Готовый перевод Fallout Equestria: Project Horizons / Фоллаут Эквестрия: Проект Горизонты: Глава двадцать девятая: Летальность

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов, так как модераторы установили для него статус «перевод редактируется»

Фоллаут Эквестрия: Проект Горизонты
<&==]--[==&>

Автор - Somber

<center>Глава 29: Смертность</center>

"Теперь слушай сюда. То что я тебе говорю, это чистая правда. Отпусти, и ты спасешься."

Я хочу поступать правильно. Разве это так сложно? Это должно быть просто. Обязано быть просто! Существуют правила; вы им следуете. Есть выбор; вы рассматриваете варианты, и выбираете правильный. Потом вы живёте с его последствиями.

Как самцы, изнасилованные всем сообществом. Как Каприз, продавшая меня Ростовщице. Как я, убившая стойло полное невинных пони.

Существует другой правильный вариант? Существовал ли когда-нибудь вообще правильный вариант? Может быть. Помочь пони справиться с гулями. Освободить Свалку от рейдеров Красного Глаза. Эти были хорошие. Но иногда мне кажется, что все мои варианты это "проиграть" и "проиграть ещё больше". Я хочу победить. Я хочу чистую победу. Я хочу грёбаный пряник вместо кнута, чтобы погладили по головке со словами "Хорошая работа Блэкджек", хотя бы раз.

Это так несправедливо?

Может быть... Я преодолела эти трудности, помогая Глори, не потому что она может сказать мне, что я хорошая пони. Я отняла воспоминания Скоч Тейп, не для того, чтобы нравится ей больше. Я сделала это потому, что это было правильно. И если это означало, что я получила чуть больше пулевых ранений, или мутировала чуть больше, или умру чуть раньше, то это того стоило, потому что они были лучше. Я должна поступать лучше, черт побери. А иначе в чём гребанный смысл?

Какое моя жизнь имеет значение, если это улучшила их?

И всё же... Я предала Рампейдж. Я сделала больно всем нам, поставив её в проигрышную ситуацию. Оставаясь с нами, она могла убить Скотч. Покинув, как она поступила, и Скотч будет чувствовать, что она сделала что-то не так. Потому что она не понимает, как сильно Рампейдж хотела ей помочь... и как быстро она убила бы её, даруя ей милосердие. Так как я должна поступить? Что будет меньшим злом?

Иногда, даже когда ты побеждаешь, ты проигрываешь.

Дождь шипел и брызгал в холодную, мокрую, вязкую, вызывающую тихое тиканье из моей передней ноги, немного радиоактивную болотную воду, затруднявшую передвижение наших копыт. Гниющие бревна и запутанные водоросли торчали из затемнения дождя, и только мой Л.У.М. указывал, следовало ли их избегать или нет. Единственное, на что я могла надеяться, было то, что понибудь, или что-нибудь, которые могли бы доставить нам неприятности были недостаточно глупы, чтобы выйти наружу в такую погоду. Едкий химический запах доносился с севера. Не так много мы могли с этим поделать, кроме как дышать ртами и скоротать лучшее время, что мы могли.

План был прост: на север к последней точке направления ЭП-1101, в командный центр Военно-морской Базы Стального Пони. Где-то по пути мы бы столкнулись со Стальными Рейнджерами. Нашли бы кого-нибудь во главе. Объяснили, как мы начали эту полную неразбериху и убедили бы их прекратить сражаться с Потрошителями. Да, это должно быть просто… верно… в то же время, Флэш-Индастрис, офис ДМД и Лаборатории Горизонтов все были в относительно прямой линии к северу от нас. Я снова проверила свой ПипБак. Мой взгляд возвращался к маркеру на берегу реки, только к юго-востоку от Толла: Исследование Гиппократа.

Психошай сказала, что Сангвин может спасти мою жизнь. Заново нарастить крыло Глори. Тем не менее, мы знали, что он мог превратить нас всех в аликорнов. Я взглянула на Лакуну; если Богиня знала, что Проект Химера будет найден, попыталась бы она предпринять что-нибудь? Я доверяла Лакуне. Богине не особо.

Я снова посмотрела на карту. Это было не так уж и далеко от нашего пути…

— Фууу…— воскликнула Глори, когда целеустремленная пиявка пыталась ползти вверх по ее боку; вместо этого черный слизняк был сброшен во мрак. Лакуна летала невысоко над головами, безопасно леветируя Скотч Тейп над болотом. Кобылка держала свои копыта вытянутыми, когда Лакуна летала кругами; с тех пор как магия аликорна защищала ее от дождя, она была самой сухой из нас, кроме того самой счастливой.

— Полет это лучшая вещь на свете! — ликовала она, обхватив Лакуну. Мне нравилось воображать, что где-то там Богиня наблюдала за этим. С тех пор, как мы покинули Коллегиум, оливковая кобыла улыбалась впервые.

— Она нарывается на неприятности,— пробормотал П-21.

Глори фыркнула.
— Ох, позволь ей насладиться ее весельем. — Глори наблюдала за Скотч, в её глазах читалось молчаливое согласие с заявлением кобылки. Я задумалась… Лакуна могла поднять меня, в конце концов…

Мы двигались через гниющие, затопленные здания. Я продолжала наблюдать за красными метками на моем Л.У.М., отводя взгляд только чтобы смахнуть более решительных пиявок, которые начали проделывать дыры в моей броне. Я видела двух жирных лягушек, которые наблюдали, как мы проходим. Мне кажется или они выглядят знакомыми? Ничего не осталось от того насекомого, которое П-21 убил ранее, даже костей. Съеден, или расплавлен собственной кислотой? Я не хочу знать.

Глубокий рев эхом продребезжал через дождь, заставляя нас нырнуть в укрытие; лягушек, пиявок и пони. Лакуна и Скотч шмыгнули в одно из зданий, П-21 нырнул позади покрытой мхом стены, а Глори и я заняли укрытие в каких-то колючих кустарниках. Рев прозвучал снова, глубокий и мощный, здания оседали и скрипели, но звучание было отдаленно сквозь ливень. Я не могла сказать, как далеко оно действительно было. Был ли тут дракон в Хуффингтоне? Это все что я могла себе представить о шуме как этот! Ничего на моем Л.У.М., так что либо оно было очень далеко, чтобы его отметить, либо слишком огромным и невидимым.

…Теперь, не было ли это приятной мыслью?

Медленно я ползла через забитую щебнем щель между двумя зданиями. Дождь стучал о пористые балки и крошащуюся кладку под копытами, но кроме этого, тишина. Не было ничего на другой стороне щели за исключением еще одного ряда гниющих домов и темного силуэта большого здания вдали от них.

…Здания, которое двигалось…

Я смылась с глаз долой, когда оно протяжно зарычало, низко и глубоко. Я понятия не имела, чем это могло быть; и знать не хотела. Мне просто не хотелось, чтобы это создание пришло сюда. Я осторожно отступила, когда оно на мгновенье прорычало и провизжало… затем прорычало снова. Могло ли оно услышать нас? Почуять нас? Это существо грохотало, когда двигалось… но его грохот был все тише.

Рев прозвучал еще раз, слабее и на северо-востоке. Лакуна и Скотч Тейп осторожно появились, аликорн опасалась риска быть летающей, яркой мишенью, вместо этого она несла Скотч на своей спине пачкая свои копыта. П-21 выполз мгновеньем позже. — Итак. Хотим ли мы обсудить, что это было? — спросила я, переводя взгляд с одного лица на другое. Я не увидела ни одной искры любопытства. — Верно. Идем дальше! Направление: любое, но одно! — И игнорируя пиявок, мы постарались увеличить расстояние между нами и этой... штукой... насколько могли.

Выйдя из болот (попутно прихватив дюжину склизских «зайцев») и достигнув Бульвара Селестии, мы начали искать какое-нибудь укрытие, в котором можно было бы передохнуть и просохнуть - дождь явно не собирался прекращаться в ближайшее время; более того, казалось что он становился лишь сильнее. Спеша убраться из под ливня, мы ввалились в наиболее целый, на наш взгляд, магазин в центре улицы. Что ж, по крайней мере тут было сухо... ладно, суше. Судя по снопу пшеницы на вывеске снаружи, раньше это был продуктовый магазин, однако пустые ингаляторы Дэша, использованные шприцы и разбитые бутылки из под выпивки не оставляли сомнений том, чем это здание являлось в последнее время... И в лучших рейдерских традициях, некто вырядил старые желтые манекены в шипованные рабские одеяния.

Причиной этого было то, что принимали за юмор в пустоши. Манекен в полном кожаном костюме с маской...

— Ладно. Глори, это что еще за фокусы с дождем? — спросила я, старательно отряхиваясь, — Что, Анклав решил утопить нас? — Вопрос являлся предположением лишь на половину.

Она стряхнула воду с крыла, прежде чем удивленно взморгнула: — О, конечно нет! Можешь не верить, но все это естественное. —

— Естественное? Это? — я уставилась в окно, тыкая в него копытом. Все это ни капли не казалось естественным. Да нас же затопит такими темпами!

— Хммм. Перед войной очистка небес над Хуффингтоном была полноценной работой, занимающей весь день. — она сложила копыта, — Хуффингтонская долина в большинстве своем является огромной низиной с протяженностью в 30 миль между горами на востоке и возвышенностями на западе. Таким образом, весь влажный воздух с океана прилетает сюда, заполняя долину. Чем выше ты поднимаешься, тем холоднее становится. Так как влажному воздуху уходить отсюда некуда, он весь охлаждался, образовывая дождевые облака. На самом деле, в Хуффингтоне были серьезные проблемы с затоплением еще до войны - он получает порядка двухсот дюймов осадков в год. — Я разинула рот: две сотни дюймов?! Было ли это много? Взгляд за окно дал положительный ответ на этот вопрос. Глори тоже обернулась посмотреть на коричневые реки, бегущие снаружи. — Стоило пегасам прекратить работать, как небо тут же заполнялось темными облаками. Сейчас это мало кому интересно, но в свое время Хуффингтон был крупным поставщиком дождевых облаков для засушливых регионов наподобии Эпплузы. —

Я попыталась представить себе пегасов, растаскивающих поезда с большими дождевыми облаками по всей Эквестрии. «Поразительно! И как только туннели под городом до сих пор не затопило?» Поймав себя на этой мысли, я взглянула на Скотч Тейп, однако ту, похоже, сейчас куда больше интересовали манекены. Видимо, она действительно ничего не помнила.

— Если бы не было напряжения, вероятно так бы и случилось, — Сказал П-21, потирая заднюю ногу. — Если вы посмотрите вдоль берегов, то там будут дренажные трубы через которые откачивается вода. Без этих насосов, все что находится ниже уровня реки, было бы затоплено.

— Ты в порядке? — Спросила я его.

— Да, вполне. — ответил он, критично оглядывая свою почти что новую конечность, — Но болит чертовски. —

Нахмурившись, Глори встала рядом с ним на колени и посмотрела на ногу. — Так не должно быть. — Сказала она, оглядев её, но при этом не трогая. Учитывая его сердитый взгляд, я не могла винить Глори. — Я просматривала записи *** - твою ногу можно назвать абсолютно новой. —

— Значит на этот раз их постигла неудача, потому как болит она не хуже старой. — проворчал он, потирая копытами.

— Держи, — сказала я, протягивая ему шприт с Мед-Иксом. — Вполне возможно это из-за прогулок под ледяным дождем - на пользу это в любом случае пойти не могло. — Глори снова нахмурилась, аккуратно втыкая шприц с обезболивающим в его ногу. Болезненное выражение лица П-21 постепенно начало сходить на "нет".

— Спасибо, Блекджек, — сказал он, с явным облегчением подвигав своей ногой. Затем он поднялся и двинулся вглубь магазина, — Я посмотрю, смогу ли я найти что-нибудь полезное. —

И снова Глори нахмурилась, глядя теперь уже на меня. — Блекджек, тебе не стоило отпускать его. По крайней мере, не дав мне как следует осмотреть его - если он серьезно повредил свою ногу, то ему требуется немедленное лечение. Он же вполне мог защемить нерв, или... —

— Глори, П-21 не собирается позволять какой-либо кобыле осмотреть его. — Она было начала спорить, но я её остановила: — Просто позволь ему заняться своим делом. Если он говорит что больно - значит так и есть. Если нет - значит нет. Ему не свойственно скрывать подобные проблемы. — Дальше не уверен в переводе, а потому промолчу.

На фотографиях была изображена сине-серая кобыла; я не могла точно определить её цвет волос, так как фотография выцвела за все эти годы, однако я предположила что они были розовыми. А еще она была необычно одета. Не как Рэрити, чьи одеяния являлись одновременно и украшением - одежда казалась повседневной. Рядом с ней стоял самец в странном кожаном капюшоне. Надпись в углу гласила: Урожай: когда ваши семена требуют посева.

На остальных картинах было сложно что-то разобрать, но увиденного хватило, чтобы начать сомневаться в том, что все эти наряды на манекенах - дело копыт рейдеров. На одной из фотографий я смогла разглядеть Рэрити, смотрящую в камеру "Разве вам не интересно?" взглядом, держа при этом во рту сумочку для предстоящих покупок, на которую восторженно смотрел серый единорог. Последний, имея веер в качестве кьютимарки, тоже был знатным модником, однако до белой единорожки он явно не дотягивал... Стоп, Флаттершай?

Ладно. Я оставила фотографии в покое - они и так заставили мой мозг попотеть, и села на одним Богиням известно где найденном матрасе в ожидании лучшей погоды...

Я ненавижу ждать.

В течении десяти минут я проверяла свой пистолет и дробовик, систематизировала зелья и препараты.... копалась в своих седельных сумках...

Я наткнулась на шары памяти из поместья Блюблада. Может быть там есть что-нибудь о племяннике Ванити. Нет... Честно говоря из всех Мародеров, Ванити казался наиболее привязанным к своим товарищам, после Бик Макинтоша конечно. Я подняла шар памяти и поймала взгляд Лакуны.
— Я собираюсь взглянуть, ладно? Так что не вешай меня вниз головой на носу лодки, — предупредила я. «Серьёзно, я выходила из достаточно плохих шаров памяти, достаточно плохими способами ранее.»

Она кивнула и продолжила смотреть на дождь, выглядя слегка болезненно.
— ХМА? — спросила я.

— В течении последнего часа, но ничего серьезного. Лишь истощает наши зелья, как мне кажется, — она слегка улыбнулась.
— Серьезно. Как будто Богиня дала бы мне заклинание исцеления.

Я предположила, что это был намек "Блэкджек бестолковая кляча"

Аккуратно, я постучала шаром по своему рогу Ладно... я в безопасности, это Ванити, значит должно быть хорошо... давай... давай же... М-да... он не работает. Был ли это пароль, или ещё что-нибудь? Я думала о Мародерах... Голденбладе... Министерских Кобылах... Я представила Рэрити с её сумкой. Вспышка, и мир закружился проч.

<center>oooOOOooo</center>

Ладно... не совсем то, что я ожидала.

Мягкие покрывала. Зелёные бархатные шторы над кроватью. Очень приятный запах кобылы. И два пони очень хорошо проводят свой досуг. Я мысленно закатила глаза и постаралась отвлечься на мысли о каталоге Айроншод Файрармз. «Так, АФ-80 это дробовик... двенадцатого... нет, двадцатого калибра. Для подачи заряда в ствол... передёрнуть... цевье. Выброс... отработанных гильз производится... в сторону от стрелка...» Святая Селестия, пристрелите меня. Зачем же он лижет... оу... ладно... что-то новенькое...

Остановите, я сойду. Почему у шаров памяти нет функции отмены?

Наконец – «Да ладно? Трижды?» – Наконец, они отделились друг от друга, и синее сияние распахнуло шторы, представляя взгляду спальню. Кобыла постанывала в полном восторге, валяясь на простынях. Он начал целовать её в белоснежную шею, но вдруг распахнулись двери. И, как по волшебству, кобыла превратилась в шар под простынями. В комнату вошёл Блюблад.

Я никогда не видела его вблизи до гулефикации, но на вид Блюблад явно был обходительным жеребцом, даже если он был более, чем вдвое старше меня. Однако, в тот момент он был сильно неопрятен. Его длинная грива была всклочена, глаза налиты кровью. От него пахло прокисшим виноградом и потом.
— Ванити! Ты тут? Ванити?

Изумрудно-гривый жеребец встряхнулся и потер виски.
— Так приятно видеть, что ты вернулся из Кантерлота так рано. Знаешь, даже Принцессы не наносят визит тем, кто ещё находится в своей постели, Блюблад. Если особняк не горит, то загляни попозже? — Кобылка, похоже, пыталась прорыть в матрасах дыру для побега.

