Готовый перевод Fallout Equestria: Project Horizons / Фоллаут Эквестрия: Проект Горизонты: Глава семнадцатая: Личность

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов, так как модераторы установили для него статус «перевод редактируется»

Фоллаут Эквестрия: Проект «Горизонты»</center> (Denizzo)
<&==]--[==&>

<center>Автор - Somber</center>
<&==]--[==&>

<center>Том второй: Кровь и Звёзды</center>

<center>Глава 17. Личность</center>
<&==]--[==&>

<center>«Секреты и ложь. Только секреты и ложь с этими пони!»</center>
<&==]--[==&>

Я начинаю задаваться вопросом: я по-прежнему Блэкджек? На моей кютимарке всё те же дама и туз. На мне та же броня охраны, хотя и модифицированная и сильно залатанная. Я всё ещё не из самых умных пони, и у меня ужасная привычка сваливать в кучу полуосмысленные идеи и называть это планом. В общем, у меня всё те же ослиные мозги, и с этим ничего не поделаешь.
<&==]--[==&>

С тех пор, как я ушла из Стойла, мне приходилось убивать пони. Приходилось, конечно, и до этого, но тогда я пряталась за красивыми словами о «списании» и «жёсткой самозащите». Но теперь я лишь убивала, просто и без прикрас, из дробовика или карабина, пожарным топором или голыми копытами, если требовалось.
Меня стало сильнее беспокоить моё выживание. В Стойле Девять Девять каждый боялся лишний раз чихнуть, чтобы всё не развалилось. Теперь же за мной охотились ради крышек. Чёрт, даже сама земля могла меня прикончить! Как и часовая бомба внутри меня, которая либо убьёт сразу, либо превратит в мутанта, а потом всё равно убьёт.
<&==]--[==&>

По крайней мере, то, что большую часть времени я была в полумёртвом состоянии, пошло немногим моим хорошим качествам на пользу. Относительно.
<&==]--[==&>

Что-то во мне изменилось. Я стала больше думать, хотя всё равно остаюсь глупой пони. Просто я мало знаю о вещах вокруг. Не вникаю в них, как должна была бы. Я просто в них стреляю или бью их, вот и всё.
<&==]--[==&>

Я замечаю, что другие стали заботить меня немного больше. Забавно думать, что покинув Стойло, я стала не такой чёрствой, как раньше, но так и есть. Мне жалко тех пони, которые пытаются меня убить; безумие, не так ли? Они пытаются меня убить, а мне их из-за этого жаль.
<&==]--[==&>

… Но быть может, я на самом деле не меняюсь. Может быть, я просто начинаю понимать, что та пони, жившая в Стойле, была совсем не той, кем я её представляла. Но если так… то кем же она была?
<&==]--[==&>

На то, чтобы спуститься с крыши, ушло некоторое время. Ходьба не была проблемой; я уверенно держалась на ногах, и в момент гибели Деуса обрушилось столько стен, что образовался склон, по которому можно было сойти вниз. Проблемой было просто найти в себе силы встать и пойти на улицы под нами.
Пока я продолжала сидеть, уставившись в дождь, П-21, как всегда практичный, ушёл откапывать Тельца, чтобы обыскать его. Я не могла винить его за это; рано или поздно всё равно кто-нибудь пришёл бы его обобрать. В рюкзаке Тельца нашлось несколько ракет и пара дюжин патронов для его охотничьей винтовки.
<&==]--[==&>

А винтовка эта, должна признать, была прекрасным оружием. Видавшая виды ружейная ложа была сделана из пропитанного олифой дерева. На стволе было клеймо в виде быка. Спуск был мягким, как шёлк, только с лёгким скрипом, а прицел имел большее оптическое увеличение и светосилу, чем на моём штурмовом карабине. Я вынула обойму и посмотрела на бронебойные патроны, которые не смогли нанести вреда техномагическому монстру. Я тоже не смогла. В конце концов, он был смертельно покалечен благодаря бомбе П-21 и самопожертвованию Джем, а добил его взрыв его собственных боеприпасов.
<&==]--[==&>

У меня было достаточно причин радоваться его смерти, однако радости я не испытывала.
«Вряд ли кто-то из охотников за головами будет преследовать меня теперь, когда с ним покончено. Чёрт, формально это делало меня Потрошителем. Теперь никто не посмеет перейти мне дорогу, верно? Он вломился в моё Стойло и превратил мою жизнь в ад, назначив цену за мою голову. Он угрожал моим друзьям и смеялся над смертельно раненной Мини.Почему же я сейчас не танцую посреди улицы и не распеваю "ура-ура, Деус мёртв!" ?»
<&==]--[==&>

— Не знаю, — ответил старый бледный жеребец, сидевший на краю рядом. Он медленно тасовал карты, глядя на меня грустными, старыми, молочно-белыми глазами.
<&==]--[==&>

— Заткнись. Я сейчас не в настроении сходить с ума, — тихо сказала я, закрыв глаза.
<&==]--[==&>

— Наверное, нет, но я же всё равно здесь, — усмехнулся он.
<&==]--[==&>

Я потёрла глаза и снова посмотрела на него. Карты мягко шелестели в его копытах.
— Зачем всё это нужно? А, я поняла. От Порчи у меня едет крыша. Так что значат эти маленькие жутковатые карточные метафоры?
<&==]--[==&>

Он лишь улыбнулся и покачал головой.
— Ну, знаешь, галлюцинации должны делать что-нибудь, чтобы поддерживать интерес к себе. Иначе, некоторые просто не будут о них думать, — сказал он, сдавая по пять карт мне и себе. — Ты ведь знаешь, почему не радуешься, правда? Потому что этой операцией руководил не Деус, верно?
<&==]--[==&>

«Не смотреть... Не смотреть»
— Нет. Это Сангвин или тот, кто его нанял, — вздохнула я. Он сказал мне прослушать записи, которые у меня были, и я так и сделала.
<&==]--[==&>

Карты легли передо мной, и я не смогла удержаться. Я взяла их и посмотрела, что мне выпало, хотя и понятия не имела, в какую игру мы играем. Розовая кобыла с кудрявой гривой, балансирующая, стоя на мяче на краю скалы, держащая кекс в одном копыте и подарок в другом. Белый аликорн, с грустью на лице, держащий весы. Пара красных глаз, глядящих из клетки, сделанной из девяти мечей. Пустая бутылка "Дикого Пегаса" с восемью перевёрнутыми стаканами на барной стойке и силуэт кобылы в дверях. Пурпурная кобыла, повисшая на задних копытах на ржавом уличном фонаре.
<&==]--[==&>

— Кажется, у меня флэш, — пробормотала я, глядя на него. — И почему мои дурацкие свихнувшиеся мозги не могут хоть раз выразиться ясно?
<&==]--[==&>

— Тебе виднее. Мозги-то твои, — старый жеребец ухмыльнулся, открывая мне свои карты. Молодой чёрный аликорн, печально смотрящий на луну сверху. Симпатичный улыбающийся единорог, с ярко-жёлтым рогом и такой же гривой. Чёрные башни Хуфингтона, окутанные зелёным свечением. Шесть мечей, остриями пронзающие облака. Жёлтая пегаска с прекрасной длинной розовой гривой, сидящая у пруда и обнимающая копытами два странных мяча, голубой и зелёный. Я не могла сказать, лежали карты вверх ногами, или нет.
<&==]--[==&>

— Слушай, это очень захватывающе, наполнено смыслом и всё такое, но ты же знаешь, что я не самая сообразительная пони. Я не понимаю таких вещей, — я вздохнула, закрывая глаза. — Я вообще больше ничего не понимаю. Почему у меня ничего не получается? Я не могу защитить Глори. Я не могу загладить вину перед П-21. Не могу понять Рампейдж. Даже не могу порадоваться смерти моих врагов!

Я медленно легла на спину, теребя копытом лицо.

— Но мало того, я ещё разговариваю с сумасшедшими галлюцинациями, которые дают мне таинственные зловещие карты.
<&==]--[==&>

— Блэкджек? — тихо спросила Глори. — С кем ты разговариваешь?
<&==]--[==&>

— Да так, сама с собой, — вздохнула я, оглядевшись и увидев, что он исчез. Я села и вновь посмотрела на неё. Взгляд Глори был угасшим и потерянным. О чём я могла её спросить? "Ты в порядке?" Разумеется, она была не в порядке. "Как ты себя чувствуешь?" Она была несчастной. Наконец, я встала и подошла к ней.

— Чем я могу тебе помочь, Глори?
<&==]--[==&>

— Больше не зови меня так, — чуть слышно ответила она.
<&==]--[==&>

Я зажмурилась, искренне желая превратить её старшую сестру в перьевой ёршик для унитаза.

— Ты не обязана её слушать, Глори.
<&==]--[==&>

— У меня четверо сестёр, Блэкджек, — сказала она. — Старшая – Даск, затем Муншэдоу, потом я, Люсент и Лэмбент – младшие. Отец живёт на пенсию, которую ему выплачивает Анклав. Даск – офицер безопасности в Анклаве, Муншэдоу – учёная, Лу и Лэмб ещё школьницы. Ты представляешь, что это значит для семьи, когда один из её членов становится дашитом? — спросила Глори. В ответ я только покачала головой.

— Моего отца заставят публично отречься от меня. Может быть, он уже это сделал. Иначе он потеряет свой дом, все доходы, всё. Мою семью вынудят жить на одиноком облаке вблизи Вечнодикого Леса, или ещё хуже – заставят спуститься вниз, лишь бы выжить! Возможно, Муншэдоу уже лишили всех проектов, над которыми она работала. И я знаю, что придётся вытерпеть Лу и Лэмб от своих одноклассников.
<&==]--[==&>

— Как они могут так поступать? Как может Анклав предать тебя и быть таким жестоким к пегасам, у которых хватило мужества порвать с ним?
<&==]--[==&>

— Дезертировать – это не мужество! — резко ответила Глори. — Быть стойким, поддерживать своих товарищей, выполнять свой долг... вот мужество, — уверенно добавила она. — Анклав не предавал меня. Это сделал Лайтхувз. Всякий раз те, кто обращается в дашитов, уничтожают всё, чего хотела добиться Рэйнбоу Дэш. Как будто они отвергают её верность и отвагу и хотят стать величайшими эгоистами среди всех пегасов.
<&==]--[==&>

— Был один такой случай пару лет назад. Очень известный случай. Дэдшот Каламити. Легенда в рядах сил безопасности, как раз из тех пони, кто мог бы заставить Совет возобновить связи с поверхностью. Он добивается аудиенции у них. И что, ты думаешь, он призывает их к этому? Нет. Говорит, что мы должны продавать поверхности продукты и медикаменты? Опять нет. Вместо этого он полчаса обзывает всех членов Совета трусливыми, безмозглыми и бессердечными убийцами. А когда после этого весь его отряд отправился на его поиски, чтобы просить одуматься, он перебил их! — закричала она, топнув копытами. — Этот идиот одним движением отправил ослу под хвост десять лет работы по подготовке Добровольческого корпуса!
<&==]--[==&>

— Я знаю, сколько вреда принесёт моей семье то, что сделал Лайтхувз. Каждый раз, когда в сводках будут упоминать "дашита Монин Глори", карьера Даск будет откатываться назад. Каждый раз, когда в новостях будут говорить о дашитах, Люсент и Лэмбент будут чувствовать на себе тяжёлые взгляды и слышать перешёптывания у себя за спиной. Мою семью оставят в покое, только если я буду мертва. И Даск позволила мне решить: умереть понарошку или по-настоящему.
<&==]--[==&>

— Твоя родная сестра могла бы убить тебя?

От этой мысли мне стало не по себе. Это было для меня всё равно, что убить маму.
<&==]--[==&>

— Она собиралась это сделать, прежде чем ты её остановила, — ответила Монин Глори. — Но вместо этого она предоставила мне выбор, и это было очень щедро с её стороны.
<&==]--[==&>

— Значит, ты смирилась?
<&==]--[==&>

— Конечно же, я не смирилась. Я должна найти способ, как остановить Лайтхувза и вывести его на чистую воду. Не потому, что он причинил зло мне, а потому, что он причинил зло Анклаву! Я не верю, что он действовал с ведома Совета пегасов. И если я докажу свою преданность и верну себе доброе имя, тогда я вновь смогу быть Монин Глори, — сказала она со вздохом, глядя сквозь моросящий дождь. — Но до тех пор я должна быть кем-то другим.
<&==]--[==&>

— Монин Глори... — тихо сказала я, глядя на неё. Затем я перевела взгляд на её выжженную кьютимарку и бледное клеймо на боку.
«Изменила ли саму Глори потеря её кьютимарки? Изменило ли это П-21, или его собственная всё ещё скрывается под той, что поместило на него заклинание в Стойле?»
<&==]--[==&>

— Падшая Глори, — поправила она. Дождевая вода каплями падала с её промокшей пурпурной гривы. Она посмотрела на меня с грустной улыбкой и добавила:

— Думаю, это будет подходящим именем для дашита. Но вы с П-21 можете по-прежнему называть меня Глори. Вы единственные, кто звали меня так.
<&==]--[==&>

— Глори... тебе не нужно так поступать, — прошептала я, глядя в её полные боли глаза, точь-в-точь как у Мини. И я не могла отделаться от мысли, что это было своего рода самоубийством. Бескровным, но от того не менее трагическим.
<&==]--[==&>

Она закрыла глаза, её губы дрожали.

— Так будет лучше. Всё равно, что теперь осталось от Монин Глори? Мои карьера и репутация уничтожены, моя семья разрушена, моя сестра хочет убить меня, и теперь у меня даже... — она крепко зажмурилась и сжала зубы, застонав, словно от боли. Слёзы на её лице слились воедино с дождём. Она надрывно вздохнула.

— Все, что у меня осталось – мои друзья. Для меня это важнее любого имени.

В её больших влажных глазах я видела мольбу. Мольбу принять это. Принять её такой.
<&==]--[==&>

Что мне оставалось делать? Всё это казалось ужасно неправильным... но... я обняла её и пробормотала:

— Если ты правда этого хочешь, Падшая...

Она тихонько всхлипнула; конечно, она этого не хотела, но считала это своим долгом.
<&==]--[==&>

Когда она перестала плакать, я глубоко вздохнула и посмотрела на неё решительным взглядом.

— Я тоже должна кое о чём рассказать. Об одной тёмной тайне из прошлого, о которой никто не знает... — сказала я, глядя как она напряглась. — Моё имя... Тайное, настоящее имя Кобылы-Охранницы... Рыбка.
<&==]--[==&>

Она уставилась на меня в замешательстве, а я кое-как изобразила улыбку. Глори отрывисто хихикнула. Потом ещё разок. И затем мы обе захохотали.

— Наверно, в Стойле у тебя был просто громадный аквариум, да? — спросила она, задыхаясь от смеха.
<&==]--[==&>

Я улыбнулась и погладила носом её лоб. Она не поняла шутки; это всё ещё была моя Глори, как бы она себя теперь не называла.
<&==]--[==&>

Когда жители Флэнка наконец решились показать носы из Стойла 89, они обнаружили меня лежащей в ванне. Покорёженная, ободранная и заляпанная кровью, чугунная ванна на середине улицы, тем не менее, показалась мне удивительно удобной, когда я улеглась в неё, время от времени пополняя её водой из ближайшей водосточной трубы. Симпатичные маленькие охранницы, боязливо выглянув из подземной парковки, уставились на тела, разбросанные по улице, и дымящиеся руины на верхних этажах «Биржи». Я поприветствовала их своей почти пустой бутылкой «Дикого Пегаса».

— Эгей, — воскликнула я с любезной пьяной улыбкой.

Охранницы тут же ретировались.
<&==]--[==&>

— Я сказала что-то не то? — спросила я П-21, который приковылял со своим вещьмешком. Потом не спеша прикончила бутылку.
<&==]--[==&>

— Хм. Возможно они просто не ожидали увидеть нас здесь, — ответил П-21, ставя свой мешок на землю и расстёгивая его. — Похоже, честь в Пустоши – весьма дефицитный товар. Все, кому посчастливилось выжить, хорошенько помародёрствовали, прежде чем сделать ноги. Тем не менее, мне всё же удалось найти кое-что полезное. — Он зачерпнул две пригоршни патронов.
<&==]--[==&>

— Тьфу... девятимиллиметровые патроны и заряды двадцатого калибра, — пробурчала я, перебирая копытом боеприпасы. Хотя, возможно нам удастся продать их или обменять на что-нибудь более существенное. Сейчас мне куда нужнее были обоймы для охотничего ружья. — Так, автоматические пистолеты, револьверы... О-о-о! — воскликнула я, вскакивая на ноги. — «АФ-33 Эпплбак»! — Я схватила оружие и немедленно передёрнула затвор. — Калибр двенадцать и семь десятых миллиметра. Полуавтоматическая стрельба. Семизарядный магазин. — Я прицелилась в невидимого врага и слегка нахмурилась. — Хотя, не мешает его как следует почистить. Дай-ка угадаю. Зарядов к нему у нас нет?
<&==]--[==&>

— Спроси у своего ПипБака. Я лишь собираю патроны. Эти – короткие. Эти – длинные. Эти – круглые и пластиковые. Вот всё, что я о них знаю, — ответил он с ухмылкой.
<&==]--[==&>

— Точно, прости, — ответила я.
<&==]--[==&>

— Ещё у меня тут дюжина динамитных шашек, несколько осколочных гранат и пара противопехотных мин. А также вот это, — добавил он, выуживая полупустую бутылку виски.
<&==]--[==&>

— О-о-о, давай сюда! — Я расплылась в улыбке, протягивая копыта. — Ты настоящий джентльпони и просто голова, — добавила я, откручивая колпачок и делая большой глоток. Затем выдохнула, переводя дух, и затянула песню, абсолютно не попадая в тональность:

— Пусть ветер воет, ливень льёт,
Земля трясётся иль снег идёт.
Плевать мне на них, пока есть у меня...
Добрый виски и верные друзья.
<&==]--[==&>

П-21 поморщился.

— Блэкджек, это было ужасно!
<&==]--[==&>

— Ты просто завидуешь, потому что у меня куча скрытых талантов, — чопорно ответила я.
<&==]--[==&>

— Ещё я нашёл вот это, — продолжил он, доставая чёрный причудливо изогнутый коготь.
<&==]--[==&>

— Мой драконий коготь! — восторженно воскликнула я, заключая П-21 в объятия и чмокая его в щёку. Надо же, никогда ещё не обнимала жеребца, который был бы настолько напряжён в этот момент. Сейчас я вполне могла использовать его в качестве хуфбольной биты!
<&==]--[==&>

Он оттолкнул меня, выглядя при этом очень смущённым.

— Твой драконий коготь ? — переспросил он, вытирая щёку.
<&==]--[==&>

Я левитировала коготь перед собой и внимательно осмотрела его. Всё ещё прочнее и острее всего, что мне когда-либо встречалось.

— Я подобрала его в музее и потеряла по пути сюда. Думала, что никогда уже его не увижу. — Я улеглась обратно в ванну и глотнула из бутылки. — Эх, ебите меня семеро, похоже моя удача снова со мной.
<&==]--[==&>

П-21 закашлялся и, слегка покраснев, отвёл взгляд.

— Просто чтобы увести разговор от твоей промежности... почему Глори расплакалась, когда я назвал её Монин Глори?
<&==]--[==&>

Я вздохнула и, погрузившись в воду по самые глаза, некоторое время пускала пузыри, прежде чем ответить.

— Глори хочет, чтобы отныне её называли Падшая Глори. Я этого не понимаю, если честно. Она словно... готова умереть, лишь бы не причинять неприятностей остальным. Просто не понимаю. — Затем я не спеша отхлебнула виски и пристально посмотрела на него. — А как насчёт тебя?
<&==]--[==&>

— Что насчёт меня? — недоумённо переспросил он.
<&==]--[==&>

— Никогда не подумывал сменить имя? П-21... ты должен зваться... м-м-м... Взрыватель. Синяя Бомба! Посмотрим, может Скальпель удастся удалить эту... штуковину с твоего зада, чтобы мы смогли увидеть твою настоящую метку, — произнесла я с улыбкой.
<&==]--[==&>

Он вздохнул и покачал головой.

— Нет.
<&==]--[==&>

— Все мои друзья постоянно говорят мне это, — проворчала я, состроив недовольную гримасу. — Хоть бы раз услышать: "О, да, Блэкджек, ты права. Блестящая идея!" — Я откинула голову на край ванны, уставившись в небо. Сейчас я была слишком пьяна, чтобы меня волновал желудок, подступивший к горлу. Дождь постепенно начинал ослабевать. — Как это было бы здорово.
<&==]--[==&>

— Я думал об этом, — ответил он. Затем быстро добавил: — Об имени, а не о твоих блестящих идеях.

"Ну спасибо, П-21. Давай, рушь мои надежды. Топчи их, разбивай на мелькие кусочки, как... как... пф-ф."

