Не так много, - сказала я. - Старший из семейства Саммерлин скончался. Картер решил не возвращаться. Ребенок умер от скарлатины. Альберт женился и завёл детей. Вырастил их здесь в этом доме. Тара купила дом у Баки Саммерлин, ведь так, Тара?

- Да, - сказала она. Она похлопывала Робби по спине сейчас. Робби таращился на всех вокруг тем самым глуповатым взглядом ребёнка. Сара спала на руках Квианы, а я автоматически проверила няню. Её все мысли были о ребёнке, и я расслабилась. Хотя я тщательно проверила Квиану, после того, как Тара сказала мне, что подумывала нанять её, я всё равно чувствовала, что не знала её хорошо.

Если бы ДжиБи, я и Тара рассматривали в качестве кандидата странных неудачников, Квиана бы получила двойное звание неудачницы с приветом. Её мать была наполовину китаянкой, наполовину афроамериканкой. Её папа, Куп Вудс, был стопроцентным фермером. Когда Квиане было шестнадцать лет, они оба были убиты, когда однажды ночью их автомобиль заглох на железнодорожном полотне. Виной всему был алкоголь. Ходили слухи, что Куп планировал самоубийство. Сейчас Квиане было восемнадцать, и она оставалась у какого-то родственника, имевшегося у неё. Мне стало жаль её из-за шаткого положения… и я знала, что что-то её отличало от остальных девушек. Я дала Таре зелёный свет, чтобы нанять её, хотя бы потому, что какими бы ни были её выходки, они были не зловредными.

Теперь Сэм сказал, - Вы думаете, нам следует позвонить в полицию? В конце концов, по соседству есть детектив.

Я заметила, что никто из нас не подпрыгнул, чтобы сказать "Да", именно так.

Бесспорно, на молотке были пятна, и обоняние Сэма подсказало ему, что этими пятнами была засохшая кровь.

Бесспорно, молоток был спрятан в стене.

Бесспорно, убийство произошло по соседству. Но, возможно, не было никакой связи.

Верно.

- Не думаю, что мы должны, - сказала Тара, и ДжиБи кивнул с облегчением. Это было их право, как домовладельцев, я полагала. Я посмотрела на молоток, как он лежал на старой газете на журнальном столике. Молотки не сильно изменились за десятилетия. Рукоятка была потёртой, и когда я подняла его и перевернула её, то увидела, что надпись на нём читается как ФАЙЕРСТОУН СУПРИМ. С тёмными пятнами на нём, инструмент выглядел в высшей степени уродливым в солнечной комнате. Он никогда вновь не сможет быть просто инструментом.

Тара подняла его, заворачивая в бумагу, и унесла из комнаты.

Действия Тары привели нас всех в движение. Мы разделились в разных направлениях, чтобы идти работать: ДжиБи – в Фитнес-клуб, где он освежается и тренируется; Сэм и я - в бар "Мерлотт"; Тара - проверить её помощницу, МакКенну, которая бегала в магазин, пока Тара была в декретном отпуске. Когда я прощалась, Квиана укладывала близнецов спать на кровать Тары и ДжиБи, так как комната младенцев была полна пыли.

Я ЗАСТАВИЛА СЕБЯ прийти к Таре в девять утра следующего дня. Мне пришлось перебороть своё нежелание. Впервые, очень милый маленький дом с аккуратным передним двориком казался мрачным. Даже небо было пасмурным. Я постучала в дверь, открыла её и крикнула, - Эй! Я - здесь!

Квиана приступила уже к работе в прачечной, но её набитый рот переходил в мрачные надутые губы, и она только кивнула, когда я заговорила с ней. ДжиБи нигде не было видно. Конечно, он мог быть уже в фитнес-клубе, но обычно он работал во второй половине дня и вечером. Тара тоже не показывала своё лицо.

Сэм плёлся за мной, наступая на пятки, и мы приготовили себе по чашке кофе на кухне .. Квиана не ответила на наши попытки начать разговор, а молча готовила бутылочку для одного из близнецов. Тара должна была, по-видимому, вот-вот подойти.

ДжиБи вышел из спальни с видом, как с похмелья. Мой давний друг, как правило, был самым весёлым парнем в округе, но сегодня утром у него были круги под глазами и выглядел он на пять лет старше. - Малыши проплакали всю ночь, - сказал он устало. - Я не знаю, что на них нашло. Прямо сейчас они в постели с Тарой. - За долю секунды он залпом выпил свой кофе. Постепенно он начал приходить в себя, и когда мы поставили кружки в раковину, мы все выглядели немного радостнее.

Я начала волноваться. Что-то подсказывало мне, что этот день не предвещал ничего хорошего.

Сэм и ДжиБи вернулись в маленькую комнату, чтобы закончить вырезать дверной проём. Я взобралась на складную табуретку, чтобы установить несколько креплений для стеллажа, который будет установлен прямо над пеленальным столиком. Места для регулируемых креплений были уже отмечены на стене. (В процессе монтажа, я узнала, как пользоваться электродрелью, и по праву горжусь собой). Я начала пересчитывать отверстия в стене, креплений должно быть столько же.

- Ну вот теперь у вас есть надёжные крепления, - сказала я удовлетворённо. Они висели достаточно высоко, чтобы не искушать близнецов взобраться на них, когда они подрастут. Нижние полки стеллажа предназначались для вещей, которые могут понадобиться Таре, когда она будет менять подгузники младенцам. На верхних полках будут лежать безделушки подаренные ей знакомыми: китайский детский башмачок с растением, фотография близнецов в прелестной рамке, детские книжки.

- Хорошая работа, Сок, - сказал Сэм позади меня.

Я подскочила, а он засмеялся. - Ты слишком задумалась, чтобы услышать, как я вошёл через новую дверь шкафа, - сказал он. - Я старался топать громче.

- Ты отвратительный, - сказала я, спускаясь вниз. - Я не думаю, что буду работать на тебя когда-либо.

- Не говори мне это, - сказал он. - Что бы я делал без тебя?

Я усмехнулась ему. - Я думаю, ты найдёшь способ вести дела. Это выгодно, есть много женщин, которым нужна работа, даже если приходиться работают на такого эксплуататора, как ты.

Он фыркнул. - Ты имеешь в виду, на такого простофилю, как я. Кроме того, у тебя сейчас есть собственный финансовый интерес в баре. Где полки? Я могу подать их тебе.

- ДжиБи вырезал их вчера и собирался покрасить, когда вернётся с работы вчера вечером.

Сэм пожал плечами. - Ещё не видела их.

- Тара, - позвала я. - Ты уже проснулась?

