Готовый перевод Rachel Caine - Carpe Corpus (The Morganville Vampires 6) / Рэйчел Кейн - Лови труп/Наслаждение телом (Морганвилльские вампиры 6): EIGHT

Глава 8

- Тебя переполняет энергия, - сказала Ева, когда Клер, только вышедшая из душа, сбежала вниз по ступенькам, повесив сумку с книгами на плечо.

Ева сидела за обеденым столом , пила кока-колу и сконцентрировавшись на статье в Космо. Сегодня она была одета в розовое - или как Еве нравилось его называть, Нелепый розовый. Розовая рубашка с логотипом черепов и костей. Подходящие ей бриджи, расшитые черепами. Небольшие розовые ленты с черепами на ее косичках, агрессивно торчащих во все стороны, пусть только кто попробует посмеяться над ними.

- Прости, что? - Клер продолжала двигаться. Ева мельком взглянула на нее, оторвавшись от статьи.

- Даже не пытайся, - сказала она. - Я знаю этот взгляд.

- Какой? - Клер толкнула кухонную дверь.

- Взгляд, говорящий "теперь я женщина". Боже, пожалуйста не говори мне это, а то я должна буду чувствовать за собой вину, что тебе семнадцать, и мне нужно было проявить больше материнской заботы, правильно? - Клер не нашлась, что сказать. Ева вздохнула. - Надеюсь он будет хорошим милым парнем, или я клянусь, я выкину его задницу отсюда... Стой, это футболка Шейна?

Так и было.

- Нет.

Клер поспешила на кухню.

Майкл стоял у кофейника, нажимая на кнопки. Он посмотрел на нее и поднял брови, но ничего не сказал.

- Что? - спросила она и бросила свой рюкзак с книгами на стол, затем налила себе стакан апельсинового сока. - Думаю мы должны поговорить об арендной плате?

- Нам есть о чем поговорить, кроме арендной платы.

- О чем например? - Она не отрывала взгляда от своего сока. - Например о том, как долго ты собираешься играть в эти шпионские игры с Бишопом, ты собираешься убить себя? Майкл, меня волнует этот вопрос.

Он сделал глубокий вдох и прошелся рукой по своим вьющимся золотистым волосам, будто хотел с досады выдрать клок.

"Порез на его руке зажил, без каких-либо следов шрама," заметила Клер.

- Я больше ничего не могу тебе сказать. Я и так уже взял на себя огромный риск, сказав тебе, что делаю, понимаешь?

- И я предала тебя? Нет. Потому что, по словам Пэйтинс Голдмен, это... - она задрала рукав и показала тату, которая была сейчас лишь тень под кожей, и почти не двигалась - исчерпало свои возможности. Я не думаю, что он заметил это, но скорее всего скоро заметит.

- Поэтому я и сказал тебе держаться от него подальше.

- Не сказала бы, что я пришла сама! Тео... - Это поразило ее как гром, ведь она даже не поинтересовалась о них и почувствовала, что ее хорошие утреннее настроение испарилось. - Боже. Тео и его семья...

- С ними все в порядке, - произнес Майкл. - Их поместили в камеру. Я проверял их, и я рассказал все Сэму. Он передаст Амелии.

- Это сильно поможет.

Майкл поглядел на нее, когда наливал себе кофе.

- Ты какая-то другая сегодня.

Она потеряла дар речи, и почувствовала, как багровеет. Брови Майкла медленно поползли вверх, но он ничего не сказал.

- Ладно, я... совсем не об этом говорил. И никогда не играй в покер. - Он слабо улыбнулся, чтобы показать, что не станет утомлять ее этим. Пока. - Ты переезжаешь обратно?

- Не знаю, - Она с трудом сглотнула и попыталась успокоить свое сильно бьющееся сердце. - Мне нужно поговорить с родителями. Они действительно... Я просто боюсь за них. Я думала, что если останусь с ними, то дела пойдут лучше, но мне кажется, что стало только хуже. Я хотела бы найти способ вытащить их из Морганвилля. Какой-то способ.

- Ты можешь, - донесся голос с дверного порога кухни. Это была - кто бы вы думали! - Ханна Моузес, высокая, стройная и предельно опасная в своей униформе полицейского Морганвилля, вооруженная пистолетом, полицейской дубинкой, перцовым баллончиком, наручниками и кто знает, чем еще. Ханна была одной из тех женщин, которые привлекают внимание, независимо от того, что на ней одето, но когда она была при полном параде, вообще не было вопросов. - Не возражаете, если я войду?

- Думаю, вы уже вошли, - произнес Майкл, и жестом показал на кухонный стол. - Хотите чашечку кофе, причитающегося с этим проникновением?

- Это не проникновение, тем более, если тебя кто-то впустил.

- И это... ?

- Ева. Знаете, я бы выпила немного апельсинового сока, если у вас еще осталось, - сказала Ханна. - Нет сил пить кофе. Я всю ночь патрулировала, - Она действительно выглядела усталой, она уселась на стул, вытянув ноги, хотя выглядеть усталой для Ханны означало просто быть чуть менее сосредоточенной. У нее были осветленные волосы заплетенные в замысловатый пучок на затылке; это подчеркивало шрам, полученный в Афганистане, идущий от левого виска до носа. Некоторых женщин возможно он бы изуродовал. В Ханне он лишь подчеркивал ее красоту. - Здесь становиться мерзко.

Если это сказала Ханна, значит все было намного хуже. Клер налила немного апельсинового сока в чашку со Скуби-Ду и передала ее, прежде чем сесть самой.

- Ты говорила о том, чтобы вывести родителей Клер из города? Как это возможно, не информируя Бишопа? - Вмешался Майкл

- Несомненно, он узнает, - произнес Мирнин прямо из-за спины Клер - достаточно близко, так что его холодное дыхание коснулось ее шеи, она взвизгнула и пролила свой напиток на стол. - Что он знает больше не имеет значения. Мы хотим, чтобы он знал.

- Как ты вошел? - спросил Майкл, и по его шокированному виду она поняла, что он тоже не заметил его появления. Когда Клер обернулась, чтобы взглянуть на него. он ухмылялся. Он принял ванну; его волосы, лицо и руки были чистыми, хотя его одежда все еще была в грязи.

- Ты вряд ли поймешь, если я тебе расскажу. Но отвечая на твой вопрос, госпожа Моузес получила мою полную поддержку, чтобы обойти охрану города. Нам нужно вывести определенные группы людей из Морганвилля, среди них и твои родители, Клер.

Она облизала губы.

- Есть ли какая то особая причина, почему мы так спешим?

- Да, - сказал он, и Ханна послала ему такой пронизывающий взгляд, который остановил бы любого в здравом уме. На него это конечно не подействовало. - Мы готовы. Когда Бишоп начнет убивать, он начнет с тех, кого мы любим. Включая твоих родителей Клер, у которых нет никакой возможности защитить себя.

Он что-то знал. Она видела, и это пугало ее до смерти.

- Когда?

Он развел руками.

- Неизвестно. Но я могу сказать, что уже скоро. Майкл может подтвердить.

Майкл ничего не сказал, но он слишком внимательно изучал стол. Клер подавила желание плеснуть апельсиновым соком в его сторону.

- Когда мы сможем вывести их из города?

- Я скажу им собрать вещи и приготовиться к отъезду, - сказала Ханна. - Я заполняю два автобуса наиболее вероятными мишенями и их придется обязательно эвакуировать из Морганвилля в следующие пару часов. - Клер заметила движение у двери и увидела, как Ева скользнула в кухню, но молча стала у стены. Пока она наблюдала за ней, вошел Шейн, посвежевший после душа, вода капала с волос. Он встретился с ней взглядом, но не подошел, а встал рядом с Евой у стены.

Ханна тоже заметила их.

- Вы двое, - произнесла она. - Вы сегодня в автобус. Захватите сумки. Вещей на пару дней. Если вам что-то понадобиться, мы вас этим обеспечим.

Ева и Шейн заговорили в унисон, оба сердились и отказывались. Ева стукнула Шейна по плечу, заткнув его, поэтому она смогла сказать первой.

- Ни за что. Ханна, я никуда не поеду. И это окончательный ответ.

А Шейн добавил:

- Я никуда не поеду, если Клер остается здесь.

- Тогда она тоже едет, - сказала Ханна. - Я и так собиралась отправить ее с вами.

Но и Майкл, и Мирнин закачали головами.

- Она не может, - сказал Майкл. - Ослабло ли влияние этого тату или нет, но оно напрямую связывает ее с Бишопом. Он все еще способен почувствовать и разыскать ее - а значит и всех, кто с ней пойдет.

- Не обязательно, - сказал Мирнин - Есть вампиры, способные заблокировать эту способность, если бы они поехали с ней. Но сейчас их нет рядом.

- Пейтинс Голдмен, - сказала Клер. - Так?

- Если бы Тео подождал всего один день, этого можно было бы избежать. Я планировал использовать ее для этих целей. Думаю, это наша ошибка; если бы мы посвятили его в свои планы, он не повел бы себя так глупо. - Мирнин пожал плечами.

- Я все равно не поеду, - сказала Клер. - Не хочу оставлять Майкла одного, претворяющегося лучшим другом Бишопа.

- Ну спасибо. Твоя уверенность во мне вдохновляет.

- А зря. Ты не шпион, Майкл. Ты музыкант.

- Одно другому не мешает, - сухо сказал Мирнин. - Но Майкл прав. Наша малышка Клер не может покинуть Морганвилль в создавшейся обстановке. Кроме того, мне нужна ее помощь.

- Хорошо, если она не едет, - начал Шейн, - то и меня не будет в числе бегущих.

- Аналогично, - поддакнула Ева.

Ханна одарила их взглядом, от которого чемоданы должны были чудесным образом появиться в их руках, но затем покачала головой.

- Я не смогу обеспечить вам полную безопасность. Вы это понимаете?

Ева закатила глаза.

- Разве мы просили об этом? Когда либо? Вы знаете нас, Ханна. Мы все прошли эту школу - ну, кроме Клер конечно же. Мы дети Морганвилля и убегаем от вампиров всю нашу жизнь. Это для нас не ново.

- Не совсем, - сказал Мирнин нравоучительно. - Вы имели дело с прирученными вампирами Морганвилля, которых держали в узде правила и законы. Вы никогда не сталкивались лицом к лицу с кем-то вроде Бишопа, без совести и воздержанности.

