Готовый перевод Fallout Equestria: Project Horizons / Фоллаут Эквестрия: Проект Горизонты: Глава десятая: Делаем ставки

Fallout Equestria : Проект Горизонты
<&==]--[==&>

Автор - Somber
<&==]--[==&>

<center><b>Глава 10. Делаем ставки</b></center>
<&==]--[==&>

<center><i>«Да ну? Думаешь, ты сможешь лучше, ковпоньша?»
«Я знаю, что смогу... Ох, да чтоб тебя!»</i></center>
<&==]--[==&>

Я ненавижу Пустошь. Меньше минуты назад я чувствовала себя хорошо... слегка потрёпанной и пораненной, но в целом хорошо... а сейчас на моих глазах дюжину зебр расстреливал их собственный собрат. Я ненавижу этот мир, в котором моё доверие оборачивается чьей-то гибелью. Ладно, если я сама становлюсь жертвой собственных просчётов, но если я остаюсь в стороне, когда невинные (по крайней мере, настолько невинные, насколько можно быть таким в Пустоши) вокруг меня падают замертво? Я не могу смириться даже с тем, что нет никакого универсального стоп-крана, который можно дёрнуть и крикнуть: «Перерыв! Всё слишком дерьмово!» Мои отнявшиеся ноги по сравнению с этим – всего лишь мелкое неудобство.
<&==]--[==&>

Ненавижу себя, за то что лежу на месте, пока все остальные бегут мне на помощь. Что они говорят мне не двигаться, волнуются за меня. Я вижу измученного голодом жеребёнка, свернувшегося калачиком не дальше, чем в двадцати футах от меня. Можно подумать, что она спит, если бы у неё ещё было лицо. Она меньше часа пробыла на свободе, прежде чем мой спутник-зебра прикончил её. Я ненавидела любую причину, какая могла бы быть у Лансера, чтобы так поступить, ненавидела себя за свою слабость, за то, что у меня даже не было сил закричать: «Помогите им! Хоть кому-нибудь из них! Спасите хоть одного, если сможете, не волнуйтесь за меня.»
<&==]--[==&>

Ненавижу себя, за то что меня спасает чужая доброта, но сама я не могу поступить так же. Стальная пластина в четверть дюйма толщиной погнулась, отразив пулю. Я ненавижу себя, за то что меня дважды предупреждали по поводу Лансера, но я так и не задалась вопросом, почему же он работал с нами. Я была слишком самонадеянна, думая, что он может быть опасен только для меня, потому что моя голова стоила сотню тысяч крышек. К тому же я была пони, так что для него было бы естественно угрожать мне. Я ненавижу себя за то, чтобы была такой глупой и не подумала о том, что он захочет причинить вред рабам.
<&==]--[==&>

Ненавижу себя за то, что могу только плакать, пока Глори говорит мне не двигаться. Ненавижу П-21 и Дасти Трэйлс, что они прижимают меня к земле, вместо того, чтобы дать мне подползти к тем неподвижным полосатым телам, и тратят на меня лечебные зелья вместо того, чтобы дать их зебрам. Ненавижу за то, что они не спасли ни одну из них. Ни одну. Ненавижу себя, что я слишком слаба, чтобы сделать это самой. И больше всего я ненавижу подступающую ко мне темноту, потому что знаю, что она не будет вечной.
<&==]--[==&>

Я ненавижу Пустошь.
<&==]--[==&>

<center>* * *</center>
<&==]--[==&>

Я лежу на животе. Это странно, ведь я обычно сплю на спине. К тому же я на столе. Зачем? Спать нужно в кровати. Это в карты играют за столом. Вокруг меня стоят пони? Почему от меня пахнет кровью? И почему так болят плечи?
<&==]--[==&>

Почему П-21 говорит, что я просыпаюсь? Почему Глори кричит? В чём дело? Мне надо проснуться. Я же делала что-то важное.
<&==]--[==&>

Я вижу Глори с окровавленным скальпелем во рту, склонившуюся надо мной. Меня... снова разрезали, да? Надо выбираться отсюда. Мне надо идти. Кому-то нужна моя помощь.
<&==]--[==&>

П-21 прижимает маленький светящийся шар к моему рогу. Небольшой щелчок и я снова в прекрасном месте. Звёзды такие красивые! Такие красивые!
<&==]--[==&>

Озеро исчезло и я снова на столе. Глори что-то кричит про мой пульс.
<&==]--[==&>

Щёлк! Я снова под звёздами.
<&==]--[==&>

Я снова на столе. Глори нужно больше крови? Пожалуйста, не надо. Её здесь и так море.
<&==]--[==&>

Щёлк! Я снова под звёздами.
<&==]--[==&>

И снова на столе. Я падаю? Нет, я плыву.
<&==]--[==&>

Щёлк! Я снова под звёздами.
<&==]--[==&>

Пожалуйста, разрешите мне остаться со звёздами.
<&==]--[==&>

<center>* * *</center>
<&==]--[==&>

— Я никого не могу послать прямо сейчас вслед за Лансером, П-21. Он может становиться невидимым, так что его трудно будет выследить, — услышала я твёрдый голос Дасти Трэйлс откуда-то снизу. Мне показалось забавным, учитывая, что я лежала на животе и подо мной был матрас, пропитанный кровью, потом и плохими духами. Я рискнула открыть глаза и увидела, что лежу на кровати начальника шахты. Это было одно из тех мест, где мне не хотелось быть. — А если бы им это даже удалось, я бы всё равно их не послала. Он просто убьёт и их тоже.
<&==]--[==&>

— Мы не можем просто так дать ему уйти, — сказал П-21 глухим, обиженным и обозлённым на весь мир голосом.
<&==]--[==&>

— Нет, именно так мы и сделаем. Я знаю, ты хочешь добраться до него хотя бы ради Блэкджек, но у меня не так много пони, чтобы слать погоню за Лансером, — резко ответила Дасти Трэйлс. — И даже если бы я это сделала, П-21, Сайдвиндер не смирится с нашим восстанием просто так. У меня только тридцать или около того бойцов, чтобы остановить этого подонка. Ну, может ещё десяток прибудет, если повезёт. А у него их как минимум пятьдесят, да ещё и такой стимул, чтобы сюда явится. Если он убьёт нас, то не просто отомстит, но заодно получит шахту и вознаграждение в придачу.
<&==]--[==&>

— Пожалуйста, тише. Блэкджек нужно поспать. Она потеряла много крови, — озабоченно произнесла Глори. Я закрыла глаза.
<&==]--[==&>

— Блэкджек надо уходить, Глори. Каждый, кто узнает, что она здесь, придёт сюда. Каждый! Для них она просто куча крышек, которую можно получить. Как скоро мы сможем её перевозить? — Голос П-21 доносился уже со стороны лестницы.
<&==]--[==&>

Я никогда не думала, что Глори может говорить так резко и напряжённо.

— Ты хочешь, чтобы она умерла, П-21? Её нельзя никуда перевозить! Я не ожидала, что она вообще выживет после операции. У неё повреждён спинной мозг... если её сдвинуть с места, она погибнет или останется парализованной. Если бы только у меня были кое-какие анклавовские медикаменты...
<&==]--[==&>

— Так добудь их! — рявкнул П-21. — У тебя же есть крылья! Лети туда и достань всё, что нужно, Глори.
<&==]--[==&>

— Я же сказала, что не могу!
<&==]--[==&>

— Да какого чёрта?! Почему не можешь? Назови хоть одну достойную причину.
<&==]--[==&>

— Потому что меня убьют, как тебе такая?! — Голос Глори срывался на плач. — Ты не подумал, что у Анклава есть защита на такой случай? Если что-нибудь... пегас, воздушный шар, летательный аппарат, что угодно... поднимется слишком высоко, защитные системы уничтожат это. На Циклоне больше молниевых разрядников, чем в любом другом месте на небесах. Мы создали систему молниевых разрядников! Так что мне всё равно, лететь туда или сразу застрелиться здесь.
<&==]--[==&>

— Тогда достань их где-нибудь ещё! — потребовал П-21. — Говоришь, что хочешь помогать нам, так помогай!
<&==]--[==&>

— Где, чёрт тебя дери?! Покажи, где небесный порт, и я сейчас же туда отправлюсь! Скажи, где база Анклава, и я полечу туда! Но я понятия не имею, где в этом проклятом городе найти анклавовцев! — Глори бессильно всхлипнула. — Лучше бы я не прилетала. Лучше бы я оставалась на облаках!
<&==]--[==&>

Они умолкли ненадолго, затем П-21 мягко произнёс:
— Не говори так. Пожалуйста. Если бы тебя здесь не было, Глори, она никогда не смогла бы пройти через всё это.
<&==]--[==&>

Я закрыла глаза.
<i>«Прости, Глори. Тебе надо было оставаться на облаках. Тебе надо было оставаться там, откуда видны звёзды. Они такие красивые... звёзды...»</i>
<&==]--[==&>

<center>* * *</center>
<&==]--[==&>

Я люблю играть в карты. Вот как сейчас. Мы с Пекос режемся в покер с обменом. У меня в животе разливается тепло от выпитого виски, рядом миска с Засахаренными Яблочными Бомбочками – жизнь хороша.

— <i>Делайте ставки...</i> — говорит Крупье.

Карты у меня не очень, поэтому я кидаю на стол всего одну фишку. Бирюзовая кобылка взволнованно смотрит на меня. Неудачная партия. Крупье выиграл. Кишки вываливаются на землю.
<&==]--[==&>

Новая раздача. Неплохо. Я выиграла и добавила к своим фишкам милую пегаску.

— <i>Делайте ставки.</i>

Отличная раздача. Выигрыш обеспечен. Я двигаю в центр стола сорок жеребят. Он поддерживает.

<i>— О-о-о, какая жалость. Никогда не задумывалась, что если...</i>
<&==]--[==&>

— Заткнись и сдавай карты.

Ненавижу этого крупье. С его лица не сходит улыбка, пока он тасует колоду.
<&==]--[==&>

<i>— Делайте ставки.</i>

Я бросаю свои фишки в кучу. Повезло. Выиграла ещё несколько.

<i>— Делайте ставки.</i>
<&==]--[==&>

Паршивая комбинация. Просто паршивая. Плохи дела. Я лишилась тринадцати зебр.
<&==]--[==&>

— <i>Делай ставку,</i> — обращается ко мне Крупье.
<&==]--[==&>

— Обналичь мне фишки, — бормочу я в ответ.
<&==]--[==&>

Он не перестаёт ухмыляться, пока его копыта тасуют передо мной карты.