- Да, - отозвалась она. Я пошла на её голос в комнату, которая на данный момент была детской. Тара меняла подгузник Робби. Она улыбалась, глядя на ребёнка, но выглядела измождённой

- Он хочет знать, где сейчас его сестра, - сказала Тара, свободно интерпретируя ищущий взгляд Робби. - Я думаю, что Сара с ДжиБи.

- Я разыщу их, - предложила я. Я вошла в кухню, где Квиана готовила у плиты… соус для спагетти, судя по запаху. - Ты видела ДжиБи и Сару? - спросила я. Она думала, что ей не нравится идея, что кто-то может читать её мысли. Едва ли я могла винить её за это. Мне не нравилась сама идея того, что я могла. Я стала ощущать намного сильнее, чем когда-либо, что было что-то особенное в Квиане, что-то, что перекликалось с моим собственным даром. Всё же, ещё не пришло время обвинять её в этом.

- Они пошли на улицу, - прошептала она и её костлявая фигурка сгорбилась над плитой, как у начинающей ведьмы. Я прошла позади нёе и вышла через заднюю дверь.

- ДжиБи? - На первый взгляд, огороженный двор со своим маленьким патио и одиноким чёрным дубом выглядел нежилым.

Доски для стеллажей находились там, и были окрашены, что меня порадовало. Но, где же был ДжиБи? И что более важно, где была малышка Сара?

- ДжиБи! - позвала я снова. - Где ты? - Возможно, из-за высокого забора на заднем дворе не было и ветерка. Садовая мебель покрылась пылью и иссушалась на солнце. Было достаточно жарко, чтобы мою кожу покалывало. Я закрыла глаза и сделала глубокий вдох, вдыхая ароматы города: асфальт, приготовление пищи, автотранспорт, собаки. Я искала живые мысли в этой округе и обнаружила только двоих, когда тихий голос сказал, - Здесь.

Я обошла вокруг чёрного дуба и ближе к западному углу двора нашла ДжиБи, сидящего на земле. Я с облегчением закрыла глаза, когда увидела, что он держал в руках Сару, которая издавала эти милые еле слышные звуки ребёнка и размахивала руками.

- В чём дело? - спросила я, стараясь, чтобы мой голос звучал мягко и расслабленно.

ДжиБи распустил свои волосы, и собирал их резинкой в хвостик. Если бы вы сравнивали его с кинозвездой - то да, он был так же привлекателен. Он похож на эту светловолосого красавчика, модель - Джейсона Льюиса. Но только внешне. - В доме есть что-то злое и печальное, - сказал он, произнеся это более серьёзно и тревожно, чем я когда-либо слышала. - Когда мы вскрыли стену и коснулись молотка, это выбралось наружу.

Если бы у меня не было такой странной жизни, я бы рассмеялась. Я, возможно, попыталась бы убедить ДжиБи, что это его воображение. Но мой друг был кем угодно, только не выдумщиком, и он никогда прежде не проявлял пристрастия к тёмной стороне. ДжиБи был всегда весёлым, оптимистичным, и, как правило, присоединялся к нам из любопытства.

- И, когда ты… заметил это? - спросила я.

Сэм тихо подошёл к нам. Теперь он опустился на колени возле ДжиБи. Он пальцем провёл линию по пухлым маленьким щёчкам Сары.

- Я заметил это вчера вечером, - сказал ДжиБи. - Это бродило по дому.

- А Тара тоже это видела? - спросил Сэм. Он не смотрел на ДжиБи. Солнце играло огнём на его светло-рыжих волосах, когда он опустился на колени во дворе.

- Нет, она не видела. - ДжиБи покачал головой. - Но я знаю, что Это там. Не говорите мне, что я выдумал это или, что я воображаю или что-то типа того. Это чушь собачья.

- Я тебе верю, - сказала я.

- Я тебе тоже верю, - ответил Сэм.

- Хорошо, - сказал ДжиБи, глядя на свою дочь. - Тогда давайте выясним, как избавиться от него.

- И к кому мне стоит обратиться с этим? – подумала я вслух.

- К "охотникам за привидениями", - машинально сказал Сэм, а затем смутился.

- Ко мне, - произнёс новый голос, и мы все обернулись и взглянули на Квиану. У неё всё ещё была ложка в руке, с которой капало что-то красное.

Это было то, что можно назвать многозначительной паузой.

- Мне это знакомо, - сказала она, произнося это без особой радости. - У меня в голове появляются образы.

Пауза затянулась до неприличия надолго. Я должна была что-то сказать. Она уже пожалела, что выдала себя, и я могла это чётко видеть, в любом случае. - Как давно ты медиум? - спросила я, как будто бы сказала, Ты часто сюда приходишь? Но у меня не было никаких идей.

- С самого детства, - сказала она. - Но мои родители, ты же понимаешь... Я поняла, что нужно держать язык за зубами, после того как первый раз напугала их.

"Напугать" это ещё мягко сказано и я полностью прониклась сочувствием к Квиане. У меня была та же проблема. Воспитывать маленькую девочку, которая может прочитать ваши мысли, было тяжёлым испытанием для моих отца и матери, и следовательно, это было тяжело для меня.

- Как это происходит? - спросила я, в то время как ДжиБи и Сэм все ещё копались в своих мыслях. - Я имею в виду, ты ясно видишь эти картины? Что заставляет их появляться?

Она пожала плечами, но я заметила, что она почувствовала облегчение, потому что я воспринимаю её всерьёз. - Это прикосновение, по большей части. Я имею в виду, что у меня не бывает видений, когда я за рулём или делаю что-нибудь ещё.

- Это очень любопытно, - сказала я, и это было абсолютно искренне. Это было редкостью встретить кого-то ещё, кто был полностью человеком, но при этом тоже был не совсем обычным.

Она чувствовала тоже самое.

- А когда ты касаешься детей, - спросил ДжиБи неожиданно, - Что ты видишь?

- Они ещё маленькие, - сказала Квиана с удивительной нежностью. - Я не ожидаю что-нибудь увидеть, пока они ещё младенцы.

Это уже была неправда, но мне хотелось аплодировать ей за умение держать язык за зубами. Я была благодарна ей, что она не стала объяснять ничего, что бы там ей не привиделось, и мне не пришлось увидеть это вместе с ней. Если может быть что-то хуже, чем читать чужие мысли, то это определённо способность видеть чужое будущее, особенно если ты всё равно ничего не можешь с этим поделать.

- А ты можешь.... Ты ведь не можешь ничего изменить? - спросила я. - Когда видишь, что что-то должно случиться?

- Нет, не могу, - сказала она совершенно категорично. - У меня нет никаких обязательств. Но это люди принимают решения и они могут изменить то, что я увидела. - Золотая кожа Квианы покраснела, когда мы все уставились на неё .

- А сейчас, - сказал Сэм, переходя от общего к частному, - как ты думаешь, ты можешь помочь нам с проблемами в этом доме?

