Готовый перевод Eragon. Inheritance (The Inheritance Cycle - book 4) by Christopher Paolini / Эрагон. Наследие (Серия Наследие - книга 4) - Кристофер Паолини: DISCOVERY

<center><b>ОТКРЫТИЕ</b></center>

<font face="Monotype Corsiva" size="+4">С</font>ледующие три дня прошли быстро для Эрагона, в отличие от остальных варденов, которые продолжали пребывать в летаргии. Тупиковая ситуация с Драс-Леоной не начинала улучшаться, хотя было некоторое оживление, когда Торн изменил свое временное положение с позиции над передними воротами на участок вала в нескольких сотнях футов правее. После долгого обсуждения, и после всестороннего консультирования с Сапфирой, Насуада и ее советники заключили, что у Торна не было никакой причины перемещаться, кроме как из-за удобства; остальные участки вала были несколько дальше и в низине. За исключением этого, осада проходила без изменений.

Тем временим Эрагон по утрам и вечерам обучался у Глаэдра, а после обеда у него были поединки и с Арьей и с несколькими другими эльфами. Его поединки с другими эльфами не были такими же протяженными и напряженными, как его последний с Арьей, да и было бы глупо каждый день так изводить себя, но его уроки с Глаэдром были такими же интенсивными, как раньше. Старый дракон никогда не отмечал его усилий по улучшению умений и знаний Эрагона, и не делал скидок на ошибки или изнеможение.

Эрагон был рад обнаружить, что он наконец может постоять за себя на дуэли с эльфами. Но это было утомительно для разума, так как стоило ему потерять концентрацию хоть на одно мгновение, он тут же получал мечем по ребрам или чувствовал его прижатым к своему горлу.

В его уроках с Глаэдром, он делал то, что могло бы считаться образцовыми успехами при обычных обстоятельствах, но, учитывая ситуацию, он и Глаэдр были огорчены темпами его обучения.

На второй день, во время утренних занятий с Глаэдром, Эрагон мысленно сказал: — "<i>Учитель, когда я первый раз прибыл к Варденам в Фархтен Дур, Близнецы проверяли меня – они проверили мои знания древнего языка и магии в целом."</i>

<i>"Ты говорил это Оромису. Зачем сейчас повторять это мне?"</i>

<i>"Потому что, мне пришло в голову ... Близнецы попросил меня вызвать истинную форму серебряного кольца. В то время я не знал, как это сделать. Арья объяснила мне позже: что с помощью древнего языка можно создать в воображении образ любого предмета. Оромис никогда не говорил мне об этом, мне было интересно... Почему?"</i>

Глаэдр, показалось, вздохнул. — <i>"Вызов истинной формы объекта сложный вид магии. Ты должен понять все важное о рассматриваемом объекта, и даже то, что нужно будет угадать истинное имя человека или животного. Кроме того, от этого небольшое практическое значение. И это опасно. Очень опасно. Заклинание не может быть построено как непрерывный процесс, который можно завершить в любой момент. Либо у тебя получить добиться успеха в вызове истинной формы объекта ... или нет и ты погибнешь. Не было никаких оснований для Оромиса, чтобы подвергать тебя такому риску, ты даже не достаточно развит в этих навыках чтобы поднимать эту тему."</i>

Эрагона передернуло внутри, когда он понял насколько должна была рассердиться Арья на Близнецов, которые хотели вызвать истинную форму кольца, которое они держали. Тогда он сказал: — <i>«Я хотел бы попробовать это сейчас.»</i>

Эрагон почувствовал что все внимание Глаэдра было сосредоточенно на нем. <i>"Зачем?"</i>

<i>"Я должен знать хватит ли моего уровня понимания хоть бы лишь на одну маленькую вещь."</i>

<i>"И всё же: зачем?"</i>

Не в силах объяснить словами, Эрагон передал набор своих мыслей и чувств в сознание Глаэдру. Когда он закончил, Глаэдр молчал некоторое время, переваривая поток информации. — <i>"Могу ли я предположить"</i>, — начал дракон, — <i>"что ты приравниваешь это к победе над Гальбаториксом? Ты считаешь, что если сможешь сделать это, и выжить, тогда ты сможешь победить короля?"</i>

<i>"Да"</i>, — ответил Эрагон с облегчением. Он был не в состоянии четко сформулировать свою мотивацию так ясно как дракон, но это было именно так.

<i>"И все же ты хочешь попробовать это?"</i>

<i>"Да, Учитель."</i>

<i>"Это может убить тебя,"</i> —напомнил ему Глаэдр.

<i>"Я знаю."</i>

i>"Эрагон!"— воскликнула Сапфира, слабый поток ее мыслей отразился в его сознании. Она летела высоко над лагерем, наблюдая за возможной опасностью в то время как он учился с Глаэдром. — <i>"Это слишком опасно. Я не допущу этого."</i>

<i>"Я должен сделать это"</i> — спокойно ответил он.