Блюблад, казалось, совершенно не обращал внимания ни на комментарии Ванити, ни на клубок под одеялом. Он широко расставил передние ноги.
— Она пропала, Ванити! Она была здесь, прямо здесь, в Хуфинтоне, в каком-то безвкусном магазине. А потом исчезла!

Ванити вздохнул. Его лицо выражало раздражение.
— О, Богини, возьми себя в копыта. Если понибудь увидит тебя, в таком виде, слухов не избежать! — Он выставил измученного, измотанного Блюблада за дверь. — Теперь, пойди немного поспи, перекуси чего-нибудь и, прежде всего... помойся. Потом мы назначим надлежащий уход. Ты просто должен забыть о ней. Она всего лишь очередная глупая старая кобыла, которая не может оценить тебя.

Мне показалось, или комок под одеялом возмущенно фыркнул?

Попытка Ванити успокоить угрюмого жеребца провалилась.
— Она не просто очередная кобыла. Она Кобыла. Единственная, кто мог дополнить меня. Я что, должен теперь ухаживать за Твайлайт Спаркл? Или Флаттершай? Нет! Как она могла... — Видя его сейчас, думаю, это было совсем несложно. Конечно, я также вспомнила, как он пронзает мечом сердце Роуз. Через минуту Ванити вернулся в комнату, запер двери, а затем, после секундного колебания, левитировал свой тяжелый стол подпирая их.

— Просто еще одна кобыла, да? — сказал очень знакомый единорог. Он повернулся и посмотрел на кобылу, сидящую на его кровати. Ее взъерошенная фиолетовая грива запутывалась о ее плечи, она сверлила его тяжелым взглядом своих голубых глаз. — Значит глупая? Старая? — Она сказала эти слова, как если бы это было почти непристойно.

Ванити усмехнулся, усевшись на кровать рядом с ней.
— Самые искренние извинения. Я как-то должен был вытащить его отсюда. Твои отказы полностью сломали его. Я не думаю, что хоть одна кобыла в истории так… основательно… отвергала предложение.

— Если бы я знала, каким большим ребенком он стал бы, я бы передала это Луне. — Презрительно фыркнула Рэрити. — Я уверена, она помогла бы ему справиться с этим куда более эффективно и результативно. Вероятно, с военной комиссией, — сказала она кисло, плюхнувшись на подушки.

— Я содрогаюсь от страха за военную экономику. — ответил он, лежа рядом с ней и гладя по ее щеке. — Мы могли бы просто позволить ему поймать нас, — сказал он, целуя ее шею.

Она промурлыкала и вздохнула. — Пара минуту наслаждения в лучшем случае с последующим скандалом столетия и полным крахом моей карьеры и репутации. Хмммм… — Она задумчиво постучала по его подбородку. — Нет, это не заманчиво, но я просто не могу оставить моих друзей одних. Они нуждаются во мне. Кроме того некоторые скандалы никогда не угаснут.

— Будет ли это так плохо на самом деле? — сказал он, обнявшись с ней.

— Да, Ванити. Будет. — Она слегка коснулась его груди. — Кобыла, которая желанна, но недоступна, властвует над теми, кто жаждет ее. Она бесценный товар. Но если они узнают, что другой получил ее, тогда она подешевеет и перестанет быть бесценной.

— Правда? Однако ты определенно хочешь быть полученной, — усмехнулся он, улыбнувшись.

— Еще как, — сказала она с непримиримой улыбкой и все еще скромным румянцем. — Я не из камня, ты ведь знаешь.

— Действительно, я заметил, — сказал он, нежно тыкнув ее в живот. — Самый восхитительный зефир во всей Эквестрии. — И он приступил к нежному покусыванию по этому зефиру, выдавив едва сдавливаемый смех из кобылы.

Она вздохнула и игриво надулась. — Ох, почему я должна выбрать такого жестокого супруга? — сказала она, драматически вскинув переднюю ногу к бровям.

— Иногда мы ошибаемся в тех, кого мы выбрали любить, — ответил он мягко, и ее улыбка исчезла, когда она отвела взгляд. Он погладил ее взъерошенную гриву. — Как на счет Флаттершай? — Сказал он нежным, обеспокоенным тоном.

— Как и следовало ожидать после того, что этот ублюдок сделал с ней. Она бросила все во… что-то. Несколько особых проектов, которые она считает, могут изменить войну и покончить с этим — Он тихо вздохнул. — Она длилась почти четыре года. Эта война и эти министерства как мода, которая стала довольно нездоровой. Я бы очень хотел чего-нибудь… свежего. — Она посмотрела на него и вздохнула. — А так как он уже вкрался в тему нашего разговора, что этот ублюдок замышляет? Страдания, я надеюсь.

Ванити вздохнул.
— На самом деле, я думаю да. — Странно, радость Рэрити, казалось, превратилось в слабое сочувствие. — Он никогда не хотел сделать ей больно. Но он сделал, и знает это. И я не думаю, что он когда-нибудь простит себя за это.

Она вздохнула и уткнулась лицом в его шею.
— Почему мы не могли встретиться при других обстоятельствах? Таких, где не было бы войны. Или убийств? Или интриг и тайн? Я так ужасно устала от интриг. Или же страхов, что нашим близким причинят боль. Я думала, что к этому времени уже буду замужем. Возможно даже матерью. А сейчас… — Она вздохнула, медленно потирая копытом свой живот. — Я стала превращаться в старую кобылу.

— В сногсшибательную, привлекательную старую кобылу, — ответил он, и взамен она дала ему легкую улыбку. — Мы живем в интересное время. Я просто пытаюсь держать своего племянника под контролем и помешать ему навредить кому-либо. Самому себе. Другим. Я посоветовал ему взять отпуск. Взамен он просто еще больше бросил себя в работу. — Он сжал губы. — Я предполагал покинуть Мародеров, так что я могу надзирать за ним.

— Ты оставишь Джетстрим? — Тихо спросила Рэрити с озабоченным тоном, гладя по его щеке.

— Модификация памяти на этот раз прошла отлично. Она не помнит Стоунвинга, если только в качестве еще одного солдата. Она слишком сфокусировалась на своей работе. Макинтош не дает ей заскучать. — Он вздохнул и покачал головой. — Я предполагаю это способ справиться с горем.

— Почему мы не встретились на Галла много лет назад, — произнесла она с легким вздохом. — Тогда мы бы могли, иметь свой удивительный, счастливый конец сказки.

— Насколько я помню ты виделась с Блюбладом и полностью проигнорировала младшего принца с проблемой прыщей на его спине, — ответил он с легким намеком на упрек.

— Ах. Да. Ну... ты должен понимать Это были мои глупые... ветреные... дни... — сказала она с ярким румянцем. Он улыбнулся и поцеловал её нежно в губы. «Забыли Рэрити, я хочу выйти замуж за Ванити!» Когда их губы расстались, она застонала:
— Тьфу... Постой. Мне просто нужно вернуться в Кантерлот. Моему персоналу уже хватит сплетен. У меня нет времени на четвертый...

— Или пятый? Или шестой? — дразнил он, толкая ее бедром.

Или седьмой? Святая Селестия, Ванити мог бы потягаться в марафонах.

После всего этого, они тяжело дышали и были изнеможены. Она посмотрела на него решительно:
— Ты... монстр.

— Но очень хороший монстр ... — сказал он, и его губы растянулись в улыбке, от чего Рэрити покраснела снова.

— Хватит! Хватит! Я ухожу... прежде чем ты соблазнишь меня, что может привести катастрофе.
Но она оставила время для одного поцелуя. Затем встряхнулась; чудесным образом, её гриве вернулись прекрасные кудри.
Отлично. Это был ловкий трюк. Я бы хотела владеть им... затем она послала ему воздушный поцелуй, и исчезла в бело-синей вспышке.

<center>oooOOOooo</center>

Я проснулась и осмотрелась так быстро, как только могла. Хорошо, не было монстропони, киперпони, ударных отрядов Анкалва, ударных отрядов Оставшихся, кибрепсов, гигантских лягушек, кораблей, Зоди... погодите. Неважно. Я поменяла Зодиаков на... кошмарных понеубийц одетых в черное! Вместо всего этого, я была почти разочарована, так как обнаружила себя на том же матрасе. Ни каких пулевых отверстий. Ни каких жутких ран. Ничего...

Так почему же мои друзья смотрели на меня? П-21 слегка улыбался и поглядыва на меня из-за своего учебника. Скотч Тейп хихикала. Лакуна была... смущенна? А Глори смотрела на меня с очень... странной... улыбкой. Серая пегаска откашлялась тихо:
— Итак. Хороший шар памяти?

Я колебалась, прежде чем осторожно ответила, поднимаясь на копыта:
— Э... да.
Да что происходит? П-21 смотрел так, будто с трудом сдерживал улыбку.

— Очень хороший шар памяти? — снова спросила Глори. Мое замешательство стало уступать раздражению, когда я почуяла, и моргнула. Что это за запах?... Погодите... Я знала чем пахнет ... и пахнет от меня.

— Блэкджек шалунья! — Скотч Тейп повалилась со смеху. Я покрылась красными полосами, как в моей гриве. Дорогая Луна, я была уязвлена! За что мне это? Я же ничего не сделала!

— Я... это была не я! Это они... и это было... Я, — я полностью потеряла способность говорить связно, и просто бормотала, безнадежно пытаясь что- то объяснить.

— Ммм... большая шалунья, — отметила Глори кивком, когда шла за мной. — Мы разберемся с этим позже.
Она вышла рядом со мной, потирая своим боком о мой. А потом хлопнула своим хвостом по моему крупу. Мне показалось, что мой румянец достиг инфракрасного свечения!

Забавно, я помню не так давно, Глори была единственной кто мог, онеметь от секса. Я точно помню, это было её особенностью, не моей. Так почему же я не могу ничего сказать, кроме невнятного заикания? Скотч Тейп похоже нашла в этом источник бесконечной радости.

— Кобылы, — произнес П-21 обобщая, не взирая на свирепые взгляды троих из нас. Он встал на копыта, потягиваясь.
— Ну теперь, когда вы... кхм... закончили... нам пора продолжить наш путь.

Да. Да. Нам пора. Я была готова прогуляться под прекрасным... холодным... дождем. Действительно. Холодный душ из дождя, никогда не выглядел так привлекательно.

* * *

Сейчас я действительно хотела вернуться в сексуальный шар памяти. Действительно хотела.

— Кто их убил? — шёпотом спросила Глори в шоке, когда мы рысцой пробегали мимо. Она прислонила своё крыло к лицу Скотч, и кобылка не спорила.

— Думаешь, для них это теперь важно? — тихо ответил П-21.

Это было важно для меня. Всё это было так... так глупо. Жизнь была уже достаточно трудной. Почему мы убиваем друг друга? Ради крышек? Пуль? Технологий? Каким был грёбаный смысл? Я не могла сказать, были ли они рейдерами, десятниками, поселенцами... и как П-21 сказал, какое это имело значение?

— Мы должны обыскать их, — пробормотал П-21. Я тихо прошипела, но потом кивнула. Он был прав, как бы я не ненавидела признать это. И он мог это сделать. Глори увела Скотч за угол. Я видела её взгляд. Рампейдж была права. Я хотела защитить её невинность, но такой вещи не было в Пустоши. Как можно защитить их от этого?

Тела. Так много тел. И судя по пятнам от внутренних органов, некоторые из них умерли болезненно.

Он вернулся с россыпью патронов, крышками, и гранатами с синей полоской, которые он спрятал. А затем мы просто оставили тела, мы не могли разрыть асфальт для могилы, и ни один пони не смог бы зажечь огонь в этом месте.

Вскоре я изменила мнение.

Кварталом дальше мы обнаружили три костюма почерневшей силовой брони внутри обугленного кафе. Под ними было сложено дерево. Почерневшие черепа висели из доспехов. Они были приготовлены в своей броне.

Я посмотрела на Крупье. На его мрачное выражение. Улыбайся, чёрт бы тебя побрал. Смейся. Будь тем пони, на ком я могла сосредоточить всю мою ненависть. Мне нужна эта ненависть. Но он просто смотрел усталыми глазами. Я думаю, даже смерть могла надоесть сама себе.

Дождь не сильно ослабел. Он падал тяжелыми пластами, которые, казалось, волнами обрушивались на растрескавшуюся землю. Я физически чувствовала синяки, несмотря на свою броню. Дождевой щит Лакуны едва прикрывал её саму, Скотч и П-21. Единственным проблеском хорошего, о котором я могла думать, было то, что дождь сводил видимость почти до нуля. А пока со мной Л.У.М., и не произошло ничего опасного, мы, вероятно, сможем избежать врагов. Теперь мы следовали по вспененному коричневому течению усиленной дождём реки. Чем дальше на север мы шли, тем больше и более замысловатей становились магазины. Они были построены вдоль широкой дороги, с противоположной стороны которой находились перила и насыпь, ведущая прямо к воде.

Затем начался град. Вы знаете, я действительно не имела и понятия, чтобы с неба могли падать куски льда размером с шар памяти. Теперь, имела. И вдруг, я захотела вернуться в прошлое, найти пони, открывшую эту долину и подумавшую: «Давайте жить здесь!», и сбросить вёдра льда ей на голову.

Мы, наконец, достигли площади, и, клянусь, куски достигали размеров копыта.
— Мы не можем здесь оставаться! — перекрикивала я треск и стук блоков льда, отскакивающих от разбитого тротуара вокруг нас. Я могла бы продолжить движение, с моей головой более твёрдой, чем любой кусок льда, судя по тому, каким слабым казался щит Лакуны, пройдет немного времени, прежде чем он падёт под уничтожающей бомбардировкой. Я указала на большое трёхэтажное здание.
«Спортивные принадлежности Сильверстара».
Двери были заблокированы месивом из различного лома, но у здания имелась главная вещь: неповреждённая крыша.

Впятером мы метнулись через площадь, и один кусок льда заставил меня пересмотреть оценки прочности моей головы. Он на мгновение почти сбил меня с копыт, прежде чем я смогла избавиться от него. Нам удалось сдвинуть мусор достаточно, чтобы открыть дверь ... После того, как П-21 вскрыл её, конечно. Я восприняла это как хороший знак.

Мы протолкнулись в проход и потянули за собой дверь, заперев её за нами. Через несколько секунд раздался шум, затем мерцание, когда некоторые из ламп пытались прийти к жизни, но только сделали это наполовину. Громкоговорители затрещали, а затем какая-то мелодия с участием фортепиано и... банджо?... тихо заиграла. Несколько ламп, которым удалось загореться, освещали большие картины серого ковпони шерифа, подшучивавшего над кучей хмурых коричневых животных. Я понятия не имела, какими они должны были быть, но, видимо, судя по картинам на стенах, они были большими, сильными, и глупыми.

Конструкция квадратного здания была большой, открытой и воздушной, со вторым и третьим этажами, как балконами, смотревшими сверху на большой торговый зал. На противоположной стороне находились ещё двери. Одна стена и большая часть потолка являлись оконными стеклами, но вода падала нитями и лентами через десятки трещин, пропитывая грязные одежды, лежавшие кучами по всему первому этажу. Каждый шаг отдавался хлюпающим звуком, пока мы продвигались вглубь здания. Мусор и промокшие одежды застыли в пастообразной массе.

— Красных меток нет, — пробормотала я. Ни один невидимка не выскочил, чтобы напасть на нас. Я побежала к дальним дверям, но они также были заперты. Там стоял лагерь, построенный из кассовых аппратов, с массой контейнеров с сух-пайком около четырёх скелетов. У всех были большие шляпы ковпони, как та, которую носил нарисованный шериф на стенах. Сотрудники магазина, я предположила. Я левитировала два охотничьих ружья, но два века во влаге превратили их в жалкие дубинки, не говоря уж о вооружении. Так же там было и другое оружие. Я была немного удивлена, но сырость не отнеслась к ним лучше. Однако, латунно- и медно-оболочные охотничьи пули сохранились значительно лучше в своих коробках, даже если сами коробки были сырыми.
— Можно вполне посмотреть, есть ли здесь что-нибудь ценное, — сказала я, осматривая просторное место, освещённое лишь рассеянными, слабыми, мерцающими лампами и любым редким светом, которому удалось пройти через облака и окна выше. Почему моей гриве это не нравилось?

Я действительно хотела, чтобы Рампейдж была здесь прямо сейчас. Она бы знала, находились ли мы на территории Вспышек или нет. Я хотела, чтобы она была здесь, просто чтобы отпустить какую-нибудь шутку и снять напряжение. Я просто хотела, чтобы она была здесь.