Квиана посмотрела в пол. - Я не знаю, но я собираюсь попробовать, - сказала она. - Когда я пойму, что нужно делать. - Она вопросительно посмотрела на каждого из нас. Но ни у кого не было идей, по крайней мере, в этот момент.

Тогда я сказала, - Я надеюсь, что странное ощущение в доме должно исчезнуть само собой. Сэм вскрыл стену, я нашла молоток, так что теперь мы знаем - это Альберт убил Исайю. Это определенно должно упокоить дух.

- Вот так это и происходит? - спросил ДжиБи. Он, казалось, не сомневался в том, что я знаю правильный ответ.

- Дружище, я не знаю, - ответила я. - Если это не сработало, возможно, нам следует позвонить католическому священнику. - Один как раз перебрался в приход Бон Темпс из соседнего городка.

- Но ведь это не демон, которого нужно изгонять, - разгневанно сказала Квиана. - Это не дьявол. Это что-то действительно печальное.

- Пусть это нечто страдает где-нибудь в другом месте, - ответил ДжиБи. - Это наш дом и наши дети. Они не должны всё время рыдать.

И словно он нажал сигнальную кнопку, мы услышали, как Робби громко заплакал в доме. Мы все одновременно вздохнули, что было бы довольно забавно, если бы только мы знали что делать. Но дальнейший разговор не поспособствовал появлению какого-нибудь плана, так что мы решили, что будет лучше вернуться к работе, которая собрала нас здесь.

Мы с Сэмом взяли покрашенные полки и понесли в дом, чтобы повесить их. Квиана последовала за нами и вернулась к плите, чтобы помешать соус для спагетти, на её лице застыла боль. А мысли в её голове сосредоточились на том, как побороть горе, которое разлилось по дому, словно невидимая вода.

Сэм принёс краску. Пока я красила дверной проём, он куском гипсокартона закрыл то место, где раньше находилась дверь гардеробной. Когда всё было готово, Сэм очень тщательно стал красить новую стену со стороны старой детской, пока я красила гардеробную со стороны новой детской. Было странно слышать шуршание его кисти всего в паре миллиметров от меня. Мы делали одно и то же, оставаясь при этом, невидимыми друг для друга.

Моя работа не заняла много времени. ДжиБи как раз собирался приделать две вешалки для крошечной одежды близнецов, и стеллаж над ними, но он ушёл за несколько минут до того, как я закончила, чтобы выполнить пару поручений перед работой. ДжиБи двигался медленно. Он сел в машину и, положив голову на руль, ненадолго замер. Но ещё до того, как он доехал до угла, он уже улыбался, и я почувствовала, как мои плечи расслабились с облегчением.

После того, как Сэм очистил свои кисти и заляпанную одежду, он отправился в "Мерлотт". У меня был выходной, и мне нужно было оплатить некоторые счета. Я не могла дождаться, когда, наконец, покину дом. Я предложила Таре поехать со мной, пока я буду мотаться по городу, и к моему удивлению она согласилась. Всё время она сидела молча, и я не могла сказать, была ли она подавленной или измождённой, или и то и другое сразу. И чем дальше мы уезжали, тем разговорчивее она становилась.

- Мы не можем переехать из нашего дома, - сказала она. - Я не могу позволить себе купить другой, и мы не можем жить с роднёй ДжиБи. Кроме того, никто не купит этот дом до тех пор, пока мы снова не сделаем его нормальным.

Так как я провела в доме меньше времени, чем Тара, я восстановила свои душевные силы быстрее. - Может быть, мы просто сглупили, Тара. Возможно мы просто растянули муху до размеров слона.

- Или вытянули призрак из молотка, - ответила она, и мы обе рассмеялись.

Мы вернулись, чтобы поесть спагетти и чесночный хлеб, который приготовила Квиана, в намного более хорошем расположении духа. Не могу даже описать, как обрадовала меня наша небольшая поездка... или как всё опустилось у меня внутри после десяти минут, проведённых в доме. Измождённые дети ненадолго заснули, и обед прошёл довольно хорошо, но фоном нашего разговора было постоянное предчувствие того, что в любой момент, одна из нас может разрыдаться.

Не было никого, чьи мысли я могла бы прочитать, чтобы получить хоть какую-нибудь информацию о произошедшем в этом доме. Ничем, ни словом, ни делом я не могла помочь в этой ситуации. У меня было несколько знакомых ведьм, но Амелия Бродвей - единственная, которой я доверяла, уехала на месяц в Европу. Я чувствовала себя странно в безвыходном положении.

Позже этим вечером мы снова собрались в гостиной. Никто не организовывал встречу - мы были словно притянуты обратно в дом, той несчастной вещью, которую мы потревожили.

Тара недавно зачехлила двухместный диванчик и кушетку, повесила несколько красивеньких репродукций в стиле Томаса Кинкейда *: много милых домиков с цветами или высоких деревьев с освещёнными солнцем верхушками. Это был такой дом, который хотела Тара: мирный, светлый, счастливый.
* (Томас Кинкейд - американский художник, отличается распространением печатных репродукций своих работ, в частности, его картины часто встречаются на паззлах. Он характеризует себя, как «Томас Кинкейд, Художник Света» и как «самый коллекционируемый ныне живущий художник Америки». Компания, распространяющая продукцию Томаса Кинкейда, заявляет, что в 1 из 20 домов США в той или иной форме есть одно из изображений, выполненное Кинкейдом. )

Но теперь дом на улице Магнолия перестал быть таким.

Сара была на руках у Тары, а ДжиБи держал Робби. Дети снова вели себя беспокойно, а тишина усиливала напряжение в комнате. Тара, нетипично для себя, решила уйти от реальности. Она винила ДжиБи за несчастье в доме.

- Он смотрит фильм "Охотники за привидениями" слишком часто, - она повторила это, наверно, в десятый раз. - Я жила здесь четыре года и всё было в порядке!

- Тара, зато сейчас что-то не в порядке, - сказала я, как можно спокойней. - Ты это знаешь. Квиана знает это. Все мы это знаем.

- О, ради бога! - сказала Тара раздражённо, так сильно качнув Сару, что она зарыдала. Тара выглядела потрясённо, и я прочитала, на мгновение появившийся в её голове импульс, передать Сару кому-нибудь, кому угодно. Вместо этого, она глубоко вздохнула и стала убаюкивать Сару чересчур мягко. ( Она испугалась, что превращается в свою мать. Я думаю, этим все сказано о Маме Торнтон.)

Квиана остановилась, и было что-то безрассудно храброе в том, как она вошла на террасу и приблизилась к гардеробной. Её густые чёрные волосы были убраны назад лентой, худые плечи были выпрямлены, на её золотом лице застыла решимость. Квиана мужественно шагнула к тому месту, где так долго находился молоток.