— <i>О, ты хочешь выйти из игры? Оставайся поблизости, Блэкджек. Ты получишь то, что тебе причитается, совсем скоро,</i> — отвечает он и начинает сдавать карты. — <i>В противном случае, делай свою ставку.</i>
<&==]--[==&>

<center>* * *</center>
<&==]--[==&>

Меня разбудил стук копыт по клавишам терминала. Я открыла один глаз и обрадовалась, обнаружив, что больше не играю в карты. П-21 сидел за терминалом начальника шахты и рылся в его файлах. Я долго наблюдала за ним. Он выглядел... уставшим. Хотя нет. Не уставшим. Постаревшим. Вокруг его глаз появились свежие морщины.
<&==]--[==&>

— Нашёл что-нибудь про Сангвина? — тихо спросила я. Он подскочил от неожиданности, выглядя виновато. Такой вид определённо был ему не к лицу.
<&==]--[==&>

— Всё и ничего, — сказал он, продолжая печатать. — Здесь говорится, что он подписал контракт на поставку драгоценных камней, и считает, что выработку на шахте можно увеличить. А вот здесь — что будет платить на десять процентов больше за поставку сверх плана. Вот договор на поставку ещё сотни рабов.

Он нажал ещё несколько клавиш.

— Насколько я могу судить, эти стимулы на владельца шахты не подействовали. Тогда здесь появился Горгон, чтобы "улучшить" производительность. После этого начальник в своих сообщениях только и делает, что умоляет отозвать Горгона. Наверно, ему ещё не приходилось сталкиваться с пуленепробиваемым пони, который может превращать других в камень.
<&==]--[==&>

Я со стоном закрыла глаза. Эта комната была очень душной и захламлённой. Было бы здорово, если бы ржавый вентилятор под потолком работал, но, кажется, его гарантийный срок уже лет сто как истёк.

— Похоже, там куча информации.
<&==]--[==&>

— Да если бы,— сказал он, нервно постукивая копытом. — Здесь нет никаких его контактных данных. Где он? Что ему нужно? Кажется, он просто брокер, посредник, так сказать. Я не знаю, приобретал ли он эти камни для себя или кого-то другого.

Он закрыл глаза.

— Я знаю, ты рассчитываешь, что я буду всё знать, но... Прости, Блэкджек. Я должен был догадаться.
<&==]--[==&>

Я взглянула на него и увидела, как жеребец понуро опустил голову.

— О чём ты говоришь?
<&==]--[==&>

— Я знал, что от Лансера не стоило ждать добра. Я видел, как он смотрел на тех зебр с того момента, как мы вышли из шахты. Он не подходил к ним. Никого не обнимал и не пожимал копыт. Просто исчез, как только они вышли. Я подумал, что он, может быть, ликвидирует оставшихся охранников, но я ошибся. Я должен был предупредить тебя. Увести их куда-нибудь. Сделать хоть что-то.

Он встал на ноги.

— Это из-за меня они погибли.
<&==]--[==&>

Некоторое время я просто смотрела на него. Как... необычно. Как он мог себя винить? А если бы он ничего не сказал? Там была большая суматоха. Я даже не заметила, что Лансер вёл себя странно.

— Это не твоя вина. Его бы там не было, если бы не я.
<&==]--[==&>

— Нет! — крикнул он, стукнув копытом так сильно, что я вздрогнула и поморщилась.

— Чёрт возьми, Блэкджек, ты дашь мне хоть раз взять вину на себя? Ты всегда это делаешь. Но ты не всегда виновата. На этот раз облажался я, Блэкджек. Не смей винить себя! — сказал он. По щекам жеребца текли слёзы.

— Проклятье, — пробормотал он, утираясь. — Я просто хочу, чтобы всё было по справедливости.
<&==]--[==&>

Он склонил голову, скрипя зубами и пытаясь подавить плач. У меня возникла мысль, как часто он плакал в своей жизни? Я медленно улыбнулась и закрыла глаза.

— Отлично. Ладно. П-21, как ты, супер-умник, умудрился не прочитать мысли хладнокровного зебры-психопата-убийцы? Серьёзно, я думала ты засунешь шашку динамита ему под хвост.
<&==]--[==&>

П-21 уставился на меня так, будто я его лягнула или поцеловала, а затем покраснел и затрясся от смеха. А потом у него на глазах снова появились слёзы; я не могла сказать, от чего. Но мне хотелось думать, что, всё же, от смеха.

— Ох... это всё так неправильно, Блэкджек.
<&==]--[==&>

— Уж если и делать что-то неправильное, то делать это до конца. Так, что бы все заметили.

Я снова закрыла глаза.

— Ты можешь поговорить с Глори? Будь любезен, спроси её, когда я снова смогу чувствовать свои ноги?
<&==]--[==&>

Он дёрнулся и сглотнул.

— Да. Думаю, скоро. Наверно.
<&==]--[==&>

— Хорошо. Потому что нам надо двигаться, — тихо проворчала я. — Такое чувство, что у меня на спине мишень нарисована.
<&==]--[==&>

— Да... это уж точно, — сказал он, хромая к двери. — Хочешь что-нибудь почитать? Видимо, тут, в Хуффе, был серийный убийца.

Он потянулся и поднял газету.

— Ангел Смерти: восемь жеребят. Полиция Хуффингтона: ноль убийц, — прочёл он заголовок. Ниже было что-то написано о «Прадитьёрах», заключённых под стражу из-за событий в утёсе Разбитого Копыта. Но сейчас я была не в настроении это читать... и вообще что-либо читать.
<&==]--[==&>

Он поймал мой взгляд, ухмыльнулся и отложил газету в сторону.

— Ну, тогда отдыхай. Я попробую придумать что-нибудь поинтереснее.

Я не могла сдержать улыбку, глядя ему в след. Был он хромым или нет, его задница не становилась от этого менее аппетитной.
<&==]--[==&>

<center>* * *</center>
<&==]--[==&>

— Чего ты хочешь? — спросила Мамочка, посадив меня к себе на коленки.

— Хочу играть.


— Чего ты хочешь? — спросила холодно Смотрительница, буравя меня своими карими глазами.

— Хочу отомстить.


— Чего ты хочешь, пизда? — спросил насмешливо Деус, стоя надо мной.

— Хочу убить.


— Чего ты хочешь? — спросил Лансер, приставив винтовку к моей голове.

— Хочу умереть.


— Чего ты хочешь? — спросила Дасти Трэйлс, раздавая карты.

— Хочу быть свободной.


— Чего вы хотите? — спросила Флаттершай, обнимая умирающего жеребёнка.

— Хочу поступать правильно.


— Чегось хочешь? — спросил Биг Макинтош, глядя на меня через плечо.

— Хочу любить.


— Чего ты хочешь? — спросила Крышечка со своей спокойной, уверенной улыбкой.

— Я не знаю.


— Чё ты хочешь? — спросила Скудл, лежащая с кишками наружу.

— Прощения.


— Чего ты хочешь? — спросила Монин Глори с окровавленным скальпелем в зубах.

— Правды.


— Чего ты хочешь? — спросил П-21 со своей обычной, скептичной улыбкой.

— Тебя.


— Чего ты хочешь? — спросила Блэкджек.

— ...


<center>* * *</center>
<&==]--[==&>

Я снова открыла глаза, чувствуя мокрую тряпку у себя на лбу. И на ногах. И на крупе. И ещё одну Глори укладывала мне на плечи.
Мне было плохо. Хотя по сравнению с последними случаями, когда мне было плохо, начиная с лучевой болезни до попадания в камнедробилку, сейчас всё было прозаичнее. Жар. Слабость. Усталость. Болезнь. Да, я была больна. Надо сообщить в медицинский... минутку. Глори не работала в медицинском отделе. Точно. Это было не Стойло.
<&==]--[==&>

Чёрт, неужели со мной всё так хреново?
<&==]--[==&>

— Как дела, док? — пробормотала я. Глори чуть не подпрыгнула от неожиданности.
<&==]--[==&>

— Блэкджек! Я не заметила, что ты проснулась, — мягко сказала она, убирая тряпку с моего лица. — У тебя небольшая послеоперационная инфекция. Мы использовали все лечебные зелья, какие только могли, чтобы бороться с ней, и, думаю, скоро ты поправишься, но...
<&==]--[==&>

— Не волнуйся, — вздохнув, негромко сказала я. — Уверена, ты совсем скоро меня вылечишь, Глори.

Я пошевелила задним копытом и улыбнулась.

— Смотри... почти как новое. Хотя... мне всё-таки интересно... что у тебя вообще за профессия? Ты медицинский техник?
<&==]--[==&>

— Вроде того, — прошептала она, вытирая пот с моего лба.
<&==]--[==&>

— И где же медицинский техник может так научиться орудовать скальпелем? — тихо спросила я, глядя на неё, перед тем, как закрыть глаза.

Возможно, это было из-за лихорадки; я отчётливо поняла, что стою на пороге смерти. Глори прикусила нижнюю губу и отвела взгляд. Я с улыбкой вздохнула.

— Не хочешь – не отвечай, но у меня будет ещё много вопросов.
<&==]--[==&>

Глори погладила меня по гриве.

— У меня был хороший учитель. Выдающийся учитель. И я была... эх, терпеть не могу это слово... они говорили, что я была одарённой. Я уже завершила предварительное обучение к тому времени, как получила свою кьютимарку, и собиралась стать настоящим врачом. Я училась у доктора Монингстара.
<&==]--[==&>

— А я бы сейчас поучилась у доктора Виски.
<&==]--[==&>

— Алкоголь тебе сейчас не поможет. Да и мы всё равно его уже израсходовали на стерилизацию инструментов и тебя.
<&==]--[==&>

— Меня стерилизовали? А я-то надеялась сделать свою Маму первой бабушкой Стойла.

<i>«Ух ты! Оказывается, маленькая серая пегаска умеет менять свой цвет!»</i>

— Жалко, что виски не осталось. — Я посмотрела на неё. — А скотч есть?
<&==]--[==&>

Она засмеялась, теребя копытом нос и пытаясь этим скрыть свою улыбку.

— Забавно, но это был его любимый метод "анестезии" после экзаменов. И так же мы "лечились" после его лекций. Но всё же он был очень хорошим преподавателем и чудесным врачом. Мне пришлось бы годами ждать, чтобы понаблюдать за такими операциями, на которых он разрешал мне присутствовать. И даже ассистировать ему, если операция была несложной.