Я пренебрежительно фыркнула в его сторону.
<&==]--[==&>

— Некоторые жеребцы в Девяносто Девятом задумывались над тем... кем бы мы были, если бы могли стать кем-то ещё. Как бы нас звали. Какими были бы наши метки. — Он скрестил копыта на краю ванны и положил на них подбородок. — Суть в том, что мне нравится быть П-21. Это напоминает мне о том, что я жеребец, который выжил, несмотря ни на что. Я не могу забыть Стойло, оно часть меня. И это придаёт мне силы.
<&==]--[==&>

Я поджала губы и постучала его по лбу.

— Ты слишком много думаешь. Давай так: ты берешь немного моего веселья, а в ответ делишься своим умом, и мы становимся... ну... непобедимыми! — рассмеялась я.
<&==]--[==&>

Охранницы Стойла 89 снова показались из своего укрытия, разглядывая нас двоих. Я ехидно улыбнулась в их сторону и они тут же исчезли.

— Тьфу... и долго они собираются так делать?
<&==]--[==&>

— Без понятия, — ответил П-21 с усмешкой. — Замечание на будущее: большинство пони, когда собираются принять ванну, первым делом снимают всё с себя. — Развернувшись, он поскакал собирать трофеи дальше.
<&==]--[==&>

Я удивлённо заморгала, а затем перегнулась через край ванны и закричала ему в догонку:

— Большинство пони не подстреливают так часто, как меня! За мою голову назначена награда, знаешь ли! Мою голову оценили в тысячи крышечек! — Я перегибалась через край ванны всё дальше и дальше, тыча в его сторону копытом. — А сколько стоит твоя голова, а?!

В этот момент физика вновь преподала мне урок, когда лишённая ножек ванна перевернулась, выплёскивая меня на разбитый асфальт. Шокированные этим зрелищем кобылки пялились на меня из подземной парковки.
<&==]--[==&>

— У меня очень-очень ценная голова, — пробормотала я, уставившись в небо.
<&==]--[==&>

* * *
<&==]--[==&>

Проспав несколько часов в холодной ванне посреди улицы, я проснулась, мучаясь от сушняка и головной боли, поскольку моё предательское тело усваивало алкоголь, обезвоживая ткани и даря мне ощущение, будто по моей глупой голове долбят кувалдой. Это Глори попыталась объяснить мне медицинским языком, почему я чувствую себя так погано. Правда, голова у меня раскалывалась так сильно, что меня эта лекция мало заинтересовала. Ха, вот вам, умники! А тот факт, что меня всё ещё трясло от препаратов, которые я приняла, чтобы одолеть Дэуса, лишь усугублял моё незавидное состояние.
<&==]--[==&>

Мы всей честной компанией собрались в холле Стойла 89, ожидая барпони, которая отправилась смешивать для меня что-то под названием «Расплата». Вскоре она вернулась с подносом, на котором стояла рюмка и большая бутылка с какой-то оранжевой жидкостью.

— Давай. Это вернёт тебя к жизни.
<&==]--[==&>

— Может всё-таки вернёмся в клинику к Скальпель? — пробормотала я, всматриваясь в содержимое рюмки. Она была наполнена какой-то красной жидкостью с плавающим сверху сырым яйцом, вдобавок всё это было присыпано какой-то красно-коричневой... мерзостью. — Пахнет отвратительно. Наверняка и на вкус такая же гадость.
<&==]--[==&>

Когда я притащилась в клинику, Скальпель лишь одарила меня взглядом, в котороя явственно читалось: "Это не ломка, это порча пожирает твоё сердце. ПРЕКРАТИ ЕЙ ПОМОГАТЬ!", и с этим вышвырнула меня на улицу. Да, она была мастером подобных взглядов.
<&==]--[==&>

— Она придерживается твёрдой политики не лечить похмелье, — сказала Барпони. У неё была самая причудливая метка из всех, что я видела в своей жизни или даже могла себе представить: мешанина из воздушного шарика, серпантина, блёсток, рюмки, упакованного подарки и силуэта кобылки, которые с трудом умещались у неё на заднице. — Выпей сперва это. — Она указала на стакан. — А затем глотни из бутылки, прежде чем тебя вырвет. И на твоём месте я бы зажала нос покрепче.
<&==]--[==&>

Пошатываясь, я поднялась на ноги.

— Я иду к Скальпель. Заплачу ей вдвойне.

Глори и П-21 силой усадили меня на место, игнорируя моё протестное нытьё.
<&==]--[==&>

— Она сейчас помогает лишь раненым пони, — твёрдо произнёс П-21. — Ты не ранена. Так что пей.
<&==]--[==&>

Я вздохнула и подняла рюмку.

— Когда меня начнёт тошнить, я постараюсь попасть на тебя, — предупредила я его и залпом выпила вязкую томатно-пряно-солёную смесь с яйцом. У меня определённо возникло неприятное ощущение, как что-то пытается выползти назад через горло. Затем я моргнула, и П-21 отшатнулся от меня. Я протянула рюмку обратно Барпони. — Неплохо. Можно повторить?
<&==]--[==&>

— Вот так и рождаются легенды об Охраннице, — с усмешкой сказала Рампейдж. Не знаю, что так подняло ей настроение, но надеюсь это не включало в себя нанесение увечий. Барменша посмотрела на меня с удивлённой улыбкой и отправилась смешивать ещё один коктейль, а я присосалась к бутылке, глотая жидкость с апельсиновым вкусом. Должна признать, когда я закончила, я почувствовала себя немного лучше.
<&==]--[==&>

— Что мне сейчас действительно интересно, так это куда, в конце концов, подевалась Каприз! Потому что у меня есть к ней серьёзный разговор по поводу её "охраны". Согласна, это место намного веселее, чем Мегамарт, но поверить не могу, что система обороны Флэнка состоит лишь из двух ворот и кучки практически безоружных кобыл! — Я презрительно фыркнула, но потом заметила, что остальные смотрят на меня с нескрываемым весельем; что, у меня опять глаза светятся?
<&==]--[==&>

— Блэкджек, я почти уверен, что в бою прошлой ночью участвовало от пяти до десяти процентов всего населения Хуффа. Дэус привёл с собой несколько дюжин охотников за твоей головой, а Пекосам удалось уговорить ещё три банды присоединиться к ним. Не думаю, что даже турели или Пушка Крышечки смогли бы их остановить, — уточнил П-21.
<&==]--[==&>

Я хмыкнула и покачала головой.

— Не пытайся запутать меня своей чудной математикой! Будь у Флэнка более достойная защита, ни Дэус, ни Пекосы даже не попытались бы штурмовать его. А если бы и попробовали, то тут же сбежали бы с криками: "Ой-ой. Не хочу, чтобы смертоносные лучи турелей вывернули меня наизнанку. Лучше спрячемся среди холмов и устроим Охраннице засаду!" И того, что случилось прошлой ночью, никогда бы не произошло.
<&==]--[==&>

— Ты не поверишь, как часто я слышу подобное, — ответила Барпони, ставя передо мной ещё три «Расплаты». Я опрокинула в себя один из коктелей. Глори осторожно понюхала содержимое одной из рюмок, и ей тут же стало дурно. — Так что ты предлагаешь? Что поможет обезопасить Флэнк? — Передо мной появилась ещё одна бутылка воды с апельсиновым вкусом, чем-то похожей на Антирадин.
<&==]--[==&>

Я подняла магией рюмку и рассеянно повертела ею в воздухе, размышляя.

— Во-первых, турели. Это лучшее, что я видела во владениях Крышечки. Одно только их присутствие поможет предотвратить массу проблем. У вас имеется шесть зданий, которые способны обеспечить превосходную зону обстрела. Всё, что вам нужно – достать турели и установить их, и можете быть уверены, что каждый посетитель подумает трижды, прежде чем сделать какую-нибудь глупость.
<&==]--[==&>

Я присосалась к бутылке, и слово взяла Глори.

— Это совсем не сложно. Турель – это, по сути, комбинация из оружия, лафета, спарк-батареи и прицеливающего талисмана. Если поблизости найдётся какое-нибудь место с роботами или вооружением, мы сможем достать всё, что нам нужно.
<&==]--[==&>

— Во-вторых, сама система обороны этого места. Даже одни ворота защищать нелегко, а двое – это сущий кошмар. Не зря ведь у Стойла всего один вход, — продолжила я, перемешивая магией содержимое второй рюмки. — Кроме того, этот забор из проволочной сетки может и способен помешать некоторым пони войти в город, или выйти из него, но Пекосы, если помните, просто пробили в нём большущую дыру, да и Дэуса она не остановила. Вам нужно нечто более надёжное. Хотя бы барьер из валунов. Заграждение из старых повозок. А также что-нибудь, чтобы держать пони на почтительном расстоянии. Мины, например.
<&==]--[==&>

— Мины установить совсем не сложно, — подхватил П-21 и слегка позеленел, наблюдая, как я выпиваю вторую рюмку и гоняю её содержимое во рту, дегустируя. — Но их вам нужно очень много. Плюс, нужно как-то обезопасить мины от того, что какой-нибудь единорог обезвредит их при помощи магии.

Вязкая субстанция имела довольно специфический вкус, но была совсем не плоха. Кроме того, я люблю остренькое! Я демонстративно сглотнула, от чего П-21 аж передёрнуло.
<&==]--[==&>

— И как это сделать? — спросила я, заинтригованная.
<&==]--[==&>

— Просверливаем отверстие в дне мины и подсоединяем к нажимной пластине шнур. Единорог видит мину и, зафиксировав нажимную пластину, начинает вытаскивать её из земли. Шнур натягивается, пластина опускается, срабатывает детонатор и... БУМ! — Так. Нужно было позволить П-21 разбираться с минами, на которые я натыкалась. — Настоящая проблема – как перетаскивать валуны, чтобы возвести приличный барьер.
<&==]--[==&>

— П-ф-ф, — фыркнула Рампейдж. — Не похоже, чтобы обломки «Биржи» были такие уж тяжёлые. Пара таблеток Бака, немного выпивки – и за работу. Глазом не успеете моргнуть, как это место будет расчищено. — Она пододвинула к себе последнюю рюмку и скептически понюхала содержимое.
<&==]--[==&>

Барпони как-то странно посмотрела на нас четверых и произнесла:

— Да, это было бы весьма полезно, но...
<&==]--[==&>

— Но, — закончила я за неё, — всё это будет бессмысленно, если Каприз не обзаведётся приличной охраной. Я не виню охранниц за то, что они не смогли остановить все эти банды, но я виню их за то, что они побежали. Даже ты оказалась храбрее, чем они. — Барпони захлопнула рот, лишь недоумённо хлопая глазами. — Им нужно учиться адекватному владению оружием. Они должны быть уверены, что смогут противостоять любым рискам и решать любые проблемы. Я видела охранниц, когда мы покидали «Номера»; они просто стояли столбом и не знали, что делать.
<&==]--[==&>

Персиковая кобыла просто переводила взгляд от одного из нас к другому.

— Да, всё это было бы замечательно, но... разве вам троим больше нечем заняться?
<&==]--[==&>

Я удивлённо заморгала. Откровенно говоря, последние несколько дней были сплошной чередой беготни и драк, изредка прерываемой периодами уныния и депрессии. Тем не менее, она была права. Я должна найти Каприз... при условии, конечно, что она не сделала ноги из Флэнка. В этом случае придётся вести дела с Барпони и получить с неё свои крышечки для оплаты расшифровки ЭП-1101. Но впервые за без малого неделю мне выпал шанс заняться тем, чего мне действительно хочется, а не тем, что я должна.
<&==]--[==&>

— Знаете что? — Я стукнула копытами по столу перед собой. — Нет у меня неотложных дел. Устрою себе отпуск. Это первый реальный островок цивилизации, который я повстречала в Пустоши, и я сделаю всё, чтобы помочь обезопасить его.
<&==]--[==&>

— Но... вы даже не обсудили плату... — запинаясь, произнесла Барпони, глядя как Рампейдж осушает рюмку. В её глазах промелькнуло странное выражение, которое я не совсем поняла.
<&==]--[==&>

Я лишь пожала плечами.

— Меня это не волнует. Я просто хочу для разнообразия заняться чем-нибудь, что не заставить меня бегать сломя голову, спасая свою шкуру, или убивать кого-либо. Пусть Каприз заплатит столько, сколько посчитает справедливым, когда соизволит, наконец, показаться, — сказала я и нахмурилась, оглядывая бордель. — Нет, серьёзно, где она? Поверить не могу, что она до сих пор прячется! Или может она сбежала?

Персиковая кобыла уставилась на меня, словно не понимая, шучу я или что.
<&==]--[==&>

Глори посмотрела на меня с озабоченной улыбкой.

— Блэкджек, да ведь Каприз – это...
<&==]--[==&>

К несчастью, в этот самый момент желудок Рампейдж решил, что ему не по вкусу «Расплата» и поэтому напиток необходимо вернуть. Содержимое желудка, в знак солидарности, отправилось следом. Огромное количество полупереваренного мяса выплеснулось на спину П-21, и тот застыл на месте, дрожа всем телом. Полосатая пони вытерла рот тыльной стороной копыта.

— Что за гадость! И как только тебе удалось проглотить аж три таких?! — сказала она, отправляя в рот целую горсть Минталок, которые начала энергично пережёвывать.
<&==]--[==&>

П-21 посмотрел через плечо на Рампейдж. Взгляд его холодных голубых глаз грозил неминуемым возмездием.
<&==]--[==&>

Я отшатнулась, а затем поднялась на ноги, размахивая копытом перед лицом, чтобы разогнать вонь.

— Что ж... думаю на этом всё. Почему бы охранницам не встретиться со мной через час или два в подземном гараже? И смотрите в оба, возможно вам удастся перехватить Каприз в «Бирже», чтобы достать запчасти, которые нужны Глори. И... м-м-м... здесь не помешала бы швабра, — предложила я.
<&==]--[==&>

— Неплохая идея, — ответила Барпони, которая по-прежнему находила нечто забавное в нашем разговоре. — Почему бы тебе не воспользоваться комнатой Б-10 в жилых кварталах, пока я показываю П-21, где расположены душевые? Съешь что-нибудь и закончи приводить себя в порядок. Я уверена, Каприз не будет против. Я дам знать, когда охранницы будут готовы.
<&==]--[==&>

— Отлично! — Я кивнула ей в ответ. Голова у меня ещё не до конца отошла от последней попойки. — И скажи Каприз, что мне действительно очень нужно встретиться с ней, хорошо? Я всё ещё ожидаю оплаты по тем контрактам. — Я озабоченно огляделась вокруг; все опять смотрели на меня со странным выражением на лицах. Ну, за исключением П-21, который не сводил взгляда с блевотины на своей шкуре.
<&==]--[==&>

— Да что? — требовательно спросила я.

Глори лишь вздохнула, с улыбкой качая головой.

— Просто... ладно, забудь...

* * *
<&==]--[==&>

Должна заметить, устройство Стойла 89 сильно отличалось от моего. Во-первых, тут было чище, лучше освещено и никакого запаха плесени и отходов. Так как это Стойло изначально создавалось для учёных(?), в каждой комнате стояло лабораторное оборудование. Я шла мимо многочисленных кладовых, полки которых были уставлены всевозможными видами химикатов и древних реактивов. Зато комната охраны была гораздо меньше нашей, и я так и не смогла найти тут каких-то признаков оружейной.
<&==]--[==&>

Я могла только предположить, что когда дверь Стойла 89 открылась, нехватка места под оборудование быстро уступила нехватке места для охраны. В моём Стойле Охрана занимала целый этаж. Комната для тренировки боя с дубинкой и учебной стрельбы, комнаты для задержания и допросов. Или Стойл-Тек думали, что кучке учёных не доведётся нарушать порядок, или это была весьма грубая оплошность.
<&==]--[==&>

Жилые помещения были разделены на сектора А, В и С; учёные, наверное, так придумали. "А" был предназначен для развлечений, но в остальных, похоже, жили и работали пони. Я нашла комнату В-10 и вошла внутрь. Интересно, у них все двери в этих секторах не заперты, или это пропуск охранницы в моём ПипБаке позволил мне пройти, даже если он был от другого Стойла. Впрочем, не важно. Если бы не стол с оборудованием в углу, это могло бы быть очень похоже на мой дом.
<&==]--[==&>

Дом. После всего, что случилось с П-21, я думала, что Стойло 99 станет для меня ночным кошмаром, и оно стало. Но сейчас, находясь в этом маленьком стальном ящике, я не могла не признать: я всё ещё скучаю по той дырке в земле. Мне хотелось снова сыграть в карты с Риветс. Попробовать затащить Миднайт в постель... о богини, как же мне сейчас нужен был кто-то в моей постели. Как я скучала по Маме, постоянно указывавшей мне что делать. Это было скучно, бессмысленно, ужасно, но это была моя жизнь.
<&==]--[==&>

Я плюхнулась на кровать, ощущая покалывания боли в роге и голове. Похмелье? Порча? И то, и другое?

— Хех... Могу представить, что сказала бы мама: «Блэкджек, ты опять увиливаешь от своих обязанностей». Я вздохнула и перекатилась на спину, ощущая под собой знакомый мягкий матрас-массового-производства Стойл-Тек. Поспал на одном — считай, что поспал на всех.
<&==]--[==&>

Забавно, но мне нравилась идея помочь Флэнку. Пусть сперва он казался мне всего лишь сборищем наркоманов, но побыв здесь, насладившись вкусом свежей еды, музыкой Миксера, даже мыслями о сексе в Стойле 69, я почувствовала, что Пустоши нуждалась во Флэнке. В чём-то, к чему надо стремится. В чём-то поважнее простого выживания. Я лишь надеялась, что Каприз наконец объявится, когда я закончу с установкой охраны; я помогала это кобыле, а она даже не пошевелила копытом, чтобы сказать спасибо?
<&==]--[==&>

... чёрт, теперь мне становилось скучно. На самом деле процесс ожидания был для меня гораздо мучительнее, чем просто скука.
<&==]--[==&>

И у меня всё ещё был тот шар памяти из Мирамэйр...
<&==]--[==&>

— Нет! Нет, блять! — сказала я, обхватив виски копытами. — Нет, мозг, больше никаких шаров памяти. Это слишком вредно для здоровья. От них или грустно, или просыпаешься в одиночестве, или вообще с бомбой на шее. Так что никаких шаров! — Потом я моргнула и потёрла копытом лоб, когда поняла, что это идея так и не ушла из моей головы. — Если я сейчас воспользуюсь этой штукой, то проснусь... не знаю... с татуировкой, или через двести лет, или беременной, или вообще хрен знает что!
<&==]--[==&>

Я посмотрела на свои седельные сумки... тик... тик... тик... и издала обречённый вздох.

— Это плохо закончится, мозг. Очень плохо. — Я левитировала к себе сумку и положила рядом. — Ладно... просто предупреждаю себя... это плохая идея. Последний шанс сделать что-нибудь полезное, вроде... поспать... помастурбировать.... хоть что-нибудь? — Нет, всё ещё хочется посмотреть это шар памяти. Я вздохнула и прикоснулась к нему рогом.
<&==]--[==&>

Ух-ты. И никакого пароля, или типа того? Что-то новое... Моё тело было... в порядке... так, это у нас крылья... а это... эм, нуу... это был пегас. Он был с головы до копыт в каком-то доспехе, не в броне, а именно в латах. Во рту у него ощущался вкус шоколада, и его нос жутко чесался.
<&==]--[==&>

Похоже, я была в какой-то роскошном шатре. На большом экране виднелись две железнодорожных колеи и какое-то депо. Ещё там были десятки, может, сотни вагонов, расставленных на макете. Вокруг было много разных пони, которые выглядели важно и разговаривали низкими голосами. Мой хозяин осторожно достал что-то из-под крыла и, притворившись, что поправляет пластину брони, засунул целый кексик себе в рот.
<&==]--[==&>

— Если ты и дальше будешь продолжать в том-же духе, ты не пролезешь даже в собственную броню, — сказала кобыла тихим, игривым голосом. Он оглянулся, и оба наших сердца замерли, когда мы посмотрели в светлые, сине-зелёные глаза красивого тёмного аликорна. Я была ошеломлена её красотой и ужасно смущена. Мой хозяин проглотил целый кексик за раз, сдерживаясь, чтобы не подавиться, и снова поднял взгляд. Тёмное крыло возникло перед ним.

