Готовый перевод Card, Orson Scott: Shadow of the Giant / Кард, Орсон Скотт: Тень Гиганта: 12. ALLAHU AKBAR

12

АЛЛАХ АКБАР

From: Graff%pilgrimage@colmin.gov

To: Borommakot%pinto@IComeAnon.com

Размещено и отправлено с помощью IcomeAnon

Код шифрования ********

Код дешифровки *********

Тема: Советник по инвестициям

Твоя идея переделать Мозговую Игру в советника по инвестициям оказалось на удивление удачной. Пока что мы успели провести только предварительное тестирование, однако уже сейчас результаты поражают всех экспертов. Мы отдали ей контроль над пенсионными фондами Эндера. Как ты и предлагал, мы позаботились о том чтобы все вложения осуществлялись под вымышленными именами, так же как и о том чтобы программа имела широкий доступ к сети всевозможными способами. Она будет практически неуязвимой и необнаруживаемой, если только никто не будет прилагать целенаправленных усилий чтобы ее уничтожить, что так же не может произойти пока никто не будет знать что она существует.

Эндер не будет нуждаться в этих средствах в его колонии, и лучше будет если он не будет о них знать. К сети он сможет подключиться не ранее чем к своему двадцать первому дню рождения, и тогда программа себя представит себя ему и размеры его инвестиций. Учитывая то время что он проведет в путешествии, к этому возрасту он будет иметь внушительное состояние. Значительно большее, хочу заметить, чем даже в самых оптимистичных прогнозах стоимости облигаций Гегемонии.

Таким образом финансы Эндера вне опасности, в отличие от твоих детей.

Еще одна команда трудится над настройкой базы данных Феррейры, которую он нам отправил, так что это даст нам больше полезной информации. Это требует дополнительных исследований, хоть и не основанных на сырых данных, но отдельные операторы вылавливают информацию в различных медицинских, избирательных, транспортных, налоговых базах, базах по недвижимости и других. Некоторыми из них нельзя воспользоваться законно. Вместо тысяч возможных вариантов, которые скорее всего оказались бы пустышкой, теперь у нас сотни, некоторые из которых могут оказаться полезными.

Мне жаль, но на это требуется время. Как только мы получим достаточно веское совпадение, мы должны будем его проверить, с помощью наших наземных агентов. Но по известным причинам, их у нас не так много.

Одновременно, я предлагаю тебе иметь в виду, что наш уговор зависит от того сделаешь ли ты словосочетание Гегемон Питер именем собственным, прежде чем улетишь. Ты спрашивал меня, какой результат я буду считать успехом. Ты можешь улетать если: Питер получит твердый контроль над более чем половиной населения мира, или же у него будет достаточно войск, чтобы быть уверенным в победе против любого возможного противника, независимо от того ведом ли он выпускником Боевой Школы.

Таким образом: Да, Боб, я жду что ты отправишься в Руанду. Мы - самая большая надежда выживания для тебя и твоих детей, а ты наша главнейшая надежда на то что Питер одержит победу и достигнет единства и мира для всех. Твоя задача заключается в том, чтобы Питер получил превосходящие вооруженные силы, а наша задача - найти твоих детей.

Как и ты, я верю, что обе эти цели достижимы.

Алаи думал что захватив контроль над комплексом в Дамаске, он станет волен править как полагается Халифу.

Ему не понадобилось много времени, чтобы понять что это совсем не так.

Все люди в его дворцовом комплексе, включая телохранителей, повиновались ему безоговорочно. Но как только он попытался покинуть его, даже для того чтобы выехать в Дамаск, те кому он доверял больше всего начали уговаривать его: - Это не безопасно, - говорил Иван Ланковский, - Когда вы избавились от людей которые желали вас контролировать здесь, их друзья запаниковали. А их друзья, включая тех что командуют нашими армиями, могут быть где угодно.

- Они следовали моему плану, - сказал Алаи, - я думал они верны Халифу.