Она склонила голову и тихонько прошептала:
— Я видела, как он проводил операцию при травме позвоночника, похожей на твою.
<&==]--[==&>

— Так что же случилось? — я заметила, как она вздрогнула, отвернувшись. — О нет, Глори, пожалуйста, не увиливай, ты так здорово рассказывала.

Пегаска слегка улыбнулась в ответ.
<&==]--[==&>

Пытаясь подобрать слова, Глори несколько раз открыла и закрыла рот. Наконец, она просто вздохнула.

— Ну, образовался Добровольческий Корпус. Мы потратили годы на его организацию. Анклав всегда жёстко контролировал доступ к поверхности, но были сотни студентов и целый факультет в академии, которые желали большего. В Совет пегасов подали несколько петиций. И, наконец, Добровольческий Корпус всё же был основан.

Она снова вздохнула.

— Доктор Монингстар был... ну... несогласен с его созданием. Он уже бывал на поверхности вместе с научными группами.
<&==]--[==&>

С тяжёлым вздохом, Глори закрыла глаза и отвернулась к грязному окну.

— Мы ужасно поссорились. Просто ужасно. Я назвала его грубым и чёрствым чудовищем за то, что он не хотел использовать свои навыки для помощи кому-либо, кроме пегасов. А он назвал меня идеалистичной дурой, которая обречена бессмысленно умереть.
<&==]--[==&>

— О-ох, — промямлила я.
<&==]--[==&>

— Да, позже он пытался поправить наши отношения, но, знаешь, я иногда бываю такой дурой. Меня очень обидело такое отношение. Пегасы, которых я знала много лет, заклеймили нас дашитами и обвинили в том, что мы отвернулись от Анклава.

Я никогда раньше не видела Глори такой... разгневанной.
<&==]--[==&>

— Дашитами? Наверно, это что-то нехорошее.

Учитывая, что я была серьёзно больна, мне не хотелось слишком напрягать моего доктора расспросами. Однако, мне ещё никогда не удавалось так её разговорить.
<&==]--[==&>

Глори чуть успокоилась, но всё ещё оставалась хмурой.

— Да, так и есть. Некоторые пони покидают Анклав. Они не согласны с правилами. Некоторые бегут на поверхность, чтобы избежать наказания за свои преступления. Другие делают это, восхищаясь Рэйнбоу Дэш, — она слегка вздрогнула. — У них плохие перспективы. Некоторые находят дикие облака и селятся на них, но большинство вытесняют на поверхность. Как только ты становишься дашитом, обратного пути в Анклав для тебя больше нет. Но гораздо хуже этого тот позор, который ты приносишь своей семье. Родители могут потерять должности, братья и сёстры – стать изгоями. В общем, это нелёгкое решение.

Я слышала в голосе маленькой пегаски невиданную ранее твёрдую уверенность.
<&==]--[==&>

— Ты знала кого-нибудь из дашитов?

Лучше бы я не спрашивала. Никогда ещё не видела, чтобы Глори выглядела... эээ... как П-21.

— Чем Добровольческий Корпус от них отличается?
<&==]--[==&>

— Мы хотим изменить законы, а не нарушить их. Наши законы не высечены на камне. Облака меняются. И так же должны меняться законы, в которых больше нет нужды. Думаю, на Циклоне нам разрешили спуститься, лишь бы убрать с глаз долой, но главное что они разрешили.

Она закрыла глаза и торжественно сказала:
— Рэйнбоу Дэш была замечательной пони с добрым сердцем, но слишком горячей головой. Если бы она подождала двадцать лет – всего двадцать лет – как много она могла бы изменить!

Затем Глори посмотрела на меня с очень странной улыбкой.

— Она была необыкновенной пони. Она и её друзья. Но кое в чём она была идиоткой.
<&==]--[==&>

— А, я поняла. Наверно, мне становится лучше, — сказала я, улыбаясь. — Думаю, это был намёк на меня.

Довольно с меня сердитой Глори. Я не верила, что в ней могло быть столько гнева.
<&==]--[==&>

— Ч-что? Нет, ни в коем случае! Ты... я имею в виду... ну... ты тоже необыкновенная пони, Блэкджек. — Она нервно улыбнулась, а потом вздохнула и с сожалением добавила:
— Но иногда... и ты поступаешь идиотски. Прости.
<&==]--[==&>

— Да всё нормально. Все знают, что я глупая пони, — сказала я, растянувшись на матрасе. — Вот если бы только я смогла кого-нибудь из них спасти. Хоть одного. Но Лансер убил их всех.

Странно, но Глори от этого не погрустнела; наоборот, она выглядела озадаченной. А затем она вдруг просияла.
<&==]--[==&>

— О нет, не всех.

Я моргнула.

<i>«О чём она?»</i>

— Секаши и её кобылка Майина выжили. Они ранены, и Майина едва выкарабкалась, но они будут жить. — Глори улыбнулась мне. — Лансер, конечно, большой мастер убивать, но даже ему не под силу сделать тринадцать смертельных выстрелов за десять секунд.
<&==]--[==&>

Я бы расцеловала её, если бы для этого не надо было вставать. И целовать.

— Я... так благодарна, что ты мне сказала.

Я усмехнулась, закрывая глаза и думая о костлявом ублюдке, сдававшем карты.

<i>«Двоих ты не получил.»</i>

— Но за одиннадцать остальных он ещё ответит, — сказала я, делая глубокий вдох.

<i>«Двоих ты не получил, костлявая сволочь.»</i>

— Позже я бы хотела с ними поговорить. А сейчас, можно я ещё разок загляну в шар памяти Макинтоша? Спина меня просто убивает.
<&==]--[==&>

— А... конечно. Я пока займусь твоим снаряжением, — сказала Глори.

Она порылась в моих сумках, достала шар и прижала его к моему рогу. Я улыбнулась, устанавливая соединение и радостно предвкушая, как снова увижу звёзды. То небо было так не похоже на наше. Оно было таким... мирным.
<&==]--[==&>

<center>&lt;-=======ooO Ooo=======-&gt;</center>
<&==]--[==&>

Не мирным! Совсем не мирным! Опустите меня! Опустите меня на землю сейчас же!!! Я лечу в воздухе, несусь, маневрируя, сквозь задымлённое небо и даже глаза закрыть не могу! Тут же в воздухе засвистели пули, и несколько чудищ, похожих на огромных птиц с кошачьими телами, развернулись и сели мне на хвост. Я закусила зубами уздечку, взмахнула крыльями и сделала переворот в воздухе. Несмотря на то, что я летела вверх тормашками и задом наперёд, я смогла поймать в поле зрения одно из этих созданий. В этот момент мне показалось, будто я активировала З.П.С. в своём ПипБаке. Винтовки, расположенные по бокам от меня, выпустили несколько очередей из свинцовых пуль и красных лучей, и птицеподобная тварь, объятая пламенем, камнем полетела вниз, к земле.
<&==]--[==&>

К земле, которая была далеко-далеко подо мною. И которая стала намного ближе, когда мой носитель (<i>«Стоп... носитель? Срань Селестья, я в теле <b>жеребца</b>!»</i>) перевернулся ещё раз и помчался вниз с ещё одной тварью-преследовательницей.

Учитывая своё состояние, прямо сейчас я себя чувствовала определённо не в своей тарелке. В особенности с таким носителем! Да если бы я могла зарыдать, сблевануть или обмочиться, как маленький жеребёнок, то я сделала бы всё сразу и прямо сейчас!

Синяя пегаска, летевшая подо мною, внезапно развернулась и помчалась прямо на меня. Она же сейчас в меня врежется!
<&==]--[==&>

В самый последний момент мой носитель наклонился вправо, а пегаска сдвинулась влево. Эти двое пролетели так близко, что успели обменяться брохуфом. Отлетев, кобыла сделала несколько очередей из своего автомата в моего преследователя. Раненая, дымящаяся тварь рванула от нас что есть сил на поиски прикрытия.
<&==]--[==&>

— Ненавижу, когда грифоны сбегают, — усмехнулась синяя пегаска, посмотрев на меня. Я лишь пожала плечами, на что она мотнула головой.

— Да-да, ты прав. Если что, тут есть ещё много грифонов. А сейчас летим к нашим. Зебрам тут что-то понадобилось, что-то очень важное.
<&==]--[==&>

Мы с пегаской летели над Богинями забытой землёй, и смотря вниз, я начала понимать, что кобылка имела ввиду: целая армия зебр под нами пыталась прорваться через линию обороны пони, а немного южнее парили драконы, будто выискивая что-то на земле.
<&==]--[==&>

Мой носитель и его соратница приземлились у укреплений на вершине холма. Кучка пони-солдат сдерживали натиск в десятки раз превосходящих сил противника. Огромный серый пони вертел своим многоствольным пулеметом из стороны в сторону, обстреливая зебр внизу.

— Подави-и-и-итесь, тва-а-ари! — радостно орал он, пока цепочка из пуль сантиметр за сантиметром исчезала в его пулемете.

— Твииист! Перезаряди! — крикнул он снова.
<&==]--[==&>

Кобыла с рыжей гривой пригнулась и бросилась к опустевшему ящику для пулемётной ленты, держа в зубах свежий. Пинком отшвырнув старый, она бросила новый на его место. Серый пони убрал копыта со спускового механизма, нетерпеливо двигая челюстями. Твист откинула крышку ящика, вытащила конец новой ленты и отточенными движениями, помогая себе копытами, прикрепила его к концу старой, ещё остававшейся в пулемёте.

— Готово! — крикнула она.
<&==]--[==&>

— Спасиб! — выпалил серый пони, и когда оружие вновь заработало и начало поливать зебр свинцом, он радостно завопил:
— Сдо-о-охните, полосатые ублю-ю-юдки!
<&==]--[==&>

— Не за что, — ответила кобыла кремового цвета с лёгкой улыбкой. Она совсем не вписывалась в окружающую обстановку, она, наверное, была вдвое моложе, чем большинство этих пони. На ней были толстые очки, скрепленные изолентой. Однако, даже несмотря на свист пуль и стрёкот пулемёта, она выглядела увлечённо. Она прошла мимо пегаса, в котором я "была" и со смешком сказала, кивнув в сторону жеребца с миниганом:

— Какой здоровяк, а, Стоунвин? — Я услышала, как мой носитель фыркнул и ощутила, как он широко улыбнулся.
<&==]--[==&>

Жёлтый земной пони с наушниками и такой горой оборудования на спине, что он походил скорее на верблюда, возился со своим ПипБаком. Это был самый странный ПипБак, который я когда-либо видела, он был размером едва ли не со всю его переднюю ногу.

