Готовый перевод Doom. Endgame / Судный день. Конец игры: 2

Сорок пять дней - это чертовски долгое время, когда знаешь, что ты падаешь в зону смерти, даже для Звездного Десанта. Опять же, это на самом деле не так уж и много... особенно если думаешь, что возможно, это и будет всей продолжительностью нашей жизни.

Арлин резко оборвала свое отчаяние, потому что она не хотела тратить последние несколько недель в самовольном аду, я так думаю. У нее был я, а у меня была она, как это было в начале, и было похоже на то, что так будет и в конце. Только вот у нас обоих были Сирс и Робак, и вот где все начало рушиться. Мы, морские пехотинцы, выше всех, и мы запрограммированы, как компьютеры, чтобы служить и защищать, ну вы понимаете. Это означает, что мы не могли просто запереться и сидеть спиной к спине, готовясь попасть под град огня Фредов, когда корабль рухнет и двери грузового отсека откроются, на Фредо-Мире.

У нас была совершенно безумная идея, что мы должны защищать тех двоих, или того одного? Клейвов, которые охожи на Магилу Гориллу и иного мультяшного персонажа, ну или попытаться защитить. Шагом номер один было уговорить это, ее, его или их выйти из этой чертовой каюты. Мы предприняли прямой подход. Арлин и я карабкались "вверх" к центральной оси корабля. Ускорение снизилось до 0,2 g на уровне покоев Сирса и Робака, этого едва хватало, чтобы избежать моих старых проблем с головокружением. Я уверен, что не хочу идти дальше, и это было чертовски верно.

Арлин не выглядела так, как будто ее это беспокоило, хотя, некоторые анатомические особенности довольно свободно плавали под ее формой, и она выглядела так, словно ей это нравилось. Я старался не смотреть на эти соблазны, -- пятьдесят восемь дней осталось; и я хотел провести это время с моим приятелем, не пытаясь форсировать отношения, которые никогда не существовали и никогда не должны существовать.

"Верхние" коридоры были как канализационные трубы, гофрированные и вонючие. Фреды дышали немного иначе чем мы, но похоже этот воздух был не не ядовитым (Сирс и Робак клялись что мы можем дышать воздухом Фредов). Очень высокие коридоры, для размещения Фредов, когда они были в их семя-сохраняющем состоянии, как гигантские богомолы ... я не мог достать до потолка, даже в прыжке.

Арлин, и я поскользнулись и покатились по горячему грязному проходу, мне потребовалось несколько мгновений, чтобы понять, что слизь была гниющими листьями от их артишоковых головы.

- Ты знаешь, - сказал мой младший, когда я рассказал ей о моей проницательности, - мы даже не знаем, являются ли это отбрасываемыми листьями, или это собственно и есть разложившиеся тела на Фредов. Что происходит с их телами, когда они умирают? Должны ли они использовать какой-то консервант для них, как египетские мумии, чтобы предотвратить это?
Она пнула кучу дерьма, в котором все еще видны были неровные обрамления листьев с голов Фредов.

Я покачал головой.
- Я полагаю, что мы можем последить за капитаном, и увидеть если он начнет портиться. Мы выяснили, что, скольжение было самый простым способом перемещения по коридору без падений; это было похоже на катание на коньках по нефтяному пятну, но мы, наконец, сделали это, и прнибыли к Сирсу и Робаку в каюту.

"Каюта" было точным описанием; она выглядела величественно. Потому, что они были вынуждены приспосабливаться к постоянно меняющимся размером Фредов, номера были построены в чудовищных масштабах, но с приятным сочетанием стилей мебели. Моя собственная, расположенная рядом с каютой Арлин, ниже по корпусу, в сторону более сильной силы притяжения, было несколько сидений для колен, стол, до которого я мог дотянуться только встав и вытянувшись, и кровать-диван имеющая форму пончика . Я понятия не имел, что внутри покоев Сирса и Робака, потому что они не позволяли Арлин или мне даже украдкой бросить на них взгляд.

Я встал у двери и постучал, и вдруг я подумал, что Сирс и Робак вели себя очень странно в последнее время. Поэтому я отошел в сторону, на случай, если они решат прострелить дверь.

Тишина. После второго удара, раздался их общий голос, тщательно провозглашая: "отправиться прочь!"