- Не волнуйтесь, - парировала Ева. - Это лишь означает, что важнее сейчас сплотиться.

- Всегда есть несколько сумасшедших, которые не бегут от урагана. Нельзя спасти всех. - Ханна допила свой апельсиновый сок, оставив бледную пену на дне стакана. - Отлично. Я пошла дальше. Сначала мы заберем людей из домов Основателя, затем тех, кто под защитой Амелии, затем людей, кто был в правительстве старика Морелла. И да, Моррелов тоже.

- Разве Ричард не пропал?

- Нет, - ответила Ханна. - Ричард все это время работал с нами, выстраивая людей в очередь для эвакуации. Я говорила его чертовой сестре успокоиться, но она все еще обзванивает всех, кого только может найти. Жаль, я не могу найти специальный автобус только для нее. Что-то медленное и вонючее. Желательно с неработающим туалетом.

Клер улыбнулась, затем вспомнила кое что еще.

- Голдмены, - сказала она. - Им тоже нужна помощь. Вы можете вытащить их?

- Не представляю, где они, - ответила Ханна.

- Я знаю, - Мирнин выглядел задумчивым. - Я не уверен, но я могу попытаться, - сказал он. - У них нет кровных связей с Амелией и Бишопом, поэтому они будут в достаточной безопасности, если мы сможем доставить их по адресу. Но рискованно эвакуировать вампиров вместе с людьми.

- С другой стороны, у нас было бы несколько вампиров, сражающихся на нашей стороне, если за городом все пойдет не по плану, - заметила Ханна. - Было бы неплохо.

- При условии что Голдмен согласится. - Казалось что он собирался добавить что-то еще, но потом покачал головой и сжал руки в кулаки. - Нет, я не это хотел сказать. Будет драться. Нет. При условии, что... при условии..

Он потерялся. Клер встала и расстегнула свой рюкзак. Она вынула маленькую коробочку с красными кристаллами и передала ее ему; для большинства вампиров это была бы слишком большая доза. Для человека это была бы верная ужасная смерть.

Для Мирнина это было горстью леденцов. Он закинул их в рот, проглотил и кивнул ей, когда швырнул пустой коробок. Потом он отвернулся к углу, обхватил себя руками, опустил голову. Его трясло.

Этого не должно было произойти.

Затем его конвульсии стали настолько сильны, что она подумала, он упадет.

- Мирнин! - Клер коснулась его плеча; она никогда прежде не видела такого - но однозначно не так сильно. - Что не так

- Уходи. Уводи всех от меня, сейчас же. - Прошептал он.

- Но...

- Везде кровь. Уводи их.

Клер уступила и отступила назад, жестом показывая Ханне и даже Майклу уходить. Никто не произнес ни слова. Шейн придержал кухонную дверь и все ушли.

Все, кроме Клер, которая стояла у выхода, наблюдая как Мирнин борется за свою жизнь и здравый рассудок, секунды тянулись как вечность.

Она увидела, как расслабились его плечи, и почувствовала, что тревога ее стала отступать - пока он не повернулся к ней.

Его глаза не были красными. Они были белыми. Просто... белыми, с еле заметной радужной оболочкой и зрачком. Глаза трупа.

- Клер, - позвал он и сделал в ее направлении.

Затем безвольной кучей растянулся на полу.

- Мы можем доставить его в больницу, - сказала Ханна, но вряд ли она думала, что это хорошая идея. Клер стояла на коленях рядом с Мирином, Майкл стоял за ней, готовый оттащить ее, если Мирнин почувствует внезапное желание высосать ее кровь

Он затих. Как мертвец.

- Думаю это не в компетенции больницы, - произнесла Клер. - Это стадия болезни. Это есть в его записях - он наметил прогресс; иногда это случается. Они просто... гибнут. Потом они возрождаются, но обычно, когда это происходит, они уже не... - Голос подвел ее, и ей пришлось прочистить горло. - Не те, что были ранее. - Записи Мирнина, то что она могла припомнить, указывали на то, что когда или если вампир выходил из коматозного состояния, он терял большую часть своей прежней личности.

Мирнин заболел уже давно. Он потерял способность создавать других вампиров больше сотни лет назад; он странно ведет себя уже около пятидесяти лет, и теперь она быстро развивалась. У Амелии, в отличие от него, только начали проявляться ранние физические симптомы - внезапные потери эмоционального контроля, и лихорадки. У Оливера... тут сложно. Кто знает, являются ли проблемы Оливера следствием болезни или просто плохим поведением?

Тот факт, что Мирнин продержался дольше тех тридцати вампиров, заключенных в клетках под землей, доказывает либо то, что болезнь действует на всех по-разному, либо то, что у Мирнина невероятная сопротивляемость. Он не хотел принимать лекарство... но теперь не было выбора. Он должен был принять его.

И ей нужно доставить его к доктору Миллзу.

*****

Они перенесли его через портал - ладно, это сделали Майкл и Ханна; Клер концентрировалась на том, чтобы доставить их по назначению, в подвал Морганвилльской средней школы.

- Стойте, - произнесла Клер. - Я приведу доктора.

- Мы можем его отнести, - произнес Майкл. Он был терпелив; он без проблем смог бы сделать это сам, но он позволял Ханне помочь.

- Знаю, - сказала Клер. - Просто не хочу вести такую заметную компанию к секретному убежищу.

Не дожидаясь ответа, она просто кинулась вверх по лестнице, выскочив через разбитую запертую дверь в коридор, огибая мечтающих подростков ее возраста, которые проталкивались из класса в класс. Было раннее утро, но в Морганвилльской средней школе был разгар учебного дня, и Клер приходилось прокладывать себе путь через толпу с большими усилиями, чем обычно.

Кто-то схватил ее сзади за майку, и вынудил резко остановиться. Она попыталась вырваться, но все было как всегда - она была слишком маленькой, а он был слишком большим.

Ее захватчик носил рубашку и галстук, и у него была обычная для таких мест прическа чиновника. Он впился взглядом, будто она была какой-то букашкой, пойманной им на обеденном столе.

- Как ты думаешь, что ты творишь? - требовательно спросил он. - Никакой беготни в коридорах.

- Я не студентка! - закричала она. - Отстаньте от меня!

Он заметил золотой браслет на ее руке и его глаза округлились; он тут же сосредоточился на ее лице.

- Ты та девушка - Клер. Клер Данверс. Основатель... простите. - Он так резко ее отпустил, что она почти упала. - Приношу свои извинения, мисс. Я просто думал, что вы одна из этих грубых скверных детей.

Было пару моментов в ее новой странной жизни, ради чего стоило быть этакой ошибкой природы, какой ее стали считать в Морганвилле.

И это был один из них. Она выпрямилась, положив руки на бедра и впивалась в него с видом ледяного спокойствия, каким Амелия отрезала, как лезвие гильотины.

- Я грубый скверный ребенок, - произнесла она. - Но я тот ребенок, которым вы не имеете права командовать. И теперь, я хочу, чтобы вы оставили меня в покое и пошли в свой офис. И закрыли за собой дверь. Сейчас же.

Он посмотрел на нее, будто не мог поверить своим ушам.

- Простите?

- Что слышали. Мне не нужны сейчас ваши глупые придуманные проблемы. Идите!

Он выглядел смущенным, но неохотно кивнул и направился дальше по коридору в сторону дверей, обозначенных табличкой АДМИНИСТРАЦИЯ.

- Подавись, Моника, - пробормотала Клер. - Спасибо, что научила, как быть сукой.

Она перешла на бег, оставив его и его школьное царство позади.

Мирнин вел ее по коридорам в темноте, но она помнила повороты; она также вспомнила, что путь тёмен, но слишком поздно, жаль, что она не прихватила фонарик по дороге. Слабый свет пробивался в коридор на последнем повороте, а столы и стулья были беспорядочно расставлены на ее пути; ей пришлось притормозить или упасть.

В конце концов она увидела запертые двери в конце коридора, и обогнула пыльный учительский стол, чтобы постучать по массивной деревянной панели.

- Эй! - Никто не ответил. Она постучала снова. - Доктор Миллз! Доктор Миллз, откройте; это Клер! Мне нужна ваша помощь!

Никто не ответил. Она попытала открыть дверь сама.

- Доктор Миллз?

Дверь открылась без малейшего сопротивления.

Комната была пуста. Никаких следов борьбы, вообще никаких следов. Выглядело так, будто никто и никогда здесь не бывал. Все оборудование вернулось на полки, чистое и блестящее; не было следов производства сыворотки и кристаллов. Единственной вещью, которая выдавала их присутствие, была недостаточность слоев пыли.

Клер кинулась в комнату позади - личный кабинет учителя и запертая кладовая, где жила семья Миллзов.

Та же история. Ничего не указывало на то, что они когда-либо здесь были - ни клочка бумаги, ни брошенной игрушки.

- Боже, их перевезли, - прошептала Клер, и развернулась, чтобы вернуться на место, где оставила своих друзей. Она правда надеялась, что семья Миллза была перевезена. Альтернатива этому была намного хуже, но она не могла представить себе, чтобы Бишоп или его подручные убирали за собой. Определенно они не сделали этого в лаборатории Мирнина.

Клер ненамеренно завопила, потому что призрачная женщина - черно-белая с оттенками серого, без ярких цветов - преградила ей выход. Казалось, она вышла прямо из фотографии Викторианской эпохи. Длинная пышная юбка, собранные в пучок волосы, стройное и грациозное тело. Она уставилась на Клер, сложив руки на груди. Было в ней что-то столь жуткое и знакомое, что Клер резко остановилась, не уверенная, что ей следует делать, но абсолютно уверенная, что не хочет проходить сквозь этот образ.

Клер видела комнату позади сквозь ее тело. Пока она пялилась, призрак растворился в тумане, затем опять появился. Она прижала палец к губам, затем сделала жест рукой и заскользила прочь.

- Призраки, - произнесла Клер. - Великолепно. Я схожу с ума. Вот так всегда.

Но когда она проверила другую комнату, призрак все еще не исчез, паря в несколько дюймах от пола. Так что она определено сошла с ума.

Призрак указал Клер следовать за ней, и развернулся - рассеиваясь и растворяясь в воздухе, затем появился снова. Но теперь менее реальное, скорее как плоский картонный силуэт в полный рост. Это было удивительно и жутко, и теперь Клер поняла, что это не галлюцинации, потому что она никогда бы не смогла такое придумать.

