Готовый перевод N. K. Jemisin The Hundred Thousand Kingdoms / Сто тысяч королевств: 3. Darkness

Тьма

Может мне следует взять перерыв и всё объяснить? Получается весьма не полное повествование. Но мне нужно помнить всё и вся, чтобы держать всё под жестким контролем. Уже много чего упущено.

Итак.

Жили-были три бога. Тот, что был значительней и сильнее остальных, убил другого, того, что слабее, а третьего заключил в адовой темнице. Стены той темницы были из плоти и крови, вместо решетчатых окон - глаза. Наказанием же стал сон, боль и голод, да прочие нескончаемые потребности смертной плоти. А после всего, это существо, скованное смертной оболочкой, было отдано на хранение Арамери вместе с тремя его божественными детьми. После ужаса воплощения в смертную плоть, его можно просто было отдать в рабство. Разницы никакой.

Еще будучи маленькой девочкой, я узнала от жрецов Светлейшего Итемпаса, что этот падший бог был олицетворением самого зла. Во времена Трех, его последователи темного, дикого культа, посвященного буйным полуночным празднествам, почитали безумство как сакраментальное знание. Если бы Он выиграл войну между богами, как вторят друг другу жрецы в своих ужасных псалмах, существованию смертных пришел бы конец.

- Так что будь умницей, - добавляли жрецы, - иначе Повелитель ночи придет за тобой.

* * *

Я бежала прочь от Повелителя ночи через залы, заполненные светом. Особенности материала, из которого был построен Небесный дворец, позволяли ему светиться, как бы самому по себе, мягким белым светом, даже сейчас, когда солнце уже село. В двадцати шагах позади, меня преследовал бог тьмы и хаоса, готовый атаковать. Рискнув один раз оглянуться назад, я увидела мягкое свечение, растворявшееся в жерле темноты, которая распространялась так далеко, что если начать вглядываться, глаза начинало резать. Поэтому больше я не оглядывалась.

Я не могла двигаться по прямой. Я всё еще жива, благодаря тому, что резко и неожиданно для своего преследователя бросилась бежать, и то, что, судя по всему, это чудовище, не могло двигаться быстрее, чем обычный смертный. Возможно, этот бог и сохранил тело человека, там где всегда темно; но даже в этом случае, его ноги длиннее моих.

Поэтому я поворачивала почти в каждом коридоре, на ходу врезаясь в стены и тут же ища обо что бы оттолкнуться, чтобы продолжить свой бег. Казалось, что стены как бы нарочно вырастали на моем пути, но это было не так. Если бы я была в состоянии мыслить здраво, отбросив свой малодушный страх, у меня скорее всего было бы представление куда же я бегу. Но было так как было, я безнадежно заблудилась.

К частью там, где не сдюжил разум, выручила паника.

Найдя одно из углублений, что описывал Т'врил, я бросилась к нему, прижимаясь спиной к стене. Он говорил, что я должна буду догадаться, как же задействовать заклинание, которое поможет мне подняться и выйти на следующий этаж дворца. Вместо этого у меня в голове вертелась только одна мысль: ПРОЧЬ, ПРОЧЬ, ПРОЧЬ, не осознавая, что для магии и этого будет достаточно.

Когда моя карета везла меня из Приемного зала к Небесному дворцу, занавески были задернуты. Возница просто довез нас к назначенному месту и остановился; мою кожу покалывало; мгновение спустя возница открыл дверь, чтобы обнаружить, что мы всё еще были внутри. Тогда мне не пришло в голову, что магия способна протащить меня через полмили твердого вещества в мгновение ока.

И вот это снова произошло. Маленькая ниша, которая становилась всё темнее по мере приближения Повелителя ночи. Вдруг мне показалось, что ниша начала как бы расползаться, её вход перемещался всё дальше от меня, в то время как я оставалась на месте. Напряжено вдохнув, я стремглав рванула вперед. У меня перед лицом замелькали стены; я закричала и даже закрыла глаза руками, пока камень стен проходил через моё тело. А потом всё прекратилось.

Я медленно опустила руки. Прежде чем я успела сообразить и задаться вопросом, таже эта ниша или другая, в проеме показалась голова ребенка, оглядевшаяся вокруг и уставившаяся на меня.

- Ну же, - сказал он. - Скорее, ему не потребуется много времени, чтобы найти нас.

* * *

Магия Арамери привела меня в огромное открытое помещение, которое находилось в пределах дворца. Онемев от изумления, я смотрела по сторонам на холодное безликое пространство, пока мы спешили скорее пройти через него.

