Готовый перевод N. K. Jemisin The Hundred Thousand Kingdoms / Сто тысяч королевств: 11. Mother

Мать

Т'врил говорил мне, что иногда Небесный дворец поглощает людей. Кроме того, он был построен Энефадами, а проживание в домах, построенных разгневанными богами неизбежно влечет за собой определенный риск. В ночь, когда луна черна, а звезды прячутся за облаками, каменные стены продолжают светится.И вот тогда Светлейший Итемпас бессилен. Тьма никогда не задерживается надолго, всего несколько часов, но пока она правит балом, большинство Арамери сидят по своим комнатам и стараются говорить как можно тише. Если же им приходится передвигаться по коридорам Небесного дворца, то они стараются двигаться быстро и украдкой, всё время глядя себе под ноги. Ибо, полы открываются совершенно случайным образом и проглатывают неосторожных. Несчастных уже не раз искали в мертвом пространстве, но тела так и не были обнаружены.

Теперь-то я знаю, что это правда. Но, что еще важнее, я знаю куда делись исчезнувшие.

* * *

- Пожалуйста расскажите мне о моей матери, - попросила я Вирайне.

Он посмотрел на меня из-за какой-то хитроумной штуки, над которой трудился. Она выглядела, как небрежная масса сочлененного металла и кожи; я даже не догадывалась об ее назначении.
- Т'врил сказал мне, что прошлой ночью отправил Вас в ее комнату, - сказал он, повернувшись ко мне лицом. Он выглядел задумчивым, - Что Вы ищите?

Я отметила для себя: Т'врил не заслуживает моего полного доверия. Но это меня не удивило; Т'врил несомненно ведет свою битву.
- Правду.

- Вы не доверяете Декарте?

- А вы бы стали?

Он усмехнулся.
- У вас нет причин верить и мне.

- У меня нет оснований верить кому бы то ни было в этой вонючей ловушке Амн. Но поскольку я не погу просто уйти, то у меня нет выбора и приходится копаться во всей этой грязи.

- О, Боже. Вы говорите практически, как она. - К моему удивлению, он, казалось, был доволен моей грубостью. В подтверждение этого он даже стал улыбаться, хотя и с оттенком снисходительности. - Хотя и слишком резко. Слишком прямолинейно. Оскорбления Киннет были настолько утонченными, что понимания того, что тебя обмакнули в грязь приходит часом позже.

- Моя мать никого никогда не оскорбляла, если у неё не было на то оснований. Что вы сказали, чтобы спровоцировать её?

Он замолчал только на мгновение, но я с удовлетворением отметила, что его улыбка погасла.

- Что вы хотите знать? - спросил он.

- Почему Декарта убил мою мать?

- Есть только один человек, который сможет дать ответ на этот вопрос, это сам Декарта. Нет в планах поговорить с ним на эту тему?

В конце концов, я с ним поговорю. Но можно бесконечно играть друг с другом отвечая вопросом на вопрос.
- Зачем она тогда пришла сюда? Той ночью Декарта наконец понял, что она не вернется?

Я ожидала, что Вирайне удивится, но никак не ожидала, что он выйдет из себя и его лицо исказится такой злобой и яростью.

- Кто Вам разболтал об этом? Прислуга? Сиэх?

Иногда правда может вывести противника из равновесия.
- Нахадот.

Он вздрогнул, и его глаза сузились.
- Понятно. Он убьет Вас, вы это понимаете. Это его любимое занятие, заигрывать с любым из Арамери, кто окажется достаточно глуп и попытается укротить его.

- Сцимина...

- не собирается приручить его. Чем чудовищнее он становится, тем она счастливее. Последнюю дуру, что в него влюбилась, он размазал по двору, как я слышал.

Я вспомнила губы Нахадота на моей шее, и постаралась подавить дрожь, добившись, правда, только половины успеха. Не то, чтобы я особенно задумывалась о смерти, как следствие возлежания с богом, но это и не удивительно. Силы простого смертного не безграничны. Он растрачивал себя и отсыпался. Он мог бы быть хорошим любовником, но об этом можно было только догадываться - но за каждую ласку которая покажется любой женщине раем, он может потребовать в десятки раз больше, спустив её на землю.

