Готовый перевод Rachel Caine - Carpe Corpus (The Morganville Vampires 6) / Рэйчел Кейн - Лови труп/Наслаждение телом (Морганвилльские вампиры 6): THREE

Глава 3

Детектив Джо Хесс.

Клер снова и снова переворачивала свиток в потных руках, пока шла, задаваясь вопросом, что произойдет, если она просто выбросит его в сточную канаву. Ладно, Бишоп явно будет взбешен. И возможно будет одержим мыслью убить кого-нибудь, хотя эти мысли одолевают его все время. К тому же, возможно в том, что она несла не было ничего плохого. Ведь так? Возможно оно просто выглядело как смертельный приговор. Возможно это был лишь приказ, что пятница теперь будет днем мороженного, или что-то в этом роде.

Мимо проезжала машина, и она почуствовала что водитель наблюдает за ней, потом он набрал скорость.

"Не на что здесь смотреть, всего лишь грустная, глупая пешка в руках зла", подумала она с горечью. "Проезжай же."

Полицейский участок также находился в городской ратуше, которое в настоящее время восстанавливалось, рабочие бригады разбирали кучи с искореженным металлом и грудами камней, чтобы заложить новые распорки и кирпич. Та сторона, в которой располагалась тюрьма и отделение полиции, была не слишком повреждена, и Клер направилась к большой высокой стойке, за которой сидел за столом сержант.

- Детектива Джо Хесс, - сказала она. - Пожалуйста.

Полицейский едва взглянул на нее.

- Зарегистрируйтесь; укажите свое имя и по какому делу.

Она потянулась за планшетом и ручкой и аккуратно записала свои данные.

- Клер Данверс. У меня письмо от Мистера Бишопа.

В главной приёмной все занимались своими делами - пара пьяниц были прикованы наручниками к большой скамье, несколько адвокатов наливали себе чашку кофе из большого серебряного кофейника у задней стены.

Все замерли. Даже пьяницы.

Сержант за столом поднял глаза, и она увидела в них усталость и гнев, прежде чем он принял ничего не выражающее, жёсткое выражение.

- Присядьте, - сказал он. - Я посмотрю, здесь ли он.

Он отвернулся и поднял телефонную трубку. Клер не смотрела как он звонил. Она была сосредоточена на своих внутренних переживаниях. Она опустила взгляд на надпись на свитке, отчаянно желая узнать, что внутри - но возможно, если бы она узнала, все стало бы намного хуже.

"Я всего лишь посланник."

Ага, но это вряд ли поможет ей заснуть это ночью.

Сержант за столом говорил тихо, затем повесил трубку, но не вернулся назад к стойке. Видимо избегал ее; она начинала к этому привыкать. Хорошие люди избегали ее, плохих же наоборот тянуло к ней. Это нагоняло депрессию.

Ее тату зачесалось. Она потерла ее через ткань своей рубашки, и напряженно наблюдала за дверью, которая вела в другую часть полицейского участка.

Детектив Хесс вышел примерно через минуту. Он улыбнулся, когда увидел ее, и это причинило ей боль. Скверно. Он был одним из первых взрослых, кто действительно помогал ей в Морганвилле - он и его напарник, детектив Лоув, заступались за нее и не раз. И вот теперь она предает его.

Она затошнило, когда она поднялась на ноги.

- Клер. Всегда рад, - поприветствовал он ее, и это прозвучало так, будто они правда так думал. - Прошу сюда.

Сержант протянул ей бейджик, когда они проходили мимо. Она приколола его к своей и рубашке и последовала за Джо Хессом в большое, обыкновенное помещение. Его стол был в задней части комнаты, рядом с таким же столом, где была табличкой его напарника. Без прикрас. На столах было очень мало личных вещей. Она предположила, что было бы неумно держать тут бьющиеся вещи, если вы весь день допрашиваете озлобленных людей.

Она уселась в кресло возле его стола и он сел рядом, наклонился вперед и оперся локтями о колени. У него было доброе лицо и он не пытался запугать ее. На самом деле, у нее было ощущение, что он пытается облегчить ей задачу.

- Как ты держишься? - спросил он ее, о том же спросил и Ричард Моррелл. Она задалась вопросом, выглядит ли она разбитой. Скорее всего да.

Клер сглотнула и опустила взгляд на свои руки, на свиток, который она держала в правой руке. Она медленно протянула его ему.