— Ой, смотри. Крошки, — нежнейшие перья вытерли их с его губ.
<&==]--[==&>

Я была практически уверенна, что и я и мой хозяин могли бы умереть прямо на этом моменте.
<&==]--[==&>

Я привыкла видеть Принцессу Луну как картину на стене, или картинку в книге. История о том, как Луну сослали на луну на тысячелетие и о том, как спустя несколько лет после возвращения она взяла бразды правления Эквестрией на себя, всегда виделись мне всего-лишь парой сухих глав в книге. Разумеется, трагичных и достойных уважения, но никак не реальных.
<&==]--[==&>

Но не теперь. Я и представить не могла Луну в виде кобылы немного старше меня. Этот взгляд, полный мудрости, казалось, заботился обо всём, на что опускался. Её простая улыбка, дружелюбная, но, в то же время, загадочная, как будто она сама не знала, почему улыбается. Никто не смог бы описать мне ни этот блеск в её тёмно-синей гриве, как луч лунного света посреди унылой палатки, ни этот утончённый рог, который отражал свет так, что казалось, что на его верхушке зажигалась звезда каждый раз, как она двигалась. Вдруг я оказалась присутствие чего-то большего, намного большего, чем ничтожные пони, как я. Мне захотелось набросится на знатных пони, которые перешёптывались:
— Посмотрите! Посмотрите на неё! Если вы не остановитесь, вы потеряете это!
<&==]--[==&>

Полог шатра отдёрнулся, и внутрь зашла Принцесса Селестия. О слышала о ней, как о "властительнице", признаться, я всегда представляла её как "Смотрительницу". Я ожидала, что она будет маленькой, незначительной, суетливой, управляющей только потому, что её обязывал закон.
<&==]--[==&>

Я мысленно приклонилась перед Селестей, вместе со своим хозяином. Это было инстинктивно, если бы она чего-то пожелала, я бы тут час бросилась это исполнять. Казалось, от неё исходила аура материнской любви, окутывающая всех в её присутствии. Её радужная грива развивалась на лёгком бризе, который я ощущала только в своём вооброжении. В её грустном взгляде была любовь, абсолютная и безоговорочная. Никто никогда не обладал такими глазами и, я была уверенна не будет обладать.
<&==]--[==&>

Вы потеряете это? ВЫ ПОТЕРЯЕТЕ ЭТО? Ради угля, гордости и из-за страха вы жертвуете этим? Я хотела закричать на этих пони и на самих принцесс. Я хотела показать им тот пустой мир, который они оставят после себя. Ничего не стоило потери этих принцесс. Мир потерял свой смысл без них.
<&==]--[==&>

Мой хозяин, не смотря на это, не пошевелил и пером. Я клянусь, на его губах всё ещё были мурашки от игривого прикосновения Луны, но он обратил всё своё внимание на Селестию. Она выглядела поникшей, как солнце, спрятавшееся за стену облаков. Луна немедленно подошла к ней.

— Они сказали нет?
<&==]--[==&>

Селестия глубоко вздохнула и покачала головой.
<&==]--[==&>

— Ваше Величество, это уже больше, чем оскорбление! За этот уголь было уплачено два года назад. У зебр нет никакого права прерывать поставки из-за... политических разногласий, — с презрением фыркнула пышно одетая кобыла.
<&==]--[==&>

— Цезарь остаётся непреклонен. Они задержат эту партию угля до тех пор, пока его правительство не признает правомочность наших требований, — негромко сказала Селестия, глядя на макет. — Его представитель дал понять, что мы должны пересмотреть наше эмбарго на поставки драгоценных камней.
<&==]--[==&>

— Это уловка, Ваше Величество. Всего лишь повод для вымогательства: более выгодные условия контракта в обмен на наши драгоценные камни, — хмыкнул единорог. — Они просто упрямятся. Мы должны проявить волю.
<&==]--[==&>

Пони в деловом костюме вежливо кашлянул.

— Это спорный вопрос, Ваше Величество. У зебр нет жизненной необходимости в драгоценных камнях. Зато, по оценкам "Гиппокампус Энерджи", даже если мы сократим подачу энергии на сорок процентов, запасов топлива хватит только на месяц. После этого Эквестрия погрузится в темноту.
<&==]--[==&>

— Напомните кто-нибудь, кому пришла в голову эта чудесная идея, строить инфраструктуру на основе энергетического ресурса, которого нет в Эквестрии? — с подчёркнутым сарказмом спросила Принцесса Луна. Но только Селестия улыбнулась этой попытке пошутить. Остальные присутствующие выглядели взволнованными.
<&==]--[==&>

Пегаска в пышном платье топнула копытами.

— Так что же? Там находится наша охрана. Мы просто заберём груз и пускай Цезарь хоть удавится. Правомерность наших действий будет неоспорима. Если их правитель не управляет, почему мы должны от этого страдать?

Среди присутствовавших послышался шёпот одобрения. Однако Селестия всё равно выглядела опечаленной.
<&==]--[==&>

Затем из угла шатра раздался юный голос:
— Это было бы очень плохим решением.
<&==]--[==&>

Все оглянулись на единорога, который, очевидно понимал всю неуместность своих комментариев. Ведь он был моим ровесником! У него была светлая шкура, соломенно-желтая грива и, к моему удивлению, желтый рог, а его кьютимаркой была золотистая капля. Я надеялась, это не означало, что он постоянно обмачивается, потому что, судя по виду, он это и собирался сделать. Однако Селестия с улыбкой спросила его:

— Как ваше имя?
<&==]--[==&>

Тотчас же появившийся рядом статный жеребец-единорог бросил на него презрительный взгляд и быстро заговорил:

— О, не обращайте внимания, Ваше Величество. Он все ещё не усвоил, как нужно себя вести.

«А вести себя он должен был просто: заткнуться к чертям; сколько раз мама так смотрела на меня.»
<&==]--[==&>

Белый единорог с золотистой каплей напряженно сжал губы и выступил вперед.

— Цезарь – защитник народа зебр. Не правитель. Защитник. Когда Вондерболты спасли заложников в Барберри Коуст, это было пощёчиной его способности защищать своих соотечественников. Он должен восстановить уважение к себе.
<&==]--[==&>

— А ну тихо, ты, — сквозь зубы процедил статный единорог, испепеляя его взглядом, после чего с подобострастной улыбкой посмотрел на Принцесс. — Прошу прощения, Государыни. Он прожил несколько лет в их стране и теперь считает себя экспертом.
<&==]--[==&>

— Может быть. Но я хочу услышать все мнения. Продолжайте.

У старшего единорога был такой вид, будто он только что залпом осушил стакан "Расплаты" Барпони.
<&==]--[==&>

Молодой жеребец нервно сглотнул.

— Цезаря... со времён его прихода к власти, преследуют неудачи: нападения монстров, засуха, а теперь этот кризис с заложниками. Ему нужна победа, Ваше Величество. Передайте ему концессии на драгоценные камни, какие он потребует. Когда ситуация стабилизируется, эти условия можно будет пересмотреть.
<&==]--[==&>

Пегаска с возмущением фыркнула:

— Что за изменнические разговорчики! Ставить интересы зебр выше наших?! Мы можем просто забрать уголь!
<&==]--[==&>

— Тогда Цезарь будет сопротивляться. У него не будет выбора. Это его священный долг.

Он окинул взглядом всех присутствовавших.

— Я знаю, что это будет труднее и займёт больше времени, но, уверен, это лучше, чем насилие.

Ответом ему был неодобрительный ропот.

«Послушайте его!» — хотелось мне закричать. Затем он громко выпалил:

— Пожалуйста, выслушайте меня!

Видимо, это нарушало столько протокольных норм, что все затихли.

— У зебр есть слово для таких случаев. Это не драка. Не битва. Это война. Они используют его, когда вся их страна стоит перед лицом страшной угрозы. Драконьи налёты. Стаи мантикор. Раньше им уже приходилось вести войны, когда каждая зебра шла в бой. Война – это ужасная вещь. Пожалуйста, не надо доводить до этого, когда есть другие пути решения проблемы.
<&==]--[==&>

После короткой паузы единорог с картушкой на бедре пренебрежительно фыркнул.
— Война. Звучит смешно. Пусть Цезарь начинает свою войну.
<&==]--[==&>

— Пусть. У зебр кишка тонка дать настоящий бой. Шесть месяцев и они будут умолять нас забрать их грязные камни, — хмыкнул жеребец.
<&==]--[==&>

Кобылка только рассмеялась.
— Три месяца! И нам достанутся их шахты.
<&==]--[==&>

— Умоляю, они же просто полосатые мулы. Столкнутся с нашей магией и летчиками и сразу же расползутся по своим норам, просить о мире. Месяц, в крайнем случае, — нахально улыбаясь, ответил единорог с меткой-компасом, чем заработал несколько одобрительных возгласов.
<&==]--[==&>

Не смеялись только бизнес-пони, стража и принцессы. Бизнес-пони посмотрели в свои блокноты.
— Ваше Величество, я не берусь рассуждать о битвах или политике. Но могу сказать точно, без угля замрет вся наша экономика. Половина рабочих Филлидельфии в отпусках. В Мейнхеттене нет света почти всю ночь. И это уже сейчас. Если мы не получим уголь, то не сможем доставлять продовольствие в крупные города. В этом случае, мы не отделаемся одними неудобствами. Начнется голод.
Все возгласы и разговоры как отрезало.
<&==]--[==&>

Принцесса Селестия улыбнулась собравшимся пони. — Дорогие джентельпони, прошу Вас оставить нас на минуту наедине. — Атмосфера наполнилась бормотанием и перешептыванием, пока аристократы и бизнеспони выходили из шатра, оставив только стражу. Селестия выглядела так, будто она собиралась заплакать, как только ушли посетители. — Как мы дошли до этого? Неужели мы этого хотим? Борьбы? Войны? — Селестия протёрла глаза. — Я уже позабыла это слово. Это было так давно.
<&==]--[==&>

— Этот молодой пони ошибается. Это не зебринское слово. Мы придумали его. Когда ты боролась со мной. — Тихо ответила Луна. — Хотя…не… не то, как же это было названо тогда?
<&==]--[==&>

— Что-то похожее. Но я всё равно помню как я ненавидела его. — Она глубоко вздохнула и посмотрела на сестру. — Что ты думаешь Луна? — Принцесса Селестия спросила спокойно.
<&==]--[==&>

Луна вздохнула в ответ. — Я действительно не вижу, чтобы у нас были другие пути решения этого конфликта. Это уже длится несколько месяцев. И это не вопрос того, хотим ли мы бороться. У нас должен быть уголь. Мы можем согласиться на все требования Цезаря, и могут потребоваться месяцы, чтобы возобновить поставки. — Она посмотрела на откидной полог шатра. — Мне жаль, что у нас не было того молодого пони, когда этот кризис начался. Кто он?
<&==]--[==&>

— Один из отпрысков моего племянника. — Селестия ответила с раздраженным вздохом. — Блюблад обременил его чрезвычайно неприятным именем. Брендиблад кажется.
<&==]--[==&>

— Ещё один? И он действительно привёл в королевский двор одного из своих… потомков? — Луна презрительно посмотрела в сторону выхода. — Это меня поражает, что любая кобыла пускает его в своё ложе. Но всё же результаты его внебрачных связей явно имеют некоторый успех.
<&==]--[==&>

— Тебе виднее. — Сказала Селестия с улыбкой, от этих слов щечки Луны вспыхнули. — Я знала его мать, она умерла в прошлом месяце. Он возвратился на её похороны. Я намекнула Блюбладу, что мальчик мог бы наслаждаться высшим светом. Возвратив его, в сущности, из изгнания в землях зебр. — Селестия хмуро продолжила. — Благими намерениями вымощена дорога к хаосу.
<&==]--[==&>

Взгляд Луны выражал сочувствие. — Ты не могла предвидеть, что наша помощь так глубоко заденет Цезаря.
<&==]--[==&>

— Я должна была, Луна. Я правила тысячу лет. Его отец был гибок. И его дед. Он пошёл в своего прапрадеда. — Селестия вздохнула и покачала головой. — Иногда это так трудно держать их всех в рамках на протяжении веков. Я думала, что спасательная операция - простое, элегантное решение. Я боялась, что проволочка убьёт заложников. И сейчас… мы потеряли Вондерболтов.
<&==]--[==&>

— Вондерболты спасли эти жизни в обмен на свои. Никто не может сделать большего. — Сказала Луна, укрыв своим крылом свою сестру. — Неужели нет надежды на дипломатию?
<&==]--[==&>

— Переговоры шли по замкнутому кругу с тех пор. Решение должно быть очевидным, но по некоторым причинам мы не можем просто так согласиться. Они отчаянно нуждаются в драгоценных камнях, они необходимы для самого мощного оружия, чтобы противостоять монстрам на их землях, но мы не можем сдаться и снять эмбарго на драгоценные камни. Это единственный рычаг, который у нас есть. — Она протерла свои глаза снова. — Я скучаю по дням, когда самой большой неприятность были смоговый храп дракона или нашествие параспрайтов на Филлидельфию. — Селестия грустно улыбнулась. — Хочешь на моё место? А я пока уйду в отпуск.
<&==]--[==&>

Луна засмеялась. — Ни за какие коврижки в Эквестрии, сахарок. К тому же, я знаю, что ты не серьёзно. Потребует что-то более из ряда вон, чтобы ты ушла на пенсию, Тиа.
<&==]--[==&>

— Это правда. — Принцесса Селестия ответила со слабым вздохом. — Итак, вот как это будет. Я только надеюсь, что Цезарь понимает, насколько тяжелой является наша потребность и пересмотрит своё решение. — Она с привычной легкостью левитировала свиток пергамента и перо и написала послание. Затем она свернула его и обратилась к моему хозяину и стражнику единорогу рядом со мной. — Передайте это особое распоряжение командиру Лайтхорну. Он будет ответственен за перевозку угля. Позаботьтесь, чтобы пострадавших было как можно меньше. Вы поняли?
<&==]--[==&>

— Да, мэм. — Ответили стражники в унисон, получив инструкции, они поклонились и выбежали из шатра.
<&==]--[==&>

— Ты можешь в это поверить? — Прошептал мой хозяин. — Это было сильно.
<&==]--[==&>

— Мы не обсуждаем дела принцесс, Капкейк. — В ответ пробормотал единорог. А затем бросил обеспокоенный взгляд. — Но, да… это было… сильно.
<&==]--[==&>

Позади шатров, аристократы кучковались в группы по интересам, а в стороне от них Блюблад проводил уроки физического воспитания над своим соломогривым отпрыском, ударяя его снова и снова. — Как смеешь ты меня позорить! Ты мелкая бесполезная… выскочка!
<&==]--[==&>

Молодой отпрыск заплакал и закрыл голову. — Прошу, Отец! Я просто хотел помочь принцессе.
<&==]--[==&>

— Не смей называть меня так, слышишь меня? У тебя нет отца. — Прорычал Блюблад.
<&==]--[==&>

— Прикрой меня. — Выкрикнул Какпкейк и заложил крюк. Коричневый пегас прыгнул и тяжело приземлился между Блюбладом и молодым отпрыском. — Простите меня сэр, но Вы нервируете публику.
<&==]--[==&>

Блюблад угрюмо уставился на отпрыска, а затем посмотрел на стражника. Потом он поднял ввысь подбородок и рысью помчался прочь, принося свои извинения. Капкейк только вздохнул и покачал головой. — Слушай, у тебя всё в порядке? Как тебя зовут?
<&==]--[==&>

Он посмотрел вверх на Капкейка, и я почувствовала, что что-то внутри меня ёкнуло. Его глаза были не желтые, но ярче золота. Кровь стекала из небольшой раны на лбу рядом с его странным, металло золотистым рогом. Меня потрясло, что несмотря на слезы, его взгляд был твердым и уверенным. — Спасибо, я в порядке. — Сказал он, и его проницательные золотые глаза смотрели прямо на меня. — А зовут меня Златокров (Золотокров, Голденблад, Голдблад).
<&==]--[==&>

Прейдя в чувство, я тут же вскочила на ноги! Окей, точнее я упала на пол, собираясь вскочить на ноги! Тем не менее, я осмотрелась вокруг в поисках призрака киборга монстра охотника за головами, который, безусловно, уже набросился на меня, пока я была в отключке. Но меня окружили только свет люминесцентных ламп и гул вентиляторов. Слезы стекались по моей щеке, когда я смотрела на небольшой пучок света.
<&==]--[==&>

Священник пытался объяснить мне, что шары памяти были больше, чем просто свидетельством прошлого. Они были завещанием, вековым доказательством существования пони, которые создали современный мир. Они были больше, чем просто собранием забавных историй, военных хроник или любовный историй, которые видели и лучшие времена. Они были наставлением того, что мы потеряли и как много нам нужно ещё пройти, чтобы исправить всё это.
<&==]--[==&>

Я прижал шар к груди, самый дорогой предмет, который я могла вообразить во всей Эквестрии.
<&==]--[==&>

* * *
<&==]--[==&>

Четыре часа спустя я привалилась к бетонной балке на верхнем этаже гаража. Мои тренировки с кобылами сил безопасности (я использую этот термин так, как среди них не было ни одного жеребца) были сплошной катастрофой. Они могли стрелять и даже махать дубинкой, но у них не было главного – силы духа.
— Это был ужас! Ужас! Преподование – это сложно.
<&==]--[==&>

Обломки, которые я оставила с прошлой ночи, только сейчас начали разгребать. Панели Биржи разбиты на мелкие кусочки выстрелами дезинтегратором Мон… Падшей Глори и взрывами динамита. Рампэйдж и несколько выносливых жеребцов, запряжёнными ремнями начали тянуть. Единороги подложили длинные трубы под плиты, чтобы их можно было катить. Мелкие обломки были свалены в кучи по периметру. Вся работа потребует уйму времени, но коллективный труд, по крайней мере, даст начало этому процессу. Наверное, Каприз сказал всем жеребцам визитёрам, что никаких ширли-мырли не будет, пока не будет убран этот беспорядок. Я никогда в жизни не видела, чтобы так напряженно работали.
<&==]--[==&>

— Ох, я не думаю, что было так всё плохо. — Сказала пони-официант, когда та достала из сумки две бутылки Санрайз Сарсапарилы. Она зашла, чтобы послушать и осталась на целую лекцию и даже попыталась пострелять из ружья. Она была безнадежна, хотя… Я отчаялась узнать её настоящее имя, она кажется забавлялась и так и не дала мне прямой ответ.
<&==]--[==&>

Ниже нас доносились звуки выстрелов, и время от времени звук бьющихся бутылок. Я не ожидала, что многие из них не знают, как пользоваться оружием и использовать дубинки, будто они боялись покалечить себя. — Они боялись меня. — Пробормотала я, глядя на неё. — Хуже того, я думаю, что говорила как Мама и заставила почувствовать их, что они абсолютно бесполезны в то же время.
<&==]--[==&>

— Ты должна понять, что не все пони здесь бравые ребята. Это проститутки, которые по графику становятся охранниками, кобылы которые пытаются соскочить с Дэша и Пыли и кобылки, которые с отчаянием пытаются не попасть в их ловушку. А также жеребцы, которые подписываются на всё это ради возможности достать дармовой наркоты и секса.
<&==]--[==&>

— И кем ты была? — Спросила я, а затем поморщилась. — Эммм… можешь не отвечать.
<&==]--[==&>

— Проституткой, но сейчас у меня много другой работы, — сказала она без колебаний или стыда. — А ты очень мило смотришься с парой копыт во рту.
Я покраснела, но не поняла, от её флирта или рода занятий. И это заставило меня захихикать.
<&==]--[==&>

— Мне интересно, как Флэнк продержался всё это время.
<&==]--[==&>

— А он всегда был уязвим, если честно. Мы держали всё на плаву и надеялись, что помогут пони вроде тебя, если кто-то выйдет за рамки. И это срабатывало годами; Пекосы были нашей неофициальной охраной в обмен на выпивку, Дэш и секс. Сайдвайндер мог бы захватить нас, будь у него чуть больше мозгов и чуть меньше виски.

Я обратила внимание на её затравленное выражение лица, но она поймала мой взгляд и улыбнулась.
<&==]--[==&>

— Увы, это в прошлом, — пробормотала я, глядя на улицу. Даже дождю не удалось смыть всю эту кровь. И еще не все тела вытащили из заболоченных руин. — Так что, кто-нибудь решится на еще одну авантюру, рано или поздно.

Опять это... странное выражение лица.
<&==]--[==&>

— Мне кажется что ты сделала больше, чем думаешь, — уверенно сказала Барпони. — И я удивлена, если честно. Не думала, что тебя так волнует самообладание.
<&==]--[==&>

— Почему, разве я так плоха в этом? — спросила я с улыбкой и получила кивок в ответ. Вздох. — Ну, думаю, я становлюсь ханжой, когда дело касается качества чего бы то ни было. Мама всегда учила меня, если ты можешь добиться того, что тебе нужно простой просьбой, то сперва проси. Нагрубить успеешь. Охранник, который сразу хватается за дубинку или пистолет, это просто бандит в форме.
<&==]--[==&>

— И это то, что ты делаешь? — спросила Барпони.
<&==]--[==&>

— Большинство пони, которых я повстречала, были славными, и в то же время грубыми. На всех повлияли эти крышки, — печально отозвалась я, прислушиваясь к выстрелам. — Если они могут заставить себя пойти трудным путем, то и с работой охранника они справятся. Уверена, они крутые кобылки. Это еще один шаг от простого самосохранения к защите всех остальных.
<&==]--[==&>

И едва я договорила, как меня начали целовать; во имя Богинь, меня целуют! Мои глаза расширились настолько, что я испугалась, как бы они не выпали из глазниц. Задние ноги подкосились и я упала на корточки; её язык вытворял в моем рту такое, что я едва могла вообразить. Когда она дала мне вздохнуть, я поняла, что краснею от копыт до кончика рога.

