Готовый перевод Fallout Equestria: Project Horizons / Фоллаут Эквестрия: Проект Горизонты: Глава двадцатая: Милосердие

Fallout Equestria: Project Horizons / Фэллаут Эквестрия: Проект Горизонты.
<&==]--[==&>

Автор - Сомбер (Somber)
<&==]--[==&>

Глава 20: Милосердие
<&==]--[==&>

«Жестокая любовь, детка!»

Уже давно шел дождь. Холодный дождь. Тяжелый дождь. Тот тип дождя, который заставляет тебя чувствовать себя так, будто кто-то вверху недолюбливает тебя. Мое горло горело, ноги болели, а дыхание напоминало скрежет по металлу. Я посмотрела вверх, в дождь, слишком усталая даже для того, чтобы плакать. Но не слишком усталая для того, что я должна была сделать.
<&==]--[==&>

Я начала копать.
<&==]--[==&>

***
<&==]--[==&>

— Это не больно… Больше не больно… Больше нет… — Рампейдж шептала раздавленной Торн снова и снова.
<&==]--[==&>

Она была права, ей уже не больно. Шок, нахлынувший на меня, превратился в ярость - столь абсолютную и всепоглощающую, что я запустила себя в полосатую пони, не волнуясь о своих травмах, или даже о том, что ее нельзя убить. В прошлый раз я принимала боевой коктейль. В этот раз вышло круче: мой полный и абсолютный провал в защите жеребенка, которого я поклялась защищать. Рампейдж говорила мне, что она монстр, и если для того, чтобы убить ее, нужен другой монстр, то я им стану.
<&==]--[==&>

— Убийца! — Я закричала, нанося удар и выбивая тело бедного жеребенка из ужасных объятий. Я закричала опять, схватив ее голову своими копытами и ударяя ей о железные перила снова и снова. Я слышала, как ломаются кости и чувствовала внутри мягкий мозг. Ее голова сразу же начала затвердевать. Не проблема, я просто повторю все это, сильнее и быстрее, снова и снова и снова, и так пока не сработает!
<&==]--[==&>

Все разочарования, все мои поражения, собрались в ужасающем безумии. Я должна была оберегать пони! Я была Охранницей, черт его подери! Конечно, первая пони, к которой она бы пошла была Рампейдж! И я была предупреждена; Я сказала ей, что остановлю ее, если увижу ее наедине с жеребенком. Но никто не сказал Крестоносцам держать Торн подальше от нее. Как мы вообще могли ей это объяснить, если она только что потеряла мать! Она только что видела, как мы ее закопали! Как я могла быть такой глупой?
<&==]--[==&>

Всего одну! Просто спаси одну, Блэкджек. Я не могу даже этого?
<&==]--[==&>

Хруст! Хруст! Хруст! Наконец Рампейдж скинула меня, ее невероятная сила отправила меня катиться по разбитому асфальту. Взгляд ее глаз, звук ее голоса, то, как она стояла… все это… изменилось. — Убийца? Чудовище… неужели ты не понимаешь? Это было милосердие. — спокойно сказала она, атакуя меня, ее губы сложились в кривую усмешку. Ее кьютимарка закручивалась вокруг черепа пони.
<&==]--[==&>

Я захватила передними ногами перила за собой, повернулась, и засадила ей обеими ногами в лицо, прямо как сделала-бы одна оранжевая пони. Пинок мог-бы вырубить большинство кобыл - хруст ломаемого лица обычно заканчивает драку, Рампейдж не входила в это большинство. — Она страдала. Я дала ей милосердие. — буднично сказала она. Как будто я была глупым жеребенком.
<&==]--[==&>

—Ты не должна была убивать ее, Рампейдж! — я кричала, в то время как она схватила меня передними копытами за шею и начав душить. Только дождь помог мне выскользнуть до того, как она оторвала бы мне голову. Я оказалась под ней, и взбрыкнув, подкинула ее в воздух. Пока она падала, я впечатала спиной в ее грудную клетку, ее дыхание выбило с радующим мой слух хрипом. Я сбросила ее со спины и она повалилась, давясь кашлем и хрипом. Пока я еще держалась на адреналине, но мне срочно был нужен Бак и Стампид!
<&==]--[==&>

— Это был добрый поступок! — Рампейдж задыхалась, ее глаза уставились в дождь над мостом. — Столько боли… столько страданий… Я должна была это сделать. Флатершай не смогла закончить это! Селестия не смогла! Но я могу забрать их боль. — она смотрела на меня с презрением, эти знаки, закручивающиеся вокруг черепа. — Неужели ты не можешь понять? Они страдали. Даже когда мы спасли их от кошмаров, они все еще страдали. И я дала им милосердие! Неужели ты не поступила-бы также?
<&==]--[==&>

Отключить питание: Да/Нет? Ледяное копыто сжало мое прогнившее сердце.
— Нет… — сказала я, но мое умение врать подзаржавело за последние несколько дней. — Это не тоже самое! Их запечатали и они лишились рассудка. Мне пришлось бы оставить их там! — я попыталась снова вбить ее в землю, заставить ее заткнуться, черт возьми! Я не хотела думать об этом. Не думай об этом!
<&==]--[==&>

Упав на мостовую с новым переломом, она изогнула бровь и надменно ухмыльнулась. — Ой? Ох-ох-ох-ох-ох….. и так… ты тоже дарила милосердие. Убила беспомощных жеребят, чтобы избавить их от боли? Выдернула шнур? — я онемела, замерла не в силах двинуться, и она оттолкнула меня от себя. — О, так вот что это было? Я сделала то же самое.
<&==]--[==&>

— У меня не было выбора! — провопила я, пытаясь докричаться.
<&==]--[==&>

— У меня не было выбора! — передразнила она в ответ. — Не так ли всё всегда происходит?
<&==]--[==&>

— Нет, ты не должна была её убивать! — сказала я с отчаянием, пока мы ходили кругами друг против друга. Внезапно я почувствовала себя очень уставшей и слабой. — Я ничего не могла поделать!
<&==]--[==&>

— Ничего? Правда? — её голос опустился почти до шёпота. — Нe остаться с ними и не помочь им? Или не найти кого-нибудь, кто смог бы? Не посвятить себя тому, чтобы сделать всё возможное, ради их спасения?
Её вопросы впивались в меня сильнее, чем копыта, пока я пятилась к облупившейся надписи "Милосердие" на асфальте.
<&==]--[==&>

Я думала, что мой выбор был между проигрышем и проигрышем. Я знала, некоторые из детей были сумасшедшими, но разве я проверила каждую капсулу, чтобы убедиться?? Мог ли кто-то из них спастись? Я думала, что Коллегиум и Общество не помогли бы, а я спрашивала их? Если бы я вытащила Арчибальда и Сплендида туда, чтобы узнать наверняка, что в пустоши нет медиков? Если бы я посвятила свою жизнь поискам способов спасти тех ужасных, невинных созданий?
<&==]--[==&>

Нет. Я вытащила шнур, спела песенку, а затем вернулась в Мегамарт собирать крышечки.
<&==]--[==&>

Рампейдж напрыгнула, вбив меня спиной в дорожный знак и легла на меня. — Ты не отличаешься от меня. Вообще. Лицемерная, жестокая и подлая. Этот мир слишком жестокий, слишком гнилой, слишком злобный! Милосердие это единственная благая вещь, что мы можем дать им! — сказала она мне мягко, презрительно, когда её копыта рухнули со страшной силой. — Но не волнуйся, Блэкджек. Я знаю, тебе больно. Я знаю, ты больна. К тебе я тоже буду милосердной.
<&==]--[==&>

— Рампейдж… — я задыхалась, мои ноги били и пинали ее, но я даже не была уверена, продолжаю ли я драться на самом деле. Кто-бы ни была эта кобыла надо мной, она не была Потрошителем, которого я знала.
<&==]--[==&>

— Ты продолжаешь называть меня Рампейдж... — сказала она мягко, я закашляла и захрипела от удушья , — Меня зовут не так.
<&==]--[==&>

— Отвали от неё, тварь! — прокричала Глори. Серая пегаска спикировала, и поток красных лучей оставил дымящиеся дырки в полосатом теле пони. Дыры затягивались прямо у меня на глазах, но Глори вцепилась зубами в боевое седло и продолжала обстрел. Наконец, один луч из её квадратных пистолетов попал правильно и заклинание испарилось вспыхнув над телом полосатой пони. Её копыта обожгли мою шею, когда она рухнула кучкой пепла на меня.
<&==]--[==&>

Что-то твёрдое и тяжёлое упало на мою грудь. Я крякнула, смотря на яйцо из розового кварца, обрамлённое золотой проволокой и светящегося загадочным розовым светом. Странный пульсирующий символ сердца в центре яйца, светился ярче всего. Я толкнула его и перевернулась на бок, Глори приземлилась рядом со мной. — Тише, Блэкджек, тише. Она уже мертва. Дыши. Она чуть не сломала тебе шею.
От беспокойства на её лице я заподозрила, что она не была полностью уверена в том, что "почти не сломала"
<&==]--[==&>

— Что это за хрень? — спросила я тихо, левитируя яйцо.
<&==]--[==&>

— Я... Я думаю это что-то вроде восстанавливающего талисмана... Ну выглядит так... — Глори замолчала, потирая подбородок.
<&==]--[==&>

Вдруг вокруг яйца стало собираться розовое облако, образуя малиновых червей, расползавшихся и завивающихся в новые вены и артерии. Ткань ползала по поверхности и превращалась в розовато-красные массы, что начинали биться. Я видела как росли кости, как кожа и мышци растягивались по ним. Наконец, молодая бледная кожа покрылась ярко-красными полосками шерсти.
<&==]--[==&>

Жеребёнок Рампейдж дёрнулась, чуть вздохнув, и вновь, и вновь. Её розовые глаза, полные страдания, открылись и посмотрели на меня.
— Я опять это сделала, да?
Я смотрела на неё сверху и не была уверена, что могу ответить. Крошечный жеребёнок медленно свернулся калачиком и заплакал: — Мне очень жаль, — шептала она снова и снова, но я не была уверена кому. На её бедре была тёмная как синяк метка.
<&==]--[==&>

— Святая Селестия, — изумлённо выдохнула Глори.
<&==]--[==&>

— Рампейдж? — спросила я тихо, как две завёрнутые колючей проволокой полосатые палочки проявились на её крупе.
<&==]--[==&>

— Я опять это сделала, да? — сказала она снова, фыркнув. Затем она посмотрела на Торн. Её молодое лицо скривило от такой боли, что я не смогла ничего с собой поделать. Я обняла полосатую кобылку; она зарыдала у меня на плече: — Ну вот, опять... почему это должно было случится снова?
Я была разбита от того, что она сделала, и мне больно от того, что она сказала. Но в эту секунду я понимала, что ей нужна моя помощь. Возможно, достаточно было бы просто всех обнять, успокоить, чтобы объяснить, что происходит...
<&==]--[==&>

Глори внимательно на неё посмотрела: — Что случилось, Рампейдж?

<&==]--[==&>

— Я... я сбежала. Слонялась без дела... Мне нравиться бродить под дождём, так что я решила переждать завершения похорон, блуждая тут. Потом... потом прибежала Торн... она... она плакала... Я хотела обнять её, но... я испугалась... и я... отлучилась... А очнулась только сейчас... — Глори внимательно слушала, слегка нахмурившись. — Видимо, меня дезинтегрировали... только после такого я становилась такой маленькой.
<&==]--[==&>

— Что-ж... ты сумасшедшая. — сказала я с маленькой полу-улыбкой. — Это должно было быть очевидно.
<&==]--[==&>

— Думаю да.
<&==]--[==&>

Глори в задумчивости потерла подбородок. — Сколько длятся эти помрачения?
<&==]--[==&>

— Это не... — она вздохнула и схватилась за голову. — Это как будто я здесь, а потом где-то в другом месте. И это... это плохое место. — прошептала она, дрожа в моих копытах.
<&==]--[==&>

— Тогда это не сумасшествие. — нахмурившись сказала Глори. Наши взгляды встретились, и она одарила меня извиняющейся улыбкой. — Пожалуйста, не забывай, что я руководствуюсь одним классом психологии, и кое-что вычитала в Кантерлотском Медицинском Журнале, но при настоящем психологическом расстройстве, одна личность не поглощается другой без остатка. Это не так работает. — Рампейдж выглядела шокированной.
<&==]--[==&>

— Хм... я всегда думала... я имею в виду... ты уверена что я не сумасшедшая? — спросила она в замешательстве.
<&==]--[==&>

— Ты только что регенерировала, из какого-то талисмана в твоей груди. — ответила Глори, встряхнув головой. — Я ни в чем не уверена насчет тебя. Но если бы все это было всего лишь сумасшествием, то все было бы намного проще. Ну, или ты чертовски классная актриса… но если бы ты хотела нас убить… черт… вырезать все часовню… ты бы могла. Так что я не думаю, что часть твоего мозга свихнулась. — она вздохнула и нахмурилась. — Это что-то другое.
<&==]--[==&>

Я увидела остальных, бегущих к нам, и воспользовалась возможностью разразиться очередной серией хрипа и кашля. Потерев болящее горло, я понадеялась, что когда-нибудь пустошь даст передохнуть, хотя бы моей дыхательной системе.
<&==]--[==&>

— Блэкджек! — кричал П-21, хромая к нам. Секаши, несущая брезентовую сумку, спешила за ним. Зебра бросила на нас троих один взгляд, вздохнула, и сразу пошла ко мне. Она покопалась в сумке, и вытащила бутылку Спаркл-Колы, наполненную чем-то, похожим по консистенции на краску. Я отпила глоток, и почувствовала знакомое ощущение от лечебного зелья, хотя вкус и был странным. Но всё-таки неплохим! При виде раздавленного тела Торн, П-21 остановился так резко, что не устоял и упал на его лицо. — Чт… Торн… — он посмотрел на маленькую Рампейдж. — Что за херня здесь творится?
<&==]--[==&>

Я медленно розовела, откашливая мокроту, пока варево зебры делало свое дело. Я была счастлива, что могу глотать, пусть это и больно. Наконец то, я прохрипела, — Кто-то убил Торн. Не Рампейдж. — мой голос был хуже, чем у гуля!
<&==]--[==&>

— Что? — холодно спросил он, указав на смятое тело. — Рампейдж… что? — он посмотрел на дрожащего жеребенка с выражением, которое он использовал только для меня, для начальника шахты и для мыслей о возвращении в Стойло. — Что! — кричал он, его глаза перескакивали с одной на другую в негодовании.
<&==]--[==&>

— Кто-то взял ее под контроль. — решительно сказала я, маленькая Рампейдж смотрела на меня так, как будто она могла поверить в это не больше, чем П-21. — Она убила Торн. Говорила, что дарит милосердие. Она сделало это. Не Рампейдж. — я посмотрела на убитого жеребенка, чувствуя себя опустошенной и надломленной. — Она попробовала убить меня следующей. Глори испарила ее. А затем она регенерировала в это.
<&==]--[==&>

П-21 схватился копытами за голову. — Ты что, говоришь мне, что мы путешествуем с сумасшедшей? — я одарила его суровым кивком, и его веко задергалось, в то время как он всплеснул копытами. — О, так то, что она сумасшедшая, все меняет? Это просто прекрасно!
<&==]--[==&>

— Я не думаю, что она сумасшедшая. — ответила Глори. — Что–то еще кроется за всем этим.
<&==]--[==&>

Он посмотрел на нее, прищурившись. — Ты так же плоха, как и Блэкджек.
<&==]--[==&>

Глори не отступилась. — Говорю тебе, Рампейдж нуждается в нашей помощи.
<&==]--[==&>

— Торн нуждалась в нашей помощи! — закричал он на нее.
<&==]--[==&>

— Вы правы! — закричала я на них обоих, чувствуя, как что-то надрывается в моем горле, начиная новый приступ кашля, прервавший все мои аргументы. Я сжала зубы, пытаясь вытолкнуть слова. — Торн нуждалась в нас, и я не смогла защитить ее! Я! Но мы не можем помочь Торн сейчас. — Сказала я, пошатываясь, кашляя и пуская сопли. Я почти упала лицом в землю, и лишь поддержка Глори спасла меня. — Это моя вина, что Торн мертва. Моя. Злись на меня, П-21. Не на Глори, не на Рампейдж.
<&==]--[==&>

— Нет, не твоя. — мрачно сказал П-21, смотря на полосатого жеребенка. — Если она не может быть убита, давайте сбросим ее обратно в колодец Блюблада и завалим наглухо.
<&==]--[==&>

— Это было-бы справедливо. — мягко сказала Рампейдж. Но мысль о погребении, кого-быто ни было, заживо… даже после того, что сделала Рампейдж…. В моем уме опять перетасовывались карты. Я знала, что в любой момент я могу начать видеть мертвых пони и выглядеть полной сумасшедшей.
<&==]--[==&>

— Нет. Мы не сделаем этого. — это было-бы все равно, что тогда, в клинике. — Чтобы не убило Торн, это не была Рампейдж. Понял, П-21? —
<&==]--[==&>

— Мне все равно, кто это сделал; кровь на ее копытах! Как думаешь, что сделают Крестоносцы, когда узнают? Она была одной из них, Блэкджек!
<&==]--[==&>

— Я не знаю, ладно? — прохрипела я. — Но если ты похоронишь ее заживо, тогда похорони меня вместе с ней! Я также виновата, как и она! Или ты забыл, что я сделала в клинике?
<&==]--[==&>

Он уставился на меня, его глаза расширились. — Это не одно и то же... —
<&==]--[==&>

— Я знаю, П-21! Я знаю, это не так. Но… — я уставилась на дрожащую Рампейдж… Арлосту… Мне хотелось кричать. Я чувствовала, как будто это я теперь схожу с ума. — Просто… верь мне. Пожалуйста. — умоляла его я, соскальзывая с Глори.
<&==]--[==&>

Он просто смотрел на меня. — Ты не можешь спасти всех… — сказал он тихо, когда я соскользнула обратно на землю.
<&==]--[==&>

— Я знаю. Но если я сдамся, то как я помогу самой себе? — спрятав лицо от стыда, спросила я. Он вздохнул последний раз.
<&==]--[==&>

— Что тебе нужно от меня, Блэкджек? — Я посмотрела на него, и подарила ему благодарную улыбку… по крайней мере, я надеюсь что я улыбалась.
<&==]--[==&>

— Расскажи Священнику. — Я не могла. Я лучше умру, чем увижу его лицо, когда ему подтвердят, что Арлосте была убийцей. Он сурово кивнул и захромал к часовне.
<&==]--[==&>

— Ты должна была позволить ему похоронить меня. — пробормотала Рампейдж
<&==]--[==&>