Скотч тенью следовала за мной, проверяя донышки гильз на ржавчину. Я вычистила монеты из кассы для торговли в будущем и взглянула на них, изображение Принцессы Луны на одной стороне и принцессы Селестии – на другой. Потом я услышала хмыканье кобылки, и посмотрела на неё, поднявшую свои очки и теревшую глаза.
— Разве я что-то сделала не так?

— А? — Я опустилась на колени, чтобы посмотреть ей в глаза. — Нет, конечно, нет. Почему ты так думаешь?

— Тогда... тогда почему Рампейдж не поговорила со мной? Почему она теперь ненавидит меня? — сказала она, шмыгая носом. — Мы шли по туннелям, а затем я просыпаюсь, и ты теряешь глаз, у Глори нет крыла, а Рампейдж без своей брони, и все пони продолжают прикидываться милыми. Так что... Я, должно быть, сделала что-то не так, — сказала она, опустив голову. По крайней мере, она не вышла из процедуры достаточно рано, чтобы также удивиться, почему Рампейдж была таинственным образом всего лишь на несколько лет старше её.

« Отсутствие воспоминаний – отстой.»

Я сделала глубокий вдох.
— Рампейдж не ненавидит тебя, Скотч. У неё были Потрошительские дела, которые её нужно было сделать. Она вернётся когда-нибудь. — О, я очень надеялась, что это было правдой. Я вздохнула и сказала Скотч единственное, что пришло в голову. — Не думай об этом, Скотч. Там внизу нет ничего, что ты хотела бы помнить. Это было действительно плохо, — сказала я, погладив её по гриве. — Мне хотелось бы, чтобы я не помнила, — продолжила я искренне. Но тогда я никогда не заслужила бы возможности забыть.

Я увидела боль в её глазах. Не из-за чего-то. Просто... боль.
— Да, — сказала она, хмурясь и пиная пустую банку. — Я думаю...

— Пойдем. Давай найдем других, — сказала я, идя по направлению к задней комнате. Мы обнаружили П-21 работавшим над терминалом менеджера. Картина на стене показывала серого жеребца в возрасте, самодовольно ухмыляющегося, с огромной шляпой ковпони на голове и звездой шерифа на его жилете.
«Наш основатель», гласил заголовок. «Делиться и заботиться – для лохов».
Существовало странное слово... малоизвестное слово, редко используемое в Девяносто Девятом. Я всегда задавалась вопросом о нём, но оно, казалось, идеально обобщало картину: Козёл.

— Нашёл что-нибудь хорошее? — спросила я его. Скотч Тейп взяла нетронутую книгу со стола и начала её листать.

— Если ты на самом деле не интересуешься доходами этого места за последний квартал, то – нет. Единственное, что здесь, не связанно с бизнесом – вот это. — Он открыл файл.

Кому: Терминал Мирамэйр #3224-C

Привет, Бро. Жаль, что ты пропустил ещё одну игру. Она была чертовски злой. Каламити врезалась на грёбаном поезде в рехнувшуюся Большую Медведицу! Примроуз выглядела подобно «Так, каковы повреждения для поезда?». Я просто отсёк половину её хитпойнтов прямо там. Однако, тем не менее была жесточайшая борьба. Пришлось нанести несколько критов, и Каламити всё же потеряла свою ногу. И Док был съеден, но, да, Брэндивайн сможет просто сделать другого персонажа.

В любом случае, надеюсь, вещи в порядке на базе. Мы все скучаем по тебе,

Бро

Кому: Терминал Мирамэйр #3224-C

Брооооо! Где тыыыыыыы? Мы взяли в группу другую кобылу по имени Парсли. Позволили ей играть Джеком, так как ты ушёл. Это не то же самое. Оно овладела правилами игры, но просто не может играть парнем. Ты знаешь? Во всяком случае, Бро... старик Сильверстар был зол. Видимо, мы взяли больших жирных тараканов, а не хороший вид, братан.

Во всяком случае, сделай следующую игру, братан. Парсли, как бац и воах и швинг и да! Ты можете избавиться от этой салаги сейчас, Бро! Слышишь меня? Легче лёёёёгкого! Поговорим с тобой в ближайшее время.

Бро

Кому: Терминал Мирамэйр #3224-C

Привет, Бро. неприятно было услышать, что ты не сможешь больше играть. Нет, у меня нет проблем, но я не знаю, где мы найдем другого Улыбающегося Джека. Я не могу поверить, что ты оставил меня одного со всеми этими кобылами в пустоши. Как ты мог быть таким жестоким? Дай мне знать, если у тебя выпадет удобный случай поиграть. Я знаю, прямо сейчас все пони по самые рога в дерьме. Только вчера мне устроил разнос Шериф из-за проблемы с жучком. Надеюсь, достану что-нибудь, чтобы позаботиться о нём. Лучше, если это не будет как в прошлый раз.

Так что успокойся. Брохуф.

Бро

П.С.: А ты случаем не знаешь, где мы можем подцепить парочку геймеров?

Кому: Терминал Мирамэйр #3224-C

Привет Бро, ты в порядке? Я пытался позвонить, но Мирамэйр говорит, что тебя там нет. Бро, ну же, поговори со мной. Это Бро. Я знаю, прямо сейчас всё не круто, Бро, но просто поговори со мной. Я всё же достал Улыбающегося Джека.

Надеюсь поговорить с тобой в ближайшее время. Хочу взять тебя в другую шумную игру в пустоши.

Бро

— В пустоши? — прочитала я снова вслух, чувствуя мурашки по спине.

Скотч Тейп подняла глаза от книги.
— Вокруг Эпплузы. Отбивайтесь от виндиго, зомби-буйволов и безумных учёных кобыл, при этом пользуясь тёмной магией, пулями, и упорством. — Затем она подняла книгу в твёрдом переплёте. — Видишь?
Я немного наклонилась. «Пустошь, игра в стиле вестерн-ужас.» Я посмотрела на обложку с паровозом, что я видела в иллюстрированных книгах, который тянули... пони... в то время как полторы дюжины скелетов-пегасов летели над головой, держась на расстоянии от земного пони самца с винтовкой Гатлинга с каким-то паровым приводом, чёрного пегаса, создававшего заклинание из левитируемых игральных карт, и единорога, напомнившего мне о Вэнити, ведущего огонь из двух плавающих револьверов.

«Игра? Ужас реальной жизни не был достаточно плох, поэтому пони пришлось придумать другие?» Она не была похожа ни на один из видов игры что я знала. Я осмотрела грязный, заброшенный офис.
— Ну, если всё это игра, я была бы не прочь выйти и поиграть в Землю Счастливых Пушистых Зайчиков. — П-21 тихо фыркнул, и даже Скотч Тейп, казалось, понравилась эта идея. — Так, больше ничего? — Он вдруг уклончиво посмотрел, его глаза метнулись в сторону. — Что?

Он посмотрел на терминал и вздохнул, поднимая другое сообщение.

Кому: Терминал Мирамэйр #3224-C

Бро. Я не знаю, жив ли ты, Бро. Я не уверен, жив ли до сих пор кто-нибудь. Всё разрушилось. Щит поднялся прежде, чем полдюжины из нас смогли попасть в город. Я не знаю, получишь ли это сообщение, Бро. Я даже не знаю, тут ли ты, чтобы получить его. Повсюду идёт зелёный снег. Прим отправилась на поиски оставшихся в живых, и вернулась очень плохой. Умерла на следующий день. Так что остальные из нас просто отсиживаются здесь. Просто чувствуется всякого рода тяжесть.

Веришь или нет, я создал персонажей Пустоши, чтобы попытаться выйти из положения. Это чёртово сумасшествие, братан. После бомб, смерти, и всего, это – всё, чем можно заняться. Ирония, да? Ну, и чёрт, о я охренительно устал от всего этого, Бро. Скажем, не могу даже поднять больше. Да, прямо как дедушка. Никогда не думал, что скажу это. Я желаю чтобы ты был здесь, чтобы ты мог, наконец, позаботиться об этой твоей невинности. Грёбаная ирония.

Чёрт. Ты, наверное, мёртв, а я говорю тебе чепуху. Извини, Бро.

Лампы снова мерцают, не знаю, как долго у нас будет энергия. Щиты по-прежнему подняты, так что мы надеемся, что какой-нибудь пони придёт из города за нами. Просто желаю, чтобы эта гадость перестала кричать. Думаю, какие-то пони поблизости продолжают вопить... Я бы привёл их сюда, если бы они просто остановились. От этого у меня разболелась голова. До тех пор, мы будем просто продолжать надеяться. Береги себя.

Бро

«Дерьмо.» Теперь я поняла, почему П-21 не показал мне это сообщение. Эти маленькие напоминания о жизнях... миллионов, умерших безо всякой причины. Просто как «миллионы пони» их можно было проигнорировать. «Много пони умерло. Фиг с ними». Но стоило превратить одного из этих миллионов в «Бро», и вдруг я шмыгала носом и потирала глаза. Крупье просто смотрел на меня из угла офиса, его губы были плотно сжаты вместе, сильно насупившись, в то время как он опустил шляпу на глаза.

Теперь свет от ламп усиливался. Музыка потрескивала чуть меньше, и начало проиграться небольшое сообщение об акции два-по-цене-одного: «Не будь таким глупым как буйвол, Дружбан!»

— Эй... Блэкджек? Как ты думаешь, сколько пони здесь умерло? спросила Скотч Тейп, нахмурившись.

— Шесть... согласно сообщениям, — ответила я, чувствуя усталость. Я думала о возвращении к спальным мешкам у стойки. Моя голова убивала меня!

— Тогда почему там семь скелетов? — спросила Скотч Тейп. — Или восемь? Девять?

Четыре у касс. Три в офисе... это были все из них? Я встала и побежала в коридор. Кости. Ты не обращаешь на них внимания в Пустоши; там их так чертовски много, что, в конце концов, ты просто пожимаешь плечами и говоришь «О, смотрите, ещё труп.»
Но сейчас я была обманута видом. Я схватила промокшие, частично разложившиеся ткани и подняла их из грязи. В стиле рейдеров.

— Дверь была заперта... — пробормотала я.

— Снаружи. Там не было ничего, что остановило бы нас от её вскрытия, как только мы... — начал П-21, но потом остановился. Он осмотрелся. — Вы слышали?

Я слышала его. Высокий и далёкий шум... как крик.

Я выбежала на первый этаж, захватила и переместила ближайший холм пропитанной ткани с помощью магии и копыт. Ком разлетелся, тошнотворно мокро хлюпнув, и намокшие кости со стуком выпали. Ещё один холм. И ещё один. Здесь лежали не шесть тел. Здесь лежали десятки.

— Лакуна! — крикнула я. — Глори! — Пегаска шатаясь появилась в поле зрения на краю балкона третьего этажа. — Найди Лакуну! Мы должны убираться отсюда.
Я подошла к двери, мои уже неустойчивые копыта не находили точку опоры на мокром полу. Теперь, когда я обращала на кости внимание, было невозможно пропустить их, торчащие из гнилой одежды. Большинство из них были похожи на мусорщиков. Какая удача, они, должно быть, думали. Начинали собирать все оставленные вещи... а потом засыпали задаваясь вопросом, кто кричал. Мне хотелось заснуть. Моё сердце плюхало в груди; я могла поклясться, что почти слышала мокрый, хлопающий шум в моей грудной полости.

Но это было ничем по сравнению с криком.

Это был не настоящий крик, не тот, каким пони вопят о помощи. Это был устойчивый звук, почти механический. Я не была уверена, слышала я его своими ушами или своей головой, но он был всё громче и отчётливее.

Я подбежала к дверям и сильно толкнула их плечом, но хлам, сложенный за ними, не сдвинулся с места. Я попробовала каждую из них поочерёдно, но не смогла найти ту, которую мы бы расчистили. В отчаянии я подняла дробовик и выпустила две пули; пуленепробиваемое стекло покрылось сколами.
— Богинями-проклятый наваленный мусор! — кричала я, когда мои друзья, пошатываясь, вышли на первый этаж со мной.

Всё это здание было ловушкой. Пони приходили, не замечали ХМА, пока не становилось слишком поздно, и опрокидывались замертво или умирали во сне. Другие приходили и видели бесхозные дары и умирали прежде, чем могли убежать. Это место было похоже на Фланк и туннели. Я чувствовала себя такой уставшей, с пульсирующей головной болью. Хуже того, моя порча просто, казалось, обострялась вблизи полей ХМА. Моё сердце было... дерьмо... я даже не могла это описать. Не было ощущения, что его биение было хоть немного ритмичным.

Шесть месяцев, возможно, были слишком оптимистичным сроком.

— Мы должны выбраться отсюда. Мы по самые рога в ХМА, — сказала я, пока они смотрели друг на друга. — Идеи?

— Стрелять наш выход? — предложила Глори, начиная махать оставшимся крылом от беспокойства. Я указала на дверь, которую расстреляла. Пегаска всё же выстрелила в неё из своей лучевой винтовки, но та лишь опалила стекло. — О, проклятие... Не удивительно, что это место нетронуто.

Я посмотрела на Лакуну, но она едва могла стоять, не говоря уже о телепортации.
— Хорошо. Мы застряли, но мы знаем об этом. Таким образом, никому не засыпать. Если в ваших зельях лечения осталось вообще что-то фиолетовое, пейте их. Если нет, то бросьте их.
Тупые кантри банджо играли какой-то народный мотив, в то время как лампы теперь наполняли магазин постоянным освещением.

Большинство моих зелий обладали нездоровыми оттенками коричневого. Это было быстро... очень быстро. Но если ХМА здесь было настолько сильной, почему мы не заметили сразу? Почему эти тела сгнили? ХМА ещё не была достаточно сильной, чтобы расплавить плоть, но она, конечно, казалась сильной настолько, чтобы предотвратить гниение. Я выпила оставшееся водянистое зелье; по крайней мере исцеляющие напитки других были в немного лучшем состоянии.

Итак, теперь, мне действительно не хватало супер-сильной полосатой кобылы. Если она появилась бы, прежде чем мы откинули копыта, я бы подарила ей хороший большой счастливый поцелуй.
— Хорошо. Глори, посмотри заднюю дверь или окно, или что-нибудь. Я прыгну – сломаю ноги из окна третьего этажа. — Она кивнула и сразу направилась к лестнице. — П-21, сможешь установить бомбу, чтобы взорвать двери?

— Мне придётся превратить осколочные гранаты в ранцевый заряд. Это займёт некоторое время, — сказал он, закусив губу, потом поморщился. Струйка крови потекла от укуса. — Я позабочусь об этом.

— Я помогу, — сказала сразу Скотч, и П-21 выглядел потрясенным. — Я не очень много знаю о бомбах, но я знаю достаточно о фиксирующих штуках, чтобы подавать тебе инструменты и вещи, — сказала она, указывая на свой рабочий комбинезон. В конце концов, он кивнул и побежал к кассам, вытаскивая гранатные яблоки из своих сумок.

Так остались я и Лакуна. Я побежала туда, где могучий аликорн тяжело опустилась, и прижалась своим рогом к её. Вдруг этот крик увеличился до такой степени, что стал похож на ржавые когти в моём мозгу, будто он пытался вырвать меня прямо из моего тела.
— Почему ты не предупредила раньше?

— Он... усилился... — было всем, что она сказала, прежде чем упасть. В этот последний момент, я почувствовала, что она боролась, просто чтобы удержать себя в копытах.

Усилился? Как он мог усилиться? Я потёрла свой сопливый нос, осматриваясь в ярко освещённом магазине. Мы подвинули мусор, вскрыли замок, вошли внутрь и начали зачистку. Я посмотрела на картину с буйвоштуками и ухмыляющимся шерифом. Я бы отдала ей предпочтение, когда свет был тусклым... тогда меньше походило на то, что картина дразнила нас.

Подожди... маленькая розовая пони щёлкнула по лампочке в моей голове. Сперва зажглись лампы... но далеко не все из них. Медленно. Мы, должно быть, привели в действие какой-то датчик, запустивший автоматизированную систему. Когда активировалось питание, ХМА усилилась. Что-то здесь вызывает её...

Если она не была сильной при выключенном питании...

Я помчалась по направлению к задней части магазина. П-21 был занят. Если моя затея не сработает, он будет нашей лучшей попыткой выбраться отсюда. Я облизала губы... и почувствовала кровь. Снова я потёрла морду и посмотрела на тёмно-красный цвет на своей броне. Ой, не хорошо.

Я реально не хочу быть превращенной в кровавую жижу и кости.

Ворвавшись в кабинет директора, я посмотрела на терминал. Меню не предлагали большие надежды. Объёмы продаж, инвентаризация, пони-часы, сообщения... затем внизу я увидела «функции магазина». Я прокрутила вниз до этого пункта и щёлкнула.