- Это арена, - сказал мальчик, который шел спереди. - Некоторые из знати считают себя воинами. Сюда.

Я оглянулась на спасительную нишу, задаваясь вопросом, можно ли как-то закрыть ее, чтобы Ночной повелитель не смог добраться до меня через нее.

- Нет, не получится. - сказал мальчик, проследив за моим взглядом. - Но и Дворец сдерживает его силу в такие ночи как эта. Он может охотиться за тобой полагаясь только на свои чувства и ощущения. ("А что было бы в противном случае?" подумала я). - В лунную ночь у вас бы были большие неприятности, но сегодня он всего лишь человек.

- Это был не человек, - сказала я. И мне самой послышался свой голос визгливым и дребезжащим.

- Если бы это было так, ты не бежала бы сломя голову, спасая свою жизнь.
Очевидно, я бежала недостаточно быстро. Мальчик схватил меня за руку и потянул за собой еще быстрее. Он поглядел на меня, и я увидела вытянутое скуластое лицо, которое однажды превратиться в настоящего красавца.

- Куда ты меня тащишь? - Ко мне медленно, но верно возвращалась моя способность рассуждать, - К Вирайне?

Он насмешливо фыркнул. Мы покинули арену и пошли по лабиринтам белых коридоров.
- Не говори ерунды. Мы собираемся спрятаться.

- Но тот человек...
Нахадот. Теперь я вспомнила, где прежде слышала это имя. Никогда не шепчите его имя в темноте, читала я в детских сказках, если не хотите, что бы он появился.

- О, да неужели, теперь он еще и человек? Нам просто надо продолжать опережать его и всё будет нормально.
Мальчик забежал за угол. Он явно был ловчее меня, потому как я постоянно спотыкалась, стараясь не отстать. Он обшарил взглядом коридор, будто что-то искал. - Не волнуйся. Мне всё время удается сбегать от него.

Прозвучало не слишком мудро.
- Я х-хочу добраться до Вирайне, - я постаралась, чтобы мой голос прозвучал властно, но я была еще слишком напугана да к тому же еще и устала.

В ответ мальчик лишь остановился, но не из-за меня. - Здесь! - Сказал он, прикладывая руку к перламутровым стенам.
"Атадие!"

Стена расступилась.

Это напоминало водную рябь. Жемчужные стены раздвинулись от его прикосновения, как будто разошлись волнами, образовывая проем - дыру - дверь. За стеной простиралось странного вида узкое помещение, это даже была скорее не комната, а как, пространство между стенами. Когда дверь оказалась достаточно большой, чтобы мы оба смогли пройти через неё, мальчик затащил меня внутрь.

- Что это? - Спросила я.

- Зона неслышимости или мертвая зона дворца. Все эти кривые коридоры и закругленные комнаты скрывают другую половину дворца, которой никто не пользуется, за исключением меня, - мальчик повернулся ко мне и одарил ослепительной улыбкой, которая не сулила ничего хорошего. - Мы здесь немного отдохнем.

Я решила сначала отдышаться. Как только дыхание пришло в норму, на меня накатила усталость, так всегда бывает после выброса адреналина. Стена волной сомкнулась за моей спиной, став такой же твердой, как прежде. Я осторожно прислонилась к ней. А потом, ощутила облегчение. А после, я оглядела своего спасителя.

Он был не намного ниже меня, на вид, наверное лет девяти, долговязый. Не из рода Амн. У него не такая темная кожа как у меня и ясные глаза как у народа Тэма. Его зеленые глаза были мрачными и уставшими - они были такого же цвета, как у меня и моей матери. Может быть его отец еще один неприкаянный Арамери.

Он тоже изучающе смотрел на меня. Немного погодя, его рот растянулся в широкой улыбке.
- Меня зовут Сиэх.

Два слога.
- Сиэх Арамери?

- Просто Сиэх,- с детской непосредственностью, он вытянул руки над головой. - А ты не очень-то хорошо выглядишь.

Я слишком устала, чтобы обижаться.
- Нахожу это полезным, - ответила я, - потому что меня недооценивают.

- Да, это всегда стратегически верно, - он молниеносно выпрямился и стал серьезным. - Он найдет нас, если мы будем сидеть на месте. Эн!

Я подпрыгнула, вскрикнув от его вопля. Но Сиэх стоял, запрокинув голову и смотрел вверх. Вдруг, в его руки упал детский желтый мячик.

Я озадаченно оглянулась. Мертвое пространство уходило вверх на несколько этажей, невыразительная треугольная шахта. Я не увидела ни одного отверстия, из которого мячик мог бы появится. Безусловно, никого не было наверху, кто мог бы его бросить.