- Откройте, Сирс и Робак! - крикнула Арлин, раздраженная после всего десяти секундной борьбой с их упрямством.

- Господи, вы никогда не сможете поступать как терапевт, А.С.
- Ну что ж, уступаю место светилу психиатрии с фонариком в башке, - сказала она, и в первый раз, ее слова звучали так, словно ее шутка была от сердца.
- Идите в другое место!

- Ну что это с вами? - потребовал я ответа. - Боитесь смерти? Почему? Вы же не можете умереть!

Во время долгой паузы, я слышал как распихивается мебель. Затем дверь приоткрылась, и две головы, одна поверх другой, прижали глаза к щели.
- Мы однажды ломали наш позвоночник, - сказали они.
Они не имеют позвонков, точно, их центральная нервная система опускалась прямо в центр туловища, судя по тому, что я видел в их медицинских записях. Но она на самом деле, легче повреждается, чем у нас, потому что она не защищена костной оболочкой.

- Вы восстанавливаетесь сразу же как только кто-нибудь найдет вас, - напомнила Арлин, - Верно?

- Мы лежать одиннадцать дней в джунглях на (неразборчивое название планеты). Убийцы Фреды нас убьют нас и выставят на показ нас на всю вечность и забросают нас своими листьями с головы.
У Сирса и Робака все еще были серьезные проблемы с английским, несмотря на их статус послов.

- Да ладно вам, С. и Р., сделал я попытку, - Поглядите на нас, мы же с Арлин не бегаем в ужасе. Хотя если мы умрем, мы исчезнем навсегда!

Они сказали что-то, но слишком тихо, чтобы понять, это звучало, как "мы хотели бы мы хотелось бы", но это могло быть "меньше чем вы могли бы".

- Сирс и Робак, Арлин и мне нужна ваша помощь. Нам нужно составить план, что нам делать когда мы ступим на поверхность Фредо-Мира.
- Фредо-Пилюли, - добавила Арлин мне в ухо.

- И мы нуждаемся в вас, чтобы показать нам, как синтезировать достаточно Фредо-Пилюль, чтобы нам остаться в живых до Фредо-Мира ... нам нужно около, ого, двухсот семидесяти.

Сирс и Робак выполнили быстрый расчет - сорок пять дней на двух людей по три приема за день.
- То есть вы признаете, что у нас нет плана как выжить после приземления!

- Точняк, - выдохнула Арлин.
- Дерьмо.
- Теперь нам нужно четыре сотни! Нам будет нужно больше, намного, намного больше для выживания на Фредо-Мире, до тех пор пока мы не сможем понять как работает один из этих чертовых кораблей и прыгнуть назад домой. И вы тоже нуждаетесь в пилюлях, Сирс и Робак.

Две горилы ненадолго уставились на нас, а затем Клейвы распахнули дверь, своими длинными конечностями, которые росли, как у обезьян откуда-то из-под шеи.
- Ладно! Мы все равно обречены, как внутри каюты, так и снаружи.

- Так что вы можете также наслаждаться последними днями жизни в свободном перемещении, - настаивал я. - Когда вы умрете, вы будете видеть и слышать только то, что они выбрали, чтобы показать вам. . . если вообще что-то покажут.

- Да, вы правы насчет этого. Вы должны войти.
Они посторонились, как сиамские близнецы, и я вошел в их комнату в первый раз, следуя за Арлин. В салоне было настолько удивительно странно, что я едва смог признать что по сути, она была одинаковой (по структуре) с моей! Вся мебель была сдвинута в огромную кучу в середине зала, и каждый квадратный сантиметр стен помещения был покрыт чем-то похожим на абстрактную живопись с реальным 3-D эффектом или шваброй прибитой к стене. Комната была оформлена в дизайне интерьера маньяка-убийцы, с желанием оформить комнату так, чтобы она выглядела как его расстроенный ум выглядит изнутри.

