Готовый перевод Ally Condie/Crossed / Элли Каунди/Сплетенные судьбами: CHAPTER 12 CASSIA

Пока мы идем, я выискиваю какие-нибудь признаки того, что Кай проходил через это место.

Но ничего не нахожу. Мы не видим ни отпечатков ботинок, ни признаков человеческой деятельности.

Даже деревья здесь маленькие и чахлые, а одно из них имеет четкий темный рубец, проходящий прямо по центру ствола.

Я тоже чувствую себя сраженной.

Не смотря на то, что парень, сбежавший с нами в Каньон, говорил о недавно прошедших дождях, я по-прежнему надеялась обнаружить следы Кая.

И даже надеюсь найти доказательства, что Восстание существует.

Я уже было открыла рот, чтобы спросить Инди об этом, но что-то останавливает меня,

и я отступаю.

Я даже не уверена, как выглядит знак мятежа и что вообще ожидаю увидеть.

Крохотный ручей, такой мелкий, что почти исчезает, когда мы с Инди одновременно наполняем наши фляжки из него.

Этот ручей или пересыхает, или полностью впитывается в грунт, когда достигает края Каньона.

Нетвердо ступая в темноте, я не заметила, где начался поток, он просто неожиданно появился перед глазами.

На небольших песчаных берегах валяются обломки леса, совершенно сухие, время от времени уплывающие в другую, более крупную реку.

Я не перестаю спрашивать себя, как бы все это могло выглядеть сверху, с высоты птичьего полета:

сверкающая серебристая нить, словно выдернутая из материи одного из Сотни Платьев, извивающаяся вдоль необъятных красных скал, известных как Большой каньон.

Сверху, мы с Инди смотрелись бы такими маленькими, что нас невозможно было бы разглядеть.

- Мне кажется, мы спустились совсем не в то ущелье, - говорю я Инди.

Сначала она ничего не отвечает - наклоняется, чтобы поднять с земли что-то хрупкое и серое.

Показывает мне, осторожно держа в руках.

- Старое осиное гнездо, - говорю я, глядя на тонкие, как паутина, витки, переплетенные друг с другом.

- Выглядит, как морская ракушка.

Открыв сумку, Инди аккуратно кладет туда заброшенное гнездо. - Ты хочешь попробовать выйти отсюда и начать сначала?

- Пойти в другое ущелье?

Я раздумываю. Мы двигаемся уже почти сутки, запасы еды закончились.

Мы съели большую часть нашего пайка, чтобы восполнить силы, потраченные на бег к Каньону.

Я не хочу расходовать таблетки на обратный путь к началу ущелья. Особенно, если совсем не знаю, что может нас преследовать или поджидать.

- Думаю, мы должны продолжать идти вперед, - наконец, говорю я. - Может быть, скоро мы найдем какой-нибудь след Кая.

Инди кивает, поднимает свою сумку и подбирает два камня, острых, как нож - она постоянно носит их, пока мы идем. Я повторяю за ней.

Мы натыкаемся на отпечатки разных животных, хотя по-прежнему нет никаких следов Аномалий.

Мы не замечаем вообще никаких следов человека - живого или мертвого, Отклоненного или Аномалии, Чиновника или повстанца.

В темноте той ночи я сижу и сочиняю свой стих.

Это занятие ограждает меня от раздумий о том, что осталось позади.

Я пишу еще одну первую строчку.

Я не смогла отыскать путь, чтобы прилететь к тебе, и прошла пешком каждый шаг по этой скале.

Так много начал.

Я говорю себе: это даже хорошо, что пока не нашла Кая, ведь я все еще не придумала, что прошепчу ему, когда увижу, какие слова будут самыми лучшими для него.

Наконец, Инди нарушает тишину. - Я проголодалась,- сообщает она.

Ее голос такой же пустой, как и то осиное гнездо.

- Я дам тебе синюю таблетку, если хочешь, - предлагаю ей.

Не знаю, почему мне так не хочется отдавать их, ведь ситуация совершенно располагает к этому, и Ксандер надеялся, что они помогут мне.

Может, это потому, что тот убежавший парень совсем не хотел их принимать.

Или потому, что я хочу отдать Каю что-нибудь, когда увижу его, так как компаса у меня больше нет.

Или потому, что в голове звучит голос отца,

когда он говорил мне о другой таблетке, зеленой: Ты достаточно сильная,

чтобы обойтись без нее.

Инди кидает на меня острый, загадочный взгляд.

В голову приходит одна мысль, и я вытаскиваю фонарик.

Я освещаю им пространство вокруг нас, снова замечая то, что видела ранее и что отложилось в памяти: растение.

Мама не учила меня, как называются различные растения, но рассказала об общих признаках ядовитых из них.

В этом растении не наблюдалось ни одного из тех признаков, зато большое количество колючек указывает на то, что оно старается сберечь что-то внутри себя.

Оно сочное и зеленое, с пурпурными краями.

Не такое пышное, как растительность в Городке, но, несомненно, лучше, чем поникшие стебли и листья остальных здешних растений, которые уже приготовились к зиме.