— Командование хочет, чтобы мы отступили к позиции 210, к метеостанции.
<&==]--[==&>

— Разве тогда мы не должны так поступить? — спросил хмурый жеребёнок, с ног до головы облачённый в бронекостюм. Я даже не могла разглядеть его лицо из-под шлема, который был явно ему велик. К сожалению, мой носитель почти не смотрел на него.
<&==]--[==&>

Синяя пегаска посмотрела на тело в углу.

— Ну, наш офицер не может подтвердить приказ с дыркой в голове, — большая золотая пластина, с дыркой от пули в ней, украшала его шлем. Она была как мишень у него на голове. Пегаска фыркнула.

— Забудьте, что говорит командование. Половину времени я вообще не знаю, кто у нас командир.
<&==]--[==&>

— Мы должны подчинятся приказам, Джетстрим, — тихо сказал Флэк Джекет, посмотрев на синюю пегаску.
<&==]--[==&>

— А что скажет большой парень? — спросила Твист.
<&==]--[==&>

Я ожидала, что все посмотрят на маньяка с пулемётом, но вместо этого все, включая самого маньяка, обернулись на левый край укреплений, где стоял большой красный жеребец с боевым седлом, на котором была смонтирована автоматическая винтовка и дробовик с ленточным питанием. Он жевал соломинку и смотрел вниз, на наступающие силы зебр.

— Не-а, — лениво произнёс он. — Мы только что добрались сюда. Я думаю, мы должны тут остаться.
<&==]--[==&>

— Хорошо, Биг Макинтош. — Твист посмотрела на пони, обвешенного электронным оборудованием. — Вы слышали его! Скажите им, что нас тут прижали, или, что у нас тут дела, что-то типа того!

Она прыгнула на край укреплений, при этом не сильно высовываясь и столкнула шлем с парапета. В него тут же полетели пули. Твист внимательно осмотрела дырки в нём.

— Ооо... я бы сказала, стреляли примерно с девяноста метров, — сказала она, улыбнувшись моему носителю.
<&==]--[==&>

<i>«Почему она посмотрела на мень... АААААА?!» </i>

Я снова была в воздухе с синей пегаской, и мы пробивали путь через неб... нет. Небо было выше всего того, что творилось в воздухе. Мой носитель закрутился, пикировал и обстрелял выемку у подножия холма. Я не могла ничего разглядеть, но, внезапно, зебры замерцали, как будто были одеты в снайперские стелс-плащи. С вершины холма открыли огонь. Не слишком плотный, хоть их и значительно превосходили числом. Этот холм стал скалой, о которое разбивалось море зебр.
<&==]--[==&>

И держал эту скалу никто иной, как Биг Макинтош. Он постоянно двигался, но не отступал и не прятался за укрытия. Он не ругался и не кричал на врагов, пробивающихся наверх. Из своей винтовки он пускал короткие очереди со смертельной точностью, а если враги подходили слишком близко, в игру вступал дробовик, выпускающий смертельное заграждение из картечи. Некоторые зебры, более шустрые, чем, как я думала, вообще было физически возможно, пытались атаковать его голыми копытами! Но Биг Макинтош оставался на вершине и отражал их атаки с внушающей уважение храбростью и дисциплиной. Некоторые пони были ранены. Некоторые убиты. Но пока Биг Макинтош стоял там, никто не прошёл через их оборону, даже не смотря на то, что зебры подбирались всё ближе.
<&==]--[==&>

Маленькая группа пони стреляла в ответ и сеяла смерть среди врагов, в двадцать раз превосходящих их числом. Стелс-плащи не были особо эффективными против минигана, но даже он не мог палить во все стороны одновременно, некоторым врагам всё же удавалось проникнуть в укрепления. Я была поражена тем, как Твист, самая маленькая из группы, яростно кидалась на них в копытопашную, вместо того, чтобы позволить им атаковать её товарищей. Белый единорог стоял как благородный принц, лицом к лицу с ордой врагов. Оружие в его боевом седле было дополнено парой пистолетов с элегантной резьбой. <i>«Как я сама до такого не додумалась?»</i> Чёрная единорожка едва могла двигаться, но даже несмотря на этого её винтовка снимала зебринских офицеров с ужасающей точностью.
<&==]--[==&>

Они были такими героями, каких я и представить себе не могла. Они обладали такой доблестью и отвагой, какой я и не надеялась обладать. Я была так поражена увиденным, что и думать забыла о своём страхе перед высотой и небом. Даже мой носитель и Джетстрим поразили меня. Помня, что это не я летаю, я восхищалась их умением, грацией и храбростью. Джетстрим была быстрее, мой носитель сильнее. Ещё несколько грифонов сели мне на хвост и попытались атаковать, но Джетстрим быстро разобралась с ними.
<&==]--[==&>

В конце концов, враги были остановлены на склоне, и я приземлилась на вершине рядом с другим пегасом.

— Это было круто, Джетстрим, — сказала Твист, перезаряжая барабан. Она улыбнулась, держа мятный леденец во рту. — Хочешь, Стоунвин?

Стоунвин, в котором, очевидно, я и была, с энтузиазмом кивнул.
<&==]--[==&>

Джетстрим улыбнулась и с радостью начала жевать леденец. — Спасибо... М-м-м, а эти конфеты очень даже ничего. И когда ты только находишь время для готовки? — <i>«Вот бы ещё и их рецепт узнать. Вкуснятина, не то, что местная еда! Конечно, готовка конфет не поможет спасти мою шкуру, но если сильно захотеть...»</i>
<&==]--[==&>

— О, это настоящая загадка, — улыбнулась она, затем взглянула на единорожку, осматривавшую долину под нами через большой прицел винтовки. — А ты хочешь, Псалм?

Мой носитель положил на голову Твист одно из своих крыльев и покачал головой.
<&==]--[==&>

Стоящая рядом со мной пегаска погрустнела, когда мы все посмотрели на черную единорожку, смотрящую вниз, её губы легонько дрожали. Псалм делала медленные, почти механические, выстрелы из ружья с длинным дулом.

<i><b>БАХ!</b></i>

— Прости меня Луна за сие прегрешение: я лишила жизни другого.

<i><b>БАХ!</b></i>

— Прости меня Селестия за сие прегрешение: я лишила жизни другого.

<i><b>БАХ! БАХ! БАХ! БАХ!</b></i>

Каждая смерть сопровождалась шёпотом безнадёжной мольбы о прощении.
<&==]--[==&>

Я видела своими глазами, как ковалась Пустошь: один удар – одна искалеченная душа. Ну... точнее глазами Стоунвина... Эти шары памяти путают меня!
<&==]--[==&>

— Как они так близко подобрались к Хуффу? Мы должны были остановить их до того, как они добрались до сюда, — спросила Джетстрим, заметив перегруппировку нападающих для следующей атаки.
<&==]--[==&>

— Бримстоун с дюжиной других драконов смогли притащить сюда целый легион, — сказал красивый единорог, очень похожий на Принца Сплендида, если не считать изумрудные глаза, гриву и автоматические винтовки по бокам. Убила бы за то, чтобы узнать, как ему, перемазанному в грязи и крови, удаётся так аппетитно выглядеть.
<&==]--[==&>

— Ну почему тут, Вэнити? Они никуда не рвутся! — запротестовала Джетстрим. — Я думала они направляются к больнице, но, похоже, их больше интересуют эти холмы. Они хотят занять опорную точку для б́олее мощного вторжения?
<&==]--[==&>

— Прекращай пытаться думать как офицер, Джетстрим. У тебя еще не настолько крыша поехала, — сказала Твист, ещё раз осматривая склон. — Поэтому мы тут и остаёмся, а, большой парень?
<&==]--[==&>

Все взгляды устремились на Биг Макинтоша, тихо жующего травинку. Он медленно кивнул в согласие:
— Агась, кажись, им очень нужна эта высота, но им придётся заплатить за неё.
<&==]--[==&>

Глядя на тела зебр на склоне холма, я поняла, что цена эта была чертовски высока.
<&==]--[==&>

Пони с рацией навострил уши: — Эм... Ещё приказ. Они хотят, чтобы мы удерживали холм. Шэдоуболты на подходе, расчетное время - две минуты. Всем пегасам построиться и оказать поддержку.
<&==]--[==&>

— Шэдоуболты? Должно быть, их цель – драконы. Есть тут один к юга от сюда. — Джетстрим лениво улыбнулась моему носителю. — Ну что ж, давайте протянем Рэйнбоу Дэш копыто помощи. Стоун, хочешь снова попробовать взять у неё автограф? — Мой носитель радостно закивал.
<&==]--[==&>

— Говорю тебе, я читал в журналах «Студ», что Дэш интересуют только кобылки. Вы тратите время впустую, — лениво хихикнул большой серый пони.
<&==]--[==&>

— Фуу.. И ты целуешь свою мать этим ртом?.. — сердито спросила Твист.
<&==]--[==&>

— Не, только твою. — Твист ощетинилась, и на миг я была уверена, что она собиралась побить серого пони, который был в два раза больше её.
<&==]--[==&>

— Может вы оба перестанете? — гневно пробормотал Флэк Джэкет. Учитывая то, что у него была куча гранат, лично я не хотела бы видеть его рассерженным.
<&==]--[==&>

— Он прав. Кончай это, Дуф, — тихо произнёс Биг Макинтош, и все немедленно вернулись в укрепление. — Они скоро снова начнут напирать. Джет, Стоун, вперёд – помогать Шэдоуболтам справится с драконами, пока они не добрались сюда.
<&==]--[==&>

— Ты просто будь здесь, когда мы вернемся. Как мы можем быть Мародёрами Макинтоша без Биг Макинтоша? — попросил Джетстрим, прежде чем пара припала к земле и синхронно взлетела. Десятки пегасов из других подразделений также взлетали, образуя длинные построения. Я очень хотела закрыть глаза, но судя по улыбке Стоунвин это был момент всей его жизни.
<&==]--[==&>