Сапфире, а также и Эрагону, Глаэдр сказал: — <i>« Если он настаивает, то пусть он попробует сейчас, где я смогу видеть. Если его знания подведут его, я смогу предоставить необходимую информацию и спасти его.»</i>

Сапфира зарычала, сердитым, разрывающим звуком, который заполнить все сознание Эрагона, и затем, снаружи палатки, Эрагон услышал внушающий ужас порыв воздуха и пораженные крики людей и эльфов, когда она голубем приземлялась. Она приземлилась с такой силой, что палатки и все в них содрогнулись.

Спустя несколько секунд, она просунула голову в палатку и уставилась на Эрагона. Она тяжело дышала, а воздух из ее ноздрей трепетал волосы у него на голове, а глаза заслезились от запаха горелого мяса. — <i>«Ты, тупоголовый как Кулл»</i> — заявила она.

<i>"Не больше, чем ты."</i>

Она свернула губы с намеком на рычание. — <i>"Почему же мы ждем? Если ты дожен это сделать,тогда давайте покончим с этим!"</i>

<i>"Что ты выберешь для вызова? Это должно быть то, что очень хорошо тебе знакомо."</i>— спросил Глаэдр.

Взгляд Эрагон начал переходить по убранству палатки, а потом вниз, где было кольцо с сапфиром, которое он носил на правой руке. <i>«Арен ...»</i>. Он редко снимал кольцо, с тех пор как Аджихад передал его от Брома. Оно стало частью его тела так же, как руки или ноги. Часами он проводил разглядывая его, он запомнил каждую кривую и грани, и если бы он закрыл глаза, то смог бы вызывать его изображение, которое было бы идеальным воспроизведением реального объекта. Но при всем этом, было много чего он не знал из истории кольца, как эльфы сделали его, и в конечном счете, какие заклинания были или не были вплетенные в его материал.

<i>"Нет... Не Арен."</i>

Его взгляд скользнул в сторону Брисингра, меч стоял рядом с углом его кровати. — Брисингр, — пробормотал он.

Приглушенный хлопок прозвучал от лезвия, и меч на полдюйма показался из ножен, как будто его вытолкнули снизу, и маленькие языки пламени вырвались из уст ножен, облизывая нижнюю рукоять. Пламя исчезло, и меч скользнул обратно в ножны, когда Эрагон быстро закончил непреднамеренное заклинание.

<i>«Брисингр»</i>, — подумал он, совершенно подходящий для этого выбор. Меч был сделал мастерством Руноны, но это именно он работал инструментами, и он был соединен с умом эльфа-кузнеца на протяжении всего процесса. Если и был какой-либо один объект в мире, который он знал от и до, то это был его меч.

<i>"Ты уверен?"</i> — спросил Глаэдр.

Эрагон кивнул, затем осекся, так как он вспомнил, что золотой дракон не может видеть его. — <i>"Да, Учитель. ... Хотя, вопрос: Брисингр истинное имя меча, и если нет, мне нужно его истинное имя чтобы чары сработали?"</i>

<i>"Брисингр — название огня, как ты знаешь. Истинное название твоего меча - несомненно что-то гораздо более сложное,хотя слово Брисингр вполне может быть частью истинного имени. Если ты захочешь,то мы можем обратиться к мечу как при помощи его истинного имени, так и просто назвать его мечом, результат будет тот-же, именно потому, если ты будешь сохранять это знание в своем уме. Имя — это просто название, и ты в нем не нуждаешься, чтобы использовать истинное знание о мече. Это — тонкое различие, но важное. Ты понимаешь?"</i>

<i>"Я понял."</i>

<i>"Тогда давай продолжим, если ты готов."</i>

Эрагон воспользовался моментом,чтобы взять себя в руки.После,он освободил свою голову от лишних мыслей,чтобы воспользоваться своей энергией.Он стал направлять эту энергию в слова,которые произносил,при этом думая о том,что знал о мече,и тогда сказал ясно и отчетливо:

— Брисингр!

Эрагон чувствовал, что его силы стремительно угасают. Будучи встревоженным он поробовал говорить, попробовал двигаться, но заклинание сковало его. Он не мог ни моргать ни дышать.

В отличие от происходившего ранее, убранный в ножны меч не вспыхнул пламенем; он колебался, словно отражение в воде. Тогда, в воздухе около оружия, появилось прозрачное видение: совершенное, пылающее словно Брисингр вне ножен. Сделанный также хорошо, как сам меч, и Эрагон так и не смог найти даже одного изъяна, копия, парящая перед ним, была даже более изысканной. Это было так, словно он видел идею меча, идею, которую даже Рунона, со всем ее опытом работы с металлом, могла бы лишь надеяться уловить.

Как только проекция стала исчезать, Эрагон снова смог дышать и двигаться.Он удерживал явление в течение нескольких секунд, благодаря чему, смог поразиться красоте явления, и вскоре, понемногу он стал позволять проекции исчезать, меч растворился в забвении.

Без него внутри палатки оказалось неожиданно темно.