Я быстро встала, неосознанно преодолев несколько шагов. Я остановилась перед гардеробной и заглянула внутрь. Квиана сильно побледнела, а её глаза вытаращились. Я думала, что сейчас она упадёт на пол в конвульсиях, но она стояла на ногах. Она протянула ко мне свои маленькие руки. Я схватила их не думая. Они были очень холодными. Я почувствовала болезненный разряд электричества, передающийся мне от неё, и тихонько вскрикнула от потрясения.

- Соки? - Сэм уже почти положил свою руку мне на плечо, когда я остановила его резко, покачав головой. Я уже могла видеть нас составивших цепочку трясущихся и хрипящих жертв того, что проникло в Квиану. Я могла видеть образ в её голове, это нечто не было Квианой. Кто-то другой вселился в неё на несколько ужасных мгновений.

А потом всё кончилось. Я обнимала Квиану, а её голова лежала у меня на плече. Я поглаживала её, с некоторым отчаянием спросив, - Всё в порядке? Тебе нужно в больницу?

Квиана выпрямилась, тряся своей головой так, словно в её волосы попала паутина. Она сказала, - отойди, чтобы я смогла вылезти из этой грёбанной кладовки.

Я сразу так и сделала.

- Что произошло? - спросил Сэм. Волосы на его руке стояли дыбом.

Квиана, по вполне понятным причинам, была шокирована, но она также была возбуждена. Её кожа светилась этим. Я никогда не видела её такой оживлённой.

Дети вели себя тихо и округлили глаза, словно оленята, почуявшие хищника. ДжиБи выглядел напуганным, а Тара была рассержена, довольно типичная реакция для них.

Обмениваясь обрывками фраз, мы договорились передислоцироваться на задний двор. Вечер был душным, но жара была лучше того, что было в гардеробной.

Тара принесла нам прохладную газировку из холодильника, и мы сидели в темноте, освещённые лишь падавшим из окон светом. Я представляла себе, интересно, что подумают соседи о том, как тихо мы сидим, если заглянут к Таре за забор: унылая вечеринка.

- Так что это было? - спросила я Квиану, когда она уже выглядела более собранной.

- Это был призрак, - незамедлительно сказала она.

- Это должно быть был мальчик Исайя, - сказала я. - Так как он был жертвой убийства. Но с чего бы его призраку находиться в этом доме? Он был убит по соседству, не так ли? У Энди и Холли не было никаких проблем, иначе Энди сказал бы мне. - (Намеренно или случайно - Энди был абсолютным вещателем.)

- Здесь не было никаких костей или чего-нибудь ещё, - возразила Тара. - Просто молоток. - Квиана наклонилась, чтобы взять одного из близнецов у Тары, а та колебалась прежде, чем позволить Квиане взять ребёнка. Я могла чувствовать грусть Квианы, но она не винила в этом Тару. - Не должны ли тут быть останки тела, если здесь есть призрак?

- Призраков не должно быть там, где похоронили их физические останки, - сказала Квиана, её голос был уставшим. - Они застревают там, где эмоции… настигли их.

- А? - сказала Тара.

- Это сильное переживание, которое привязывает их к этому месту, - сказала Квиана нам. - Это травма.

Теперь, когда она решила рассказать нам, что была медиумом, Квиана была просто кладезем информации.

- Какая именно травма? - спросил ДжиБи.

- Обычно смерть и есть травма, сказала Квиана несколько нетерпеливо. - Если человек умирает в страхе и боли, его след остаётся в том месте, где это произошло. Или, иногда человек концентрируется на объекте, который сыграл роль в трагическом событии. Как в случае с окровавленным молотком. И после его смерти, вот где проявляется его призрак. В данном случае, молоток и шкаф являются объектами.

- Ха, - сказал Сэм, и это не означало, что он автоматически вступил в клуб "охотников за приведениями", но и на скептицизм не было похоже. Больше похоже на то, будто он разжёвывал эти новые идеи. Я это чувствовала именно так. В моем мире не было места для таких вещей до этого времени. - Итак, вы говорите, что он - это парень? - и может быть похоронен где угодно.

- В кино, когда вы находите кости, призрак прилагается, - сказал неожиданно ДжиБи.

- Жертвой убийства был Исайя Векслер и его надгробие находится на кладбище рядом с моим домом, - сказала я.

- Но кому-то не так просто успокоиться, - сказал ДжиБи, здраво произнося эти слова. - Ты знаешь, это, Соки.

Вдруг я почувствовала себя усталой и подавленной, более подавленной, чем когда-либо в моей жизни. И это было не по мне. Я не говорю, что я Поллианна** (безудержный оптимист), но это неожиданное мучение было просто непривычно мне.

** лит. Полианна - героиня рассказов американской детской писательницы Э. Портер (1868 - 1920), находящая причины для радости в самых бедственных ситуациях, т.е. человек, который является безудержным, неисправимым оптимистом.

- Сэм, - сказала я, - как думаешь, ты смог бы обратиться в собаку-ищейку (бладхаунда)? И, может быть, пройтись по двору? Если там есть захоронение, связанное с убийством, оно должно быть очень старым, и его тяжело будет учуять . - Я пожала плечами. - Но это стоит того, чтобы попытаться.

- Это - реальная жизнь, - произнесла Тара не совсем так, как будто она сердится, а просто протестуя против того, что всё это должно было случиться.

Реальная жизнь? Я чуть не рассмеялась. Столкнуться с "подержанным" призраком и выискивать труп - не было тем, чего я хотела от своей реальной жизни. С другой стороны, со мной случались вещи и похуже.

- Ладно, - неохотно сказал Сэм. - Но не сегодня. Это далеко не полная луна, поэтому не так легко будет измениться. Для начала, мне нужно проспать всю ночь. - Я не стал бы делать это ни для кого, кроме неё, думал Сэм, чувствуя стыд потому что уже с трудом волочил ноги.

Я могла быть только благодарна, что у меня есть такой друг.

НА СЛЕДУЮЩИЙ ДЕНЬ я была в доме Тары к полудню. Сэм подъехал как раз тогда, когда я выходила из своей машины.

Я была сильно удивлена, увидев ДжиБи и Тару на выходе в спортивной одежде. - Я позвонил, чтобы договориться о замене, - объяснил ДжиБи.

Я посмотрела на Тару, приподняв брови. На что она сказала, - я должна изгнать зло из этого дома. Квиана только что пришла. Она c близнецами. - По правде говоря, Тара выглядела ужасно, и ДжиБи не намного лучше. Я кивнула. - Тогда мы будем придерживаться плана, - сказала я, и они были за дверью, прежде чем я смогла сказать до свидания.