А потом они столкнулись с драконами. Вооружённые и бронированные грифоны с треском сломили строй пегасов, ознаменовав собой начало боя. Крупные драконы имели всадников, которые вели винтовочный огонь! Это было безумие, и очевидно, пегасы впервые столкнулись с подобным. Они казалось, были в недоумении, кого атаковать первым. Грифонов? Зебринских снайперов? Драконов, извергающих пламя? Какое-то время мне казалось, что стану свидетелем разгрома.
<&==]--[==&>

Это что… радуга?
<&==]--[==&>

Поток радуги вырвался прямо со стороны Хуффингтона, сопровождаемый волнами грозовых туч. Ниже себя я увидела отряд пони, дерущихся как герои. А сейчас я видела девять пегасов дерущихся словно богини. Нет. Они были едины. За весь бой они не разбили строй и бились как единое целое. Пегаска, за которой тянулся радужный след, промчалась мимо морды дракона, обстреляв его из своих пушек. Следующая пара сделала тоже самое. И следующая. И следующая. Концентрированный огонь разрывными патронами вдребезги разбили череп дракона. То, что осталось от чешуйчатой твари, медленно повалилось на землю, скинув со спины зебринских снайперов. О’кей, я действительно не хочу видеть это!
<&==]--[==&>

Везде, куда следовала радуга, её сопровождали темные грозовые тучи. Если их строй ломался, то тут же собирался вновь Любой выстрел радужной кобылы и остальные следовали её примеру. Я никогда не думала, что возможна такая координация и единство! Они были непобедимы, но. Когда они начали атаку на огромного дракона, раза в три больше мутадракона, которого мы убили, двух пегасов поглотил поток пламени его дыхания. Семеро оставшихся сомкнули ряды и не подумав прекращать напор.
<&==]--[==&>

— Стоун! — Я смутно услышала предупреждающий крик. Что-то ударило в голову Стоунвина, вызвав огромный взрыв боли, а затем он упал в темноту.
<&==]--[==&>

<center>&lt;-=======ooO Ooo=======-&gt;</center>
<&==]--[==&>

Я распахнула глаза, пытаясь сделать глоток воздуха. Но моё тело напомнило, что сейчас не время для активной деятельности. Я была рада, что могла пошевелить всеми ногами.

— Ты была в отключке некоторое время, — сказала Дасти, песочного цвета пони, сидящая рядом с моей кроватью. — В прошлый раз мы не смогли удержать тебя в шаре памяти. Но в этот раз я даже не смогла тебя вытащить.
<&==]--[==&>

— Она дала мне не тот шар памяти, — простонала я, поднимая шар и глядя на клубящийся свет. — Им нужно найти способ прикреплять наклейки на эти штуки.
<&==]--[==&>

— К сожалению, у нас появились большие проблемы. У вас лишь пару часов, на то, чтобы уйти, прежде, чем тут начнётся ад. Красная Борода узнал, что ты здесь, и что ты ранена... Думаю каждая гадина с винтовкой уже в пути. Нужно, чтобы ты выбралась отсюда, прежде чем заявятся они.
<&==]--[==&>

— А что насчёт тебя и Пекос?
<&==]--[==&>

— Не волнуйся об этом. Награда за твою голову — единственная причина, которая позволяет Сайдвайндеру держать под контролем большую часть Пекос, чтобы попытаться отбить это место. Когда ты уйдёшь, а мы вооружим освобождённых пони... Думаю, мы сможем прогнать его отсюда. Особенно если я предложу нанять их. — Она хихикнула и встряхнула головой. — Но если за тобой придут несколько сотен охотников... нам придётся туго.

Кашлянув, Дасти развернула грубую, нарисованную ртом карту:

— Мне кажется, лучший вариантом для тебя будет держать путь вдоль железнодорожных путей на запад, обойти Вечнодикий лес и Бесплодные земли, и пройти через Понивилль. Слышала что, кто-то вычистил здоровую кучу рейдеров в тех местах. Оттуда ты сможешь добраться до Новой Эппллузы или попробовать пройти в Башню Тенпони. — Она взглянула на карту и нахмурилась — Это займёт примерно месяц, но...
<&==]--[==&>

— Я не хочу угробить целый месяц только чтобы добраться до Мэйнхэттена, — сказала я, со стоном попытавшись поднять собственные копыта. Вот именно, что <i>попытавшись</i>. Похоже, это было ошибкой.
<&==]--[==&>

— Может, до тебя ещё не дошло, но ты сейчас одной ногой в могиле, а в скором времени, возможно, и всеми четырьмя. Рабы, которых ты тут освободила, преклоняются перед тобой, но их всего лишь пять десятков против всех тех жадных подонков, которые смогли отползти от своих мамочек. Маловато будет.
<&==]--[==&>

— Я и не говорила, что собираюсь оставаться здесь, — отозвалась я, глядя на карту.

Большинство будет идти с севера по шоссе Сансет. Остальные – с запада, из Флэнка и Парадиза.

— Что за другой путь? — спросила я, указывая на железную дорогу, ведущую к Ядру. — Кто-то упоминал железнодорожные туннели.
<&==]--[==&>

— Проще пристрелить тебя прямо сейчас. Потребуется вооружённый эскорт, чтобы пройти через эти туннели. Там полно диких гулей, радиации, порчи. Хозяин шахты отправлял туда поезда только потому, что не хотел, чтобы Горгон превратил его в камень. — Она нахмурилась. — Дело в том, что у тебя нет особого выбора. Капелла там – единственная община, и я сильно сомневаюсь, что у них даже радио есть. Впрочем, там есть и другие места, в которых ты сможешь отсидеться. Я даже слышала про какое-то стойло.

На самом деле... должна признать, мне было любопытно. И страшно тоже. Впрочем, пока ничего такого, о чём следовало бы рассказать П-21.
<&==]--[==&>

— Если будем следовать линии железной дороги, то сможем проскользнуть незамеченными. Впустишь несколько охотников за наградой, чтобы они убедились, что меня нет. Пусть преследуют меня до Понивилля, если хотят.
<&==]--[==&>

— Забавно. Неужели все эти травмы делают тебя умнее? — спросила она.
<&==]--[==&>

— Умнее было бы последовать твоему плану, — ответила я. — Ну ладно, я уже тут итак долго лежу. Пора вставать...

И я снова попыталась подняться. Опять таки, именно попыталась. Точнее это можно было описать как «двинула конечностью и завыла от боли».
<&==]--[==&>

Хорошо, беру свои слова про ум назад, — вздохнула она. — Такими темпами мы тебя отсюда никогда не вытащим.
<&==]--[==&>

— Вообще-то, у меня есть идейка... — сказала я с лёгкой улыбкой.
<&==]--[==&>

<center> ***</center>
<&==]--[==&>

Дела потихоньку налаживались. Хотя мой план был совсем сырой, думаю, совместными усилиями мы могли бы превратить его в что-то стоящее. Я уже была в состоянии самостоятельно держаться на ногах, хотя передвигаться мне всё ещё было тяжело. Моя лихорадка пошла на убыль, но спина по-прежнему болела так, словно по ней прошлись молотом... что, откровенно говоря, было бы предпочтительнее, чем получить пулю. П-21 показал мне шестимиллиметровую стальную пластину из моего бронежилета, которая спасла меня в последний момент. В месте попадания в ней осталось углубление в форме воронки.
<&==]--[==&>

Я нашла время, чтобы черкануть Крышечке пару строк о Дасти Трэйлс и о смене владельца Впадины Бримстоуна. Если дело выгорит, они смогут получить у неё скидку на товары в обмен на первоочередное право на продукцию шахты. Магические самоцветы, вроде добываемых там, пользовались огромным спросом, учитывая то количество магического оружия, которым был наводнён Хуфф. Всё, что мне теперь оставалось, это ждать... А? Я услышала, как внизу хлопнула дверь. Пора выдвигаться. Моя грива уже начинала зудеть от того, что я задержалась на одном месте так надолго.
<&==]--[==&>

Забавно. Они зачем-то тратили время, поднимаясь сюда. Кто бы это ни был, он шёл наверх медленной, тяжёлой походкой, и мне это категорически не нравилось. По лестнице разнёсся скрипучий смех, когда медленно отворилась дверь в кабинет босса. В дверном проёме стояла, покачиваясь, земная пони с коричневой шёрсткой. Я вздохнула с облегчением.

— О, привет. Ты в порядке, Тамблвид?
<&==]--[==&>

Более глупый вопрос ещё не слетал с моих губ... сегодня. Нет. Было что-то совсем не нормальное в том, как её шатало из стороны в сторону. По её щекам побежали слёзы, и она рухнула на пол, разразившись жутким смехом вперемежку с рыданиями. Я заметила кровь на её губах... свежую и алую. А также следы от укусов на ногах. Когда она подняла на меня свои глаза, уже тронутые желтизной, я почувствовала, как у меня затряслись поджилки.
<&==]--[==&>

— Помоги... мне... — взмолилась она, хихикая и рыдая одновременно.

Я через многое прошла, многое повидала, но впервые на моих глазах пони теряла рассудок. В задницу недели или месяцы до полной психической деградации, Глори! Тамблвид разваливалась на части прямо сейчас, передо мной. Её трясло не переставая, с подбородка стекала кровавая пена, а зрачки, сузившиеся до размеров булавочной головки, бегали туда-сюда, избегая встречи с моим взглядом. А может это просто ещё один изобилующий метафорами сон, вроде того, с покером? Если так, то пора бы уже моему подсознанию вывалить на меня какую-либо долбаную мудрость!
<&==]--[==&>

Всплеск адреналина вывел меня из ступора. Я заставила себя медленно повернуться на бок лицом к Тамблвид, подняв копыта и приготовившись. Затем произнесла как можно спокойнее и дружелюбнее:
— Тамблвид. Где Глори? Тебе нужна Глори.

Я лгала. Ей требовалось куда больше, чем помощь Глори. Ей нужны были отпущение грехов и пуля; увы, я не могла дать ей ни того, ни другого.
<&==]--[==&>

— Индюшка... я люблю индюшек... они вкусные... — проскулила Тамблвид, и я застыла в ужасе, наблюдая, как она поднимает свою ногу и, во внезапном порыве, впивается в неё зубами. Из раны хлынула свежая кровь, которую она начала судорожно глотать. — Очень... вкусно... это так вкусно... — произнесла она мгновение спустя. Затем издала последний всхлип, который затих у неё в горле. — Помоги мне... — вновь проскулила она, прежде чем возобновить хихиканье, которое становилось всё громче.