Нахадот мог бы перенести меня в заоблачные дали и держать меня там. Он мог бы потащить меня выше, в холодное темное безвоздушное пространство, туда, где было его истинное пристанище, его владения. И если бы я там задохнулась, плоть бы мою разорвало или мой разум разрушился...что ж. Вирайне был прав; мне было бы некого винить, кроме себя.

Я печально улыбнулась Вирайне, давая ему возможность увидеть мой истинный страх.
- Да, Нахадот скорее всего убьет меня, если только Арамери его не опередят. Если же это беспокоит вас, вы всегда можете помочь мне с ответами на мои вопросы.

Вирайне надолго замолк, его мысли оставались для меня непостижимыми за маской его лица. Наконец, он снова меня удивил, поднявшись из-за своего верстака и подойдя к одному из множества огромных окон, из которого мы могли видеть весь город, как на ладони, и горы за ним.

- Не могу сказать, что очень хорошо помню ту ночь, - сказал он. - Это было двадцать лет назад. Я тогда только вернулся в Небеса, недавно закончив Колледж писцов.

- Прошу вас расскажите мне всё, что сможете вспомнить, - ответила я.

* * *

Писцы, будучи еще детьми, изучают несколько смертных языков, прежде чем приступить к изучению языка богов. Это помогает понять им адаптивность языка и его душу, ибо есть много понятий, существующие в некоторых языках, которые не могут быть применены в других. Вот так и работает язык бога - это позволяет осмысление невозможного. И вот почему никогда нельзя доверять лучшему писцу.

* * *

- Это была дождливая ночь. Я запомнил это, потому что дождь не часто касается Небесного дворца; тяжелые облака обычно опускается ниже нас. Но Киннет успела вымокнуть всего лишь пройдясь от кареты до входа. Идя по коридорам дворца, она оставляла за собой шлейф из мокрых следов.

Я поняла, что это означало - он видел, куда она шла. или же он притаился в одном из коридоров, когда она приехала или он прошел по её следу, пока вода не успела высохнуть. Разве Сиэх не сказал, что Декарта приказал очистить все коридоры? Должно быть Вирайне ослушался приказа.

- Все знали зачем она пришла или думали, что знали. Никто не ожидал, что её брак продлится долго. Казалось непостижимым, что эта женщина настолько сильна, что эты женщина восстанет против правил, отдаст всё. И ради чего?! - Вирайне глянул на меня в отражение оконного стекла. - Без обид.

Для Арамери, он был почти вежлив.
- Не принимается.

Он натянуто улыбнулся.
- Но видите ли, в ту ночь она пришла сюда из-за не го. Он причина её появления во дворце. Её муж, твой отец; она пришла не для того, чтобы вернуть своё прежнее положение, она пришла из-за того, что он был болен Ходячей смертью, и она хотела, чтобы Декарта спас его.

Я уставилась на него, чувствуя будто получила пощечину.

- Она даже привезла его с собой. Один из дворовых слуг видел его в карете и здесь, во дворце, потеющего и в лихорадке. Возможно у него была уже третья стадия. Одна только поездка, должно быть, ускорила его болезнь. Она поставила всё на Декартову помощь.

Я сглотнула. Я не знала, что мой отец переболел Смертью. Я понятия не имела, что моя мать бежала из дворца, в рассвете своего могущества, изгнанная за преступную любовь к мужчине ниже себя. Но эти два события были связаны...
- Должно быть ей тогда всё удалось.

- Нет. Когда она вернулась обратно к себе в Дарр, то была в вне себя от злости. Декарта же был в такой ярости, я его таким никогда не видел, думал его хватит удар. Но он только приказал, чтобы Киннет была вычеркнута из семейной летописи, не только как наследница, что уже было сделано, но и как Арамери. Он приказал мне выжечь её кровный сигил, что можно было сделать даже на расстояние. Я так и сделал. Он даже сделал официальное заявление по этому поводу. Это было выступление для общественности - первый раз в жизни чистокровный был отвержен во веки веков.