Я посмотрела на мальчишку и вдруг меня обожгло подозрением.

Сиэх рассмеялся мне в лицо и опустил мяч на пол. Затем он сел на него, скрестив ноги. Мячик оставался неподвижным под ним, пока Сиэх был расслабленным, а потом он поднялся в воздух. Отановился и завис, когда мальчик оказался в нескольких футах над землей. А потом мальчик, который вовсе таковым не был, протянул мне руку.

- Я не обижу тебя, - сказал он. - Я же помогаю тебе, помнишь?

Я же уставилась на его руку, прижимаясь к стене.

- Знаешь, я ведь мог бы водить тебя по кругу и в итоге привести прямо к нему.

Вот как. Помедлив я взяла его за руку. То, с какой силой он схватил меня не оставило никаких вопросов, ребенок бы не смог так сильно сжимать мою руку.

- Придется немного прокатиться, - сказал он. Затем, держа меня словно пойманного в силки кролика, мы понеслись через шахту.

* * *

Есть еще кое-что, запомнившееся мне из детства. Песня и там такие слова...Как же там? Ах, да.
Ловкач-трюкач, солнце выкрал ради смеха
Покататься, вот потеха
Даже спрятать ловкачу это солнце по плечу?
Вниз по берегу реки, ты пойди да поищи...

Имейте в виду, это было не наше солнце.

* * *

Сиэх открыл таким образом еще два потолка и стену, прежде чем наконец опустить меня вниз в зоне неслышимости, которая была такая же большая как приемная палата дедушки Декарты. Но не благодаря размерам этого помещения у меня отвисла челюсть.

По комнате плавали светила. Их были десятки. Среди них не было одинаковых. Светила были разнообразных форм, размеров и цветов - медленно вращались и плыли по воздуху. Казалось, что это всего-навсего детские игрушки, пока я внимательно не пригляделась и не увидела облака, кружившие над их поверхностью.

Пока я бродила между его игрушек, Сиэх топтался всё время рядом с мной, а на лице у него застыло что-то между тревогой и гордостью. Желтый шарик занял свое место в центре, в то время, как все остальные вращались вокруг него.

- Правда они прелестны? - спросил он, пока я рассматривала крошечный красный шарик, вокруг которого клубились тучи (неужели шторм?) поглотившие большую часть полушария. Я оторвалась от созерцания и посмотрела на Сиэха. Он раскачивался туда-сюда на носках в нетерпении дожидаясь моего ответа. - Это хорошая коллекция.

Ловкач-трюкач, солнце выкрал ради смеха. Скорее всего из-за того, что они были прелестными. Перед своей размолвкой, Трое успели породить множество детей. Сиэх был одним из самых древних, еще одним смертоносным орудием Арамери. И все же я не могла не заметить робкую надежду в его глазах.

- Они все прекрасны, - согласилась я. И это истинная правда.

Он просиял и снова взял меня за руку, ему без разницы было куда меня тянуть, лишь бы я была рядом.
- Думаю, ты понравишься остальным, - сказал он. - Даже Наху, когда он успокоится. Давным-давно мы не видели смертного в наших чертогах, чтобы просто поболтать.

Его слова звучали как бред, в них не было никакого смысла. Остальные? Наха? Успокоится?

Он снова рассмеялся, глядя на меня.
- В особенности твоё лицо. Ты не очень-то часто демонстрируешь свои эмоции (все Дарр обладают такой выдержкой или тебя матушка обучила?) - но, когда ты всё-таки их демонстрируешь, тебя кто-угодно сможет легко прочесть.

Моя мать предупреждала меня об этом очень давно.
- Сиэх... - у меня была тысяча вопросов, и я не могла решить, с которого стоит начать. Один из шаров, просто зеленый с яркими белыми полосками, катаясь из конца в конец, проплыл мимо нас. Я не придала этому никакого значения пока не увидела, что Сиэх заметил это и напрягся. Мои же собственные инстинкты послали предупреждение много позже.

Я повернулась и обнаружила, что Нахадот стоит прямо за нами.

В тот момент, когда застыли мой разум и тело, он мог сделать со мной что угодно. Он стоял в нескольких шагах от меня, но ни пошевелился, ни заговорил, и мы просто стояли уставившись друг на друга. Его лицо было как луна, бледное и изменчивое. Я смогла рассмотреть каждую черточку, но ни одна из них не отложилась в моей памяти, за исключением того, что он был изумительно красив. Его длинные-предлинные волосы клубились вокруг его головы словно черный дым, локоны волос струились как бы сами по себе. Его плащ, - или, возможно, это тоже были волосы, - двигался, как будто его развевал неощутимый ветер. Я не могла вспомнить был ли на нем плащ ранее. На том балконе.