- Они были верны только победе, - ответил на это Иван, - Ваш план был безупречен. А вы...были в джише Эндера. Его ближайшим другом. Конечно они последовали вашему плану.

- Выходит они верили мне как мальчику из Боевой Школы, но не как Халифу.

- Они верили в вас как в Халифа, - сказал Иван, - но больше как в номинального Халифа,который делает неясные религиозные заявления и говорит обнадеживающие речи, пока у него есть вазиры и военноначальники, которые будут делать за него трудную и грязную работу, такую как принятие решений и отдача приказов.

- Как далеко они проникли?

- Невозможно сказать, - ответил Иван, - Здесь в Дамаске, верные вам слуги поймали и уничтожили несколько дюжин агентов. И я не позволю вам сесть в самолет в Дамаске, будь он военный или коммерческий.

- Раз я не могу доверять мусульманам, провези меня через Голанские высоты в Израиль, оттуда я улечу на израильском самолете.

- Те же группы что отказываются подчиняться вам в Индии, говорят что мир с Сионистами - преступление против Аллаха.

- Они снова хотят начать весь этот кошмар?

- Жаждут вернуться в старые добрые времена.

- Да, когда мусульманские армии унижали тут и там, а мир ужасался мусульман, из за того что очень много невинных были убиты во имя Аллаха.

- Вы не должны оправдываться передо мной, - покорно сказал Иван.

- Что ж, Иван, - произнес Алаи, - Если я останусь здесь, мои враги покончат с Индией, независимо от того выиграют они или проиграют. В любом случае они придут сюда, обезумевшие от победы или от поражения, тогда это уже не будет иметь значения. В любом случае - я покойник, как ты думаешь?

- Определенно, господин. Мы должны придумать способ вывезти вас отсюда.

- Есть план?

- Все виды планов, - ответил Иван, - Но они подразумевают спасение вашей жизни. А не Халифата.

- Если я убегу, Халифат будет утрачен.

- Если же вы останетесь, вы сохраните Халифат до тех пор пока не будете убиты.

Алаи засмеялся: - Что ж, Иван, ты хорошо все проанализировал. Значит у меня нет выбора. Я должен отправиться к своим врагам, чтобы уничтожить их.

- Я бы предложил вам ковер-самолет, - улыбнулся Иван, - как самое надежное средство передвижения.

- Ты думаешь, что только Джинн сможет доставить меня живым к генералу Раджаму?

- Живым - да.

- Тогда я должен связаться со своим Джинном, - сказал Алаи.

- Думаете сейчас подходящее время?, - спросил Иван, - После последнего видеоролика этой безумной пролетевшего в сети и СМИ, Раджам должно быть сошел с ума.

- Лучшего времени не придумать, - ответил Алаи, - Кстати, Иван, ты можешь мне сказать почему ник Раджама - "Андарйи"?

Это поможет если я скажу, что он сам выбрал себе ник - "толстая веревка"?

- А. Так значит он не относится к его твердости и силе.

- Вообще то он говорит что относится. По крайней мере твердость, по отношению к некой части его тела.

- И все же... это обвисшая веревка.

- Она может быть и толстой.

- Толстая веревка, висит как и любая другая, - сказал Алаи, - если она не слишком коротка.

Иван захохотал: - Я обещаю, что повторю эту шутку на похоронах Раджама.

- Главное не повтори на моих.

- На ваших похоронах меня не будет, - сказал Иван, - Если только это не будет братская могила.

Алаи вернулся к своему компьютеру и принялся составлять несколько сообщения. Через пол часа после того как он их отправил, ему позвонил Феликс Старман из Руанды.

- Мне жаль говорить вам, - сказал Феликс, - но я не могу принимать мусульманских учителей в Руанде.

- К счастью, - ответил Алаи, - я звоню не поэтому.

- Отлично, - сказал Феликс.