Когда Сэм и я вошли на кухню, Квиана купала Робби, в то время как Сара сидела в своём детском кресле. Няня выглядела в полной решимости выполнить свою работу. Робби хныкал, а я взяла Сару из её детского кресла и погладила по спинке, надеясь, что она будет молчать. Но она этого не сделала и начала плакать. Казалось, что Квиане нужна помощь на некоторое время.

Поскольку не нашлось третьего ребёнка, которого мог бы подержать Сэм, он пошёл заниматься оборудованием для новых дверей шкафа. Я обошла с Сарой вокруг дома, пытаясь развеселить её, и когда я проходила через террасу, то помогла Сэму, подавая всё необходимое. Иногда быть телепатом может быть удобно.

- Ты себя чувствуешь также паршиво, как и я? - спросил он, когда оба младенца начали успокаиваться. Я струсила и положила Сару в её детское кресло на кухне, в то время как Квиана одевала Робби.

- Не то слово паршиво, - ответила я.

- Интересно, все ли призраки, как этот.

- Надеюсь, мне никогда больше не придётся сталкиваться с этим, - сказала я. - Интересно..., - мой голос перешёл на шёпот. - Интересно, если бы всё это произошло, а Квианы не было бы здесь. Если бы медиума не было в округе, с нами случилось бы тоже самое? Являлся бы молоток молотком с призраком или был бы просто молотком в крови?

Сэм пожал плечами и положил инструменты. - Как знать? - Он сделал глубокий вдох. - Пойдём. Если мне предстоит обращаться, то я хочу покончить с этим. Кеннеди присматривает за баром, но чем раньше я вернусь, тем лучше. - У атмосферы дома были свои планы на Сэма.

Я следовала за ним по всему дому. Квиана посмотрела на нас, когда мы проходили через кухню, на её лице лежала тень печали, а взгляд помрачнел. Дети, наконец, успокоились в своих детских креслах и наблюдали, как их няня прибиралась после такого тяжёлого испытания, как купание. Я заглянула в её мысли, чтобы удостовериться, что с Квианой всё в порядке и, что она на чеку; Робби и Сара были в безопасности.

Хотя я и раньше видела, как Сэм оборачивается, мне никогда не надоест смотреть на превращение человека в животное. В баре я нечаянно услышала разговор парней из колледжа, которые говорили о физике процесса превращения, им казалось, что трансформация невозможна. Слишком много фактов говорят за невозможность этого. Это происходило у меня на глазах: полноценный человек превращался в бладхаунда-ищейку. Сэму нравилось превращаться в собак, потому что, по всей вероятности, люди не стали бы стрелять в него по ошибке. Как истинный оборотень, он имел преимущество над оборотнями, которые могли трансформироваться только в одно существо - вервольфа, конечно, или вертигра, вервомбата - в зависимости от того, каким было их генетическое строение. Сэм наслаждался разнообразием. Сэм, который обычно трансформировался легко и быстро, задыхался на земле, и в этот самый момент меня испугали.

- Плавно движется, - сказала Квиана прямо позади меня. Я подпрыгнула на метр. - Жаль, что я не умею так, - добавила она.

- Чёрт бы вас побрал, Квиана! Зачем так подкрадываться?

- Я довольно шумно двигаюсь, - сказала она небрежно. - Вы просто слишком увлеклись наблюдением.

Я открыла заднюю дверь и бросила одежду Сэма на один из столовых стульев. - Разве вы не должны быть с близнецами?

Она отстегнула устройство от пояса своих шорт. - У меня монитор прямо здесь. Они оба спят в своих кроватках. Наконец-то.

Сэм поднялся на ноги и побрёл ко мне. Я никогда не знала точно, насколько он понимал человеческую речь, находясь в обличие животного, но он смотрел на дом, а его грудь урчала. - Я собираюсь проверить их, - сказала я. Если это звучало подозрительно, мне было всё равно.

Атмосфера в доме, казалось, стала несколько легче, более спокойной что ли. Я гадала, то ли это было от того, что дурное влияние уменьшалось, то ли от того, что мы трое были снаружи во дворе? Это была тревожная мысль. Я заставила себя отодвинуть эти мысли в сторону, и посмотрела на спящего Робби, не смея даже дышать громко. Ребёнок казался совершенно нормальным. Сара точно также спала в своей кроватке. Я нежно положила руку на спинку Сары. Зарождающиеся сны младенца струились в мои мысли. Я было подумала положить их обоих в коляску и взять с собой на задний двор, но дома было так приятно и прохладно, а снаружи было так жарко. В конце концов, у нас был монитор.

Я вернулась во двор. Сэм вынюхивал всё вокруг, изучая пространство своим носом. Его свисающие уши болтались впереди. Я читала, что таким образом подталкивается аромат к носу бладхаунда. Удивительно. Я лично думала, что он очень милый в качестве ищейки, но само место вызывало у меня тошноту, так что эту мысль я выбросила прочь из головы.

- Он усердно работает, - заметила Квиана. Она сидела на краю одного из дворовых стульев, её руки были зажаты между оголённых коленей. Её густые тёмные волосы были скручены на макушке и закреплены парочкой заколок, так как было слишком жарко для распущенных волос. Мои собственные были собраны почти так же.

- Вы двое были друзьями долгое время, - сказала она, когда я проигнорировала её последний комментарий.

- Да, - сказала я. - Уже несколько лет.

- У вас много друзей.

- У меня есть много дружелюбных знакомых. Трудно иметь близких друзей, когда у тебя психическая особенность, как у меня.

- Расскажи мне об этом. - Квиана деликатно содрогнулась.

Честно говоря, я не знала, хотела ли я быть другом Квианы или нет. Было что-то в ней, что меня отталкивало. Я поняла, что это было чертовски иронично, так как это было то, что люди часто чувствовали по отношению ко мне, но я не думала, что Квиана беспокоила меня просто потому, что у неё были необычные способности. Она заставила меня беспокоиться, поскольку в течение нескольких минут за день до этого она не была тем, кем являлась на самом деле. Кто-то был там вместе с ней.

Я отвела глаза от девушки. Я не хотела, чтобы она гадала, о чём я думала. Вместо этого я смотрела на Сэма. Он обнюхивал землю с эффективностью равной пылесосу.

Участок земли был длинным и узким, по бокам от дома оставалось очень мало места. На северной стороне дома, было, возможно, метра полтора между кондиционером, торчащим из окна кухни, и забором, окружавшим двор от передней стены дома к задней границе собственности. Естественно, что именно в этой узкой полосе был тот самый запах, что обнаружил Сэм. Он пошёл по ней настороженно, а затем залаял.

Я надеялась, что все соседи действительно были на работе. По крайней мере, забор закрывал обзор.

Печальная морда Сэма-ищейки повернулось в мою сторону, и он начал рыть землю своими лапами. - Гааввв, - сказал он.