Я медленно покачала головой, - А мой отец?

- Насколько я мог судить, он был всё еще болен, когда она уезжала.

Но мой отец выжил, переболев Ходячей смертью. Не то чтобы никто не слышал о выживших, но они были редкостью, особенно среди тех, кого поразила уже третья стадия.

Возможно Декарта передумал? Если бы он приказал дворцовым врачам пуститься следом за каретой, перехватить моих родителей и вернуть их. Декарта мог приказать даже Энефадам, чтобы...Постойте.

Погодите-ка.

- Вот зачем она приходила, - сказал Вирайне. Он повернулся от окна лицом ко мне. - из-за него. В её приходе не было ни великого заговора или какой-нибудь тайны, любой из прислуги, кто прожил здесь достаточно долго вполне мог бы вам рассказать об этом. Так почему же вы так настойчиво пытались разузнать об этом, что даже меня об этом спросили?

- Потому что я думала, что вы расскажите мне больше, чем любой слуга, - ответила я. Я старалась, чтобы мой голос не выдал моих подозрений. - Если будете достаточно мотивированы.

- Так вот почему вы преследовали меня? - Он покачал головой и вздохнул. - Что ж, приятно видеть, что вы унаследовали некоторые качества Арамери.

- Здесь эти качества, похоже, весьма полезны.

Он отвесил мне поклон с язвительным выражением на лице.
- Что-нибудь еще?

Я умирала от желания узнать больше, но не от него. Однако, не будем спешить с выводами.

- Вы согласны с Декартой? - спросила я, просто чтобы поддержать разговор. - Что моя мать была бы более категорично к тому еретику?

- О, да!- Я удивленно моргнула, а он в ответ улыбнулся. - Киннет была такой же как Декарта, одной из немногих Арамери, кто на самом деле серьезно относился к нашему выбору Итемпаса. Она считала, что неверующие должны умереть. Смерть всем, кто угрожает миру и покою или её власти. - Он покачал головой, а от его улыбки повеяло ностальгией. - Думаете, что Сцимина зла и жестока? Сцимина не дальновидна. Ваша же мать была самой целеустремленностью.

Он вновь был доволен собой, прочтя неловкость на моем лице, словно сигил. Возможно, я была еще очень молода, чтобы увидеть её настоящую через призму своего детства, кода я её боготворила. Но всё что я о ней слышала, с тех пор, как приехала сюда, в Небесный дворец шло в разрез с моими воспоминаниями. Я помнила нежную, добрую женщину со своеобразным юмором. Она могла быть безжалостной, о да! - как и подобает жене какого-нибудь правителя, в особенности при тех обстоятельствах, которые в те времена сложились в Дарр. Но услышать о том, что она выгодно отличается от той же Сцимины и как её хвалил Декарта...эта была не та женщина, что вырастила меня. Это была совершенна другая женщина, и таким же именем, как у моей матери, внешностью, но абсолютно другой душой.

Вирайне специализирующийся на магии, может влиять на душу.
"Вы что-то делали с моей матерью?" - хотелось спросить мне.
Но это было бы слишком простым объяснением.

- Знаете, вы напрасно тратите моё время, - сказал Вирайне.Он говорил мягко, но его улыбка исчезла за время моего долгого молчания. - Ваша мать мертва. Вы всё еще живы. Вам стоит приложить больше усилий в этом направлении, и меньше в другом, которое ведет к тому, что вы просто-напросто присоединитесь к ней.

А я разве этим занимаюсь?
- Всего доброго, Нотариус Вирайне, - сказала я и ушла.

* * *

Я заблудилась в прямом и в переносном смыслах.

В Небесах, как правило, не так уж просто заблудиться. Коридоры все выглядят одинаковыми, это правда. Что есть, то есть. Лифты порой совершают промашки и перевозят пассажиров не туда, где им следует быть, а туда где они хотят быть. (Мне рассказывали, что особо остро эта проблема стоит для по уши влюбленных.) Однако, коридоры обычно полны прислуги, которые просто счастливы оказать услугу или помощь любому носителю метки чистокровного.