- Я звоню в интересах всеобщего мира. И я понимаю что вы уже приняли решение относительно того кто будет самым многообещающим кандидатом для достижения этой цели - нет, без имен.

- Теперь я не понимаю о чем вы говорите.

- Отлично, - сказал Алаи, - Хороший мусульманин всегда полагает что неверные ничего не понимают. Они оба засмеялись. - Все о чем я прошу это дать знать что есть человек пересекающий Руб-эль-Хали пешком потому что его верблюд не дает ему забраться верхом.

- Вы хотите чтобы кто то помог этому бедному страннику?

- Аллах заботится обо всех своих созданиях, но руки Халифа иногда слишком коротки чтобы исполнить волю Аллаха.

- Я надеюсь что этот несчастный горемыка получит помощь как можно скорее, - сказал Феликс.

- Надеюсь что скоро. Я готов в любое время услышать от него добрую весть.

Они попрощались, и Алаи отправился найти Ивана.

- Пакуй, - сказал он.

Иван удивленно поднял брови. - Что вам понадобится?

- Чистое белье. Мой самый пышный костюм Халифа. Три человека которые убьют по одному моему слову и не повернут свое оружие ко мне. И верный человек с видеокамерой, заряженной батареей, и кучей пленки.

- Оператор может быть из преданных солдат? Или это должен быть отдельный человек?

- Пусть все преданные солдаты будут частью этой видео банды.

- Могу я быть одним из этих трех?

- Решай сам, - сказал Алаи, - Если я потерплю крах, все люди что будут со мной непременно погибнут.

- Лучше умереть быстро перед лицом слуги Аллаха, чем умирать медленно от рук его врагов, - произнес Иван.

- Мой любимый русский, - сказал Алаи.

- Я казахский турок, - напомнил ему Иван.

- Аллах был милостив послав тебя ко мне.

- И был милостив дав вас всем правоверным.

- Скажешь ли ты так когда я завершу все что я задумал?

- Всегда, - ответил Иван, - Я всегда ваш преданный слуга.

- Ты слуга Аллаха, - сказал Алаи, - Для меня ты - друг.

Час спустя, Алаи получил сообщение, которое как он знал, было от Петры, несмотря на невинную подпись. Это была просьба помолиться за ребенка которому предстояла операция в крупнейшей клинике Бейрута в семь часов следующим утром. - Мы начнем наши молитвы в пять часов утра, - говорилось в письме, - рассвет застанет нас молящимися.

Алаи только ответил: Я буду молиться за твоего племянника, и за всех тех кто его любит, за то чтобы он жил. Да будет на то воля Аллаха, и мы будем счастливы его мудрости.

Значит ему придется отправиться в Бейрут. Что ж, поездка будет достаточно легкой, проблема в том чтобы сделать это незаметно от кого либо, потому что его враги следят за ним.

Когда он покинул дворцовый комплекс, он забрался в мусоровоз. Иван был против. Но Алаи сказал ему: - Халив который боится испачкаться исполняя волю Аллаха, недостоин править. Он был уверен что если выживет, запишет это и включит в книгу мудрости Халифа Алаи.

Одевшись как старая набожная женщина, Алаи ехал на заднем сидении маленького седана ведомого солдатом в гражданской одежде с фальшивой бородой, намного длиннее чем могла быть настоящая. Если он проиграет, если будет убит, факт того что при этом он был одет как женщина будет использован как доказательство того что он некогда не был достоин быть Халифом. Но если он победит, это станет частью легенды его ума.

Старая женщина пересела в инвалидное кресло чтобы бородатый человек, который доставил ее в Бейрут, мог отвезти ее в больницу.

На крыше ждали три человека с обычными, потертыми чемоданами. Время было без пяти минут пять.

Если кто нибудь в госпитале заметил исчезновение старой женщины, или смотрел на инвалидное кресло, или заинтересовался тремя мужчинами прибывшими отдельно, каждый нес одежду для членов семьи чтобы одеть их домой, тогда весть об этом вероятно уже дошла до врагов Алаи. Если кто то пришел разыскивать их, им бы пришлось его убить. С таким же успехом можно было сделать это прямо в спальне у Раджама.