- Мне жаль, - сказала она. - Сэр, мне так жаль. - Она хотела ему объяснить, что в данный момент ей нет оправданий. Она была здесь. И делала то, что Бишоп хотел от нее.

На этот раз она делала это добровольно.

Этому не было оправдания.

- Не вини себя, - сказала детектив Хесс, и выдернул из ее пальцев свиток. - Клер это не твоя вина. Ты ведь понимаешь это, да? Ты не в ответе за Бишопа и за все, что он здесь творит. Ты сделала все, что могла.

- Но этого ведь было недостаточно?

Он смотрел на нее еще одну долгую секунду, затем потряс головой и сломал печать на свитке.

- Если кто и облажался, так это Амелия, - ответил он. - Нам остается только приспособиться и выжить. Каждый день может стать для нас последним.

Он развернул свиток. Его руки не дрожали, а лицо было внимательным. Она поняла, что он не хотел ее пугать. Он не хотел, чтобы она чувствовала себя виноватой.

Детектив Хесс прочитал содержимое, затем отпустил и свиток быстро принял прежнюю форму. Он положил его на свой стол, на вершину покосившейся стопки папок.

Она не могла не спросить.

- Что там?

- Ничего такого, о чем тебе нужно было бы беспокоиться, - ответил он, но это была неправда. - Ты сделала свою работу Клер. Теперь иди и пообещай мне... - он заколебался, затем сел обратно в свое кресло открыл папку, чтобы показать, что у него много дел. - Пообещай, что не наделаешь глупостей.

Она не могла этого сделать. У нее возникло такое ощущение, что после завтрака она уже наделала глупостей, раза три или четыре.

Но она кивнула, потому что это все, что она могла для него сделать.

Он смущенно улыбнулся.

- Прости. У меня много дел, - сказал он. Это была ложь; в комнате почти никого не было. Он постучал карандашом по открытой папке. - У меня суд сегодня утром. Ты можешь идти. Скоро увидимся..

- Джо..

- Иди, Клер. И спасибо.

Он хотел защитить ее; она это понимала. Защитить от последствий того, что она сделала.

Она не могла думать о том, как она сможет отплатить ему за это.

Когда она выходила, она чувствовала, что он смотрел ей в след, но когда оглянулась, он опять был поглощен чтением своей папки.

- Эй, Клер? С днем рожденья!

Она не заплачет.

- Спасибо, - сдавленно прошептала она, пока открывала дверь и стремясь убежать от того ужаса, что теперь лежал у него на столе.

Был уже почти час пополудни когда она вернулась в кабинет Бишопа - не потому, что путь был длинным, а потому, что ей нужно было остановиться, присесть и выплакать свое горе в одиночестве, а затем убедившисьсь, что все следы стерты, она направилась обратно. Если бы она этого не сделала, у Исандры был бы повод поиздеваться. И у Бишопа тоже.

Клер подумала, что все сделала правильно и была спокойна, когда Исандра проводила ее в кабинет. Бишоп стоял там же, где и прежде, хотя третий вампир-незнакомец исчез.

Майкл все еще был там.

Мирнин пытался соорудить сложную конструкцию из скрепок и зажимов, что было его наиболее нормальным способом скоротать время.

- Возвращение блудного ребенка, - произнес Бишоп. - И как детектив Хесс отреагировал?

- Нормально, - Клер не собиралась давать ему поводов для нападок, но казалось даже это его забавляло. Он прислонился к углу своего стола и скрестил руки, смотря на нее со странной полу-улыбкой.

- Он ведь ничего не сказал тебе?

- Я не спрашивала.

- И откуда в Морганвилле у всех такие хорошие манеры. - Бишоп превратил это в оскорбление. - Ну что же, ты выполнила свои обязанности. Я думаю, что теперь мне пора сдержать свою часть договора. - Он быстро взглянул на Мирнина. - Она твой питомец. Прибери за ней.

- Как прикажет мой господин. - Он поднялся со свойственной ему вампирской грацией, от чего Клер почувствовала себя тучной, глупой и очень медленной, и на некоторое время его пылающие черные глаза встретились с ее. Если он пытался ей что-то этим сказать, она этого не поняла. - Пошла вон. У мастера Бишопа есть более важные дела, которые не терпят отлагательства.

Интересна какая? хотелось ей спросить. Отработать свою дьявольскую улыбку? Провести собеседование с новыми приспешниками?

Мирнин пересек комнату и ухватился ледяными пальцами за ее запястье. У нее перехватило дыхание, но он не дал ей времени среагировать; и спотыкаясь, она поплелась за ним по коридору.