— Прекрати! — гаркнула я, затем я сделала медленный вдох. — Просто прекрати. Я не знаю, кто ты или что ты, Рампейдж. Но я знаю, что я видела и что ты сказала. Я не знаю, сумасшедшая ты или нет, но хватит повторять, что мы должны убить тебя. Это не вернет Торн. — Я вздохнула, посмотрев на облака. Внутри все сжалось, и сквозь мое разбитое горло вырвался кашель. Выплюнув какую-то гадость, я понадеялась, что это не кровь.
<&==]--[==&>

Затем, я с любопытством посмотрела на нее. — Так… почему ты ребенок? — От взгляда, которым она меня одарила, могла бы скиснуть Спаркл-Кола. Я сглотнула и усмехнулась, — Ладно… ты не знаешь. Долго ты такой будешь?
<&==]--[==&>

Она слегка пожала плечами. — Пару дней? Честно говоря, меня уже почти что пять лет не дезинтегрировали.
<&==]--[==&>

Ладно. — Глори… можешь забрать ее в Звёздный Дом, пожалуйста?
<&==]--[==&>

— Блэкджек, тебе следовало-бы пойти с нами. — Вместо ответа, я одарила ее самой простой, из моих улыбок, и она кивнула, соглашаясь. Конечно, Глори волновалась обо мне. Тем не менее, бросив на меня взгляд, она наконец-то повернулась к Рампейдж. — Пошли, малыш.
<&==]--[==&>

Рампейдж моргнула и, нахмурившись, посмотрела на нее. — Я старше тебя минимум на пятьдесят лет.
<&==]--[==&>

Глори улыбнулась. — Нечего не могу поделать. Просто ты… такая милая!
<&==]--[==&>

— Я не милая! Я одна из первых Потрошителей в Хуффингтоне, и я сумасшедшая, бессмертная машина смерти! — сказала Рампейдж, притопнув копытом. — Это совсем не мило… — она бросила на Торн последний мрачный взгляд. — Совсем не милая…
<&==]--[==&>

***
<&==]--[==&>

Я вырывала землю, но она стекала обратно в яму. Я скорее вычерпывала ее, чем рыла. Мое дыхание жгло мое горло, я хрипела, задыхалась и кашляла. Столько тяжелой работы, и никакого результата… я должна была добиться большего. Я должна была быть сильной, доброй и мудрой… но я не была. Я всего лишь жеребенок, копающийся в грязи.
<&==]--[==&>

* * *
<&==]--[==&>

— Мне нужен твой мешок... — тихо прохрипела я.
<&==]--[==&>

— Пойдём же. Ни к чему тебе мокнуть под дождём, — сказала Секаши, помогая мне подняться.
<&==]--[==&>

— Ты слышишь, что я... — начала было я, но тут же запнулась. Ну конечно, она меня не слышала. Она ведь провела жизнь не в относительном комфорте Стойла, а в рабстве на шахте, где её собратья гибли от тяжёлой работы и пуль надсмотрщиков, а сама она потеряла слух. Я глубоко вздохнула и посмотрела ей в глаза.

— Мне нужен твой мешок. И я бы хотела услышать одну историю...
<&==]--[==&>

Секаши посмотрела на меня с удивлением. Я взглядом указала на Торн. Зебра без лишних вопросов закусила край своего брезентового мешка и вытряхнула содержимое его прямо на дорогу. Затем она стала рыться в образовавшейся куче странных трав, камней и бутылок.

— И какую же историю рассказать моей дорогой стражнице?

Секаши достала из кучи одну из бутылок и подала мне. Трясясь от кашля, я взяла её, искренне надеясь, что это было лекарство.
<&==]--[==&>

— Смешную, — ответила я, слегка улыбнувшись. — На самом деле я хотела бы услышать историю про пони, который не может умереть.
<&==]--[==&>

Секаши вновь удивлённо глянула на меня, но тоже попыталась улыбнуться.

— Ах, ну что ж... как ни странно, мне известна такая история. И притом довольно забавная. Это история об Орионе. Он был зеброй, таким же, как я и ты, — тут она замолкла и усмехнулась. — Хотя, пожалуй, не таким, как ты. Вместе со своим племенем он кочевал по степям. Орион не был ни самым сильным охотником, ни самым храбрым, ни самым умелым. Он был, по правде говоря, самым слабым, трусливым и неуклюжим. И век его должен был бы быть недолгим. И всё же, он жаждал и любви кобылиц, и почёта. Ему хотелось быть выше остальных в его народе.
<&==]--[==&>

Пока Секаши продолжала рассказывать, я, сильно хромая, подошла к Торн и, аккуратно, насколько могла, попыталась положить её в мешок. Её глаза безжизненно глядели в никуда. Кажется, она не успела понять, что произошло. Я молилась, чтобы её последней мыслью не было то, что Рампейдж её предала.

— Прости меня, — я прошептала на ухо Торн. Секаши прервала рассказ, прочищая горло.
<&==]--[==&>

— И вот, как и многие молодые жеребцы, неважно, зебры или нет, он сделал глупый выбор. Однажды ночью он взмолился звёздам, прося их сделать его сильным, и храбрым, и наводящим трепет. И звёзды услышали его мольбу. Они дали ему запретные знания, какими никто не должен обладать. И заключил Орион дух свой в камне, а камень этот – в своей груди.
<&==]--[==&>

Туго завязав мешок, я уселась на асфальт и посмотрела на Секаши.

— Свой дух?

«А нет ли совпадения между этой историей и тем, что я только что видела?»
<&==]--[==&>

Она кивнула.

— Да. У всего есть свой дух. Вы называете его душой. Это истинное отражение чьей-либо сущности.

Как забавно. Мне вспомнилась ужасно скучная лекция о кьютимарках.

— Но почему это сделало его... таким... непобедимым?
<&==]--[==&>

— У духа есть сила. Дух несёт в себе отпечаток нашего естества, того, благодаря чему мы существуем. Эта наша частица, которая продолжает пребывать в вечности, когда наша земная жизнь подходит к концу. Но если умышленно отделить его часть и поместить в другой сосуд, этот сосуд станет таким же неуязвимым, как и сам дух.
<&==]--[==&>

— А если пони потеряет его, что с ним случится?

Она пожала плечами.

— Кто знает? Ты спрашиваешь о мрачных вещах, а я рассказываю только счастливые и весёлые истории. Быть может, когда он умрёт, его дух навеки останется заточённым в этом сосуде. А может быть, однажды он обретёт свободу и воссоединится с остальными. Во всяком случае, хотелось бы в это верить.
<&==]--[==&>

— И что произошло с Орионом?
<&==]--[==&>

— Каменное сердце сделало бедного глупого Ориона сильнее самого лютого зверя в саванне. С душой, заключенной в несокрушимом камне, он не знал страха, и ни что не могло противостоять его копью и копытам. Но племя его недоумевало, как мог Орион из столь ничтожного стать столь великим. Они спросили его, не прибег ли он к запретной магии звёзд, и Орион разгневался. Ведь он был так силён и страшен, как смели они спрашивать, благодаря чему! В ярости Орион перебил всё своё племя, от мала до велика. И так он остался один.
<&==]--[==&>

— Долгие годы он жил скитальцем. Все зебры бежали прочь от Ориона-предателя, ибо от пролитой им крови его шкуру покрыли алые полосы. Ни один монстр не мог убить его, и ни одно копьё сразить, потому что никто не мог сокрушить его сердце, даже если бы Ориону и хотелось того. В отчаянии он снова воззвал к звёздам, умоляя их вернуть ему смертную жизнь. Но звёзды не принимают свои дары обратно.

И, наконец, он подпрыгнул так высоко, что достиг звёзд и стал одним из них. С тех пор он охотится на самых жутких созданий в небесах, надеясь так однажды найти свою смерть.
<&==]--[==&>

Я слушала рассказ Секаши, положив копыто на мешок.

— Но как это возможно... поместить свою душу в сосуд? Зачем? Это всё равно, что... даже не знаю... изуродовать свою кьютимарку!
<&==]--[==&>

— Или стереть свой знак, — согласилась Секаши. — Я слышала много подобных историй. О глупцах, мечтавших о могуществе, мудрости и долголетии. В этом стремлении они охотно могли разорвать свою душу и сжечь её в магическом пламени, или продать её созданиям настолько ужасным, что даже имен их не произносят вслух, или просто поместить её в новый сосуд. И они получали и власть, и знания, и долгую жизнь... но приобретенное редко оправдывало уплаченную цену. И всё равно безумцы, которым не нужны предостережения звёзд, никогда не переведутся.
<&==]--[==&>

— Предостережения звёзд? Или предостережения о звёздах? — спросила я, аккуратно взяв мешок и положив себе на спину. Он был лёгок и в то же время так тяжел... Она была ещё совсем жеребёнком... Она заслуживала возможности пожить дольше. Быть счастливой. Как и те несчастные жеребята в клинике...
<&==]--[==&>

— Да, — сказала Секаши, пытаясь связать свои пожитки куском верёвки. — Для пони это всего навсего красивые огоньки на небе, но красивое – ещё не значит безопасное. Звёзды своенравны и могущественны, и сила их не от мира сего. Тот, у которого хватает глупости взывать к ним, обречён. Так же, как и те, кто рядом с ним.
<&==]--[==&>

— Так значит, зебры верят, что звёзды злы? — спросила я, припоминая эпизоды из памяти Мэрипони.
<&==]--[==&>

— Некоторые, может быть, и верят, но разве я сказала "злы"? Нет. Опасны, непредсказуемы, переменчивы – без сомнения. Но они не желают нашего уничтожения, иначе нас бы уже наверняка не существовало.

Секаши с грустью улыбнулась.

— Очень легко назвать что-либо злым. Привлекать их внимание и просить у них помощи неразумно, но это не значит, что они жестоки и порочны, — сказала она, переведя взгляд сначала на Рампейдж, а затем на облака. — Истории говорят о том, что звёзды могут указать верный путь нуждающимся, придать сил и вдохновения. И когда мы требуем исполнения наших желаний, они дают нам то, чего мы хотим. Но это может обернутся для нас великой болью, что и довелось познать Найтмэр Мун.
<&==]--[==&>

— Найтмэр Мун? — спросила я, обрадовавшись поводу отвлечься от мыслей о только что произошедшем. — Какое отношение она имеет к звёздам?
<&==]--[==&>

— А кто по-твоему дал ей такую силу? — спросила Секаши, пристально глядя на меня. — Мы должны усвоить одну истину: звёзды – не порождения зла. Пусть для многих и проще думать о них так, но это неверно. Они лишь выносят на свет всех наших тайных демонов, всю боль, которая могла жить в нас из поколения в поколение. Это не звёзды сделали вашу принцессу чудовищем. Она была им с самого начала.
<&==]--[==&>

— Но... Найтмэр Мун и Принцесса Луна – это же две разные пони! — запротестовала я.
«Не может быть, чтобы та обаятельная, умная принцесса, которую я видела, вдруг оказалась монстром!»
<&==]--[==&>

— А можешь ли ты поведать мне историю о том, как она стала Найтмэр Мун? Как одна превратилась в другую? — спросила Секаши. Я как дура открыла рот и тут же снова закрыла. История её изгнания была мне известна, но...
<&==]--[==&>

— Я не знаю...
<&==]--[==&>

— И мы не знаем, но многие верят, что она воззвала к звёздам и те ответили ей. И что, хотя её сестра и народ простили её, прикосновение звёзд навсегда что-то в ней изменило.
<&==]--[==&>

— Звучит довольно жестоко, — тихо сказала я. — А что если звёзды коснулись и меня тоже?
<&==]--[==&>

В ответ Секаши рассмеялась:

— О, моя дорогая Стражница, это могло бы многое объяснить.

Но несмотря на её смех, в глазах зебры была тревога.
<&==]--[==&>

* * *
<&==]--[==&>

Я смогла копнуть только раз. Горло болезненно сжималось при каждом глотке. И начало щипать глаза, когда я попробовала вычерпнуть еще немного грязи.

— Разве это не символично? — прошептал Крупье под шум дождя.
<&==]--[==&>

— В задницу тебя и твою символичность, — буркнула я и начала раскапывать яму двумя копытами. Грязь облепила их плотным слоем. — Я должна сделать это.
«Я не справилась... это моя вина.»
<&==]--[==&>

Крупье прижался к деревянному надгробию, шурша картами, и посмотрел на меня своими блеклыми старыми глазами.

— Ты всего лишь пони, Блэкджек. Тут нечего стыдиться.
<&==]--[==&>

— Я должна быть лучше... — Вздохнула я.
<&==]--[==&>

— Ладно, тогда, может быть тебе будет лучше, если ты сможешь заставить Сангвина ввести в тебя Песчаных Псов, или получить импланты. Может быть, положить талисман туда, где должно быть твоё сердце, и тогда ты сможешь пинать себя под зад целую вечность? — С каждым вопросом он показывал мне по одной карте. Горгон, Деус, подлая и жестокая Рампейдж. — Это значит, быть лучше?
<&==]--[==&>

— Пошёл в задницу, — пробормотала я, когда вытащила свои ноги на холодную, мокрую землю.
<&==]--[==&>

— Тебе нужно нечто больше, чем жёсткий голос, чтобы быть лучше, Блэкджек. И с тех пор, как ты перестанешь использовать то, что получила... самым лучшим вариантом будет найти что-нибудь лучше, чем ничего.
<&==]--[==&>

— И что мы имеем? — Прохрипела я тихо, смотря на то, как брезентовый мешок с одеждой медленно окрашивались кровью. Мой голос дрогнул и замолчал.
<&==]--[==&>

— Блэкджек, ты идиотка...
<&==]--[==&>

* * *
<&==]--[==&>

Бок о бок мы пришли в Капеллу, Секаши одарила меня своей вялой улыбкой и беспокойным взглядом. — Позволь мне проведать Маджину. Я боюсь что… я просто хочу проедать её. — Она старалась смотреть мне в глаза, но было видно, что её заботил мой груз.
<&==]--[==&>

— Оставайся с ней. В конце концов, пусть хоть у одной из нас будет повод вырваться из этого дождя. — Прохрипела я, ощущая боль и холод в костях. Должно быть, так себя чувствуют Скальпель и Бонсоу. Я представила, что значит быть матерью, мысль была просто жуткой. Я с трудом справлялась с самой собой, не без помощи друзей. И что же значит заботиться о жеребёнке? А потерять его?
<&==]--[==&>

Я медленно шла мимо почтового отделения, когда Священник тихо вышел из-под козырька. Водяные брызги, словно блестящей аурой окружили его плечи. Наши взгляды встретились. Я смотрела на него с полным раскаяния глазами, он же ответил безмолвным осуждением. Он предупреждал – а я провалилась. Что же надо было сказать тогда, чтобы избежать настоящего? Не проронив ни слова, он шагнул мимо меня, на прощанье, прижавшись ко мне щекой, и направился к своей церкви.
<&==]--[==&>

Дверь в почтовое отделение открылась, и три юных пони выскочили наружу. Поппури, Адажио и Аллегро выкатились на дождливую улицу. Маленькая Соната замыкала квартет. Будучи ровесницей Торн, они были бы прекрасными друзьями. Аллегро изо всех сил старался вырваться со своим сокровищем: бутылкой РАД Спаркл-Колой. Адажио вцепился в его задние ноги, в то время как Поппури взобралась по его спине, ее рожок пылал, когда она изо всех сил пыталась вырвать бутылку с его губ прежде, чем он её окончательно опустошит.
— А ну верни обратно! Она моя… — Вопила она, одновременно колотя его голову копытами.
<&==]--[==&>

— Ты обещал, что я её выпью Аллегро! — Кратко выступил синий жеребенок, крепко схватив его ноги.
<&==]--[==&>

— Отфепитысь от меня! — Прорычал розово шкурый жеребёнок, и тут же зеленоватая единорожка вырвал бутылку содовой из его уст, — Эй! — Запротестовал он, потянувшись вверх за светящейся бутылкой.
<&==]--[==&>

— Она теперь моя! — Победоносно объявила Поппури, только для того чтобы Аллегро схватить ее за шею. Потерявшая равновесие кучка жеребят, рухнула с громким стуком. Свечение вокруг бутылки исчезли, и она упала в копыта Сонаты. Три пары глаз устремились в её сторону. Маленькая фиолетовая землепони улыбнулась и тут же смачно плюнула в бутылку. Хоровое, — Фуууу! — Разнеслось по всей Пустоши, а кобылка наслаждалась своей содовой со вкусом редьки с торжествующей улыбкой.
<&==]--[==&>

— Эй! Это же Охранница! — Попурри сказала, указывая копытом на меня так, как она лежала вверх тормашками на спине Адажио. Они встала на ноги, и вдруг я почувствовал, как падаю в пропасть. — Вы нашли, Торн? Повсюду ищу её.
<&==]--[==&>

— А что в сумке? — С жадностью спросил Аллегро, но осёкся, должно быть он что-то прочитал на моём лице. — Эй? Что случилось? Вам нездоровится? — Что мне им ответить? Как я объясню им, что один из моих друзей убил их нового участника?
<&==]--[==&>

— Эй Соната, ты их сделала? — Спросила Чарити в дверном проеме. И тогда самая младшая из квартета сделала победоносный глоток с широкой улыбкой.
<&==]--[==&>

— Она плюнула в бутылку, — проскулил Адажио.
<&==]--[==&>

— Точно так, как я и советовала. Хорошая девочка, — Сказала Чарити и изо всех сил крикнула в офис. — Соната выиграла! Платите по ставкам! — Затем она взглянула на меня, и ее улыбка исчезла. Она смотрела на мешок на моей спине. — Что ты тут делаешь?
<&==]--[==&>

— Она изображает веселье, — подозрительно добавила Поппури.
<&==]--[==&>

Но Чарити не спустила с меня глаз. Её взгляд, словно лучевое оружие, прожигал меня насквозь, затем она тихо сказала. — Торн ведь мертва, не так ли? Четвёрка смотрели на нее, затем посмотрели на меня в беспокойстве. У меня не было сил говорить, я просто кивнула. — Она решила совершить паломничество, да? — Ее золотые глаза смотрели на мою ношу, я поняла, что она врёт на голубом глазу... и опять, я только кивнула.
<&==]--[==&>

Четыре юных пони не выглядели потрясенными. Они выглядели опечаленными. Покорными. Как будто это было не первым раз.
<&==]--[==&>

— Я думала, что она собиралась остаться. — Тихонько сказала Соната, обняв почти пустую бутылку. Поппури прижала маленькую кобылку к себе, — я действительно верила, что она не совершит паломничество.
<&==]--[==&>

— Такое бывает, Соната. Это в порядке вещей, — сказала Поппури, когда она потёрлась об его ухо. Вот так Крестоносцы выживали.
<&==]--[==&>

Адажио посмотрел на своего брата, стоящего под дождём. — Удивительно, что кто-то рассказал ей про мост. Возможно Пандер или Крисп... Я изобью их, если это были они. — Глухо пробормотал синий жеребёнок. Вот так выживали жеребята.
<&==]--[==&>

— Идите внутрь. Нет смысла торчать под дождем, — сказала Чарити и отошла в сторонку. Когда они исчезли за дверью, она снова посмотрела на сумку. — Присмотришь за ней?