— Ничего себе... — затем я встряхнулась. — И к чему это?
<&==]--[==&>

— Не хотела упускать такой случай, — ответила она, развернувшись и обернув свой шелковистый хвост вокруг моей шеи. — А теперь идем.
<&==]--[==&>

— Хм... а куда мы идем? — спросила я, шагая за ней. Она посмотрела на меня так, что я задрожала. — Ох...
<&==]--[==&>

* * *
<&==]--[==&>

Когда мы наконец сделали передышку, я почувствовала себя хорошо. Нет. К чёрту. Я почувствовала себя просто замечательно! Действительно замечательно. На сей раз я ни разу не сожалела о том, что бросила хорошую, безопасную, уродскую жизнь в Стойле Девять Девять. Сзади по мне растеклось приятное тепло, которое прошло через всё моё тело. Наши конечности сплелись вместе посреди моей кровати. У меня всё еще подёргивались задние ноги.
<&==]--[==&>

Она смотрела на меня своими впечатлёнными розовыми глазами, отражающими свет подобно звёздам.

— На какой-то момент я почувствовала себя девственницей, — сказала я, пока моё дыхание успокаивалось.
<&==]--[==&>

— То есть, ты не была ей? — спросила она с заигрывающей улыбкой. Я поморщилась, а она тихо промурлыкала, погладив меня копытом по лицу.

— Я просто дразню тебя, ты действительно была очень сладкой.
<&==]--[==&>

— Почему твоё "сладкой" звучит как "девственница" ? — спросила я, сведя брови вместе от беспокойства.
<&==]--[==&>

— Потому-что девственницы тоже сладкие — лукаво сказала она.
<&==]--[==&>

Я закрыла глаза и глубоко вздохнула.

— Ты пользуешься моим состоянием. Несправедливо.
<&==]--[==&>

— Справедливость и не существует на Пустоши, — сказала она, лизнув мою щёку, заставив меня трепетать.

— Ещё разок?
<&==]--[==&>

— Я тогда просто растаю.
<&==]--[==&>

— Тогда я выпью тебя.
<&==]--[==&>

— "Жидкая Охранница"?
<&==]--[==&>

— "Охранно-Кола".
<&==]--[==&>

— Я не настолько сладкая.
<&==]--[==&>

— Я позволю себе не согласиться, — сказала она, покусывая моё ушко, — ты очень сладкая.

Ладно, теперь я покраснела.
<&==]--[==&>

К сожалению, у меня ещё осталась работа

— Почему-бы нам не взять передышку? Ты можешь пойти спросить у своего босса, когда она планирует встретиться со мной, а я пойду, проверю, как там идут дела, — я хихикнула, — ты знаешь, чем дольше я здесь, тем больше мне нравиться это место.
<&==]--[==&>

Она замолчала, обдумывая, что я сказала, почти оценивая меня, и улыбнулась.

— Что ж, хорошо. Это суть Флэнка. Веселье для всех, — сказала она, встав и отряхнувшись, — Вперёд. И оставь немного сил для второго раунда. И третьего... четвёртого... пятого...
<&==]--[==&>

Я почти протанцевала по коридору стойла и меня не волновало, кто меня видел и что они подумали. Может, это было потому что я помогала пони и хотела этого, а может, потому что Барпони могла щекотать мои придатки так, как я и представить себе не могла, но мне было очень хорошо! Я знаю, я ловила на себе разные взгляды, но мне было наплевать. Наплевать! Наплевать. На - пле - вать!
<&==]--[==&>

Снаружи я нашла Глори, творящую своё волшебство с техникой, собирая секции лафета турели. Учитывая всё, через что она прошла, похоже, что она пыталась полностью погрузиться в работу. Она заметила меня, сжала губы, нахмурилась и сказала:

— Вы только посмотрите, кто пришёл.
<&==]--[==&>

Ладно, я могла вытерпеть грустную Глори, могла иметь дело с до смешного преданной Глори, но откуда вдруг взялась взбешённая и грубая Глори?

— С тобой всё хорошо?
<&==]--[==&>

— Конечно, со мной всё хорошо. Я всего-лишь работаю до седьмого пота, пока ты там сношаешся, — сказала она, взяв гаечный ключ и затянув болт. Она выплюнула ключ обратно в ящик с инструментами за секцией.

— Надеюсь, она была эффектной. По-видимому она стоит копыта и потраченных полчаса.
<&==]--[==&>

— Эй! Не говори так о ней, — резко ответила я, нахмурившись. Её злые глаза стали наполняться слезами, но она вытерла их до того, как я, вздохнув, положила копыто ей на плечо.

— Что не так с тем, чем мы занимаемся? Я думала, что ты не против заниматься этими турелями.
<&==]--[==&>

— Не против... — сказала она, вздохнув, — просто... почему ты не спросила меня сначала? Мне не нравиться помогать Каприз.
<&==]--[==&>

— Я тоже не в восторге от помощи ей, но тут есть и хорошие пони, которые заслуживают нашей помощи. Почему бы нам не помочь им?
<&==]--[==&>

— Потому что она наркодилер, который держит монополию на наркоманов Хуфа? — кисло сказала Глори.
<&==]--[==&>

Я вздохнула.

— Глори, всё совсем не так. Она может завышать цены и...
<&==]--[==&>

— И она может держать цены низкими, — ответила Глори, — я не куплюсь на доводы, что все эти мусорщики в развалинах достали свои наркотики от поставщиков снаружи. Я не верю, что она пожертвует прибылью ради этики. Они осели здесь, Блэкджек. И я знаю, что Скальпель пытается вылечить больше зависимых, но я думаю, она была бы рада хотя бы одному новому пациенту.
<&==]--[==&>

У меня тоже были сомнения. Барпони, казалось, знала, что происходит. Может быть, она сможет дать мне знать, если Глори права, или убедить ее, что всё хорошо. Я просто чувствовала, жуткий зуд вдоль всего моего позвоночника.
— Я сожалею, что взвалила это на тебя. Я могу что-нибудь сделать, чтобы помочь?
<&==]--[==&>

Она вздохнула, глядя на меня, казалось, она, перебирает список того, что ей нужно.
— Прицеливающие талисманы. Без них это просто стенд с оружием. — Она смотрела на руины Флэнка.
— Торговый центр Робронко где-то к югу отсюда. Там могут быть работающие талисманы. — Я проверила мой ПипБак, и, конечно же, маленький навигационный значок выскочил вместе с запиской.
- Цель: Возвращение прицеливающих талисманов.
<&==]--[==&>

Под ним был другой.
- Цель: доставить почту Флэнка .
Я моргнула и сказала.
— Что? Я совсем забыла об этом! — Я нахмурилась и посмотрела на записку.
— Я не могу просто дать почту кому нибудь здесь, и пусть они передадут её? — Конечно, она не ответила. Там были дюжины стрелок на моей карте вокруг города. Большинство из них были во Флэнке, но не все из них, чудесно, откуда он знал места что сводили меня с ума!
<&==]--[==&>

- Отлично, похоже у меня есть целых две причины, чтобы отправиться в путь прямо сейчас.
- Хочешь пойти со мной? - спросила я. И она расцвела прямо на глазах.
<&==]--[==&>

- Я думаю, что должна.
- Ты хотя бы знаешь, как выглядит прицеливающий талисман? - сказала она с улыбкой, преображаясь в Глори, которую я знала.
<&==]--[==&>

Как талисман с намалёванным на нём прицелом? - предложила я.
<&==]--[==&>

Она засмеялась и мягко покачала головой.
- Окей. Захвати меня с собой, когда будешь готова.
«Победа!»
<&==]--[==&>

Я бродила вокруг, ища пони которым были адресованы письма. Одно к мяснику в Корыто. Другое к Диджеям-пони в Микшерс, которые, очевидно, никогда не покидали своей бронированной кабины и требовали, чтобы их кормили через щель. Я задалась вопросом, как они получали туда еду, или принимали ванну ... ладно, не интересно, больше! Два из них были к Скальпель от бывших пациентов. Одно к Каприз, я доставлю его, когда я наконец встречу ее.
<&==]--[==&>

Одно было для Октавии. «Стоп, я теперь доставляю письма мертвым пони?» По крайней мере я знала, где находится её жильё, и после того, как письмо оказалось внутри, мой ПипБак добросовестно проинформировал меня о том, что письмо было формально доставлено. Я посмотрела на пожелтевшую бумагу конверта лежащего среди костей на кровати. Ему было более 200 лет. «Ведь не случится ничего плохого, если я его прочитаю?»
<&==]--[==&>

- Ц-ц-ц... Читать чужие письма... Это серьёзное правонарушение. - тихо усмехнулся над ухом крупье.
<&==]--[==&>

Проигнорировав забавляющуюся галлюцинацию, я вскрыла конверт. Я не подглядывала в чужое письмо, я читала его Октавии... или скорее её костям... хорошо, долой жуткие мысли!
<&==]--[==&>

«Дражайшая Октавия, я так рада слышать, что ты нашла место, чтобы отдохнуть. Мне очень жаль, что Пинки Пай была так расстроена твоим благотворительным концертом. Я пытался поговорить с ней об этом, но она воспринимает это как личное оскорбление. Она такая странная в эти дни. Я не могу сказать, что с ней, но она изменилась. Я полагаю, все мы, в какой-то степени, но последние несколько дней, как будто, я даже не знаю, ее больше.»
<&==]--[==&>

«Несмотря на это, я уверена, что со временем она придет в себя. Она до сих пор с любовью вспоминает Пони-польку что ваш квартет играл для нее все эти годы. Однако, я пишу не просто чтобы выразить свои симпатии. Я хотела бы наблюдать за тобой после твоего возвращения. Ты не заметила никаких побочных эффектов или различий? Я помню, твой неприятный опыт, и я не хочу, чтобы ты чувствовала себя одинокой.»
Я посмотрела на терминал. Учитывая ее записанное сообщение для Пон3, было ясно, что он был. Она никогда не получала это письмо. Она умерла в одиночестве со своим инструментом.
<&==]--[==&>

«Я надеюсь, что когда-нибудь в будущем мы можем собраться вместе. У меня редко есть время, чтобы убежать из Кантерлота, но я хотела бы пообщаться с тобой более тесно. О! И есть одна кобыла по имени Гласс, которая может попытаться выяснить о случившемся. Я надеюсь, что вы можете держать все в строжайшей секрете. Она такая любопытные на мелочи!»
<&==]--[==&>

«С Уважением, Рэрити.»
<&==]--[==&>

Я моргнула. Министерская кобыла Министерства Стиля интересуется Октавией? У нее что, есть заклинание воскрешения карьеры?
<&==]--[==&>

Из опечатанного шкафа донёсся тихий глухой стук, заставивший меня подпрыгнуть от неожиданности. Нахмурившись, я посмотрела на ленту, которой были перетянуты ржавые дверцы и, острожно удалив её, раскрыла шкаф. Всё внутри было в точности так, как я оставила... нет, секунду. Штырёк, на котором висел смычок, выпал из задней стенки шкафа.
<&==]--[==&>

Если честно, я понятия не имела, как играть на музыкальных инструментах. Обычно я лишь наслаждалась музыкой, которую исполняли другие пони. Та магия, которую мог кастовать мой рог, использовалась мною исключительно в целях убийства. Не дело охранницы пытаться создавать что-то... прекрасное. Я посмотрела на конский волос на смычке, а затем перевела взгляд на струны. И тихо вздохнула. Это была дурацкая затея. Мне следовало бы заняться чем-то... полезным... а не пялиться на музыкальный инструмент, справиться с игрой на котором я не в силах.
<&==]--[==&>

Хотя...
<&==]--[==&>

— Эх. Надеюсь, я ничего не сломаю… — я медленно подняла в воздух на удивление тяжелый инструмент, и поставила его на штифт. Я посмотрела на фотографии, прикреплённые на крышку футляра с обратной стороны и осторожно встала на задние копыта. Я положила свое левое переднее копыто наверх, а правым копытом я аккуратно зажала смычок. Прижав чёрную тросточку, я медленно повела ей вдоль струн.
<&==]--[==&>

Долгая, глубокая и скорбная нота заполнила грязную квартиру. Осторожно двигая смычком в обратном направлении, я воспроизвела другую ноту. И ещё одну. Я не могла сказать, что звуки того, как я пилила назад и вперед, были музыкой, но я хотела продолжать.
— Медленней, — инструмент будто говорил со мной. — Медленней. Не нужно спешки.
Я осторожно повела смычком через другие струны, мои уши улавливали изменения тона, с каждым новым прикосновением. У меня не было ни малейшего представления, что я играю. Если, конечно, это можно назвать игрой. Я просто не могла остановиться, не сейчас, пока я вела смычком взад и вперед. Это был просто шум, я не пыталась играть какие-нибудь ноты или музыку, но как же этот шум был прекрасен.
<&==]--[==&>

Я заметила, что П-21 смотрит на меня широко раскрытыми глазами. Виолончель тут же издала резкий скрипучий звук, и я раскраснелась. — Эээ… ООО... Извини. Я увлеклась.
<&==]--[==&>

— Блэкджек, ты имеешь играть? — спросил он в шоке.
<&==]--[==&>

— Я не умею, я ничего не сделала! — выпалила я. Я посмотрела на фотографии внутри фуляра. — Я просто копировала её.
<&==]--[==&>

Он недоверчиво посмотрел на меня, — Ну чтож, ты одурачила меня. Я имею ввиду, я не знаю, что ты именно играла, но звучало неплохо.
<&==]--[==&>

Я протянула ему смычок, — Почему бы Вам не попробовать?
Он скептически подошёл к этому делу, но всё же скопировал мою позу. Он неловко взялся за инструмент, и потащил смычком по струнам, издав при этом невыразительную нотку, что заставило меня поморщиться. Да, неудивительно, что он так на меня смотрел. Если бы я звучала как эта нотка, меня бы тоже обескуражило, а в голове тем временем билась мысль – застрелиться или застрелить П-21.
<&==]--[==&>

— Это было… мило… — сказала я, заставив себя улыбнуться. Моё внутренне я с облегчением вздохнуло, радуясь, что он закончил своё выступление.
— Если ты так считаешь. Но всё же я под впечатлением, что тебе удалось так чисто сыграть. — Сказал он, аккуратно положив виолончель обратно в футляр. — Глори сказала мне, что ты собираешься в одиночку пойти на поиски талисманов? — Когда я кивнула, он продолжил. — Тогда я хочу пойти с тобой и посмотреть, сможем ли мы найти несколько противопехотных мин из лагеря Деуса.
<&==]--[==&>

— Ты уверен, что это безопасно? Я уверена, что Рампэйдж перебила не всех пони, которых послал Дэус.
<&==]--[==&>

— Может быть, но я знаю, что он многое держит взаперти, а у меня нет мин, чтобы сделать это место действительно безопасным. Мне нужно пару ящиков этих штуковин, — сказал он, взглянув в окно, — кроме того пони будут рады небольшой передышке. Я думаю, у них уже слетает крыша от наших подвигов.
<&==]--[==&>

— О чём ты? — Я свела брови. — Мы ничего такого не сделали.
<&==]--[==&>

— Ничего не сделали? — Он приподнял бровь. — Сначала ты прибежала сюда истекая кровавой пеной. Затем ты взорвала завод. А потом разнесла на куски одного из самых грозных Потрошителей во всем Хуффе! И вот сегодня мы укрепляли это место. Это, вероятно, для них, как-будто мы захватываем этот город.
<&==]--[==&>

— Это просто смешно! — фыркнула я. — Четыре пони не могут захватить город.
<&==]--[==&>

Он не рассмеялся.
— Блэкджек, один из нас мог бы это сделать, если бы захотел. Ты видела Рампейдж сегодня? Она перетаскивала камни с силой десяти пони. Черт возьми, с таким раскладом вещей, даже Глори в одиночку могла бы захватить город если-бы могла летать. И с тобой вместе ... Блэкджек, я думаю, лучше уйти как можно раньше.
<&==]--[==&>

Я угрюмо вздохнула. Какой смысл спасать это место, если кто угодно может прийти и захватить его? Я хочу чтобы Флэнк был в безопасности.
— Только когда я буду уверена, что все будет хорошо, то мы сможем уйти. Может быть, даже завтра, если нам повезет.
Или послезавтра. Зачем такая спешка?
<&==]--[==&>

— Нуу.. если таков план, — вздохнул он. — Тем не менее, если мы собираемся пойти, мы должны поторопиться. Я предпочел бы исследовать развалины при дневном свете, а не ночью.
<&==]--[==&>

— Да, и мне нужно доставить туда кое-какую почту, — сказала я, показывая оставшиеся письма.
<&==]--[==&>

Он выглядел немного заинтересованным.
— Ты знаешь, вероятно, можно просто оставить их у Каприз, и пусть она с ними разбирается.
<&==]--[==&>

— Скажи это этой штуковине! — Я фыркнула, размахивая ПипБаком перед ним. Он только улыбнулся, закатил глаза и покачивая головой, вышел. Я вздохнула и вернулась в открытый кабинет, глядя на картину серой пони с таким самообладанием и уверенность в себе. Как грустно за нее, встретившую свой конец в полном одиночестве. Я потянула и отпустила каждую струну копытом, улыбаясь и чистому звучанию перед тем как закрыть двери.
<&==]--[==&>

* * *
<&==]--[==&>

Выстрел из винтовки Тауруса разорвал внутренности охранного робота, бездумно патрулировавшего окрестности розничного магазина «Робронко». Наличие оптического прицела делало стрельбу из этой винтовки намного более эффективной по сравнению с лёгким штурмовым карабином, а охотничьи патроны крупного калибра с лёгкостью пробивали броню. Такая тактика требовала немного большего напряжения, чем моя обычная "бежим и стреляем", но, определённо, была куда безопаснее.
<&==]--[==&>

— Знаешь, я могла бы просто забежать туда и растоптать их всех в металлолом, — заявила Рампейдж скучающим тоном, выводя копытом в грязи рисунок маленькой кобылки.
<&==]--[==&>

— А заодно ты растоптала бы вместе с ними и талисманы, — заметила Глори. — Именно поэтому и я не использую энергетическое оружие.

"Ну да, а ещё потому, что твоя АЛВ до сих пор неисправна, и в моём арсенале сейчас самое дальнобойное оружие."
<&==]--[==&>

— И... — Я смазала последний выстрел. У меня чуть сбился прицел, и голова робота разлетелась на мелкие куски. — А-а-ай, конские яблоки, — пробормотала я, посмотрев на пегаску. — Извини.
<&==]--[==&>

— Ничего. Наверняка внутри мы найдём ещё много таких. И помните – по возможности не трогаем головы. Талисманы обычно довольно хрупкие, — напомнила она нам всем. — Если только не сделаны из алмазов. Но всё же будем осторожнее. — С этими словами она поскакала вперёд, чтобы исследовать обломки робота.
<&==]--[==&>

— Она так и не летает? — тихо спросил П-21.
<&==]--[==&>

Я лишь покачала головой.

— И я не знаю почему... — Могло ли удаление метки как-то повредить её способность летать? Или это психологическое? А может и ещё что-то? — Уф-ф, плохо быть тупой. Я ведь даже не знаю, как пегасы вообще летают.
<&==]--[==&>

— Это ма-а-агия, — произнесла с издёвкой Рампейдж, проскакав мимо нас в направлении магазина.
<&==]--[==&>

— Ну разумеется, — с улыбкой пробормотал П-21, закатывая глаза, и захромал вслед за ней, пока я собирала стреляные гильзы. Со вздохом я посмотрела на его ногу. Скальпель могла бы вылечить её за день или два, но повреждение было серьёзным, и, чтобы исправить его, могла потребоваться матрица восстановления здоровья в полном объёме, по сути, медицинское мегазаклинание. Он по-прежнему обречён носить эту проклятую шину на ноге. Я мысленно пожелала, чтобы Пустошь была чуть более справедлива к нему. Сломала ногу мне, лишь бы он мог ходить. Но Пустошь глуха к мольбам. Поэтому он продолжал хромать, а я – мучиться чувством вины.
<&==]--[==&>

Я зарядила револьвер Капкейка и осторожно вошла внутрь магазина «Робронко». Под моими копытами хрустела коричневая плитка, потрескавшаяся и подточеная водой. На пьедисталах ряд за рядом застыли ржавые демонстрационные модели роботов. Я успела сделать три шага, прежде чем комнату наполнило гудение и замерцали прожекторы.