Она бросила на Майкла безмолвный взгляд-призыв, но он не мог ей помочь. Он был таким же пленником как и она.

Мирнин остановился только когда их и Бишопа разделяли двое закрытых дверей и примерно миля коридора.

- Отпусти меня! - выплюнула слова Клер и попыталась вырваться. Мирнин взглянул на ее руку, которую он все еще сжимал в своих бледных пальцах, и удивленно приподнял свои брови, как будто пытался понять, что его рука там делает. Клер дернула еще раз. - Мирнин. отпусти!

Он отпустил и сделал шаг назад. Ей показалось, что на долю секунды он выглядел разочарованным, а потом его сумасшедшая улыбка вернулась.

- А ты будешь себя вести как примерная девочка? - Она посмотрела на него. - Хм-м. Скорее всего нет. Неважно, тогда положимся на твою рассудительность, Клер давай сделаем все, чтобы твоя голова осталась на плечах. Пошли. Я отведу тебя к твоему мальчишке, поскольку наш общий благодетель сегодня в хорошем настроении.

Он развернулся и полы его сюртука взметнулись по воздух. Его ноги опять были грязные и на них красовались шлепанцы, хотя в целом он пах не так уж и плохо. Дешевые металлические четки, которые звенели и стукались друг о друга при ходьбе, и шаркающая походка делали его самым шумным вампиром какого Клер когда либо встречала.

- Вы принимаете свое лекарство? - спросила она. Мирнин бросил на нее взгляд через плечо, и опять она не поняла, что вообще он означает. - Это значит нет?

- Я думал, ты меня ненавидишь, - сказал он. - Если это так, то какая тебе вообще разница?

В этом был смысл. Клер замолчала и поспешила за ним, когда он направился по длинному кривому коридору к большой деревянной двери. У двери стояла охрана - вампиры - мужчина, который в своей человеческой жизни скорее всего был азиатом, но сейчас его кожа приобрела цвет старой слоновой кости. У него были длинные волосы, заплетенные в косу на спине, и он был чуть-чуть выше Клер.

Мирнин обменялся с другим вампиром парой слов кажется на китайском наречии - на шее которого, как и у Майкла, были следы клыков Бишопа - вампир отпер дверь и распахнул ее.

Попытки Клер увидеть его не заходили так далеко. Она почувствовала как по телу прошла волна жара, затем ее затрясло. Теперь она была здесь, когда она уже вошла в дверь, ее слегка подташнивало от предвкушения. Что если они ранили его.. Прошло так много времени. Что если он вообще не захочет ее видеть?

Еще одна запертая дверь, еще один охранник, и затем они оказались внутри простого каменного коридора с зарешеченными камерами по левую сторону. Без окон. Никакого света кроме флуоресцентных светильников, горящих высоко над головой. Первая камера была пуста. Во второй находились двое людей, но Шейна там не было. Клер пыталась не рассматривать их. Она боялась, что они могут оказаться ей знакомы.

В третьей камере были две небольшие койки по сторонам узкой комнатки, а посередине туалет и умывальник. Больше ничего. Она была почти стерильная. Здесь, на одной из коек спал старик с растрепанными седыми волосами, и только через пару секунд до Клер дошло, что это был Фрэнк Коллинз, отец Шейна. Она привыкла видеть его бодрствующим, и ее удивило, что он выглядел таким... ранимым. Таким беспомощным и старым.

На другой кровати скрестив ноги сидел Шейн. Он оторвал взгляд от книги, которую читал, и тряхнул головой, чтобы отбросить с лица волосы. Осторожное, обороняющееся выражение на его лице напомнило Клер его отца, но оно сразу же исчезло, как только Шейн ее увидел.

Он выронил книгу, вскочил на ноги и прежде, чем истекла секунда, уже был у решетки. Его руки сжали стальные прутья, и его глаза дико блеснули прежде, чем он их зажмурил.

Когда он снова их открыл, он уже взял себя в руки. По большей части.

- Привет, - сказал Шейн, как будто они просто встретились друг с другом на пути к Стеклянному дому, их странной маленькой общины. Как будто не прошел целый месяц с того времени, как их разлучили. - И не мечтал тебя здесь увидеть. С Днем рожденья тебя, всего хорошего.

Клер почувствовала как от слез защипало глаза, но она сморгнула их и храбро улыбнулась.