Я могла только кивнуть и её взгляд рассеялся.

— Хорошо, — желтая кобылка повернула в сторону почты.
<&==]--[==&>

— И ты не хочешь знать как? — Прохрипела я, и закашлялась. Я была промокшей, истощённой, и просто хотела высохнуть.
<&==]--[==&>

Она оглянулась, посмотрела на меня своими грустными золотыми глазами. — Нет, — просто сказала она и вошла внутрь. Торн умерла, а я заботилась о ней. Этого, казалось, было достаточно. Я уверена, что пони как она со временем узнает подробности от Священника.
<&==]--[==&>

В одиночестве я проследовала туда, где лишь примятая трава и грязь были свидетельствами той церемонии, что прошла всего час назад. Я посмотрела на деревянное надгробие.
- Роза...
Я мягко положила Торн на траву.
- Я... прости меня. Я не хотела, чтобы все это случилось, - сказала я, закрыв глаза и повесив голову. - Ты ведь меня слушаешь, костлявый ублюдок?
<&==]--[==&>

- Ты ко мне обращаешься? - спросил он слева, сидя и осматривая могилу. Я подарила ему взгляд, полный ненависти. Он ответил, и ему даже хватило такта выглядеть расстроенным. - Да, старая история. Дорога в ад и все такое...
<&==]--[==&>

— Почему я не могу сделать что-нибудь лучше? Почему я не могу спасти даже одного жеребёнка, потерявшего мать? Зачем ты забираешь их всех?
<&==]--[==&>

— Я не убивал её, — мягко сказал белый жеребец, и поправил рваную шляпу ковпони так, чтобы она не закрывала его лицо.
<&==]--[==&>

- Ты знаешь, о чем я ... - тихо сказала я, глядя на землю перед собой. - Зачем тебе так нужно все усложнять?
<&==]--[==&>

- Я и не усложняю, Блэкджек. Это все ты... потому что ты, черт тебя побери, обо всех заботишься, - мягко сказал он, грустно и добродушно улыбаясь мне. - А ты знаешь, что означает - заботиться.
<&==]--[==&>

- Заботиться чертовски больно, как ни крути, - прошептала я и стала копать.
<&==]--[==&>

* * *
<&==]--[==&>

Я не знаю сколько я работала над выкапыванием этой ямы. Могло пройти пару минут, мне же казалось, что прошли дни. Я откашлялась, и поговорила со своей расшатанной психикой. Я просто не могла остановиться, хотелось в последний раз взглянуть на неё, а затем отдохнуть или упасть в гроб.
<&==]--[==&>

И уверена, что мои больные ноги, в конце концов отнялись бы и отправили меня валяться около кровати, кашляя и борясь только за то, чтобы вздохнуть.
<&==]--[==&>

— Блэкджек, ты дура. — Тихо сказал П-21 рядом со мной. — Тебе не кажется, что лучше уйти из под дождя? — Спросил он, пока шёл к пустой яме. Он встал слева от меня. Дождь шёл, попадая на его гриву морского цвета. П-21 начал копать рядом со мной.
<&==]--[==&>

Глори проскользнула ко мне с другой стороны. Её лавандовые глаза встретились с моими, и она аккуратно смахнула крылом с моих глаз капли дождя. Она поставила свои сумки и вытащила одеяло, которым накрыла меня прежде, чем подошла к яме.
<&==]--[==&>

Перед нами появилась Рампейдж. Похоже, она была маловата, чтобы полноценно помогать, так что она просто черпала грязь, лёжа на животе. Рядом с ней возникли чёрные копыта, и она шокированно уставилась на Священника. Он левитировал рядом с собой лопату. Подарив крошке-Рампейдж долгий взгляд, он приобщился к рытью. Вдруг, как по-волшебству, дождь прекратился... Вернее, дождь-то не кончился, но на нас попадать перестал. Чуть в стороне стояла Лакуна, наблюдая за нашими действиями. Её рог светился. Секаши принесла ещё зелий и медикаментов. И наконец, совсем уж неожиданно, к нам присоединилась Чарити со своей лопатой и ведром.
<&==]--[==&>

Старый бледный жеребец рядом со мной смотрел заддумчиво и тоскливо.
— Видишь? Вот как должно быть. — Лакуна глянула в мою сторону, когда я тихонько заговорила сама с собой.
<&==]--[==&>

- Я должна была это сделать...
<&==]--[==&>

Он одарил меня очень знакомым взглядом.
- Да, Блэкджек. Ты не можешь все делать сама, Блэкджек. Тебе не нужно быть лучше... может, умнее, но не лучше, - сказал он, глядя на меня. - Все, что тебе нужно - это друзья, чтобы немного тебя разгрузить.
<&==]--[==&>

Вшестером мы гораздо быстрее выкопали яму, несмотря на грязь и сырость. Я видела, как Священник левитировал Торн и положил ее рядом с ее матерью.
- Покойтесь с миром, Торн и Роза. Будьте всегда вместе по ту сторону.
<&==]--[==&>

- Я... Я не хотела... Не хотела, чтобы это произошло. Больше... Никогда больше.
Рампейдж выглядела так, будто хотела сама зарыться в свежевыкопанную могилу.
<&==]--[==&>

Закапывать могилу было гораздо легче, чем раскапывать ее. Священник стоял, прикрыв глаза, пока Чарити собирала свои лопаты.
- Знаю, Арлоста. Но это случилось, - чуть позже ответил он.
<&==]--[==&>

- Да... - тихо прошептала она и слабо улыбнулась. - Блэкджек собирается помочь мне выяснить, чем же меня можно убить. Здорово, да?
Он посмотрел сначала на меня, потом на нее.
- Тогда... я получу то, чего заслуживаю... и никогда больше этого не сделаю.
<&==]--[==&>

- Никто не заслуживает твоей участи, Арлоста, - тихо ответил Священник. - Я бы хотел чем-нибудь помочь тебе, но ты по-прежнему угроза для Крестоносцев. И не должна сюда приходить.
<&==]--[==&>

Рампейдж лишь кивнула:
- Могу я увидеть ее перед тем, как уйду?
<&==]--[==&>

Священник грустно улыбнулся:
- Разумеется.
<&==]--[==&>

Она кивнула, и жеребенок с красными полосками тихо вышел под дождь за зону действия заклинания Лакуны. Но шла она не к домам, а к дальним могилам.
<&==]--[==&>

- Куда она идет? - спросила Глори, глядя ей вслед.
<&==]--[==&>

- К нашей дочери, - тихо ответил он.
<&==]--[==&>

"Их кому?"
Шокированная Глори закрыла рот копытом, даже П-21 выглядел растерянным.
- Я был всего лишь жеребенком, но... - он слегка пожал плечами. - Достаточно взрослым, чтобы это случилось. Всего один раз, после большого количества виски и долгих уговоров. Я никогда не видел ее такой счастливой. А потом... ни за что... она убила ее. Думаю, это свело ее с ума. Она пыталась убить себя, многими способами, пугая Крестоносцев. Наконец, она пошла в город. Я сбился со счета, сколько раз он испарял ее. Я думал, что это все. А потом, два года спустя, она появилась уже как Рампейдж, Потрошитель.
<&==]--[==&>

- Почему она просто не похоронит себя или что-то в этом духе? - пробормотал П-21, теперь уже с грустью и стыдом.
<&==]--[==&>

- Потому что это ее не убьет. Когда-нибудь... может быть, через дни, годы или века, она освободится. А когда это произойдет, кто знает, в какого монстра она превратится к тому времени? Она считает, что единственное возможное для нее наказание - смерть, - сухо сказал священник. - Она должна убедиться, что больше не навредит никому...
<&==]--[==&>

- И она легко отделается... - прошептал П-21.
<&==]--[==&>

- ...и будет вечно гореть в аду, - закончил Священник.
П-21 моргнул и уставился на меня. Думаю, он, наконец, понял, как болезненно переживал Священник то, что она сделала.
<&==]--[==&>

Но кое-что еще надо было сделать. Я покопалась в сумках и вытянула драконий коготь. Магии в моем роге не осталось, так что мне пришлось взять его в зубы и царапать им по дереву. Когда я закончила, я взглянула на надпись:
"Роза", а под ней - мои добавления "Мать. Торн. Дочь."
<&==]--[==&>

— Я закончила, — прохрипела я своим измученным горлом, роняя себя на Глори. — Пора спрятаться от дождя.
<&==]--[==&>

* * *
<&==]--[==&>

К сожалению мой отъезд в Стойло Девять Девять немного откладывается. Я была больна… очень, очень, очень больна. Уж лучше сдохнуть от лучевой болезни, чем от постоянного, раздирающего горло кашля и чувства собственной убогости. Я знала, что Рампейдж было ещё хуже, чем мне, ведь она уже сталкивается со своим вторым перерождением… или третьим.. четвёртым… и на данный момент я ничего не могла поделать, как пойти наверх и лечь в старую кроватку Мэригольд.
<&==]--[==&>

Ко мне заглядывала Секаши, чтобы выписать мне свои лечебные зелья и микстуры. Очевидно, зебра, которая не смогла бы приготовить простенький отвар, была бы просто полосатой пони. Я знаю, что отвар может и пахнет неважнецки, но он был намного лучше, чем вскипяченные листья, которые Глори варила мне. Мне, кстати, была ещё любопытна зебринская культура. Если подытожить то, что они были нашими заклятыми врагами во время войны – это единственное, что мне известно о зебрах..
<&==]--[==&>

Я услышала её рассказ о том, как когда-то зебры жили в племенах на обширных пастбищах. Большинство были кочевниками (хотя легенды и археологические данные указывают на то, что это, возможно, было не всегда так) и, вместо того, чтобы основать крупные города, они просто строили несколько строений для оказания помощи больным и защиты своих колодцев. В отличие от Эквестрии, где большую часть пустых земель была освоена, зебринские же земли были полны монстрами и опасностями. Зебры относились к ним с почтением, они испытывали себя на прочность, бросая вызов этим угрозам. Нехватку магии единорогов они наверстывали редкими и сильными магическими талисманами.
<&==]--[==&>

Несомненно долгие засухи сильно изменили их образ жизни. Чтобы не погибнуть в саванне, зебры были вынуждены собираться в деревнях и городах, построенные вокруг источников воды, и они уже не в состоянии просто покинуть их, остро встал вопрос противостояния естественным хищникам. Десятилетие или около того спустя, месторождения драгоценных камней, которые были основой зебринских магических талисманов, исчерпались, что стало угрозой выживания зебр. Они нашли двойственное решение в Эквестрии. Эквестрия была индустриальной державой с развивающимися технологиями, и она была готова удовлетворить спрос на драгоценные камни. В то время как из Эквестрии шли крупные поставки драгоценных камней, к счастью для зебр, Эквестринские угольные компании уже не могли обслуживать растущую промышленность, которой требовалось всё больше энергии. В связи с этим были заключены соглашения: Эквестрия будет снабжать зебр драгоценными камнями, а также делится промышленными технологиями и знаниями об угольной добыче, в обмен на это зебры поставляли Эквестрии уголь.
<&==]--[==&>

Требования технологий и освоение угледобычи полностью изменили их кочевой образ жизни. Зебринские земли были освоены и использовались для добычи ресурсов, и зебры начали развивать собственные технологии, помесь алхимии и землепонских знаний позволили расширить традиционные инструменты и талисманы. Ранее Цезарь занимал позицию своего рода опытного дипломата, отвечающего за урегулирование крупнейших межплеменных споров, воспользовавшись теми возможностями, которые давал оседлый образа жизни, он самозабвенно объявил о наступлении нового будущего, но не всё было так просто. Достигнув тех же успехов технологического роста как и Эквестрия, зебры также столкнулись с социальными потрясениями. Города стали существовать не только в старых легендах, выстроенные несколькими небольшими племенами, чтобы пережить засуху, теперь они стали нормой. Железные дороги протянулись по всей земле, они сократили тяжёлые недельные переходы до нескольких дней путешествия в уютном вагоне. Всё более объединенные вооруженные силы зебр, вооруженные новым оружием и магией, прекратили просто сдерживать животных, а начали выслеживать их. Новые мысли, пронзившие зебринскую культуру словно молния, находили отклик во всё большим количестве зебр, и одна из их, словно нарыв, готова была выплеснуться наружу.
<&==]--[==&>

Большинство зебр никогда не тратили время на осмысление того, что творилось в других краях. Они были слишком заняты выживанием, и только когда внешний мир оказывал на них сильное влияние, они обращались в далёкие земли. Те же, кто позволял себе размышлять о подобных материях, скорее затаивали горькою обиду на Эквестрию. Живущие Богини избрали земли Эквестри своим домом, где монстры были ручными, и даже сезоны подстраивались под нужды и удобства пони. Однако это негодование не имело особого значения: Эквестрия не утруждала себя заботой о зебрах, зебры же ничего не могли сделать пони.
<&==]--[==&>

Первый тревожный звонок прозвенел, когда Найтмер Мун объявила о своём возвращении и задержала рассвет. Негодование зебр росло, но всё же они сумели это перенести. Потом, спустя годы, торговые соглашения были подписаны, и, хотя они были очень благоприятны для зебр, они были выгоднее для Эквестрии: зебры вынуждены были платить в десять раз больше угля, чем пони платили им драгоценными камнями. И эти камни были еще более ценными для зебр сейчас, чем прежде. Новые отрасли промышленности, возможно, привели к снижению относительной полезности старых талисманов, но высшие технологии находили всё новые способы применения заколдованных камней.
<&==]--[==&>

Всё это и многое другое скрытое от глаз, могли дать ход процессам, которые окончились уничтожением того мира, достаточно было только небольшого толчка. И этим толчком стал тот неразрешимый кризис, катастрофа была неминуемой.
<&==]--[==&>

Цезарь объявил эмбарго на поставки угля, пока нечестные торговые соглашения не будут пересмотрены. В ответ Эквестрия наложила вето на торговлю драгоценными камнями с зебрами. Энергетика, транспорт и промышленность пони испытали серьёзный кризис и упадок. Зебринская индустрия запнулась, ощутив на себе дефицит поставок камней. И кампания против монстров неосвоенных земель, оказалась, выходит за пределы своих возможностей из-за внезапного сокращения снабжения камнями. Это всё только подпитывало дальнейшее увеличение зависимости зебр от угольных технологий, что увеличивало внутренний спрос на уголь и снижало спрос на иностранные драгоценные камни.
<&==]--[==&>

Средства мирной дипломатии провалились, и Эквестрия, доведённая до отчаяния из-за того что её пони потеряли всю инфраструктуру на которую они привыкли полагаться, начала обеспечивать угольные поставки с помощью силы.
<&==]--[==&>

Было любопытно… даже почти забавно… слушать рассказы о первых боях. Большое внимание было уделено минимизации потерь. Пленных обменивали сразу. Медицинская помощь оказывалась своим и чужим. Между тем, Селестия постоянно боролись за перемирие или хотя бы за прекращение огня. Но война продолжалась, и ход боев становился всё хуже и чудовищнее. Разработки оружия, боевые заклинания, и новые опасные талисманы подливали масла в огонь. Каждый пони или зебра, участвующих в войне, казалось, были согласны прекратить эту кровавую бойню, но никто из них не мог допустить, чтобы последний выстрел оставался за вражеской стороной. Зебры беженцы и вынужденные пони переселенцы становились обычным явлением, что не прибавляло к ним симпатии или милосердия.
<&==]--[==&>

А затем произошла резня в Литхорне.
<&==]--[==&>

Она упоминалась в виде сноски в учебнике по истории: нападение на школу привело к отречению Селестии от власти и воцарению принцессы Луны на троне. Я не знала, что это была школа лунной принцессы. Я была в неведении, что использовался новый смертельный отравляющий химический талисман. Цезарь отрицал, что школа была целью, и заявил, что оружие было утрачено, и он не намеревался давать санкции на его использование. Но бойня всё изменила. С этого момента никто больше не задумывался о мире. Единственный выход – победа любой ценой.
<&==]--[==&>

Конечно, следом последовало разрушение Хуффингтона и последующее его восстановление. Это было, как если бы, вдруг объединённые единым порывом, пони помчались, чтобы узнать, как много они смогут помочь. Никто так и не увидел, что мчались они прямо к обрыву.
<&==]--[==&>

— Но ведь кто-то понял, — возразила я, — кто-то знал.
Я вспомнила музей и Кейков. Кто-то знал и день и час и предпринял некоторые шаги… но зачем и почему, я не могла даже представить.
<&==]--[==&>

* * *
<&==]--[==&>

— Я подцепил от тебя чёртову простуду. — Пробормотал П-21, когда он и его насморк навестили меня.
<&==]--[==&>

— Баа. Да ты просто украл её! — Возразила я, лёжа в кровати.
<&==]--[==&>

— Ну так забирай обратно тогда! — Пробурчал он и громко чихнул, — Буээ... — Его лицо в отвращении перекосило, от вида липких соплей на копытах. — Грр... ненавижу болеть.
<&==]--[==&>

— Наверное, выходцам из стоил проще что-то подцепить. Нам повезло, что мы в Капелле, где нет ввоздействия этого поля истощения. Если бы мы были во Фланке, потребовались бы дни, чтобы добраться до сюда. — Я отхлебнула из одного из пузырьков Секаши. — Тебе следует это выпить. Я, кажется, отхаркнулась всеми цветами радуги, но чувствую я себя лучше.
<&==]--[==&>

— Я пас. Зебрин отвар на вкус как кобылы зад. — Сказал он и высунул язык.
<&==]--[==&>

Я закатила глаза. — Да неужели. Буд-то ты знаешь как на вкус кобылий круп?
<&==]--[==&>

Он пристально на меня посмотрел. — Зависит от того как она содержала в чистоте зону под хвостом. — Меня передёрнуло, а он же взял пузырёк и сделал вид, что читает этикетку. — О, взгляни-ка! Побочные эффекты включают в себя: потерю аппетита, радужные сопли, коровье бешенство, а также ложную беременность. — Он сделал глоток и тут же его глаза вылезли из орбит, морская грива встала дыбом, а его всего затрясло. — Нуууу, ладно… на вкус хуже чем…
<&==]--[==&>

— Я уверенна в твоей компетенции! — Скороговоркой выпалила я.
<&==]--[==&>

Он сделал ещё глоток и затем вздохнул и положил пузырёк на тумбочку. — Я также хочу принести свои извинения. Я знаю, ты очень стараешься… как никто другой из нас. Я просто бы не справился.
<&==]--[==&>

— Я бы содрогнулась, если бы кто-нибудь из нас смог. — Сказала я и откинулась на кровати, глядя на Луну, нарисованную на потолке, — Я тоже виню себя… я хочу спасти её. Всех их. И Торн. И Рози. И Флэнк. Почему всё так сложно?
<&==]--[==&>

— Потому что так лучше. Конечно, куда проще было бы оставить Рози и Торн в том разрушенном и списанном со счетов Фланке. Так бы я и поступил. — Он вздохнул и покачал головой. — Тем не менее, ты ведь хочешь знать, что меня беспокоит больше всего? — Внутри меня всё сжалось, но я кивнула. — Меня не волновало, что она умерла. Это конечно было плохо и всё… совершенно перепуталось… но меня больше бесило, что Рампейдж не понесла наказание за это.
<&==]--[==&>

— Не совсем, — указала я.
<&==]--[==&>

— Может быть. Я не купился на "не сумасшедшую кобылу, которая каким-то образом по-прежнему невиновна в убийстве жеребёнка, потому что она плохо себя чувствовала", — сказал он, качнув копытом. — И я всё-ещё хочу знать, на чьей стороне Лакуна.
<&==]--[==&>

— Может быть она просто хочет сделать Пустошь лучше?
<&==]--[==&>

— Я не думаю, что у неё есть ключ который ей нужен... или этой Богине. Я поговорил об этом со Священником. Очевидно, у неё есть помощники, пропагандирующие Единство по всей Пустоши. Аликорн уводит тебя, чтобы ты стала единой с Богиней. Загвоздка в том, что ни один пони ещё не возвращался после этого. — Сказал он и потёр нос.
<&==]--[==&>

Очевидно, я слишком ущербна для Единства, — сказала я с грустной улыбкой. — И слишком плаксива.
<&==]--[==&>

Он не улыбался.
— Блэкджек, для Единства слишком ущербных не бывает. Они возьмут любого пони. Убийцы. Насильники. Рейдеры. Рабы. Это не имеет значения. И я не верю, что они отвергли бы кого-нибудь за то, что он "слишком плаксив".
<&==]--[==&>

Я нахмурилась
— Может быть. Просто я не понимаю, где заканчивается Богиня, и начинается Лакуна. Она говорит так, будто является Её частью, но... нет. Она сказала что-то о Хуффингтоне, полном кошмаров. — Я поймала его взгляд и усмехнулась... затем кашлянула, отхаркнула что-то, однозначно гадкого цвета, плюнула это на тряпку, и покачала головой. — Уф... во всяком случае... не обычных кошмаров, а страшных снов. Это определённо проделка аликорнов.
<&==]--[==&>

— Ладно, — начал он почесывая нос. — Просто... не дай этому цапнуть нас за хвост. Я имею в виду.. я понимаю твое желание помочь, но она и её Богиня это один большой вопрос. Хорошо?