— Добро пожаловать, уважаемые посетители Флэнкфуртского торгового центра компании «Робронко»! — протрещали динамики, и заиграла незамысловатая мелодия, под которую мы начали продвигаться вглубь магазина. На своём Л.У.М. я обнаружила красные метки. Очевидно, не все роботы в магазине были демонстрационными.
<&==]--[==&>

Время от времени, когда мы пересекали очередной демонстрационный зал, включались автоматические информаторы.

— "Качество – наш приоритет" – девиз компании «Робронко» и её основателя, Мистера Хорса. Каждый робот «Робронко» снабжён спарк-генератором, обеспечивающим ему месяцы бесперебойной работы, а с вашей личной станцией подзарядки робот сможет работать неограниченно долгое время. Он послужит не только вам, но даже вашим внукам! Обратитесь в наш автоматизированный отдел продаж уже сегодня.

— Должна заметить, машины, проработашие два столетия без техобслуживания, впечатляют, — тихо сказала Глори, оглядывая спрайтботов, которые парили по магазину, наигрывая лёгкую музыку.
<&==]--[==&>

— Почему ты шепчешь? — спросила Рампейдж, указывая на механизмы. — Они же играют музыку, так что я абсолютно уверена, что если что-нибудь здесь и слышит нас, ему нет до нас дела.
<&==]--[==&>

Когда она вернулась к изучению магазина, я заметила, что П-21 внимательно смотрит на неё. Его взгляд, бродящий по телу Рампейдж, был намного пристальнее тех, которыми он обычно одаривал кобыл.

— Эй, Рампейдж... — Она оглянулась на него через плечо, изогнув бровь. — Эти полоски...
<&==]--[==&>

Она улыбнулась ему так, словно он был аппетитной маленькой Минталкой, её розовые глаза встретились с его.

— Да? — спросила она тоном, не располагающим к дальнейшим расспросам.
<&==]--[==&>

— Ну... я... — начал он, затем сглотнул. — Забудь. Я просто... — Мне действительно стало интересно, решиться ли он ступить на это минное поле. — Почему ты выглядишь, как красная зебра?
<&==]--[==&>

Она удивлённо заморгала, а затем рассмеялась.

— О! И это всё? М-да. А я-то думала, ты спросишь меня о чём-то... ну, ты знаешь... более личном. — Она тепло улыбнулась ему, подходя ближе. — Что ж, причина этому весьма проста...
<&==]--[==&>

— Да? — спросил П-21, когда она приблизилась к нему томной походкой.
<&==]--[==&>

Рампейдж ухмыльнулась, приблизив своё лицо к его так близко, что П-21 невольно отклонился назад, и ответила:

— Потому что я так хочу.

После чего развернулась и, как ни в чём не бывало, отправилась исследовать магазин дальше. П-21 одарил её испепеляющим взглядом, а затем обернулся ко мне, словно приглашая меня откомментировать случившееся. Но я лишь улыбнулась в ответ и продолжила осматривать роботов.
<&==]--[==&>

Меня мало заинтересовала стандартная модель робота-стражника «Протектопони» и спайдерботы моделей «Мистер Помощник» и «Мистер Храбрец», левитационные талисманы которых были давно демонтированы. В отличие от большого металлического пони, который балансировал на двух колёсах, смонтированных между копыт. На том месте, где обычно у пони располагается лицо, находился небольшой плоский экран.

— Модель «Секьюрипони» – наша новейшая разработка, предназначенная для обеспечения личной и общественной безопасности. Благодаря встроенным системам автоматического ремонта и обновления, эта модель способна самостоятельно поддерживать своё функционирование в любых условиях. — Последовала небольшая пауза, а затем голос быстро и тихо добавил: — В настоящий момент функции автоматического ремонта и обновления недоступны. Пожалуйста, обратитесь в службу технической поддержки «Робронко» для уточнения деталей.
<&==]--[==&>

В углу примостился массивный четырёхколёсный робот, больше похожий на огромного краба, чем на пони. Его растопыренные ноги венчали четыре крупных колеса, а голова, смутно напоминающая пони, примостилась между бронированных плеч, из которых с одной стороны выглядывал миниган, а с другой – ракетная установка.

— ПС "Драгун" – серия охранных роботов, которые сочетают в себе потрясающую огневую мощь с усиленным и магически защищённым шасси, способным выдерживать ударные заклинания. Когда они на страже, вы можете чувствовать себя в полной безопасности. — Я рассматривала неясные очертания механического монстра, рассеянно почёсывая свою гриву, когда голос из динамиков тихо добавил: — Компания «Робронко» не несёт ответственности за косвенный ущерб, травмы или смертельные случаи по вине её продукции по истечению тридцати дней после покупки. Пожалуйста, обратитесь в службу технической поддержки «Робронко» для уточнения деталей.
<&==]--[==&>

— Я и не знала, что «Робронко» занималась производством танков, — зачарованно произнесла Глори.
<&==]--[==&>

— Танков? — Рампейдж осмотрела робота и пренебрежительно хмыкнула. — Это вовсе не танк. Вот «УС» – это танк! — Затем она остановилась и её лицо приняло хмурое выражение, хотя я так и не поняла почему.
<&==]--[==&>

— Чего?
<&==]--[==&>

— «Ультра-Страж Робронко». Когда повстречаешь такого, ты сразу поймёшь. Потому-что будешь мертва, — ответила Рампейдж и внезапно ударила по роботу копытом. В месте удара осталась вмятина глубиной в несколько сантиметров.
<&==]--[==&>

П-21 посмотрел на углубление и спросил с усмешкой:

— Если ты до сих пор жива, откуда ты можешь знать об этом?
<&==]--[==&>

По какой-то причине этот вопрос, похоже, всерьёз рассердил её.

— Потому что меня очень трудно убить, — ответила она со злой гримасой.
<&==]--[==&>

Я лишь закатила глаза, левитировав перед собой револьвер Капкейка. Надпись на двери в задней части магазина гласила: «Техническая зона. Посторонним вход воспрещён". Красные метки ясно показывали: что бы ни находилось за этой дверью, настроено оно было совсем не дружелюбно.
<&==]--[==&>

Я осторожно двинулась через царящий внутри беспорядок. Когда-то аккуратные ряды стеллажей с запчастями для роботов были повалены и лежали, ржавея, в разящих железом лужах. Вода вокруг ящиков с испорченной электроникой и груд металлолома была покрыта радужными разводами ядовитых цветов. Сломанная труба возле потолка разбрызгивала грязную воду над ремонтными ямами. Невзирая на то, что всё вокруг было покрыто слоем ржавчины, лучевые турели под потолком продолжали функционировать, медленно вращаясь туда-сюда в поисках нарушителей, плюс, я слышала мерное гудение левитационного талисмана где-то на втором этаже.
<&==]--[==&>

Мой ПипБак тревожно защёлкал, когда я проходила мимо груды испорченных спарк-батарей. Из разрушенных контейнеров в воду вокруг моих копыт сочилась светящаяся жидкость фиолетового и оранжевого цветов, и дозиметр среагировал моментально. Без лишних слов Глори достала таблетки Рад-Икса. Рампейдж одарила их презрительным взглядом.

— Что, у тебя и к радиации иммунитет?
<&==]--[==&>

— Нет. Но её не под силу убить меня, — ответила Рампейдж, а затем решительно поскакала вперёд. — Хватит осторожничать! — радостно завопила она. — Это становится скучно!
<&==]--[==&>

— Тревога! Тревога! Вы находитесь в запретной зоне! Тревога! Сдавайтесь немедленно!

К несчастью, ни роботы, ни турели, похоже, не собирались принимать нашу "капитуляцию", да и Рампейдж была не в настроении сдаваться, поэтому «Протектопони» тут же побрели вперёд, словно механические зомби, а турели принялись посылать в неё смертоносные лучи алой смерти. Металлическая броня Рампейдж почернела, отразив часть энергии, и полосатая пони рванула через комнату, кромсая роботов на кусочки.
<&==]--[==&>

— Помни про головы... ой! — закричала ей вслед Глори, когда турели засекли нас и открыли шквальный огонь лучами магической энергии, которые прожгли несколько новых дыр в моей броне и шкуре. Я сощурила глаза и, вызвав З.П.С., направила четыре револьверных пули в корпус ближайшей турели. Глори добила её двумя розовыми молниями из своего дезинтегратора. К сожалению, наши выстрелы пробудили к жизни ещё больше роботов. Они вышагивали из своих заполненных водой станций подзарядки, роняя ржавчину. Честно говоря, я и не представляла, насколько они опасны, до тех пор, пока они не открыли по нам огонь.
<&==]--[==&>

Я выпустила последние две пули в грудь неуклюжего металлического пони, и тот, окутавшись электрическим разрядом, взорвался! Горячая, острая шрапнель осыпала меня с головы до ног, и я с трудом устояла на ногах.

— Ос...осторожно! Они крайне... нестабильны!
<&==]--[==&>

— И не только они! — крикнула Глори, указывая на Рампейдж, которая, хохоча, как ненормальная, пинком отправила искрящиеся обломки в турель.

Затем открылась дверь и в комнату вкатился «Драгун».
<&==]--[==&>

— Рампейдж! А вот и главное блюдо! Ату его! — закричала я, высыпая стреляные гильзы в воду и заряжая в револьвер шесть новых крупнокалиберных патронов. Левое плечо робота распахнулось, выпуская ракету, которая, прочертив воздух, ударила в полосатую пони, отправляя её в полёт, который закончился в куче роботического хлама. Затем робот медленно покатился через комнату, взяв на изготовку свой скорострельный пулемёт.

— Отставить! Все в рассыпную! — снова закричала я, припустив через погрузочную площадку, подальше от П-21 и Глори. Выстрелы пистолета Капкейка были не более чем жалким тявканием, даже с З.П.С., направляющим пули в жуткое завывание минигана, посылающего мне вслед длинные очереди.
<&==]--[==&>

Ещё никогда в жизни я не испытывала ничего, что хотя бы отдалённо напоминало попадания из минигана. Мне показалось, будто меня засунули в швейную машинку. Очередь из мелкокалиберных патронов зацепила меня, впиваясь в части тела, не прикрытые бронёй и нанеся несколько проникающих ранений, к счастью не опасных для жизни. Я рухнула в грязную воду, укрывшись за перевёрнутым столом.
<&==]--[==&>

— Не вставай! — закричал П-21, доставая шоковую гранату, когда «Драгун» въехал в воду. Он швырнул гранату прямо перед роботом, и она взорвалась с довольно неубедительным треском. Робот, тем не менее, судорожно задергался, когда повредило его матрицу заклинаний. Хотя и не остановился.
<&==]--[==&>

Внезапно куча металлолома разлетелась в разные стороны, когда из неё со знакомым истерическим смехом выскочила Рампейдж. Левая сторона её лица исчезла, обнажив кости черепа, но прямо на моих глазах плоть медленно возвращалась на место. С пеной на губах от принятого Стампида, она рванула через грязь прямо к роботу. Тот повернул к ней свой миниган, и я с ужасом наблюдала, как пулемётная очередь снова сдирает плоть с её лица. Но это не свалило её! Она бежала сквозь плотный огонь минигана, разрывающий её тело в клочья, словно это был грибной дождик! Её изрешечённые органы вывалились в грязную воду, когда она подобралась к роботу вплотную. И в этот момент его оружие замолчало – иссяк боезапас.
<&==]--[==&>

Рампейдж лишилась лица, гортани и, очевидно, лёгких. Но это не помешало ей взмыть в воздух и врезаться в робота с такой силой, что одну из её передних ног вывернуло из сустава. Повернув голову, она ухватила за рукоять одно из лезвий, закреплённых на её броне, и вытащила наружу нечто среднее между цепной пилой и ножом. Её окровавленные челюсти крепко смокнулись на оружии, которое громко зажужжало. Обхватив робота копытами, Потрошитель начала кромсать его тело своей пилой, из-под которой во все стороны брызнули искры.
<&==]--[==&>

Всё, чем смог ответить робот – просто навалиться на Рампейдж всем весом. Я услышала треск костей, ведь даже с её невероятной силой невозможно было противостоять такой огромной массе... или возможно? Она медленно поднялась на сломанных ногах и дикими взмахами головы начала прокладывать себе путь внутрь машины. Наконец, окутавшись электрическим разрядом, робот взорвался и затих. Рампейдж охватило странное розовое сияние, которое, казалось, сшивало её воедино прямо на наших глазах. Глори дернулась было в её сторону с лечебным зельем во рту, но Рампейдж строго взглянула ей прямо в глаза и отрицательно покачала головой. В итоге зелье досталось мне.
<&==]--[==&>

Вернув Потрошителю утерянную плоть, странное сияние исчезло. Внезапно Рампейдж сгорбилась, и её начало рвать кровавыми сгустками вперемежку с пулями, снова и снова. Она завопила и начала полосовать себя лезвиями, вскрывая жуткого вида опухоли под кожей, из которых в воду вываливались всё новые и новые измазанные в крови пули. С неистовыми воплями она начала носиться по магазину, подобная миниатюрному урагану, круша в слепой ярости всё, что попадалось ей на пути. Мы просто отступили вверх по лестнице, сомневаясь, что сейчас она в состоянии отличить друга от врага.
<&==]--[==&>

Наконец, она рухнула на пол, дрожа всем телом и жалобно завывая. Я осторожно приблизилась к ней.

— Рампейдж? Ты в порядке?

Уверена, тупее вопроса в этот момент я задать просто не могла.
<&==]--[==&>

Она подняла на меня взгляд своих влажных от слёз розовых глаз и выплюнула пулю прямо мне в лицо.

— А ты, дурында, как думаешь?

Не произнеся больше ни слова, она развернулась и пошла на выход.
<&==]--[==&>

Я повернулась к остальным.

— Что это было? Стампид?
<&==]--[==&>

— Я... — Слова застряли у Глори в горле. — Ничто не могло сделать подобное! Вы хоть видели, что с ней произошло? Она же полностью лишилась своего лица! Плюс, получила множественные переломы конечностей и рёбер, но тем не менее продолжала стоять!
<&==]--[==&>

— Точно... — Я посмотрела в направлении, в котором скрылась Рампейдж, а затем повернулась к Глори. — Так. Ты ищи свои талисманы... — Я перевела взгляд на П-21. — А ты порыскай здесь, может отыщешь ещё что-нибудь ценное. А я пойду удостоверюсь, что она... стабильна.

Судя по их взглядам, они были рады, что эту работу я взяла на себя.
<&==]--[==&>

Пройдя в переднюю часть магазина, я нашла Рампейдж ковыряющейся в носу одним из своих когтей. Я на мгновение остолбенела, когда, усмехнувшись, она высморкала из носа три окровавленных пули.

— Сейчас очень неподходящий момент, Блэкджек.
<&==]--[==&>

— Что ты такое? — спросила я, подходя ближе.
<&==]--[==&>

— Хороший вопрос, — пробормотала она.
<&==]--[==&>

Я остановилась перед ней.

— Я должна знать. Как ты это сделала?
<&==]--[==&>

— Отвали, Блекджек. Я не обязана отвечать ни тебе, ни кому-либо ещё.
<&==]--[==&>

Я вздохнула.

— Рампейдж... Я просто хочу тебе помочь.
<&==]--[==&>

— Ты... ты хочешь помочь... хе-хе... — Мои слова лишь рассмешили её. — Ну, разумеется. В конце концов, это именно то, чем ты постоянно занимаешься. — Она усмехнулась мне, и я смогла оценить насколько блестящими были свежерегенерированные зубы. — Ну что ж, давай, поведай мне что же я такое.
<&==]--[==&>

— Прекрати паясничать... — начала я, но тут она вскочила и оказалась буквально нос к носу со мной.
<&==]--[==&>

— Что я такое?! — рявкнула она мне прямо в лицо, и я с трудом удержалась от того, чтобы рефлекторно всадить ей в голову магическую пулю. — Как я делаю то, что делаю? Каким образом я это сделала только что? Откуда мне известно, что такое «Ультра-страж»? Я ни разу в жизни его в глаза не видела! Когда я успела выучить зебринский? Почему я могу пить радиоактивные отходы до тех пор, пока не начинаю срать радугой, и до сих пор не сдохла? По какой причине я возвращаюсь снова и снова? — Она схватила меня копытами за плечи, и я закричала, почувствовав, как в моё тело впиваются острые когти. — Кто я, Блэкджек?!
<&==]--[==&>

— Рампейдж! — простонала я сквозь сжатые от боли зубы, чувствуя, как её когти погружаются в меня всё глубже и глубже.
<&==]--[==&>

— Кто я? Что я? Почему я не могу умереть? Почему?! — истерично вопила она.
<&==]--[==&>

Ладно. Всё было совсем не в порядке, более того, мне открылся целый мир безнадёги, который простирался далеко за границами нормальности. Я побывала в нём пару раз за те несколько дней, что путешествовала с Глори. Рампэйдж же, определённо, жила там постоянно. И, к несчастью, она была близка к тому, чтобы лишить меня передних ног. Я вызвала З.П.С. и направила ей в суставы четыре магических заряда. Мой рог вспыхивал снова и снова, посылая телекинетические пули, вгрызавшиеся в её плоть и кости. С двумя негромкими хлопками передние ноги Рампейдж отделились от туловища, и мы отвалились друг от друга.
<&==]--[==&>

Она зашипела от боли, а я выхватила дробовик, хватая ртом воздух. Вряд ли от оружия будет толк, но чёрта с два я сдамся без боя. Эти когти причиняли жуткую боль. Я снова увидела это розовое сияние, и прямо на моих глазах из культей начали вырастать кости. Затем на них наросли мышцы и сухожилия, которые, в свою очередь, покрыла кожа и новые копыта.
<&==]--[==&>

Какое-то мгновение я боялась, что она тут же кинется на меня, но Рампейдж лишь глубоко вздохнула, подошла к своим оторванным ногам и, сняв с них когти, отшвырнула конечности в сторону.
<&==]--[==&>

— Стало быть ты не знаешь кто или что ты есть? — тихо спросила я.
<&==]--[==&>

Рампейдж кипела от ярости, но постепенно приходила в себя. Наконец, окончательно успокоившись, она тихо ответила:

— Моя история началась не так давно. Какие-то гули нашли меня в кратере Мирамэйр, наполовину придавленную танком. Должно быть они решили, что я тоже гуль, поэтому и вытащили меня оттуда. И, к своему несказанному удивлению, обнаружили у меня пульс. Я была тогда абсолютно беспомощной. Попользовавшись мной, они продали меня каким-то говнюкам, которые со временем основали Парадайз. Через несколько лет, устав быть подстилкой, я вырвалась на свободу.
<&==]--[==&>

Какое-то время я плутала бесцельно, пока не повстречала Скальпель, которая в то время странствовала в компании со старым Бонсоу. Она попыталась помочь мне разобраться в себе. Но потом обнаружила этот медицинский кабинет, отладила авто-док и пустила корни во Флэнке. Бонсоу осел в Мегамарте. А я очутилась в Капелле, всё население которой в ту пору состояло из меня и одного дебила, который был одержим идеей восстановить тамошнюю церковь.
<&==]--[==&>

— Ты знала Священника?

Что-то в моём вопросе её здорово развеселило.
<&==]--[==&>

— Знала ли я его? Да я его трахала. — Мне словно отвесили пощёчину, а Рампейдж добавила со усмешкой: — Во всяком случае мне хотелось так думать. Мы держались друг друга и со временем собрали вокруг себя множество детей; как правило, через Капеллу шли пони, которые...
<&==]--[==&>

— Пилигримы, — пробормотала я.
<&==]--[==&>

— Ага, так он их называл. Однако, маленькие жеребчики и кобылки... они были сильнее, жизнь не сумела сломить их до конца. Они слонялись поблизости вместо того, чтобы следовать за родителями, и мы собрали их вместе, сформировав Крестоносцев. — Она тихо вздохнула. — Я всегда надеялась, что смогу стать одной из них.

Я вдруг вспомнила слова Скудл, сказанные много дней назад.
<&==]--[==&>

— Арлоста... — пробормотала я, пристально глядя на неё. — Так тебя зовут.
<&==]--[==&>

— Это имя дала мне Скальпель. До этого я была просто "эй, ты", — резко сказала она. Затем вздохнула и закатила глаза. — Арлоста. "Потерянная". — Она покачала головой. — В конце концов я устала от всего этого. Я была не такая как он. Было... больно... находиться рядом с ним. Поэтому я ушла. Бродила по Пустоши, пока однажды не пересеклась с Потрошителем по имени Рампейдж. Она клялась, что может убить меня двадцатью разными способами. Я была рада найти хотя бы один. Оказалось, что она намного более хлипкая, чем я. Большой Папочка позволил мне присоединиться к Потрошителям. Я взяла имя Рампейдж и её броню... Я устала быть Арлостой. Слишком много плохого было связано с этим именем.
<&==]--[==&>

— А потом Большой Папочка послал тебя за мной, — сказала я в заключение.
<&==]--[==&>

Она невесело улыбнулась и пожала плечами.