- Что за чертовщина? - спросила Арлин, оглядывая стены.
Сирс и Роубак стояли в центре комнаты рядом груды мусора и пристально глядели на нас. Странность была не в том, что они закрепили эти причиндалы на стены - я признаюсь, что у самого есть такая дурная привычка размещать случайным образом фото девиц или танковых сражений на моих собственных стенах, когда у меня появлялось такое желание. Но Сирс и Роубак покрыли буквально каждый миллиметр переборок, так как будто их страх перед приземлением на Фредо-Мире как-то был перенесен в ужас нанесенный на серый фон, цвет металла боевого корабля.

Они выяснили как работает принтер в комнате и распечатали и все картинки, которые только смогли найти, и развесили их по стенам. Затем, когда у них кончилась бумага, они начали прикреплять все имеющиеся приспособления Фредов. Они даже перевернули стол на бок и прижали его к одной из стен.

Потолок был цвета остывающей лавы, черный с красными прожилками, и не было похоже, что это их как то беспокоит. Мне даже понравилось это, хотя я не сторонник раскрашивания стен, но все же!

Я огляделся вокруг.
- Вы, как его, вы хотите поговорить об этом? - спросил я стараясь, чтобы голос звучал естественно.

- Нет, сказали Сирс и Робак без тени эмоций.
И на этом все. Они никогда больше не упоминали это картинную галерею, никогда так и не объяснили ее, и мы так никогда и не узнали, что, черт возьми, они думали, когда вытворяли это. Я думаю, что мы с Арлин, научились кое-чему интересному о психологии пришельцев на День Тринадцатый нашего путешествия к Миру-Фредов; но теперь, если бы мы только знали с чем мы столкнулись.

Сирс и Робак вышли из своей норы, не оглядываясь, заняли новую каюту, и не делали ни малейшего попыток, чтобы вновь изуродовать стены. Мы начали репетировать наш последний бой, когда мы приземлимся и входную шлюз будет открыт.

Мы даже знали какая дверь будет открыта первой. Сирс и Робак поработали с Фредовским компьютером и взломали его, ну по крайней мере частично. Последовательность слайдов миссии были рассекречены, и они отобразили их на трехмерном проекторе в комнате, которую мы решили назвать мостиком, и где тело капитана все еще сидело в кресле второго пилота, безо всяких признаков разложения. хотя его головные листья перестали расти, оставив на своем месте отвратительную оранжево-черную комбинацию в стиле Хеллоуина, которую он носил, когда я его убил...возможно признак проявления эмоции - отчаянного ужаса.

График был тщательно проработан: мы знали каждый момент после того как приземлимся, на три дня ранее чем я предполагал, и какая системы будет работать в этот самый момент. Последовательность открывания дверей начнется приблизительно через семьдесят пять минут после приземления, и первая дверь, которая будет открыта после проверки безопасности и выключения энергии, находится на корме, нижний грузовой отсек. Это займет около одиннадцати минут чтобы свалить. В следующие пятьдесят минут или около того, одиннадцать других дверей и доступы к порталам будут разблокированы, и все они кроме двух из них будут открыты автоматически. И мы будем взяты на абордаж злобной армией монстров.

Единственный вопрос заключался в том, какое чертово сообщение выслал капитан Фредов, до того как мы прорвали его оборону. Возможно выслал. Последняя схватка заняла около часа. Сделал ли бы это любой приличный Фред?

Сначала я думал, что они уже двести лет как получили уведомление, что мы идем к ним, но Арлин аж взвыла от смеха, когда я высказал свое предположение.
- Ты что же думаешь, их сообщение путешествует с бесконечной скоростью? Ты что же думаешь, это научная фантастика?
Я ломал свои нейроны в течение нескольких минут - физика никогда не была для меня моей сильной стороной, особенно не типичная относительная. Затем я осознал свою тупость: любое сообщение посланное капитаном Фредов может путешествовать только со скоростью света... И чтобы достичь Фредо-Мира должно пройти двести лет!

Итак, какую фору имеет сообщение перед нами?
- М-м-м, двадцать лет? - гадал я.

Арлин решительно покачала головой.
- Если фактор расширения нашего времени - восемь с половиной недель, или, скажем, шестьдесят дней, к двухсот годам прошедших на Земле и Фредо-Мире - планеты не движутся относительно друг друга, по сравнению со скоростью света, то мы должны двигаться практически на скорости света, по отношению к обеим планетам. Подожди. . . Она пощелкала своими часами-калькуляторами.
- Флай, мы движемся приблизительно с 99.99996% скорости света относительно Земли или Фредо-Мира. В данном приближении, мы бы путешествовали двести световых лет, и прибыли лишь через тридцать пять минут после сообщения.
Я вскочил на ноги.
- Арлин, это фантастика! У них не будет времени на то, чтобы подготовиться, едва ли полчаса!!! Может быть, они смогут мобилизовать кое-какие силы безопасности, но ничего вроде...