Некоторые из них усыпаны маленькими серыми коконами, воспоминаниями о бабочках.

Мгновение Инди наблюдает за тем, как я осторожно оттягиваю широкий колючий лист.

Потом приседает рядом со мной и делает то же самое, мы пользуемся нашими каменными ножами, чтобы срезать листья.

Потратив немного времени, каждая из нас заполучила по небольшому свежему серо-зеленому кусочку растения.

- Как думаешь, оно ядовитое? - спрашивает Инди.

- Я не уверена, - говорю я. - Но думаю, что нет. Я первая попробую.

- Нет, - возражает Инди. - мы вместе откусим по чуть-чуть и посмотрим, что произойдет.

Какое-то время мы жуем, и хотя это не похоже на ту пищу, которую я ела раньше, на пищу Общества,

тем не менее, голод утоляет.

Если меня разрезать, то можно увидеть, что удерживают меня не кости,

а волокнистые сухожилия, похожие на свисающие с дерева полоски коры.

Когда следующие несколько минут ничего не происходит, мы съедаем еще по одному кусочку.

Я придумываю слово для рифмы и записываю его, а затем снова вычеркиваю.

Не подходит.

- Что ты делаешь? - спрашивает Инди.

- Пытаюсь написать стихотворение.

- Одно из Ста Стихотворений?

- Нет, другое, новое. Это мои собственные слова.

- Как ты научилась писать? - Инди придвигается ближе, с любопытством разглядывая буквы на песке.

- Он научил меня, - говорю я. - Парень, которого я ищу.

Она снова замолкает, а я размышляю над следующей строчкой.

Твоя рука в моей руке, мы смотрим на пейзаж.

- Почему ты стала Отклоненной? - спрашивает Инди. - ты из первого поколения?

Я колеблюсь, не желая лгать ей, и осознаю, что уже давно не говорю ложь.

Если Общество раскроет мой побег, я в любом случае получу статус Отклонение.

Да, - отвечаю ей. - Из первого поколения.

- И ты сама привела себя к этому? - снова интересуется она.

- Да, - отвечаю. - Я виновата в своей Реклассификации.

Это тоже правда, или скоро станет таковой.

Когда мой статус изменится, родители не будут виноваты в этом.

- Моя мама сделала лодку, - говорит Инди, и я слышу, как она проглатывает еще один кусочек растения.

- Она вырезала ее из старого дерева. Трудилась над этим долгие годы.

А потом мама отправилась в плавание, но Чиновники обнаружили ее в течение часа.

Она вздыхает.

- Они поймали ее и спасли.

Они сказали нам, что мама всего лишь хотела испытать лодку, и была благодарна им, что вовремя нашли ее.

Не понятно откуда из темноты до меня доносится странный звук, как будто слабое движение или шепот.

Но в следующее мгновение я понимаю, что это Инди, она снова и снова вертит осиное гнездо в руках, пока рассказывает.

- Я раньше никогда не жила рядом с водой, - говорю я. - Или рядом с океаном.

- Он зовет, - тихо говорит Инди.

Прежде, чем я успеваю спросить, что она имеет ввиду, девушка добавляет: - После того, как Чиновники ушли, мама рассказала нам с отцом, что, в действительности, произошло.

Она сказала, что ей пришлось бежать.

Что даже не успела потерять берег из виду, как ее обнаружили.

Чувствую, как будто стою на краю океана, и что-то, какое-то знание, омывает мои ступни.

Я почти вижу женщину на лодке в воде, дрейфующую дальше, ничего не видя за ней, кроме моря и неба.

Я почти слышу, как глубоко она вздыхает от облегчения, когда отворачивает лицо от исчезнувшего берега, и я желаю, чтобы она сделала это достаточно далеко и вовремя.

Инди тихо говорит: "Когда чиновники узнали, что она сказала нам, что они дали нам все красные таблетки".

"О," говорю я. Я должен действовать, как будто я знаю, что будет дальше?

Забыли?

"Я не забыла," говорит Инди.

И несмотря на то, что уже темно и я не вижу ее глаз, я знаю, что она смотрит на меня.

Наверное она думает, что я знаю о действии красных таблеток.

Она такая же как Кай и Ксандер. У нее иммунитет.

Как много таких, как они? Я такая же?

У меня иногда возникает соблазн принять эту красную таблетку, спрятанную среди синих, так же, как это было в то утро, когда забрали Кая.

Но сейчас не потому, что я хочу забыть.

А потому, что я хочу узнать. Есть ли иммунитет и у меня тоже?

А если нет, то сейчас не подходящее время забывать.

Кроме того, красная таблетка может понадобиться мне позже.

- Ты рассердилась, когда она попыталась бежать? - спрашиваю я, думая о Ксандере и о том, как он высказался о моем уходе.

В тот момент, когда слова слетают с моих губ, я жалею, что сказала их, но Инди, кажется, не обижается.

- Нет, - отвечает она, - Потому что мама всегда планировала вернуться за нами.

- О, - говорю я.