Без трех минут пять. Два молодых врача - мужчина и женщина, вышли на крышу, якобы покурить. Но вскоре они вышли из поля зрения мужчин, ожидающих с чемоданами.

Иван вопросительно посмотрел на Алаи. Алаи помотал головой. - они здесь чтобы целоваться, - сказал он, - Они всего лишь испугались наших пристальных взглядов.

Иван, будучи осторожным, встал и прошел туда где он мог их видеть. Он вернулся и сел. - Больше чем просто поцелуй, - шепнул он.

- Им не стоит этого делать, если они не женаты, - сказал Алаи, - Почему люди все время думают, есть только два пути - либо соблюдение жестких рамок шариата, либо отрицание всех законов Аллаха?

- Вы небыли влюблены, - сказал Иван

- Ты так думаешь?, - спросил Алаи, - То что я еще не встретил свою женщину, не значит что я никогда не любил.

- Я согласен с этим, - говорил Иван, - но мне довелось узнать, что вы чисты телом.

- Конечно я чист, - сказал Алаи, - Я не женат.

Приземлился медицинский вертолет. Ровно в пять. Когда он достаточно приблизился, Алаи разглядел что он из израильского госпиталя.

- Разве израильские врачи отправляют пациентов в Бейрут?, - спросил Алаи.

- Ливанские врачи отправляют, - сказал Иван.

- Стоит ли нам ожидать что наши друзья ждут когда вертолет улетит? Или это и есть наши друзья?

- Вы прятались в мусорке и одевались как женщина, - ответил Иван, - Разве это идет в сравнение с вертолетом сионистов?

Вертолет приземлился.

Алаи подхватил свой чемодан. Легкий, т.к. забит он был только одеждой вместо оружия, и смело направился к двери вертолета.

- Я тот пассажир за которым вы прилетели?

Пилот кивнул.

Алаи взглянул туда где недавно та парочка отошли поцеловаться. Он увидел шквал эмоций. Они заметили. Им нужно это обсудить.

Он повернулся к пилоту: - Этот вертолет вместит всех пятерых?

- Легко, - отозвался пилот.

- Как насчет семерых?

Пилот пожал плечами: - Мы полетим медленнее и ниже. Но скорее всего сможем.

Алаи повернулся к Ивану: - Пожалуйста, пригласи молодую пару лететь с нами, - Затем Алаи забрался в вертолет. Он мгновенно сбросил женское платье. Под ней на нем был обыкновенный западный деловой костюм.

- Через минуту парочка перепуганных, полураздетых врачей забрались в вертолет под дулом пистолета. Видимо их предупредили, чтобы они сидели тихо, так как они увидели Алаи и узнали его, мужчина побледнел, а женщина принялась плакать, пытаясь застегнуть одежду на себе.

Алаи приблизился и встал на колени перед ними. - Божья дочь, меня не волнует твоя нагота. Я обеспокоен тем, что человек которому ты открыла свое тело не является твоим мужем.

- Мы поженимся, - всхлипнула она.

- Когда придет этот прекрасный день, - сказал Алаи, - ты осчастливишь обнажившись своего мужа, а его нагота будет принадлежать тебе. До тех пор же, я дам эту одежду тебе, - он дал ей платье которое только что снял. - Я не прошу тебя надеть это платье и носить всегда. Но сегодня, когда ты открыла свое сердце греху, возможно тебе стоит одеваться более смиренно.

- Она может подождать с переодеванием пока мы в воздухе?, спросил пилот.

- Конечно, - сказал Алаи.

- Всем пристегнуться,- скомандовал пилот.

- У по бокам вертолета не всем хватало места, в центе была закреплена каталка. Но водитель Алаи усмехнулся и остался стоять: - Я вел вертолет в бою, если я не сумею удержаться на ногах в медицинском, то я засуживая нескольких синяков.