Она последовала за призраком обратно в лаборантскую, затем в коридор. А потом в другой класс, почти пустой, кроме столов и доски здесь ничего не было. Тут лежал такой же толстый слой пыли. Чувствовалось, что тут уже долгие годы никого не было.

Призрак повернулся к доске и белые буквы стали появляться на ней.

ТО, ЧТО ТЕБЕ НУЖНО, У АМЕЛИИ, гласила надпись. НАЙДИ АМЕЛИЮ. СПАСИ МИРНИНА.

- Кто ты? - спросила Клер. Призрак одарил ее улыбкой. В ней было чересчур много раздражения и высокомерия.

Затем на доске появились три буквы.

АДА.

- Разумная машина? - Клер ничего не могла с собой поделать; она рассмеялась. Мало того, что она разговаривала с кровососущим компьютером, так та еще возомнила себя какой-то героиней готического романа. Отважная гувернантка Мисс Плум. - Как ты - ладно, не важно, знаю сейчас не подходящее время. Как мне найти Амелию?

ВОСПОЛЬЗУЙСЯ БРАСЛЕТОМ.

Черно-белое изображение Ады опять замерцало, как картинка со слишком большими помехами. Когда она опять появилась, то выглядела напряженной и недовольной.

ПОСПЕШИ. НЕТ ВРЕМЕНИ.

- Я не знаю как!

Ада стала еще более раздраженной и что-то написала на доске - но надпись была слишком бледной и сразу исчезла, Клер едва успела ее прочесть.

КРО...

- Кровь? - спросила Клер. Ада исчезла, но Клер увидела ее рот, подтверждающий догадки. - Ну конечно, что же ещё? Почему вы никогда предлагаете использовать что-то другое, например шоколад?

Ответа не последовало; Ада растворилась в дымке белого тумана и была такова. Клер осмотрелась и нашла кнопку на доске объявлений. Она заколебалась, приставив кнопку к своему пальцу, и пробормотала,

- Если у меня будет столбняк, в этом я буду винить тебя Мирнин.

Затем она кольнула палец и выжала несколько жирных красных капель на поверхность символа Амелии на своем браслете.

В тусклом свете кабинета он полыхнул белым. Кровь исчезла в углублениях, а браслет стал теплым, затем совсем горячим, обжигая ее кожу. Клер сжала зубы, но все же не смогла сдержать крик, и тогда жжение исчезло, а металл стал ледяным.

И это все. Амелия не появилась. Клер не знала, чего ожидать, но это оказалось действительно разочаровывающим.

Она вдавила кнопку в доску и направилась обратно - сказать Ханне и Майклу, что она потерпела неудачу.

Удрученная, она возвращалась в подвал. Коридоры теперь были пустынны, поскольку начались занятия. Когда она проходила мимо двери администрации, та отворилась, и мужчина, которого она отослала в комнату, как маленького ребенка, выглянул.

- Мисс Данверс? - спросил он. - Могу ли я что-то сделать для вас?

Это была фантазия любого ребенка средней школы, и она испытала желание приказать ему совершить что-то сумасбродное, например раздеться догола и пробежаться по коридорам. Но вместо этого она просто покачала головой и продолжила путь.

Он выскочил из двери и встал перед ней.

- Вы не могли бы замолвить за меня словечко? - спросил он, и когда она попыталась его обойти, он схватил ее за руку. Он понизил свой голос до шепота, быстрого и грубого. - Скажите Мистеру Бишопу, что я могу помочь ему. Я могу быть полезным. Просто скажите это ему!

Большие двойные двери в конце коридора распахнулись, впуская солнечный свет, и целый отряд людей заполнил коридор. Все были одеты в длинные темные пальто с капюшонами, и двигались быстро и целенаправленно.

Быстрее людей.

Двое во главе отряда откинули капюшоны, и Клер вздохнула с облегчением, увидев, что одна из них была Амелия, совершенно невозмутимая и как всегда у руля, хотя она больше не была королевой Морганвилля.

Другим конечно же был Оливер. Прискорбно.

- Милтон Дайер, - произнесла Амелия. - Пожалуйста, уберите руки от моей подруги Клер. Сейчас же.

Мужчин стал бледнее своей белой рубашки, посмотрел на Клер и на свою руку, удерживавшую ее, и отпустил, будто его ударило током.

- Теперь проваливай, - сказала ему Амелия тем же спокойным, бесчувственным голосом. - Я больше не желаю тебя видеть.

- Я... - он облизнул губы. - Я все еще служу моему Защитнику...

- Твоим Защитником был Чарльз, - произнесла Амелия. - Чарльз мертв. Оливер у тебя есть желание перезаключить контракт Мистера Дайера?

- По-правде сказать, нет, - сказал Оливер. Ему было скучно.

- Это проясняет дело. Уйдите с моих глаз, мистер Дайер. В следующий раз, когда вы попадетесь мне на глаза, я покончу с вами. - Она сказала это без малейшей угрозы в голосе, но Клер не сомневалась, что так оно и будет. Мистер Дайер тоже, тогда он быстро убрался в офис. Он даже не посмел хлопнуть дверь. Она закрылась с мягким осторожным щелчком.

Оставив Клер в коридоре с толпой вампиров.

"Все старые," подумала Клер - Амелия и Оливер однозначно были старыми, но другие тоже прошли по солнечному свету, не получив ожогов. Десять из них точно не получили. Большинство из них не потрудилось откинуть свои капюшоны и показывать лица.

- Ты использовала свой браслет, но я не учила тебя этому методу, - сказала Амелия. - Кто показал тебе как использовать его для моего вызова?

- Почему?

- Не играй со мной Клер. Это был Мирнин?

- Нет. Это Ада.

Глаза Амелии сверкнули, почти незаметно, но того было достаточно, и Клер поняла, что у нее есть такие знания, какими по мнению Амелии она не должна была обладать.

- Понятно. Об этом мы поговорим позже, - сказала она. - Зачем ты использовала зов крови? Он предназначен для оповещения меня только в том случае, когда ты серьезно ранена.

- Ну-уу, кое-кто ранен. Мирнин очень болен. Он внизу. Мне нужно его спасти. Я пришла, чтобы найти Мистера Миллза, но...

- Мистера Миллза переместили, - сказала Амелия. - Я подумала, это необходимо, после опрометчивого визита Мирнина. Я не могу сказать тебе, где он. И ты понимаешь почему.

Клер понимала. Ей стало нехорошо, но и разозлило.

- Ты думаешь, что я могла бы выдать его. Бишопу. Знай, я бы не выдала. Мирнин это знал.

- Во что бы Мирнин не верил, я не могу так рисковать. Мы близки к финальной партии Клер, я рискую только тем, чем необходимо.

- Ты не в восторге, что Мирнин познакомил меня с Адой, не так ли? - Спросила Клер.

- Суждения Мирнина в последнее время... были сомнительны. Как ты говоришь, он болен. Где мы можем его найти?

- Внизу, у портала, - сказала Клер. Амелия живо кивнула прощаясь и развернулась, чтобы уйти вместе со своими провожатыми. - Подожди! Что мне делать?

Амелия ничего не сказала. Оливер лишь на миг задержавшись, произнес.

- Не попадайся на нашем пути. А если ты дорожишь своими друзьями, держи и их подальше от нас.

Затем двигаясь быстро и бесшумно, они исчезли в проеме подвальной двери.

Клер стояла в пустом коридоре, сделала пару глубоких вздохов, слушая обрывки лекций, доносившиеся из классов, голоса студентов, дающих ответы или задающих вопросы.

Жизнь продолжалась.

Так странно.

Она начала спуск в подвал, но незнакомый вампир преградил ей вход.

- Нет, - сказал он категорически. - Ты с нами не идешь.

- Но...

- Нет.

- Ханна и Майкл...

- О них позаботятся. Уходи.

Споры не имели смысла. Клер поняла намек и развернулась, чтобы покинуть школу обычным путем... в солнечный день, по дороге, которой Амелия привела свой отряд. У нее не было ни малейшего представления, откуда они пришли или куда направлялись.

Так хотела Амелия.

Несколько долгих минут Клер просидела на лестнице школы, дрожа от холодного ветра, не согретого ярким солнцем в безоблачном небе. Улица у школы была пустынной - всего несколько машин проехало мимо, больше ничего не происходило.

Она услышала, как открылась дверь за ее спиной, и тяжелые ботинки Ханны Моузес ступили на ступеньки, затем она подала Клер свою большую, изящную руку. Клер ухватилась за нее и поднялась.

- Амелия позаботилась о нем? - спросила она. Ханна кивнула. - Майкл пошел с ними?

- Он увидится с тобой позже, - сказала Ханна. - Важно вытащить тебя от сюда. Мне нужно, чтобы ты помогла мне посадить своих родителей на наш автобус.

- Бишоп узнает об этом, - сказала она. - Ты ведь понимаешь это? Он узнает о ваших передвижениях.

Ханна кивнула.

- Вот поэтому мы так спешим, подруга. Пошли.

Мама с папой спорили; Клер услышала их, когда стояла на парадном крыльце их дома с Ханной, и позвонила в дверь. Клер почувствовала, как все внутри у нее сжимается. Ее родители не очень часто спорили, но когда это происходило, обычно это было что-то серьезное.

Шум громко спорящих голосов прервался и приблизительно десять секунд спустя дверь резко распахнулась. За ней стояла раскрасневшаяся мама Клер. Она застыла, когда увидела Клер, явно виноватую из-за того, что оказалась свидетелем перепалки, но она взяла себя в руки, ослепительно улыбнулась и жестом пригласила их обоих войти внутрь.

- Мэм, я Шериф Ханна Моузес, - произнесла Ханна, не дожидаясь, когда ее представят. - Не думаю, что встречались раньше. Но я знакома с вашей дочерью. Она хороший человек.

Она протянула руку, а мама Клер быстро пожала ее, пока глаза тревожно метались от Клер к Ханне.

- Какие-то проблемы Шериф Моузес?

- Пожалуйста, называйте меня Ханна. - Ханна включила свое очарование на полную катушку, и это она умела. - Могу я поговорить с вами и с вашим мужем? Это касается вас обоих.

Бросив всего один взволнованный взгляд через плечо, ее мать повела их по длинному коридору в гостиную. Такая же планировка здания, как и в Стеклянном доме, но совершенно странно отличающаяся, особенно сейчас. Клер ожидала увидеть знакомый обшарпанный диван, гитару Майкла и бодрые стопки книг у стены; вместо этого безжалостная хозяйственность ее матери сделала эту комнату похожей на картинку из журналов об интерьере, все аккуратно выравнено и разложено по местам.