- Эй, тпру, любовничек, помедленнее!
Арлин откинулась назад, положив ноги на стол, чуть не задев свою наполовину съеденную тарелку с синими квадратами.
- Если же на самом деле пройдет шестьдесят один день субъективного времени, вместо пятидесяти восьми, или на планетах действительно пройдет двести девять световых лет, а не двести, то наш получасовой рисунок окажется совершенно неверным. И гораздо более важно то, что было бы идеально если, мы достигли бы нашей скорости моментально. Но это не так. ... Нам потребовалось около трех дней, чтобы нарастить ее до предела, и займет еще три дня, чтобы торможения; в течение большей части этого времени, мы будем двигаться достаточно медленно, чтобы это сказалось на нашем факторе расширения скоростей.

- Так ты хочешь сказать ... что возможно у Фредов будет шесть дней предварительного уведомления о нашем прибытии?
- Хм. в основном, да. Самый важный фактор - это ускорение-замедление времени, когда мы не движемся с релятивистскими скоростями.

- Итак, позволь мне подвести итог: они имеют шесть дней для подготовки, - сказал я. - Это точно?

- Достаточно точно, Флай. Я имела ввиду, Сержант. Самое лучше на что мы сможем рассчитывать, в любом случае. Я не совсем уверена, что Сирс и Робак дали нам полностью корректную информацию о единицах измерения Фредов.

У врагов есть шесть дней для мобилизации, и это не очень хорошо, однако я смогу с этим жить. Черт возьми, ведь это намного лучше чем двести лет.

Я разработал план, как старший, в настоящее время, однако у Арлин было несколько хороших идей по изготовлению "ловушек для дураков". Если у Фредов шесть дней, чтобы подготовиться к нашему прибытию, то у нас было восемь недель! Мы хорошо использовали время, тренируясь медленно, и спокойно отступая вниз по кораблю, перекрывая сегменты за нами и активируя, самодельные бомбы, чтобы испортить перегородки. Конечно, мы не могли выиграть, не в долгосрочной перспективе, но, как кто-то однажды сказал, беда в долгосрочной перспективе заключается в том, что в долгосрочной перспективе все умрут!

Ну что ж, эти ублюдки заплатят за каждый метр. Это была моя единственная цель, и на заседании штаба, Арлин и даже Сирс и Робак регулярно соглашались со мной в этом вопросе. Я держал нас в состоянии повышенной готовности; Сирс и Робак выяснили, как заставить корабельный компьютер звенеть различными аварийными сиренами и отрубать энергию в различных частях корабля. Я сам составил график тренировок, и заставил остальных бегать как заведенных.

Затем Арлин устала танцевать как марионетка на цепочке и устроила вместе с Робаком и Сирсом заговор - они решили сымитировать Генеральную Катастрофу 101. А именно: энергия на всем корабле вырубилась за исключением невнятного предупреждающего звука рога на всем пути к отсеку с двигателем. Компьютер (по отдельной схеме) объявлял о начале девятнадцати минутном отсчете до самоуничтожения, создавая при этом звуки бешеного урагана, система вентилирования создавала такой воздушный поток вокруг меня, что создавала эффект пробоины где то в южной части корабля. Это было страшно! У меня чуть внутренности не выскочили наружу. В то время пока корабль досчитал до 30 секунд до взрыва, я все еще не мог найти свои чертовы подштанники, я мотался по кругу как цыпленок у которого оттяпали бошку, вопя и матерясь как сходящий с ума пьяница.

Когда я наконец восстановил свой сердечный ритм и дыхание, я заковал Арлин в кандалы на остаток всего пути. Ну нет, конечно, в самом деле я этого не сделал, но я угрожал это сделать, и судя по тому что она довольно быстро перестала смеяться, услышав это, думаю что она была просто в ужасе.