Вертолет накренился набирая высоту, но скоро он пришел в равновесие, женщина отстегнулась и принялась неуклюже одеваться. Все отвернулись в сторону, кроме ее спутника, помогавшего ей одеваться.

- Тем временем Алаи с пилотом переговаривались, стараясь говорить тише.

- Я не хочу везти этих двоих к месту назначения, - сказал Алаи, - Но и убивать их я не собираюсь. Им нужно время чтобы снова найти к Аллаху.

- Мы можем высадить их в Хайфе, или доставить их на Мальту, как вас больше устроит.

- Высадим их в Хайфе.

- Перелет не занял много времени, несмотря на то что они летели низко и медленно. Но пока они добрались врачи притихли и выглядели раскаюивающимися, держались за руки и старались поменьше смотреть на Алаи. Они приземлились на крыше госпиталя в Хафиле, пилот выключил двигатель и вышел чтобы немного поговорить с мужчиной одетым как врач. Затем он открыл дверь. - Я снова должен взлетать, - сказал он, - чтобы освободить место для вашего транспорта. Так что здесь вам придется выйти. За исключением тех двоих.

Доктора испуганно переглянулись.

- С ними все будет в порядке?, -спросил Алаи.

- Для них будет лучше если они не увидят ваш транспорт и отъезд, - сказал пилот, - Скоро наступит рассвет и станет чуть светлее. С ними все будет хорошо.

- Алаи коснулся их обоих и вышел из вертолета.

- Он со своими людьми смотрел как медицинский вертолет взлетает. Вскоре приземлился другой вертолет, но в этот раз это был боевой вертолет дальнего следования, достаточно большой чтобы везти множество солдат в бой, и достаточно вооруженный, чтобы провести их через множество препятствий.

Открылась дверь и на крышу спустился Питер Виггин.

Алаи подошел к нему: - Салам, сказал он.

- И тебе я желаю мира, - сказал Питер.

- Ты еще больше похож на Эндера чем на фотографиях.

- Я обработал их на компьютере, чтобы выглядеть старше и умнее, - пошутил Питер.

- Алаи посмеялся: - Очень мило с твоей стороны присоединиться к нашей поездке.

- Когда Феликс поведал мне историю об одиноком страннике в безжизненной пустыне, я не мог упустить случая чтобы помочь.

- Я думал это будет Боб, - сказал Алаи.

- Есть целая куча народу обученная Бобом, - Но сам Боб сейчас занят другом поручением. Так случилось, что он в Руанде.

- То есть это происходит сейчас?, - спросил Алаи.

- О, нет, -сказал Питер, - он не двинется с места, пока мы не убедимся что ваше маленькое приключение завершилось.

- Ну тогда вперед, - сказал Алаи.

Питер предложил Алаи, войти первым, но затем вошел сам, вперед его солдат. Иван было запротестовал, но Алаи жестом показал ему что все в порядке. Алаи уже поставил все на сотрудничество и доверие Питера. Сейчас уже было поздно беспокоиться о убийстве или похищении. Даже не смотря на то что в внутри были двенадцать солдат гегемонии, как и значительного количества снаряжения. Алаи увидел в тайца, который похоже был командиром, и вспомнил что знал его в Боевой Школе. Должно быть это Сурьявонг. Алаи кивнул ему. Сурьявонг кивнул в ответ.

Теперь их несла реактивная мощь, и на этот раз без смущенной женщины публично упрекнутой, прощенной и одетой. Питер указал на человека который был рядом с ним.

- А я думал, что наш общий друг сказал будто одинокому автостопщику не нужно большого сопровождения, - сказал Питер.

- Достаточный для того чтобы доставить меня туда где некая толстая веревка извивается как змея.

Питер кивнул. - Мои друзья в данный момент пытаются определить его точное местоположение.