- Спасибо, - ответила она. - Что ты мне подаришь?

- Мммм... блестящий бриллиант. - Шейн огляделся и пожал плечами. - Должно быть оставил его где-то. Знаешь же как бывает, всю ночь гулял, запарился и забывал, где оставил свои вещички...

Она шагнула к нему и накрыла его руки своими. Она почувствовала, как он задрожал; Шейн вздохнул, закрыл глаза, и прижался лбом к решетке.

- Да. - Прошептал он. - Самое время меня заткнуть. Хорошая идея.

Она прижалась своим лбом к его, затем губами - он был горячим, сладким, с привкусом отчаяния, и эти чувства взорвались внутри нее, от чего она тоже задрожала.. Шейн отпустил прутья, протянул руку и прошелся пальцами по ее коротким мягким волосам, поцелуй стал глубже, в глазах потемнело, она истосковалась по нему, от этого сердце Клер забилось сильнее.

Когда в конце концов их губы разомкнулись, они не отодвинулись друг от друга. Клер просунула свои руки через решетку и обхватила его шею, а его руки опустились на ее талию.

- Мне не очень то нравится целовать тебя через тюремную решетку, - сказал Шейн. - Я за сдержанность, но сдерживаться самому намного веселее.

Клер почти позабыла, что Мирнин все еще тут, поэтому она вздрогнула от его тихого смешка.

- И это говорит молодой мужчина с совсем небольшим опытом в этом деле, - сказал он зевая, и развалился на скамье, стоящей на другой стороне у стены. Одной рукой он подпер подбородок. - Наслаждайтесь невинностью пока можете.

Шейн держал ее, а его темные глаза смотрели только на нее. Казалось они говорили, игнорируй его. Просто будь со мной.

Так она и сделала.

- Я пытаюсь вытащить тебя, - прошептала она. - Я очень стараюсь.

- Да, ладно... это не важно, Клер. Просто не попади в неприятности. Подожди, я забыл с кем сейчас говорю. И во что же ты влезла сегодня?

- Ни во что. Не волнуйся.

- Мне больше нечем заняться, я могу только волноваться, по большей части о тебе. - Сейчас Шейн выглядел очень серьезным, он приподнял ее голову, чтобы их глаза опять встретились. - Клер. Что он вынудил тебя сделать?

- Ты тревожишься обо мне? - Она рассмеялась, но коротко, от этого это прозвучало как начало истерики. - Это ведь ты в тюрьме.

- Знаешь, я вроде как уже привык. Клер, ответь. Пожалуйста.

- Я... я не могу. - Это была неправда. Она могла. Она просто отчаянно не хотела. Она не хотела, чтобы Шейн знал. - Как держится твой отец?

Шейн приподнял брови.

- Отец? Да пойдет. Он в порядке. Он просто... ну ты понимаешь.

И Клер поняла, что это было именно то, чего она так боялась - Шейн простил отца за все его сумасшедшие выходки. Коллинсы опять объединились, они едины в своей ненависти ко всему Морганвиллю.

Шейн вернулся к шайке убийц вампиров. Если это так, Бишоп не выпустит его из этой камеры.

- Все не так, - сказал он и затряс головой. - Здесь совсем мало места. Мы должны держаться вместе или просто поубиваем друг друга. Мы решили держаться вместе, вот и все.

- Да-да, - донесся до глубокий скрипучий голос с другой койки. - Я лучусь счастьем и радостью от знакомства со своим сыном. Я весь в слезах и соплях.

Шейн закатил глаза.

- Заткнись, Фрэнк.

- Разве так разговаривают со своим стариком? - Фрэнк перевернулся, и Клер увидела жёсткий блеск в его глазах. - Что здесь делает твоя девчонка коллаборационистка (предательница)? Все еще на побегушках у вампиров?

- Черт, отец, ты заткнешься?

- По твоему так уживаются люди? - прошептала Клер.

- А ты видишь сломанные кости?

- Хороший вопрос. - Она совсем не так представляла этот момент, не считая поцелуя. Хотя поцелуй был лучше, чем она могла себе представить. - Шейн..

- Шшшш, - прошептал он и прижался губами к ее лбу. - Как Майкл? - Она не хотела говорить о Майкле, так что она лишь покачала головой. Шейн сглотнул. - Он не... мертв?

- Уточни, - ответила Клер. - Нет, он в порядке. Он просто... ну ты понимаешь. Не в себе.