Я пошарила вокруг своей магией в поисках чего-нибудь, что можно было бы использовать в качестве оружия. Пустые шприцы из-под Мед-Икс. Пластиковые упаковки от Бака. Чёртовы подушки. И как бы я не волновалась за Тамблвид, у меня вдруг возникла ещё более пугающая мысль: а что если она уже столкнулась с Глори? Что если не вся эта кровь была её собственной?
<&==]--[==&>

Хихиканье становилось всё громче и громче. Её тело тряслось, как в лихорадке.

— Как же это охренительно вкусно... просто охренительно... О, да!

Это было всё равно что наблюдать, как кто-то умирает от яда радскорпиона, вот только когда это закончится, я стану следующим блюдом в меню! Богини Милосердные, да если бы я знала, что её ждёт, я бы дала ей тогда умереть от отравления! Я попыталась поднять со стола терминал, но он оказался прикручен болтами. Выдвигая один за другим ящики, я рылась в них в поисках чего-нибудь смертоносного. Ножа. Трубы. Чёртового карандаша. Ничего! Я ещё раз переворошила каждый ящик своей магией. Минутку! А это что?
<&==]--[==&>

Я выудила папку с финансовыми документами двухсотлетней давности. Да что ж за блядство такое... Тамблвид с радостным воплем бросилась на кровать, скалясь своим окровавленным ртом.
<&==]--[==&>

Я перекатилась на спину, чувствуя как дикая боль пронзает позвоночник, но это было единственное, что я могла предпринять, чтобы помешать ей превратить меня в свой ужин. В отличие от прочих рейдеров она не была истощённой и обескровленной. Тамблвилд физически была абсолютно здорова, и сейчас она изо всех сил пыталась прогрызть дыру в моём животе. Я как могла отталкивала от себя её хихикающую и щёлкающую зубами пасть, используя свой телекинез и передние ноги, но это стоило мне огромных усилий. Каждое движение сопровождалось вспышкой боли, как будто мне в спину вгрызалось сверло. И если она действительно была заражена... бешеный рейдер Блэкджек! Нет, спасибо!
<&==]--[==&>

В данный момент она была сильнее меня. Жизнь отдала бы за свою дубинку... или оружие... и самое смешное, что я действительно лишусь жизни из-за того, что сейчас у меня их нет! При себе у меня не было ничего, кроме моего телекинеза , и я должна была как-то его использовать. Но я ведь не могу просто ткнуть своим телекинезом во что-то... ведь так?

— Тамблвид. Пожалуйста, остановись... пожалуйста... — <i>«Не заставляй меня делать это...»</i> — Умоляю!

Это было совсем не то, с чем бы мне хотелось экспериментировать прямо сейчас! Я почти желала, чтобы моя затея провалилась. Сфокусировав свою магию, я нанесла ей концентрированный ментальный удар в голову. Это не должно было сработать. Никоим образом. Дерьмо...
<&==]--[==&>

Да ебись оно конём. Я собрала свою магию в небольшой ментальный конус и направила его прямо в глаз Тамблвид. Она завопила и упала на спину, обхватив голову копытами и корчась в агонии. А потом затихла, сжимая повреждённый глаз, и я увидела прозрачную, слегка желтоватую жидкость, стекающую по её щеке.

— Мне больно... больно... голова болит... я так голодна... так зла... пожалуйста... — произнесла она умоляющим тоном, уставившись на меня своим уцелевшим глазом.
<&==]--[==&>

— Тамблвид, — задыхаясь, проговорила я; моё учащённое дыхание со свистом вырывалось из горла. О, Селестия, спасибо за это жало! — Ты когда-нибудь ела мясо?
<&==]--[==&>

— Нет... — ответила она. Затем снова начала глупо хихикать и рванулась ко мне. — Но очень хочу!
<&==]--[==&>

Я снова сфокусировала свой телекинез и нанесла ей ещё один удар в голову. Всё ещё недостаточно. Мой взгляд упал на ПипБак. А вдруг сработает? Не выпуская Тамблвид из поля зрения, я вошла в З.П.С. и, к своему изумлению и лёгкой озабоченности, обнаружила, что в моём распоряжении две «Телекинетические Пули». Мой рог вспыхнул дважды, и я затаила дыхание, ожидая последствий. Второй из магических ментальных конусов разнёс ей затылок. Тамблвид отшатнулась, дёрнулась в агонии и медленно скатилась с кровати на пол.
<&==]--[==&>

Умоляю, пусть это будет всего лишь игра моего воображения, и она вовсе не выглядит счастливой от того, что мертва! Я осмотрела следы укусов на своих передних ногах, чувствуя как в животе зарождается неприятный холодок. В моем неимоверно длинном списке вещей, о которых стоит беспокоится, появилась новая запись. Я вздохнула, понимая, что поделать с этим сейчас всё равно ничего нельзя.
<&==]--[==&>

Потом медленно повернулась на бок, чувствуя, как пульсирует мой рог, словно я только что отходила сама себя своей дубинкой.

— Не желаю повторять это снова, — тихо сказала я, глядя на неподвижный силуэт пони на полу. Селестия Милостивая, да что за хрень здесь творится?
<&==]--[==&>

<center> ***</center>
<&==]--[==&>

Были случаи, редкие и короткие, когда у Блэкджек (дочери Джин Румми и неизвестно чьей внучки) были хорошие идеи. Похоже, все зависит от того, как лягут карты. Возможно, наконец-то моя карма начала очищаться. А возможно даже такая глупая пони, как я становится умнее. Вместо того, что бы достать целый вагон чтобы вытащить мою задницу из каньона Бримстоуна, мы просто выкатили две вагонетки. Пути алмазной шахты были такими же как и железнодорожные, и каждый пони мог довольно легко тащить вагонетку. Дасти и другие два единорога аккуратно подняли меня и отнесли на первый этаж административного здания. Я была рада видеть, что П-21 снял их ошейники.
<&==]--[==&>

Я свалилась на пол с трясущимися ногами и ноющей спиной, желая узнать почему, несмотря на то, что я выпила уже целую гору зелий, они не действовали. Лечащие зелья должны лечить! Мой взгляд коснулся газетных вырезок: «Офицер Софтхарт снял с Впадины Бримстоуна подозрения в причастности к убийствам Ангела Смерти Расследование продолжается.» Единорожка в униформе пожимала копыто какой-то пони, похожей на менеджера. По мне так этот Ангел Смерти был Софтхарту не по зубам.
<&==]--[==&>

Дасти вела нас, на её плече висела моя сумка. Кобылка до сих пор не проронила ни слова о Тамблвид. Я почувствовала, что их связывало нечто большее, чем то, что обе они состояли в Пекосе. Хотя теперь, когда я уходила, она разговорилась.

— Как такое могло произойти? Она не была рейдером. Она даже не была нормальным Пекосом! Она даже не ела мяса! — Дасти топнула копытами, подчёркивая серьезность своих слов. — Неделю назад она ныла во Флэнке о том, что весь её салат... завял! Какой Пекос ноет о его салате, а потом сходит с ума и пытается сожрать самого себя?!
<&==]--[==&>

— Глори думает, что есть причина существования рейдеров вокруг Хуффа. Какая-то болезнь, которая превращает их мозги в губку. — Я сглотнула, когда меня леветировали через прихожую. К счастью, что бы Тамблвид не говорила о пегасах, Глори была цела и заботилась о раненных зебрах. Жаль. Если бы хоть что-то можно было сделать. Например заплатить одну Тамблвид и воскресить двух зебр.
<&==]--[==&>

— Ладно. Стоп, — сказала я, когда мы дошли до двери. — Поставь меня на землю.
<&==]--[==&>

— Поставить? — спросила Дасти и посмотрела на дверь. — О нет. Ты думаешь, что сможешь уйти в таком состоянии? Такой глупости я даже от тебя не ожидала, Блэкджек. — Кобылка кашлянула. — К тому же, Глори наверняка прибьёт меня, если я позволю тебе уйти.
<&==]--[==&>

— Так ты удивлена? Отлично, — сказала я, выразительно посмотрев на единорогов. Постепенно гравитация брала своё. Мои копыта коснулись земли и я приняла на себя свой вес, ноги подогнулись подо мной как пластилин. Хотя я всё ещё стояла. Неплохо стояла. — Хорошо. Ничего, если вы оставите нас одних на секундочку? Мне нужно кое-что спросить у Дасти. — Два единорога обеспокоенно посмотрели на меня, а затем вышли.
<&==]--[==&>

Я столкнулась с мерзкой пони, мутировавшим драконом, светящимся гулем, и была распотрошённой. Всё это было ничем по сравнению с попыткой встать.

— Ладно. Дай мне Бак. — Дасти выглядела упрямой, а я... наверно, очень жалко. К счастью, я спасла её, помогла ей с одной из самых продуктивных шахт самоцветов в Хуффе, и остановила её подругу от превращения в маньяка-убийцу. <i>«Ну ладно, я сделала это убив её, но тем не менее...»</i>
<&==]--[==&>

Она леветировала бутылку и аккуратно открутила крышку.

— Знаешь, Глори предупреждала нас давать это тебе только в том случае, если ты будешь разваливаться на части.
<&==]--[==&>

— Похоже, это именно этот случай, — сказала я, стоя на дрожащих ногах. Она леветировала таблетку мне в рот, которую я, разжевав, проглотила. На вкус она была как мел. Я почти почувствовала как химия ударила в мой живот, а затем быстро распространилась по всему телу. Перестало трясти, и я даже, должна сказать, стала чувствовать себя лучше. — Ну а теперь, где моя броня?
<&==]--[==&>

— Я думаю, что ты тоже превращаешься в рейдера. — Сказала она, вытащив её и перекинув через моё тело. Меня лихорадило. Мои конечности, подкреплённые Баком, были подобно желе, когда я продевала свою броню. В довершении всего, мне было чертовски больно, когда упомянутый бронник застегнули. Я обшарила карманы и нашла шприц с Мед-Икс.<i>« На любой недуг – Мед-Икс Ваш друг.»</i> Здорово! Сейчас как раз этот случай. Я воткнула иглу в свою ногу, и огонь промеж моих лопаток несколько стих. Теперь я чувствовала, что в меня воткнули арматурину, за место одной из пушек Деуса.
<&==]--[==&>

— Почему ты делаешь это? — в голосе Дасти слышалась забота и лёгкое волнение.
<&==]--[==&>

— Что, по-твоему, лучше: чтобы пони снаружи увидели меня инвалидом, или чтобы они увидела, как я выйду отсюда на собственных ногах? — выпрямившись, спросила я. — А ещё лучше, если охотники за головами узнают об этом, и, подумав, что я так же смертельно опасна как и раньше, разойдутся к чёрту по домам. Я могу это сделать. Это всего лишь прогулка до шахтёрских вагонеток.
<&==]--[==&>

— Ну, лучше будет, если ты разберёшься с администратором шахты, — сказала она с улыбкой. — Пони, которых ты освободила, хотят подарить тебе особый прощальный подарок.
<&==]--[==&>

Чёрт возьми! Оуу! Хотя, может быть, они позволят мне нажать на ту красную кнопку! Большие красные кнопки всегда предвещают что-то удивительное. Тут открылась дверь, и Глори замерла напротив нас. Серая кобылка уставилась на меня с широко распахнутыми лавандовыми глазами, после чего закрыла их и прошипела, отходя в сторону и одаривая Дасти испепеляющим взглядом:
— Ты дура, Блэкджек. Залезай на эту сраную вагонетку, пока ты не скопытилась на глазах у всех пони!