Мы замолчали, а я вдруг вспоминаю то время, когда мы с Брэмом стояли у небольшого пруда в Питомнике и ждали маму. Брэму хотелось кинуть камушек в водоем, но знал, что у него будут неприятности, если кто-то заметит это.

Поэтому он ждал. Наблюдал.

Когда я уже было подумала, что у него лопнуло терпение, брат выбрасывает руку вперед, камень летит и создает круги на воде.

Инди первая нарушает тишину.

- Она услышала о повстанцах на острове, находящемся далеко от берега. И захотела найти их, а потом вернуться за родными.

- Я тоже слышала о мятежах, - говорю я, не в силах сдержать свое волнение. - один из них называют Восстанием.

- Это то же самое, - голос Инди звенит от нетерпения, - Оно повсюду, кто-то сказал ей. И этот Каньон точно похож на то место, где оно может находиться.

"Я тоже так думаю," говорю я.

Мысленно я вижу клочок прозрачной бумаги, лежащей поверх одной из карт Общества. Отметки на нем показывают места, о которых Общество даже не догадывается или не хочет, чтобы мы знали о них.

- А ты веришь в существование лидера, называемого Лоцманом? - спрашиваю я.

- Да! - взволнованно восклицает Инди. А затем, к моему удивлению, она начинает декламировать мягким голосом, очень не похожим на ее обычный резкий тон:

Проходит солнце день за днем
По небу, сквозь ночной излом
Сияют звезды ночь за ночь
Тьму над землей сгоняя прочь.
Однажды лодка по волнам
Причалит с девой к берегам.

- Ты сама сочинила? - внезапная вспышка зависти пронзает меня.

- Я знаю, что это не одно из Ста стихотворений.

"Я не писала этого. И это не стих," уверенно говорит Инди.

"Но похоже на стихотворение," замечаю я.

"Нет.

- В таком случае, что же это? - спрашиваю ее.

Я быстро понимаю, что с Инди спорить бесполезно.

- Мама рассказывала мне это перед сном каждую ночь, - отвечает Инди.

- Когда я достаточно повзрослела, чтобы спросить об этом, она ответила, что Лоцман это тот, кто возглавит Восстание.

Мама считала, что именно женщина должна приплыть по воде.

- О, - удивляюсь я, ведь всегда думала, что Лоцман придет с неба.

Но, возможно, Инди права. Я снова вспоминаю строчки из стиха Теннисона.

Там была вода.

Инди думает о том же.

- Тот стих, ты рассказывала его, когда мы убегали, - начинает она.

- Я не слышала его раньше, но его слова доказывают, что Лоцман мог приплыть по воде.

То место из стиха - это гряды песка на отмели в воде. А Лоцман - это тот, кто благополучно проводит лодки в гавань.

- Мне не много известно об этом Лоцмане, -

Я говорю, что это правда, но у меня есть мои собственные надежды на лидера восстания, и они не совсем совпадают с версией Инди

Тем не менее, идея здесь та же самая. И история, данная мне Архивистом, утверждает, что Лоцман снова и снова меняет свой облик.

И я, и Инди, мы обе можем оказаться правы.

- Я считаю, что это не имеет особого значения. Это мог быть и другой человек, мужчина или женщина, спустившийся с неба или приплывший по воде. Ты согласна?

- Да! - голос Инди звучит торжествующе.

- Я так и думала. Ты не только ищешь своего парня. Ты также находишься в поисках чего-то иного.

.

Я гляжу на тонкую полоску неба, усыпанного чистыми яркими звездами. Так ли это?

Я проделала долгий путь из Городка с неожиданным чувством восторга и удивления, и остается пройти еще совсем немного.

- Мы могли бы выбраться наверх, - тихо говорит Инди.

- Идти по поверхности. Или попытаться пройти по другому ущелью.

Может быть, мы найдем там его или повстанцев.

Она включает фонарик и освещает им склон ущелья снизу вверх.

- Я знаю, как взобраться наверх. Этому нас обучали в Сономе. В моей провинции. Завтра мы найдем подходящее место, где стены не такие высокие и отвесные.

- Раньше мне не приходилось подниматься в подобных условиях, - говорю я. - Как думаешь, у меня получится?

- Если будешь осторожной и не станешь глядеть вниз, то да, - отвечает Инди.

Повисает тишина, пока я гляжу вверх и понимаю, что даже этот ограниченный клочок неба содержит в себе больше звезд, чем я могла ухватить взглядом, живя в Городке. По какой-то причине, это вселяет в меня надежду, что есть еще много вещей, которые я могу увидеть.

Я продолжаю надеяться ради моих родителей и Брэма, ради Ксандера и Кая.

- Давай попробуем, - произношу я, наконец.

- Начнем поиски рано утром, - говорит Инди.

- Пока не рассвело. Мне бы не хотелось идти на открытой местности при дневном свете.

- Мне тоже, - соглашаюсь я, рисуя на песке первую строчку, и, впервые за все время, вторую:

К тебе карабкаюсь во тьме, А ждешь ли ты меня при звездах и луне?

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/24113/98652

Переводчики: tigra_du, Nynaeve, Kyo