- Это все Бишоп? - Она кивнула. Он закрыл глаза, это причинило ему боль. - Как там Ева?

- Она работает. Я не видела ее пару недель. - Ева, как и все остальные в Морганвилле, относились к ней как к предательнице, и если честно, Клер не могла ее винить. - Она потрясена из-за Майкла. И конечно же из-за тебя.

- Не сомневаюсь, - тихо сказал Шейн. Казалось он на миг заколебался. - А ты слышала что нибудь обо мне и моем отце? Что Бишоп планирует с нами делать?

Клер потрясла головой. Даже есди бы она знала - а она не знала всех деталей - она бы не сказала ему.

- Давай не будем об этом. Шейн.. мне так тебя не хватало..

Он опять ее поцеловал, и мир растворился в кружащем голову тепле и перезвоне колокольчиков, и наконец, когда она с сожалением отстранилась от него, услышала насмешливые аплодисменты Мирнина.

- Любовь побеждает все, - сказал он. - Как старомодно.

Клер повернулась к нему, чувствуя, как внутри клокочет ярость.

- Заткнитесь!

Он даже не взглянул на нее, просто прислонился к стене и улыбнулся.

- Шейн, хочешь знать, какие у него на вас планы? Хочешь?

- Мирнин, не надо!

Шейн потянулся через прутья и, схватив Клер за плечи, повернул к себе лицом.

- Это не имеет значения, - сказал он. - Важно только здесь и сейчас. Клер, мы пройдем через это и выживем. Мы оба. Скажи это.

- Мы оба, - повторила она. - Мы выживем.

Холодная рука Мирнина обвилась вокруг ее запястья, и он потащил ее от клетки. Последнее, что она отпустила, была рука Шейна.

- Эй! - завопил Шейн, пока Клер боролась, но проигрывала, увлекаемая к двери. - Клер! Мы выживем! Скажи это! Мы выживем!

Mирнин захлопнул дверь.

- Показушник, не правда ли? Двигайся, девочка. Нам нужно работать.

Она попыталась стряхнуть его руку.

- Я никуда не пойду с тобой, ты предатель!

Мирнин не оставил ей выбора, он тянул и уводил ее прочь, сначала мимо первого вампирского поста охраны, потом мимо второго, а затем вытолкнул в пустую тихую комнату с длинным коридором. Он со злостью захлопнул дверь, затем развернулся и оказался к ней лицом.

Клер схватила первое, что подвернулось ей под руку - тяжелый подсвечник - и попыталась ударить его по голове. Он уклонился, подскочил к ней и легко его отобрал.

- Глупая девчонка. Клер! - он встряхнул ее. Его глаза были на выкате и очень темные. Немного сумасшедшие. - Если ты хочешь, чтобы мальчик выжил, ты должна прекратить борьбу. Это бесполезно.

- По вашему я должна просто стоять и дать себя укусить? Не выйдет! - Она попыталась вырваться, но он был как гранитная статуя. Ее кости сломаются прежде, чем у нее это получится.

- А зачем мне вообще тебя кусать? - спросил Мирнин на полном серьезе. - Я не работаю на Бишопа, Клер. И никогда не работал. Я думал ты достаточно умна, чтобы понимать это.

Клер моргнул еще раз.

- Вы пытаетесь сказать мне, что вы всегда были на нашей стороне?

- Определенно, дорогая.

- Так вы на стороне.. - Несомненно он был прав. Ей определенно было трудно это понять. - Ну вы понимаете.. НАШЕЙ!

Мирнин практически хохотал, отпустил ее и засунул руки в карманы своего сюртука.

- Определенно на вашей. Я понимаю твое недоверие. У тебя есть свои причины. Может быть я должен позволить кому-нибудь другому убедить тебя.. Точно. Самый подходящий момент.

Она бы не поверила ему, ни на секунду, но когда в стене открылся проход, ее ослепил яркий свет, и она увидела лишь очертания женщины в окружении других людей.

Это была Aмелия, королева вампиров Морганвилля - хотя сейчас она была совсем не похожа на ту прекрасная бледная принцессу, образ которой помнила Клер. Aмелия была одета в черные брюки, черную толстовку на молнии, и кроссовки.

Так непривычно.

А позади нее странный отряд вампиров во главе с Оливером, который тоже был весь в черном и выглядел еще более устрашающим, чем в прежние времена — по крайней мере обычно он пытался выглядеть неопасным, но сегодня его это явно не волновало. Его седеющие волосы были стянуты в хвост, что превращало его лицо в неулыбчивую маску.