Я со вздохом кивнула и сделала еще один глоток вкуснючего лекарства. На вкус как лакрица. ...соленая лакрица? П-21 немного расслабился.

— Так... последний вопрос. Что конкретно мы будем делать в Девяносто Девятом?
<&==]--[==&>

— Захватим его, — спокойно ответила я, потирая ушибленное горло. — И я не шучу. Если Мама не станет слушать, то я буду стрелять в нее пока не передумает. Конечно, потом меня будет мучить совесть, но с этим местом нужно что-то делать.

Я глубоко вздохнула.

— А те, кого это не устроит, смогут попытать счастья в Пустоши.
<&==]--[==&>

Он со вздохом взглянул на меня. — Я так понимаю, в этом плане нет пункта "покарать их за то, что они сделали".
<&==]--[==&>

Я прикрыла глаза. — Прости, я — не палач. Я бы отдала тебе Смотрительницу, если бы могла, но Деус о ней уже позаботился.
<&==]--[==&>

— Что ж, вернуться в Стойло Девять Девять и захватить его. Должно быть, третий пункт твоего плана — это "Профит!" — он скрестил свои копыта на краю моей кровати и поднял голову. — А что, если что-то пойдёт не по плану?
<&==]--[==&>

— Выпью "Дикого Пегаса", спою непристойных частушек, много постреляю и постараюсь не умереть, — ответила я, глядя ему прямо в глаза. — Но я не уйду, пока не позабочусь о нём, П-21.
<&==]--[==&>

— Хорошо, это меня устроит, — сказал он спокойно.
<&==]--[==&>

— Я знаю, ты мне не поверишь, — сказала я с улыбкой. — Но бо'льшая часть Стойла Девять Девять — хорошие пони. Мы не должны их всех убивать. — <i>«Потому что, если мы так сделаем, я наложу на себя копыта.»</i> Я не верю, что Мама и другие будут придерживаться правил, которые даже не были нам предписаны как обязательные к выполнению.
<&==]--[==&>

— Ты оптимистична, Блэкджек. Хотя я до сих пор не уверен в их доброте. Держу пари, они не откажутся от возможности продолжать пользовать жеребцов и дальше. Если у них будет выбор, они пойдут по самому простому пути, — он слегка толкнул меня локтем. — Буду честен, сражаться против тебя... тяжко, — я улыбнулась. Надо бы понаделать визиток "Охранница. Не деритесь со мной, это тяжко". — И что потом?
<&==]--[==&>

— Назначим Маму в качестве новой смотрительницы и наладим их контакт с Крышечкой. Там должны найтись ценные вещи, которые можно было бы продать. Торговля спасёт Пустоши, — ответила я с улыбкой. — Потом выясним куда должен был отправиться ЭП-1101 и, возможно, сделаем небольшую остановку в Исследовательском центе им. Гиппократа. Посмотрим, получится ли убедить Сангвина покинуть его.
<&==]--[==&>

— Звучит... неплохо. — Похоже, я его впечатлила. Он усмехнулся. — Но ты же знаешь, что-нибудь обязательно пойдёт не так.
<&==]--[==&>

— Да. Вероятно, Сангвин, — сказала я, закатывая глаза. — Зодиаки знают, что я была в НИИ Стойл-Тек. Он наверняка дагадывается, что я вернусь в Стойло Девять Девять, чтобы выяснить маршрутизацию. Естественно, он натравил на меня всех рейдеров, бандитов и работорговцев. Наверно, поэтому DJ-Pon3 сообщил, что та область стала ещё опаснее. — Я подняла свой ПипБак и постучала по экрану. Гладкий чёрный дисплей отобразил навигационный инструмент в холодных голубых тонах. Поразительно, как много мест я посетила за последние несколько недель. — Дитзи завтра полетит обратно в Новую Эплузу. Она может подбросить нас до Мирамэйр. Оттуда пара дней до Мегамарта и ещё два до Стойла Девять Девять.
<&==]--[==&>

— Сильно долго пешком. Может, Дитзи может нас как-нибудь сразу до Стойла Девять Девять довезти?
<&==]--[==&>

— Она не такси. Девяносто Девятое ей совсем не по пути, да и мы уже потратили бо'льшую часть наших крышек на ЭП-1101, — в основном, деньги отошли Дитзи в качестве компенсации за риски на пути до Хуфингтона и обратно. Обычно, она не подвергает себя опасности чаще, чем раз в два года или около того. — Мы не можем мешать её деятельности просто потому, что нам лень тащиться пешком.
<&==]--[==&>

Он состроил мину. — Вам хорошо, у вас все ноги работают как надо.
<&==]--[==&>

— Вообще-то, я чуть не переломала себе ноги прыгая с того подвесного мостика, — напомнила я ему. Я могла бы воспользоваться Гидрой, но после всего того вреда, что причинили мне наркотики, не говоря уже о просвящении насчёт технологии её производства, я предпочту немного подождать. Похоже, мои слова его не совсем убедили. — Это реально. Только подумай, через каких-то несколько дней мы сможем установить в Стойле Девять Девять должный порядок!
<&==]--[==&>

Он потёр подбородок. — Что ж, это верно. Впрочем, возможно, мы сможем обзавестись одной из тех волшебных летающих повозок? Это бы сильно упростило передвижение.
<&==]--[==&>

— Я сомневаюсь, что Глори смогла бы возить нас по всему Хуфу, — ответила я. А зависит ли подъёмная сила пегаса от его размеров? Вон же, Дитзи — не самый большой пегас в Эквестрии, да и перьев у неё совсем нет, а значит... значит я нихрена не понимаю как там что функционирует. Впрочем, ничего удивительного.
<&==]--[==&>

— Глори полетит с тобой в любое пекло, если попросишь, — парировал П-21.
<&==]--[==&>

Я покраснела. — Это не так. Это... то, что она испытывает — как-то неправильно. И я не собираюсь эксплуатировать её привязанность ко мне. Так что, давай придерживаться плана.
<&==]--[==&>

— Хмм... а давай. Вот только мне кажется, каждый раз когда ты следуешь плану, всё заканчивается болью и страданиями, — сказал он, вставая. — Пойду проверю, всё ли у нас есть для путешествия.
<&==]--[==&>

Остаться в кровати — значит столкнуться с интересной проблемкой. С одной стороны, я устала, с другой — мне слишком хреново, чтобы спать, но, опять же, я ничего не буду чувствовать, если буду спать, однако, сниться мне будут кошмары с Торн, напевающей "Тише, не шуми", и хрустом ломаемых рёбер. Как бы то ни было, быть прикованной к кровати — значит ждать. Я дочитала свои журналы про оружие и приёмы копытного боя. Потом, от безысходности, я попыталась прочесть одну из заумных книг П-21, да только построение реакторов на магических кристаллах и спарк-генерация по шкале увлекательности и рядом не стояли с чтением о стиле Падшего Цезаря. А уж его книги о замках я ни за какие коврижки не открою!
<&==]--[==&>

О, у меня же есть парочка не просмотренных шаров памяти! В идеале, тут я в безопасности, если только не появятся зебры-ассасины или призрачные единороги. Я левитировала шары из своей сумки. Так, окровавленный я пока смотреть не хочу, так что возьму третий... я нахмурилась и, на всякий случай, вынула ещё и револьвер Капкейка. Запихнув его под подушку, я выдохнула и коснулась шара своей магией.
<&==]--[==&>

И... ничего. Но не так, как будто бы он был заблокирован или типа того. Я почувствовала примерно то же, что чувствовал Стоунвинг, когда его объединяли с василиском. Чувствовалось, как будто что-то копошилось внутри меня, в то время как я сама изменялась и перевоплощалась. Аж мурашки по коже! Я сделала несколько глубоких вдохов, закрыла глаза и попыталась ещё раз установить соединение.
<&==]--[==&>

И... всё равно ничего.
<&==]--[==&>

Я была больна. Устала. Мой рог выдохся. Подходящие объяснения, но меня они, почему-то, не устраивают. Как бы я узнала о проектах и увидела бы Мародёров, если бы не могла вообще установить связь?
<&==]--[==&>

Я легла назад в кровать, посмотрела на луну. Интересно, то же ли самое чувствовала Мэриголд, когда её оклеветали, и система с удовольствием выплюнула её в канаву? Измученна, обескураженна и одинока? Я снова и снова пыталась наладить связь, но, в конце концов, просто убрала шары обратно в сумку и повернулась в кровати. Всего лишь ещё одна вещь, которая у меня не выходит.
<&==]--[==&>

* * *
<&==]--[==&>

Я в одиночестве стояла на вершине горы, чувствуя, как она ходит подо мой ходуном. Однако у меня уже почти получилось достать до облаков. Если бы я смогла, то можно было бы разорвать облачный покров и снова увидеть звёзды!
<&==]--[==&>

— Не смотри вниз, — услышала я скрежещущий старческий голос со смешком. — Не желаешь сыграть во что-нибудь? Покер м обменом? Червы? Рыбка?
<&==]--[==&>

— Очень смешно, — пробурчала я себе под нос.
<&==]--[==&>

— Стараюсь. В этом мы с тобой похожи.
<&==]--[==&>

Я вытянулась тугой струной, пытаясь коснуться облаков.

— Пошёл вон отсюда!

«Ещё немножко...»
<&==]--[==&>

— Эй, это же твой сон. Вот сама и просыпайся, — произнёс Крупье, тасуя карты. — Что ты хочешь сделать?
<&==]--[==&>

— Дотянуться до звёзд, — ответила я. — Если получиться... может быть, они помогут мне.
<&==]--[==&>

— Но Секаши сказала тебе, что они опасны.
<&==]--[==&>

— Только для эгоистов, которым нужна власть над миром и всё такое, — сказала я, пытаясь отодвинуть в сторону облако. — Я хочу использовать их, чтобы помогать. — Камни подо мной немного сползли вниз, и я пошатнулась, но не отвела взгляда от своей цели. — Хуже не будет.
<&==]--[==&>

— Флаттершай тоже так думала, — сказал Крупье. — Но ты сама видела, к чему привело её стремление создать лучшего пони.
<&==]--[==&>

— Ну, тогда чтобы сделать Пустошь счастливее.
<&==]--[==&>

— И Пинки Пай этого хотела. А чего добилась? — сказал он под шелест карт. — Блэкджек, спускайся, пока ты кому-нибудь не навредила.
<&==]--[==&>

— Не могу. Я должна помогать.

Ещё чуть-чуть – и вот, я наконец-то раздвинула облака и увидела мерцающие огоньки.
<&==]--[==&>

— Помогать кому? — донёсся снизу голос Крупье. — И зачем?
<&==]--[==&>

— Затем, что иначе я превращусь в монстра! — крикнула я в ответ.

Затем, потянувшись и достав до звёзд, я ухватила одну из них копытами. Она светилась подобно шару памяти, но была обжигающе горячей и, казалось, излучала чистый ужас.
<&==]--[==&>

— Неужели? Тогда кто же ты сейчас? — спросил Крупье. Я обернулась и перевела взгляд вниз, в его сторону, собираясь послать в известном направлении...
<&==]--[==&>

...как вдруг заметила, что стою прямо на трупе П-21. И Глори. И Рампейдж с Лакуной. Чуть дальше по склону лежали тела Каприз и Крышечки. И Розы, сжавшей в мертвых объятиях свою убитую дочь. Рядом с ними десятки крестоносцев лежали в своих плащах с нашитой кобылкой. А ещё сотни пони в комбинезонах Стойла. Тысячи пони в рейдерских лохмотьях. Там и тут были тела пегасов Анклава, похожие на павших птиц. И где-то на краю поля зрения мне едва удалось разглядеть разорванный труп Деуса, потроха Горгона и тлеющее тело Блюблада. А за ними до самого горизонта тянулось бескрайнее поле, сплошь усеянное мертвецами, которых было уже толком не рассмотреть.
<&==]--[==&>

— А я ведь говорил не смотреть вниз, — сказал Крупье, сидевший на лице Рампейдж.
<&==]--[==&>

Тотчас же вся масса трупов заскользила вниз, а склон подо мной обрушился. Я сорвалась в чёрную пропасть, и тела моих друзей погребли меня под собой. Лишь звезда в моих копытах продолжала сверкать всё тем же холодным светом.
<&==]--[==&>

* * *
<&==]--[==&>

Я резко проснулась, опрокинув коробку с шарами памяти Вэнити на простыни и отправляя их катиться по деревянному полу. Огляделась вокруг, образы звёзд уже не так уж успокаивали. Я сидела на кровати, свернувшись и зажав голову между задних ног, в то время как передние туго обняли её.
— Пожалуйста… не забирайте это у меня. Не забирайте звёзды, — шептала я своему бедному ненормальному мозгу.
<&==]--[==&>

Я, наконец, достаточно успокоилась, чтобы спуститься с кровати и собрать упавшие шары памяти. Один, должно быть, закатился под неё, и я, тихо фыркнув, легла на живот и заглянула туда ради шара... Стоп. Шаров? Два шара памяти мерцали под кроватью. Они, что теперь, размножаться начали? Очень осторожно я вытащила их наружу. Один был довольно пыльным. Я положила шар Вэнити обратно в коробку, глядя на новенький. Это шар Мэригольд. Я прикоснулась им к своему рогу.
— Пожалуйста... пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста... — просила я, стараясь, чтобы мой рог заработал.
<&==]--[==&>

Мерцание, и мир исчез.
<&==]--[==&>

<center><=======ooO Ooo=======></center>
<&==]--[==&>

Эта кобыла-единорог идеально подходила мне. Даже её очки казались моими. Её головная боль соответствовала моей собственной. Всё, что ей было нужно, это насморк и першение в горле, и мы были бы взаимозаменяемы.
<&==]--[==&>

Я также знала это здание. Это был медицинский центр Флаттершай, и я даже знала этот коридор. Даже если он не был освещён на половину и не разукрашен кровавыми надписями «ИГРАТЬ».
<&==]--[==&>

Она вошла в офис Рэдхарт. Я сразу заметила, что сложенные документы и файлы казались даже выше, чем когда я его посетила. Усталая кобыла за столом поправила свои очки и одарила вымученной улыбкой моего хозяина.
— Спасибо, что пришли, Мэригольд. Я знаю, это очень срочное дело.
<&==]--[==&>

— Ну, от вас это прозвучало как вопрос жизни и смерти, — сказала Мэригольд мягким и задумчивым голосом с нотками некоторого напряжения, — Иначе зачем просить меня приехать сюда среди ночи?
<&==]--[==&>

Рэдхарт подбежала рысцой из-за стола и положила копыто на плечо Мэригольд.
— Я знаю, что это было... трудное для Вас время.
<&==]--[==&>

— Трудное? — Мэригольд говорила мягким напряженным голосом. — Посвятив три года моей жизни мечте, которая была у меня столько, сколько я себя помню, только чтобы не пройти медицинской осмотр за две недели до запуска? Да. Я полагаю, это можно считать трудным.
<&==]--[==&>

— Это было сложным для всех нас, попытка покушения. Похороны Биг Макинтоша на прошлой неделе и всё... ну... да. Трудно. — Затем Рэдхарт толкнула файлы в направлении Мэригольд, и та посмотрела вниз. «Мэригольд: П:Г медицинское освидетельствование: не пройдено», а затем поверх неё, «Освобождение компании от ответственности: подтверждено». Её глаза посмотрели на эти штампы один раз, а затем и второй. — Так что я рада сделать вещи немного менее трудными для Вас.
<&==]--[==&>

— Почему...? — в шоке спросила Мэригольд.
<&==]--[==&>

— Потому что мы рассмотрели результаты тестов для вашего сердца и нашли их... менее серьёзными, чем мы ожидали. И потому, что Флаттершай знает, каково это - иметь мечту. И потому, что... мы нуждаемся в вашей помощи. — Мэригольд нахмурилась,подойдя к подушке и сев напротив пожилой кобылы. Рэдхарт слабо улыбнулась. — У Флаттершай тяжёлое медицинское положение с участием беременной кобылы. Без Вашей помощи, она может потерять жеребёнка.
<&==]--[==&>