>Автоматика магазина: Включена

>Свет: Включен

>Атмосферность: Включено

>Кофеварка: Внимание. Критичная ошибка!

Я не смотрела сильно дальше этого. Перевела всё в положение «выключено». Лампы погасли одна за другой, затем протрещала и замолчала музыка. Крик продолжился. «Хорошо. План Б.» Я приподняла рукав своей брони, сняла скобу, и мечом порезала переднюю ногу. Удерживая вытянутой болтающуюся конечность, я начала махать ей вперёд и назад.

Если неважно-что, делавшее это, было глубоко под землей, то мы облажались. Но затем я почувствовала резкую боль в протянутой ноге... рана, казалось, увеличивалась прямо перед моим глазом! Я сделала самую худшую вещь и начала хромать в том направлении, в заднюю часть магазина. Там просто валялись кучи испорченной одежды и другого мусора, но я продолжала идти. Продолжала двигаться, даже когда мои внутренности сжались. Какую бы боль не приносил путь, я должна была идти по нему.

Это была действительно плохая идея. Я могла чувствовать, как рана распространялась. Но идея работала. Каким ни был источник, он, казалось, находился в дальнем конце магазина. Почти на месте... почти... а потом я пришла к бетонной стене и застонала. Голова раскалывалась, всё тело болело. На стене не было ничего кроме глупого металлического ящика.

Глупый металлический ящик прямо передо мной. Он не был большим, может быть, размером с моё копыто. На нём было написано что-то наподобие «Роузлак». Мой глаз не очень чётко видел. Я медленно открыла коробку. Внутри торчали пара проводов, прикрепленных к металлическому кольцу, испускавшему зловещий зелёный свет. От простого взгляда на него на него мой глаз пульсировал.

Эта... маленькая штучка? Она была источником ХМА? Или она её как-то усиливала? Я попыталась протянуть к ней копыто, но от мышечных спазмов в конечности всё моё тело заболело. Я подняла дробовик своей магией, но моя концентрация была дерьмовой. И снова, техника огнестрельного оружия земного пони спасла день. Я снова и снова выстрелила в коробку, в моих ушах пульсировала боль.

После семи патронов коробка сломалась. Тонкое металлическое кольцо взлетело в воздух и исчезло в мусоре. Однако, это не имело значения. Свечение исчезло, и боль в моём черепе отступила к тупому пульсированию. Крик уменьшился до шёпота, а затем затих. Медленно, я потопала назад, конец моей левой передней ноги выглядел так, будто попал в кухонный комбайн. Было не трудно найти свой путь. Просто следовать за красным. Я прихромала на торговый этаж как раз вовремя, чтобы встретить Лакуну, идущую в зал.

— Чувствуешь себя лучше? — спросила я, а затем мой глаз закатился, и я потеряла сознание на покрытом грязью полу.

— Богиня желает, чтобы я напомнила тебе ещё раз, что это не представляет собой благодарность или обязательства перед тобой. Она просто не желает, чтобы столь ценный ресурс был потерян из-за капризов Пустоши, если только не сможет подходить для её целей, — сказала Лакуна, её рог слабо светился фиолетовым. Губы тёмного аликорна скривились немного больше. — О, она, видимо, не хотела, чтобы я говорила тебе эту последнюю часть.
Магия сращивала вместе плоть и сухожилия под бдительным оком Глори.

— Да, да. Я её тоже люблю, — пробормотала я саркастически, пока моя травма медленно исцелилась. Мне бы хотелось еще больше, что бы она исцелила Глори, когда та получила ранения... но это было явно слишком, чтобы тогда спросить. — Я рада, что, наконец, Богиня обучила тебя заклинанию исцеления.

— О, она не учила. Заклинание принадлежало Виндирид. Она была медиком во время войны. — Лакуна состроила кислую гримасу. — Богиня просто вложила его в меня. Обучение ему заняло бы слишком много времени.

— Так почему же она просто не вложит в каждого аликорна базильон заклинаний и не придёт к власти в Пустоши? — спросила Глори, руководя процедурой. Видимо наличие заклинания не делало из Лакуны эксперта в том, как его использовать.

— Она пробовала. Результат был неудачным. Ум обладал столькими многими возможностями, большинство из них были чужды нам, и мы совершали ошибки. Лучше, когда нам даётся минимум заклинаний, чтобы сосредоточиться на них, но мы их знаем очень хорошо. И мы всегда обучаемся новым возможностям их применения. Есть одна кобыла, в частности, которая, безусловно, подгоняет наш процесс обучения. — Она улыбнулась. — Хотя, я – что-то вроде особого случая, — добавила она.

Я смотрела на неё, на аликорна-свалку нежелательных мыслей и чувств. Пони, которая никогда не была пони. Я хотела спросить о том, кем она была, прежде чем стала аликрном. О семье. Друзьях. Жизни. Всех тех вещах, которых у неё никогда не было.

— Всё же, это удивительно, Блэкджек, — ещё раз в восторге сказала Глори. — Ни одному пони никогда не удавалось найти источник ХМА! Он всегда считался своего рода магическим уроном окружающей среде или каким-то оружием зебр, но его распространение было загадкой. Если она вызвана устройствами, то мы могли бы в конечном итоге убрать их!

— Я не знаю, что это было. Я была довольно спутана на тот момент. Но я не думаю, что оно ушло. Просто вернулось обратно в норму, — сказала я, смотря на них, трудящихся в нормальном мраке Хуфингтона. Очевидно, что после отключения всего, я выключила и терминал. Теперь мы не могли его снова включить.

— Тем не менее, это феноменальный прорыв, — сказала Глори с ликованием. — Мне так не терпится написать моему учителю по этому поводу. Хи! — Она буквально танцевала на своих копытах. Я ждала, чтобы услышать Рампейдж, рассказывавшую саркастическую шутку о Глори яйцеголовой... но ничего. Богини, я скучала по ней. П-21 собирал свой ранцевый заряд; Лакуна могла телепортировать его на улицу, чтобы открыть дверь. Скотч Тейп искала любые продукты питания, медикаменты, или боеприпасы ещё бывшие в хорошем состоянии. Она была почти так же хороша в зачистке, как и её папа ... но я придерживала это в себе. «Видите? Блэкджек может учиться.»

Таким образом, когда мы вошли, эта коробка включилась и начала убивать всех нас. Почему? Как? Понятия не имею. Но по крайней мере мы знали, что было её причиной. Я старалась думать о том, что было написано на той коробке, перед её уничтожением. Роузлак... сады? Субъекты? Служба безопасности? Эх, теперь я боялась, что выдумывала это, пытаясь вспомнить.

Мы избежали ещё одной опасности, подумала я, когда Лакуна закончила. Не то, чтобы я это сказала, но её исцеление оставила окоченение и боль в той конечности. Ну, нищим выбирать не приходится, Блэкджек. Костлявая сволочь меня ещё не забрала. Но, когда я посмотрела на кости за кассами, я услышала тасование в моей голове. «Просто подожди», казалось, говорили они.

Мы достигли главной дороги, выходящей из Ядра; ещё одно четырёх-полосное шоссе, прорезанное прямым как стрела... на восток. Да, это было не очень хорошо для нас. Большее беспокойство вызывал сломанный мост, который когда-то был переправой через реку. То, что осталось от огромной бетонной арки, было покрыто вагонами всех типов, и они были собраны вместе в поселение сугубо неприятного вида. Шипастые украшения никогда не были хорошим знаком во всём Хуфингтоне.

— Ну... что же мы будем делать? — спросил П-21, посмотрев на... город.

— Мы не можем просто обойти? — спросила Глори, указывая на мокрую дорожку, тянущуюся под мостом.

Он указал копытом вверх.
— Ты смотрела на это место? Ты говоришь мне, что мы должны просто оставить его? Они могут быть рейдерами!

— Может быть, но они не нападают на нас. Хуфингтон достаточно опасен; ты предлагаешь нам сойти с нашего пути, чтобы затеять драку с любыми случайно встреченными пони, если нам не понравится, как они выглядят? — возразила Глори с угрюмым видом. Мои друзья смотрели друг на друга.

— Эй. Эй. Поумерьте пыл, — сказала я в беспокойстве. Глори и П-21 обычно не придерживались одного мнения, но они редко готовы были пристрелить друг друга. Я посмотрела на встревоженную Скотч и вздохнула. Всё отдала бы за то, чтобы РАмпейдж была бы здесь прямо сейчас... — Смотрите, есть очень простой способ решить эту проблему. — Они уставились на меня. Я предположила, что Блэкджек в роли голоса разума была немного удивительной. — Я рысью подбегаю туда и говорю «привет». Если они стреляют в меня, мы будем знать, что они – плохие пони. — «Как тот мусорщик возле башни САОМТН?» Я вздрогнула в душе. — Гм, если они многократно стреляют в меня, крича о том, как собираются изнасиловать меня или съесть, или ёбнуть меня... тогда мы поймём, что они плохие пони, — поправилась я.

Хорошо. Теперь ЭТО был взгляд, более знакомый мне.

— Блэкджек, ты пытаешься убить себя? — выпалила Глори. — Мы только что вылечили тебя!

— Это, должно быть, один из самых идиотских планов, которые я когда-либо слышал! — в то же время возразил П-21.

Я топнула... и эффект был разрушен мною же, обрызгавшей себя мутной водой. Мои губы подёргивались в течение нескольких секунд, прежде чем я указала копытом на Глори.
— Ты права. Мы не должны просто стрелять во всех пони, с кем сталкиваемся. — И затем я указала на П-21. — И ты прав, если они все пониеды или что-то в этом роде, то у нас есть обязательства в виде предотвращения их от причинения вреда какому-нибудь другому пони. Итак, хоть у одного из вас есть другой вариант?

П-21 взглянул на мост. Первые пятьдесят футов были полностью открыты.
— Нет...

— Хорошо. Итак, я подбегаю и говорю «привет». П-21, ты подкрадёшься, пока они обращают внимание на меня в случае, если они плохие. Глори, держись позади со Скотч и прикроешь меня, если придется бежать. Лакуна, если дела пойдут совсем плохо, телепортнись и защити меня, чтобы мы могли отступить. Помни, что мы близко к городу, и его системы воздушной обороны могут найти в тебе прекрасную мишень, поэтому не летай. Лакуна кивнула.

План просто кричал «плохая идея», но что я могла поделать? Какой-нибудь пони должен был совать нос в дела других пони. Им вполне могла быть я.
— Ну, пойдем поздороваемся...

Я пошла к поселению с винтовкой Тауруса рядом со мной. Мне нужно имя для охотничьей винтовки... Бульдозер? Не-а. Старый Булл? Может быть, но оно должна быть круче...

Когда я ступила на мост, мой Пипбак звякнул. «Фоллен Арк» появилось в панели навигации моего Л.У.М.а. Теперь виднелось название, вселявшее доверие и мир. Когда я подошла к главным воротам, заднему люку крытого стального вагона, два пони-смотрящих, расположившихся над ними, повернулись и вскочили. Они начали стучать по металлическому барабану, призывая больше пони к воротам.

— Кто идёт? крикнул жеребец сквозь ливень, когда они собрались на крыше металлических вагонов, заблокировавших мост. Я посмотрела в сторону и увидела П-21, ёрзавшего под одним из старых автомобилей и исчезнувшего из поля зрения.

— Охранница! — крикнула я в ответ. Если что-то и собиралось заставить их начать стрелять... но они ещё не сделали этого. Я восприняла это как хороший знак.

— Что ты хочешь? — крикнул жеребец.

«Я намереваюсь уничтожить всех вас.»
— Просто выйти из под дождя, — ответила я.

— Уходи, — парировал жеребец.

— У меня есть крышки для торговли.

— Я сказал, уходи! — Выпущенная из винтовки пуля со звоном ударилась об асфальт передо мной.

Затем я увидела лицо П-21, появившееся из-под вагона. Он посмотрел мне в глаза и медленно покачал головой, проводя копытом по горлу.

Я вздохнула и затем, сузив глаз, посмотрела на половину дюжины пони на стене.
— Теперь слушайте! Я промокла, устала, а теперь раздражена. Вы бросаете оружие и открываете двери в это место. Каким бы странным дерьмом вы там не занимались, оно будет закончено, и затем я пойду дальше. В противном случае, я навлеку на вас такую ярость, что вы пожалеете о том, что родились. Я разрушу этот чёртов мост голыми копытами и сброшу всё это в реку, и пусть Селестия разбирается с вами в загробном мире! — кричала я, начав ходить взад и вперёд. — Так что же вы сделаете? Потому что мне надоело ждать!

Они смотрели друг на друга, пока я стояла под дождём, стекавшим каплями по стволу винтовки Тауруса. Я смогла увидеть снайперскую винтовку, но её владелец стоял вне укрытия. Он был первым... затем...

Затем оружие упало на землю, и они убрались из виду.

Я удивлённо моргнула.
— Хах, — пробормотала я, запинаясь, когда испуганный жеребец распахнул двери в поселение. Медленно, я подошла, высматривая своим Л.У.М.ом. красное посреди голубых меток.

— Пожалуйста, не убивай нас, — попросил он, пока я проходила. Я оглянулась на Глори, Скотч, и Лакуну и жестом показала им остаться. Я шла через вагон. Дальний его конец был срезан.

Фоллен Арк было не таким уж и большим поселением, если судить по жителям. Я сделала вывод, что его название было связано с промежутком упавшего моста длиною в сто футов, к которому оно примыкало. Полдюжины вагонов были преобразованы в ржавые убежища.
— Мне здесь нужны все пони, прямо сейчас, — прокричала я сквозь дождь. Один за другим появились жеребцы... и только жеребцы. Их было, может быть, восемь или десять. Мой глаз охватил ржавые приюты... но было одно здание, полное синих меток. — Я сказала «все»!

Затем дверь открылась, и появились ещё двое жеребцов, кобыла несла грязную тряпку, стелющуюся за ними. Один из них ртом сжимал детонатор. Другой, которого я приняла за лидера, учитывая, что все пони смотрели на него, прочистил горло.
— Здравствуйте. Меня зовут Коллар. — «О, это служило хорошим предзнаменованием.» — Я приветствую вас, но я боюсь, что вам придётся покинуть это место, Мисс Охранница. У вас нет никаких дел здесь и нет права судить нас.

Я осмотрелась и обнаружила голубую метку П-21, двигавшегося в стороне. Он взглянул на меня, и я снова посмотрела на лидера.
— Ну, звучит так, будто что-то здесь нужно осудить. Я бы очень хотела заглянуть внутрь того вагона, — сказала я, указав моим ПипБаком, снова смотря на П-21. Он легонько кивнул и исчез.

— Там содержатся наши кобылы и жеребята, — резко ответил он. — Вы не лишите нас нашей собственности. — «Собственности?» Затем мой глаз различил ошейник на горле кобылы. Работорговцы. Коллар закашлялся. — Тем не менее, мы не желаем идти на компромисс. Уйди сейчас, и мы позволим вам взять Кловер с собой.

Я почувствовала отвращение, какого не ощущала в течение длительного времени. Рейдеры были больны. Бандиты были жестоки. Однако, ничто не мутило мой живот так, как мысль о продаже пони другим пони. Это напомнило мне о Девяносто Девятом.

— Ну, это звучит довольно щедро, — сказала я, увидев П-21 скользившего так же тихо как призрак через окно в трейлере. Были преимущества в том, чтобы быть низкорослым подлым пони. — Но я боюсь, что этого не совсем достаточно. Почему бы тебе не дать всем эти кобылам уйти, и я назову это справедливым.

— Эти кобылы – наша собственность и наши средства к существованию. Без них мы практически трупы. Если вы попытаетесь забрать их силой, то мы можем с таким же успехом ликвидировать наш склад, — спокойно ответил он.
«Ликвидировать? Серьёзно?» И я не забирала его собственность, я освобождала пони! Я ужасно горела желанием испарить его голову...

— Ваши средства к существованию? Ваша... собственность?! — возмутилась я, мой глаз сузился, когда я посмотрела на него. — Ты говоришь мне, что единственный способ для вас выжить – это продавать мясо других пони? — Я знала, что сейчас П-21 должен был снимать те ошейники. Я должна была выиграть ему время. — Найдите другой путь! Лучше!

— Это и есть лучший путь! — парировал он. — Из поколения в поколение мы ловили отбросы из реки, спасали то, что могли, и охотились на то, что находили в болоте, и всё равно этого не хватало! Я смотрел как моего деда поглотила болезнь и как моего отца забрал голод! В конце концов, мы продали излишки нашего населения и приобрели достаточно пищи для остальных, чтобы выжить. Я сам продал своих дочерей вместо того, чтобы видеть, как они голодают. Мы сдаём в аренду наших самок, или продаём их, чтобы поддерживать сообщество. Чтобы поддерживать цивилизацию. Мы сделали то, что должны, чтобы выжить.