Он скрестил руки и посмотрел на Мирнина и Клер так, будто они были лужей на полу его кофейни.

- Мирнин, - произнесла Амелия, и снисходительно кивнула. Он кивнул в ответ, будто они просто встретились на улице. Будто это был самый обычный день. - Зачем ты привел девушку?

- Пришлось. Она была была совершенно неуправляемой, - ответил он. - Что помогло убедить Бишопа, что я и правда принадлежу ему. Но я думаю будет лучше, если ты ее сейчас просветишь, как и меня до этого. У нас тут очень много работы, которую нельзя откладывать и которую невозможно сделать в подполье.

Клер открыла рот, потом закрыла, не задав единственный разумный вопрос. Оливер пропустил их обоих кивком головы и подал знак своему устрашающему вампирскому отряду рассредоточиться по комнате и по обе стороны у двери в коридор.

- Ты сможешь защитить ее, Мирнин? Я не хотела, чтобы ты вовлекал ее в это; мне претит то, что ты оставил ее тогда по своей прихоти. Я должна обеспечивать ее защиту. - Ее бледно-голубые глаза впились в него, холоднее чем сталь зимой. - Будь осторожен со словами. Ты будешь в ответе передо мной.

- Я буду защищать ее до последнего вздоха, - пообещал он, для пущего эффекта прижав руку к груди своего рваного сюртука. - Вернее нет, подожди. Это совсем не то что вы хотели услышать, не так ли, ведь формально я уже сделал свой последний вдох? Я хотел сказать, что буду присматривать за ней, пока живо мое тело.

- Мне не до твоих шуток, шут.

Он вдруг стал совершенно здравомыслящим.

- А я и не шучу, моя госпожа. Я буду защищать ее. Даю вам слово.

В голове Клер все перемешалось. Она взглянула на Мирнана, Амелию, потом на Оливера, и наконец смогла задать главный вопрос, чтобы ее мучил.

- Зачем вы здесь?

- Они собрались здесь, чтобы спасти твоего парня, - ответил Мирнин. - С днем рождения, дорогая.

Амелия одарила его колючим, властным взглядом.

- Не лги девушке, Мирнин. Это не прилично.

Мирнин опять не казался сумасшедшим и слегка наклонил голову. Но Клер все еще видела безумную улыбку на его губах.

Амели перевила пристальный взгляд своих серых глаз на Клер.

- Мирнин помог нам проникнуть в здание. Мы тут кое-что делаем, чтобы отвоевать Морганвилль, но это займет какое-то время. Понимаешь?

До Клер ее слова дошли не сразу.

- Вы... вы здесь не для того, чтобы спасти Шейна?

- Конечно нет, - с издевкой ответил Оливер. - Не будь дурой. На кой черт нам нужен твой парень?

Клер закусила губу, удержавшись от бессознательного довода, и призадумалась. Это было не легко; все, что она хотела сделать - наорать на него.

- Хорошо, - наконец сказала она. - Я могу сделать его ценным для вас. Что скажешь на это?

Мирнин медленно поднял голову. На его лице было предупреждение, которое она совершенно проигнорировала.

- Если вы не спасете Шейна и его отца, я не собираюсь помогать Мирнину находиться в здравом уме, я уничтожу все лекарства и сыворотку, над которой мы работаем. Я думаю, вы не очень то хотите впасть в безумие? - А это ожидало всех вампиров, даже Оливера и Амелию.

Когда она впервые прибыла в Морганвилль, она думала, что они бессмертны и совершенны, но во многом это было всего лишь прикрытие. Причиной того, что во всем остальном мире не было вампиров - во всяком случае, совсем мало - было то, что на протяжении многих лет их численность постепенно снижалась, а возможности создавать других вампиров не было. Это была своего рода болезнь, нечто опасное и прогрессирующее, хотя они отрицали это очень долгое время.

Амелия создала Морганвилль, как их последнюю надежду на выживание. Но улучшения не наступило, наоборот становилось только хуже, и казалось, она поражает их все быстрее и быстрее. Сейчас Клер умела распознавать едва различимые признаки, и они уже были заметны - дрожь в бледных кистях, иногда и выше по руке. Скоро будет еще хуже. Они очень боятся этого. И у них имелись на то хорошие основания.

Мирнин создал вакцину, проясняяющую разум, но они нуждались в лечении. Все было плохо. А так как Мирнин впадал в безумие, Клер была единственной, кто мог ее создать.