— Моя помощь? Но как я могу помочь? Я астропони и астроном. Я ничего не знаю о медицине.
<&==]--[==&>

— Флаттершай желает выполнить процедуру, которая передаст жеребенка от пациента к Вам, делая Вас суррогатной матерью. — В этот момент уши Мэригольд встали почти торчком.
<&==]--[==&>

— Вы хотите, чтобы я...? Что бы у меня был жеребёнок?!
<&==]--[==&>

— Да, — Рэдхарт спокойно ответила. — После этого она будет передана в отдел воспитания жеребят Мин. Мира. Вам не нужно будет растить её. — Мэригольд заартачилась, и Рэдхарт продолжила. — Я знаю, что это тяжело. Обычно мы даже не пробуем подобное этому суррогатное заклинание без гораздо больших подготовки и консультирования, но рассмотрев ваши файлы, мы обнаружили, что Вы идеальный кандидат. И время имеет решающее значение.
<&==]--[==&>

Мэригольд посмотрела на файл, а затем на Рэдхарт.
— И это освобождение исчезнет, если я скажу «нет»?
И, по её тону я поняла, что она уйдет в этом случае, даже если это будет стоить ей мечты.
<&==]--[==&>

— Нет, Мэригольд. Это было наше с Флаттершай окончательное решение. Вы не обязаны это делать. — Но от взгляда в бледные глаза пони, было ясно, что она была в отчаянии относительно решения Мэригольд. — Но мы надеемся, что вы согласитесь.
<&==]--[==&>

Мэригольд потянулась, потирая виски своими копытами.
— Вы просто... это будет... аррр, Вы не понимаете, что это будет очень смешно, если я вдруг стану выглядеть беременной?
<&==]--[==&>

— Жеребенок в настоящее время размером с куриное яйцо. Пройдут месяцы, прежде чем Вы начнёте так выглядеть.
<&==]--[==&>

— Не говоря уже о том, что подозрительно, что мне отказали, а затем было получено добро. Кто-нибудь поднимет красный флаг, — сказала она, нервно пожевывая копыто. — Это может... возможно... навредить миссии...
<&==]--[==&>

— Ну, тогда вы должны сказать нет, — Рэдхарт ответила серьёзным тоном. — Я знаю, Вы готовы столкнуться со страшными рисками. Это не менее рискованно, возможно, даже более опасно, чем отправиться на Луну. Но я могу сказать вам, что мать нуждается в этом. Флаттершай в этом нуждается. И я думаю, что очень многие пони будут нуждаться в этом тоже, даже если они не осознают этого. Это Ваш шанс спасти одного пони.
<&==]--[==&>

<i>«Я сделала бы это, как-никак, я глупая пони.»</i> Мэригольд вздохнула, смотря на Рэдхарт.
— Я почти хочу, чтобы Вы меня шантажировали. Так было бы проще, — сказала она, закрыв глаза. — Хорошо, — она, наконец, согласилась.
<&==]--[==&>

Дальнейшее представляло собой суматошное подписание целого ряда бумаг. Ясно, что она не читала их все, просто подписывала в нужных местах. Затем два единорога дали ей несколько инъекций, но я была рада, что никто из них, похоже, не связан с ужасной радужной грязью, которую я видела в памяти Горгона. Теперь определенно одурманенную, её вели в комнату, украшенную как лес. Там из стен вырвались живые ветви деревьев! Я заинтересовалась, какое заклинание сделало это. Завеса из листьев отделяла одну половину комнаты от другой.
<&==]--[==&>

На противоположной стороне тонкого барьера, безутешно рыдала кобыла.
— Шшшш... шшш... все будет хорошо... — вновь и вновь успокаивала Флаттершай.
<&==]--[==&>

Кобыла говорила хриплым голосом, полным печали. — Т... Т... Ты должно быть д... думаешь, что я м ... мон... Я монстр, Флаттершай ... — пролепетала она сквозь слёзы.
<&==]--[==&>

— Нет. Нет, я так не думала. Я думаю, что тебе грустно, и больно... И если я могу помочь - я это сделаю... — голубой глаз заглянул сквозь водопад из листьев. — Ох. Врач здесь. Ты абсолютно уверена? — сказала Флаттершай, и был ещё один всхлип. — Тогда ладно. Ещё немного и мы начнём.
<&==]--[==&>

Хриплым голосом кобыла тихо сказала:
— Флаттершай, ты можешь забрать всё это? Пожалуйста? Я не... я не могу... так много...
<&==]--[==&>

Тихий вздох.
— Конечно. Ты сохранила мою тайну. Я сохраню твою.
<i>Будь добрым.</i>
<&==]--[==&>

Затем, спустя несколько минут, Флаттершай прошла сквозь завесу, одарила Мэригольд взглядом, полным слёз, потянулась передними ногами вокруг неё, и, шмыгая носом, обняла.
— Спасибо. Большое тебе спасибо.
Мэригольд расслабилась и обняла передними ногами Флаттершай в ответ.
<&==]--[==&>

— Она не знает, не так ли? — спросила Мэригольд тихо.
<&==]--[==&>

Флаттершай покачала головой.
— Она бы не вынесла этого, если бы узнала... И ей так много предстоит сделать.
Очень многое предстоит сделать, раз она готова была отказаться от своего ребенка. — Она снова посмотрела на листья. — Если общественность узнает, с ней все будет кончено.

<i>«И если они узнают об этом, всё так же будет кончено.»</i>
<&==]--[==&>

— Но кто... — Мэригольд начала говорить, пока пегаска не покачала головой. — Я думаю, будет лучше, если я не узнаю. — Фалттершай грустно улыбнулась и кивнула.
<&==]--[==&>

— Будем надеяться, что, когда война закончится, она будет достаточно сильной, чтобы помнить и встретиться с ней снова. И у неё будет такая возможность, благодаря тебе. — Флаттершай взяла её копыта. — Я знаю, что многие пони видят тебя отправляющейся в космос и всё такое, но благодаря этому ты мой герой.
<&==]--[==&>

Я не знаю, как Мэригольд, но я чувствовала себя чертовски хорошо по этому поводу.

<center><=======ooO Ooo=======></center>
<&==]--[==&>

Когда я открыла глаза, я пялилась в потолок, чувствуя себя противоречиво. В этом не было ничего нового. Каждый раз, когда я попадала в шар, было чувство, что «Блэкджек» получает немного больше, борясь вместе с другими пони.
<i>«Училась ли я? Взрослела? Или на самом деле я наносила своего рода внутренний вред для себя этими воспоминаниями? Стала ли Мэригольд суррогатной матерью бескорыстно, или она опасалась, что Флаттершай и Рэдхарт отменили бы свой приказ? И что за кобыла была за завесой? Была ли она неправа, когда хотела прервать беременность, не зная, что у Флаттершай была альтернатива? Кем она была? Кем важным, очевидно. Министерская Кобыла? Это была возмутительная мысль. Или даже одной из принцесс! Или, может быть, я думала слишком грандиозно, и она была лишь кобылой, которой хотела помочь Флаттершай.»</i>
<&==]--[==&>

Я положила подушку себе на лицо.
— Тьфу ... почему всё не может быть чёрным и белым! — кричала я в неё. <i>«Всё должно быть так... запутанно.»</i> Я вздохнула, затем убрала подушку прочь, глядя на луну над головой. <i>«Мэригольд получила свою мечту, но скандал уничтожил её. Безымянная кобыла ужасно страдала, но сделало ли это все правильным?»</i> — Почему я пони, зациклившаяся на мыслях об этом?
<&==]--[==&>

— Потому что ты заботливая, — сказала тихо Лакуна рядом со мной. Я вскочила так сильно, что упала с кровати на кучу простыней. Аликорн наклонила голову набок, посмотрев на меня, лежащую на полу. — Ты в порядке?
<&==]--[==&>

— Я ... не ... не делай так! — Я тяжело дышала, чувствуя стук своего сердца. — У меня неудачный опыт выхода из шаров памяти.
Который был, вероятно, потому что у меня было так много проблем попасть в них.
<&==]--[==&>

— Прости меня, — сказала она вежливо. — Я надеюсь, что это было приятное воспоминание.
<&==]--[==&>

— Это было... запутанно. — Медленно я поднялась на копыта. — Что ты делаешь?
<&==]--[==&>

— Жду. Глори пытается готовить. Её приготовление идёт не очень хорошо, так что я подумала, что лучше проверить тебя и уйти от запаха, — сказала она, глядя на шар памяти. — Так... Стоит ли это того?
<&==]--[==&>

— Больше вопросов, — заскулила я, но посмотрела на шар. — Что ты имеешь в виду?
<&==]--[==&>

— Я... мы... мы живем внутри наших воспоминаний, и в воспоминаний друг друга. Богиня направляет и мы действуем, но внутри неё мы плавно перемещаемся ото сна ко сну и от мысли к мысли. Я больше не могу различать, какие из них являются моими собственными, а какие - снами Богини.
<&==]--[==&>

Я подумала, что именно поэтому у меня было так много проблем со входом в шары памяти . Начинала ли я бояться переходов?
<&==]--[==&>

— Ты... или Богиня... знаете что-нибудь о магии? — Лакуна широко улыбнулась, и мой ответ был в её улыбке. — Хорошо. Тупой вопрос, я думаю. Но мне задумалась о том, что Секаши рассказала мне о зебре, заключившей свой дух в камень. Разве это возможно? Я всегда думала, что душа является... ну... тобой.
<&==]--[==&>

— Это так, но есть тёмная и мёртвая магия, которая может делать подобные вещи. То, что Ты описала, это сосуд души, — сказала Лакуна спокойным голосом.
<&==]--[==&>

— Но... Я не понимаю... как что-то такое работает? — Я подошла к двери, открыла её и была встречена запахом горелых яблок, утопающих в расплавленной резине. Подавляя тошноту, я закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Ладно... пахнет отвратно, но, похоже, нам это ещё есть.
<&==]--[==&>

Лакуна, казалось, прислушивалась к чему-то. К своей Богине, предположила я.
— Представь, если бы ты взяла оружие... что-то особенное, присущее тебе... а потом ты разместила в нём часть своей души. Это оружие будет сохранять свойство твоей души. Может быть, оно никогда не будет заедать или не заржавеет. Оно может быть всегда смазанным. Может быть, даже более точным, чем идентичные огнестрельные оружия. В чрезвычайных обстоятельствах, возможно, могло бы выпустить дополнительную пулю или две, прежде чем понадобится перезарядка. Для тебя это было бы просто оружие, но для любого другого оно было бы оружием, превосходящим все подобные ему.
<&==]--[==&>

— Так в чём же подвох? Потому что это звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой, — спросила я, посмотрев на неё и потирая забитый нос копытом.
<&==]--[==&>

Лакуна грустно улыбнулась.
— Подвох в том, что, пока твоя душа здесь, ты никогда не сможешь перейти в «загробный мир». И это цена, которая платится за расщепление чего-то вечного. Души не лечатся, и потребовалась бы необыкновенная пони, чтобы разорвать свою душу и ужасно не страдать за это.
<&==]--[==&>

Я закрыла глаза, пытаясь заставить мозг работать правильно. То, что Священник сказал ранее... об её исцелении...
— Что, если у тебя есть... я не знаю... исцеляющий талисман. Действительно мощный исцеляющий талисман... — <i>«Как тот, что засунул мои кишки обратно в меня в клинике...»</i> — И ты сделала его сосудом души? Может ли он держать тебя вечно живым? Даже если бы тебя испарили?
<&==]--[==&>

Лакуна выглядела заинтригованной.
— Может быть...
<&==]--[==&>

Я представила себе розовое яйцо, которое я видела раньше. Такое же, как то, что было ещё в клинике Флаттершай, но с крошечной, призрачной Рэмпейдж внутри. Несокрушимое, питаемое от души в ловушке, оно восстанавливало Рэмпейдж снова и снова. Это не объясняет, что она сделала, любую из её других способностей, или теорию Глори о том, что это не было простым безумием, но это объясняет, как она могла обращаться в пепел и до сих пор восстанавливаться.
<&==]--[==&>

— Есть ли способ высвободить душу из сосуда души?
<&==]--[==&>

— Ах... — Её губы скривились в легкой улыбке. — Для этого тебе нужна... очень особенная книга.
<&==]--[==&>

— Полагаю, ты знаешь где?
<&==]--[==&>

— Кантерлот, возможно. В Министерстве Стиля. — Что-то было не так. Годы игры в покер научили меня замечать, когда что-то было неправильно. Намек на улыбку. Тон. Что-угодно. — Мы искали её в течение очень долгого времени.
<&==]--[==&>

— Кантерлот? — фыркнула я. — Вполне может быть и в Ядре.
<&==]--[==&>

— Может, — ответила она тихо. — Мы знаем, конкретно об одной книге, но могут быть и другие. Копия была захвачена ДМД, но была ли она передана в Министерство Стиля или нет, неизвестно. — Затем её глаза посмотрели на мой ПипБак, и её улыбка расширилась. — Но, возможно, ты обладаешь средствами для получения её из базы данных ДМД, да?
<&==]--[==&>

Я сопливо фыркнула, немного сужая глаза. Возможно, это было связано с играми Каприз, но я просто хотела знать наверняка, кто нажимал на мои кнопки.
— Забавно. Чего же Богиня не знала?
<&==]--[==&>

— МЫ НЕ ДОЛЖНЫ РАЗГЛАШАТЬ ВСЕ... — Я улыбнулась.
<&==]--[==&>

— Попалась, — сказала я, слегка ухмыляясь. — Богиня. Верно? Не могла бы вернуть Лакуну назад?
<&==]--[==&>

— МЫ БЕСКОНЕЧНАЯ И ВСЕЗНАЮЩАЯ БОГИНЯ! МЫ НЕ... — но теперь Богиня шипела свои слова в боли. — НИЧТО НЕ МОЖЕМ... МЫ ... АРРРРРГХ! — она сжала голову, дрожа. — ЭТО... ЭТО... НЕВЫНОСИМО! КАК ОНА ЭТО ТЕРПИТ?
<&==]--[==&>

<i>«Правильно. Лакуна в порядке. Богиня - нет.»</i>
— Ты в порядке?
<&==]--[==&>

Я уверена, что где-то П-21 стиснул зубы. Вдруг она покачнулась и рухнула на кровать.
— Это... самое неприятное, — сказала Лакуна тихо.
<&==]--[==&>

— Ну. Я думаю, Богиня не любит Хуффингтон.
<&==]--[==&>

— Хуффингтон кричит в моих снах. Я привыкла к этому. Я боюсь, что Богиня - нет. — вдруг её глаза расширились. — И я боюсь, что она сильно вышла из себя от твоего неуважения.
<&==]--[==&>

— Да? Ненастоящие боги не производят на меня впечатление, — сказала я, вытащив шар памяти Капкейка. — Я видела Луну и Селестию. Они не действовали всезнающе. Было чертовски много того, что они не знали. У меня нет времени, чтобы тратить его на Богиню, которая выдаёт себя за таковую.
<&==]--[==&>

Лакуна надолго закрыла глаза .
— О да, очень сильно вышла из себя.
<&==]--[==&>

— Все аликорны такие? Как ты? — спросила я , когда положила шар подальше.
<&==]--[==&>

— Нет. Большинство из них... её продолжения. Мы существуем в ней, и в ней мы будем действовать, чтобы осуществить её волю. Но мы остаёмся собой. Она может диктовать как нам действовать, как захочет. Я - исключение.
<&==]--[==&>

— Так ты мутант аликорн? — спросила я с небольшой ухмылкой, но она улыбнулась и вежливо кивнула.
<&==]--[==&>

— Я была в Хуффингтоне в течении многих лет. Я... устойчива к крикам города. Долго здесь выжить может мало аликоронов. В некоторых местах этот город наносит физический вред, — сказала она с небольшим содроганием. Я подумала, что она имела в виду ХМА, или это был ещё один ужас Пустоши, который я просто ещё не повстречала.
<&==]--[==&>

— Я уверена, что она хочет, чтобы я нашла книгу для неё.
<&==]--[==&>

— Этой магии ей не хватает, — согласилась Лакуна.
<&==]--[==&>

Я остановилась, хмурясь в раздумье.
— Может ли она помочь Рэмпейдж?
<&==]--[==&>

— Я не знаю, — тихо ответила Лакуна. — У нас есть только намёки на её мощь.
<&==]--[==&>

— Хорошо, — вздохнула я, потирая морду. — Ну. Это полезная информация.
Затем я почувствовала, как запах резины усилился. Послышался тихий стук из зала. Я взглянула на Лакуну и затем открыла дверь.
<&==]--[==&>

— Я сделала завтрак... э-э... обед? Второй завтрак, — сказала Глори , подбегая с подносом, балансирующим между её крыльями. Она повернулась и представила что-то вроде пюре из Засахаренных Яблочных Бомбочек, пропитанных молоком и завернутых в жареные яйца... потом сожженное до хрустящих угольных палочек. Я подняла одну, поморщила нос, и откусила кусочек. Так или иначе, ей удалось сделать их обугленными снаружи и липкими внутри. — Мне пришлось импровизировать с множеством ингредиентов.
<&==]--[==&>

Я задумчиво жевала некоторое время.
— Не плохо. Это что, уксус? — она улыбнулась и кивнула. — Ха, довольно хорошо на самом деле. — Глори сияла, я возможно задала ей настрой на весь день. Я высосала остаток начинки и затем жевала хрустящую корку. Левитировала одну Лакуне. — Хочешь?
<&==]--[==&>

Аликорн уклонилась, вежливо спрашивая:
— Блэкджек, у тебя, случайно, драконов в роду не было?
<&==]--[==&>

<center>* * *</center>
<&==]--[==&>

К утру я чувствовала себя, если не лучше, то по крайней мере прилично. Между исцелением Священника и зельями Секаши, я выкашляла большую часть мокроты из моих легких, и моё горло уже не звучало как ржавая консервная банка, полная гвоздей. В это время я должна была признать, что при отсутствии запаха, готовка Глори в действительности была не так уж плохо. Я думаю, что то, что она смогла сделать с несколькими ингредиентами, валявшимися в наших сумках, было довольно изысканно. Рэмпейдж сразу сказала мне, что, если бы я предложила ей попробовать один, она сделала бы меня целью для её рвотных позывов на этот раз.
<&==]--[==&>

Я взяла запас моего вооружения и уложила каждое оружие на кровати перед собой. Коготь дракона для ближнего контакта. Затем револьвер Капкейка .44 Магнум. После него помповый дробовик двенадцатого калибра и, наконец, винтовка Тауруса. Остальное я выторговала вместе с излишками боеприпасов в обмен на патроны для оставшегося оружия. Причуду я оставила, конечно. Если честно, я не знала, кто бы купил пистолет с до невозможности редкими патронами. В то время как АФ-33 был заманчив, мне едва хватило патронов на обойму, и 12-мм пушка была бы хламом. За исключением зажигательных пуль, я потратила большинство найденных специальных боеприпасов на НПЦ Айрошод Файрармс. Я надеялась, что мы натолкнёмся на ещё некоторое их количество, особенно взрывных патронов.
<&==]--[==&>

