Готовый перевод Daughter of Smoke and Bone - Laini Taylor / Дочь дыма и костей: 15

ТА САМАЯ ДВЕРЬ

Очутившись в коридоре, Кару рухнула на колени. Тяжело дыша, она прислонилась к кольцу змеиного тела Иссы.

- Кару! - Исса заключила её в свои объятья, и теперь они обе были перепачканы липкой кровью. - Что произошло? Кто сделал это с тобой?

- Ты его видела? - Еще не пришедшая в себя, спросила Кару.

- Кого я должна была увидеть?

- Ангела...

Ответ Кару вызвал у Иссы необычайно сильную реакцию. Оттолкнув Кару, она отшатнулась назад, встав в боевую стойку кобры и прошипела:
- Ангел??
Все её змеи (в волосах, на талии и плечах) начали извиваться вместе с ней и шипеть. Кару вскрикнула, из-за ран, ей причиняли боль резкие движения.

- Ой, моя хорошая, моя сладенькая. Прости меня. - Исса снова потеплела, прижимая Кару, как дитя. - Что ты подразумеваешь под словом "ангел"? Конечно же не...

Кару удивленно взглянула на неё. По её лицу пробежала тень.
- Почему он хотел убить меня?

- Ах, моя хорошая,- засуетилась Исса. Она раскрыла порезанную куртку и шарф Кару, чтобы осмотреть её раны, но одежда пропиталась кровью, которая всё еще сочилась из ран, а освещение коридорчика было очень плохим.
- Сколько крови!

Кару стало казаться, что стены вокруг неё начали качаться. Она ждала, когда же откроется дверь в лавку, но этого не происходило.
- Мы можем войти внутрь? - Её голос был еле слышен. - Мне нужен Бримстоун.
Она вспомнила, как он поднял ее на руки и держал в своих объятьях, когда она вернулась, истекающая кровью, из Санкт-Петербурга. Она была тогда так спокойна и уверенна, зная, что он всё исправит. И он вылечил её, и сделает это снова...

Исса попыталась остановить кровотечение из ран Кару, обмотав их мокрым от крови шарфом.
- Его сейчас нет, сладенькая.

- Где он?

- Он...его сейчас нельзя отвлекать.

Кару всхлипнула. Она хотела к Бримстоуну, нуждалась в нем.
- Отвлекать его, - повторила она и впала в забытье.

Она падает.

И голос Иссы слышен откуда-то издалека.

А потом пустота.

Один за другим всплывающие видения, как испорченная кинопленка: глаза Иссы и Язри, взволнованные, совсем рядом. Нежные руки, прохладная вода. Сны: Айзиль и тварь на его спине с раздутым лицом, фиолетовым от синяков; ангел, смотрящий прямо на Кару глазами, способными зажечь огонь.

Снова голос Иссы, приглушенный, звучащий скрытно:
- Это означает, что они в людском мире?

Язри:
- Должно быть, они нашли способ вернуться. И на это ушло много времени, учитывая, какого высокого мнения они о себе.

Это не было частью сна. Кару приходила в сознание, как будто подплывала к далекому берегу - с огромным усилием - а потом продолжала лежать не произнося ни слова, прислушиваясь. Она была на своей детской раскладушке в задней части магазина, знала об этом, даже не открывая глаз. Раны ныли, в воздухе стоял противный запах целебной мази. В конце ряда книжных полок стояли две химеры и шепотом что-то обсуждали.

- Но зачем нападать на Кару? - прошипела Исса.

Язри:
- Ты же не думаешь ...? Они не могли узнать о ней.

Исса:
- Конечно нет. Не говори ерунды.

- Нет, нет, конечно нет. - Язри вздохнула. - О, как бы мне хотелось, чтоб Бримстоун вернулся. Как думаешь, может, нам стоит самим его забрать?

- Ты же знаешь, его нельзя сейчас беспокоить. Но теперь уже осталось недолго ждать.

- Согласна.

Последовавшую за этим затянувшееся молчание нарушила Исса:
- Он очень разозлится.

- Да, - с дрожью в голосе согласилась Язри. - О, да.

Кару почувствовала, что обе химеры смотрят на нее, и изо всех сил постаралась не шевелиться. Это было несложно - вялость завладела всем ее телом, боль сковывала грудь, руку, предплечье. Резанные раны составляли отличную компанию шрамам, оставшимся от пулевых ранений. Мучительно хотелось пить, и Кару знала, что скажи она хоть слово - Язри тут же бросится к ней, напоит, погладит рукой - но молчала. Слишком многое нужно было обдумать.

И Язри снова повторила:
- Она никак не могут знать о ней.

Знать что?

Эта таинственность сводила с ума. Ей хотелось подняться и крикнуть: "Кто я?", но она не сделала этого. Она продолжала притворяться спящей, потому что еще кое-что не давало ей покоя.

Бримстоуна здесь не было.

Он всегда находился здесь. Ей прежде никогда не предоставляли доступ в магазин в его отсутствие, и только такое экстраординарное обстоятельство, как ее возможная смерть, позволило нарушить это правило.

Это был шанс.

Кару подождала, пока Язри и Исса уйдут, долго прислушиваясь и для большей уверенности бросив взгляд из-под полуприкрытых ресниц. Она знала, что как только начнет шевелиться, пружины раскладушки своим скрипом тут же выдадут ее. Поэтому потянулась к браслету из скапов на запястье.

Еще одно практически бесполезное желание - унять скрип пружин.

Она встала и некоторое время собиралась силами - голова кружилась, раны пекли огнем - не проронив ни звука. Исса и Язри забрали ее обувь, а вместе с ней куртку и свитер. Из одежды на ней оставались лишь повязки, тоненькая кофточка и джинсы. Босиком она прошла мимо пары шкафов и под висящими нитями из верблюжьих и жирафьих зубов, а потом остановилась, прислушиваясь и осторожно заглядывая в магазин.

Столы Бримстоуна и Твиги утопали в темноте, ни одного фонаря, привлекающего своим светом моль-колибри, зажжено не было. Исса и Язри были на кухне, вне поля зрения. Весь магазин был погружен в полумрак, на фоне чего выделялась та самая вторая дверь магазина, ее проем был очерчен узкой полоской света.

Первый раз в своей жизни Кару увидела, что дверь приоткрыта.

Приблизившись, Кару остановилась, стараясь унять бешено стучавшее сердце, а потом взялась за ручку, приоткрыла дверь и выглянула наружу.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/24779/85664

Переводчики: vikaz, savrik