В комнате воцарилось молчание, и на секунду яростная решимость Клер дрогнула. Потом она взглянула на Оливера.

"Ну вот и все", подумала она. "В тебе больше не осталось самодовольства."

- Вы сделаете по-моему, - сказала Клер, - или я уничтожу все разработки и посмотрю как вы будете умирать.

- Клер, - прошептал Мирнин. Он был в ужасе. Отлично. Она добилась своего. - Ты не можешь так поступить.

- Именно это я и сделаю. Все ваши труды, все ваши исследования. Если вы позволите Бишопу убить Шейна, для меня это будет уже не важно. - Она боялась говорить это, но в любом случае это принесло облегчение. - Не все вертится вокруг вас и ваших старых глупых междоусобиц. В этом городе живут и люди. У нас есть своя личная жизнь. И с этим надо считаться! - Весь гнев и ужас, кипящий у нее внутри, выплеснулся наружу. Она повернулась в сторону Мирнина. - А ты! Ты привел нас к нему! Ты отвернулся от нас, когда был так нужен нам! А вы.. - теперь она обратилась к Амелии, - в этот раз вы даже не позаботились о нас. Где вы были? Я думала вы другая; Я думала вы хотите помочь нам.. но вы просто такая же, как остальные; вы просто..

- Клер. - Всего одно слово, но произнесенное Амелией, остановило монолог Клер. - Что еще я могла сделать? Бишоп обратил слишком много моих людей, так что любое действие, которое бы я предприняла, было бы против моих же людей. Это была бы схватка не на жизнь, а на смерть, и она уничтожила бы всех, кто так дороги тебе и мне. Я должна была отступить и позволить ему думать, что он победил. Мирнин сделал все, что мог, чтобы защитить тебя и твоих друзей, пока мы не найдем другой выход.

Клер фыркнула и горько засмеялась.

- Уверенна, он сделал все, что мог.

- Вы все выжили, в отличие от большинства, кто вставал на пути Бишопа всю его жизнь. Ты могли бы подумать, что это все сказки, что он уже давно должен был потерять интерес ко всему этому, отвоевав тебя и мой город. - Лицо Амелии было жестким, будто высечено из мрамора. - У моего отца нет желания управлять чем-то или кем-то. Только разрушать. Мирнин уговорил его хотя бы попытаться поддерживать жизнь в Морганвилле и, делая это, он подвергал себя постоянному риску.

Клер не хотела верить ее словам, но когда она поразмышляла об этом, она вспомнила, что Бишоп частенько приказывал убить людей и что Мирнину - или Мирнину и Майклу! - удавалось его отвлечь.

- Майкл, - медленно проговорила Клер. - Майкл на нашей стороне, ведь так? Он больше не принадлежит Бишопу.

Амелия и Оливер обменялись взглядами, и Оливер слегка пожал плечами.

- Она быстро все схватывает, - сказал он. - Я никогда это не отрицал. Или этот мальчишка - плохой актер.

- Если бы он был плохим актером, он давно уже был мертв, - отрезала Амелия. - Клер, ты должна вести себя с Майклом так же, как и раньше. Ты должна, если хочешь чтобы он выжил. А теперь, ты должна идти с Мирнином. Сыворотка, которую вы создаете из крови Бишопа, для нас сейчас жизненно важна; мы должны вылечить всех, до кого сможем добраться, и у нас должно быть достаточно запасов, чтобы осуществить этот план. Я полагаюсь на тебя Клер.

- Зачем мне вообще вам помогать? - Спросила Клер, и почувствовала как по ее спине побежали мурашки, когда в нее впился колючий взгляд серых глаз Амелии. - Вы мне ничего не пообещали. Я хочу, чтобы вы поклялись, что вытащите Шейна и его отца живыми.

Оливер зарычал и краем глаза она увидела блеск его белоснежных клыков.

- И ты позволишь этому щенку лаять на себя?

- Не лезь в мои дела, Оливер. - Затем Амелия сделала долгую, долгую паузу, прежде чем ответить, - Очень хорошо Клер, даю слово, что мы вытащим Шейна и его отца, прежде чем их казнят. Что-то еще?

Клер в-принципе не ожидала, что сможет одержать победу в этом споре. Она моргнула, ища другое требование, но ничего особенного придумать не смогла.

А затем неожиданно придумала.

- Я... хочу чтобы вы обещали мне, что когда все закончится, вы измените положение дел в Морганвилле.