«Подожди...»
— Ты говоришь мне... — Я даже не смогла закончить эту мысль. Это были не просто захваченные пони... это были их собственные семьи? «Излишки населения?» Они не просто держали кобыл в качестве рабов, но разводили их! Теперь я была рада, что зашла сюда. — Ну. Как мило. То, что вы должны делать, чтобы выжить сейчас – это снять все и каждый эти ошейники и бросить их в реку. Если хотите продать какого-нибудь в рабство, продавайте себя! — Чёрт, мне нужно было замолчать. Замолчать! Но я чувствовала, словно всё это просто разрывало меня.

Похоже, он был не в настроении для шуток. Честно говоря, так же как и я. Лидер вздохнул.
— Я не хочу драться с вами, Охранница. В вашей опасности сомневаться не приходится. Но это наше сообщество, и мы ещё раз просим вас уйти.
Кобыла смотрела на меня широкими, испуганными глазами. Она обмочилась как животное. От этого моё сердце заколотилось в ушах.

—Ты блять хочешь сдохнуть? —Прокричала я. Жеребец с детонатором во рту вздрогнул.

Кловер взорвалась.

Это не было похоже на гранату или что- нибудь, что я когда-либо видела. На самом деле взрыв прозвучал резко «Крак». Энергия взрыва была направлена на тяжёлый металлический ошейник. В конце концов ни один пони не хотел, чтобы смерть раба причинила вред владельцу. В результате взрыв сформировал песочные часы, направляя розовое веером в верхи и вниз относительно ошейника, между тем все между её головой и плечами было распылено. Горячие кусочки пони смешались с дождем.

И это был момент, когда все превратилось в один красный пронзительный крик.

Я бросила взгляд на того что был с детонатором во рту, вошла в З.П.С и с трёх магических пуль испарила голову и детонатор. Я почти не чувствовала воздействия слева от меня; жеребцы тем временем воспользовались моей слепой стороной и перевооружились. Моя броня поглотила удар и мои желе-кости согнулись, но не сломались, небольшое благословение, предположила я, развернулась и левитировала свой дробовик. Чёрные противопехотные патроны были заряжены, и стреловидные поражающие элементы отделяли плоть от костей пони, когда я выстреливала облако за облаком острых как бритва дротиков в жеребцов.

План сейчас был прост: убить всех до последнего ублюдков, прежде чем они доберутся до другого дето... «Черт»! Я обернулась, выискивая лидера.«Где же он?» Красные метки перемещались по всюду. Зеленые вспышки и белые магические стрелы сообщили о приближении Глори и Лакуны. Я просто должна была найти лидера. На тот случай, если есть другой детонатор, а его не могло не быть!

Я предположила, что наиболее целый вагон принадлежал ему, однако он все были довольно разбиты. Я проигнорировала пули попавшие в меня, жгучая боль помогла мне сосредоточиться, пока я перезаряжала противопехотные патроны. Увидев закрытую дверь, я помчалась к ней, протаранив её своим плечом. Жеребец попытался спрятаться под кроватью! Но мне нужен был не жеребец, хотя!

Я схватила зубами его за хвост и вытащила.
— Где Коллар? — закричала я, осмотрев его кьютимарку. Затем сильно ударила по спине. Мне хотелось убить его прямо здесь. Я прижала дробовик к его промежности. — Где он?

— Следующая дверь! — закричал он, одновременно теряя контроль над мочевым пузырем и кишечником. — Пожалуйста не убивай меня!

Я хотела. Я хотела убить их всех до единого. Капелле не нужно продавать пони. Риверсайду этого не нужно. Мегаматру не нужно. Черт да я даже, во Флотсэм не видела рабского ошейника! Если в других местах общество не может обойтись без этого дерма, то так тому и быть.

Но я не палач. Я не убивала Роуз. Я не собирался убивать этого. Но спаси меня Селестия, я хотела

Тем не менее, просто убегать я тоже не собиралась. Прикладом дробовика по его репродуктивным органом, было конечно сурово, но не смертельно.
— Выбери другую жизнь. Увижу как ты делаешь это снова и они будут размазаны! — не уверена, понял ли он меня, пока лежал, свернувшись калачиком, и рыдал, я и так много времени потратила на него. Мои копыта выскользнули из под меня, когда меня занесло на мокром асфальте, я замахала своими армированными ногами в воздухе изо всех сил, пытаясь встать. Мои друзья где-то громко звали меня, но я не могла ждать. Я не могла слушать. И я ввалилась в последний вагон, открыв его толчком своего плеча.

Коллар повернулся ко мне лицом, защелкивая ошейник-бомбу на своей шее. Его глаза были жестоки, и он презрительно нахмурился... но улыбка его была триумфальной. Задыхаясь я подняла пистолет, ища другой детонатор. Он не мог быть один.
— Теперь продашь себя? Означает ли это, что какой то пони действительно послушался меня и изменился?

— Ты уничтожила мой единственный детонатор.
Почему то мне не стало лучше, когда он защелкнул застежку ошейника.
— Ты когда-нибудь слышала о связи ошейников, Охранница? Без детонатора, их настройка меняется... если взрывается один... взрываются все.
Я чувствовала себя так, как будто мой живот разрезали, и внутренности вывалились наружу.

— Разве ты не хочешь жить? — спросила я в отчаянии, отводя от него пистолет. У меня хватит сил на одну или две магические пули. Смогу ли я уложить его с двух в голову? ...хочу ли я рисковать?
— Я позволю тебе уйти! Прямо сейчас! — кричала я на него. — Я дам тебе шесть тысяч крышечек, прямо сейчас! Только... не надо!
Если я убью его, взорвется ли он? Может ли он открыть его или это слишком сложно?

Он плюнул мне в грудь.
— Ты сейчас там убила моего сына, Охранница. Просто так. Это было тяжело для тебя? Работала ли ты до седьмого пота, до того как пришла и стала нас осуждать? — ответил он глядя мне в глаза. Я узнала это дерьмовый взгляд, и вынула дробовик.
— Ты должна была просто уйти, Охранница.
Я нажала на спусковой крючок, когда его копыто дернулось к застежке взрывного ошейника . «Бум» смешался с резким «Крак».

И звуки резких взрывов наполнили воздух снаружи. Я стояло словно окаменевшая, когда обезглавленное тело Коллара покачнулось и рухнуло. Я стояла здесь, забрызганная кровью, словно дождевой водой. Мои губы дрожали.
— Я бы оставила тебе жизнь... Я бы заплатила тебе... черт побери... — я зажмурилась и закрыла лицо.
— Черт побери! — вопила я в свои копыта.

В независимости от того, что я делала... как я ни старалась... Пустошь выигрывала. Это убивало чуть больше. Это терзало чуть глубже. Крупье просто смотрел, стоя на противоположной стороне этой маленькой лачуги, а я кричала, подняв дробовик и направляя каждый заряд в него. Когда патроны закончились, я зарядила разрывные, и наплевать в какое состояние они приводили мой дробовик. Снова и снова дробовик ревел, пока я уничтожала все, что видела. Мне было все равно, даже если здесь был бы пожизненный запас Дикого Пегаса. Все было взорвано. Зажигательные патроны, подожгли кровать. Вскоре загорелся огневой обогреватель.

В тот ужасный момент я хотела остаться там и тоже сгореть. Тогда я пнула эту идею и саму себя, за то что подумала об этом.

Я не могла этого сделать. Не сейчас. Кашляющая и разбитая я зашаталась прочь. Медленно я вышла под дождь. Шаг за шагом я шла к пассажирскому вагону в котором держали рабов. Скольких ему удалось спасти? Как много... Я увидела Глори и Лакуну стоявшую около П-21, защишавшую их от дождя. Скоч Тейп было сильно плохо.

Ни каких синих меток. Ни одной. Если были выжившие, то они убежали из радиуса действия.

Фоллен Арк был бойней, а я была мясником. Если бы я просто прошла мимо... нет, решила похоронить его на всегда. Итак, теперь мгновенная жестокость норма, если задержаться на месте, то так будет постоянно? Я медленно подошла к П-21, он был в таком сильном шоке, что Глори едва сумела ввести ему Мед-Икс. Передняя часть его копыт была оторвана взрывом. Его лицо было вымазано в крови. Он посмотрел на меня, и по его щекам текли слезы.
— Я пытался... Я действительно пытался... — он плакал — ...не дать им умереть, Блэкджек. Пожалуйста. Пожалуйста, поверь мне.

Неужели он думает, что я могла бы поверить, что он просто стоял в стороне, и ждал пока эти ошейники взорвутся? Будто бы я когда-нибудь думала, что он способен на такое.

Как будто бы он когда-то так поступал...

Нет. Не думай об этом. Я не смогла сказать ни слова, когда Глори сделала ему инъекцию Гидры. Она не стала поднимать шум по этому поводу или причитать; П-21 нужно восстановить его копыта. Немного заразы было малой ценой. Яд распространился чуть больше.

Я посмотрела на пропитанные кровью тела. Кровь пони текла словно река из под двери. Кровь пони смешивалась с дождем... текла на встречу реке. Я никогда не была так рада дождю. Никогда. Он смывал все прочь.

После всего этого я должны была что-то сделать с телами, но я понимала что. Работорговцы были падалью, но вот их жертвы заслуживали... чего-нибудь! Их нельзя было сжечь... земли пригодной для захоронения не было. Мысль о том, чтобы сбросить их в реку пугала меня ещё больше, но похоже это единственное, что мы могли сделать.

Тогда Лакуна шагнула вперед и её рог засветился.
— Что ты делаешь? — спросила я тихо.

— То что должна Богиня, — ответила она, и первое тело поднялось в её магической хватке, и начало подниматься выше и выше над рекой. Красный свет на вершине массивной военной стены, окружавшей Ядро, становился все ярче и ярче, а затем луч поразил тело. В течении нескольких секунд словно звезда вспыхнула над рекой, обращаясь в пепел, который тут же был развеян.

Затем ещё одна звезда. Ещё одна. Ещё одна...

Ещё одна...

Лакуна была достаточно доброй, чтобы оказать уважение и работорговцам тоже. Она была лучшей пони чем я. Это был единственный уголок Пустоши лишённый костей. Глори пришлось мародерствовать, и она смогла собрать только горсть патронов и крышечек. Честно говоря, я не могла желать большего. Я просто хотела идти дальше. Я устала от дождя. От крови. От всего.

Это была не моя вина. Я знала это. Так же это не была вина П-21. Он не потерял бы свои копыта и почти своё лицо, если не пытался бы снять ошейники. Вина лежала на Колларе. Он и другие годы назад решили заниматься продажей своих близких. Это не имеет значения, если они оправдывали это как простое выживание. Ты мог оправдать что угодно, если работал бы над этим достаточно долго. Они создали сообщество, основанное на зверстве, а затем на их беду я рысью пробегала мимо.

Так почему же я чувствовала себя виноватой? Потому ли, что я была самоуверенной, подходя туда такой наглой и дерзкой? Тогда они должны переименовать Дэш «Блэкджек». Я могла бы не срываться дольше. Чёрт возьми, я могла бы удалиться... но запланировал ли Коллар что-то как только узнал, что я была рядом?

Крупье шёл рядом со мной, но я не говорила с ним, а он не разговаривал со мной. Старый жеребец уже высказался. Больше нечего было добавить.

— Ты боишься облажаться...

Почему? Я была так хороша в этом.

Конечно, я действительно никогда не ценила, каким на самом деле приятным был «мелкий» дождь, но по крайней мере нам посчастливилось не иметь возможности оценить бомбардировку льдом. Единственным следом, оставшимся от града, был случайный огромный кусок льда таявший рядом с дорогой. Тем не менее, дождь был достаточно сильным, чтобы больше не было ничего настолько глупого, чем следовать вдоль реки под ним. Мы прошли покоробившиеся остатки пристани для яхт, катеров и доков и свай, вместе запутавшихся в кучи из-за мощного течения реки.

Дождь был настолько сильным, что мы почти пропустили надпись. Это был бы фокус сам по себе, учитывая её размеры. Надпись была нарисована на рекламном щите, висевшем на фасаде дома. Какой-то пони вывел тёмно-красным буквы двух слов.

Хуффингтон возродится.

Я почувствовала, как мурашки пробежали по спине, и взглянула на Ядро. «Хуффингтон возродится? Лозунг из двух веков тому назад появился здесь? Сейчас?» Краска не сильно пострадала от погоды. Мои друзья посмотрели на меня, когда я побежала к надписи и положила моё копыто на красные буквы. Никто не рисует лозунг тридцать футов в ширину и двадцать футов в высоту случайно.
— Блэкджек? — спросила озабоченно Глори, избавив меня от этих мыслей. Мы все промокли. Ну, за исключением Лакуны и Скотч, конечно.

— Ничего. Просто... тебе это не кажется странным? — спросила я, и Глори криво улыбнулась в ответ.

— Блэкджек, мы только что сбежали из магазина спортивных товаров, который убивал нас каким-то магическим устройством. Вчера мы встретились с двух вековой маринованной пони в банке. А за день до этого... — Она замолчала, глядя на Скотч, прежде чем закашлялась. — В любом случае. Мой страннометр разбит уже не первый день. — Она засмеялась, толкая мой круп, затем нахмурилась. — На самом деле, у меня его никогда не было. Я имею в виду, что бы он измерял, и как бы ты определяла масштаб этого...

— У меня есть идея , Глори,— ответила я с улыбкой. Первая улыбочка за последние пару часов.

— Это просто надпись, Блэкджек, — спокойно сказал П-21, взмахивая гривой, пытаясь стряхнуть воду с глаз. В его волосах всё ещё виднелись маленькие кусочки пони, но по крайней мере у него ещё были его копыта и лицо.

— Да, — пробормотала я, одарив надпись последним долгим взглядом, прежде чем продолжила путь по тротуару, бегущему над ударяемой волнами пристанью. «Просто надпись...»

— Хорошо. Заявляю официально. Хуффингтон сосёт мой двухсотдюймовый хвост! — ворчала я, пока мы шли дальше на север, в то время как река изогнулась прочь на запад. Здания превратились из фантазийных магазинов в более деловые структуры. Большинство из них были пяти или шестиэтажными, ничто по сравнению с башнями в Ядре, конечно, но высокими по сравнению с тем, что мы видели за последние время. Мы двигались немного в гору, что, в сочетании со всем дождём лившимся на нас, означало, что половину времени было скорее похоже, что мы пытались перейти ручей. Ливневые стоки не могли справиться со всей водой, и поэтому она бушевала и стекала повсюду вокруг нас. Я была по колени в холодном потоке.

Затем земля взорвалась.

Конечно, она взорвалась! Все самопроизвольно взрывается вокруг меня! Трубы! Вертибаки! Кобылы! Чёрт возьми, Деус из-за меня взорвался дважды! Так что, действительно, я не должна была так уж удивляться ракетному взрыву, который сбил меня с копыт и послал катиться назад, пока я не ударилась в П-21 и Глори. Лакуна, державшая себя и Скотч в воздухе, сразу же подняла щит. Хорошая вещь, слишком, учитывая шквал огня пушки Гатлинга, который распылялся по нему. Я проследила за мигающей линией огня до балкона...

«О. Привет, Стальные Рейнджеры.»

Пара рейнджеров. Они стреляли ракетами и пушками по моей подруге и кобылке, левитируемой рядом с ней. Фиолетовый щит кобылы мелькал белым от каждого воздействия. Лакуна сосредоточила все свои силы на его сохранении, и ещё ракеты от одного из костюмов силовой брони прочертили полосы к ней. Щит вспыхивал снова и снова, пока она старалась изо всех сил поддерживать его.

Я видела раньше силовую броню Стальных Рейнджеров. Честно говоря, я не была так уж впечатлена... в основном потому, что у меня не было такой. Но под ведущими сейчас по мне огонь несколькими костюмами, я должна была признать, что действительно не хотела драться с этими пони. Тяжелый металл, казался гораздо более... крепким... чем я предполагала теперь, когда он стрелял в моих друзей.

Затем щит разбился, когда взрыв выбил обеих кобыл из воздуха. Скотч завизжала, и я развернулась, дотягиваясь до неё своим телекинезом, чтобы попытаться поймать. Я едва замедлила кобылку, и услышала треск удара её жёсткого приземления. Лакуна кричала, когда пули прорезали её шкуру, пока она пыталась поднять другую мерцающую защиту. Скотч Тейп не двигалась.