Единственное, что не было готово к фотосессии, был вид отца Клер, который сидел с красным лицом в одном из кожаных кресел. Его челюсти были плотно сжаты, сердитый огонь в глазах, какого Клер вообще никогда не видела. Однако, он поднялся и пожал руку Ханне, вежливо жестом предложил ей сесть на диван, пока мама Клер усаживалась напротив него, а Клер осталось сесть между ними. В обычной ситуации ее мама суетилась, предлагая кофе, печенье и сэндвичи, но не в этот раз. Она просто села в другое кресло и была взволнована.

Сказала Ханна.

- Итак, начнем. В городе особое положение. Мистер и Миссис Данверс, вам придется поехать с нами. Соберите вещей на пару ночей, возьмите все, что вам понадобится, без чего вы не можете обойтись. Я могу дать вам примерно пятнадцать минут.

Это было... слишком прямо. Клер моргнула. Она ожидала шквала вопросов от своих родителей, но была удивлена тишиной.

Родители Клер переглянулись, и затем отец кивнул.

- Хорошо, - произнес он. - Я уже подумывал об этом. Клер иди с мамой и упаковывайся. Я приду через минуту.

- Мммм.. - Клер прочистила горло, стараясь выглядеть не столь неловко, как она себя чувствовала. - Пап, я не еду.

Оба уставились на нее так, будто она говорила на китайском.

- Конечно ты едешь, - сказала ее мать. - Ты не останешься здесь одна. Ведь мы теперь знаем, как тут опасно.

- Прошу прощения, но вы теперь знаете о Морганвилле достаточно, чтобы попасть в неприятности, - сказала Ханна. - Это совсем не та тема, чтобы сейчас разводить дискуссии. Вам нужно собираться и уезжать. А Клер не может поехать с вами, по крайней мере пока.

Кое-что о Ханне: когда она говорила что-то в таком тоне, она определенно не желала слушать возражения. В установившейся тишине после этих слов, Клер почувствовала грозные взгляды своих родителей, устремленные прямо на нее, так что ей пришлось опустить глаза на свои сцепленные вместе руки.

- Я не могу, - произнесла она. - Это сложно.

- Совсем нет, - произнес ее отец с металлическими нотками в голосе, которых она не слышала прежде. - Это очень даже просто. Я твой отец, тебе нет восемнадцати, и ты едешь с нами. Я сожалею шериф Моузес, но она слишком молода, чтобы оставаться здесь одной.

- Отец, но ты отослал меня сюда одну! - Возразила Клер.

- Клер, как ты думаешь, о чем же мы тут спорили? - Вмешалась ее мама. - Твой отец только что напомнил мне, что это было моей затеей, отослать тебя в университет поблизости, только чтобы ты приобрела полезный опыт, и это казалось хорошей идеей. Он хотел, чтобы поступала в МИТ, как нам за это платить, не имею ни малейшего...

Ее прервал отец.

- Мы не начнем этот спор опять. Клер во-первых, мы были неправы, позволив тебе ехать сюда одной, как бы ни было безопасно это место. И теперь мы все исправим. Ты едешь с нами, все станет проще, когда мы выберемся из этого города.

Пальцы Клер сжались в кулаки, когда внутри нее разливалось разочарование.

- Вы меня слышите? Уже слишком поздно! Я не могу пойти с вами!

Она должна была предугадать, что они сделают неправильное предположение... и все же, в некотором смысле, правильное.

- Это все тот парень? - Начала мать Клер. - Шейн?

- Что? Нет! - Выпалила Клер, хотя это даже для ее ушей звучало неубедительно и виновато. - Нет, не совсем. Есть кое-что еще. Как я и сказала, все сложно.

- Боже мой... Клер, ты беременна?

- Мама! - Она знала, что выглядит столь же униженной, какой чувствовала себя, особенно когда на нее смотрела Ханна.

- Милая, этот парень использовал тебя? - Ее отец уже развивал мысли в неправильном направлении; он даже встал для большей драматичности ситуации. - Да?

Клер, уставилась на него, открыв рот даже и не в состоянии выдавить из себя хоть слово. Она знала, ей следовало соврать, но она просто не могла найти подходящие слова.

И тут в звенящей тишине ее отец произнес:

- Я хочу, чтобы его арестовали.

- На каком основании? - спросила Ханна.

- Шутите? Он занимался сексом с моей несовершеннолетней дочерью! - Он посмотрел на Клер отчасти с гневом, отчасти с обидой, сейчас он был опасен. - Ну же Клер, давай - скажи, что я не прав.

- Все... было не так!

Ее отец перевел свой взгляд на Ханну.

- Вот видите? Я повторю это под присягой, если понадобиться.

Ханна выглядела абсолютно расслабленной.

- Сэр, в этой ситуации незачем присягать. Дело в том, что Клер семнадцать, что по законам Техаса дает ей право решать самой. Шейн всего на год старше ее. Ни одного нарушенного закона, возможно кроме закона здравого разума, что довольно часто происходит в подростковом возрасте. Я думаю вы это понимаете. Это семейное дело, не в юрисдикции полиции.

Ее отец выглядел потрясенным, даже больше, чем сердитым.

- Это безумие! Это должно быть противозаконно!

- Ну, это не так, сэр, и это не имеет ничего общего с тем, почему я говорю вам, что Клер должна остаться в Морганвилле. Это все из-за вампиров. - Ханна ловко перевела разговор с Шейна и секса, за что Клер была ей благодарна. - Вот что я вам скажу, это для вашей же пользы и для Клер; она остается здесь. Она не останется без защиты; это я вам обещаю. Мы заинтересованы в том, чтобы обезопасить ее.

- Кто вы? - ее отец не сдавался без боя.

- Все, - произнесла Ханна, и подняла свои брови. - Время упущено, Мистер Данверс. У нас просто нет времени на споры. Нам уже нужно идти, сейчас. Пожалуйста, пойдите укладывать вещи.

Наконец они послушались. Клер неохотно пошла помогать своей матери; она не хотела, чтобы разговор вернулся к ней и Шейну, но это произошло, как только закрылась дверь. По крайней мере, в комнате не было ее отца. Боже, это было неловко.

- Милая. - Клер замерла при попытке вытащить чемодан из под кровати родителей, и взглянула на серьезное выражение лица ее матери, затем продолжила возиться с чемоданом. - Милая, я правда не хочу, чтобы ты путалась с этим парнем... этим мужчиной. И тебе было бы неприлично жить в одном доме с ним. Я просто не могу это позволить.

- Мама, мы могли бы сосредоточиться на том, чтобы нас сегодня не убили? Обещаю, ты сможешь произнести свою речь, о том как ты разочарована во мне, завтра и каждый день после, надо просто собрать нужные тебе вещи!

Ее мать открыла ящик комода у окна, наугад схватила пару вещей и бросила их в раскрытый чемодан.

Плохо дело. Мама превзошла даже продавщиц в магазинах одежды в том, как аккуратно они складывали вещи. Она перешла к следующему ящику, затем еще к одному. Клер изо всех сил старалась все это сложить.

- Просто скажи мне, - произнесла ее мама, когда переносила охапку одежды из шкафа на кровать. - Вы предохранялись?

Здорово! Клер не хотелось разговаривать со своей матерью о беременности и предохранении. Не сейчас. Если быть честной, то вообще никогда; она уже один раз прошла через это, было чертовски неловко, и одного раза было предостаточно.

- Да, - произнесла она таким спокойным и решительным тоном, каким только могла. - Он настоял. - Она хотела произвести хорошее впечатление за Шейна. Конечно, ее мать опять перевернула ее слова.

- Что ты хотела этим сказать? Клер! Это же твое тело!

- Мама, конечно же... - Клер сделала глубокий вдох. - Мы можем просто закончить? Пожалуйста?

Она вздрогнула, когда куча туфель приземлилась на кровать.

Ханна ожидала их внизу, когда она в конце концов спустила чемодан. Через пару минут вошел отец Клер и добавил немного своих вещей к общей куче, а затем попытался забрать чемодан. Но Клер настояла на том, что сделает это сама. Эта штука весила по крайней мере пятьдесят фунтов.

Ханна удивленно подняла брови, взглянув на Клер. "Что случилось?"

Клер закатила глаза. "И не спрашивай."

Это была странная поездка до автобуса, которая проходила в ледяном молчании.

Ричард Моррелл присвоил два быстроходных серых автобуса, с мягкими сиденьями и тонированными окнами. Согласно, написанной от руки, табличке в переднем окне, это был автобус чартерного рейса Мидленд-Одесса. Но Клер подозревала, что они направятся в другой пункт назначения.

К тому времени, когда Клер с родителями прибыли на место, первый автобус уже заполнялся; в очереди по-большинству стояли жители домов Основателя и чиновники города, включая Морреллов. Ева тоже была тут, держала планшет и проверяла людей у складного стола.

- О-оо, смотри, здесь твоя подруга. - сказала мама Клер и показала пальцем, - она выглядит не очень то счастливой.

Она указывала не на Еву, а на Монику. Моника определенно не была счастлива. Ее принуждали сесть на автобус, хотя она все время пыталась спорить со своим братом, который выглядел раздраженным и сердитым. Каким-то непостижимым образом она сумела эвакуировать и своих двух подруг вместе с собой, хотя Джина и Дженнифер испытывали облегчение от возможности покинуть город. Моника вероятно думала, что у нее больше шансов стать во главе социальной лестницы с Бишопом, нежели с Амелией во главе вампиров, но она была недальновидна; если Мирнин был прав, а у Клер не было причин думать, что это не так, то общественный строй Морганвилля был бы разрушен в скором времени, и большая популярность не давала бы ничего, кроме как больше встреч с голодными вампирами.

В споре с Ричардом Моника аргументировала тем фактом, что тот отказался сесть на автобус. Он был не тем, кто убегает от проблем.

- Весь город не может эвакуироваться, - огрызнулся он на свою сестру, которая упорно сопротивлялась посадке на автобус. - Остаются люди, которые нуждаются в присмотре. Я мэр. Я должен остаться. К тому же, после того как не стало отца, я в совете города. Я не могу просто взять и уехать.