Сирса и Робака охватило какое-то странное чувство юмора, и они начали устраивать розыгрыши - например каким-то образом добавили звуковые эффекты в наше оружие. Я посетил наше импровизированное "стрельбище", - неиспользуемый по соглашению пятисот метровый рваный и ребристый коридор с ярко раскрашенными маркировками в его дальней части, - но каждый проклятый выстрел издавал долгий пронзительный крик: "Спа-а-а-си-и-те!. Один только Бог знает, где Сирс и Робак достали образец этого вопля.

Я был ошеломлен, когда Сирс и Робак рассказали мне и Арлин, что розыгрыши были единственной универсальной формой юмора по всей галактике. Это был печальный день для меня. Я надеялся, что Галактическая цивилизация продвинулась намного дальше чем эмоциональный уровень тринадцатилетнего подростка.

Но этот розыгрыш навел меня на интересные размышления: было ли возможно, чтобы Фреды просто играли с нами в тщательно продуманный и не смешной розыгрыш, когда они вначале вторглись на Фобос, затем на Марс, а потом и на саму Землю? Может быть, они считали, что люди, которые боролись с ними, это просто кучка ублюдков без чувства юмора, которые не могли понять шуток!
- Нет, это не нормальный, - сказали Сирс и Робак, - Розыгрыш - нельзя, чтобы повредить потерпевшего или они теряют свою мудрость.

- Их мудрость?
Сирс и Робак посмотрели друг на друга; затем они положили свои обезьяноподобные руки друг на голову и осторожно покачали ими взад и вперед, манера, которую за время поездки Арлин и я приняли за способ выражения разочарования на нашем языке.
- Что это такое, они теряют свою одаренность. Они несмешливые - как вы это называете.

- Ладно, я понял. Ну, шутка или нет, нам это не понравилось, и Фреды еще узнают, насколько нам это не понравилось, когда наш грузовой отсек будет открыт.

За четыре дня до посадки, корабль Фредов начал автоматическое торможение; внезапно мы получили большую, чем Земная, силу гравитации на носу, и, что еще раз нас озадачило, в два раза более сильный вектор притяжения по направлению к внешнему углу комнаты. Арлин сделала некоторые вычисления и поняла, что корабль на самом деле ускорился примерно на девяносто шесть гравитациооных постоянных - вот что требовалось, чтобы замедлить нашу скорость относительно ФредоМира для достижения орбиты в течение четырех дней! Так что, должно быть, назначение всех инерциальных затухания поля, было в том чтобы рассеивать силы в виде тепла вокруг корабля. Мы наверное, выглядели как белая звезда в инфракрасном спектре - большая пылающая вспышка - предупреждение Фредов о нашем скором прибытии, в случае, если они забыли.

Все хорошее приходит к концу. Ночь накануне приземления, когда нас еще не приветствовали или атаковали Фредами, Арлин провела ночь, свернувшись в клубок у меня на руках. Это был не первый раз, когда мы провели ночь в одной кровати, раздевшись до трусов; некоторые в Подразделении Фокс не верили, что мы никогда не занимались сексом, но это была правда. Я слишком любил ее, чтобы настаивать на чем-то, что она, вероятно, дала бы мне, даже если она и не хотела, просто так, из дружбы. Но это никогда не мешало нам обнять друг друга, когда становилось слишком страшно, или когда одному из нас было больно из-за разбитой любви. Мы крепко держали друг друга в ночь перед посадкой, Арлин, красивая и высокая плотно прижалась к моему голубому выбритому подбородку, возможно это был наш последний день, но мы по-прежнему нуждались в человеческом тепле, даже в самом конце. Верьте или нет, но мы на самом деле хорошо поспали: у нас не было сомнений или нытья из-за страха, потому что мы знали, что следующим утром мы будем на подступах к бастиону славы Морской Пехоты!

Завтра пришло, и ФредоМир замаячил перед нами на носовых мониторах. С учетом отсутствия цветокоррекции, планета, в основном, была коричневой с черными прямыми линиями пересекающими ее под разными углами, без видимых континентов, воды, или погоды, но зато с тоннами дряни, вращающейся вокруг нее, сверкая на солнце, все снова и снова. Неровные красные полосы могут указывать на интенсивность вулканической деятельности ... "
- Ой-ей, вот уж радость, - сказал я, когда Арлин предположил такую возможность.