Я проглотила таблетки Бака и рванула к укрытию первого Стального Рейнджера. Мой инвентарь сказал, что я где-то подобрала немного Флэша. К чёрту. Я левитировала его из сумки, несясь так быстро, как мои стучащие скобы позволяли, и вставила загубник, позволяя химии заполнить мои легкие. Время замедлилось до скорости улитки, пока я сокращала дистанцию. Стальной Рейнджер, казалось, понял, что была другая угроза, нежели моя подруга аликорн. Я покинула вызванное Флэшем ускорение как раз вовремя, чтобы войти в замедленное время З.П.С. и направить четыре выстрела в череп Рейнджера.

От первого выстрела её броня почернела. От второго разрушился светящийся окуляр. Третий пробил трещину длиной с копыто в боку шлема. Четвёртый снёс металлический выступ. Я увидела розовую кожу и испуганно смотревшие на меня голубые глаза, когда исчезло заклинание прицеливания. Я оттолкнулась, моё Баком наполненное тело поднялось и оттолкнулось. Я ощущала себя той оранжевой кобылой, поднимавшей полную корзину яблок. Одна скоба подалась под моей бронёй, но все жё я подняла её, пока здоровый бронекостюм не опрокинулся с металлическим грохотом. Бдительность прижался к тому глазу, в то время как я смотрела на неё сверху вниз.

Крупье стоял неподалёку. Нажми на спусковой крючок, казалось, говорило его серьёзное лицо. Что есть ещё один труп? Ты скулишь и оплакиваешь мёртвых, так что наделай их ещё. Пони падают, как дождь в Хуфе. Нажми на спусковой крючок. Сделай это.

Я так устала от трупов.

— Она в порядке, Блэкджек! — крикнула Глори. Мой взгляд, опустившись вниз, буравил глаза Рейнджера. «Ещё один труп. Ещё один. Что было ещё одним?»

Будь добрым. Поступай лучше. Будь сильным. Один Крупье и четыре пони боролись во мне с непреодолимым желанием разжечь костер. Но постепенно, шаг за шагом... я восстановила контроль.

— Я не хочу сражаться с тобой, — сказала я медленно, мой голос дрожал. — Я не хочу тебя убивать. Так что, прекрати сражаться со мной... пожалуйста...
Я не совсем верила себе, убирая пистолет. Она медленно поднялась на копыта .Броня вспыхнула розовым и отремонтировала себя на моих глазох. Если и была возможность убить её... теперь она была потеряна

— Сэлэд? Ты в порядке? — спросила вторая Рейнджер, когда я отступила. На мгновение я была уверена, что со мной покончено. Другая стояла на балконе над нами, всё ещё осыпая Лакуну шквалом огня из Гатлинга. Магические стрелы аликорна выбили отверстия в броне, но та по-прежнему стреляла.

— Эй, прекрати, Редишес! — проорала первая другой, встав на ноги. Из оружия у неё были ракетная установка и самая большая пулемётная штука, которую я когда-либо видела. Похоже, она стреляла гранатами. Единственным виденным мною оружием, бывшим больше этого, были вооружение Деуса и Пушка. Другая была вооружена пулемётом Гатлинга, и чем-то... была ли это миниатюрная гаубица АФ-100 на её другом боку? Я лишь видела одну в специальном каталоге Айроншод Файрармс! — Это не Вспышки или Потрошители... Я думаю.
Я легонько кивнула. Из-за Бака моё сердце билось так сильно, что чувствовалось, будто оно собиралось вылезти из моей груди.

— Но та кобыла – аликорн, Фрут Сэлэд. Разве мы не должны убивать их, лишь увидев? — спросила другая, спрыгнув с балкона и мягко приземлившись. Каким-то образом это простое, быстрое и беззаботное действие испугало меня даже больше, чем оружие. Гаубица подготовилась к выстрелу, когда кобыла расставила ноги, встав на изготовку. Внезапно, то чувство, что они не желали сражаться, быстро ослабло. — Бьюсь об заклад, Браун Бетти сможет покончить с этим щитом.

Я встала на копыта и встряхнулась. «Думай, Блэкджек! Что было бы хорошим поводом для моей подруги быть... другой?»
— Моя подруга не из этих... э... монстров, — сказала я, указав на Лакуну, смотревшую на меня с удивлением. — Она всегда говорила, что хотела быть похожей на Принцессу Луну, и она наткнулась на одну убийственную шутку! — Я усмехнулась, пытаясь заставить их поверить в мою надуманную ложь, добавив неуверенно: — Мы пришли сюда, чтобы убежать от этих... монстров!
«Мы были обречены....»

— Э-э... это правда, — сказала Лакуна, глядя на меня в некотором замешательстве. — Зовите меня... Луной.

Пара пони смотрели друг на друга, и затем Редишес пожала плечами, а Браун Бетти втянулась и сложилась. Однако, Фрут Сэлэд по-прежнему, казалось, подозрительно рассматривала нас.
— Ну, лучше держитесь подальше от Айронмэйр. На самом деле, лучше всего, если вы развернулись бы и пошли бы в другое место. В любое другое. Вся эта область это зона боевых действий. Кто вы, пони?

— Я – Охранница, а это мои друзья, — сказала я, жестом указывая позади себя. — Мы на самом деле ищем Стальных Рейнджеров. Нам нужно поговорить с каким-нибудь пони, отвечающим за эту войну. — И найти способ остановить её. Они посмотрели друг на друга, как будто пытаясь решить, стоит ли мне верить или нет.

— Ну, это не ко мне, Мэм. Самый главный пони это Старейшина Кранчи Кэрротс на борту Флагмана Селестия, или вы можете поговорить со Звёздным Паладином Стил Рейн на фронте. В противном случае, вам нужно увидеть Архивариуса Напалм Страйк. — Фрут Сэлэд указала на север копытом. — Однако, я должна вас предупредить, мы не совсем открыты для посторонних, так что вашим делам лучше быть серьёзными. Такое чувство, что мы боремся с половиной Богинями проклятого Хуфа сразу.

— Они могли бы поговорить с ним, — сказала Редишес. — Я уверена, что он будет готов выслушать. Он всегда готов.

— С ним? С этим... — начала Фрут Сэлэд, но вдруг затрясла головой. — О, нет, не с ним! Это безумие, Редишес! Этот парень – псих!

— Кто псих?
Честно говоря, с моим послужным списком, я бы лучше была психом. И Богини, это мало о чём говорило, не так ли?

— Паладин Бомбс, — пробормотала Фрут Сэлэд. — Лично я бы держалась от него подальше. Парень – полный урод.

— Ты просто недолюбливаешь его, потому что он единорог, — упрекнула Редишес.

— Нет. Я недолюбливаю его, потому что он псих, отпиливший свой рог, чтобы стать паладином, — парировала Фрут Сэлэд.

«Ладно, может, вариант психа был не так хорош.»

— Не то, чтобы наш разговор забрёл в самые дебри идиотизма, но что вы две здесь делаете? — спросил П-21, смотря на пару.

— Ну, вы не Потрошители, так что полагаю, что всё будет хорошо, если расскажу вам. Мы сражаемся мелкими отрядами, стараясь препятствовать всем бандам организоваться. Мы превосходим численно, но не по вооружению, — сказала Фрут Сэлэд, и пулемётная штуковина издала зловещий «клац», когда что-то зарядилось. — Мы играли в салки с несколькими Выпышками рядом с их базой, когда они попали в одного из нас спарк гранатой. Полностью сожгли его системы. Он, вероятно, мёртв. Из всех банд Вспышки представляют наибольшую угрозу с их шоковыми минами. Одна или две из них, и мы – лёгкая мишень.

— Он – самец. Ты знаешь, Вспышкам нравится играть с ними, прежде чем прикончить их, — прокомментировала Редишес. Я про себя застонала. «В этом месте никто просто не занимается нормальным сексом?»

— Они скрываются в здании Флэш Индастриз? — спросила Глори, переводя взгляд с Рейнджеров на меня.

— Да. Это их основная база. Не поселение, просто оттуда их лидер, Даймонд, отдаёт приказы.

— Что-нибудь ещё? Количество? Держат ли они рабов? — спросила я, и увидела, как вздрогнул П-21.

— Несколько десятков, и нет, Вспышки, не занимаются этими работорговскими вещами. Грабят и отпускают, в основном, если вы не жеребец. Или не Стальной Рейнджер. Тогда они сотрут тебя в пыль, — сказала Редишес. — Совсем не похожи на Выжигателей. Те уроды – больные. Они любят ловить семьи, связывать мам и пап и отправлять их в качестве террористов-смертников. В противном случае они убивают детей. Увидите любых пони носящих красное, убивайте их.

— Красный цвет – опасный, — пробормотала я с лёгкой улыбкой. — Я думаю, что смогу это запомнить. Прочие банды?

— Халфхэртс, хотя они по большей части на западе. Мрачнейшие проклятые пони, которых вы когда-нибудь встретите. И Хайхлэндерс, но они не так плохи, как остальные. Вы можете найти их на востоке. Несколько племён зебр или что-то в это роде на северо-востоке. Гули, конечно, ползают повсюду. И проклятый Анклав, — сказала Редишес, и Глори сразу шагнула вперёд.

— Что там насчёт Анклава? — спросила серая пегаска, озабоченно нахмурившись.

— Они не высовываются на всём протяжении этой битвы. Толком не выбрали сторону... мы думаем. Но там полно Потрошителей с полированными и блестящими энергетическими пушками и спарк гранатами, — ответила Фрут Сэлэд, посмотрев на север. — Может быть от Вспышек... но они обычно не раздают свои игрушки. Если бы вы смогли подтвердить это, я знаю, Звёздный Паладин Стил Рейн оценил бы это.

Я жевала свою губу, погрузившись в размышления.
— Я посмотрю, что смогу сделать, — это было всё, что я могла сказать. Я должна была получше взглянуть на то, с чем имела дело, прежде чем могла бы давать слово.

— Спасибо. Нужно навести порядок в Хуффингтоне. Как говорит Звёздный Паладин, это наш долг по защите технологий королевства. Нельзя допустить, чтобы эти Потрошители управляли городом, — сказала Фрут Сэлэд, повернувшись к Редишес. — Пойдем. Давай ещё немного поиграем в салки .
Двоица исчезла под дождём.

Мы нашли своеобразное укрытие в каких-то руинах, главным образом, чтобы снова выйти из-под дождя, но ещё и поговорить. Потоки текли через середину разрушенного магазина, в котором мы находились. Не то место, чтобы отсиживаться ночь.
— Так... есть план? — мягко спросил П-21, лениво потирая ногу, когда посмотрел на меня. Его глаза, казалось, говорили «ещё один план, как в Арке?»

Там, разумеется, было лучше.

— Нам нужно добиться расположения Стальных Рейнджеров, — сказала я, посмотрев в направлении, куда ушли те двое. — В противном случае, они никогда не прислушаются. И, надеюсь, если мы понравимся им, прежде чем поговорим с ними, они, первым делом, простят нас за начало этой борьбы.

— А что, если война не прекратится? — Вопрос Глори был тем, на который я не хотела и пытаться ответить. Её глаза уставились на её копыта, прежде чем она взглянула на меня и продолжила. — Должны ли мы просто уйти и позволить им разорвать друг друга на куски?

Я вздохнула, потирая виски. Я хотела, чтобы Рампейдж была здесь. Она, своего рода, была нашим гидом. Она могла бы рассказать нам о Рейнджерах, и каковы были их цели. Могла бы подсказать, стоило ли им помогать или нет. Но её не было, и мне пришлось сделать выбор ещё раз. Я посмотрела на Скотч, сломавшую ногу в том падении. Это могла бы быть её шея. К счастью, Лакуна исцеляла её сломанную конечность. Очередная травма из-за следования за мной.

Это до смерти пугало меня.

Несколько часов назад я сделала выбор, и он убил тринадцать кобыл. Это не было моей виной, но не было никаких сомнений, что я была зачинщицей. И хотя я не считала, что ошиблась, пытаясь поступать правильно...

Я закрыла глаза и наблюдала, как взрывается на части голова Кловер.

— Мы будем беспокоиться об этом позже. — Я некоторое время смотрела на Лакуну. — Знаешь ли ты что-нибудь о Стальных Рейнджерах?

Лакуна тихо фыркнула, кисло глядя.
— Стальные Рейнджеры – пережиток прошлого. Двести лет назад они были основаны Эпплджек для военных нужд. Они были элитными ударными войсками Министерства Военных Технологий. Когда бомбы упали, они выдержали атаку лучше, чем остальные военные и правительство. Они отступили в свои бункеры, дали свои глупые клятвы, запечатали их и ждали. Когда они, наконец, выползли из своих нор, они обнаружили, что представляют собой грозную силу. Тем не менее, их идеология совершенно не позволяет им оказывать помощь другим.

— Почему это? — спросила Глори с беспокойством. Я могла понять причину: поменять несколько слов, и разговор шёл бы об Анклаве.

Аликорн раздражённо распушила свои крылья.
— Они способны быть защитниками, но их идеология – быть распорядителями технологии Эквестрии. Их клятва состоит в защите технологии, а не пони, извлекающих из неё пользу. В течение последних двух столетий, эта идеология направляла их. Большинству было наплевать на отбросы, живущие здесь, если это означало накопление больше оружия и технологий из прошлого. Как я уже сказала, они – пережиток прошлого. Устаревшие идеалы и ошибочная мотивация. Если бы они знали об ЭП-1101, они бы выпотрошили твоё стойло, чтобы овладеть им, а затем заперли его где-нибудь, вместо использования.

Великолепно. Очередная группа, рассчитывавшая получить мой ПипБак. Я предполагала, что единственная причина, почему эти две не набросились на меня, в том, что он не был похож на традиционный ПипБак. Однако, я была удивлена её горькому тону.
— Похоже, у тебя с ними проблемы.

Лакуна моргнула, потом пожала плечами.
— Они не способны ничего исправить. Богиня хочет защитить жизнь пони, превращая её в форму, способную противостоять угрозам Пустоши. Стальные Рейнджеры просто грабят и накапливают. А ещё они признают, что аликорны – это будущее расы пони, и также преследуют нас с крайним пристрастием. Большинство наших потерь были от их вооружения. — Она задумчиво посмотрела в сторону ушедшей пары. — Я была очень удивлена, честно говоря, что они поверили тебе, но я полагаю, твоё оправдание было достаточным для объяснения, почему представительница моего рода была одна с группой пони.

Хорошо, это будет проблемой. А ещё факт того, что эти Вспышки не найдут общий язык с П-21...

Я закрыла глаза, дождь стекал струями вокруг меня. Я почувствовала, как что-то внутри меня покорёжилось, когда я прислонилась спиной к треснувшей стене. Будто я мешок, который медленно разваливался. Пустошь побила меня один раз в Девяносто Девятом. Почти ещё раз у Стар Поинт. И теперь я чувствовала, что это проползало через меня. Коварные мысли. Ужасные мысли. Будто внутри меня происходило сражение, и я проигрывала.

Потому что я не хотела, чтобы мои друзья снова пострадали.

— О чём думаешь, Блэкджек? — спросила Глори, опустившись на колени рядом со мной, прикрывая меня своим крылом. Я открыла рот и снова закрыла. Было ощущение, будто на моём мозгу медленно сжимался обруч. Я должна была сказать это, но возникло чувство, что слова были на каком-то странном языке.

— Я... — прохрипела я, затем замолкла, поперхнувшись. Я не могла это сказать. Я должна была, но не могла.

— Она не хочет, чтобы мы шли с ней, — тихо сказал П-21. Я продолжала жмуриться и кивнула. Слышался лишь звук проливного дождя.

— Но... почему? — спросила она обиженным тоном. Я бы предпочла снова получить пулю в лицо, нежели услышать эту нотку в её голосе.

— Я не хочу потерять вас. Я... я не хочу, чтобы вы пострадали. Никто из вас. — Слова были подобны яду, капающему из моего рта. — Я не хочу, чтобы П-21 сражался с кобылами как... как с Смотрительницей. Я не хочу, чтобы Лакуну убили за то, кем она является. Мне нужно продолжать это делать... но вам... вам – нет. Вы можете уйти... вернуться к Капелле. Начать жить жизнью, суть которой не следовать за мной всюду, получая ранения. — Я продолжала видеть взрывающуюся Кловер перед своим глазом, видела отделявшееся крыло Глори, видела П-21, изнасилованного Смотрительницей, и себя, засунувшую Бдительность в рот Лакуны. Изображения появлялись снова и снова. Я представила себе небольшую пегаску с пышной гривой, держащую меня, как мама.

— Вы не должны идти со мной. Вы не должны мне ничего... Я просто... я боюсь. Хорошо? Я боюсь до смерти, что вас всех убьют, потому что я облажаюсь. — Я видела взрыв Кловер, как будто в З.П.С., страх в её глазах, застывший между моментом, когда она была жива, и моментом, когда умерла. Это было очень быстро. Одна ошибка. Одно мгновение случайного шанса. Я понятия не имела, кем она была... лишь имя, и лицо, и смерть, потому что я не смогла сохранить холодную голову.