- У тебя слишком раздутое эго Ричард! Никто на тебя не рассчитывает. Большинство глупых людишек этого города разорвет друг друга на части, чтобы выбраться, если они поймут, что это возможно.

- Именно поэтому я и остаюсь, - сказал он. - Потому что эти люди нуждаются в приказах. Но мне нужно, чтобы ты уехала, Моника. Пожалуйста. Ты должна позаботиться о нашей маме.

Моника заколебалась. Взглянув вверх, Клер увидела Миссис Моррелл, сидящую в автобусе и смотревшую в окно с отсутствующим взглядом.

Моника оговорила как то, что ее мать не совсем отошла от происшедшего, и она выглядела худой и хрупкой, и как не от мира сего.

- Это эмоциональный шантаж! - Едко выплюнула слова Моника. Позади нее Джина и Дженнифер посмотрели друг на друга, тихо отступили на пару шагов и забрались по лестнице в автобус, оставив Монику одну. - Правда Ричард. Я не могу поверить, что ты отсылаешь меня, мотивируя это таким образом!

- Поверь уж. Ты забираешься внутрь и убираешься отсюда . Сейчас же. Мне нужно, чтобы ты была в безопасности. - Он обнял ее, но она не ответила ему, сердито сверля его, повернулась и без молча залезла в автобус. Она плюхнулась в кресло позади Дженнифер и Джины рядом со своей матерью и скрестила руки в молчаливом протесте.

Ричард выдохнул с облегчением, затем повернулся к родителям Клер.

- Пожалуйста, - произнес он. - Нам нужно отправить этот автобус.

Отец Клер затряс головой.

- Пап, - позвала Клер и потянула его за руку. - Папа пошли.

Но он колебался, посмотрев на Ханну, затем на Ричарда, потом на Клер. Так и тряс головой в немом отказе.

- Пап, ты должен идти! Сейчас же! - Клер практически кричала. Внутри у нее все сжималось от волнения за них и облегчение от мысли, что они наконец будут в безопасности, за пределами Морганвилля. Где ничто не коснется их. - Мам, пожалуйста. Просто заставь его уехать! Я не хочу, чтобы вы были здесь; чтобы путались под ногами!

Она выпалила это от безысходности, и видела, что эти слова задели ее родителей. Но все эти годы она говорила им вещи и похуже; Начиная фразой "я вас ненавижу" и заканчивая фразой "жаль, что вы мертвы", но это было, когда она была просто ребенком и думала, что все знает лучше других.

Сейчас она понимала, что все не так, хотя в этом случае она знала больше них.

Она обманывала, потому что они никогда не знали всей ситуации.

- Не разговаривай так с нами, Клер! - Выкрикнула ее мать. Ее отец положил руку на ее плечо и похлопал, она глубоко вздохнула.

- Хорошо, - произнес отец. - Я вижу, что без борьбы ты не сдашься и твои друзья не собираются нам помогать. - Он сделал паузу, а Клер с трудом проглотила ком в горле, под его взглядом, каким он одарил Ханну, затем Ричарда. - Если с нашей дочерью что-нибудь произойдет...

- Сэр, - сказал Ричард. - Если вы не сядете в автобус, что-нибудь точно случится со всеми присутствующими, и это будет просто ужасно. Пожалуйста. Просто уезжайте.

- Сделайте это для своей дочери, - добавила Ханна. - Думаю в глубине души вы это понимаете. Так что позвольте мне позаботиться о Клер. А вы садитесь на автобус. Обещаю, все очень скоро закончится.

Это было грустное прощание, полное слез ( мамы и Клер) и слишком сильное объятие, означавшее, что отец Клер чувствовал себя не в своей тарелке, но не хотел этого показывать. Ее мать пригладила ей волосы, точно так же, как она делала это в детстве, и нежно поцеловала ее в щеку.

- Веди себя хорошо, - сказала она с нажимом и заглянула в глаза Клер. - Мы обговорим наши проблемы позже.

Конечно же она говорила о Шейне. Клер вздохнула и кивнула, обняла ее в последний раз. Затем наблюдала за ними, когда они поднимались по лестнице в автобус.

Родители сели в начале автобуса, ее мать села у окна. Клер слегка махнула ей, а мама помахала в ответ. Она все еще плакала. Отец выглядел отстраненным, челюсть крепко сжата, он не помахал в ответ.

Двери автобуса с шипением закрылись и он отъехал от пустынного склада, который служил пунктом отправления.

Три полицейские машины последовали за ними, управляемые подобранными Ханной людьми.

Клер сотрясла дрожь, хотя она стояла на солнце.

"Они уезжают. Они на самом деле уезжают."

Она почувствовала себя очень одинокой.

Автобус выглядел таким хрупким.

- Замерзла? - Пиджак лег на ее плечи. Он пах Шейном. - Что я пропустил?

Она развернулась и это был он, одетый в старую серую футболку и джинсы. Его кожаный пиджак укрывал как объятие, но этого было недостаточно - она бросилась в его теплые руки, и на мгновение они слились воедино. Он поцеловал ее в макушку.

- Все хорошо, - произнес он. - С ними все будет хорошо.

- Нет, все не так, - сказала она ему в грудь. - Просто нехорошо.

Он не спорил. Через мгновенье она повернула голову, чтобы увидеть, как караван машин покидает границы Морганвилля.

- Почему так? - Спросила она тихим жалобным голоском, - я могу бороться с вампирами и рисковать своей жизнью, и они могут это принять, но то, что я женщина со своей собственной жизнью они принять не могут?

Шейн на секунду задумался; она видела, что он пытался разгадать это, судя по меркам своего необычного детства.

- Может потому что ты девчонка?

- Ага, может и так.

- Итак, я могу предположить, что ты рассказала им.

- Ммм.. не намерено. Я не ожидала, что они будут так... злы из-за этого.

- Ты их маленькая дочурка, - сказал Шейн. - Знаешь, когда я думаю об этом, я чувствую то же самое по отношению к своей дочери.

- Правда? - Она почувствовала восхитительное тепло в душе от того, что он не боялся сказать ей это. - Значит, - сказала она, как бы невзначай, хотя скорее всего ему так не показалось. - Значит, ты хочешь дочку?

Он поцеловал ее в макушку.

- Притормози, малышка.

Но он совсем не сердился и не психовал по этому поводу. Всего лишь - как обычно происходило с Шейном - был сосредоточен на том, что происходило прямо сейчас. Ощущение спокойствия медленно распространялось внутри нее, с каждым вдохом проникая все глубже. Она чувствовала себя лучше, когда была рядом с ним. Все было лучше.

- Что с Голдменами? Они тоже сели на автобус? - Спросил Шейн.

- Я не видела Голдменов, - сказала Клер. - Ханна?

Ханна Моузес все еще стояла поблизости, подписывая бумаги на планшете, которые передал ей другой коп в униформе Морганвилля. Она посмотрела в их сторону.

- Мы не смогли до них добраться, - сказала она. - Мирнин собирался заняться этим, но у нас не было возможности вытащить их из лап Бишопа прямо сейчас. Время ведется в часах и это уже вопрос нескольких минут, когда Бишоп наконец узнает, что мы только что сделали, если уже не понял.

Зазвонил телефон Ричарда Моррелла. Он отстегнул его от пояса и проверил номер, затем с щелчком открыл его и отошел, чтобы поговорить. Клер наблюдала за его походкой, плечи сгорбились, как только он заговорил. Когда он захлопнул раскладушку и вернулся к ним, его лицо было напряжено.

- Он знает, - произнес он. - Бишоп созывает городское собрание у ратуши в сквере Основателя этой ночью. Должны присутствовать все. Никто не остается дома

- Да ну, брось. Ты не сможешь собрать весь город. Что, если кто-то не получит сообщение? Что, если они просто не захотят приходить? - спросила Клер. Даже в Морганвилле заставить людей придерживаться правил - каковы бы ни были эти правили - было как пасти кошек.

Ричард и Ханна обменялись взглядами.

- Бишоп не из тех, кто принимает оправдания, - сказала она. - Если он говорит, что все должны быть на собрании, то он откроет сезон охоты на каждого, кого там не будет. Это в его стиле.

Ричард кивнул, соглашаясь с ней.

- Нам нужно распространить новость. Постучать в каждый дом, в каждый офис. Запереть кампус университета и не допускать студентов до этой заварушки. У нас шесть часов до заката. Не будем терять ни минуты.

Шейна отобрали в помощь группе людей, заносившей припасы на склад - еду, воду, одежду, рации, вещи первой необходимости. Клер не знала, зачем это нужно, но она точно не думала, что хочет это знать; обстановка была молчаливой, сосредоточенной, но все были напряжены. Никто не задавал вопросов.

Не сейчас.

Первый вампир Бишопа показался примерно два часа спустя, медленно объезжая периметр города на специальной машине с затемненными окнами. Группа захвата Ханны остановила машину, и Клер была удивлена, увидев, как они набросили на вампира одеяла прежде, чем вытащить его из машины на солнечный свет и затащить под навес.

- Большинство людей Бишопа на самом деле принадлежат Амелии, - объяснила Ханна. - Амелия хотела бы, чтобы мы сохранили им жизнь, если сможем. Она сможет обратить их назад, когда Бишоп уйдет. Называйте это временным помешательством - не смертельное преступление, даже для вампиров. Нам просто должны вывести их из строя, вот и все.

Клер подумала, что это прозвучало обманчиво легко; она не думала, что все новообращенные Бишопа - даже против их воли - будут гореть желанием сидеть на скамейке запасных. Хотя, казалось Ханна знала, что делает. Будем надеяться.

- Так это наш план - мы просто хватаем каждого вампира, который попадет в поле нашего зрения?

- Не совсем, - Ханна слегка улыбнулась ей. - Ты ведь знаешь, что я не расскажу тебе о нашем плане, да?

Конечно, Клер все еще играла не за ту сторону. Она взглянула на свое поблекшее тату. которое все еще шевелилось под ее кожей, но слабо, как последние взмахи крыльев падающей бабочки. Оно чесалось.

- Хотелось бы, чтобы эта штука наконец пропала.

- Пытался ли Бишоп взывать к тебе через нее?

- В последнее время нет. Или если и пытался, то я этого не почувствовала. - Было бы превосходно, если бы связь и вправду так ослабла. Может она просто попала в зону плохого магического сигнала. - Так и что же мне делать?