— Я жажду смерти, Блэкджек. Ты провела в Пустоши каких-то несколько недель, а я смотрю ей в лицо уже многие годы, и, поверь, она не становится лучше. Хуфф – чёртова мясорубка. Пони приходят сюда один за другим, и все как один умирают. И с каждым днём становится только хуже. Думаю, если смерть не возьмёт меня, то в один прекрасный день я останусь последней живой тварью на разлагающемся трупе Эквестрии.
<&==]--[==&>

— Ну так отправляйся прямиком в Ядро. Тебя моментально испепелят и... — Наши глаза встретились. На лице Рампейдж застыло выражение ужаса. — Ты уже была там, не так ли?
<&==]--[==&>

— Я не буду говорить об этом, — еле слышно прошептала она.
<&==]--[==&>

— Но...
<&==]--[==&>

Она сбила меня с ног, навалившись сверху.

— Я! Не буду! Говорить! Об этом!

И, глядя в её глаза, я поняла, что она скорее убъёт меня, чем произнесёт ещё хоть слово.
<&==]--[==&>

— Ладно, ладно... — Я закряхтела от боли; она была очень тяжёлой в этой своей броне. Рампейдж медленно слезла с меня. — Я просто надеялась, что смогу чем-то помочь...
<&==]--[==&>

— Добро пожаловать в клуб. В этом вся Пустошь: она будет подбрасывать тебе всякое дерьмо снова и снова, позволяя в отчаянии смотреть на него, как на стакан прохладной чистой воды через прочную решётку в минуту смертельной жажды, — сказала она, пристально глядя на меня. — И знаешь, что здесь самое поганое? Ты спятишь и размозжишь себе голову ещё до того, как умрёшь от жажды.
<&==]--[==&>

* * *
<&==]--[==&>

Внутри я нашла, П-21 в верхних офисах, Глори рассматривала светящиеся талисманы мягко светящиеся на полке в стеллаже. Он хмурясь работал на терминале, перебирая пароль за паролем. Он посмотрел на меня.
— Я не могу поверить, что спрашиваю это, но как она?
<&==]--[==&>

— В смятении, так что она в подходящей компании, — ответила я с вымученной улыбкой. — Так странно. Я уже настолько привыкла быть центром притяжения всех неприятностей во Вселенной, что понятия не имею, как помочь другим пони справиться с их болью.
<&==]--[==&>

— А как мы с Глори помогли тебе? — спросил он с улыбкой.
<&==]--[==&>

— Много обнимашек, и не убивать меня? — усмехнулась я.
<&==]--[==&>

— Ага, последнее точно очень помогло, — сказал он, а затем снова выключил терминал. — Черт, кто-то был просто параноидальным ублюдком! — Он посмотрел на меня и вздохнул. — Это займет вечность. Все, что я могу сказать, это лучше бы оно того стоило, или я изобрету путешествие во времени просто чтобы пнуть кого-то под зад!
<&==]--[==&>

Я вспомнила шар памяти принцесс. Я бы поступила ... лучше ... если бы у меня было такая возможность.
<&==]--[==&>

— Как бы там ни было, у меня есть небольшой подарок для тех, кто с рогом, — сказал П-21, доставая из своей сумки ещё один шар памяти. — Нашёл его в выдвижном ящике. Не знаю, нужен ли он тебе, — добавил он. — Твоё общение с этими штуками не всегда проходит гладко.
<&==]--[==&>

— Да, но... — Я подхватила шар магией и посмотрела на П-21. — Как ты сказал, это займёт вечность. Мне всё равно придётся ждать, так или иначе.
<&==]--[==&>

— Конечно. А мы, фактически, должны заниматься мародёрством, пока ты прогуливаешься по чужим воспоминаниям.

По его взволнованному взгляду я поняла, что он говорил несерьёзно; несомненно, он хорошо помнил тот случай, когда я вошла в шар и не вышла обратно.
<&==]--[==&>

— Это грязная работа, но кто-то должен её делать! — усмехнулась я и отсалютовала ему шаром. Затем осторожно прикоснулась к маленькой сфере рогом, надеясь, что не вернусь из неё мёртвой, изувеченной или рыдающей. И мир вихрем унёсся прочь.
<&==]--[==&>

Я оказалась на каком-то заводе. Или в лаборатории? Множество пони столпились вокруг стола, хмуро глядя на кучу разложенного на нём железного хлама. Вокруг сновало много нервных пони в лабораторных халатах.
Моя хозяйка была кобылой; без крыльев, но с рогом. Почему-то всё вокруг воспринималось гораздо яснее, когда я была в теле единорожки.
<&==]--[==&>

— Сразу трое Министерских кобыл на тестовой демонстрации? Хорс рехнулся, что ли ? — прошептала мне на ухо кобыла горчичного цвета. Затем прямо перед моим носителем я заметила три кьютимарки : три яблока, большая пурпурная звезда в окружении маленьких белых и облако с молнией.
<&==]--[==&>

Рэйнбоу Дэш смачно зевнула:

— Скукота. Когда оно уже начнётся?
<&==]--[==&>

— Т-с-с-с, — прошипела Эпплджек, — может Хорс и самоуверенный осёл, но в роботах он разбирается как никто другой.
<&==]--[==&>

— Пора бы уже, — сказала Твайлайт Спаркл, немного злясь от нетерпения.
<&==]--[==&>

— Что, негодница, ты так торопишься на обед?
<&==]--[==&>

Твайлайт слегка кивнула.

— Вообще-то, мне надо ещё кое-чем заняться, раз уж я всё равно в Хуфингтоне.
<&==]--[==&>

— Ты серьёзно собралась тут чем-то заниматься? — чуть насупившись, спросила Рэйнбоу Дэш. — Если бы здесь не было Башни Шэдоуболтов, чёрта с два бы я сюда явилась. В жизни не видела такого уродливого города, как Хуфингтон.

Несколько пони посмотрели на неё с плохо скрываемой злостью, но она ничуть не смутилась и добавила:

— Ага, так и есть.
<&==]--[==&>

— Зато открытия здесь делают, словно пирожки пекут. Если бы не дела в Кантерлоте, я бы перевела сюда несколько своих проектов. Можно было наладить координацию с Министерством Мира и Министерством Морали, — улыбнувшись, сказала Твайлайт Спаркл.
<&==]--[==&>

— Кстати о морали, ты разговаривала с Пинки Пай, Твайлайт? — спросила Рэйнбоу Дэш. — В смысле, недавно.
<&==]--[==&>

— Нет. Мы уже почти месяц не общались, очень много дел. Как она?
<&==]--[==&>

Рэйнбоу Дэш неуверенно потеребила гриву.

— Она... какая-то более странная, чем обычно. Я не видела её такой с тех пор, как...
<&==]--[==&>

— Приветствую вас, дамы и господа! Я очень рад вас всех видеть, — сказал светло-жёлтый земной пони, идя к столу и неся на спине накрытый тканью цилиндрический предмет. У жеребца были странные тонкие усы толщиной с карандаш и редкая, прилизанная коричневая грива. Его кьютимарка была в виде трёх шестерёнок, что, очевидно, очень подходило к его работе. Подойдя к столу, он ловким движением перебросил цилиндр с крупа на голову, а затем взял его в копыта, демонстрируя публике.

— То, что находится в этом контейнере, перевернёт наши представления о промышленном производстве.

Теперь даже Рэйнбоу Дэш выглядела заинтересованной. Мистер Хорс поставил контейнер возле кучи металлолома на столе и объявил:

— Представляю вашему вниманию мехаспрайтов!
<&==]--[==&>

С этими словами сдёрнул ткань со… стеклянного кувшина с шариками от подшипников?
<&==]--[==&>

— И... это всё? — неловко спросила Твайлайт Спаркл.
<&==]--[==&>

— Тут и обычные донимают, а теперь их ещё и из железа делают? — проворчала Рэйнбоу.
<&==]--[==&>

— Немного терпения, господа, — сказал он, широко улыбаясь и окидывая взглядом собравшихся. Зал понемногу умолк. — Подумайте, что представляет собой традиционный производственный процесс. Вначале сырьё нужно добыть, обогатить, потом изготовить из него детали и собрать их воедино. Но представьте себе возможность превращать сырьё сразу в готовое изделие! — он с любовью погладил стеклянный контейнер. — И сегодня у нас есть такая возможность! Благодаря применению специального магического поля…

Он щёлкнул выключателем в основании "кувшина", и тут же глаза каждого металлического шарика засветились. Расправив маленькие крылья, мехаспрайты покинули контейнер и поднялись в воздух.
<&==]--[==&>

— Что ж, зато с виду они не такие хорошенькие. Не думаю, что Флаттершай их полюбит... — пробормотала Эплджек.
<&==]--[==&>

Мистер Хорс, всё с той же сияющей, уверенной улыбкой, продолжал:

— Их можно запрограммировать на создание любой конструкции. Они будут самостоятельно искать сырьё, поглощать его, перерабатывать и изготавливать требуемый продукт. Убедитесь сами!

Он нажал ещё одну кнопку у основания стеклянной ёмкости. Издавая странный стрекочущий звук, мехаспрайты закружились в воздухе, а потом опустились на разложенный на столе металлолом. Они откусывали небольшие кусочки железа, пережёвывали их и выплёвывали на стол блестящие шарики жидкого металла, по ходу дела соединяя их в цельный кусок. Затем они начали обрабатывать его своими язычками, и минуту спустя на столе лежал новёхонький пистолет-пулемёт.

— Вот и всё! От куска мусора до настоящего оружия за десять секунд.
<&==]--[==&>

У Хорса определённо было странное чувство времени, однако я поняла его мысль. Но погодите-ка. Ещё мехаспрайты? У меня на глазах один из них открыл рот и выплюнул другого, красновато-рыжего цвета.

— Как вы могли заметить, мехаспрайты используют излишки сырья для создания новых производственных единиц. Они даже могут специализироваться для повышения эффективности.
<&==]--[==&>

Твайлайт Спаркл подняла копыто.

— Не сочтите меня за паникёршу, но что им помешает съесть... например... весь Хуфингтон?
<&==]--[==&>

— Отличный вопрос, мисс Спаркл.

Судя по его улыбке, он очень надеялся, что кто-нибудь об этом спросит.

— Как только они выйдут за пределы магического поля, то сразу же...

Он зубами схватил одного из них и оттащил от остальных. Глаза мехаспрайта погасли, крылья обернулись вокруг корпуса и убрались внутрь. Моя хозяйка, тем временем, стала копаться с чем-то в своей сумке.
<&==]--[==&>

— А... это они тоже должны делать? — спросила Рэйнбоу Дэш, указывая на стол. Металлолома больше не осталось, и теперь уже целая стая мехаспрайтов пожирала сам железный стол... и даже принялась за металлические сидения, на которых сидели зрители.
<&==]--[==&>

Улыбка мистера Хорса стала более нервной.

— Ах… такие трудолюбивые малыши, правда?

Он подошёл «кувшину» и дал копытом по выключателю. Однако, мехаспрайты продолжали поглощать металл и множиться всё в большем и большем количестве.

— Что… но это невозможно! — изумлённо сказал он, глядя на контейнер.
<&==]--[==&>

— Для невозможного у них слишком хороший аппетит! Поберегись!!! — закричала Эпплджек, заметив, как со скрипом гнётся одна из потолочных балок.
<&==]--[==&>

Хорс огорчённо вздохнул и кивнул нескольким пони, беспокойно наблюдавшим за происходящим. Те немедленно швырнули в рой мехаспрайтов дюжину импульсных гранат; взорвавшись ярко-голубыми вспышками, они разрушили магическое поле, питавшее машины. Все как один, мехаспрайты сложили крылья и попадали на бетонный пол.
<&==]--[==&>

Жёлтый жеребец озадаченно почесал затылок.

— Похоже, произошёл непредвиденный сбой. До сих пор мы не сталкивались с неполадками такого типа. Но вы наверняка видите потенциал...
<&==]--[==&>

— Конечно вижу, потенциал для катастрофы, — усмехнулась Рэйнбоу Дэш. — Не думаю, что Министерству Крутости понадобятся ваши мехаспрайты, мистер Хорс.
<&==]--[==&>

— Эти штуки уж точно до добра не доведут, — согласилась Эпплджек. Собравшиеся начали, между тем, понемногу выходить из зала. — Идём, Твайлайт.
<&==]--[==&>

Пурпурная кобыла подошла к Хорсу, сочувственно улыбаясь.

— Я сожалею, мистер Хорс. У них действительно впечатляющий потенциал.
<&==]--[==&>

— Они не должны были этого делать, — ответил он.
<&==]--[==&>

— Значит, что-то их заставило. Мне жаль. Если хотите, то, возможно, мы бы могли организовать ещё одну демонстрацию? Выяснить, что пошло не так? — вежливо спросила Твайлайт.
<&==]--[==&>

На мгновение он бросил на неё резкий взгляд, но затем расслабился.

— Благодарю вас, но это ни к чему. Мне кажется, что... это наше внутреннее дело...
<&==]--[==&>

Твайлайт с озадаченным видом пожала плечами. Моя хозяйка встала и вышла вместе с остальными зрителями вслед за Министерскими Кобылами.
<&==]--[==&>

— Ну ничего себе! Я думала, этот парень типа гения в технике, — с издёвкой сказала Рэинбоу Дэш, — а он чуть не скормил своим мехаспрайтам весь Фланкфурт!
<&==]--[==&>

— В любом урожае найдётся пара-тройка гнилушек. В следующий раз у него выйдет лучше, — вздохнув, сказала Эпплджек. — А обед, наверно, придётся пропустить. Сейчас мне нужно в "Эгиду", проверить, как идёт работа над новой боевой бронёй.
<&==]--[==&>

— Эпплджек, мы уже столько не виделись! Ты же обещала! — сказала Рэйнбоу Дэш с раздражением.
<&==]--[==&>

— Я знаю, знаю, но это тоже важно. Мой брат завербовался в армию, и, раз уж он собирается сражаться, я хочу, чтобы его защищало что-то ещё, кроме его толстого черепа!
<&==]--[==&>

— Ух-х... ну ладно. Тогда пошли с тобой, Твайлайт! — задорно сказала Рэйнбоу, но затем нахмурилась, глядя на пурпурную кобылу. — Э-э... Твайлайт? Эквестрия Ботану... Ботан, приём...
<&==]--[==&>

— О... э-э-э... вообще-то, я не могу. У меня... встреча, — ответила она.
<&==]--[==&>

Рэйнбоу Дэш со стоном опустила голову и пробормотала:

— Что за отстойный день...
<&==]--[==&>

Моя хозяйка свернула в боковой коридор и поднялась по лестнице в помещение, выходившее на демонстрационный зал. Из его окошка было видно, как мистер Хорс с несколькими ассистентками собирали мехаспрайтов в корзины. Затем она сняла седельную сумку и достала оттуда небольшое магическое устройство.

— Сработало, — тихо сказала она, передавая его в открытую дверь. Появившееся из проёма копыто приняло устройство и скрылось с ним в темноте.
<&==]--[==&>

Тут же к её ногам со звяканьем шлёпнулся увесистый мешок.

— Благодарю.
<&==]--[==&>

Моя хозяйка погрузила копыта в золотые монеты и радостно заржала.

— Я могу сделать больше. У меня есть доступ. Я могла бы пустить все его разработки под откос, — сказала она, пряча мешок в своей седельной сумке.
<&==]--[==&>

— В этом нет необходимости, — тихо сказала невидимая собеседница. — Нам нужно только дискредитировать его исследования, а не сорвать их.
<&==]--[==&>

Моя хозяйка нахмурилась, глядя на потрескавшуюся дверь.

— Возможно, вы захотите заплатить, чтобы я была наготове, на случай, если вам понадобится что-то ещё?
<&==]--[==&>

Повисла напряженная пауза.

— А если нет?
<&==]--[==&>

Моя хозяйка ухмыльнулась:

— Тогда я могу стать разговорчивее...
<&==]--[==&>

— Понимаю.

Тут я почувствовала, как что-то легонько коснулось её уха. Она поглядела вверх и увидела пистолет с глушителем возле своей головы.

— Мы бы предпочли, чтобы мистер Хорс терял время из-за сегодняшнего инцидента, но убийство или самоубийство его сотрудника нас тоже устроит, мисс Фэйрхуф. К тому же, это дешевле.

Дрожь пробрала мою хозяйку вплоть до самой утробы.
<&==]--[==&>

— П-п... прошу вас...
<&==]--[==&>

— Не играйте с нами, и мы не будем играть с вами, мисс Фэйрхуф. Поверьте, наши игры вам не понравятся, — усмехнулась невидимая кобыла, когда пистолет скрылся за дверью. — От них умирают.
<&==]--[==&>

Я всё еще дрожала, когда вышла из воспоминания. Сначала, разумеется, я осмотрелась в поисках полосатых убийц-ниндзя или агентов Анклава; чёрт, как же странно просыпаться не боясь, что Деус уже содомирует меня. Волнующие фантазии, сгиньте нахрен, пожалуйста. Я всё-таки встала и энергично встряхнулась.

— Всё в порядке? Никто не умер?
<&==]--[==&>

— Нет, но кто-то должен, — П-21 хмуро уставился на терминал. — Двенадцатизначный пароль... чтобы спрятать какие-то грязные записки, которые один из менеджеров посылал секретарю в штабе Робронко. Похоже они собирались встретиться у неё в офисе, — сказал он со смешком. — Тут был её пароль и прочее. Секс всегда был таким запутанным, пока не упали бомбы?
<&==]--[==&>

— Наверное, — сказала я и подняла шар. — Где ты нашел его?
<&==]--[==&>

П-21 фыркнул и закатил глаза.

— Кто-то приклеил его к задней стенке выдвижного ящика. Видимо не хотел, чтобы нашли.
<&==]--[==&>

— Её звали Фэйрхуф? — спросила я, глядя на него. Он нахмурился в замешательстве.
— Менеджера?
<&==]--[==&>

— Нет, её звали Мери Пенни. А что?

Но я уже заметила ответ на свой вопрос.
<&==]--[==&>

На стене за его спиной висела старая газетная вырезка. "Менеджер по розничной торговле Робронко убит вышедшим из-под контроля роботом." Остаток статьи уже невозможно было прочесть, но я смогла разглядеть, что менеджер была единорогом.
<&==]--[==&>

'Наши игры вам не понравятся. От них умирают.'

Пони, саботирующие работу других? Взятки? Убийства? "Что за чертовщина творится в этом городе?" В Хуфе много тайн. Он как целая страна внутри другой. Почему моя грива встает дыбом от этой мысли?
<&==]--[==&>

* * *
<&==]--[==&>

Первой ушла я. Наши мешки были набиты под завязку собранным добром. И я была уверена, что мне хватит крышек на расшифровку ЕП-1101, когда мы продадим всё это. Увы, лицезрение Рампейдж слегка остудило мой пыл, но один взгляд её розовых глаз, пока она медленно жевала Минталку, ясно дал понять, что жалость может быть опасной для здоровья. П-21 и Глори переглянулись, но ничего не сказали. Я же усмехнулась про себя от мысли, что мы самая никчемная группа друзей на всей Пустоши.
<&==]--[==&>

Наверное.
<&==]--[==&>

— Ну все-таки, зачем нам доставлять двухсотлетнее письмо? — спросила Глори, пока мы тащились по затопленной улице. Я пошла во главе, хлюпая по липкой, холодной грязи. Винтовка медленно поворачивалась от одной красной метки к другой, которых в развалинах было полным-полно. Блотспрайты в основном, на которых не стоило тратить винтовочные патроны. Я уложила их из карабина, раз уж у меня заканчивались патроны к нему, и снова припала к прицелу.
<&==]--[==&>

Впереди показались еще двое; после перезарядки и пяти выстрелов, карабин щелкнул и эти мелкие бестии наконец-то закончились.
<&==]--[==&>

— Потому что так решил ПипБак, — чинно ответила я, посматривая на сгущающиеся тучи. Явно собирался дождь. — Кто знает? Может в конце мы встретим гуля, которого это письмо так растрогает, что он даст нам убойную серебряную пулю и ею я смогу испарить любого монстра, которого отправит Сангвиний.
<&==]--[==&>

— Ну или, знаешь, который сожрет твой мозг, — усмехнулась Глори.
<&==]--[==&>

— Вечно все про мозги думают. Серьезно. Гули не смогут прогрызть череп, — немного презрительно фыркнула Рампейдж. — Им больше нравятся органы помягче. Печень. Легкие. Ну и типа того.
<&==]--[==&>

Мой желудок чуть не взбунтовался.