Я не просила о помощи. Я знала, что это было глупо, но какая-то часть меня не хотела какого-то определенного направления. Слова Вирайне глубоко мне врезались в душу, и пока я бродила по коридорам, я обдумывала сказанное им.

Верно, что я совершенно пренебрегла соперничеством в наследии престолом, в пользу по больше разузнать о своей матери. От познания истины мертвые не восстанут из могил и не вернуться к жизни, да и эта истина может меня скорее убить. Возможно Вирайне был прав, и мое поведение отражает некоторые суицидальные тенденции. Со смерти моей матери не прошло и смены сезона. В Дарр у меня было бы время и семья, чтобы должно оплакивать мою потерю, но приглашение деда всё изменило. Здесь, в Небесном дворце, я скрывала своё горе - но это не означало, что боли стало меньше или она притупилась.

Вот в таком настроение я остановилась и обнаружила, что стою у дворцовой библиотеки.

Т'врил показал мне её в первый же день моего появления в Небесном дворце. При обычных обстоятельствах, я бы наверняка испытала бы благоговение и трепет; библиотека занимает больше пространства, чем храм Сар-енна-нем, на моей родине. В Небесной библиотеке больше книг, свитков, табличек и сфер, чем мне доводилось видеть за свою жизнь. Но с момента моего прибывания во дворец, мне требовались очень своеобразные знания, а накопленные знания Ста Тысяч Королевств не могли мне в этом помочь.

Однако...по какой-то причине, меня потянуло в это место.

Я прошла через вестибюль библиотеки в её зал и была встречена лишь слабым эхом от своих же шагов. Потолок был высотой в три человеческих роста и опирался на три огромные цилиндрические колонны, а так же лабиринты книжных полок от пола до потолка. Что шкафы, что колонны, все сверху до низу были покрыты полками с книгами и свитками, до иных можно было добраться только с помощью лестниц, которые, как я видела стояли в каждом углу. Тут и там, стояли столы со стульями, за которыми возможно праздно сидели, а то и часами читали.

Но, похоже, вокруг не было ни одной живой души, что меня удивило. Неужели Арамери так привыкли к роскоши, что воспринимали и эту сокровищницу как должное? Я остановилась, чтобы получше рассмотреть тома на полках толщиной с мою голову, и поняла, что я не могу прочесть ни один из них. Сенмит, язык Амн, стал общим со времен вознесения семейства Арамери, но большинство народов все еще пользуются своими собственными диалектами, на ровне с Сенмит. Похоже эти книги была на Темани. Я посмотрела на следующую книжную стенку; Кенти. Возможно где-то здесь были книги и на языке Даррен, но у меня не было ни малейшего представления, где начать их искать.

- Заблудились?

Я подскочила от неожиданности и, обернувшись, увидела приземистую пожилую Амн, в нескольких футах от себя, выглядывающую из-за колонны. Я её не заметила. Вообще. Хотя, судя по её кислому выражению лица, она тоже думала, что одна в библиотеке.

- Я...- Я осознала, что понятия не имею, что ответить. У меня не было никакой конкретной цели. Сбитая с толку, чего бы такого ответить, я в итоге сказала,
- Здесь есть полка с книгами на языке Даррен? Или, по крайней мере, на Сенмит?

Не проронив ни слова, старуха ткнула пальцем в направлении прямо у меня за спиной. Я повернулась и увидела три полки с книгами Даррен.
- Книга на Сенмит начинаются сразу же за углом.

Чувствуя себя полнейшей критинкой, я благодарно кивнула и приступила к изучению полок с книгами на Даррен. Я рассматривала их несколько минут, пока окончательно не убедилась, что половина из них это поэзия, а другая - сказки да предания, которые я слышала на протяжение всей своей жизни. Ничего полезного.

- Вы ищите что-то конкретное?
Женщина стояла как раз рядом со мной. Я какое-то время просто таращилась на неё, поскольку не слышала её шагов.