Боевая броня службы безопасности Эгиды имела карманы и кобуры для большинства из этих видов оружия. Мне пришлось признаться, я чувствовала себя лучше, залезая в свою броню, чем было до этого. Несмотря на то, что я утратила мой старый костюм безопасности, боевая полимерно-керамическая броня с лихвой заменила его. Немного краски, и я снова была Охранницей. И самое главное, Черити использовала трафарет и немного белой краски, чтобы нарисовать вставшую на дыбы кобылку на моем крупе. Я проверила оружие, обоймы, а также несколько приобретённых целебных зелий, и направилась вниз.
<&==]--[==&>

— Ничего себе, — пробормотала Глори, её глаза засветились при виде меня.
<&==]--[==&>

— Без шлема? — П-21, спросил немного нахмурившись.
<&==]--[==&>

— Он сильно ограничивает мои зрение и слух, и он адски неудобный, — сказала я, увидев, что Рэмпейдж теперь была возраста Черити. По всей видимости, в то время как оригинальное блюдо Глори было слишком сильным для моих друзей, Рэмпейдж старалась из всех сил приготовить каждый отдалённо съедобный кусочек мяса в наших мешках. Вырастание, даже с помощью талисмана исцеления, определенно требовало калории. Мне действительно предпочтительнее мои Засахаренные Яблочные Бомбочки. Глори «помогала» ей с некоторой смесью отвращения, очарования и разочарования, что ей не разрешили заниматься любым кулинарным экспериментом.
<&==]--[==&>

Он только посмотрел на меня, как будто я снова делаю что-то глупое.
— Что? — спросила я спокойно.
<&==]--[==&>

— Ничего. Это отличная броня, — сказал он, прежде чем вернуться к своим морковным чипсам, добавив, бормоча достаточно громко чтобы все услышали. — Бум. Прямо в голову.
<&==]--[==&>

<i>«Да, кто бы говорил! Он до сих пор не использовал никакой защиты, и точка! Тем не менее... Может быть, я должна пересмотреть мнение относительно головных уборов.»</i>
<&==]--[==&>

Я посмотрела на Лакуну.
— А как насчёт тебя? Тебе нужна броня? — черная накидка, с моей точки зрения, вряд ли казалась адекватной защитой.
<&==]--[==&>

Она посмотрела на меня, или, скорее, на мой Рог. “Со мной всё будет в порядке.”
<&==]--[==&>

"Ты уверена? Я имею в виду, П-21 любит всегда действовать скрытно, но ты слишком... большая... для этого”.
<&==]--[==&>

" Со мной всё хорошо, спасибо" - ответила она
<&==]--[==&>

— Хорошо. Просто говорю... Я уверена, Селестия и Луна не были пуленепробиваемыми, и поэтому ничего плохого в ношении брони нет.
<&==]--[==&>

— Блэкджек. Мне не нужна броня. У меня есть магия, — сказала она с раздраженной улыбкой.
<&==]--[==&>

— Верно. Конечно, да. Потому что ты частично единорог. Ты умеешь колдовать. Извини... — сказала я, и зашагала на кухню, бормоча что-то недовольно себе под нос о большерогих аликорнах и их магии. Я могу петь, пока стреляю в гулей. Сможет ли она так делать?
<&==]--[==&>

Как только всё было готово, я одарила дом прощальным взглядом и заперла входную дверь, ощущая чуть меньше защиты и осознавая, что любой пони с определенными навыками и заколкой может открыть его. Ну да ладно. Не так много я могла сделать с этим сейчас.
<&==]--[==&>

<center>* * *</center>
<&==]--[==&>

Какой… приятный сюрприз. Глорин провиант на вкус не сильно изменился, оказавшись в одном из бумажных кульков Дитзи, которые та держала на такой случай. Я нашла два ящика у задней стенки, вклинилась между ними, и сделала всё, чтобы не закричать от страха, разрыдаться, намочиться в броню или перестать думать о моём полосатом компаньоне. Жеребёнок Рампэйдж выглядела очень странно, будто она была полосатой сестрёнкой Сильвер Белл, когда те мирно сидели на задних рядах. Я держалась магическим захватом за револьвер. Если увижу череп на её заднице, я буду готова уйти в З.П.С..
<&==]--[==&>

Глори и Лакуна прикрывали наши фланги в воздухе, Дитзи с нервозностью поглядывала на парящего аликорна, но конечно же она не проронила ни слова. Я должна признать, что вид летающего аликорна в кружевном платье был совершенно нереальным. Опять же, в моём путешествии меня сопровождали пони и галлюцинация-картёжник, целью которого было… освобождение... моего Стойла. Реальность теперь была не более чем иллюзией.
<&==]--[==&>

П-21 бросил хмурый взгляд и повернулся ко мне. Почему его не пугало, что мы в небе?
— Блэкджек…
<&==]--[==&>

— Чегооо... — промямлила я в ответ.
<&==]--[==&>

— Что это? — Спросил он, глядя в бинокль.
<&==]--[==&>

Я осторожно подошла к корме, стараясь не смотреть на облака наверху и на землю далеко далеко внизу. — Что []это[/]? —Спросила я и тут же, заметив чёрную точку позади нас. — И что же это? — Я вскинула винтовку Тауруса и посмотрела через прицел.
<&==]--[==&>

Вначале я подумала, что это Анклав. Может это Даск преследовала нас, чтобы добить Глори? Но было что-то необычное в том, как двигалась эта точка, я не увидела никакого установленного оружия. Крылья у этой штуки были больше чем у Лакуны, и оно нагоняло нас… быстро. Очень быстро!
<&==]--[==&>

— Контакт! — Закричала я, когда существо рвануло так, что я не смогла вести его своим прицелом. — Дитзи! Спусти нас на землю! — Выкрикнула я, когда оно пролетело над нами. Я услышала жужжание и выстрелы лучевого оружия Глори.
<&==]--[==&>

Мой желудок подбросило к горлу, и в месте с ним в моей голове промелькнули все самые страшные кошмары. Дитзи решила добраться до земли самым быстрым способом – вертикально вниз! Когда она нырнула, я увидела вспышку лучевой пушки и мерцание молнии от нашей воздушной поддержки. Следом я немного отвлеклась так, как половина грузов Дитзи слетели со своих мест и придавили меня и П-21. Рампэйдж с наслаждением смеялась, и даже Сильвер Белл казалась была более взволнованна чем испуганна этим падением.
<&==]--[==&>

Перед самым столкновением, Дитзи выровняла фургон, и направила его прямо над валунами, в изобилии разбросанными по полям Мирамары. Фургон неожиданно накренился на бок, и его тент разорвало бурыми когтями. Что-то прорычало над моей головой, и я, не теряя времени, вскинув винтовку Тауруса вертикально, выстрелила вслепую. Зарычав, он выпустил фургон, и Дитзи смогла направить его на главное здание.
— Приготовьтесь прыгать! — Закричала я.
<&==]--[==&>

Фургон остановился, и мы втроём вывалились наружу. Я бы расцеловала землю… если бы не летающее нечто с когтями и клыками, пытающееся нас убить. Его не было в поле зрения, но это не значит, что можно расслабиться.
<&==]--[==&>

— Быстро, в эту дверь! — Кивнула я в сторону раздевалки. — Мы должны убраться с открытого места! — Я взглянула на гуля-пегаса, — Тебе лучше улететь. Эта штука явно охотится на нас. — И, о-о-о, как я надеюсь, что это тварь правда не какой-то до нелепости агрессивный гулеядный хищник. — Спасибо Дитзи! Запиши на мой счёт один тент.
<&==]--[==&>

Она улыбнулась и пожала плечами, затем обеспокоенно подмигнула мне и поднялась в воздух. Я вскинула оружие, чтобы быть готовой нашпиговать свинцом любую крыловидную зубастую тварь. К моему облегчению, горизонт позади фургона был чист.
<&==]--[==&>

Рампэйдж посмотрела на вещмешок на моих плечах, в котором лежали её шипастые доспехи. — Ненавижу быть малявкой! Кому я смогу надрать хвост с таким размером? — Сказала она, оглядывая себя с ног до головы.
<&==]--[==&>

— Ты найдёшь способ. Я в этом не сомневаюсь. — Заверила я её. Позади нас приоткрылась дверь. — Быстро, внутрь! — Если мы собираемся биться с чем-то летающим - лучше это делать с крышей над головой. Мы исчезли внутри, как раз когда крылатый монстр промелькнул над нами. Что бы это ни было, оно было быстрым. Чертовски быстрым!
<&==]--[==&>

Я пыталась запереть дверь, как вдруг коричневый коготь пробил толстенную железную пластину. Я вскрикнула, отшатнувшись от двери. Коготь свободно извивался с металлическим скрежетом, оставив дырень размером с понино копыто.
<&==]--[==&>

Ярко синий глаз медленно осмотрел нас, а затем хищнически сузился. — Тук-тук, — проурчал низкий женский голос.
<&==]--[==&>

— Не видишь, занято, — буркнула я и выстрелила из винтовки, но глаз исчез с роскатами смеха. — Ну, по крайней мере это жизнерадостный монстр.
<&==]--[==&>

— Отлично. Значит ты не станешь заводить с ним дружбу? — спросил П-21. Он взял магическую гранату и аккуратно установил её у основания двери, чтобы, любой кто откроет её, был отброшен её взрывом. Мы быстро двинулись дальше в раздевалку. Он не пытался пройти через дверь. Может быть, он собирался пройти через второй этаж, чтобы избавиться от нас?
<&==]--[==&>

— Ну, кто знает. Возможно, у него ужасно трагическая и слезливая история. — сказала я, бросившись к шкафчикам мародёров. На самом деле, учитывая мой опыт с такого рода вещами, это было, вероятнее всего. Я выбрала шкафчик «Дуф» и напечатала «Мама».
<&==]--[==&>

Внутри были стопка бумаги, шар памяти... конечно же был шар памяти... и несколько больших коробок с патронами. В глубине лежало... оружие? Это была короткая труба около двух футов в длину с дульной рукояткой. В действительности, похоже это была крупнейшая однозарядная пушка, которую я когда-либо видела. Сердце было вырезано на прикладе со словами «Твист + Дуф», и кто-то написал «Аргумент» на стволе.
<&==]--[==&>

Нет времени для чтения, и, уж конечно, нет времени для шара памяти. Я бросила их в свою сумку и вернулась к оружию. Оно точно не являлось чем-либо, увиденным мной в любом каталоге Айрошод Файрармс.
— Что это, чёрт возьми? — спросила я, нахмурившись. — Это точно не Айронпони.
<&==]--[==&>

— Что-что? — спросил П-21, и я показала ему. — Оу! Это гранатомет.
<&==]--[==&>

— Превосходно. Наслаждайся, — сказала я и толкнула трубу ему в копыта.
<&==]--[==&>

Его глаза округлились.
— Блэкджек! Это оружие.
<&==]--[==&>

— Это гранатомет! — парировала я. — Ты работаешь с гранатами. Таким образом, логически рассуждая, ты не должен возражать против него.
<&==]--[==&>

Его глаза стали еще круглее.
— Здесь нет ничего логичного!
<&==]--[==&>

Я вздохнула и сунула ему патроны.
— Смотри. Я доверяю тебе. Доверься себе и вноси свою долю. Это не какой-то пистолет, где ты направил и выстрелил, верно? — Он беспокойно нахмурился, но кивнул. — Нужно выяснять углы наклона, задержки и прочее? — Он снова кивнул, и я постучала по его лбу. — Тогда это точно по твоей линии, умник. — Он определённо не выглядел счастливым относительно этого, но взял оружие и гранаты и сунул их в свои сумки. И если бы я ошибалась, и он почувствовал бы себя «выстрели-в-Блэкджек», то по крайней мере, это было бы быстро.
<&==]--[==&>

Сейчас оставался вопрос о том, как мы будем общаться с Глори и Лакуной.
Если не учитывать того, что мисс Большой Фиолетовый Рог могла обладать магическим заклинанием дислокации, а от неё можно было вполне ожидать, что она им обладала, или мы должны были бы выйти наружу, или они должны были бы войти внутрь. Если бы я могла летать, я бы не хотела застрять внутри, поэтому я догадалась, что она была где-то на крыше и ждала нас, чтобы выйти на второй этаж.
<&==]--[==&>

— Мы можем выйти наружу через воронку, — пробормотала я. — Но мы должны сказать Глори, чтобы они не входили внутрь и мы не гонялись друг за другом по кругу.
<&==]--[==&>

Он нахмурился, потом покопался в своей сумке и написал слово на куске мусора. «Рад».
— Прицепи его на отверстии в двери, и идём, — сказал он, аккуратно открывая оружие и заряжая в него гранату. Я сделала, как он просил. Если монстр не стоял прямо на улице, то они увидят это, когда будут проверять дверь.
<&==]--[==&>

— Почему Рад? — спросила Рэмпейдж.
<&==]--[==&>

— Это официальный термин для измерения интенсивности излучения магического заклинания, — пояснил он, глядя на нас. — Так что, если этот монстр не приоткрывал копию «Эквестрия Саентифика» или Большую книгу чародейских нау… Ай! — Я обхватила его своими копытами и обняла. — Отстань! У меня есть граната! Очень много гранат! Блэкджек!
<&==]--[==&>

— У меня есть умные пони, — сказала я Рэмпейдж с усмешкой.
<&==]--[==&>

<center>* * *</center>
<&==]--[==&>

В главном зале я смотрела в оба. В поле зрения попали вредители: огромные раздутые мыши, которые не были намного более угрожающими, чем радтараканы, но всё ещё могли злобно кусаться. Я всё хотела, чтобы Л.У.М. определял мне уровень злодейства, но метки были лишь красные или синие. Мне пришлось высматривать что-то немного более солидное.
<&==]--[==&>

Я и не представляла, что что-то солидное наблюдало за нами.
<&==]--[==&>

Как только мы направились по лестнице вниз к оперативному центру, я услышала низкое рычание, прогремевшее по залам. Моя грива танцевала пони-польку каждый раз, когда мы проверяли полностью открытые двери. Была ли та метка у казарм? В сувенирном магазине? Может быть, где-то выше? Конечно, нет.
<&==]--[==&>

Я только повернула за угол, чтобы спуститься по лестнице в оперативный центр, когда огромный львиный силуэт набросился на меня. Его грязная шкура была покрыта залысинами и язвами, но этого было мало, чтобы отвлечь внимание от его сокрушительного веса или острых клыков и когтей... и крыльев... и жала? <i>«Какого хрена, Пустошь? Это должно быть одна из тварей Проекта Химера, верно? Как еще можно соединить вместе льва, летучую мышь и скорпиона?»</i>
<&==]--[==&>

Упав на спину, у меня не было выбора, кроме как начать перекатываться. Если бы он прижал меня, я была бы мертва. К счастью, он сперва запрыгнул на верх лестницы, и затем я нашла свою опору и левитировала оружие хваткой моей белой магии как раз, когда он начал вторую атаку. З.П.С. направило три заряда ему в голову. Они оторвали большие кровавые куски от его лица и плеч.
<&==]--[==&>

Это не убило его. Я отпрыгнула подальше, избегая удара его хвоста-жала, выстрелила, и отодвинулась. Его когти ужасно проскребли по моему костюму, и я была очень рада, что все, что я получила, было ушибом... на данный момент.
<&==]--[==&>

— Ещё один! — закричал всем П-21, ртом хватая Аргумент, и направил его на второй этаж. Оружие издало любопытный звук «тумп» и послало гранату на второй этаж, где ещё один из этих монстров начал спускаться в нашу сторону. Взрывом существу оторвало ноги. К сожалению, за ним были другие монстры, и они были гораздо более осторожны.
<&==]--[==&>

Рэмпейдж дёргала за завязки моего вещевого мешка там, где он упал.
— Блэкджек! Зачем ты завязываешь узлы? Мне нужны мои вещи!
<&==]--[==&>

— Немного занята! — Крикнула я, продолжая прыгать и двигаться так быстро, как могла.
<&==]--[==&>

— Ну же! Я не могу буйствовать как надо! Мне нужна цепная пила! Когти для копыт! Что-нибудь! — Я отправила коготь дракона едва касаясь пола к ней. — Спасибо! — сказала радостно она и начала распиливать узлы.
<&==]--[==&>

— Рэмпейдж! — закричала я в отчаянии. П-21 ухмыльнулся – да, он на самом деле ухмылялся – когда выстрелил ещё одну гранату на верх лестницы.
<&==]--[==&>

Она моргнула, косо посмотрела на оружие в её челюсти, а затем закатила глаза. С девичьим визгом, она помчалась к монстру и обняла его заднюю ногу всеми своими копытами. Её голова дёргалась назад и вперёд, когда она резала толстые жилы за его коленом. Монстр взревел, пошатнулся, и я смогла отойти от него и перезарядиться.
<&==]--[==&>

Затем чудовище повернуло свой хвост и пронзило Рэмпейдж в бок. Та повернулась, схватила жало скорпиона её копытами и начала в ответ резать его, кровь вспенивалась вокруг когтя дракона. Она просто продолжала крепко держаться и полосовать хвост-жало. Монстр, по-видимому, сбитый с толку отказом извивающейся кобылки умирать, решил взяться за неё всерьёз и притянул её к своей пасти.
<&==]--[==&>

К несчастью для него, это означало потерять меня из виду. Я прижала ствол дробовика прямо к его голове и сняла сразу половину его черепа. Когда он дёрнулся и глухо упал, Рэмпейдж была выброшена на свободу. Один последний выстрел, и он замер.
— Мы побегаем ещё немного.
<&==]--[==&>

— Всегда бегаем сломя голову, — пробормотал П-21, пока хромал вниз по лестнице. Рэмпейдж двигалась немногим лучше, её рот вспенился, но отверстие в её боку исцелялось с розовым сиянием. Как только мы спустились вниз, я хлопнула дверью позади нас.
<&==]--[==&>

Я заметила, что Рэмпейдж уже была невредимой, но у неё всё ещё капала белая пена изо рта.
— Ты в порядке? — Не лучший вопрос, чтобы спросить у неё, но всё же.
<&==]--[==&>

— Отравлена, — все, что она прохрипела. Я вытащила одно из противоядий Глори, сделанных против укусов радскорпионов, и вылила ей в горло. Она сразу же подавилась и упала, схватившись за горло.
<&==]--[==&>

— Рэмпейдж? — встревожившись, спросила я, опустившись рядом с ней.
<i>«Не сделала ли я как-то хуже?»</i>
<&==]--[==&>

— На... вкус... противно..., — закашлялась она.
<&==]--[==&>

Я закатила глаза и лизнула кончик бутылки. Хорошо, это было немного горьковато.
— Дитя.
<&==]--[==&>

— Я не дитя. Я старше вас обоих вместе взятых, — сказала она, указывая на меня с угрюмым видом. — Ты лишь получила... это... мутировавший язык! Вот что!
<&==]--[==&>

— Эй, мы могли бы сосредото... — начал говорить П-21 , когда Рэмпейдж бросилась на меня. Я выставила копыто и толкнула её в лоб. Даже небольшая, она чуть не столкнула меня с ног.
<&==]--[==&>

— О, да? Лучше проверь, — сказала я, показывая ей свой язык.
<&==]--[==&>

Рэмпейдж моргнула, а затем с рёвом сбила меня с ног. Это было далеко не так эффективно, как если бы она была нормального размера.
— О, да! Действительно мутировал! Так же как те ушибы! — сказала она, опустив копыта на меня.
<&==]--[==&>

— Уффф, некоторым пони нужно поспать. Она такая раздраженная!
<&==]--[==&>

— Дамы! — закричал П-21, заставив нас обеих посмотреть на него. — Мы здесь в неизбежной смертельной опасности! Монстры Химеры охотятся на нас, а вы... вы две... Аррррр! — он сел, дёргая себя за гриву, прежде чем указать копытом на нас обеих. — Не заставляйте меня расставлять вас в углам! Теперь, мы идём, или вы так и продолжите вести себя как жеребята двух-лет-отроду?
<&==]--[==&>

Мы обе уставились на него, затем в унисон указали друг на друга и сказали хором:
— Она это начала.
<&==]--[==&>

* * *
<&==]--[==&>

Блуждание по оперативному центру вызывало у меня чувство дежа вю. Как я скормила Минти Фрэша рейдеру, пытаясь выбить из него информацию. Глори... я была очень рада, что ей не пришлось идти сюда снова.
<&==]--[==&>

П-21 протянул провода через нижнюю и верхнюю ступени лестницы и заставил меня привязать к ним три осколочные гранаты за чеку. Наступишь на провод и... Чёрт, как же я рада, что он на нашей стороне.
<&==]--[==&>

— Эй, — прошептал Крупье из-за тёмного дверного проёма. — Есть минутка?
<&==]--[==&>

— Не сейчас, — пробормотала я.
<&==]--[==&>

П-21 повернулся ко мне.