Алаи улыбнулся. - Я предполагаю, что далеко от фронта.

- Он в Хайдарабаде, - сказал Питер, - должно быть он чрезвычайно надежно охраняется. Но если он пересечет границу с Пакистаном, охрана сможет обеспечить ему такой надежной защиты.

- В любом случае, - сказал Алаи, - Я не собираюсь подвергать ваших людей опасности.

- Или обнаружению, - сказал Питер, - Не стоит чтобы множество людей узнали о том что к реальной власти вас привели силами Гегемона.

- Похоже вам на руку, каждый раз как я веду борьбу за власть.

- Если вы победите, это будет последний раз, сказал Питер.

- Это в любом случае последний раз, - ответил Алаи с улыбкой, - Независимо от того пойдут ли за мной солдаты или нет.

- Они пойдут, - сказал Питер, - Если им дать шанс.

Алаи указал на своих спутников: - Это и должна обеспечить моя съемочная группа.

Иван улыбнулся и приподнял рубашку так, чтобы было видно что под ней у него бронижилет с гранатами и автоматический пистолет.

- Ох, а я то подумал что вы все просто растолстели, - пошутил Питер.

- Мы дети Боевой Школы, - сказал Алаи, - у нас всегда есть план.

- Тогда вы не станете прорываться с боем.

- Мы войдем так как будто не ожидаем ничего кроме повиновения, - произнес Алаи, - Со включенными камерами. Наш план прост. Но долго он не протянет. Этот толстая веревка, всегда обожал видеокамеры.

- Напыщеный и жестокий, как говорят мои источники, - отметил Питер, - Но не тупой.

- Поглядим, - ответил Алаи.

- Я думаю тебя ждет успех, - сказал Питер.

- Я тоже.

- И когда это произойдет, - сказал Питер, - я думаю вы займетесь тем, о чем так негодует Вирломи.

- Как раз из-за этого я больше не могу ждать подходящего момента. Я должен отмыть Ислам от этого кровавого позора.

- Я верю, что с вами в качестве Халифа, Люди Свободной Земли смогу мирно сосуществовать с объединенным Исламом, - сказал Питер.

- Я тоже в это верю, - ответил Алаи, - Хотя я никогда не смогу этого сказать.

- Но чего Я хочу, - Питер помедлил, - это страховка, которую я мог бы использовать в случае если вы не выживете. В любом случае сегодня или в будущем, я хочу быть уверенным, что мне не придется столкнуться с Халифом с которым мы не сможем жить в мире.

- Питер дал Алаи несколько листов бумаги. Это был сценарий. Алаи начал читать.

- Если вы умрете естественной смертью и передадите трон своему приемнику, тогда это мне не понадобится, - сказал Питер, - если же вы будете убиты, похищены, изгнаны или каким либо другим образом свергнуты силой, мне это будет нужно.

- А что если это тебя убьют или другим образом отстранят от должности?, - спросил Алаи, - Что будет с этой записью тогда, если я все-таки соглашусь сказать все это на камеру.

- Постарайтесь убедить ваших спутников в том что мое убийство не скажется на Исламе хорошо, - сказал Питер, - да и мои врачи и медики будут всеми силами противостоять любым предпосылкам моей безвременной кончины.

- Проще говоря, я должен пойти на риск., - заключил Алаи.

- Единственный случай при котором эта запись будет полезна, это если вас не будет рядом чтобы отказаться от ее использования. В случае же моей смерти, от нее не будет толку для моего несчастного последователя.

- Алаи кивнул: - Достаточно убедительно.

Он встал, открыл свой чемодан и оделся в пышные одежды Халифа, каким его обычно видели Мусульмане. Тем временем, оператор Питера настраивал свое оборудование, задний фон установили так, что бы не выглядело так будто запись сделана на боевом самолете в окружении солдат.