Дасти сделала вид, что смотрит на что-то более важное, чем разъяренная серая пегаска.
<&==]--[==&>

Здесь было очень много пони. Весь шахтёрский дворик был забит десятками пони. Больше сотни. Большинство внешне смахивали на рабов, но я заметила Пекосов с их шляпами и жилетами. Несколько охранников, которые присоединились к восстанию, сразу угадывались по их подавленному выражению. Готова поспорить, что пройдёт немало времени, прежде чем они позабудут эту страницу своего прошлого. Я медленно побрела вниз по лестнице. Несмотря на то, как хреново было моим ногам, я была рада не ощущать больше поддерживающего телекинеза единорогов. Если бы обман открылся, я бы никогда не скинула с хвоста большинство охотников за моей головой.
<&==]--[==&>

Шажок, еще шажок и еще. Фух… это была самая длинная прогулка в моей жизни, даже длиннее чем, когда мои кишки тянулись по полу… <i>Не думай об этом сейчас, дура!</i> Рабы расступались передо мной с выражениями страха и беспокойства. Не было способа скрыть мою боль. И я сомневаюсь, что могла скрыть лихорадку. Мне просто нужно скрыть мою немощность. Будь сильным. Я вскинула голову и заставила свои губы хотя бы скривиться.
<&==]--[==&>

Толпа взорвалась приветствиями, а едва не рухнула прямо на месте.
<&==]--[==&>

Достигнув двух вагонеток, я с радостью поняла, что мне придётся топать не так уж и много. Забравшись в одну из них, я с облегчением села. Тут было достаточно места для одного пони или двух, если бы они играли в обнимашки. П-21 посмотрел на меня из второй вагонетки, и со вздохом покачал головой.

— Ты удивительная пони. Нелепая, но удивительная.
<&==]--[==&>

— Спасибо. И я благодарна тебе за то, что ты сумел обезвредить все эти ошейники.
<&==]--[==&>

— Я рад, что не было несчастных случаев, пока я занимался ими, — ответил он со странной самодовольной улыбкой. — И я рад, что ошейникам нашли применение.
<&==]--[==&>

Я оглянулась с беспокойством.

— Что... ты собираешься сделать из них мины? — Я почесала свою дёргающую гриву и заметила, что на одну из платформ, что-то поставили. Толпа начала пятиться назад.
<&==]--[==&>

— Лучше, — сказал он, и тут из толпы появился пони. Его передние ноги распухли до размеров дыни, а от недавних побоев он стал похожим на блотспрайта. Но вид десятков рабских ошейников, одетых на толстого пони, заставил мою кровь похолодеть, несмотря на жару. — Во имя справедливости!
<&==]--[==&>

О Селестия, что, чёрт возьми, заставило тебя это придумать, П-21? С улыбкой на устах, Дасти передала мне небольшое устройство того пони, по которому я вдарила своими копытами во время побега. В прибор была встроена блестящая красная кнопка.

— Мы подумали предоставить тебе право дать этому ублюдку то, чего он заслуживает.
<&==]--[==&>

— Вы… вы… мать вашу… совсем из ума выжили? — прошептала я так тихо, как могла. П-21 дёрнулся, будто я выстрелила ему в лицо телекинетической пулей. Толпа обезумела, топая копытами и выкрикивая проклятья. Я взглянула на жалкую, всхлипывающую массу в конце платформы.

— Мама… мамочка, — заикаясь, повторял толстяк. Он весь дрожал, и казалось что вот-вот хлопнется в обморок.
<&==]--[==&>

— Прости, но о чём тут можно думать? Этот администратор ответственен, возможно, за смерть сотен пони. Он управлял Бримстоуном годами! — тихо произнёс П-21. — Каждый пони здесь пострадал от его копыт. Это справедливость!
<&==]--[==&>

— Чёрт! Это не справедливость! — прошипела я, глядя на бывшего администратора, не в силах коснуться этой кнопки и не в силах отвести взгляд. — Это убийство!
<&==]--[==&>

Я пожалела, что меня втянули в это шоу. Лучше бы мне столкнуться со смертью… нет, так бы я окропила кровью чьи-то копыта, за место меня. И он бы всё равно умер.
<&==]--[==&>

П-21 убил бы меня прямо здесь, если бы мог. Холодная ярость отражалась в его глазах, когда он склонился ко мне.

— Ты знаешь, что такое хренова справедливость? Это значит поступать с другими так, как они поступают с тобой.

<i>«Будь милой.»</i>

— Убить подонка, чтобы убедиться, что он никогда не сделает это ещё раз.

<i>«Будь милой.»</i>

—Убедиться, что каждая сволочь, которая просто подумает повторить его преступления заколеблется, потому что знает, что может столкнуться с подобным наказанием.

<i>«Будь милой.»</i>

— Вот, что такое справедливость!
<&==]--[==&>

<i>«...Будь милой...»</i>
<&==]--[==&>

Эти пони нуждались в справедливости. Но что такое, эта справедливость? Смерть надзирателя не вернёт к жизни ни одного из убитых ими рабов. Принесёт ли она мир? А может быть кто-нибудь решит, что этого не достаточно и решит убить и одного из охранников?
<&==]--[==&>

В любом случае, он уже не жилец. Даже если отпустить его с переломанными ногами, то через некоторое время Пустошь сожрёт его. Да и рабы с лёгкостью смогут отследить его и линчевать. Нельзя сказать, что в Стойле Девять Девять было по другому. Такого жеребца там без колебаний отправили бы на списание. Если бы ему дали шанс, своего рода испытательный срок, честный суд, то какой вердикт мог бы вынести судья, кроме «виновен»? Разве это не было бы справедливостью? Всего неделю назад я бы не колебалась так, как сейчас. Честно говоря, я бы даже сочла за честь нажать ту милую красную кнопочку.
<&==]--[==&>

<i>«...будь милым...»</i>
<&==]--[==&>

<i>«Ставки сделаны.»</i>
<&==]--[==&>

— Слушайте! — закричала я, во всю силу своих лёгких. Тут мир вокруг меня крутанулся, и я едва не сверзилась с платформы, но магия Дасти предотвратила встречу моего лица с землёй. Крики толпы постепенно стихли, и все взоры устремились на меня. — Я знаю, что вы хотите убить этого пони. Я знаю, что он этого заслуживает, и я знаю, что он причинял вам страдания изо дня в день.
<&==]--[==&>

Я закрыла глаза, пытаясь устоять на металлической поверхности.

— Много лет назад началась война между зебрами и пони. Я видела много её жутких отголосков: ненависть, кровь, кровавые побоища. Некоторые пони думают, что бомбы положили этому конец, но это не так. Эта война длится и по сей день и продлится до тех пор, пока мы не перестанем враждовать друг с другом. Каждый раз, когда мы убиваем кого-нибудь, мы продлеваем её.
<&==]--[==&>

<i>«А что, если после этой речи я займу места толстяка?»</i>

— Я многое узнала о пони, которые жили в то время и поняли то, до чего другие ещё не дошли. Война закончилась, и если мы всё же хотим победить, то нам нужно поступать лучше. Становиться лучше. Не нужно больше убийств и безжалостности. Нам нужно быть… добрее.
<&==]--[==&>

— Я не палач. Я – Охранница. И если бы он угрожал другим пони, то я бы не прекратила бороться с ним до тех пор, пока бы он не сдался. Если бы он был угрозой вашим жизням, то я бы без колебаний убила его. Но в этом случае… я не могу то, чего вы так хотите. Мне жаль. — Я леветировала детонатор Дасти Трэйлс, которая смотрела на меня с непередаваемым выражением. Презрение? Жалость? Уважение? — Я понимаю, что не смогу остановить вас, и вы всё равно убьёте его Я понимаю, что многие из вас нуждаются в этом, но я умоляю вас… пожалуйста… будте добрыми.
<&==]--[==&>

Казалось, что некоторые из освобождённых рабов соперничали друг с другом за возможность тащить вагонетку. Только Глори и зебра по имени Секаши без лишних слов принялись вытягивать её из Впадины Бримстоуна. Дочка зебры шла рядом с нами. Радостные возгласы сменились бормотанием и косыми взглядами. Я пыталась выглядеть как герой. Я пыталась выглядеть вдохновляюще. Я пыталась быть лучше. Но я забыла, что Пустошь делает с героями. И я не оглядывалась.
<&==]--[==&>

Мой слова возымели некоторый эффект. Они были добры. Добры настолько, что позволили мне отъехать на порядочное расстояние, прежде чем нажали на кнопку.
<&==]--[==&>

<center>* * *</center>
<&==]--[==&>

Я ненавижу Пустошь. Я ненавижу этого костлявого Крупье, тасующего колоду карт. Я ненавижу "разумных" пони, которые убивают других пони. У рейдеров хоть оправдание есть: у них мозги как дуршлаг. Ненавижу П-21 за то, что он подумал, будто мне будет в радость убить начальника шахты таким способом. Ненавижу свою слабость. Ненавижу своё малодушие. Если бы я просто нажала на кнопку, всем было бы только лучше.
<&==]--[==&>

Будь милой. Доброй. Вот только чего доброго было в моем поступке? Что вообще значит «доброта» для Пустоши? Есть ли у этого слова другие значения, кроме «куча ответственности»? Я пыталась быть милой по отношению к П-21, и теперь он всё время хромает. Я пыталась быть милой к Глори, и теперь она считает себя брошенной и одинокой. Я хочу быть милой, Флаттершай. Быть доброй. Быть лучше. Потому что альтернатива лишь одна — стать как Пустошь. Стать жестокой, кровожадной убийцей.
<&==]--[==&>

Я пыталась не думать о том жирном ублюдке в шахтерской вагонетке. Какая радость, что я только услышала как его взорвали, а не увидела это собственными глазами. Я вспомнила Лансера. Была ли я на самом деле лицемерной трусихой? Лансер заслуживал смерти, да и я хотела его убить, но смею ли я? Деус был монстром, который на меня охотился. Он тоже заслуживал смерти. Но будет ли эта смерть актом мести? Или восстановления справедливости? Или может это Пустошь пытается пробраться ко мне в душу и уничтожить всё хорошее, что во мне осталось?
<&==]--[==&>

Хорошее. А было ли во мне хоть что-то хорошее?
<&==]--[==&>

— Знаешь, я вспомнила одну смешную историю, не хочешь её услышать? — спросила Секаши самым жизнерадостным тоном, оглянувшись на меня через плечо. Признаю, я практически не обращала внимания на зебру и ее дочку. У нее была странная кьютимарка: множество бесформенных линий, образующих улыбающуюся мордашку. Ее зеленые глаза смотрели на меня с непритворным любопытством. Давно я не видела таких глаз.