— Да, только этого услышать не хватало.
<&==]--[==&>

Глори задумчиво нахмурилась и посмотрела на меня.

— Это правда?
<&==]--[==&>

— Почему ты меня об этом спрашиваешь? — ответила я с нервным смешком. — Мне вполне хватило каннибализма рейдеров. Не хочу даже думать про гульскую диету. Можешь спросить одного из них, когда встретим.
<&==]--[==&>

— Знаю, знаю, — она фыркнула и махнула крыльями. — Во мне просто заговорил ученый. Ну, то есть, они же бессмертны и лечатся радиацией, откуда тогда такая тяга к еде? Это рефлекс? Инстинкт? Им на самом деле нужно есть или просто пони на вкус так хороши?
<&==]--[==&>

— Итак... Падшая Глори ученый? — слегка улыбаясь спросил П-21. Глори чуть не споткнулась. Я помрачнела, но его это, конечно, не побеспокоило.
<&==]--[==&>

Светло-серая пегаска сдвинула брови.

— Я... я не знаю... но Глори, по крайней мере, была любопытной.
<&==]--[==&>

Я улыбнулась. Монин Глори была застенчивым, боязливым и фанатичным пегасом. Глори была любопытной, но подозрительной. Какой окажется Падшая? Я надеялась, что это будет всего лишь маска, которую одевала Глори, когда была в Анклаве.
<&==]--[==&>

— Так кому мы несем это барахло? — спросила Рампейдж, пнув в сторону торчащий из воды череп.
<&==]--[==&>

Я присмотрелась к выцветшим буквам на конверте.

— Мистеру и миссис Кейк в... — я прочла дальше и мой голос затих. — Сахарный Уголок...
<&==]--[==&>

Ветхое здание, покосившееся в сторону аллеи, привалилось к обгоревшему каркасу своего соседа. Яркая розовая краска посерела и стала больше напоминать цвет плоти; белая отделка потемнела и отслоилась от постоянной влажности. Дождь так деформировал крышу, что она стала похожа на мумифицированную кожу. Башенка в виде стопки кексов теперь наклонилась в сторону, как грозящий кулак, и скрипела время от времени. Одна стена почернела, но не сгорела, что говорило о высокой прочности здания. В грязи перед магазином валялось много декоративных пластиковых сладостей. Из покореженных оконных рам торчали осколки цветного стекла, напоминая сощуренные глаза. Над входной дверью, на одном креплении, болталась вывеска. 'Сахарный уголок', гласила она, и чуть ниже: 'Торты и кондитерские изделия.'
<&==]--[==&>

И внутри было несколько желтых меток.
<&==]--[==&>

Здание заскрипело, когда я встала на крыльцо. От мысли, что меня похоронят за доставку почты давно умершим пони, я зажмурилась; Деус бы лопнул со смеху.

— Ладно. Не думаю, что стоит идти всем сразу. Только я и Глори, наверное.
<&==]--[==&>

— Конечно. Кому-то же нужно отрыть ваши задницы, если эта штука рухнет, — пробормотала Рампейдж, глядя на полуразрушенное здание.
<&==]--[==&>

Мы осторожно поднялись по ступенькам, мимо плаката 'Государственный Кондитерский Центр Министерства Морали', покрытого пятнами плесени. Пинки Пай, выпрыгивающая из торта с улыбкой на лице, заставила меня вздрогнуть. Мягкий от влаги пол немного проседал с каждым шагом. Посмотрев на стены, покосившиеся под безумными углами, я увидела каркас здания, торчавший сквозь прогнившие деревянные панели. Я продолжила поглядывать на свой ПипБак. Как только он скажет, что задание выполнено, я убираюсь отсюда! Заметка была непонятной, хоть на Л.У.М. и осталась стрелка.
<&==]--[==&>

Очевидно, что 'Сахарный Уголок' был в ужасном состоянии. Одного взгляда на кухню хватило, чтобы понять: внутрь заходить не стоит. Выглядело так, будто эта часть здания держится на одних кирпичных печах. Так что оставалась только лестница. Я начала подниматься по ступеням, радуясь, что они наклонились в ту же сторону, что и остальное здание. Мои копыта пытались найти точку опоры на этой непрочной поверхности, пока всё вокруг шаталось и скрипело. Дверь на конце лестницы была не из хлипкого дерева, а из начавшей ржаветь стали, покрытой треснувшей фанерой. Поднявшись на второй этаж, я поняла, что это было не единственной странностью.
<&==]--[==&>

Зачем в пекарне комната, набитая терминалами и мониторами? К покосившейся стене привалилась огромная доска. На ней было три колонки: 'Хорошие Пони', 'Плохие Пони' и 'Реально Супер Порочные Злые Плохие Пони'. Имена были только во второй и третьей. Тут тоже висели плакаты, но совершенно иного плана. 'Помните, мы храним Эквестрию веселой и БЕЗОПАСНОЙ', гласил плакат с изображенной на нем Пинки Пай, у которой дрожал хвост. 'Только вы способны предотвратить беду', убеждал другой.
<&==]--[==&>

Кроме того, здесь было очень много костей. И у меня появилась проблема. Там, куда указывал мой ПипБак, были три желтых метки. Невраждебных. И, если мне не нужно думать, кого я встречу по пути, то лучше не беспокоить их.
<&==]--[==&>

Я пошла налево, в спальню. Меня встретили два скелета, один лежал около терминала, а другой свернулся калачиком в углу. Я взглянула на ПипБак. Мы были на месте.

— Так что, миссия выполнена? — спросила Глори.
<&==]--[==&>

Нет. Я вздохнула и вспомнила, как поступила с Октавией. Медленно я разорвала бумагу и вытащила письмо.
<&==]--[==&>

— ЭЙ!!! — радостно вскрикнула гигантская розовая голова.
<&==]--[==&>

Я шлепнулась на круп, выронив письмо; маленький розовый талисман посередине листа выстрелил блестками и ленточками, закружившимися вокруг меня. По всему зданию прокатился глухой стон. Огромная призрачная голова Пинки Пай замерцала, улыбнувшись мне сверху вниз.

— Приветик, мистер Кейк! Приветик, миссис Кейк! Я хотела опробовать это супер потрясающее пригласительное заклинание и подумала, что вам оно очень понравится, — она сочувственно нахмурилась. — Я знаю, что вам не нравится быть далеко от Понивилля, но вы единственные хорошие пони, которые настолько супер потрясающе хороши, что никогда не повернетесь ко мне спиной... или скажете, что у меня проблемы... или назовете меня так... как она назвала...

Пока она смотрела на меня, у неё начала дергаться щека и улыбка стала немного натянутой..
<&==]--[==&>

Было жутко видеть, как приветливая улыбка сползает с её лица и как её вьющаяся грива медленно распрямляется, пока она дрожит.

— Вы всегда были самыми добрыми хорошими пони из всех, кого я знаю. Вы как... как мои мама и папа... — сказала она, её голова затряслась и она икнула. — Мне кажется... мне кажется, что тут что-то не так... очень очень не так... супер жутко сильно не так... и мне нужно это остановить. Только я могу это остановить. И... и потом... потом мы сможем устроить настоящую вечеринку. В Понивиле... как раньше.
<&==]--[==&>

Она вдруг напряглась.

— Но сначала нам нужно найти плохих пони в Хуфингтоне. Я знаю, что Кварц нехороший ужасно плохой пони. И пони из Четырех Звёзд тоже... но я думаю, что их больше. Мне кажется... что пони из моей команды тоже плохие. И они знают, что задумали другие нехорошие пони. Везде секреты и ложь. Никому нельзя доверять... Никому...
<&==]--[==&>

— Кроме вас! Верно? Да... верно! Так что... пожалуйста... узнайте хоть что-нибудь. Что угодно. Прошу, — она прикрыла лицо. — Только вам я могу открыться. Вы мои настоящие родители. Пожалуйста... мама... папа... помогите мне...
<&==]--[==&>

Затем крохотный кусочек ограненного розового кварца лопнул надвое и мерцающая призрачная голова исчезла, оставив нас сидеть в розовых блестках и ленточках.
<&==]--[==&>

Пинки Пай просила о помощи? Мне казалось, она была счастливой, но тут она почти умоляла. Терминалы. Списки пони. Я думала, что Министерство Морали заведовало только весельем. Как, Пустошь побери, она превратилась из праздничной Пинки Пай в это?
<&==]--[==&>

— Мы уже можем идти? — тихо спросила Глори, пока все здание стонало и шумело. Пол тоже начал тихо скрипеть.
— Блэкджек... пожалуйста, — умоляюще сказала Глори, пятясь к двери.
<&==]--[==&>

— Я... погоди, — пробормотала я, посмотрев на останки в углу. И медленно подползла ближе. Пол под копытами ощутимо качался. Есть! Под костями было что-то розовое. Я аккуратно протянула вперед магию и освободила розовую статуэтку. Подтянув её ближе, я обернула фигурку своей магией; мои глаза расширились, когда я заметила маленькую табличку. "Внимательность: Оно было под буквой 'Э'!" Я посмотрела на её озорную улыбку, на её яркие и сиющие глаза... ничего общего с той печальной и плачущей пони, которую я видела минуту назад.
<&==]--[==&>

Почему стены вокруг Кейков сплощь покрыты пулевыми отверстиями?
<&==]--[==&>

Их было отчетливо видно даже сквозь слой пыли и на карамельных обоях. Отверстия распологались равномерно; очередь слева направо. Это было убийство. Еще одно двухсотлетнее убийство. Моя грива зачесалась, когда я вспомнила о пони в музее. И потом я заметила надпись на стене. Что-то вроде того, что вы можете попробовать написать, истекая кровью и прижимая к себе статуэтку своей приемной дочери.
<&==]--[==&>

Проект 'Вечность'.
<&==]--[==&>

Потом я увидела небо через трещины к крыше и услышала крик Глори, когда комната начала отделяться от остального здания. Я зубами схватила фигурку и рванула к двери, отбрасывая назад гнилой ковер. Покосившаяся башенка тоже начала рушится.
<&==]--[==&>

Затем Глори обхватила меня, выскакивая за дверь и сжала еще сильнее, когда начала из всех сил хлопать крыльями. Мы вылетели наружу, к разрушенной части здания, куда вдобавок упала башня. Ветер чуть не вырвал меня из её хватки.

— Глори! Ты летишь! — обрадовалась я и затем посморела назад. — Нам нужно вернуться! Там еще трое, а оно вот-вот развалится!

И действительно, все здание рушилось у меня на глазах. Через минуту-другую от него останется ровное место.
<&==]--[==&>

Она просто оглянулась и кивнула, неся меня обратно в направлении второго этажа.
<&==]--[==&>

Я врезалась в жеребца, карабкавшегося по лестнице. И сразу подметила в нём нечто необычное... Это было под буквой "Э". Во-первых, он был практически чистым. Во-вторых от него разило спермой и мускусом. В-третьих, его задние ноги были испачканы в крови. Ну и, в четвёртых, я знала этого жеребца. У него на боку была знакомая метка в виде галстука-бабочки.
<&==]--[==&>

— Что ты здесь делаешь? — спросила я его, не обращая внимания на сотрясающееся здание, балки которого трещали и скрипели.
<&==]--[==&>

— Беги! Оно же сейчас рухнет! — закричал он в ответ. Но вовсе он не пытался бежать до того, как я свалилась на него.
<&==]--[==&>

Сузив глаза, я пристально посмотрела на него.

— Какого чёрта ты здесь делаешь?

Он съёжился под моим взглядом, а затем робко оглянулся на комнату позади него. Я схватила его зубами за ухо и, напрягшись изо всех сил , вышвырнула через край. На его счастье, я целилась за пределы руин и он приземлился, подняв тучу брызг, в лужу, смягчившую его падение.

— П-21, сядь на него! Рампейдж, подопри здание! — крикнула я и, повернувшись, бросилась в комнату, где оставались ещё две дружественные метки. Я слышала, как внизу трещат кирпичи разрушающейся печки.
<&==]--[==&>

Внутри комнаты я обнаружила ряд металлических кроватей, а также связанных кобылу-единорога и жеребёнка на одной из них. Маленькая кобылка была привязана простой верёвкой, а вот взрослая единорожка – прикована цепью, которая заканчивалась кандалами на её ногах. Одним взмахом драконьего когтя я освободила младшую.

— Забери её отсюда, — бросила я Глори и переключила внимание на кобылу.
<&==]--[==&>

На лавандовую единорожку со сломанным рогом.
<&==]--[==&>

Мне просто... нужно как-то выживать... У меня есть ребёнок...
<&==]--[==&>

Муражки побежали по моей спине, когда я посмотрела на прочные кандалы вокруг её копыт. Они глубоко врезались ей в кожу. В глазах единорожки засветилась надежда.

— Пожалуйста, позаботься о Торн, — крикнула она.
<&==]--[==&>

— Ну уж нет! — ответила я, осматривая запоры. Даже не знаю, смогу ли я справиться с ними. — Я вытащу тебя отсюда... — У меня с собой не было даже заколок! Я сфокусировала свою магию на замке и начала с усилием проворачивать личинку.
<&==]--[==&>

Щёлк! Этот чёткий звук ломающегося металла ясно давал понять, что замок, соединяющий цепь с кроватью уже не открыть. Я перевела взгляд на кандалы. Осторожно... осторожно... От напряжения у меня выступили слёзы на глазах.
<&==]--[==&>

Щёлк!
<&==]--[==&>

— Мать твою за ногу, Селестия, ну помоги же хоть чуть-чуть! — в отчаянии закричала я. Вцепившись зубами в цепь и обмотав её вокруг передних ног, я уперлась задними в металлическое изголовье кровати и начала тянуть. — Ну дава-а-ай! — прохрипела я, напрягая мышцы; моё сердце колотилось в груди, словно я закинулась Баком! Учитывая как уже билось мое сердце... могла ли я себе это позволить? Будь сильной. Я должна быть сильной. Я должна стать лучше. Я левитировала таблетку Бака и сжевала её. Почувствовав, как энергия вливается в мои ноги, я закричала и потянула изо всех сил. Моё сердце колотилось так громко, что я не слышала, как вокруг меня рушится здание.
<&==]--[==&>

Внезапно, цепь лопнула с громким звоном. Не теряя ни секунды, я просунула голову под кандалы, сковывашие передние ноги кобылы, и взгромоздила её себе на спину. А затем, пригнув голову, рванула прочь из разваливающегося здания. Пол ушёл у нас из-под ног, когда я проскакивала через дверь уже не существующей комнаты. Сильный порыв ветра подхватил нас и швырнул в обломки внизу, когда здание позади наконец рухнуло.
<&==]--[==&>

Мы лежали спутанным клубком из ног, цепей и поломанного дерева. Рампейдж выбралась из-под обломков и, ухватив зубами зазубренную деревяшку, пронзившую её насквозь, вытащила её, словно простую занозу. Я прекрасно понимала, что она чувствовала в этот момент. Боль от неистово колотящегося сердца была такой сильной, что мне казалось, будто мне в грудь вонзили копьё! И я безумно хотела вытащить его оттуда. Каждый вдох давался мне с большим трудом, но воздуха всё равно не хватало. Я задыхалась! Ко мне подлетела Глори.

— Да что ж ты за дура! Что ты приняла? Бак? Гидру? Это ведь был Бак, не так ли? — кричала она, стараясь держать мою голову над грязной водой. — Твоё сердце же сейчас разорвётся, тупая ты башка! — Достав Мед-Икс, она сделала мне инъекцию. Боль сразу отступила, и, как мне показалось, пульс тоже начал замедляться.
<&==]--[==&>

— Она будет в порядке? — Пробормотала единорожка со сломанным рогом . Я была поражена, увидев цветы на ее кьютимарке. Я видела их только на картинках.
<&==]--[==&>

— Нет. Не будет, — твёрдо сказала Глори. — Она убъет себя подобным образом. Потому что она глупая пони.
<&==]--[==&>

— Она... спасла меня... — запинаясь произнесла единорожка, поднимаясь из грязи.
<&==]--[==&>

Глори посмотрела на её сломанный рог и сделала удивлённые глаза.

— Ты – та самая работорговка. — Лиловая единорожка вздрогнула, и к ней подбежала её малышка. Глори посмотрела на маленькую кобылку, а затем вновь перевела взгляд на её мать. — Ты... она... ар-р-рх! — Пегаска отошла в сторону, в раздражении топча пластиковые украшения газона в виде сладостей. — С Дэусом было проще. Его так легко было ненавидеть... — пробурчала она.
<&==]--[==&>

— Извините, что прерываю, но что мы будем делать с ним? — спросил П-21, кивнув на жеребца, которого он усадил на землю с гранатой во рту. Не уверена, что это была такая уж хорошая идея, но жеребец, по крайней мере, не делал попыток сопротивляться.
<&==]--[==&>

Я осторожно привстала. Мед-Икс уже подействовал достаточно, чтобы восстановить моё дыхание.

— Что?
<&==]--[==&>

— Он же насильник. Неужели мы отпустим его, чтобы он мог сделать это снова? — спросил П-21, потеребив чеку гранаты.
<&==]--[==&>

— Вынь эту штуку у него изо рта, П-21. — Я почувствовала как меня пробрал странный озноб. — Ты ведь... Фриск, верно? — спросила я, когда П-21 убрал гранату. — Поясни-ка, какого чёрта ты там устроил?
<&==]--[==&>

— Сводил счёты, — пробормотал он, глядя на меня снизу вверх. — Когда она была при оружии, она повязала меня и собиралась продать в Парадайзе.
<&==]--[==&>

— И за это она лишилась своего рога. Хочешь сказать, что она снова взялась за старое? — В ответ он лишь молча посмотрел на меня. Я оглянулась на единорожку, чувствуя, как сердце глухо застучало в груди.
<&==]--[==&>

В ушах у меня зазвучал вкрадчивый шёпот старого жеребца.

— Итак... какое наказание полагается насильнику? — спросил он голосом, похожим на шелест карт.
<&==]--[==&>

— Я не палач, — пробормотала я.
<&==]--[==&>

— Блэкджек! — прошипел П-21, закипая от злости. — Чем этот ублюдок отличается от Девяносто Девятого?
<&==]--[==&>

— Он отличается тем, что мне придётся нажать на курок, — решительно ответила я, глядя на пленника. — Я не допущу, чтобы ты или Глори стали убийцами.
<&==]--[==&>

— Это не убийство, — возразил П-21.
<&==]--[==&>

Я посмотрела на него:
— Он безоружен.
<&==]--[==&>

— Он не Мини. И не умирает медленно и трагически. Этот тип – подонок, — отрезал П-21.
<&==]--[==&>

Глори судорожно сглотнула.

— Я знаю, то, что он совершил – отвратительно. И я совсем не хочу, чтобы он сделал это снова. Но убийство – это не ответ.
<&==]--[==&>

Мы дружно посмотрели на Рампейдж. Она подняла бровь и усмехнулась.

— Что, хотите знать моё мнение? — Она повернулась к маленькой кобылке, которая настороженно смотрела на нас. — Он сделал тебе больно, милая? — спросила Рампейдж с неожиданно ласковой улыбкой. Малышка ответила ей испуганным взглядом, но затем отрицательно покачала головой. Рампейдж пожала плечами. — Что ж, тогда мне пофиг.
<&==]--[==&>

Я взглянула на кобылу; ту, которую самолично изувечила в пылу сражения.

— Ты хочешь, чтобы я убила его? — спросила я, слыша непрекращающийся шелест карт. Нет, я не палач. Это справедливость. Он получает по заслугам!
<&==]--[==&>

Она посмотрела мне в глаза и еле заметно кивнула.
<&==]--[==&>

Я вытащила охотничью винтовку. Забавно, что я больше не слышала своего сердца. Словно всё внутри меня внезапно стихло и успокоилось.

— Отпустите его, — пробормотала я, и П-21 хмуро подчинился. Я встретилась глазами с Фриском. — Я буду считать до десяти. Беги. — П-21 поджал губы, глядя, как жеребец поднимается на ноги. — Один, — тихо произнесла я.
<&==]--[==&>

Фриск медленно попятился от меня.

— Два, — продолжила я счёт, наводя на него ствол своего оружия. Он тотчас развернулся и побежал. Я стиснула зубы. — Три.
<&==]--[==&>

— Сможешь ли ты сделать это, Блэкджек? — угрюмо спросил П-21. «Смогу ли, я?»
<&==]--[==&>

— Четыре, — произнесла я, глядя, как Фриск скачет по лужам. По обе стороны от него громоздились руины, поэтому бежать он мог лишь в одном направлении. — Пять. — Я навела перекрестие прицела на его шею. — Шесть.
<&==]--[==&>

— Не делай этого, Блэкджек, пожалуйста. Ты же не убийца! — взмолилась Глори.