Безумие все еще скрывалось в его лице, тихое безумие, но уже не то, что было раньше - безумие дикого зверя. Что-то еще - я не смогла бы назвать это человечностью - слабо проблескивало в нем.

Сиэх сделал осторожный шаг вперед, но не встал впереди меня. - Наха, ты еще с нами?

Нахадот не ответил, даже не посмотрел на Сиэха. Краем сознания, еще способным соображать, я заметила, как игрушки Сиэха бесились, когда пролетали мимо Нахадота. Их медленное изящное вращение прекращалось: некоторые из них меняли направление движения, некоторые застывали или ускорялись. Я видела, как один из них раскололся пополам и упал на пол.
Он сделал шаг вперед, заставив большинство цветных шаров выйти из-под контроля.

Одного шага было достаточно, чтобы вывести меня из состояния паралича. Я отступила назад и закричала бы что было мочи, как будто я знала, как заставить эти стены расступиться, чтобы убежать отсюда.

- Не беги! - Голос Сиэха обрушился на меня , словно удар кнута.
Я застыла на месте.

Нахадот снова сделал шаг вперед, и теперь он был настолько близко, что я могла разглядеть как его била мелкая дрожь. Его руки были странно изогнуты. Он открыл свой рот; и, приложив немалые усилия, с трудом произнес:
- П-предсказуемый Сиэх.
Он произнес это глубоким голосом, поразительно похожим на человеческий. Я же ожидала услышать звериный рык.

Сиэх сгорбился, снова превратившись в угрюмого маленького мальчика.
- Не думал, что тебе так быстро удастся меня поймать.
Он склонил голову, изучающе разглядывая лицо Нахадота, и очень медленно продолжил, как будто разговаривал с дурачком.
- Но теперь ты здесь, не так ли?

- Я вижу, - прошептал Повелитель ночи. Его глаза остановились на моем лице.

К моему удивлению, Сиэх кивнул, будто понимая, что за бред несет Нахадот.
- Другого я и не ожидал, - сказал он тихо. - Возможно, ты теперь вспомнишь? Нам это просто необходимо! Ты помнишь?
Сиэх шагнул вперед, потянувшись к его руке.

Я не видела, как его руки начали двигаться. Я наблюдала за лицом Нахадота. Всё, что я увидела, вспышку слепой, ненасытной ярости, отразившейся на его лице, а потом он схватил одной рукой Сиэха за горло. Сиэх даже не успел вскрикнуть, как уже болтался над землей, барахтая ногами в воздухе.

Какое-то мгновение я была слишком обескуражена, чтобы хоть как-нибудь среагировать

А потом я рассердилась.

Мной завладела ярость и безумие, иначе как можно объяснить то, на что я решилась. Я выхватила свой нож и заорала: - Оставь его!

С таким же успехом кролик мог грозить волку. Но к моему немалому удивлению Нахадот посмотрел на меня. Он не не опустил Сиэха ниже, но Повелитель ночи заморгал. И тут же его безумие сменилось выражением неподдельного изумления и интереса. Это был взгляд человека, который неожиданно обнаружил в куче мусора настоящее сокровище. Но горло Сиэха всё еще было в его руке, а сам Сиэх был на последнем издыхании.

- Отпусти его!
Я присела, заняв позицию, как учила меня бабушка Даррен. Мои руки тряслись, но не от страха, а от ярости и праведного гнева. Сиэх был всего-навсего ребенком.
- А ну, прекрати!

Нахадот улыбнулся.

Я сделала выпад. Нож вошел в грудь, и отдача от этого удара была такой сильной, что моя рука дрогнула, сжимая рукоятку лезвия. В какой-то момент я попыталась оттолкнуть его и удивилась, почувствовав, что он был плотью и кровью, не смотря на то, что до сих пор обладал невероятной силой. Я удивилась еще больше, когда он свободной рукой обхватил моё запястье. С такой скоростью, будто и не было никакого ножа воткнутого в его сердце.

Нахадот мог запросто раздавить моё запястье, такой силой он обладал. Вместо этого, он просто удерживал меня на месте. Его кровь стекала на мою руку, она была жарче, чем ярость, что владела мной. Я подняла глаза: его глаза - теплые, нежные и отчаянные. Глаза Человека.

- Мне столько пришлось ждать тебя, - выдохнул бог и поцеловал меня.

А затем он упал.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/27606/92792

Переводчики: vikaz