Но её вопрос, натолкнул меня на мысль, что я могла кое-что выяснить здесь, в библиотеке.
- Информацию о Войне Богов, - ответила я.

- Религиозные тексты находятся в часовне, не здесь. - Как бы там ни было, теперь женщина совсем сникла. Возможно она служила библиотекарем, и, возможно, в этом случае, я оскорбила её. Было ясно, что библиотека видела мало движения, чтобы её ошибочно приняли за другое место.

- Мне не нужны религиозные тексты, - быстро сказала я, надеясь успокоить её. - Мне нужна...историческая справка. Список погибших. Дневники, письма, научные интерпретации ... всего, что написано в то время.

Женщина сощурилась и какое-то мгновение так смотрела на меня. Она была единственным взрослым человеком, из тех, кого я видела в Небесном дворце, кто была ниже меня, что, несомненно, несколько утешило, если бы не такая откровенная неприязнь, с которой она на меня смотрела. Я подивился её враждебности, ибо она была одета в такую же простую белую униформу, как и большинство рабов. Как правило хватало знака чистокровности на лбу, чтобы все вокруг становились вежливыми и подобострастными.

- Есть кое-что, - сказала она. - Но все полные отчеты о войне были жестко рецензированы жрецами. Может быть и есть нетронутые записи в частных библиотечных собраниях, по словам Владыки Декарты наиболее ценные из них хранятся в его покоях.

Мне следовало бы знать.
- Я бы хотела взглянуть на всё, что есть.
Нахадот пробудил во мне любопытство. Я ничего не знала о Войне Богов, только то, что рассказывали мне жрецы. Возможно, если бы я лично прочла то, что есть о ней, то смогла бы отделить истину от лжи.

Старуха поджала губы, задумался, а потом коротко махнул мне рукой следовать за ней.
- Сюда.

Я последовала за ней по извилистым проходам. Моё благоговение начало усиливаться, когда я осознала, насколько по-настоящему огромным было это место.
- Эта библиотека должно быть содержит все знания мира.

Моя суровая компаньонка фыркнула.
- Здесь собрано книг за несколько тысячелетий, несколькими поколениями. И все, что собраны отсортированы и отрецензированы, чтобы удовлетворить вкусам власть имущих.

- Можно найти даже крупицу правды в подправленных книгах, если читать внимательно.

Еще неразгаданные тайны Небесного дворца? Я поднялась на ноги.

* * *

А затем я услышала голос, за исключением того, что это был не голос, который спросил,
- Ты меня любишь?

А я ответила,
- Приди и я покажу тебе, - и раскрыла объятья.
Он подошел и жестко притянул меня к себе, и я не увидела ножа в его руке. Нет, нет, никакого ножа не было, нам не нужны были такие вещи. Нет, нож появился позже, и вкус крови на моих губах был яркий и сильный, когда я подняла свои глаза, чтобы увидеть его внушающий ужас и страх взгляд...

Но это не значит, что сначала, он не занялся со мной любовью.

* * *

Я отшатнулась к противоположной стене, изо всех сил пытаясь дышать и думать о ярко-вспыхнувшем ужасе и необъяснимой тошноте и необъяснимом желание схватиться за голову и заорать во всё горло.

* * *

Последнее предупреждение, да. Вы должны понимать, что я обычно не такая тупоголовая. Это уже было слишком, чтобы связываться с этим.

* * *

- Вам нужна помощь?

Старая женщина, которая стояла в между двумя книжными шкафами, равнодушно взирала на меня.

- Я... я, нет, - выдавила я через мгновение. - Нет. Я...в порядке

Она ничего не сказал, просто продолжала смотреть на меня. Я хотела сказать ей, чтобы та убиралась прочь, но мои глаза закатились, из-за того, что меня так потрясло.

Поэтому, я нисколько не удивилась, когда вокруг меня сгустилась тьма. Я расслабилась и благодарно позволила себе ей наслаждаться.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/27606/92800

Переводчики: vikaz, refuse