Я взяла лопату из сарая. Это не будет выглядеть красиво. Я истекала потом, после того как капнула несколько раз, и была, возможно, немного раздражённой из-за того, что Квиана не предложила свою помощь в раскопках. Она посмотрела вниз, в постепенно увеличивающуюся яму с нервирующим и непоколебимым обаянием.

Я посмотрела на Сэма, который вылизывал одну из своих лап. - Ты лучше зайди внутрь и обратись обратно, - сказала я. - Спасибо, Сэм. - Он медленно протащился пару шагов и остановился, тупик. Я вывалила полную лопату земли у ног Квианы. - Квиана, - сказала я резко, - Вам нужно открыть заднюю дверь для него.

Это было так, словно я воткнула булавку в неё, настолько она была поражена. - Конечно, - сказала она. - Конечно, сейчас открою.

Я смотрела на неё, направляющуюся к двери, и мне показалось, что она слегка споткнулась, её походка была немного шаткой. Её ум был размытым, туманным, с сильными впечатлениями, свалившимися на неё, бог знает откуда. После того, как Сэм оказался в доме, я возобновила раскопки. Чем быстрее бы я копала, тем скорее мы бы узнали, нашёл ли Сэм старую тушку индейки или человеческие останки.

Ещё через пять минут мне пришлось остановиться. Квиана вернулась на своё место к краю ямы. Она стояла неподвижно, а её глаза были прикованы к взрытой земле.

Я услышала пару хлопающих автомобильных дверей. ДжиБи и Тара вернулись. Я почувствовала огромное облегчение.

Я опиралась на лопату, когда все собрались на заднем дворе. Близнецы всё ещё спали. Сэм восстановил свой человеческий облик и был снова в обрезанных джинсах. Свободно болтаясь вокруг туловища, его гавайская рубашка выглядела свежей. Я завидовала ему. Моя майка была влажной и липкой на ощупь.

ДжиБи и Тара всё ещё были одеты в спортивные костюмы, так что они были такими же потными, как и я, но оба выглядели более расслабленными.

- Там что-нибудь есть? - спросила Тара, всматриваясь в яму, вырытую мной.

- Сэм так думает, - ответила я. - ДжиБи, ты не хочешь немного покопать?

- Конечно, Сок, - сказал он дружелюбно и схватил лопату. Я опустилась на корточки и смотрела за тем, как он работает.

Сэм присел возле меня. Он никогда не сомневался в своих предположениях.

И с ужасной предсказуемостью, лопата ударилась обо что-то, что издало скрип вместо хруста. ДжиБи без слов начал соскребать грязь лезвием лопаты вместо того, чтобы её опустить.

Нам не понадобился монитор, чтобы услышать, что дети начинают плакать.

Квиана сорвалась с места, чтобы пойти к ним. Тара, казалось, с облегчением предоставила это ей.

ДжиБи обнаружил бедренную кость.

Мы рассматривали кость в молчании.

- Итак, у нас есть тело, - сказал Сэм. - Теперь нам нужно узнать, кому оно принадлежало.

- Как мы объясним то, что мы тут раскопали? - спросила Тара.

- Мы могли бы сказать, что вы собирались сажать бобы, - сказала я. - Я знаю, что поздно для фасоли, но полицейские поверили бы в это. - Я недоговорила то, что Энди поверил бы, если бы мы сказали, это была идея ДжиБи. - Мы можем сказать, что мы копали ямы для установки столбов для вьющихся растений.

- Итак, они придут и заберут кости, и что тогда? Наладится ли всё в нашем доме? - Глаза Тары светились от гнева. - Перестанем ли мы быть несчастными? А как насчёт детей? Я думаю, мы должны выяснить, кто был этот парень.

- Это не Исайя Векслер, и мы знаем, что Альберта никто не убивал, и что Картер был отослан после убийства. Так кто же это может быть? - Я посмотрела вокруг в надежде, что кто-нибудь будет выглядеть так, как будто на него снизошло откровение, но взгляд у всех был пустой.

ДжиБи с лопатой в руках стоял возле согнувшегося Сэма. Они молча разглядывали яму, являвшуюся могилой. Сэм хмурился.

- Тара, мы не можем игнорировать это, - сказала я так нежно, как только могла. Я боролась с нарастающей волной раздражения.

- Я знаю это, - отрезала она. - Я никогда не говорила, что мы смогли бы, Соки. Но я должна понять, что лучше для меня и моей семьи.

Уже прошло пять минут, как Квиана ушла. Я могла до сих пор слышать плач младенцев. Почему она не выяснила, что случилось, и не уладила всё?

Обычно спокойный ДжиБи толкнул Сэма, чтобы отодвинуть его от могилы. Челюсти Сэма так сжались, что я поняла, он едва сдерживал себя.

Я не доверяла ни одной из своих эмоций.

Тара сердилась на меня, что не было нормальным. Сэм и ДжиБи пристально и свирепо смотрели друг на друга. Гнев в воздухе влиял на всех нас. Я заставила себя вбежать в дом, чтобы выяснить, почему же плакали малыши. Тара должна была сделать это! Я последовала на звук рыданий в их маленькую комнату.

Квиана сидела в кресле-качалке, втиснутом рядом с кроватками, и тоже плакала.

- О, ради Бога, - сказала я. - Прекрати это.

Её заплаканное лицо посмотрело на меня с написанным на нём негодованием. - Я имею право горевать о том, что потерял. Только мой брат знает меня настоящего, - сказала она с горечью.

Ой-ой!

- Квиана, - сказала я, вдруг почувствовав себя немного спокойнее и намного более раздражительной, - у вас нет брата.

- Конечно, есть. - Но она выглядела смущённой.

- Тебя преследуют, - сказала я, пытаясь произнести это, как ни в чём не бывало. Я не хотела произносить слова "тобой овладели", но это определённо витало в воздухе.

- Конечно, это правильно обвинять меня, потому что я тот, кто является кем-то другим, - зарычала она, полностью развернувшись в противоположную сторону.

Я вздрогнула, но мне пришлось пройти через неё, чтобы добраться до младенцев, сила криков которых удвоились. Я решила рискнуть. - Вы хотите выйти на улицу? - произнесла я. Тогда я предположила. - Вы можете увидеть ваши кости. - Я наблюдала за ней внимательно, так как не знала, что она станет делать дальше.

Был кто-то другой за лицом Квианы, кто-то страдающий и в то же время сердитый. Всё, о чём я могла думать, так это о том, как вывести её из комнаты.

А потом Квиана встала и вышла из комнаты, её лицо было безликим. Даже передвигаясь, она не была сама собой.

Я подхватила Сару, которая визжала, как банши***.

*** банши - фольклорный персонаж: привидение-плакальщица, чьи завывания под окнами дома предвещают обитателю этого дома смерть.