Не дождавшись моего ответа, поджарая зебра начала рассказывать свою историю:
— Однажды, давным-давно, в тех местах, откуда я родом, жил да был один очень добрый, но очень глупый Зебр. Как то раз, этот Зебр очень сильно захотел купить себе новые, хорошие подковы. И через некоторое время он смог купить подковы, но ему пришлось немало заплатить за них. К несчастью, по пути домой у одной из его подков выпал гвоздь.
<&==]--[==&>

<i>«Какая трагедия,»</i> — запричитал Зебр, — <i>«как я умудрился потерять гвоздь? Теперь кто-нибудь наступит на него и поранится!»</i> Наш герой продолжил путь, не заметив, что его гвоздь подобрала другая зебра, у которой одна из подков еле-еле держалась на копыте.

Не успел Зебр пройти и нескольких метров, как его подкова без гвоздя окончательно слетела и, пролетев через всю толпу на улице, ударила по голове убегавшего вора. <i>«О нет,»</i> — снова запричитал он, — <i>«моя подкова ранила другую зебру. Какой ужас!»</i>

Наконец, наш Зебр вернулся домой, к своей жене и трем детишкам. Наш герой был сильно расстроен. Сняв оставшиеся подковы и отдав их детям, он снова начал причитать: <i>«Моя дорогая жёнушка, я ужасный муж, потому что умудрился потерять подковы. Я ужасная зебра, потому что нанес вред ближнему своему. И я ужасный отец, который может позволить своим жеребятам из игрушек лишь бесполезные подковы.»</i>
<&==]--[==&>

Но его жена была мудрой кобылой, поэтому лишь промолчала в ответ.

На следующий день Зебр снова пошел в город, и по пути встретил благодарную кобылу, которая подобрала прошлым днем его гвоздь. Если бы не этот гвоздь, то зебра наверняка потеряла бы свою подкову.

Очень удивленный, Зебр продолжил свой путь и вскоре встретил стражников, которые поблагодарили его за то, что он метким броском подковы остановил опасного воришку. И это наш герой посчитал очень странным.

А когда он вернулся домой, его встретили любимые дети, с радостью игравшие со своими подковами. Они поблагодарили отца за его подарок.
<&==]--[==&>

<i>«Моя дорогая жёнушка! Ты не представляешь, какой странный у меня сегодня был день. Зебры, которых я встречал, благодарили меня за помощь. Но я ведь ужасная зебра! Я не могу понять, почему они благодарны мне!»</i>

Но его мудрая жена лишь кивнула: <i>«Мой дорогой муж, те хорошие поступки, которые мы делаем случайно или ненамеренно, зачастую значат больше тех добрых поступков, которые мы намереваемся совершить.»</i>

Секаши тяжело вздохнула, смотря на меня через плечо и одаривая улыбкой.

— Но конечно же, Зебр не понял, что хотела сказать этим его жена, потому что он был хоть и очень доброй, но очень глупой зеброй, — закончила она.
<&==]--[==&>

— Кажется, я поняла мораль сего рассказа, — сказала я с невесёлой улыбкой.
<&==]--[==&>

Она внимательно следила за моими губами, а затем легко улыбнулась. Богини, надеюсь что и я когда-нибудь снова буду так улыбаться.

— Но такая вещь, как мораль, портит истории! Поэтому её в них нету, — серьёзно заявила зебра. И вопреки себе, я усмехнулась.
<&==]--[==&>

— Можно задать вопрос, а почему Лансер сделал... то, что сделал? — тихо спросила я, надеясь, что подобный вопрос не заденет чувства Секаши. Глухая зебра тут же споткнулась о камень, но благодаря своим ловким ногам, я это еле заметила.
<&==]--[==&>

— А, это уже другая смешная история. В стародавние времена в стране зебр правил великий король, который приказал всем своим подданным пойти на войну против ужасного врага. И они пошли. Это была великая, но в тоже время ужасная война. И к моменту её окончания, король был мёртв, враг был мёртв и все армии мира тоже. Но спустя время, те, кто остались, вспомнили о приказе короля и пошли на войну с врагом, который был уничтожен давным-давно. И они шли направо и налево, с копьями наготове, выкрикивая старые лозунги. И каждого встречного они считали врагом. А когда они встречали других зебр, они приказывали им так же подчиниться приказу короля, а тех, кто отказывался, они клеймили предателями. И так эти зебры до сих пор сражаются в этой глупой войне против всех, даже своих сородичей, во имя короля, который давным-давно пал.
<&==]--[==&>

— Это ни разу не смешно, это ужасно! — запротестовала Глори. Зебра обернулась, и покрасневшая пегаска снова заговорила, выразительно двигая губами. — Как вы можете называть подобную историю смешной?
<&==]--[==&>

— Хм, возможно дело в языковом барьере. И все же кто-то может посчитать этих зебр глупыми, и это единственный подобающий способ выставить дураков смешными. Ведь зачем еще бы они стали так стараться выставить себя глупцами, если только не ради того, что бы мы над ними посмеялись?
<&==]--[==&>

Я не могла представить себя смеющейся над Лансером, но признаю, то, что он продолжает войну, закончившуюся больше двухсот лет назад, было даже по моим меркам феноменальной тупостью. И снова я, вопреки себе, усмехнулась.

— Значит вы были теми зебрами, что отказались сражаться вместе с Оставшимися? Лансер за это попытался вас убить?
<&==]--[==&>

— Нет, не за это. Многие племена зебр отказались поддержать Оставшихся. И пока они раболепствуют перед ними, они в безопасности. Но преступление нашего племени было намного, намного хуже, — сказала она мрачно, обернувшись в нашу сторону. — Мы смеялись над их глупостью. Наверное, мы слишком сильно понадеялись на то, что они будут смеяться вместе с нами. Но страх внушающий дурак остается дураком, да и трудно бояться того, что ты высмеиваешь.
<&==]--[==&>

— Значит, когда я вновь встречу Лансера, я должна посмеяться над ним от души?
<&==]--[==&>

— Можешь представить себе что-то более ужасное?

Должна признать, я не могла придумать что-нибудь, что показалось бы «более ужасным» для этой зебры.
<&==]--[==&>

— Для рабыни вы невероятно весёлая, — кисло сказал П-21.
<&==]--[==&>

Зебра уставилась на синего жеребца в недоумении. — Я невероятно извращённая?
<&==]--[==&>

С нелепым выражением морды и округлившимися глазами, мой друг повторил:
— Весёлая! Ве-сё-ла-я! Почему вы такая счастливая?
<&==]--[==&>

— А-а-а, извините, наверное я снова вспоминала о тех ужасных вещах. Мрачных вещах. Печальных. Но я жива, и моя дочь тоже. Может быть я буду сегодня голодать, а завтра лежать холодным трупом, но прямо сейчас, в данный момент, я лучше буду думать о хороших вещах. Потому что их намного меньше, чем печальных. И потому что они намного ценнее печальных.

П-21 отвернулся от неё с тихим шипением.
<&==]--[==&>

Глори нахмурилась.

— Да что с тобой не так, П-21? У тебя что, никаких чувств нету?

Жеребец лишь мрачно взглянул на неё..
<&==]--[==&>

<i>«Ты знаешь, что правильно, а что нет,»</i> сказала я ему однажды. Теперь я в этом не уверена. Такое чувство, что мы с П-21 поменялись местами, и теперь он становится всё несдержаннее и несдержаннее, а я всё спокойнее и спокойнее. Наша дружба только сформировалась, и уже начала трещать по швам. Я увидела, как жеребец отвернулся от пегаски, увидела тревогу в его синих глазах. Что я должна ему сказать? Что всё в порядке? Что он был не прав?
<&==]--[==&>

Двигаясь в вагонетке со своими спутниками по бокам на юго-запад, в сторону Хуффингтона, я мечтала стать достаточно умной, чтобы знать, что ответить. Но я не умная пони. И не добрая пони. Я могу лишь надеяться на то, что когда-нибудь стану лучше.
<&==]--[==&>

Шахтерская вагонетка проехала мимо распластавшегося на земле скелета пони. Он как будто говорил своей застывшей ухмылкой:
<i>«Ставки сделаны.»</i>
<&==]--[==&>

---------------------------------------------
<&==]--[==&>

<i>Заметка: Следующий уровень.

Новая способность: Интенсивная тренировка. — путешествия по Пустоши многому вас научили. Вы можете добавить +1 очко к любому параметру S.P.E.C.I.A.L. (Интеллект)

Новая квестовая способность: Заклинание «Телекинетическая пуля». — теперь вы можете выстрелить в противника сгустком энергии на небольшом расстоянии. Сила каждой пули эквивалентна силе выстрела из пистолета.</i>
<&==]--[==&>

(Авторская заметка: Мешок благодарностей Kkat за вдохновение и Fo:E, а так же Hinds за то, что помогает делать этот фик круче)
<&==]--[==&>

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/28544/102512

Переводчики: __Corsair__, Tails_Doll, Vampire27, Newlifer

Denizzo, BatMad, Satus, hiponsk

tiberzann