Амелия на секунду застыла и смотрела на нее в недоумении.

- Изменю положение дел? Каких именно?

- Больше никакой охоты на людей, - ответила она. - У людей больше не будет покровителей. Теперь все будут в равных условиях.

- Ты говоришь о вещах, в которых ничего не смыслишь. Эти вещи необходимы для нашего проживания в относительной безопасности. Я больше не буду подвергать своих людей риску, отдав их на вашу милость и потакая вашим капризам. На моих глазах прошло слишком много веков смерти и разрушений. - Амелия покачала головой. - Нет, если это твоя цена, то она слишком высока для меня, Клер. Делай, что хочешь, но я не предам все, что мы здесь построили, чтобы удовлетворить ваши слащавые представления о современной жизни.

Клер воспитали так, что она должна быть доброй, помогать другим, но встретившись взглядом с Основателем Морганвилля, на долю секунды у нее возникло желание уступить.

И тут она представила, что сказал бы Шейн, если бы он стоял на ее месте, и это ее остановило.

- Нет, - ответила она, и почувствовала как в панике учащенно забилось ее сердце. Все ее тело задрожало, моля ее убежать, избежать споров. - Вы вообще слышите, что вы говорите? Вы хотите спасти своих людей ценой человеческих жизней. Я не хочу с этим соглашаться, я не могу. Сделка отменяется. Я больше не помогаю вам. И при первой же возможности я расскажу Бишопу о Мирнине.

Амелия резко повернулась к ней и быстро, прежде чем она поняла, что происходит, Клер почувствовала ее холодную руку вокруг своего горла, и ее прижали к стене. Клер вскрикнула и зажмурилась, но не достаточно быстро, она увидела ярость на лице Амелии, ужасный острые белые клыки и пылающие глаза.

Она почувствовала холодное дыхание Амелии на своей шее и услышала, что Мирнин бормочет себе под нос, на языке, который она не понимала. Казалось он был в ужасе

Холодные твёрдые руки Амелии отпустила ее горло. Вместо этого она схватила ее за плечи и встряхнула. Клер ударилась головой о кирпичи, она поморщилась и в глазах поплыли узоры.

- Открой глаза, - крикнула Амелия. Клер открыла, моргая в растерянности. - Я никогда в жизни не встречала такого досаждающего, глупого человека. В мире существует всего восемьсот вампиров, Клер. Во всем мире. И с каждым днем их становится все меньше. На нас охотятся, мы больны, мы умираем. А вас миллиарды! Я не поставлю ваши жизни выше наших! - Последняя фраза перешла в злое яростное шипение, а в глазах Амелии появилось что-то устрашающее, что-то неконтролируемое и голод. - Я спасу своих людей!

Позади нее из тени выступил вампир и очень тихо сказал.

- Амелия. Клер в этом не виновата. Вы ведь понимаете это. И она права. Я то же самое говорил тебе пятьдесят лет назад. Вы точно так же рассердились, насколько я помню.

Вампиром, вступившимся за Клер, был Сэм Гласс, дед Майкла, он все еще выглядел, как студент, даже после прошедших лет. Он возможно был единственным из недышаших, кто мог вступиться за Клер - и вступился.

Он коснулся плеча Амелии.

Она повернулась к нему, а он заключил ее в свои объятия и на секунду, всего на одну секунду, она позволила обнять себя, затем оттолкнула его, выпрямилась и отошла в дальний угол комнаты.

- Просто выведите ее, - приказала она. - Мирнин, уведи ее. Сейчас же! Иначе я сделаю то, о чем потом пожалею. А возможно даже жалеть не буду.

Клер едва дышала, на споры сил уже не было. Мирнин взял ее за руку и потащил, грубо потащил. Она задела Оливера, чьи глаза пылали, как у вампира на охоте, и услышала как низкое рычание наполняло комнату.

Мирнин толкнул ее в сторону глухой стены, и, запаниковав на миг, Клер подумала, что сейчас врежется в нее лицом... и затем она ощутила покалывание из-за одного из порталов Мирнина, его алхимической сети для путешествий, которые вели в несколько наиболее опасных мест Морганвилля. Стена растворилась в клубах тумана, и у Клер появилось чувство, что она беспомощна и падает в темноту, не имея представления куда приземлится. Казалось это будет продолжаться вечно, но затем она растянулась на полу... своего дома.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/27904/93731

Переводчики: PanTer23, stasyablonda