- Мы должны оставаться на борту корабля, - сказали Сирс и Робак, как если бы мы не репетировали ничего за последние восемь недель.

- Пристегнуться, - приказал я, - Атмосфера становится достаточно плотной, чтобы ее измерить. Мы, может быть, испытаем несколько тяжелых ударов, согласно графику.
Компьютер Фредов не был лжецом. Нас трясло очень сильно так, что меня укачало почти сразу. Я не сблевал, но у меня было уверенное чувство, что я выгляжу таким же зеленым, как и Сирс с Робаком. Даже Арлин стало неуютно, и она даже не пыталась совершать болезненные движения.

Мы даже не побеспокоился, чтобы пристегнуть труп капитана, и он тут же выскочил со стула. Вау, я был чертовски убежден, что не собираюсь отстегиваться и следовать за ним. Тело его покрутилось вокруг мостика, роняя артишоковые листья по всей своей траектории движения, как бы оставляя нам след, по которому за ним следовать. Я надеялся, что он "чувствовал", каждый удар, никчемный ублюдок, если конечно мертвые инопланетяне вообще что-то "чувствуют"!

Вдруг, я услышал, как такой грохот труб и барабанов, словно шел сам Бог, и корабль крутануло так внезапно, и так сильно, что, кажется, я отрубился; я сморгнул, чтобы прийти в чувство, спустя какое то время ... не знаю, сколько, - и сразу же почувствовал мощную боль, почти агонию, словно моя голова- разламывалась, как будто какой-то Фред или Фредовское чудовище все снова и снова царапало когтем в моем черепе!

Жгучая боль длилась всего четыре или пять секунд, затем она исчезла, но прошло еще несколько секунд, прежде чем цвет вернулся к моему зрению. Я даже не понял, что я вижу в черно-белом до тех пор, пока снова не увидел цвета.

Каждый мускул моего тела болел, как болят они спустя два дня после самых жестких в мире тренировок. Мой желудок сжался - гравитация пропала. Что за черт? Я смотрел в сторону, где я мог видеть только портал: Планета вырисовывались под нами, почти не двигаясь, медленно поднимаясь, чтобы поприветствовать нас. Я не слышал гудения двигателей. Мы что, падаем? С чего бы?

Арлин и Сирс и Робак начали метаться, наконец приходя в сознание. Я понятия не имел, что случилось, или же, как мы вдруг стали приземляться без двигателей, - единственные, кто знал это были Клейвы, но они уже не разговаривали. Арлин начала смотреть по сторонам, приходя к тем же выводам, что и я пару минут назад. Мы вопросительно посмотрели друг на друга, потом я пожал плечами, а она прищурила глаза. Меня не волновало, как давно мы приземлились, но Арлин пыталась сообразить каким образом мы высадились на несколько дней раньше, чем она рассчитывала, если бы Сирс и Робак все же решили стать намного более словоохотливыми, чем они были до настоящего времени. А также если бы ее безмятежное созерцание не было прервано лучевым оружием Фредов и их пулеметами.

В следующее мгновение, возможно и долгое мгновение, мы бежали молча и спокойно, возможно, это был наш последний момент расслабления перед бурей войны. Затем, со стонущим ударом, который звучал так, как если бы весь корабль Фредов раздирали пополам вдоль большой оси, мы выскочили и остановились на какой-то взлетно-посадочной полосе. Мы прибыли в Мир Фредов, потрясенные, но не сбитые с толку.
- Быстро, - поторопил я свои войска.
И мы побежали на наши позиции, на тот случай если Фреды попытаются одурачить нас, пробившись во внутрь, не дожидаясь открытия двери. Однако ничего не происходило, и мы ждали посадочного устройства. Затем, семьдесят пять минут спустя после посадки и точно по расписанию, защитная дверь стала открываться, мучительно медленно, шумя так, как если бы все Фредовы монстры в мире кричали бы в унисон. Мы приготовились к первому удару войск.

Мы ждали, ждали, но ничего не происходило, никто не стучал, не гремел колесами, не взбегал по трапу. Мы сидели по одному, каждый в своем назначенном месте, готовые к бою, который никогда не придет, к войне, которая никогда не начнется.