— Блэкджек?
<&==]--[==&>

Здорово. Теперь я веду себя как безумная. Ну, более безумная, чем раньше.

— Просто... уходи. Я теперь не сумасшедшая и не нужно больше трепать мне нервы. Ладно? Мне тут с монстрами надо сражаться, а ещё Рампейдж и Стойло Девять Девять, и... знаешь что? Наши отношения как-то не сложились. Но это не твоя вина, всё дело во мне. Хорошо? Так что просто уходи и хватит меня мучить, — я улыбнулась старому бледному жеребцу так вежливо, как только могла, затем заметила, как мои друзья уставились на меня.
<&==]--[==&>

— Блэкджек... с кем ты говоришь? — на сей раз голос П-21 звучал куда более озабочено.
<&==]--[==&>

— Ни с кем! Ладно... Я просто... эм... — я тяжело плюхнулась на пол, и меня понесло. — Иногда я виду седого жеребца, который тасует карты, и ему нравится строить из себя такого загадочного и таинственного, и мне кажется, что он нечто вроде поехавшей части моего мозга, но я больше не сумасшедшая, поэтому у меня нет никакой необходимости с ним разговаривать, поэтому ему просто нужно убраться... — Я глубоко вздохнула и посмотрела на старика. — Прямо сейчас!
<&==]--[==&>

Но тот лишь поправил свою шляпу и продолжил смотреть на меня с улыбкой.
<&==]--[==&>

— Замечательно! — Рампейдж усмехнулась П-21. — Внезапно мои проблемы уже не кажутся такими уж серьёзными!
<&==]--[==&>

— Ты убила Торн, — сухо ответил он, стерев улыбку с её лица. — И как долго это продолжается?
<&==]--[==&>

— С тех пор как Глори заклеймили, — призналась я. — В смысле... он начал мерещится мне ещё раньше, но тогда после того случая он начал со мной разговаривать.
<&==]--[==&>

— Почему не сказала нам? — спросил он слегка обиженно.
<&==]--[==&>

— Ну... Ты тогда только поборол желание убить меня... ведь так, да? — Он вскинул брови и холодно посмотрел на меня. — Ну ладно, почти поборол. Так или иначе, Глори пострадала, я чувствовала себя совершенно бесполезной... а потом мы сражались с Деусом и Зодиаками, и все эти проблемы во Флэнке... Мне просто хотелось думать, что всё в порядке. Понимаете? Что я могу справиться с этим.
<&==]--[==&>

Он только покачал головой.

— Блэкджек, ты дура. Поёшь, когда рубишь гулей на куски. Жалеешь любого монстра, если тот расскажет тебе свою печальную историю. Заводишь врагов с пугающим постоянством. И ты думаешь, что видеть несуществующие вещи – это уже не перебор? Я подумал, что ты сумасшедшая, когда ты не дала Дэйзи прикончить меня, и ничего, что я потом видел, не показало обратного. — Он ткнул меня в плечо копытом. — Ты, конечно, та ещё чокнутая кобылка, но ты также хорошая пони и хороший друг.
<&==]--[==&>

Рэмпейдж взглянула на меня с П-21, а затем спросила:
— Э-э ... вы двое собираетесь целоваться или как?
<&==]--[==&>

Крупье только улыбнулся и мягко рассмеялся, покачав головой. Сразу же, мы начали заливаться ярко-красным. П-21 запнулся и указал на меня.
— Поцеловать? Её? Она кобыла! — Рэмпейдж внезапно захихикала, когда П-21 нахмурился, — Мне она даже не нравится так ... на самом деле! У меня есть гранаты, ну вы знаете!
<&==]--[==&>

Я только улыбнулась и покачала головой, затем прошла мимо Крупье в комнату. Офис когда-то был чьей-то жилой комнатой, но, очевидно, Анклав подчистил дом перед тем, как покинуть Мирамэйр. Для начала, тут не было многих вещей. Только терминал, к которому я даже не пыталась получить доступ. Блокировка была одной проблемой, но у меня не было ключа, чтобы…
<&==]--[==&>

У меня может и нет, но...
— П-21! Ты мне нужен! Прямо сейчас! — закричала я. Хихиканье Рэмпейдж взорвалось звоном хохота.
<&==]--[==&>

Он вошёл со взглядом, в котором читалось обещание найти способ убить одну полосатую пони.
— Это не для секса или шутки, — быстро добавила я и подошла к терминалу. — Ты можешь взломать его?
<&==]--[==&>

Его хмурый вид исчез.
— Может быть. Дай взглянуть. — Он заковылял к терминалу. — Тьфу... огромный пароль. Лучше бы это не было многочисленными кобыльими случками. — Рэмпейдж вошла, вытирая слёзы радости на ее щеках. П-21 начал свое шаманство, когда я постучала левым копытом по в верхней части монитора. Затем он вбил ключ и терминал испустил звуковой сигнал, — Эй... с третьей попытки! Вот повезло, — сказал он, довольный таким поворотом событий.
<&==]--[==&>

<i>«Да уж... повезло.»</i> Я посмотрела через плечо.
— И... вот тебе и везение. Большинство файлов были автоматически удалены. Похоже... здесь просто мусор. — Затем он перевёл курсор на одну запись. — Подожди, есть кое-что.
<&==]--[==&>

<b><i>Кому: Минт Фреш</i></b>
<&==]--[==&>

<b><i>От кого: ЛайтХувз</i></b>
<&==]--[==&>

<i>Хорошая работа с получением признания. Я знал, что дашиту просто не терпелось сообщить нам её истинное презрение к Анклаву. Вся семья Монин Глори не лучше, на самом деле. Это у них в крови. Можешь ли ты поверить, что она обвиняла нас в проступках? Где её лояльность? Её чувство долга? Её честь? Ах, ну, пока у неё есть эта террористка с поверхности, помогающая ей, не так уж много мы можем сделать. Так как она настойчиво требовала, чтобы мы клеймили её, я предполагаю, что это то, что мы должны делать. Такая жалость. Мы достигли определенного реального прогресса в расследовании потенциальных лекарств для поверхности, но она испортила всю операцию. Теперь она, наверное, убежала во Флэнк или Мегамарт. Я полагаю, мы должны надеяться, что Жёлтая река принесет хорошие плоды. Будьте готовы к передислокации.</i>
<&==]--[==&>

Мне нужно было пристрелить какого-нибудь пони. На самом деле, я уже хотела его застрелить, но это передвинуло его обратно в верхнюю часть списка. Но, как ни странно, несмотря на подёргивания моего рога с необходимостью наделать дырок в экране, что-то удерживало меня.
— Что-то не так, — пробормотала я. — Назад. Отойди. — П-21 нахмурился и сделал это. Я смотрела на экран и выбрала первый вариант пароля с экрана с абракадаброй. Затем второй. Потом третий.
<&==]--[==&>

«Точное совпадение». Я повторила ещё два раза, и каждый раз, третья попытка была удачной, независимо от того, какой пароль я вводила.
— Вот сволочь, — пробормотала я.
<&==]--[==&>

— Я бы хотела приобрести ключ, пожалуйста? Что-нибудь в четвёртом размере, — сказала Рэмпейдж , выглянув у меня между ног.
<&==]--[==&>

— Вот почему Даск пыталась убить Глори. Это было не для меня. Это было для того, чтобы направить Даск по следу Глори. И если бы ей немного больше повезло с выстрелами из её Прибоев, она бы убила Глори прямо перед нами. — Я читала сообщение снова и постучала по экрану. — Жёлтая Река. А вот это для меня.
<&==]--[==&>

“Желтая Река? Что за Желтая Река?”- спросил P-21 спросил в замешательстве.
<&==]--[==&>

"Ну, если вы когда-нибудь видели меня, выпившую много бутылок Спарк - Колы сразу ..." - начала Рэмпэйдж с небольшой усмешкой.
<&==]--[==&>

— Я не знаю, но он хочет, чтобы я туда отправилась. Ловушка. Установлена? Что-нибудь. — Я стиснула зубы. Я должна была пойти. Это была моя единственная зацепка, чтобы помочь Глори на данный момент, — Он играет со мной.
<i>«Как Богиня.»</i>
<&==]--[==&>

— И что ты собираешься делать?
<&==]--[==&>

— Подыграю. Затем я буду играть грубо и грязно, когда придёт для этого время. Найду что-нибудь, чтобы повесить его. И если все это не поможет, скормлю его голодным рейдерам. Живьём, — пробормотала я.
<&==]--[==&>

— Да, правильно. Как и любой пони сделал бы это... — начал П-21, а потом наши глаза встретились. Его улыбка медленно скользнула прочь, пока он смущённо пробормотал, — Ой. Чёрт. неловко, — громкий взрыв разнесся по коридору операторской, и сразу же за ним звериный рёв боли, — Спасён монстром, — пробормотал П-21, — Блэкджек, если тут есть выход, сейчас самое время.
<&==]--[==&>

Я согласилась, одарив Крупье холодным взглядом... не то чтобы это имело значение. Он не был там в любом случае, я просто ненавидела, как лицемерно он прикидывался невинным. Мы двинулись к взорванному хранилищу. Мы оба приняли таблетки РадИкс, и я протянула одну для Рэмпейдж. Она просто фыркнула и скатилась в отверстие бетонной трубы в полу. Мой ПипБак сразу же начал трещать, выводя на экран синего пони, который сначала позеленел, а затем пожелтел, когда рады увеличились. Я надеялась, что это будет не длинный туннель, или всё это было бы неактуально.
<&==]--[==&>

К счастью, мы смогли достичь открытых труб в основании кратера, и, конечно же, там была терпеливо ожидавшая Лакуна. Мне показалось, или она выглядела ещё... ну... более аликорнее? Её шерсть блестела и её рог, казалось, могущественно мерцал. Радиация, видимо, шла аликорну на пользу.
— Хорошо. Вы сделали это. Я собиралась пойти за вами. Нам нужно быть тише. Глори поблизости.
<&==]--[==&>

Я посмотрела вокруг, и у меня отвисла челюсть. Это был чёртов океан красных меток! Я передала П-21 немного антирадина, а затем проглотила некоторое количество сама (даже не получая наслаждения от резкого апельсинового аромата!), прежде чем мы четверо поползли вверх из кратера туда, где бронированный автомобиль лежал на боку. Глори так же потягивала пакетик, нервно глядя на меня.
— О, хорошо. Вы выбрались, — сказала она с явным облегчением. — Мы окружены мантикорами.
<&==]--[==&>

— Мантикем? — пробормотала я, когда мы присели внутри корпуса. Куда бы я ни посмотрела, везде было полно львино/мыше/скорпионовых гибридов, — Откуда ты знаешь, кто они?
<&==]--[==&>

— Мантикоры – это постоянная угроза в Пустоши, хотя они обычно не так хорошо организованы, — Я была уверена, что они должны были быть чем-то из Проекта Химера, но, видимо, некоторые мерзости Пустошь сделала на скорую руку сама по себе. — Я думаю, что она как-то контролирует их.
<&==]--[==&>

— Кто она? — спросила я, посмотрев в бинокль П-21.
<&==]--[==&>

<i>«Ох... она.»</i> Вот ЭТО должно было быть чем-то из Проекта Химера. Рыжевато-коричневая пони бродила взад-вперед по крыше главного здания. Её ноги заканчивались острыми как бритва когтями, а не копытами, и крылья на спине были кожистые вместо пернатых. Скорпионьим хвостом она хладнокровно хлопала и ударяла по мантикорам, которые достаточно быстро не бросались в сторону с её пути, и за её разжатыми губами я видела множество страшных клыков. Какое бы беспокойство она не приносила, это было не так плохо, как стадо мантикор, развалившихся вокруг авиабазы. Я не видела способа преодолеть сто футов без нашего обнаружения одной из них.
<&==]--[==&>

А радиация по-прежнему проникала в нас.
<&==]--[==&>

— Хорошо. Нам, чёрт побери, нужно выбраться отсюда, — сказала я, смотря на покоробившиеся обломки, скрывающие нас. Рэмпейдж рассматривала кучу костей в нескольких изношенных и обугленных униформах, в то время как П-21, казалось, проверял его гранаты, а Глори взяла ещё один Рад-Икс.
<&==]--[==&>

— Ты хочешь вернуться к Капелле? — спросила Лакуна невзначай.
<&==]--[==&>

— Ну... да. Это было бы здорово, но я не знаю, как мы собираемся туда добраться, без них, навалившихся на нас, — сказала я, а затем нахмурилась, — Ты говоришь, что можешь вернуть нас к Капелле? Это в милях отсюда!
<&==]--[==&>

Она сделала долгий, медленный, роскошный вздох, когда посмотрела на светящийся кратер.
— Прямо сейчас? Наверняка.
<&==]--[==&>

— Верно, — десять или пятнадцать минут здесь, и это было бы неактуально. Я побежала к Рэмпейдж, которая, казалось, глядела на кости задумчивым взглядом, — Давай, Рэмпейдж. Мы уходим.
<&==]--[==&>

— А? Ах, да, — сказала она, проползая через внутренности транспортного средства. В какой-то момент я почти присоединилась к ней, но потом посмотрела вниз, в ту же кучу костей. Дальше в транспорте, тело было более нетронутым. Ничего ценного, конечно. Просто гнилая, выжженная униформа, два металлических жетона на шее, барахло двухвековой давности. Я медленно присмотрелась к имени, выбитом на жетоне.
<&==]--[==&>

«Твист».
<&==]--[==&>

Я смотрела на одну из Мародёров Макинтоша. Медленно, я наклонилась и толкнула хрупкие кости. Её копыта зажимали между собой что-то, обвернув лохмотьями её униформы. С осторожностью, я освободила вещи от её тряпок.
<&==]--[==&>

Все фотографии были частично сожжены, обесцвечены или покрыты водяными разводами. На обратной стороне были ртом написаны заметки, размытые, но всё же едва различимые. Твист на детской площадке рядом с жеребёнком настолько похожим, что только очки Твист действительно отличают их.
<i>Разве не были мы похожи тогда, ЭпплБлум?</i>
<&==]--[==&>

Твист стояла в кондитерском магазине с вывеской «Мята» под двумя скрещенными конфетными тросточками. <i></i>Бедный мой магазинчик сладостей, да?</i>
<&==]--[==&>

Твист гордо стоит в линии призывников с коротко постриженной гривой, самая младшая и самая маленькая, но выглядящая рвущейся в бой. Биг Макинтош виднелся рядом с ней, даря ей дружеский взгляд.
<i>Посмотри на мою гриву! Она такая короткая!</i>
<&==]--[==&>

Старшая и более зрелая ЭпплБлум позирует для фотографии перед дверью Стойла с табличкой с огромным числом 2.
<i>Выглядишь шикарно, ЭпплБлум. Выглядишь действительно шикарно.</i>
<&==]--[==&>

Твист заламывала Биг Макинтошу копыто , а остальные Мародёры веселились и смеялись в стороне. Псалм улыбалась, сдерживая изумление, Стоунвинг ухмыляелся, Джетстрим опирался на него. Вэнити покачивал головой с улыбкой. Даже Дуф хорошо проводил время.
<&==]--[==&>

Затем картина всех собравшихся вместе Мародеров в Пранце. Её улыбка вокруг мятной палочки идет от уха до уха.
<i>Моя семья.</i>
<&==]--[==&>

На следующем снимке были Твист и три краснополосых зебры. Как ни печально она выглядела, они казались... изнурёнными, но при этом гордыми. Она обменивалась брохуфом с их предводителем.
<i>Последние из Прадитьёров.</i>
<&==]--[==&>

Все, кроме одного, Мародёры мрачно стояли в ряду по одну сторону гроба, Министерские Кобылы по другую. ЭпплДжек положила голову на угол гроба, а Твайлайт Спаркл держала её за плечи. Глаза ЭпплСнека смотрят на оранжевую кобылу за Селестией, произносящей хвалебную речь. Я никогда не видела такой взгляд подавляемой боли на лице жеребца раньше. Твист выглядела просто... потерянной.
<&==]--[==&>

Она в больнице, выглядела больной, но Вэнити, Эхо, и Эпплснек рядом с ней. Трое из восьми друзей. В её глазах виделось гораздо больше боли, чем радости.
<&==]--[==&>

На последней фотографии она не улыбалась. На ней Твист стояла на танке, уже с сержантскими нашивками на униформе. Да, её губы скривились в усмешке, но в глазах не было ни капли веселья. Они были как у гуля - пустые глаза, безжизненные, полные желания умереть.
<&==]--[==&>