- Иди по домам, - сказала Ханна. - У нас есть список лиц, которых мы все еще разыскиваем для посадки на следующий автобус. Ты можешь пойти с Джо Хессом.

Глаза Клер округлились.

- Он в порядке? - Поскольку в ее памяти мгновенно вспыхнуло воспоминание о чувстве, когда она держала в своих руках его смертельный приговор, который она ему передала.

- Конечно, - ответила Ханна. - А что с ним должно было произойти?

У Клер не было идей, что должно было произойти, но ей нравился детектив Хесс, и по крайней мере объезд домов с ним даст ей чувство движения, выполнения чего-то полезного. Казалось у всех была цель. Все, о чем она могла думать, это ее родители, едущие на автобусе из города, ведь она не знала, что с ними происходит. Или что может произойти.

Она жалела, что не попрощалась с ними по-другому. Она жалела, что они были расстроены из-за нее и Шейна.

"Но им все равно придется свыкнуться с этим," подумала она с вызовом, но глубоко внутри она понимала, что это было неубедительно и немного эгоистично.

Но быть с Шейном это правильно. Она знала, это не было ошибкой.

Джо Хесс ездил на собственном автомобиле, но у него были все эти крутые штучки копов - радио, один из этих мигающих сигнальных огней, крепящийся на крышу, и ружье, запертое сзади в подставке. Он был высоким молчаливым человеком, который просто следовал своей совести, с которым ей было легко. С одной стороны, он никогда не смотрел на нее как на ребенка, действующего на нервы; он просто видел в ней личность. Правда молодую личность, но которую нужно воспринимать всерьез. Она не совсем понимала, чем она это заслужила, беря во внимание доставленный ею смертельный приговор.

- Я запираю двери, - сказал он ей, когда она забралась внутрь на пассажирское сиденье, и тут же щелчок запирающейся двери эхом пронесся по машине. - Приятно видеть тебя, Клер.

- Спасибо. Так же рада вас видеть. Что с автобусами? Они уже выбрались за город?

- Амелия лично сопроводила их через барьер пару минут назад, - сказал он. - На границе были небольшие неприятности, но ничего такого, с чем мы не смогли бы справиться. Они в пути. Никто не ранен.

Это ослабило узел внутри нее, о котором она даже не подозревала.

- Куда они направляются... нет, не говорите мне. Вероятно мне лучше не знать, правильно?

- Пожалуй, - согласился он, искоса взглянув на нее. - Ты впорядке?

Она выглянула из машины и пожала плечами.

- Мои родители всего лишь сидят в одном из тех автобусов. Я ведь переживаю.

Он продолжал поглядывать на нее, ведя машину, и хмурился.

- И ты устала, - сказал он. - После того, как ты ушла, возвращалась ли ты к Бишопу? Он не ранил тебя?

На это было не так-то просто ответить.

- Он не причинил мне вреда, - сказала она наконец. - Не мне лично.

- Думаю, именно это меня больше всего волновало, - сказал он. - Но ты так и не ответила на мой вопрос.

- Хочешь сказать,что мне нужен подлечить нервички после всех событий? - Пожатие плеч могло сойти за ответ. - Да, возможно. Но это Морганвилль. Это определенно не самое страшное, что могло произойти. - Она повернула голову и взглянула прямо на него. - Что было в свитке, что я тебе дала?

Он молчал так долго, что она уже было подумала, что он не услышала вопроса, но затем он произнес:

- Это был смертный приговор

Она подозревала это.

- Похоже, что не твой.

- Нет, - сказал он. - Кое-кого другого.

- И кого же?

- Клер...

- Это не имеет значения. Его отменили. Не о чем больше говорить.

- Я доставила его. Я имею право знать.

Не удостоив ее ответом, Джо полез в карман своей спортивной куртки, вытащил свернутую бумагу с помятыми краями и кусочками воска на обороте. Он передал ее Клер.

Она развернула ее. Бумага была жесткой и хрустящей с легким запахом плесени. Почерк Бишопа был убористым и довольно неразборчивым, но имя было написано крупнее и подчеркнуто.

Ева Россер.

- Этого не случится, - сказал Джо. - Я просто хотел, чтобы ты знала. Если он расскажет тебе об этом, я хочу, чтобы ты понимала, что Ева в безопасности, понимаешь? С ней ничего не случится. Клер, ты слышишь меня?

Она доставила ему приказ убить свою лучшую подругу.

Клер не могла здраво рассуждать. Она оцепенела, ничего не чувствуя. Она пыталась прочесть бумагу до конца, но ее глаза постоянно возвращались к имени Евы, опять и опять.

Она свернула бумагу и крепко сжала ее в руке. Дыши. Она чувствовала в голове пустоту и ее слегка подташнивало.

- Почему ты? - еле слышно спросила она. - Почему это дали тебе?

- Это в духе Бишопа. Он выбирает людей, наименее подходящих для того, что ему нужно, чтобы он мог наказать их, когда они откажутся выполнять приказ. Это послужило бы уроком всему Морганвиллю. Он знал, что я не убью Еву. Ни за что. Ему больше хотелось бы избавиться от меня, а не от Евы.

Ее все еще знобило. Конечно, детектив Хесс не сделает этого, но что, если бы ее отправили с этим поручением к кому-нибудь другому? Например, к Монике?

Ева могла бы быть уже мертва, и это была бы ее вина.

Она почувствовала,что смертный приговор выскальзывает у нее из пальцев. Когда она открыла глаза, детектив Хесс прятал его обратно в карман.

- Я просто хотел, чтобы ты поняла, чему мы противостоим. - сказал он. - И поняла, что, что бы ни случилось, некоторые из нас никогда не будут потокать его желаниям.

Клер осознала, что она не может причислить себя к этим людям. Она уже делала то, что хотел Бишоп.

И не раз.

Боже, ей действительно не хотелось думать о том, насколько она погрязла в этом дерьме, но она определенно сунулась в волчье логово.

- Ладно, вернемся к делу, - Хесс подал ей листок бумаги. - Это люди, которых мы все еще должны найти, - сказал он. - Я слышал о том, что случилось с Фрэнком Колинзом. Вы с Шейном были там?

Она определенно не желала это обсуждать.

- Доктор Миллз с Амелией, - сказала она. - Вы можете вычеркнуть его из списка. Она не собирается высылать его из города. - Они объезжали Морганвиль и везде было заметно какое-то движение - люди собирались в кучки, шептались у калиток и замирали, внимательно рассматривая проезжающую машину. Ни одного вампира в поле зрения, но Клер и не ожидала увидеть их в полдень. - Что происходит? - спросила она. Хесс покачал головой.

- В городе все еще действует мощное антивампирское движение, - ответил он. - Оно нарастало последние несколько месяцев. Я старался успокоить их, потому что, если они начнут волнения сейчас, их попросту убьют. И многие из них считают Амелию и ее сторонников всего лишь еще одной своей целью. Мы не можем допустить их нападок, пока с Бишопом не покончено.

- И что же нас с ними делать?

- Ничего. Сейчас мы ничего не можем сделать. Здесь все решает Бишоп, а не мы. Если он захочет устроить бойню этой ночью, он так и сделает. Возможно, она будет даже масштабнее, чем ему хочется.

Четвертый адрес в списке оказался квартирой - а их в Морганвилле было немного с тех пор, как люди переселились в частные дома, но все же несколько еще осталось. Как и в любом маленьком городке, их состояние было совершенно дерьмовым или чуть менее дерьмовым. В таких городах не существовало элитных комплексов.

Многоквартирный комплекс, у которого они остановились, был одним из самых кошмарных. Он был кирпичный, оштукатурен и окрашен в розовый, давно уже выцветший на солнце. Два полоски домов стояли друг против друга, ограничивая небольшой квадрат площади в центре... ну, Клер хотелось бы назвать это двором, если бы не вид пустого бассейна, заваленного мусором с одной стороны, колючих нестриженных кустов и переполненного мусорного бака.

Джо Хесс высматривал номера квартир. Если его и трогало упадочное состояние этого места, он этого не показал. Когда они подошли к квартире номер 22, он громко постучал в дверь.

- Откройте, полиция! - выкрикнул он и отодвинул Клер, когда она попыталась встать рядом с ним. Он молча подал ей знак оставаться на месте и прислушался. По ту сторону двери было тихо.

Ничего не услышав, он покачал головой, но как только они собрались уходить, Клер отчетливо услышала в квартире чей-то голос:

- Помогите.

Она застыла, взгялнув на детектива Хесса. Он тоже слышал это, и дал ей знак отодвинуться еще дальше, а сам достал пистолет из кобуры под пиджаком.

- Уилли Комбс? Вы в порядке? Это Джо Хесс. Ответьте мне, Уилли!

- Помогите, - опять тот же голос, только тише, чем в прошлый раз.

Хесс подергал ручку, но дверь была заперта. Он глубоко вздохнул.

- Клер, оставайся здесь. Не входи. Поняла?

Она кивнула. Он с размаху врезался в дверь, и дешевая полая древесина поддалась, дверь вылетела со второй попытки. Во все стороны полетели щепки и стружка.

Детектив Хесс исчез внутри. Клер увидела, как зашевелились занавески и жалюзи, когда люди выглянули посмотреть, что происходит, но на улицу никто не вышел.

Хотя день был в самом разгаре.

Казалось прошла вечность, прежде чем детектив Хесс вышел из дома с кем-то на руках. Это была девушка одного с Клер возраста, симпатичная, одетая в футболку морганвилльской старшей школы и спортивные штаны, как будто она не успела переодеться после урока физкультуры.

Она не шевелилась, и он прижимал полотенце к ее шее.

- Звони в скорую, - приказал он Клер. - Скажи, что им стоит поторопиться и что нужен набор для лечения укуса.

- А она...

- Она жива, - ответил он и положил ее на бетон, все еще прижимая полотенце. Хесс взглянул на Клер, его глаза пылали от ярости.

- Ее зовут Тереза. Тереза Комбс. Она старшая из троих детей.

Клер похолодела и посмотрела на вход в квартиру.

- Они не...

- Давай сосредоточимся на ней, - сказал детектив. - Придерживай полотенце на ее горле, вот так. - Она опустилась на колени рядом с ним и прижала свои маленькие пальчики рядом с его большими. Казалось, она давит слишком сильно, но он кивнул. - Хорошо. Все правильно. Я еще раз осмотрю дом, чтобы все проверить.

Как только он переступил через девушку и зашел в дом, веки Терезы дернулись и она уставилась на Клер. Огромными темные глаза, полными отчаяния.