Да ну? Я всегда была убийцей. Вопрос в том, готова ли я стать палачом, убивающим хладнокровно и методично?
<&==]--[==&>

— Семь. — Я думала к этому времени он будет гораздо дальше, но его тормозили лужи и сваленный в них мусор. — Восемь. — Я смотрела сквозь дрожащее перекрестие прицела на его затылок.
<&==]--[==&>

Рампейдж не проронила ни слова.

Ты спятишь и размозжишь себе голову ещё до того, как умрёшь от жажды.

— Девять.

"Значит вот так это начинается?"
<&==]--[==&>

— Десять.
<&==]--[==&>

Будь добрым.
<&==]--[==&>

Я крепко зажмурила глаза и рухнула на колени в грязную воду, чувствуя как слёзы заструились по моему лицу. Чтобы не потерять в грязи винтовку, я изо всех сил прижала её к груди. Понурив голову, я громко всхлипнула, представляя себе разочарованное выражение на лице П-21, которого я снова подвела.
<&==]--[==&>

— Простите, — прошептала я, а затем подняла взгляд на искалеченную кобылу, которая взирала на меня в шоке. — Я не смогла... Я хотела этого, но не смогла. Прости.
<&==]--[==&>

Она лишь крепче прижала к себе испуганную дочь. Затем тихо произнесла:

— Это ничего... меня ведь ты тоже пощадила.
<&==]--[==&>

* * *
<&==]--[==&>

— Ты просто нечто, — сказала мне Скальпель, когда я стояла в её авто-доке, позволяя машине исследовать и восстанавливать меня своей магией. — Вряд ли найдётся ещё одна такая пони, которая сегодня ломает рог, а назавтра платит за его возвращение.

Роза, кобыла, которую я спасла... и почти убила... отдыхала наверху вместе с Торн.
<&==]--[==&>

— Она завязала с рабством, — тихо ответила я. — Это что-нибудь да значит.
<&==]--[==&>

— Она потеряла свою команду и оружие. Это вовсе не значит, что она завязала.
<&==]--[==&>

— Фриск изнасиловал её. Она заслуживает жалости, — пробормотала я.
<&==]--[==&>

— То, что произошло за стенами Флэнка, не имеет значения, — ответила Скальпель, снова прикладываясь к бутылке.
<&==]--[==&>

— Имеет.
<&==]--[==&>

— Для тебя. Возможно, для меня. Немного. Но большинство пони скажут, что она сама виновата. Что это просто расплата за прошлые грехи бывшего работорговца.
<&==]--[==&>

— У неё ребёнок.
<&==]--[==&>

— Ух ты, небывалый случай в Пустоши, — съёрничала Скальпель. — Знаешь, в чём твоя проблема?
<&==]--[==&>

— Повреждённый мозг?
<&==]--[==&>

— Ты считаешь, что все пони хорошие, и хочешь помочь им.
<&==]--[==&>

— Разве это проблема?
<&==]--[==&>

— Так оно и есть, если ты считаешь, что можешь в одиночку помочь им всем.
<&==]--[==&>

— Разве ты не помогаешь всем кому можешь?
<&==]--[==&>

— Конечно, но я сознательно занижаю планку своего "могу" по отношению к тому, что я действительно могу. Я осознаю, что некоторым пони помочь в принципе невозможно. Слишком зависимым. Слишком измотанным. Слишком изъеденным изнутри. Они забирают каждую кроху той помощи, что я могу предложить, и, тем не менее, в итоге откидывают копыта. Поэтому мне приходится принимать неприятные решения и списывать их. И, разумеется, они умирают так же верно, как если бы я самолично пристрелила их. Но если бы я этого не делала, то давно довела бы себя до ручки.
<&==]--[==&>

— То есть или ты, или они, так получается?
<&==]--[==&>

— Без меня у них вообще нет ни единого шанса, — ответила она, пожав плечами.
<&==]--[==&>

Я вздохнула и закрыла глаза.
— Я могла убить её, но я не хотела быть палачом. Я хотела убить его, но не смогла. Почему?"
<&==]--[==&>

Она похлопала меня по голове.
— Потому что ты хочешь спасти их. Хочешь, чтобы они снова стали хорошими пони. Но пони не хорошие или плохие. Пони - это пони. И чем раньше ты это осознаешь, тем легче тебе будет.
<&==]--[==&>

— Хех, я слишком глупая для этого.
<&==]--[==&>

— Что ж, я скажу что-нибудь приятное на твоих похоронах.
<&==]--[==&>

— У меня будут похороны? Мило. А торт там будет?
<&==]--[==&>

Она засмеялась, отключая аппарат.

— Ты неподражаема.
<&==]--[==&>

— Приму это за комплимент, — усмехнувшись, ответила я.
<&==]--[==&>

Поправив очки, она спросила более серьёзно:
— Ты собираешься взять власть во Флэнке в свои копыта?
<&==]--[==&>

— Не знаю. А должна?
<&==]--[==&>

— Нет, если ты веришь в хороших пони.
<&==]--[==&>

— Разве пони здесь не такие?
<&==]--[==&>

— Нет. Некоторые пытаются, но Флэнк это не то место, которое может им помочь. Здесь все беспокоятся только о себе и делают то, что приходится делать.
<&==]--[==&>

Я закрыла глаза и представила Барпони:
— Я знаю двух, которые беспокоятся об окружающих.
<&==]--[==&>

— Ну что ж, это на два больше чем знаю я, - ответила она.
<&==]--[==&>

Улыбнувшись, я хорошенько встряхнулась, прежде чем снова напялить на себя броню.

— Я должна найти Каприз. Она уже вернулась в свой офис?
<&==]--[==&>

— Спроси свою подружку в баре, - чуть усмехнувшись сказала Скальпель, - ты ведь знаешь, кто она, не так ли?
<&==]--[==&>

— Я всё время пытаюсь это выяснить, - пробормотала я.
<&==]--[==&>

— Ну ладно, не буду портить для тебя сюрприз.
<&==]--[==&>

Я фыркнула:
— И ты туда же.
<&==]--[==&>

Что-то было не так, и я снова не могла понять что именно. Разве Скальпель всегда выглядела такой... усталой?

— К слову о Каприз, мне, наверное, стоит пойти сказать ей, что мы скоро закончим укреплять это место. И если ей это не нравится, пусть кто-то другой тут заправляет. Например, эта пони из бара. Или ты. Или вообще кто-то. Чёрт, даже я могу управлять этим местом лучше, чем она.

Здорово, теперь Скальпель выглядела встревоженной.
<&==]--[==&>

— Ну... уверена, она будет рада услышать это. Кстати, почему бы тебе не пойти перекусить в Кормушке? Магия не заменяет собой еду, — сказала она, вяло улыбнувшись.
<&==]--[==&>

— Неплохая идея. Ещё увидимся, — ответила я.

Снаружи моё внимание привлекло ещё кое-что; там были те же самые наркоманы, которых я видела раньше. По правде говоря, они были теми же, что стояли тут, когда я впервые сюда пришла. Наверное, лечение занимает больше, чем один день, особенно если учитывать, сколько раз я сюда возвращалась, чтобы восстановиться после ранений, которые я сама себе нанесла.
<&==]--[==&>

И всё же...
<&==]--[==&>

Дела в Кормушке обстояли не важно. И на это указывало несколько вещей. Не было никакого изобилия провизии – её только больше начали раздавать. "Свежие " продукты от Общества были засохшими и пресными. Верхние яблоки были вполне приличными, но большинство остальных были мягкими и даже перезрелыми. Даже от 200 летней Свежести остались пустые картонные упаковки и ящики. Единственная еда, которая действительно выглядела аппетитной, как не жаль это говорить, была продукция из магазина Анклава, который был надёжно заперт.
<&==]--[==&>

Но что-то было действительно не так. Я поняла это, когда бродила в окрестностях Фланка, я наконец-то кое-что начала замечать. И всё же, разве кобылы сил безопасности всегда следовали за мной повсюду? По ним не было видно, чтобы они преследовали другие цели. П-21 и Рампэйдж отправились в лагерь Дэуса дабы утащить всё, что не прибито в то время как Глори вернулась во Фланк. В данный момент на Бирже она пыталась обратить наше добро на крышки.
<&==]--[==&>

А что я? Настало время навестить Каприз.
<&==]--[==&>

Я перешагнула порог Стойла восемьдесят девять. Мои глаза начали мерцать янтарным светом, когда я, наконец, поглотила достаточно радиации, чтобы привести в действие мою мутацию. Я твёрдо решила увидеться с Каприз и покончить с этим.
<&==]--[==&>

Затем я увидела Барпони, болтающую со Скальпель. Казалось, что она ждала меня, но моя испорченная сторона дала мне другой ответ, как только Скальпель поскакала внутрь. Даже докторам надо выпускать пар время от времени.
— Эй, — окликнула я, с легкой усмешкой. Она хорошо выглядела... правда немного уставшей... напряженной... взволнованной... но хорошо. Действительно хорошо...
<&==]--[==&>

— И тебе привет, — сказала она, стукнув меня по крупу и передав мне бутылку Спаркл-Колы. — Слышала, ты весь день помогала в городе?
<&==]--[==&>

— Что-то вроде этого, — ответила я, приложившись к бутылке. Но вкус был какой-то… странный. Сладкий, но в тоже время с горчинкой. Наверное из старых запасов. — Мне нужно увидеть Каприз. У меня к ней дело. — Ее взгляд дёрнулся при виде моей брони и оружия.
<&==]--[==&>

— Правда? Нууу, её всё ещё нет, но как насчет того, чтобы пройтись в мои апартаменты, пока она не вернется? — Спросила она, и только мысль о ее предложение не дало сорвать мою крышу с корнем.
<&==]--[==&>

— Конечно, — сказала я с хихиканьем, издавав безмолвный стон, когда она прижалась к моей гриве. Должна признать, вид покачивающихся бёдер этой молодой кобылки был более чем соблазнителен. Это было так же прекрасно как и небесная луна… так же как прекрасный лунный персик.
<&==]--[==&>

***
<&==]--[==&>

Должна признать, в её комнате было довольно мило. Может, всё дело в освещении. Всё в её комнате светилось слабым серебристым светом. И я тоже. И она. Как будто мы занимались любовью среди звёзд.
<&==]--[==&>

Я просто улыбнулась так широко, что заболели щёки.

— Итак, я готова для ещё одного раза.
<&==]--[==&>

— К сожалению, мне надо уладить парочку дел, и потом я вернусь, — сказала она, высвободившись из моих объятий.
<&==]--[==&>

Я снова закрыла глаза и вяло улыбнулась.

— Так нечестно...
<&==]--[==&>

— Не ной, Блэкджек, — она легонько мне подмигнула. — А то ты становишься похожей на девственницу. — С этими словами она выскользнула за дверь, и я простонала.
<&==]--[==&>

Я лежала на спине, пытаясь прикоснуться к этому мягкому мерцающему свету.

— Блэкджек, — прохрипел старый жеребец.
<&==]--[==&>

— Проваливай. Я получила оргазм (???). Я не хочу разговаривать с сумасшедшим.
<&==]--[==&>

— Блэкджек. Ты должна принять Фиксер, — тихо сказал он.
<&==]--[==&>

— Фиксер ничего не исправляет. Мне Глори сказала, — пробормотала я, разглядывая маячившие передо мной цветные пятна. — Мне там хорошо. Почему я должна что-то делать? Всё вокруг такое... уродливое. А она красивая. И милая. Дай мне почувствовать себя хорошо. Пожалуйста?
<&==]--[==&>

— Возможно. Но это не по-настоящему. Ты должна принять Фиксер. Она хранит немного в своём ящике.
<&==]--[==&>

— Откуда ты это знаешь?
<&==]--[==&>

— Это ты знаешь, — просто ответил он.
<&==]--[==&>

Я расплакалась.

— Просто дай мне остаться здесь. Пожалуйста. Я не хочу назад в этот кошмар. Меня уже тошнит от кошмаров. Мне это нравилось больше, пока я не замечала... как... ужасно всё вокруг.
<&==]--[==&>

— Это цена, которую ты платишь за наблюдательность. Посмотри на Пинки Пай. Посмотри, что она видела. Видишь, как это подрывало её? Ты не можешь лежать здесь, Блэкджек. Давай поднимайся.

Я медленно скатилась с кровати и заковыляла к её письменному столу. Левитировала перед собой упаковку Фиксера, вздрогнув при виде того, как её красные цвета мерцали серебристым светом.
<&==]--[==&>

Я засунула горькую таблетку себе в рот и прожевала.
<&==]--[==&>

Мерцание пропало, и я резко вздрогнула. Всё на пути от коридора до кровати казалось размытым. Моей брони и снаряжения нигде не было видно.

— Пожалуйста... — прошептала я памяти о давно забытых богинях. — Прошу... пожалуйста, пусть это не будет очередной ловушкой.
<&==]--[==&>

Её комната была украшена переплетениями цветной гирлянды. На каждом шагу попадались странные маленькие безделушки и коробки. Я посмотрела на несколько её сокровищ. Пустой магический картридж? Детская обувь? Губная гармошка? Они будто дразнили меня, заставляя меня думать об их владелице.
<&==]--[==&>

Мне на глаза попалось мусорное ведро с множеством листов бумаги внутри. Я бы скорее всего прошла мимо, если бы не заметила её почерк: причудливый и витиеватый, как у принцессы Селестии. Я левитировала перед собой одну из бумажек:

«Мой сладчайший Персик(Пирог хД). Я с нетерпением жажду вкусить твой абрикос любви. Нет в мире подходящих слов чтобы описать, как волнительно трепещет мой стержень при мысли о твоём прелестном бутоне. Я страстно желаю прильнуть к твоей нежной шёрстке при прижаться к твоим сладким губам. Твоя сахарная вишенка, Лорд Орандж». Лаааадно... Потом я посмотрела вниз: «P.S. Я прилагаю к письму подарок в виде десяти тысяч крышек, чтобы украсть тебя в мой сад любви».
<&==]--[==&>

Десять тысяч крышек за секс? Я не могла представить себе этого. Я посмотрела на её стол, уставленный разноцветными бутылочками; не банками с газировкой. Бутылочками с духами. И её терминал был весь покрыт детскими наклейками. И блестяшками. И...
<&==]--[==&>

Оно было под буквой 'Э'!
<&==]--[==&>

Затем я заметила: маленькое пятнышко чего-то серого на одной из книжных полок. Чего-то плоского. Оно не было намеренно спрятано, а просто валялось в куче барахла; тут всё было таким. Не трофеями или ценными сувенирами, а просто всякими вещицами. Вещицами, которые сбивали с толку и вводили в заблуждение. Завесой. Я медленно подошла к книжной полке, магией осторожно расставила в сторону склянки и достала оттуда картину в пыльной рамке.
<&==]--[==&>

Я повернула её и увидела потрёпанную чёрно-белую фотографию серого жеребца, обнимающего трёх маленьких кобылок. Ту, что была слева и с презрением смотрела на остальных двух, я не знала. Кобыла справа, радостно улыбавшаяся старому жеребцу, была той самой пони из бара, которая подарила мне столько восхитительных ощущений несколько минут назад. Но в середине...
<&==]--[==&>

Крышечка.
<&==]--[==&>

Дверь открылась и вошла Каприз. Внезапно всё стало ясно. Её забота и вежливые манеры. Беспокойство в глазах. Страх. Она боялась меня. Но почему? Я же не была её врагом, так ведь?
<&==]--[==&>

Да... Была.
<&==]--[==&>

— Ты... ты уже встала... — сказала она, пытаясь, чтобы её голос казался ровно. Может раньше он и был таким, но теперь я могла слышать его напряжённость.
<&==]--[==&>

— Ага. Думаю, я что-то приняла, — спокойно сказала я, поставив фотографию на место и левитировав упаковку Фиксера. — Поэтому я приняла кое-что ещё, — я нахмурилась. — Почему ты не сказала мне, что ты и есть Каприз?
<&==]--[==&>

— Я просто играла... — начала она уже заранее приготовленные оправдания. Мои губы сжались. Да, это было правда, но не всей правдой. Даже не большей её частью. — Блэкджек, прошу... может мы просто продолжим веселиться, мм?
<&==]--[==&>

Я посмотрела на неё, больше не улыбаясь. Я просто смотрела и видела её насквозь. Эту натянутую улыбку. Эти умоляющие глаза. Немного напора, и она ничего не сможет скрыть от меня.

— Нет. Думаю, мы на этом закончим, Каприз.
<&==]--[==&>

— Прошу, не убивай меня, — прошептала она, вся дрожа.
<&==]--[==&>

— Что? О чём ты говоришь? — нахмурилась я, чувствуя, как грива начинает подёргиваться. — Мини, Джем и Таурус... они точно знали, где меня найти. И Е-21. И Дэус. Ты подставила меня! — прокричала я с яростью в голосе. — Ты обманула меня! — Она начала отступать к двери, но мой взгляд пригвоздил ей к месту. — Ты сказала охране не вмешиваться, так ведь? Ты хотела, чтобы я зашла в Стойло. Заставила меня расслабиться. Накачала меня наркотиками и отволокла бы к Дэусу? И Таурус точно знал, где был тот мост, на котором он мог меня перехватить. Он легко мог подстрелить меня, если бы Мини не попала в ловушку.
<&==]--[==&>

— У меня не было выбора! — она заплакала. — Или выдать тебя, или Дэус сровнял бы Флэнк с землёй и похоронил бы нас заживо в этом Стойле. Этот город для меня всё. Всё, что у меня есть, — сказала она, пятясь назад. — А теперь ты ещё начала тут командовать. Прямо как Ростовщица делала в Парадизе и Крышечка в Мегамарте. Ты хочешь забрать у меня Флэнк! — завопила она, прижавшись спиной к стене.
<&==]--[==&>

— Я хотела защитить его. Защитить тебя. Ты могла просто сказать мне. Просто попросить меня уйти. Я хотела помочь тебе, Каприз. Не Флэнку, тебе! — прорычала я, пока мой рог окутывало белое магическое свечение. Это было прямо как в той шахте; передо мной был ещё один Лансер, просто выглядел он по-другому. Змея. Если я не убью её, она просто укусит меня позже.
<&==]--[==&>

Сухой шелест карт и тишина.
<&==]--[==&>

— Но я не палач, — отрезала я, когда она спиной вперёд ввалилась в дверь, ведущую в кабинет Смотрительницы. Я подошла к своим седельным сумкам, достала оттуда письмо от Крышечки и бросила его ей в лицо. — Вот! Сообщение доставлено. Искатели должны мне по трём контрактам. Плати.
<&==]--[==&>

Она с дрожью посмотрела на письмо в её ногах. Не открывая, она бросила его в корзину, затем подошла к сейфу. Достала оттуда пять мешочков с надписью "1000к" и положила на стол. Я сунула их в сумку. Она недосчитала мне 10%... но мне было плевать. Я просто хотела поскорее убраться из Флэнка.
<&==]--[==&>

— Прости... — тихо прошептала она. — Мне просто... нравилось не быть собой.
<&==]--[==&>

— Ага, — пробормотала я, проглатывая ещё одну горькую таблетку. — Мне тоже нравилось, когда ты не была собой.
<&==]--[==&>

***
<&==]--[==&>

Я охранница. Я та, кто приходит, чтобы прервать всё веселье. Флэнк был рад увидеть, как я ухожу. У них были их турели; остальное было за ними. я даже получила "вознаграждение" за тяжёлую работу: рабочая тележка, содержимое шкафа Октавии и парочку записей из Микшера. Это двое, похоже, были единственными, кого искренне опечалил мой уход. Даже Скальпель просто посмотрела на меня своими усталыми больными глазами и просто пожала плечами.
<&==]--[==&>

Роза и Торн решили идти с нами до Мегамарта или просто куда-нибудь подальше отсюда. Когда вернулись Рампейдж и П-21, мы просто сложили все свои вещи в тележку и ушли.
<&==]--[==&>

— Ну что, уже узнала, кто такая Каприз? — спросила Потрошитель.
<&==]--[==&>

— Заткнись, Рампейдж... — проворчала я.
<&==]--[==&>

Как говорила Скальпель, пони всегда будут пони. Они не хорошие или плохие. Может быть это было истиной, может быть мы все балансировали на границе добра и зла. Но я знала точно, что были пони, которые каждый день изо всех сил тянулись к свету, как только могли, и были другие, которые равнодушно скатывались во тьму.
<&==]--[==&>

Заметка: Следующий уровень.
<&==]--[==&>

Новая способность: Кобыла действия (уровень 2) — +15 Очков Действия в З.П.С.
<&==]--[==&>

Навык: Взлом (50)
<&==]--[==&>

The end of Chapter 17.
<&==]--[==&>

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/28544/102519

Переводчики: Denizzo, __Corsair__, mintous, Satus

Vampire27, BatMad, zeato, psychoshy

SILMOR, Sprat, Tails_Doll, tiberzann

MusyaG

Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0