- Около ворот неприступного военного комплекса в Хайдарабаде, когда то бывшей штаб квартиры Индийского военного командования, затем Китайских оккупантов, ныне же - Пакистанских "освободителей" - подъехали три мотоцикла. На двух из них были по два человека, на третьем сидел один человек с ранцем за спиной.

Они остановились подальше от ворот, так что никто не примет это за попытку подрыва. Они подняли свои руки вверх, так чтобы никакой охочий до курка охранник не пристрелил никого из них, пока один из них доставал видеокамеру из ранца и устанавливал на ней спутниковый канал.

Это привлекло внимание охраны, они тут же бросились к телефонам чтобы спросить совета у более авторитетных людей.

Как только камера была готова, человек который был на мотоцикле один скинул походный плащ. Охранники едва не ослепли от белизны его одежд, задолго до того как на его голове эгалем была закреплена его Куфия.

Даже охранники которые небыли на достаточном расстоянии чтобы увидеть его лицо, по его одеждам узнали в молодом смуглом человеке своего Халифа, прибывшего для встречи с ними. Никто из простых солдат и нескольких офицеров не догадывался что Генерал Раджам не рад Халифу приехвашему с визитом.

Камера снимала как Алаи распростер руки чтобы принять поклонение своего народа.

Он беспрепятственно перешагнул КПП.

Кто то подогнал ему джип, но он отклонил предложение и продолжил идти пешком. Его оператор и съемочная группа забрались в джип и ехали сначала рядом, а затем и впереди Халифа. Тем временем помощник Халифа, Иван Ланковский, одетый в гражданского из съемочной группы, объяснял спешащим рядом офицерам, что Халиф прибыл чтобы даровать Генералу Раджаму заслуженные почести.

Его слова быстро распространились, и вскоре процессия Алаи поддерживалась возгласами тысяч солдат, скандирующих и восхваляющих его имя. Они придерживались образа съемочной группы, и те кто оказывался в поле зрения камеры старались бурно выказать свою любовь Халифу, на случай если кто то дома сморит это и может узнать их.

Алаи держался достаточно уверенно. Что бы не планировал Раджам, он не станет этого делать в прямом эфире спутниковой передачи, на глазах у тысяч солдат. Раджам подстроит так, чтобы Алаи погиб в авиакатострофе, или подошлет к нему убийц когда он будет далеко. Теперь, когда он здесь, Раждам будет выжидать, чтобы понять для чего прибыл Алаи, тем временем он продумывал наиболее безобидные предлоги чтобы избавится от него и убить, или отправить его обратно в Дамаск, чтобы там взять его под стражу.

Как Алаи и ожидал, Раджам ждал его на вершине внушительной лестницы ведущей к наиболее прилично выглядящему зданию во всем укреплении. Но Алаи прошел всего несколько ступеней и остановился, повернулся спиной к Раджаму и лицом к солдатам... и к камере. Освещение здесь было прекрасным.

Его съемочная группа заняла места у основания лестницы.

Алаи поднял руки, прося тишины и подождал. Крики утихли.

- Воины Аллаха!, - прокричал он.

Раздался могучий рев, о сразу же стих.

- Где генерал который вел вас?

Еще один возглас... однако в нем было меньше энтузиазма. Алаи надеялся, что Раджам не будет слишком обижаться из за разницы в их популярности.

Алаи не смотрел, он условился с Иваном, чтобы он подал ему знак когда Раджам будет рядом. Он увидел как Иван жестом позвал Раджама занять место по левую руку Алаи, прямо напротив камеры.

Иван подал знак. Алаи повернулся, обнял и поцеловал Раджама.

Нанеси свой смертельный удар, хотел сказать Алаи. Потому что это твой последний шанс, ты предатель, шелудивый пес.

Вместо этого он тихо сказал Раджаму на ухо: - Как говаривал мой старый друг Эндер Виггин - Раджам, врата противника снизу.

Затем он выпустил его из объятий, не обращая внимания на озадаченное выражение на лице Раджама, и взял его за руку разделяя с ним восхваления солдат.