- Помогите, - прошептала она. - Помогите Джимми. Ему всего лишь двенадцать.

Клер взяла ее за руку.

- Тише. Просто отдыхай.

Глаза Терезы наполнились слезами.

- Я пыталась, - сказала она. - Я правда пыталась. Почему это происходит с нами? Мы не делали ничего плохого. Мы всегда следовали правилам.

Клер ничем не могла ей помочь, лишь держать ее за руку и удерживать полотенце на ее горле, как и сказал детектив Хесс. Когда он появился на пороге под отдаленный вой приближающейся сирены, она бросила на него несчастный взгляд, полный надежды.

Он покачал головой.

Они не разговаривали, пока медики не забрали Терезу. Клер так и стояла на коленях на прежнем месте, уставившись на кровь на своих дрожащих пальцах. Детектив Хесс присел рядом с ней и подал ей влажную салфетку с видом человека, который сделал все, что было в его силах.

Он ласково погладил ее плечо.

- Дыши глубже, - сказал он. - Мне жаль, что тебе пришлось увидеть это. Ты хорошо позаботилась о Терезе. Возможно даже спасла ей жизнь.

- Кто это с ними сделал? - Начав оттирать свои руки, она уже не могла остановиться. - Зачем?

- Это происходит повсеместно. - сказал Хесс. - С людьми, чьи Защитники перешли на сторону Бишопа. С людьми, которые потеряли своих Защитников в схватке. С людьми, чьи Защитники никогда особо не заботились о них. Пол города сейчас превратилось в ходячую закуску. - Она взглянула на него и у нее пошли мурашки из-за выражения на его лице. - Возможно, те ненормальные правы. Возможно, нам стоит перебить всех вампиров.

- Ага. - очень тихо произнесла Клер. - Потому что люди никогда не убивают людей, не так ли?

У него в кармане был смертный приговор для Евы.

Он не стал возражать.

Они нашли еще пятерых человек из списка Ханны живыми и здоровыми - ну, один из них напился до чертиков в Барфли, одной из наиболее жутких местных забегаловок, но он ведь дышал и у него не было клыков. Одного за другим они посадили их в автобус.

К четырем вечера последний автобус отправился из Морганвилля в неизвестность (по крайней мере Клер не знала куда), и она осталась стоять с теми, кто не уехал. Ричард Моррелл. Хана Моузес. Шейн и Ева стояли рядом и перешептывались. Джо Хесс разговаривал по радио в полицейской машине.

В округе были и другие люди, но они оставались в тени, и Клер подозревала, что они были вампирами - вампирами Амелии, которые собирались тут для дела.

Никакой опасности, но тут неожиданно Клер ощутила в руке жжение.

Когда она закатала рукав, она увидела, что татуировка закрутилась под кожей, как чернила в банке. Бишоп пытался призвать ее к себе. Она почувствовала желание выйти со склада и отправиться на площадь Основателя, но она не поддалась ему.

Когда она испугалась, что не сможет больше сдерживаться, она рассказала все Шейну. Он обвил ее руками.

- Я никуда тебя не отпущу, - пообещал он. - Без меня.

Из-за призыва ее казалось, что внутренности словно скручивались в узел. Сначала это раздражало. Потом стало больно. Наконец она освободилась из объятий Шейна и начала ходить кругами по открытому пространству на складе, который использовался как стоянка для автобусов, увеличивая диаметр круга. Он остановил ее у двери, и она взглянула на него в безмолвном отчаянии.

- Я ненавижу все это! - выпалила она. - Я хочу, чтобы все закончилось!

Она ударилась в слезы, поскольку это чувство взяло над ней верх - чувство отчаяния и муки от того, что она не может быть там, куда ей следовало отправиться. На этот раз присутствие Шейна не помогло. Боль накатывала волнами, разрушая ее изнутри. Она услышала, как Шейн позвал Ричарда Моррелла, потом появилась Ханна, она говорила что-то о помощи.

Клер почувствовала сильное жжение в руке и затем все постепенно прошло, словно лед, растекся по ее венам. Однако это облегчение не коснулось ее горящей руки и чувства беспокойства, скручивающего ее внутренности. Ее тело все еще не принадлежало ей.

- Она проспит какое-то время, - сказала Ханна, ее голос звучал издалека.
- Шейн, ты мне нужен.

Клер не могла ни открыть глаза, ни сказать, что она вообще-то не спит. Хотя должна была - она это понимала - но внутри нее отчаянно кипела жизнь. Это разрывало ее на части.

Шейн поцеловал ее - такой теплый, такой нежный - и она почувствовала, как его рука пригладила ей волосы и провела по щеке. "Не оставляй меня," хотелось ей сказать, но она не могла ни заговорить, ни шевельнуться.

Ее сердце билось глухо, размеренно и спокойно, хотя она чувствовала, что внутри нее нарастает паника.

Она почувствовала, что ее куда-то отнесли, уложили в теплую постель и накрыли одеялами.

А потом тишина.

Ее глаза открылись, словно кто-то другой ими управлял, и, приподнявшись, она увидела, что кто-то стоит в углу темной комнаты, где они ее оставили.

Ада.

Призрак приставил бледный, мерцающий палец к своим губам и жестом велел ей сесть. Она подчинилась, хотя и не знала зачем.

Ада подплыла поближе. И опять она не была трехмерной, просто плоская проекция в воздухе, как персонаж из телевизора, но без экрана. Она не сильно была похожа на человека, скорее походила на персонажа игры, вывереннная и продуманная до деталей.

Где-то в темноте зазвонил сотовый. Клер прошла мимо горы ящиков с надписью "ДЛЯ ЭКСТРЕННЫХ СИТУАЦИЙ" и оторвала скотч, чтобы найти звонящий телефон. Полностью заряженный, судя по иконке батареи на дисплее. Она поднесла его к уху.

- Бишоп пытается призвать тебя к себе, - произнесла Ада жестким искусственным голосом. - Но ты нужна мне в другом месте.

- Я нужна тебе.

- Конечно. Раз Мирнин выбыл из игры, мне нужен другой помощник. Воспользуйся порталом и иди за мной.

- Здесь есть портал? - Клер чувствовала себя заторможенной и глупой и подумала, что так происходит совсем не из-за лекарств, которые дала ей Ханна. Призрак Ады одарил ее обжигающим презрительным взглядом.

- Я создала портал, - ответила она. - Я только этим и занимаюсь, дурочка. Воспользуйся им, сейчас же. Шесть шагов вперед и четыре направо. Пошла!

С характерным звуком телефон, одолженный Клер, перестал ловить. Она захлопнула его и положила в карман, а затем поняла, что кто-то - видимо Шейн, предположила она - снял с нее ботинки. Она надела их и продвинулась на шесть шагов вперед, во тьму, а затем четыре шага направо.

Ее четвертый шаг перетек в падением сквозь морозно-холодную темноту, затем ее ноги коснулись земли и она оказалась в месте, которое было ей знакомо.

Она оказалась у клеток, где Мирнин и Амелия держали вампиров, чья болезнь зашла слишком далеко. Это была старая тюрьма, темная и сырая, построенная из прочного камня и стали. Ураган, пронесшийся через Морганвилль несколько месяцев назад, повредил часть здания. Клер никогда не принимала участия в поимке сбежавших пациентов, но она знала, что таковая производилась и это место было отреставрировано. И разумеется это не была забота Бишопа. Это сделала Амелия.

Но сейчас все клетки были пусты.

Клер споткнулась, остановилась и обняла себя руками, когда почувствовала у себя под кожей раскаленный канат, тянущий ее к Бишопу. Она прислонилась к стене, тяжело дыша.

- Я здесь, - сказала она в пустоту. - Ада, что ты от меня хочешь?

Призрак Ады проскользил по корридору впереди нее - все еще двухмерный, но на этот раз вид был со спины. Ее жесткие расклешенные юбки парили в дюйме от каменного пола. Она властно посмотрела на Клер через плечо.

"Замечательно," подумала Клер. "Мало того, что Бишоп дергает меня за крючки, так теперь еще и чокнутый компьютер Мирнина. У меня слишком много начальников.

Ева бы сказала, что ей нужна работенка получше и подошло бы даже мытье туалетов.

- Куда мы направляемся? - спросила она Аду, не особо надеясь на ответ. Она ожидания не оправдались. Тюрьма была полна длинных коридоров и, когда Клер была здесь в последний раз, большинство клеток было заполнено жертвами болезни. Она подавала им еду - кровь - чтобы убедиться, что они не умрут с голода. Некоторые были жестокими, большинство же просто лежали неподвижно, будучи не в состоянии что-либо делать.

И куда же они подевались?

В конце ряда была клетка, где проводил свои дни Мирнин, когда был слишком опасен, чтобы работать в лаборатории или находиться рядом с кем-либо - даже другими вампирами. В ней сохранялся характерный ему домашний уют - и толстый турецкий ковер, и мягкая стопка одеял и подушек, и его потрепанное кресло, и стопки книг.

Но никаких признаков Мирнина.

Ада проскользила до конца коридора, потом повернулась лицом к Клер, мерцая, словно голлограма из фильма.

- Здесь довольно жутко, - сказала Клер. - Ты ведь понимаешь?

Зазвонил ее телефон. Она раскрыла ракушку.

- Ты искала доктора Миллса. - сказала Ада. - Он здесь.

- Где?

- Следуй за мной. Ему нужна помощь.

Клер продолжала прижимать телефон к уху, когда Ада снова развернулась и просочилась сквозь каменную стену. Клер остановилась за два дюйма от препятствия. Она медленно протянула руку и, хотя камень выглядел совершенно реальным - даже запах был настоящий, плесень и сырость - ничего не почувствовала под пальцами, только воздух. Ее мозг все еще упрямо твердил, что ей не следует делать этот шаг, иначе дело может кончиться синяком на лице или чем похуже. По правде говоря, все ее тело сопротивлялось, не желая продолжать движение.

Клер заставила себя поднять ногу, дюйм за дюймом, и сделал шаг. Затем другая нога нащупывала дорогу, чтобы не упасть. Ей не стало легче даже после пяти или шести мучительных дюймов, но внезапно давление на нее пропало и она шагнула в огромную, хорошо освещенную комнату.

Комнату, полную вампиров.

Клер застыла, когда дюжина мертвенно-бледных лиц повернулась к ней. Она не видела никого из заключенных - они в основном оставались в тени - но она узнала некоторых из них. Что они делали вне своих клеток?