Только тогда Эрагон снова почувствовал давление Сапфиры и Глаэдра на его разум, наблюдавших с неусыпным вниманием за каждой мыслью, которая мелькала по его разуму. Оба дракона были такими напряженными, какими Эрагон никогда их не видел. Если бы он ткнул Сапфиру, то, как он полагал, она была бы так напугана, что она бы начала нарезать круги вокруг.

<i>"А если бы я ткнула тебя, ничего бы не осталось, кроме пятна,"</i> — заметила она.

Эрагон улыбнулся и опустился на постель уставший.

В своей голове, Эрагон слышал звук похожий на ветер несущийся по голой равнине как будто Глаэдр расслабился. — <i>"Ты хорошо потрудился, Губитель Шейдов."</i> Похвала Глаэдра удивила Эрагона; старый дракон с начала обучения поощрил его несколькими комплементами. — <i>"Но не пытайся делать это снова."</i>

Эрагон вздохнул и потер руки, пытаясь развеять холод, прокравшийся в его конечности. — <i>"Согласен, Учитель."</i> Это был не тот опыт, который он стремился повторить. Тем не менее, он чувствовал глубокое чувство удовлетворения. Он доказал, без сомнения, что существует по крайней мере одна вещь в Алагейзии, которую он мог сделать как и любой другой.

И это давало ему надежду.

На утро третьего дня, Роран вернулся обратно в лагерь Варденов, со своими спутниками: уставшими, раненными и изнуренными от путешествий. Возвращение Рорана всколыхнуло Варденов от их спячки на несколько часов — его и остальных приветствовали как героев — но вскоре атмосфера скуки поселилась снова.

Эрагон с облегчением встретил Рорана. Он знал, что его кузен был в безопасности, так как неоднократно заглядывал в магическое зеркало. Тем не менее, когда Эрагон увидел его лично, с него спал тяжёлый груз переживаний, хотя он даже и не понимал их. Роран был единственным его родственником — Муртаг не считался, так как был слабо связан с ним — и Эрагон не мог не бояться его потерять.

Теперь, видя Рорана с близкого расстояния, Эрагон был потрясен его внешним видом. Он ожидал что Роран и другие будут измученными, но Роран выглядел более изможденным, чем его товарищи, он выглядел так, будто он провел в пути более пяти лет. Его глаза были красными с темными кругами, выражение лица было вытянутым, а движения были натянутыми, как будто каждый дюйм его тела был покрыт синяками. И ещё его борода, которая была сожженна на половину напрочь, и была в пятнах, паршивого вид.

Пять человек — на одного меньше,чем было изначально — первыми посетили целителей Дю Врангр Гата, где колдуны занялись их ранами. Затем они предстали перед Насуадой в ее шатре. После того как Насуада поблагодарила мужчин за их отвагу, она отпустила всех, кроме Рорана, которого попросила составить отчет о путешествии в Эроуз и обратно, а также о захвате города. Рассказ занял некоторое время, но как Насуада, так и Эрагон, стоявший справа от нее, слушали Рорана с усиленным, порой всепоглощающим вниманием. Когда он закончил, Насуада удивила обоих, объявив, что доверит Рорану возглавить один из варденовских батальонов.

Эрагон ожидал,что новости обрадуют Рорана,но он видел как нахмурился Роран.Он не возразил и не пожаловался лишь сказал своим грубым голосом:
— Как пожелаете, леди Насуада.

Позже, Эрагон шел с Рораном в его палатку, где Катрина ждала их. Она поприветствовала Рорана с таким нескрываемым проявлением эмоций, что Эрагон отвел свои глаза, смущаясь.

Они поужинали втроем вместе с Сапфирой, но как только это стало возможно, Эрагон и Сапфира покинули их, поскольку было очевидно, что Роран слишком устал, чтобы нормально общаться, а Катрина хотела бы остаться с ним наедине.

Когда он и Сапфира бродили по лагерю в глубоких сумерках, Эрагон услышал как кто-то позади него начал кричать: — Эрагон! Эрагон! Постой!

Он повернулся что бы увидеть тонкую, долговязую фигуру ученого Джоада, бегущего к нему, пряди волос развивались вокруг его худого лица. В его левой руке, Джоад держал рваный клок пергамента.

— Что это такое? — Эрагон спросил, обеспокоенно.

— То самое! — воскликнул Джоад, его глаза сияли. Он поднял пергамент и потряс им. — Я сделал это снова, Эрагон! Я нашел выход! — В сумерках, шрам на верхней части головы и виске стал поразительно бледным по сравнению с его загорелой кожей.

— Что вы сделали еще раз? Какой выход вы нашли? Можете говорить медленнее, я ничего не понимаю!

Джоад огляделся украдкой, потом он наклонился к Эрагону и прошептал: — Все мои поиски и чтение окупились. Я обнаружил скрытый туннель, который ведет прямо в Драс-Леону!

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/22899/76890

Переводчики: vkazarskiy, fis444, Ruslan100985, SrMal

KUZY2X, ASirius, QUARTZ, Kerrovitarr

Lady_Stark, Selfi, Anarhist