- Сара, - сказала я. - Пожалуйста, перестань плакать. - К моему удивлению, она так и сделала. Ребёнок посмотрел на меня, её красное и полное слёз лицо задыхалось от усталости. - Давай возьмём твоего брата, - сказала я, так как вопли Робби не ослабевали. - Мы осчастливим его тоже. - Робби также ответил на моё прикосновение, и спустя мгновение я шла медленно, держа двух малышей. Было неудобно и страшно.

Что было бы, если бы Квианой полностью овладел призрак, когда она была здесь одна с близнецами?

Теперь, когда кости были обнаружены, эмоциональные миазмы**** в доме были усилены, вне всякого сомнения. Это была борьба, чтобы выбраться из дома, не считая трудностей, связанных с тем, что я несла детей. Хотя мне хотелось выйти больше всего на свете, я остановилась в кухне, чтобы положить их в детские кресла. Я открыла заднюю дверь и передала Сару ДжиБи. Я вышла на крыльцо с Робби, двигаясь очень осторожно. Сэм, Тара, и Квиана были в углу двора, как можно дальше от костей, а ДжиБи и я присоединились к ним уже там.

****миазмы - вредные или ядовитые испарения.

В резком контрасте с беззаботной встречей, которая у нас была, когда мы планировали ремонт, наша конференция на заднем дворе была мрачной. Во второй половине дня солнце наклонилось через кирпичи внутреннего дворика, и их тепло излучалось вверх. Даже жара была более предпочтительной дому с привидениями.

Мы ждали, но ничего не происходило. Наконец, Тара присела в шезлонг и начала кормить Сару после того, как ДжиБи принёс ей платок для кормления. Робби попискивал, пока не подошла его очередь. Они, по крайней мере, были довольны.

- Я вырыл ещё немного, и думаю, что это полный скелет. Мы не знаем, чьи кости, чей призрак, или почему он сердится, - произнёс Сэм.

Точная и удручающая констатация фактов.

- Из явных теорий составлена только одна, - сказала Тара.

Квиана, которая показалась на мгновение сама собой, неуклюже присела, её локти были на коленях, затем она сказала, - Там причина всего того, что происходит. Причина преследования началась там, когда молоток достали из стены. Там причина того, почему во дворе похоронили тело. Мы просто должны понять это. А я медиум. И он пытается жить через меня. Так что я попытаюсь позаботиться об этом.

Я посмотрела на Квиану с некоторым уважением. То, что она говорила, имело смысл.

- Это связано с молотком, - сказала Квиана.

- Ну, ладно, если мы хотим узнать, что произошло, то мы сможем исправить это, - сказала я, - и так как я могу читать мысли, а призрак может войти в мысли Квианы… Мне интересно, возможно ли, чтобы Квиана и я смогли сделать что-либо с костями и выяснить, кем является дух - призрак.

Квиана кивнула. - Давайте сделаем это, - сказала она. - Давайте покончим с этой чертовщиной. - Она потащилась к старому столу внутреннего дворика и взяла молоток.

Мы стояли, готовые ко всему.

ДжиБи и Сэм вскочили со своих стульев. - Соки, ты не обязана делать это, - сказал Сэм.

Даже дикие лошади не смогли бы удержать меня от этого испытания. Я отошла от Сэма и взяла левую руку Квианы, костлявую, сильную и холодную. Мы перешли к раскопанному скелету. Его череп уставился на нас из своей могилы. Квиана держала молоток своей свободной рукой. Потом она ахнула и дёрнулась, и вдруг я уже держала руку кого-то совсем другого.

И я видела то, что видела Квиана, но не глазами самой Квианы. Я видела… лица. Круглолицая женщина работала за кухонным столом. Я узнала, что она делала - она делала корочку пирога. Она смотрела вверх, в недоумении и грустно. Мама. Плотный мужчина склонился над чем-то на скамейке инструментов, с тем же чувством беспокойства о чём-то. Отец. И оба смотрели на мальчика старше меня, но всё ещё на мальчика с открытым, честным, веснушчатым лицом, лицо которого было серьёзным и полным сомнений. Альберт. Я бы сделала что-нибудь, чтобы стереть тревогу с их лиц, что-нибудь, чтобы заставить замолчать жестокие слова, которые были причиной того несчастья.

Слова были произнесены тем дьяволом, Исайей Векслером.

Одна часть меня - всё ещё могла оставаться Соки, а другая - чувствовала растущую решительность, ужасное решение, когда существо в Квиане разыгрывало свой план.

Ночь, темнота, только уличные фонари вдали, где лежал город. (Это чуть не вырвало меня из мыслей Квианы в то время, когда улица Магнолия была за чертой города?) Пробежав молча через короткое расстояние между окнами, от моего окна к этому, и его было открыто в тёплую ночь…через него достаточно тихо, чтобы не разбудить его молотком отца в моей руке и… затем он поднял руку, ой… о, нет. В лунном свете кровь казалась чёрной.

Назад через окно, тяжело дыша, затем вернулся к своему дому, теперь в безопасности, назад домой спрятать молоток под кроватью, но Альберт проснулся, любимый брат Альберт, и он спросил, что ты сделал? И я сказал, что закрыл его дурной рот.

Этого было много, но этого было слишком много для меня, Соки. Мне пришлось вырвать Квиану из этого, но это было невозможно, пока мы не увидели бы конца.

Что мы и сделали. Мы увидели конец.

Я ахнула и начала задыхаться, а Квиану рухнула молча на землю, как будто её нити были обрезаны.

Сэм поймал меня и упёрся в моё тело, в то время как ДжиБи поддерживал Квиану.

- Что случилось? Почему вы все, держитесь за руки, Соки? - спросил ДжиБи. - Они расскажут нам, дорогой. Подожди минутку, - сказала Тара. Близнецы молчали, и когда я смогла видеть, то поняла, что они вернулись в свои детские кресла у основания дерева. Наступал вечер. Тени были настолько длинными, что почти полностью покрыли весь двор. Я могла слышать, как закрывалась дверь машины по соседству. Энди добрался домой. Должна ли я крикнуть, заставить его прийти посмотреть?

- Ты знаешь, кто это? - спросил Сэм низким голосом, указывая на открытую могилу.

Я подошла к нему. - Этот мальчик убил Исайю Векслера. Этот мальчик… это Картер Саммерлин.

- Но ты говорила, что его близкие увезли его отсюда, - сказал Сэм.

- В некотором смысле, они так и сделали, - сказала Квиана слабо. Тара подпёрла её о забор и дала ей бутылку воды. Квиана выглядела так, будто она пережила марш смерти. - Этот мальчик покончил с собой, потому что он не смог пережить то, что сделал. Он забрался через окно ночью - в окно соседнего дома - с молотком, который он достал из ящика инструментов своего отца, а затем вернулся назад через окно своей спальни - кровь повсюду.