Которое сбылось.
<&==]--[==&>

Там была одна последняя отпавшая фотография, и я почти пропустила её. Я узнала молодую ЭпплБлум, почти вылитую копию Эпплбота. Я не знаю, кто были эти оранжевая пегаска или единорожка с фиолетовой гривой. Они, казалось, были посреди драки в саду, в окружении статуй, а Твист смотрела с грустной улыбкой.
<i>Худший день в моей жизни был, когда я получила свою метку, а ты – нет.</i>
<&==]--[==&>

Я зажала фотографии обратно между её копытами, услышав, как другие кричат об опасности, и наклонилась провести носом по её черепу. Я молилась, чтобы она, наконец, обрела покой, в конце концов. Оглянувшись с сожалением назад, я вернулась к остальным. Образовалась яркая вспышка фиолетового света, и мир исчез.
<&==]--[==&>

<center>* * *</center>
<&==]--[==&>

Хорошо. Я признаю, что я была немного разочарована. Позади нас остался другой монстропони с небольшой армией летающих монстров. Я не сомневалась, лёжа в почтовом отделении, засасывая мой третий антирадин, что она, наверное, уже ищет нас.
<&==]--[==&>

Хуже... если она узнала, что мы были в Капелле...
<&==]--[==&>

— Почему такая мрачная? — лениво спросил Адажио, когда четвёрка собиралась вокруг меня, — Если речь идет о Торн, то такое случается. Иногда жеребёнок не остается даже на час, прежде чем совершает паломничество.
<&==]--[==&>

Я слабо улыбнулась синему жеребенку.
— Спасибо, но дело не в этом. просто, мне нужно отправляться на север, но это становится намного сложнее.
<&==]--[==&>

П-21 кивнул.
— Да, — сказал он, глядя на грубую карту, которую Священник нарисовал для нас, — Нам придется путешествовать по пути на юг от Флэнка, прямо к горам, чтобы пересечь реку выше по течению от плотины, на север через территорию Общества, мимо Коллегиума пони в Хуффингтонском Универстете, мимо Анклава в их небесном порту, прокрасться мимо Парадайза, пройти мимо Стальных Рейнджеров, и снова пересечь реку по дороге на север.
Это может занять несколько недель. Лакуна не была достаточно хорошо знакома с чем-либо на севере, чтобы телепортироваться туда, даже если бы это место было в пределах её диапазона.
<&==]--[==&>

— Так почему бы вам просто не взять лодку? — спросила Пурри, заставив нас усомниться в нашей осведомленности. Мы с П-21 посмотрели друг на друга. За всё наше время в Капелле, ни один пони никогда не произносил слова «лодка» при нас.
<&==]--[==&>

— Тут есть лодка? — резко спросил П-21.
<&==]--[==&>

Она закатила глаза.
— Пони из стойл ничего не знают. Конечно, тут есть лодка, — сказала зеленовато-желтая единорожка, — Морской Конёк постоянно ходит вверх и вниз по реке. Её капитан немного не в себе, ну вы понимаете, но лишь она одна достаточно храбра, чтобы так рисковать.
<&==]--[==&>

Я скептически посмотрела на неё, а затем достала Хуффингтонское издание Копытоводства по выживанию в Пустошах. Полистав немного, я нашла запись о Хуффингтонской Реке.
<&==]--[==&>

<i>Ни один визит в область Хуффингтона не обходится без посещения Хуффингтонской Реки. Самая крупная река во всей Эквестрии в наше время, она течёт на север от второго по величине озера Эквестрии к морю. Её течение прерывается лишь плотинами, к югу от города, которые продолжают обеспечивать энергией регион по сей день!</i>
<&==]--[==&>

<i>Сейчас, вы могли бы попытаться остановиться и искупаться, или, если это редкий засушливый день, попить. Послушайте моего совета - не стоит. Загрязнения выше по течению сделали всю воду умеренно радиоактивной и грязной. Она кишит радигаторами и речными змеями огромных размеров, активно плодящимися. Даже если ничего из этого не отпугнуло вас, то река с мощным течением забита мусором. Вся дождевая вода ведь стекается куда-то, пони.</i>
<&==]--[==&>

<i>Для таких отчаянно пытающихся путешествовать по реке пони, конечно, всегда есть несколько смельчаков готовых совершить поездку за крышки. Наиболее успешный паром – это Морской Конёк, который всё ещё работает даже после многих лет на воде. Пассажиру рекомендуется взять с собой большое количество крышек в оплату. Тем не менее, капитан довольно... непостоянен в размерах вознаграждения.</i>
<&==]--[==&>

Аллегро кивнул.
— Да, капитан является грубым, жёстким, дёрганым пони, но они всегда хороши для доставки нас вверх и вниз по реке. Не ведут дел с рабами, и пока ваши крышки хороши, капитан, как правило, честен. Сумасшедший, но честный.
<&==]--[==&>

Я посмотрела на П-21, начиная видеть картину. Он мрачно буркнул, глядя на меня.
— Ещё один неуравновешенный пони. Интересно, он такой же дёрганый, как и ты?
<&==]--[==&>

— Что? — сказала я, обороняясь от смешков четверки. Одарив П-21 слегка рассерженным взглядом, я спросила Аллегро, — Итак, когда же лодка остановится около Капеллы?
<&==]--[==&>

— Она сейчас здесь, — сказал красный жеребенок с усмешкой.
<&==]--[==&>

— Сейчас? Как, сейчас в смысле прямо сейчас? — спросил П-21, и мы посмотрели друг на друга.
<&==]--[==&>

— Да! Она пришвартована под мостом. Черити сейчас занимается своей торговлей.
В последний раз переглянувшись, мы повернулись и побежали к двери.
<&==]--[==&>

* * *
<&==]--[==&>

Я действительно не представляла, чего мне стоит ожидать, когда слышала слово "лодка." Сможет ли она выдержать нас пятерых? Это безопасно? А насколько она быстрая? Ожидает ли Сангвин от нас такого хода? Хватит ли у нас крышек?
<&==]--[==&>

П-21 нашёл ступени, которые вели к покрытому крошащимся бетоном подножью моста. Задыхаясь, мы спустились вниз и увидели... ржавое корыто, которое выглядело так, будто должно была плавать под водой, а не держаться на её поверхности. Ладно, может я преувеличиваю. Что мне на самом деле было известно о лодках? Просто я не думала, что они могут быть такими... ржавыми.
<&==]--[==&>

Она была почти такой же длины, какой ширины был мост над ней; примерно метров двадцать или около того. Её корпус ремонтировался и перекрашивался уже столько раз, что мне было трудно догадаться, каким же был изначальный цвет. Лодка была сделана из дерева, с прибитыми поверх него металлическими листами. Это было понятно по тому, что они в некоторых местах отвалились. Спереди лодки располагалась скрытая в корпусе маленькая турель с двумя торчащими наружу стволами пулемётов.
<&==]--[==&>

Возле лодки виднелась команда из семи восьми пони, и самый большой из жеребцов сидел за карточным столом и сверлил глазами Чарити, скрестив передние копыта перед собой. Судя по взъерошенной чёрной бороде, кьютимарке в виде якоря и усеянному шрамами боку, это и был капитан команды. Чарити бесстрашно уставилась на него в ответ, будто бы пытаясь взглядом заставить его расстаться со своими крышками.

— Лучше подожди здесь, — сказал П-21.— А я посмотрю, удастся ли нам прокатиться на этой штуковине.
<&==]--[==&>

— Ждать. Замечательно, — хмуро пробормотала я, наблюдая, как он зашагал вниз и попытался вмешаться в разыгравшуюся битву "кто кого переглядит". С таким же успехом он мог бы разговаривать со стеной.
<&==]--[==&>

— И не говори, — сказала кобыла возле реки. — Как же скучно просто сидеть здесь и ждать. Они уже несколько часов не могут договориться.

У бирюзовой единорожки была такая грязная и спутанная грива, что я даже не могла с уверенностью сказать, была ли она голубой, серой или вообще смесью этих цветов. Кобыла носила потрёпанную чёрную фуражку, на которой красовались череп и две скрещенные кости, прямо как из моих детских книжек. Кожаная повязка прикрывала её левый глаз. Она встряхнула бутылкой с янтарной жидкостью внутри.

— Хочешь немного? Это ром... или грог... что-то из них. — Она уставилась на содержимое бутылки. — Дряное пойло.
<&==]--[==&>

— Конечно, — сказала я, плюхнувшись на землю рядом с подвыпившей кобылкой, и сделала глоток. Ром (или грог, не знаю), был немного слаще, чем мой любимый напиток. — Весьма неплохо.
<&==]--[==&>

Она протянула мне копыто.

— Траш.
<&==]--[==&>

— Блэкджек. — Я стукнула о её копыто своим.
<&==]--[==&>

Она перевела взгляд на мою броню охраны, сделала шаг назад и склонила голову набок, видимо, пытаясь сосредоточиться.

— Охрана... Охранница... где ж я это слышала? — затем неожиданно указала на меня своей бутылкой и выдохнула. — Ты... ты та самая... кобыла, на которую объявлена награда, верно? — Я почувствовала, как моя грива начала подёргиваться, но бирюзовая пони лишь ухмыльнулась. — Что ж, молодец. Я всегда говорила, что если ты делаешь что-то достаточно хорошее, чтобы за тобой объявили охоту, значит ты делаешь это правильно.
<&==]--[==&>

— А ты сама не собираешься в ней поучаствовать?
<&==]--[==&>

Она сделала ещё один глоток и отрыгнула.

— Кто, я? Работать на Ростовщицу? ХА! Да ебать её в жопу якорем! Это сука хотела, чтобы я перевозила для неё рабов, — она нахмурилась. — Знаешь, сколько дерьма после них остаётся? Нет, правда? И вонь потом стоит столько, что... В общем, я сказала ей пойти выебать себя и всех пони в Парадизе, да хоть во всей Эквестрии. — Я могла только усмехнуться, когда она нахмурилась и потёрла копытом подбородок. — Может я даже подстрелила её. Прямо в... одну из двух.
<&==]--[==&>

— Что правда? — хихикнула я.
<&==]--[==&>

— Ну, я тогда была чертовски пьяна тогда, и мне не кажется, что она поняла весь сложенный в это смысл. Похоже, она приняла это очень близко к сердцу. Объявила награду в десять тысяч крышек за мою голову. Только вот она не учла, что большинство охотников за головами не умеют плавать. — Бирюзовая кобыла основательная приложилась к горлышку. Потом моргнула и уставилась на бутылку. — Закончилось... почему оно всегда заканчивается... Великая беда вновь настигла Пустошь. — Она просмотрела на меня через дно бутылки. — У-у-у... ты такая... волнистая.
<&==]--[==&>

Я фыркнула. Я всё ждала подходящего случая, и сейчас, похоже, именно такой. Я достала бутылку Дикого Пегаса, которую купила Глори.

— Охрана всегда готова прийти на помощь, — сказала я с лёгкой усмешкой. Может мне не удавалось спасать пони, которым это действительно было нужно, но я хотя бы могла сделать одного пони немного счастливее.
<&==]--[==&>

Спустя час я чувствовала лёгкий жар в животе и приятную истому, расходящуюся по телу.

— Итак, Траш, какая у тебя история?
<&==]--[==&>

— Что? У меня? История? Пфф. Мне повезёт, если у меня есть хотя бы лимерик, — она прочистила горло. — Жила была пони по имени Траш, её грива была как шалаш. Был её папа моряк, и когда пил он коньяк, смело шёл прямо на абордаж, — она попыталась удержать бутылку на кончике рога. Учитывая, что сам рог застрял в горлышке, это выглядело не так уж впечатляюще.
<&==]--[==&>

— А второй куплет?
<&==]--[==&>

— Такой же, как и первый! — довольно сказала она, и я рассмеялась, пусть даже это казалось мне полной бессмыслицей. — Я водила Морской конёк по всей Эквестрии вдоль и поперёк. Мой отец показал мне маленькие лазейки и ловушки, которых нужно избегать. Обычно я плаваю от Айронмэйнр до Города Дружбы, но в этот раз сделала крюк, чтобы глянуть, чего там успели насобирать эти умники из Коллегии и Крестоносцы. Чертовски шустрые малыши. — Она покачала головой из стороны в сторону, заставляя бутылку слегка дребезжать на её роге. — Большинство лодок дольше года не держаться. Я плаваю уже три года. — Траш с любовью посмотрела на своё ржавое корыто. — Не раз спасала мою жизнь, пока я была капитаном.
<&==]--[==&>

Почему я сомневалась, что там было всего лишь пять строчек.

— Так... постой. Ты капитан? — ошеломлённо спросила я и указала копытом на грязного жеребца с длиннющей бородой. — А он тогда кто?
<&==]--[==&>

— Тарбутс что-ли? Он наш квартирмейстер. Говорит мне, куда идти, чтобы заработать деньги, и я иду туда. Я сама не очень-то разбираюсь во всех этих делишках, а просто рулю свою лодку в нужном направлении и стараюсь не свалиться в воду. Пока, как видишь, удачно. — Она громко отрыгнула, затем ухмыльнулась мне. — Что? У меня шляпа больше — значит я капитан.
<&==]--[==&>

— И не поспоришь, — улыбнулась я.
<&==]--[==&>

— А ты что? Как, чёрт возьми, ты со всем справляешься с огромной надписью "Охрана" на броне, стреляя во всех направо и налево?
<&==]--[==&>

Я глубоко вдохнула, пытаясь удержать бутылку из-под рома на верхушке рога... ладно, теперь и мой рог в ней застрял. Та-да!

— Что ж, если ты – лимерик... — Я прочистила горло. — Блэкджек выходит наружу. Пытается делать добро и всем помогать. Бедная Эквестрия. — Никогда не стоит недооценивать пользу алкоголя для вдохновения! — Ну а теперь я собираюсь отправиться на север. Хочу наведаться домой, — сказала я и показала ей свою навигационную карту на ПипБаке. — Видишь? Стойло Девять Девять. Вот тут, выше.
<&==]--[==&>

— Вот оно где... Там сейчас орудуют рейдеры. Не знала, что там есть стойло, — сказал она, потирая нос. — Ну, я могу высадить вас на Boardwalk. Оттуда до вашего стойла совсем недалеко. — Она скептически посмотрела на меня. — Вопрос в том... сможешь ли ты следовать правилам?
<&==]--[==&>

— Возможно. Зависит от правил, — осторожно ответила я.
<&==]--[==&>

— Первое... и самое главное... слушать грёбаного капитана, — она с досадой махнула копытом. — Ты даже представить себе не можешь, насколько это важно. Я говорю стрелять, ты стреляешь. Я говорю тебе заткнуться, ты затыкаешься. Я говорю тебе прятаться, ты прячешься. Я говорю тебе плыть, спасая собственную жизнь, ты плывёшь. Потому что в другом случае кое-кто может тебя подстрелить. И этим кое-кем буду, скорее всего, я.
<&==]--[==&>

— Иногда мне кажется, что ни проходит и дня, чтобы кто-то не подстрелил Охранницу, — смиренно вздохнула я.
<&==]--[==&>

— Цена добродетели, — усмехнулась она, прежде чем продолжила. — Правило номер два. Оставаться на борту. Вывалишься наружу, и нам придётся жечь топливо, чтобы подобрать тебя. А там много мест, где негде дозаправиться. У вас есть летуны? — Я кивнула, и она посмотрела на меня с интересом. — Тогда им действительно придётся оставаться внутри. Если они покинут лодку, то успеют пролететь метров десять-пятнадцать, прежде чем город поджарит их.
<&==]--[==&>

— Город не стреляет по реке? — с любопытством спросила я.
<&==]--[==&>

— Ему и не нужно, — она указала копытом туда, где городская стена встречалась с рекой, а меж ними висела завеса белой пелены. — Видишь вот ту мутную воду? Это всё раскрошившийся бетон и металлолом. Хотя если ты подойдёшь настолько близко, то ХМА высушит тебя минут за десять.
<&==]--[==&>

— Никаких полётов. Я их сама привяжу к лодке, если понадобится, — кивнула я. Интересно, как я буду привязывать аликорна? Вежливо, наверное. А вот связать Глори... это могло привести к очень интересному результату.
<&==]--[==&>

— И третье: за топливо платите сами. Спарк-батареи, картриджи, даже сырые самоцветы. И если нам их не хватит, можешь засунуть свой рог во флюсный преобразователь и стоять так, пока он не отвалится. Не самые приятные ощущения, можешь мне поверить.
<&==]--[==&>

— Хорошо, — сказала я, наблюдая, как П-21 и огромный серый Тарбутс приближаются к нам. — Эй, П-21!
<&==]--[==&>

— Привет, Блэкджек. Я тут договорился с капитаном Тарбутсом и... — он уставился на меня. Что? Что-то не так с моим лицом?
<&==]--[==&>

Серый пони перебил его:

— Капитан Труш, у меня тут запрос на пятерых пассажиров... — он прервался и вздохнул. — Капитан? — Бирюзовая кобыла уставилась на него, и он кашлянул. — Капитан... у вас бутылка застряла на роге... снова.
<&==]--[==&>

Она прохладно посмотрела на него и, со всем достоинством, которое могла себе позволить, сказала:

— Я знаю. Я так и задумывала. Кхм. Секундочку, — она поднялась и аккуратно сняла магией бутылку со своего рога. — Отличное наблюдение, штурман Тарбутс... НО... Боюсь, тебе придётся сказать этому чудесному маленькому парнишке, что я уже согласилась взять на борт эту кобылку и её друзей. — Покрытый шрамами жеребец открыл было рот и поднял копыто. — Никаких "но", штурман Тарбутс! Это же приключение!
<&==]--[==&>

Мы с бирюзовой кобылкой переглянулись, сияя улыбками.

— Замётано! Я притащу каждую спарк-батарею, которую найду, даже если для этого мне придётся засунуть Чарити в мешок! — Ладно, может я погорячилась. Может, я сначала бы заплатила за них, а уже ПОТОМ засунула бы её в мешок.
<&==]--[==&>

Жеребцы ошарашено переводили взгляд с одной из нас на другую.

— Святая Селестия, — прошептал седой пони, а П-21 со стоном плюхнулся на круп.
<&==]--[==&>

— Их двое. Двое... — в отчаянии проскулил синий жеребец. — Да хранит Селестия нас всех...
<&==]--[==&>

Заметка: Следующий уровень.
<&==]--[==&>

Новая способность: Беззаветная преданность – когда ваше здоровье падает наполовину, спутники на время получают прибавку к сопротивлению урону.
<&==]--[==&>

Бла-бла-бла.
<&==]--[==&>

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/28544/102523

Переводчики: Devilly163, Vampire27, Svetly, Satus

__Corsair__, ShaRiRash, semsim, Octarineflute

Newlifer, mintous, Darker, Denizzo

Sitxar, Vadim3xl