Алаи поднял руки, и наступила тишина.

- Аллах видел все дела, сделанные во имя его здесь в Индии!

Рев толпы. Но также и сомнения на некоторых лицах. Они видели запись Вирломи, включая самую свежую. Некоторые из них, те что посмекалистее, догадались что нельзя быть уверенными в том что Алаи под этим имеет в виду.

- И Аллаху известно, как и вам известно, что ничего небыло сделано в Индии не по воле генерала Раджама!

Рев стал поределенно менее уверенным.

- И вот, настал день, когда Аллах воздаст долг чести что он заслужил!

Едва начались крики, как съемочная группа достали свои автоматы и начинили тело Раджама свинцом.

Сперва многие солдаты решили, что это было покушение на Халифа, а потом поднялся рев. Алаи был рад видеть, что те небыли солдаты-мусульмане истории - немногие бежали от пуль, многие бросились вперед. Но Алаи поднял руки и встал на ступень выше, над телом Раджама. В то же самое время, как и поручил Алаи, Иван и два человека у которых небыло видеокамер подскочили к Алаи и подняли их оружие над своими головами.

- Аллах акбар!, - дружно закричали они, - Мухаммед - его пророк! Алаи - его Халиф!

Алаи снова поднял свои руки, и ждал пока не прекратилась давка у ступеней которые он занимал и наступила относительная тишина. Теперь солдаты были вокруг него.

- Преступления Андарйи Раджама воняют на весь мир! Солдаты Ислама пришли в Индию как освободители! Они пришли во имя Аллаха, как друзья, братья и сестры людей Индии! Но Андарйи Раджам предал Аллаха и его Халифа подстрекаемый некими людьми совершать ужасные преступления!

- Аллах уже объявил цену за совершение подобных преступлений! И теперь, я пришел чтобы отмыть Ислам от подобного зла. Больше никогда ни один мужчина или женщина, или ребенок не будет бояться войска Аллаха! Я приказываю солдатам Аллаха аретстовать любого кто творил зверства против людей которых мы пришли освободить! Я приказываю народам мира не давать пощады этим преступникам. Я приказываю моим солдатам арестовать любого кто отдавал приказы на эти злодеяния, и тех кто знал об этом и не принял мер чтобы наказать их. Арестуйте их и свидетельствуйте против них, а я буду судить их во имя Аллаха.

- Если же они откажутся подчиниться моей власти, значит они восстали против Аллаха. Приведите их ко мне на суд; если они не будут вам противиться, и невиновны, им нечего бояться. В каждом городе и крепости, в каждом лагере и аэродроме, позвольте моим солдатам арестовать преступников и приведите их к офицерам преданным Аллаху и Халифу!

Алаи стоял так долгих десять секунд, пока солдаты возносили его криками. Затем он увидел, что камеры направлены ниже, так как солдаты уже тащили нескольких людей к нему, другие бежали к близлежащим зданиям чтобы найти еще.

Очень жестокое правосудие сейчас начиналось в разрывающей себя на части мусульманской армии. Было бы интересно посмотреть куда примкнут такие люди как премьер-министр Пакистана Джаффар Вахаби. Использовать эту армию для усмирения мусульманского правительства было бы позором.

Но Алаи должен был действовать быстро, даже если это было грязно. Он не мог позволить преступникам организовать заговор против него.

И глядя на обвиняемых выстроенных перед ним в линию под руководством Ивана и его людей, которые, казалось вряд ли будут убиты сегодня после всего, Алаи сказал про себя: Вот, Горячий Супчик! Посмотри как Алаи приспособил твой трюк для своих целей.

Мы все еще учимся друг у друга, мы солдаты из джиша Эндера.

Что до тебя, Питер, храни свою маленькую запись. Она никогда не понадобится. Все люди - орудия в руках Аллаха, и я, не ты, я то орудие которое выбрал Аллах чтобы объединить мир.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/28349/95803

Переводчики: Boookworm