Я вздрогнула. Остальные смотрели на нас с открытыми ртами.

- Но его старший брат видел? Правильно, Соки? - уточнила Квиана.

Я кивнула. - Альберт взял ночную сорочку Картера и сжёг её во дворе в середине ночи, затем спрятал молоток в стене шкафа. Позже, он закрыл его в нём. Драка, которая у него была с сыном Векслеров, была потому, что Исайя высмеивал, как он думал, женоподобные манеры его младшего брата Альберта. И для Картера это было так ужасно, таким немыслимым позором, который он должен был смыть, уничтожив того единственного, кто выразил это. Альберт считал, что должен был защитить Картера лучше; он думал, что он должен был показать Картеру, как вести себя более мужественным образом.

- Но я чувствовал себя ужасно из-за убийства Исайи. И о том, как люди думали, что Альберт был виноват. На следующей неделе я убил себя, - сказала Квиана. Она не знала, что то, что она говорила, было странным. - Я повесился в том же шкафу на крючке. Я полагал, что так будет лучше для Альберта. Когда они нашли меня, Альберт начал плакать. Он рассказал им, из-за чего была драка и, как он помог прикрыть меня. У них был один сын мёртв, поэтому, чтобы защитить Альберта и доброе имя семьи, мои родители похоронили меня во дворе ночью и сказали всем, что отправили меня жить к родственникам.

- И Картер преследовал их? - сказала я, и мне не понравилось то, насколько дрожащим был мой голос.

- Он преследовал своих родителей, потому что они стыдились его, - сказала Квиана, и я поприветствовала её возвращение к реальности с огромным облегчением. - Но не Альберт. Альберт пытался сохранять веру в Картера, но он, должно быть, чувствовал себя ужасно виноватым всякий раз, когда видел Векслеров.

- Так Картер объявился сейчас снова, из-за чего…

- Из-за молотка. Когда вы нашли молоток, это послужило спусковым крючком для активации всего этого... - пожала плечами Квиана. - Я мало знаю о привидениях, но я получила это от него. Он был полон гнева, ну, мы все получили это. Он был смущён и взволнован.

- Что мы можем сделать? Чтобы избавиться от него? Он не может оставаться здесь, - сказал ДжиБи, его рот застыл в нехарактерной жёсткой линии.

- Мы можем позвонить в полицию, - сказала я. - Они придут за костями и заберут их для оценки и захоронения. Они также заберут и молоток. Шкаф был изменён, так что это больше не то место, где умер Картер. - Мне было интересно, если бы мы отправили кости и молоток в полицию, появился бы призрак в полицейском участке? Я попыталась представить себе лицо детектива Энди Бельфлера.

- Произойдёт ли это? Закончится его присутствие? - спросила Тара.

- Должно. - Квиана посмотрела на меня.

- Может быть. - Я пожала плечами.

Наступило сомнительное молчание.

Я прокашляла. - Или мы могли бы просто взять всё, кости и молоток, и похоронить весь комплект на кладбище. Самим. И никто никогда не должен узнать, что это было, чтобы вся семья Саммерлин не разыскивалась полицией.

Они все обдумывали моё предложение в течение нескольких секунд.

- Я за это, - сказал ДжиБи. - Я не хочу, чтобы приходили люди отовсюду увидеть место, где было погребено тело. Дети не хотели бы этого. Люди могут не позволить своим детям приходить сюда играть с Робби и Сарой.

Тара посмотрела на мужа с удивлением. - Я не подумала об этом, ДжиБи. Соки, так как твой дом расположен прямо на кладбище… Можешь ты и Сэм..?

- Это не обычная работа для лучших друзей, - сказала я, может быть, немного едко. - Но, всё в порядке, я сделаю это. У тебя есть старая простыня?

Она исчезла в доме и вернулась с белой перкалью***** вдвое свёрнутой. Квиана разложила её у могилы, а Сэм и ДжиБи выкопали кости. Надев резиновые перчатки для мытья посуды, они перенесли останки бедного Картера Саммерлина на полотнище. Земля была настолько затемнена со стороны дома, что мне нужна была помощь фонарика, чтобы тщательно просматривать землю в поисках всего, что они, возможно, пропустили. Я подняла два зуба и несколько небольших костей пальцев. Через некоторое время, мы были практически уверены, что весь скелет был собран из почвы. Тара положила молоток поверх костей, собрала углы полотна и связала их в узлы.

***** перкаль - (франц. percale), тонкая плотная хлопчатобумажная ткань полотняного переплетения, сравнимая по уровню с батистом.

Настала пауза, когда Сэм поднял гротескный свёрток.

- Ну, ладно, мы тоже пойдём, - сказала Тара сердито, будто я обвиняла её в чёрствости.

По пути ко мне домой образовался маленький караван из машин: я, Сэм - в пикапе, ДжиБи и Тара с близнецами - в своей машине, и Квиана - в своём старом Форде.

Мы топали через мой лес на кладбище. Темнота закрывала нас от окружения, когда мы подошли к моему семейному участку на кладбище. Я собирался опоздать на работу, но я почему-то не думаю, что Сэм станет снимать с меня зарплату за это. Пространство в задней части моего фамильного надгробия было необычайно велико, и так как мой участок находился на краю кладбища, то не было другого фамильного участка, примыкающего с севера. Мы по очереди стали копать, опять-таки, при свете фонаря (с размером фонарика), который я подхватила из моего сарая.

ДжиБи опустил свёрток из костей и молотка в импровизированный гроб. Мы закопали лопатами землю обратно, эта работа была гораздо быстрее, а мужчины утоптали новый участок своими ногами, чтобы земля на нём не выглядела такой сырой. Может быть завтра, я вернусь и посажу комнатное растение в землю, чтобы отчасти объяснить земляные работы.

Когда это было сделано, наступил странный момент, когда ночь вокруг нас, казалось, застыла, чтобы перевести дух.

Её тёмная голова согнулась и Квиана сказала, - Господь, мой пастырь.., - и мы все подхватили.

- Боже, благослови эту бедную душу и направь его на путь истинный, - сказала я, когда молитва была закончена.

Потом ночь сделала выдох, и воздух был пуст.

Мы поплелись обратно к моему дому в тишине, Квиана спотыкалась от усталости, время от времени.

Наступила неловкая пауза, когда все пытались выяснить, как забыть обо всём этом.

Наконец, ДжиБи сказал, - Вы собираетесь приехать помочь закончить шкаф завтра?

Я рассмеялась. Я не могла ничего с собой поделать.

- Конечно, - сказал Сэм. - Мы будем там и мы закончим.

А завтра были бы просто мы в доме. Мы - живые люди.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/22158/72818

Переводчики: klaypeda, Tik_tak