Я затаивал дыхание так долго, как только мог. Затем, где-то через пятнадцать после того, как мы должны были увидеть первый сучьих Фредов идущих вверх по трапу, и преодолевающих наши первые "оборонительные" позиции (специльно предназначенные, чтобы они их преодолели, хочу добавить), я сжал зубы, чтобы активировать мой микрофон, размещенный в горле, и стал выстукивать Арлин: клик, клик-клик, клик, клик . . .
В кодах Морского Корпуса это означало: "Ничего на моей позиции, что там у вас?"
Крошечный размером с таблетку приемник в моем ухе сообщил мне то, что я боялся услышать: клик, клик-клик. На ее позиции тоже ничего не происходило. У Сирса и Робака не было микрофона и приемника, но они были с Арлин.

Я подождал еще пятнадцать минут, повторяя запрос каждые две минуты; Арлин отвечала каждый раз той же комбинацией: клик, клик-клик. А это вообще Арлин? Подумал я, с внезапной тревогой. Я представил себе как монстры душили ее, прежде чем она успела дать сигнал или выстрелить, возможно они захватили ее в плен, или даже . . . убили ее. Перед моими глазами, стояла картина, как чешуйчатый покрытый грибком палец щелкает по микрофону, повторяя все время одно и тоже - все чисто.

Я выдал скорострельную серию щелчков, пробежав почти через половину сигналых кодов морпехов. Почти сразу же, мой собеседник ответил другой половиной, так что, то ли это была на самом деле ефрейтор Арлин Сандерс или, черт побери, очень смышленый капитан Фредов.
Мои мышцы начала сводить судорога. Я осторожно встал, держа уши топориками и хвост пистолетом. Потянувшись, я вернулся на свою позицию, многие отлично устроенные засады был сорваны из-за нетерпения. Но после часа ожидания, даже мое терпение было исчерпано. Если бы я знал, что они придут, но просто позднее, я
мог бы подождать и неделю! Но все больше и больше, ситуация начинала выглядеть так, словно так оно и будет.

- Конец операции! Собраться в конечной точке сбора! - нащелкал я, через свой передатчик.
Десять минут быстрой ходьбы, и все мы встретились в машинном зале. Арлин уставилась на меня, как будто я был виноват во всем; она все время сжимала и разжимала руку с пистолетом, потирая палец о палец, как-будто она пыталась таким образом разжечь огонь.
- Ну, ладно, малыш, сержант-чувак, и что дальше?
Я пожал плечами.
- Очевидно, что абордажные команда потерялась.

- Ага, значит ты так думаешь? - Если бы сарказм мог бы капать, то я бы уже стоял в луже.
Я почесал подбородок, щетина уже становилась грубой, еще несколько часов, и мне придется побриться еще раз. "Забавно, " - подумал я, что в последний раз я думал, что он будет по настоящему последним разом.
- Ага. А ты, значит, хочешь в разведку?
Арлин повернулась, чтобы взглянуть через плечо, как если бы она услышала шум. Я ничего не слышал.
- Разведку?
- Ну да, разведка - это когда вы выходите отсюда и...
- Я думаю, что если мы не сделаем этого, то нам лучше больше не ложиться спать.

Я повернулся к Сирсу и Робаку, но они тряслись так сильно, что они казались размытыми.
- Мы останемся здесь, - говорили они.
- Мы будем вне права. Мы будем следовать за вами в более позднее время. Мы останемся здесь, пока ты вернешься. Но мы будем следовать за вами в более позднее время.

Я был немного шокирован, когда я понял, что они говорили по-отдельности! Я никогда не видел ничего подобного прежде, чем среди!!! Я даже не знал, что это было физически возможно! Я думаю, что это было их эквивалент множественного расстройства личности, или в данном случае нарушение обратная связи - они не могли двигаться ни вперед, ни назад. Я даже подумал, что вот-вот пойдет дым из их ушей, но они меня разочаровали.

Арлин, и я нашли аварийную панель доступа к двигательному отсеку, старательно открыли его ручным рычагом, а затем мы легко выпрыгнули наружу, с хрустом приземляясь на Мир-Фредов.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/28217/95910

Переводчики: e_v_genius