Ни один пони не говорил долгое время. Затем Глори тихо спросила:
— Как ты думаешь, для меня есть жизнь в Капелле? — Я повернулась, чтобы посмотреть на неё, чтобы спросить, как она могла сказать такое. Её влажные глаза смотрели в мой. — Моя жизнь с тобой. Не в Капелле. Даже не в Тандерхэде. С тобой.

П-21 просто потёр заднюю ногу, глядя на колено. Я до сих пор помнила звук ударившей его дубинки Дейзи.
— Я... не смогу сделать это здесь без тебя, Блэкджек. Когда-то, я думал, что мог. Я думал, что, как только выберусь, я ушёл бы и нашёл... что-нибудь. Что-нибудь лучшее. И, возможно, там и было бы что-то... когда-нибудь. Но, сейчас, ты – единственное, что удерживает меня... в копытах. Может быть, когда-нибудь Капелла будет делать это для меня. Может быть. Но... — Он замолчал и вздохнул. — Извини. Я не умный, когда дело доходит до таких вещей.

— Пони из стойла должны держаться вместе, — сказала Скотч, для пробы покачивая ногой. — В капелле было хорошо, а Вирго смешная. Ей просто нравился мой ПипБак. Но я хочу быть с тобой, Блэкджек. Ты самое близкое к семье, что у меня есть. — О, от этого я съёжилась внутри, но П-21 не сказал ни слова. Он просто продолжал потирать болящую ногу.

— Чёрт возьми! Пребывание рядом со мной убьёт вас! — рявкнула я на них. Никакого ответа сразу не последовало. — Я не хочу, чтобы вы умерли из-за моих... моих глупых поисков!

— Умирают за вещи и похуже, — тихо произнёс П-21. — Все пони умирают в конце концов. Мы могли бы умереть через пять минут или пятьдесят лет, с тобой или самостоятельно. Ты не сможешь защитить нас, отослав нас. На самом деле, Капелла не безопаснее, чем какое-либо ещё место в Хуфе. Даже Девяносто Девятое не было безопасным.
Скотч фыркнула и склонила голову. Синий жеребец сжал губы и отвернулся от нас.

Глори тихо вздохнула.
— Я знаю, что ты боишься потерять нас, Блэкджек. Я тоже. Но ещё больше я боюсь за тебя. Ты так сильно хочешь помочь всем пони, и ты также хочешь помочь нам. Позволь нам помочь тебе, Блэкджек. Если что-то плохое случится... то оно случится. Но пока мы можем, мы будем с тобой.

Я всё ещё могла видеть их тела. Разорванную на куски Лакуну. Висящего на проводе П-21. Отпавшее крыло Глори. До сих пор лежащую в ужасной позе Скотч Тейп.
— Хорошо. Ну, давайте учиться на Фоллен Арк. Хорошенько разглядим место и посмотрим, сможем ли мы придумать реальный план, который будет лучше, чем пробежка рысью с фразой в стиле «Здравствуйте, я Охранница. Не возражаете, если мы пройдём?»
«Видите? Я могу учиться.»

Флэш Индастриз была на тот момент главным разработчиком устройств на основе магических энергетических матриц, специализирующимся на лучевом и импульсном энергомагическом вооружении и защитных энергетических полях. Это была одна из десятков компаний, основанных при поддержке Министерства Военных Технологий, и ей было предначертано дать Эквестрии светлое, безопасное, ярчайшее будущее. Экскурсии в здании проходили каждые утро и вечер, десять монет со взрослых, пять с жеребцов и кобыл, жеребята проходили бесплатно. Я узнала это из одной из сотен брошюр, валявшихся в руинах вокруг здания. Вышеупомянутое строение обгорело, но логотип компании «ФЛЭШ» по-прежнему ярко светился белым на фасаде с радужными линиями, подчеркивающими название.

Когда-то там стояло несколько других зданий вокруг основного офисного строения, но они рассыпались и обрушились друг на друга, создав стену из обломков со старыми парадными воротами, как единственным удобным проходом. Так же на крыше десятиэтажной штаб-квартиры расположились турели. С третьего этажа разгромленного офисного здания рядом, я различила два входа, помимо парадного. Вокруг главного расположились по меньшей мере дюжина кобыл, у второго стояли только две, а третий не охранялся.

Лакуна принимала ванну в какой-то радиоактивной грязи, которую мы обнаружили в подвале офисного здания (и что она там делала, я не хотела знать), чтобы восстановить свои травмы. Было что-то основательно тревожное в том, как она плескала всё это на себя. Ни один пони не должен так веселиться среди магических отходов. Как только она присоединилась к нам, я указала на неохраняемую дверь, позволяя ей увидеть место через мой прицел.
— Можешь ли ты телепортировать всех нас к той маленькой боковой двери?

— Расстояние значительное, но, думаю, да. Однако, они быстро нас настигнут.
Вблизи двери не было вообще ни одного укрытия, и мы попали бы в ловушку.

К счастью, я догнала двух пони, которые очень обрадовались возможности сыграть в салки перед главными воротами.

Мы вернулись вниз на первый этаж, и Лакуна убежала, чтобы впитать немного больше радиации, пока я объясняла план Фрут Сэлэд и Редишес.
— Это не ахти какой план, но если ты уверена, что она сможет доставить вас внутрь... ну, мы будем рады подержать их хорошо взбешёнными у входа. Как вы впятером планируете пройти?

— Позвольте мне беспокоиться об этом... — Потому что я ещё как волновалась по этому поводу. — Просто держите их занятыми у ворот так долго, как сможете.

Пара кивнула, а затем Фрут Сэлэд подошла поближе.
— Твоя подруга... она на самом деле аликорн, не так ли? — спросила она, понизив голос.

Я на мгновение сжала губы.
— Она мой друг. — Это всё, что я должна была и могла ей ответить.

Фрут Сэлэд покачала головой.
— Только в Хуффингтоне. Удачи. Я надеюсь, что вы вытащите оттуда Турнипа. Редишес сильно хочет вернуть нашего брата. — Ох... спасти её брата. Зная, как шёл мой день, я была бы счастлива, если бы сама в него не выстрелила.

Продолжай думать позитивнее, Блэкджек.

Мы все собрались на третьем этаже, мой и Скотч Тейп ПипБаки зловеще потрескивали из-за радиации, исходящей от Лакуны. Я смотрела на ворота через прицел. Глори стояла в стороне с Лакуной, спрашивая у аликорна несколько вопросов о её регенерации. Скотч просто нервничала, пожёвывая кончик своей синей гривы.

— Это была моя ошибка, — сказал П-21 голосом, приглушённым сожалением, и я медленно повернулась, чтобы посмотреть на него. — В Фоллен Арке. Я видел, что ошейники были синхронизированы. И... Я замер. Я когда-то читал метод нарушения синхронизации, но... но в тот момент... со всеми ними, смотрящими на меня... Я просто не смог думать об этом. — Он посмотрел на меня своими тяжёлыми голубыми глазами. — Они так отчаянно старались освободиться. Прямо как я. Я пытался спасти одну... лишь одну. Она была даже моложе, чем Скотч Тейп. И... она двинулась. Я дёрнул за ошейник и... — Он вздохнул, взглянув на свои восстановленные копыта. Я просто смотрела на него. «Он винил себя за Фоллен Арк?»

Конечно, да. Потому что он был таким же, как я. Умнее, чересчур серьезнее, но как я.

— Нет, не была, — ответила я. — Коллар надел ошейник на себя. Затем он дёрнул его, прежде чем я успела его остановить. Я предлагала ему каждую крышку, что была у меня. Злость оказалась важнее выживания.
Только в Хуффингтоне, я предполагала.

П-21 ничего не сказал, но легонько толкнул моё бедро своим. Я слегка улыбнулась.

Затем я узнала, как Стальные Рейнджеры играли в салки. Браун Бетти испустила на удивление тихий «крумп» перед тем, как снаряд гаубицы взорвал кусок асфальта и отправил Вспышек бежать в укрытие. Ракеты Фрут Сэлэд обрушились на их укрытие, и этот пулемёт/гранатомет (серьёзно, как какой-либо пони должен уцелеть после этой штуки) начал стрельбу линиями взрывной смерти. Для Вспышек не заняло много времени, чтобы начать ответный огонь из их лучевого оружия. Затем они начали звать подкрепление.

Это был сигнал нам. Я один раз кивнула Лакуне, и возникшая электрическая вспышка смазала мир. Расстояние было лишь в тысячу футов или около того, но, видимо, это было более чем достаточно для Лакуны. Аликорн резко осела. У всех из нас на носах и гривах виднелись остатки магической копоти, и у меня в поле зрения танцевали пятна. Я проверила дверь – заперта. Я кивнула П-21, чтобы он принялся за работу, пока мы притаились так низко, как смогли. Если бы ситуация ухудшилась, то я просто убила моих друзей...

Нет. Маленькая голубая радужно-гривая пегаска решительно напомнила, что мои друзья решили помогать мне. И что, даже если это не был великий план, мы ещё круты для этих попыток. Я медленно вдохнула, чувствуя, как в любую секунду Вспышки оглянулись бы назад и обнаружили нас. Любую секунду... ладно, возможно, Браун Бетти была довольно сильной, чтобы её игнорировать, но двадцать к двум не было хорошим соотношением. Рейнджеры уже отступали.

Замок щелкнул. Я открыла дверь своей магией, и мои друзья ворвались внутрь. Я влетела последней и мы закрыли за собой дверь. Узкий зал был усыпан мусором, но ничего свежего. Наконец нам повезло, не похоже что эту часть здания использовал хоть какой-то пони. Как минимум один раз эту кучу мусора перебирали, но не взирая на это, пока мы продвигались по узким офисам, нам удалось подобрать немного хлама.

Затем Скотч Тейп толкнула терминал, тот затрещал и экран вернулся к жизни. Голос кобылы начал говорить: ...не нравиться это, Даймонд. Использовать магию для того, что бы убивать наших врагов, кажется просто не правильным. Это не заклинание. Это машина для убийства! Мои уши оживились. Я знала этот голос!

— Итак, вы говорите, что хотите ограничить наши войска в оружии, в то время как зебры могут использовать любые талисманы какие пожелают, — произнесла кобыла возмущенным тоном. — Я думала, что ваше министерство для всей тайной науки. Это то, чего вы хотели, верно? Это то, что вы должны делать. Так почему вы здесь, сейчас, связываете мои копыта. Магическое оружие это новое слово в войне.

— Я не хочу новое слово в войне. Я хочу остановить боевые действия, — протестовала Твайлайт.

— Чертовски верно. Я не собираюсь поддерживать это ваш бизнес-план. Поиски быстрых и красочных способов убийств каких-либо пони, по моему это идея не из лучших — согласилась Эплджек.

— Забавно, потому что именно это наши враги делают прямо сейчас, — сказала Даймонд раздраженно. У нас есть достаточно единорогов, способных на боевые заклинания. Но они немногочисленны, редки и являются целью номер один в бою. Создавая оружие, подобное этому, мы можем дать часть этой силу земным пони и пегасам. Это может переломить ситуацию и закончить войну.

— Мне действительно не нравиться это признавать, но было бы на много легче сражаться, если бы нам не приходилось таскать повсюду коробки с боеприпасами, там на верху, — сказала Рейнбоу Дэш. — Не то что бы мы не можем, но...

Голос Твайлайт звучал измученным отчаянием:
— Но почему мы не можем использовать что-нибудь другое? Не смертельное заклинание?

— Я согласна, — вмешалась Флатершай. — Голосую за не смертельное.

— О, так вы Министерские Кобылы собираетесь использовать распоряжение Луны для разработки заклинания "делающее всем обнимашки". Великолепно, — пробормотала Даймонд. — Зебры становятся более изощренными со своим оружием. В этом году они использовали розовое облако в Литлхорне. Завтра, кто знает? Мы должны повернуть баланс сил в нашу пользу. И такое оружие может сделать это!

— Создание устройства, которое посылает во врага луч сжигающего заклинания, просто не правильно. А эти, другие заклинания которые вы пытаетесь добавить? Молния? Расщепление? Тогда мы будим не лучше тех, кто уничтожил Литтлхорн, — твёрдо заявила Твайлайт.

— Твайлайт, — прохрипел ржавый голосЧто заставило мою гриву встать дыбом. — Вы же понимаете, что вынуждены согласиться с этим.

— Я знаю. Просто... — Твайлайт замолчала.

— Не нравиться мне всё это, сахарок. Но она права. Если зебры использовали яд в Литлхорне... ну... по сравнению с этим, я думаю, это не так уж плохо.

— Я знаю... но... я думала, что буду разрабатывать новые заклинания для принцессы. Не помогать пони делать смертельные штуки.

Даймонд фыркнула и сказала насмешливо:
— Вы лишь предоставьте кое какие магические знания, и ни один пони не попросит вас, что бы вы приложили копыто к этому. К примеру мы пытаемся сейчас найти драгоценный камень, который был бы лучше чем алмаз для матрицы заклинаний. Алмазы эффективны, но жутко дорогие.

— Вам нужно что-то вроде рубина или красного сапфира, для хорошего сочетания с огнем предпочтительнее ру... — Твайлайт начала говорить пренебрежительным тоном, затем резко прервалась:
— Ох...

— Видите? — произнес Голденблад скрипучим, ломаным голосом. — В конце концов, это не так сложно.

— Итак, вы будите поддерживать Флэш Индастрис, Эплджек? —спросила Даймонд.

Прозвучала тихое бурчание:
— Не нравится мне это... но так и быть.

Резкий тон Даймнод сменился на более спокойный:
— Хорошо, я рада что это закончилось. Не волнуйтесь, Твайлайт. Я уверена, что с помощью вашего министерства Флэш Индастрис сможет исследовать... не смертельные варианты, — прозвучали звуки копыт, удаляющихся рысью прочь. — Так много надо ещё сделать... — услышала я её бормотание, прежде чем оно стихло совсем.

— Ну, вежливость этой кобылы, на вкус как гнилые яблоки, — пробормотала Эплджек. — Эй Голди. Почему с нами нет Пинки или Рэрити.

— Мне очень жаль, но у них были другие дела, требующие их участия. У Рэрити было совещание с СМИ, а... а Пинки Пай была не много... несобранной в её организации... — скрипучий голос, оборвался сильным кашлем. Это заставило меня вздрогнуть.

— Голденблад! — ахнула Флатершай. — Ты весь горишь. Ах, почему ты не сказал, что тебя лихорадит? Тебе надо в постель, чтобы поправиться.

Голденблад растягивал медленный, мокрый, громкий кашель.
— Ваше министерство имеет большое значение, Флатершай. Так много нужно сделать, и только я могу это. Просто поставьте меня на копыта, — была не долгая пауза, затем глухой стук, превращающийся в рваный кашель.

— Это Кровь? — неуверенно спросила Рейнбоу Деш. — Может вам все таки стоит пойти отдохнуть... вы выглядите, полумертвым.

— Хотелось бы надеяться, — пробормотал он.

— Я отвезу тебя куда-нибудь, где ты сможешь отдохнуть, — твердо заявила Флатершай... ну, или настолько твердо, насколько Флатершай когда-либо говорила...
— Если с тобой конечно все порядке.

Он вернул себе неровное, громкое дыхание, затем проговорил:
— Ты... слишком хороша... для этого мира, Флатершай.

Кашель становился слабее и слабее. Наконец Твайлайт произнесла:
— Он пытается работой довести себя до смерти, что ли?

— Я предполагаю, нечто всемогущее стоит за всем этим. Так не справедливо. Эта война, кажется ломает лучших из нас, — проворчала Эплджек. — Меньше всего Луна слушала его об отсрочке Галла. Вот блин, устраивать вечеринку, и в тоже время пытаться организовать всё остальное? Это не возможно.

— Пфф. Мое министерство всё сделало,— усмехнулась Рейнбоу Деш.

— Легко, когда твоё министерство ничего не делает.

— Эй, вообще-то мы делаем. И это потрясные вещи. Именно поэтому мы и закончили первыми, — Но я думала о разговоре с Голденбладом и той ветхой книге предка Риветс. Что Министерство Крутости действительно планирует? — В любом случае, из-за этих глупых встреч я пропустила завтрак. Хочешь пообедаем? Мы можем болтаться вместе как в старые времена!

— Ох... Я не могу. Я приехала сюда только, чтобы встретить Даймон. У меня назначена встреча с Принцессой в час и мне нужно вернуться в Кантерлот, — с неловкостью сказала Твайлайт Спаркл.