Голос в трубке у ее уха был нетерпелив.

- Ну что, ты идешь?

Клер моргнула и увидела, что Ада скользила к центру комнаты, уставившись на нее в праведном гневе.

- Они же не сделают...

- Они не навредят тебе. - сказала Ада. - Не неси вздор.

Это было вовсе не вздорно. Клер видела, как кое-кто из этих вампиров царапал каменные стены своими ногтями до глубоких борозд и грызли ногти до крови. Она ощущала себя собачьим лакомством в комнате, переполненной взбешенными ротвейлерами.

Но никто не кинулся к ней. Они уставились на нее, как на диковинку, но - хм... - голодными они не казались.

Она направилась к изображению Ады - через комнату к маленькому каменному алькову в стене, где она увидела доктора Миллса, неподвижно лежащего на кушетке.

- О нет, - прошептала Клер, и поспешила к нему. - Доктор Миллс?

Он застонал и открыл покрасневшие глаза, проморгался, чтобы сфокусироваться на ее лице.
- Клер, - прохрипел он и закашлялся. - Черт. Который час?

- Ммм, думаю около пяти. А что?

- Просто я лег в четыре, - ответил он, и плюхнулся обратно на кушетку. - Господи. Прости, я вымотан. Сорок восемь часов почти без сна. Двух часов не достаточно. Я ведь давно уже не интерн.

Она почувствовала волну облегчения.

- Они не.. ну, вы понимаете...

- Не убили меня? Нет, только загоняли меня до полусмерти. - Доктор Миллс застонал и сел, потирая виски, пытаясь привести себя в чувство. - Амелия хотела получить сыворотку, чтобы в первую вылечить наиболее тяжелые случаи. Я разместил всех здесь, кроме Мирнина. У меня осталось всего две порции. И больше не будет, если мы не получим кровь Бишопа.

Она почти забыла о нем.

- Вы видели Мирнина?

- С тех пор, как Амелия привела меня сюда, не видел. - ответил доктор Миллс. - А что?

- Он болен. - объяснила Клер. - Очень болен. Я искала вас, чтобы попытаться помочь ему, но я не знаю, где он сейчас. Амелия забрала его.

Он сразу же покачал головой.

- Она не приводила его сюда. Я их не видел.

Клер увидела тень из-за своей спины и, обернувшись, оказалась лицом к лицу с вампиром. Низкий, немного выше ее самой. Это была девушка, едва ли не подросток, с длинными светлыми волосами до талии и прекрасными темными глазами, она улыбнулась им с понимающим выражением на лице.

- Я Наоми, - сказала она. - Это моя сестра Виолетта. - Прямо за ее спиной была девочка чуть постарше с теми же темные глаза, только с волевым подбородком и иссиня-черными волосами. - Доктор, мы хотим поблагодарить вас за подарок. Мы долгие годы не чувствовали себя так хорошо.

- Пожалуйста, - сказал доктор Миллс. Его голос звучал напряженно и Клер прекрасно его понимала. Вампиры вели себя наилучшим образом, но все могло вернуться, и она заметила тень безумия в глазах Наоми. - Я уверен, Амелия вскоре навестит вас.

Две вампирши кивнули, слегка присели в старомодном реверансе и ушли назад в главную комнату. Из нее доносился тихий гул беседы, словно шепот или спокойный шелест волн на берегу. Вампирам не надо было говорить громко, чтобы быть услышанными, по крайней мере друг с другом.

- Амелия придет? - спросил Доктор Миллс. - А то мне начинает казаться, что меня выставили тут как блюдо для них.

Хмм. Он решил, что Клер посланник впереди вампирской кавалерии. Она огляделась в поисках Ады, но теперь не замечала никаких ее признаков. Она просто испарилась. Клер захлопнула телефон и положила его в карман, чувсивуя себя отчасти глупо.

- Не знаю, - ответила она. - Мне сказали, что вам нужна помощь.

Зевнув, он громко хрустнул челюстью, пробормотал извинения и кивнул.

- У меня тут мешочки с кристалами и немного жидкого раствора. Нам нужно распространить это по городу и удостовериться, что все, кто нуждается в лекартсве, получат его. Эффект долго не продлится, потому что это не вакцина, но это вынужденная мера, пока я не получу кровь Бишопа. Ты поможешь мне распределить их на порции для одного человека?

Пока Клер мерными ложками черпала лекартво и раскладывала их по бутылочкам, она поняла, что назойливое жжение в ее желудке в конце концов начало постепенно проходить.

Она закатала рукав.

Татушка стала еле заметной тенью под ее кожей.

Пока она разглявала место, где должно быть тату, вампирша Наоми заглянула за ее плечо и проследила за ее взглядом. Клер вздрогнула, а Наоми захихикала. Возможно именно такой реакции она и ожидала.

- Смотрю Бишоп и тебя пометил, - произнесла она. - Не беспокойся дитя. Сейчас оно уже практически исчезло. Однажды он пометил мою сестру. - Улыбка покинула ее рот, отчего он превратился в жесткуюхолодную линию. - Потом он опять и опять помечал нас обеих. Сестра Амелия говорила, что он умер, но это не так, да?

Клер покачала головой, не в силах произнести хоть слово, пока ее шея была в такой близости с клыками вампирши. Наоми не выглядела опасной, но и безмятежность она тоже не внушала.

- Тогда время пришло, - сказала Наоми. - Пора нам дать ему бой. Боже. Для блага моей сестры, я буду радапредстать перед ним опять. - Наоми провела холодной рукой по щеке Клер. - Милое дитя. Ты такая теплая и вкусная.

Клер вздрогнула.

- Ага, хммм... Я, ммм.. Наверно.

- Теплая как солнечный свет. Как и я когда-то. - Взгляд Наоми прожигал кожу Клер, затем она исчезла, превратившись в размытое пятно. Теперь все вампиры стали двигаться быстрее.

"Восстанавливаются," подумала Клер. "Становятся сильнее."

Доктор Миллс смотрел на них с удовлетворенным видом, но Клер не отпускало беспокойство. Хорошо, что они чувствовали себя намного лучше, она могла это понять.

Но они стали здоровыми вампирами. А значит теперь они могли создавать новых вампиров и это меняло все. Это меняло весь уклад жизни в Морганвилле.

Не так ли?

Ее телефон зазвонил. Номер не отобразился. Клер раскрыла его и произнесла.

- Что Ада?

- Ты и доктор Миллс должны уходить, - сказала Ада. - Я создала для вас портал. Скорее.

- Не могла бы ты объяснить, что...

- Делай, что я говорю, или я оставлю вас в комнате, полной вампиров, которые могут захотеть горячей крови прямо сейчас.

Компьютер Мирнина была такой сучкой.

Клер захлопнула телефон.

- Берите все, что вам нужно, - сказала она.- Пора уходить.

Доктор Миллс кивнул. Он загрузил пару вещьмешков пакетиками с лекарствами - один передал ей, другой оставил у себя.
Он открыл посеребренную коробочку и проверил содержимое.

Два шприца.

- Это ведь две последние порции сыворотки? - спросила Клер. - Может мне лучше...?

Он передал их ей.

- Убедись, что Мирнин получит одну, а Амелия вторую, - сказал он. - Оливер попробует забрать одну для себя. Не допусти этого.

Как будто у нее был шанс отказать Оливеру, но она все равно кивнула. Доктор Миллс казалось почувствовал облегчение, отдав их ей. Он оглянулся на вампиров, которые уставились на них.

- Кажется нам пора идти, - сказал он. - Я уверен, они благодарны мне, но...

- Да-да, - прервала его Клер. - Идем.

Идти среди толпы вампиров было сродни прогулке в огромной стае львов. Они могли быть бесприкословно послушными, но нельзя было обманываться - их выдавал хищный блеск в глазах.Клер заметила проблески клыков в одном или двух ртах, и старалась не встречаться с ними взглядом.

Наоми шагнула вперед. Молодая вампирша, вернее молодо-выглядящая вампирша преградил им путь.

- Могу ли я попросить об одолжении? - спросила она. - Это совсем пустяк, уверяю тебя.

Клер облизала свои губы.

- Конечно.

- Передай это моей сестре Амелии, - сказала она и сняла со своей алебастровой шеи серебрянную цепочку. Она была изящная, совсем тоненькая, и на ней висела белая камея. - Скажите, что мы за нее, если ей это потребуется.

Клер положила цепоцку в карман и кивнула.

- Я передам ей. - Наоми не сдвинулась. - Что-то еще?

- О-о-о, да, - ответила Наоми еле слышно. - Кое-что скверное. Но видишь ли, я знаю свою сестру. Знаю, что она не простит мне, если я сделаю что-то неуместное. Так что ты и твой милый доктор можете идти, пока мы не забыли о нашем обещании.

Но она так и не сдвинулась.

Клер обошла ее. Наоми оглянулась.

Пройти через каменную илюзорную стену на этот раз оказалось намного легче, возможно потому, что она знала, что остаться там, было определенно худшей идеей.

Призрак Ады стоял в коридоре, гневно глядя на них за задержку. Она развернулась и стремглав поплыла прочь. Клер бросилась бежать, чтобы не отставать,д„октор Миллс был позади. Ада резко остановилась и развернулась к ним лицом, как плоская картонная вырезка, и динамик телефона Клер затрещал.

Доктор Миллс упал.

- Беги! - Закричала Ада из динамика телефона, но Клер не могла. Она не могла оставить его.

Клер остановилась, нагнулась, чтобы помочь ему встать, но он не шелошнулся. На его голове была рана, и хотя он дышал, он определенно был без сознания.

Рана была на затылке. И опредененно не от падения.

Кто-то ударил его.

Ада пыталась заставить ее бежать, но она оставалась на месте. Призрачный образ Ады беззвучно закричал на нее, а затем взорвался туманным облаком.

Исчезла.

В темноте Клер почувствовала, как чьи-то пальцы коснулись ее волос.

- Наоми? - спросила она едва слышным шепотом.

Послышался холодный смешок у ее уха, слишком близко.

- Никогда не встречал эту даму.Т’ы знаешь меня, - произнес мужской голос. - Не так ли Клер?

Она прикрыла глаза.

- Здравствуйте, мистер Коллинз, - произнесла она.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/27904/93746

Переводчики: PanTer23, Smile_v_kedah, gaddya