Эпплджек вздохнула.
—Да. И я получила...давайте посмотрим...встреча...встреча...встреча...о,смотрите-ка ещё встреча.— Она вздохнула,— Сыта уже...

— Я думала, находиться во главе министерств, значит сказать всем чтоб отвалили и делать, что мы хотим. — протестовала Рейнбоу Деш. — Я почти никогда не вижу вас! Не думаю, что мы когда-либо собирались вместе вшестером с того момента, как это всё началось!

— Ладно, это важно, Рейнбоу. Вся Эквестрия расчитывает на нас. — Убеждающе сказала Твайлайт. Это звучало так, будто она действительно имела это ввиду.

— Да. Здесь то уж ответственности по-больше, чем при уборке яблок. Это точно.

Рейнбоу Деш вздохнула.
— Мне просто не нравится это. Ну, наверно, мне лучше вернуться в Клаудсдейл...или ещё что-нибудь.

— Не унывай, Рейнбоу. Я уверена, когда война закончиться мы снова будем вместе,— Ободряюще сказала Твайлайт Спаркл.— Вот увидишь.
Терминал снова затрещал и выдал сообщение об ошибке. Не зависимо от того, что П-21 с ним вытворял, терминал не хотел работать.

Значит Твайлайт не стремилась приспособить магию для оружия. Голденблад ли подтолкнул её или стечение обстоятельств просто вынудили её сделать это? Я не знаю, но я прекрасно чувствовала её нежелание. Я знала пони, чьи ошибки, убили миллионы, я удивлюсь если Спайк мог относиться к Твайлайт так несерьезно. Я видела обе точки зрения, и честно говоря, я хотела бы быть как Эплджек. Если зебры поступали также... тьфу, разумеется они так поступили, потому что так поступали мы! Не удивительно, ни один пони не остановился пока все не взорвалось. Чтобы произошло если бы все не взорвалось? Мы бы были кибер-аликорно-дракона гибридами и сражались при поддержке разумных мегазаклинаний, против гигантских роботов в виде зебр.

Мы пошли через разгромленные офисы. Там было ещё несколько терминалов с фрагментами информации. Видимо, говорить о поставках было неумесно; Спарк батареи и генераторы для Стойл 90 и 92 были потеряны. Главы собирались съехаться. Вопросы об обмене рубинов на изумруды. Записи о новорожденных. Уведомление о похвале за материнство. Пять неприятных комментариев о том, как она его получила. Честно, неужели пони нечем было заняться два века назад?

Мы шли не сворачивая, и вскоре встретили свору голодных радтараканов. Мой меч плавно выскользнул и наколько было возможно тихо, отправил их на тот свет. Оставалось ещё много красных меток на моём Л.У.М.е. Но я не хотела с ними бороться. Мне просто нужна информация. Если я не узнаю где находились Турнип или мейнфрейм, (!то мы не будем делать это от сюда!). Затем я почувствовала резкий, сладкий запах. Это выглядело как будто мы приближались к ванне кобылок.

Идея..

Потребовалось всего двадцать минут и одна из Вспышек, в белой броне и с радужно-окрашенной гривой, порысила к двери. Дань Деш, или просто совпадение? Она перешагнула выемку в разбитой плитке и бетоне, как вдруг несколько кобыл крикнули, — Поторопись, Спарклер! Ты пропустишь все веселье!

Голубая земная пони покраснела.
— Заткнитесь! Я буду там так скоро, как я закончу срать! — Прокричала она обратно, затем зажмурила глаза и принялась за работу. Очевидно некоторым пони необходимо больше клетчатки в своем рационе. Она была так сосредоточена на своём деле под копытами, что не заметила светящийся меч, рог, или глаз, пока не закончила.
— Вот дерьмо... — пробормотала она, когда краска отхлынула от её лица. Ну, за исключением той странной красной и зеленой краски, что была намазана на её шкуре.

— Не-а, — ответила я, держа меч у её горла. — Я не хочу убивать тебя. Если ты будешь умницей... и посидишь тихо... То я не буду. Идёт?

— Ты тот псих что избил Флаттершай! — Спарклер хмуро посмотрела на меня.

— Нет. Это был другой псих. А я псих, держащий меч у твоего горла. — Серьезно, что все работорговцы и рейдеры сдали свои инстинкты выживания, как только вступили в "Кружок Плохих Парней"? — Ну, что, Спарклер, будем играть вместе или мне подождать другую кобылу, которой нужно сходить на горшок? — Похоже, знание её имени немного расположило её отношение ко мне.

Даже лучше, судя по выражению, отобразившемуся на её лице мгновением позже, она наконец осознала тот факт, что меч был довольно острым, а я не выглядела похожей на Мисс Счастливую Пони. Она прошла до конца офиса, и мы немного поболтали. Иногда она бросалась угрозами, о том как Кобылы Вспышек сотрут меня в порошок, но легкое движение мечу у ее шеи, это прекращало.

Торнип проводили в кабинет генерального директора, который был заперт. Даймонд, главарь банды, владела ключом. «Блин». Мейнфрейм был в лаборатории R&D. Я была сукой, которая будет передана моей кобыле по кусочкам, в виде кобуры для её лучевой винтовки. Ладно, не вся информация была полезной, как я наделялась. И так, когда все вопросы были заданы, остался один "что делать с Спарлкер?" Очевидно она думала, что мы собираемся перерезать ей горло. Разумеется мы забрали все её вещи... но что дальше?

«Чудо-клей», отозвалось кстати.

Со всем четырьмя копытами приклеенными к полу, и веревкой связывающими её рот, мы оставили Спарклер, где она в должна быть найдена... надеюсь, после того как мы уйдем. Рано или поздно, она должна была перегрызть веревку.

Мы вбежали на второй этаж из длинного вестибюля, с видом на первый заставленный ящиками и контейнерами. Магический проектор изображал логотип компании, висящий в воздухе. Здесь были матрасы по всему балкону и израсходованные картриджи лучевых зарядов, валялись везде. С права от нас я смогла разглядеть лифт. С низу доносились голоса.

— Меня не волнует, мы не можем переместить это, пока не позаботимся о Рейнджерах. Если ты хочешь ускорить процесс, то лети туда и помоги!
Разгневанная кобыла была альбиносом с радужными полосами, разукрашивающими ее тело и гриву. Она носила доспехи, которые были на половину броней, на половину, чем то из того, что мы видели ранее в магазине когда отдыхали. Честно говоря мне было не до неё, все из-за жеребца в силовой броне, которая как-будто говорила: Оперативный агент Лайтхувз.

— Анклав ещё не готов к участию в боевых действиях с Рейнджерами, Даймонд. У нас с вами было договоренность. И вам ещё предстоит выполнить вашу часть соглашения, — ответил пегас спокойно и рассудительно. С ним было два солдата пегаса в силовой броне, а около Даймонд было полтора десятка её кобыл.
— Нам нужны эти системы.

— Меня не волнует, что тебе нужно! Меня заботит только то, что нужно мне! Я Даймонд Флэш, Кобылка Вспышек. Мои потребности, намного важнее. Нам нужно от тебя вертиштуковина для перевозки ещё кое-какого оружия Большого Папочки, — сказала она, властно топнув копытом. — Теперь прекрати тратить время на глупые вопросы, или ты никогда не получишь эти талисманы.

«Талисманы? Какого рода талисманы? Зачем они Лайтхувзу? И почему я не могла пустить пулю ему в голову прямо сейчас? Потому что за это нас всех убьют, Блэкджек... и ты не ассасин. Блин... две веские причины.» Медленно, мы двигались вдоль балкона к лифту. Большинство камней в панели управления были тёмными, но те, что для вестибюля, второго и верхнего этажей, светились. Однако, независимо от того, как сильно я жала на кнопку верхнего этажа, кабина не двигалась. «Чёрт.» Я хмуро посмотрела на замочную скважину рядом с кнопкой. Она была настолько крошечной, что я сомневалась в том, подойдёт ли заколка!

Почему никогда ничего не бывало легко? Нам нужен ключ. Он находился на броне у Даймонд. А она была при этом в окружении своей банды, Лайтхувза, и двух пегаов в силовой броне. Одному из нас пришлось бы пойти туда и взять его.
— Есть идеи?

Только одна. Но это точно не будет мило.

— Я ненавижу это. Я ненавижу тебя. Я ненавижу всех пони! — протестовал П-21, пока Глори натягивала униформу кобылки ещё дальше на его круп. Лакуна использовала немного магии, помогая выпрямить его гриву, в то время как я трудилась над ней Глориной щёткой. Скотч намазала немного краски Флэшер на него, делая похожим на Спарклер, застывшую рядом, наблюдая в шокированном изумлении.

— Ты – единственный пони, что сможет это сделать, — напомнила я ему. — Мои скобы на ногах слишком бросаются в глаза, Глори он узнает, Лакуна слишком большая, а у Скотч ПипБак. Ты – того же цвета и почти такого же размера. — Его гнев едва скрывал страх и дискомфорт из-за нас четверых, одевающих его. Глори соблюдала большую осторожность, чтобы не завести его неосторожным прикосновением там. — Спустись вниз, получи ключ, встреться с нами в лифте.

— Получи ключ? Без малейшего труда... — пробормотал он. Ну и дела, из ваших уст это звучит так легко.

Я вздохнула и посмотрела ему в глаза.
— П-21, если ты действительно не хочешь делать это... скажи мне. Мы придумаем что-нибудь другое.
Может быть, мы могли бы застать их врасплох? Однако Там было многовато пони, чтобы пытаться застать их врасплох.

Он вздохнул и отвернулся.
— Нет. Я думаю, что смогу сделать это. Просто... если что-то пойдет не так... Я не хочу снова подвести тебя, Блэкджек.
Он потёр восстановленными передними копытами друг о друга.

— Тогда не подводи, — ответила я с улыбкой. — И не беспокойся о неудаче.

— Да, беспокойся о возможности быть пойманным, — пробормотал он. Теперь между ним и Спарклер не было большой разницы, и кобыла просто смотрела на нас тревожным взглядом. Он подбежал к Спарклер,попытавшейся отступить, но с её копытами, приклеенными к полу, ну... Он шепнул ей что-то на ухо, и её глаза расширились. Она рассеянно кивнула, а затем вздрогнула и пристально посмотрела на него. Но этого, казалось, было достаточно для ответа.

— Некоторые вещи никогда не меняются, — пробормотал он, а затем глубоко вдохнул. — Только обещай мне... что бы ни случилось... не открывай огонь. Хорошо?
Из-за этого я начала ещё больше опасаться данного плана. Одно дело, если бы я находилась там, но... П-21, казалось, знал, что делает.

«Пожалуйста, знай, что ты делаешь, П-21.»

Мы двинулись к лифту, пока я смотрела на неё... него... чёрт, где он научился так ходить?... спускавшегося к встрече небрежным шагом. Просто очередная Вспышка подошла поддержать своего босса. Ничего необычного. Просто потянулась к её карманам...

— Сука! — взревела Даймонд, разворачиваясь к П-21, остальные Вспышки набросились на него. Мгновенно, я подняла свою винтовку, прицелилась ей в череп, и почти снесла голову, прежде чем увидела смотрящего на меня П-21, когда его атаковали её охранники. Затем он что-то говорил о передаче технологии её законным владельцам. Я не смогла полностью расслышать это на фоне болтовни. Вдруг губы Даймонд скривились в неприятной улыбке.

— Ах, так Рейнджеры послали одного из своих маленьких шпионов. Пришёл сюда, чтобы освободить вашего брата? — Она захихикала. — Отстойно быть тобой. Теперь у меня есть новая секс-игрушка.
Я видела дрожь, пробежавшую по нему, и тревожно облизала губы, снова перемещая перекрестие от него к кобыле.

Лайтхувз нахмурился, посмотрев на П-21, затем на измазанную краской кобылу-босса.
— Мы должны убить его. Это место не должно покинуть и слово о том, что я помогаю вам.
Теперь моя винтовка целилась в него... но... чёрт, почему я не могла снять восемь пони сразу?

Его требование, однако, вызвало ещё более мерзкую ухмылку у Даймонд.
— Если ты хочешь, чтобы он умер раньше, то тебе лучше притащить сюда этот вертибак и доставить эти пушки Большому Папочке. Мы уничтожим Рейнджеров Хуфа раз и навсегда. Затем ты сможешь забрать своих идиотов ДК обратно на облака, откуда вы родом.

— И статус-кво сохранится, — закончил он, хмуро глядя на П-21. — Ты же непременно превратишь его в прах, когда закончишь играть?

— Ну, мне придётся поделиться им сперва. Дать другим дамам поскакать. Затем я сотру его в пыль. Это закончится в мгновение ока, — Проговорила Даймонд, левитируя ключ со своей шеи и передавая его одной из своих охранниц. — Уведи его наверх. Пока ты там, можешь поиметь другого. Я с ним закончила. — Охранница-единорог ткнула П-21 своим лучевым пистолетом, и он угрюмо поднялся на свои копыта.

— Так. У тебя есть Вертибак на вызове и два Рейнджера на улице для преваращения в пыль. Я должна убедиться, что он готов двигаться, — сказала она, а затем притворилась вспоминающей. — О, да, И ты получаешь те бесполезные талисманы. Честное слово, у Анклава нет своих талисманов прицеливания?

— Конечно, есть. И на них составлена тщательная опись. Мне нужны талисманы, чьё наличие не отражено в книгах, — сказал он медленно и осторожно, пока П-21 уводили к лифту вестибюля.

— Игры Анклава. Честное слово... — проговорила Даймонд, рысью направляясь к охраняемой двери с Лайтхувзом, следующим за ней.

Двери лифта под нами слабо зашумели, а затем открылись. Мгновение спустя они снова сомкнулись. Я постучала по жемчужине у дверей лифта на нашем уровне, и они открылись. Вспышка шокировано глазела на меня достаточно долго для того, чтобы я стукнула прикладом винтовки Тауруса ей в лицо. В течение нескольких секунд, мы скучковались в теперь уже тесном лифте. Я посмотрела на П-21.
— Ты планировал попасться?

— Я спросил Спарклер, всегда ли Даймонд делала первый выстрел в жеребцов, что она захватывала, — ответил он с улыбкой. — Я представлял себе, что это для альфа-кобылы... привилегия. — Я визжала от радости, крепко его обнимая. Я люблю умных пони! Он тяжело задышал. — Прикосновение! Слишком много прикосновений!
Я отпустила его, мы оба покраснели.

Лифт поднялся на верхний этаж, и у меня отвисла челюсть. На самом деле чистые места, случайно попадавшиеся на моём пути, можно было пересчитать по копытам. Но это было не просто чистым. Данное место было... безупречным! Блестящим, даже! Я вытаращила глаза на увиденное зрелище и сразу почувствовала, как по моей гриве поползли мурашки. Приёмную покрывал полированный мрамор, стены украшали светящиеся магические линии красного, зелёного и синего цветов. Великолепные деревянные двери, украшенные драгоценными камнями, сверкали передо мной, будто дразня меня тем, что лежало за ними.
— Что это? — спросила я, потом снова посмотрела на оглушённую охранницу. Чёрт, теперь я пожалела, что ударила её так сильно.

Мы выбежали в нетронутое место. Как бы чисто оно не выглядело, сюда всё же пробивался затхлый аромат снизу. За столом, рядом с дверью стояла чопорно одетая кобыла. Она подняла глаза от журнала и приятно улыбнулась.
— Здравствуйте. Мне очень жаль, но мисс Даймонд не доступна на данный момент. Если вы здесь, чтобы записаться на приём, я постараюсь его перенести. Я приношу извинения за любые ваши неудобства.
Я уставилась на неё в шоке, затем выгнула бровь.

— Э-э, нам не назначено, — ответила я, запинаясь.

— Ох! Ну что ж, добро пожаловать в Флэш Индастриз, дом для многих удивительных и чудесных магических продуктов. Мне очень жаль, но мисс Даймонд не доступна на данный момент. Мне очень жаль, но все старшие сотрудники отсутствуют на данный момент. Если вы хотите назначить встречу, я назначу её сейчас. Если вы хотите ждать, я буду рада ответить на любые возникшие у вас вопросы о Флэш Индастриз пока какой-нибудь пони не появится, чтобы вас увидеть. — Улыбнулась белая кобыла, смотря на меня своими голубыми глазами. Она напомнила мне чистую, улучшенную версию кобылы ниже.

— Вы – секретарь Даймонд? — спросила Глори, заинтересованно нахмурившись.

— Я – автоматизированный фотонный автоответчик на основе секретаря мисс Даймонд, мисс Берил. Я боюсь, что мисс Берил вне офиса на данный момент. Хотите, чтобы я связалась с ней для вас? — живо спросила проекция.

— Нет, — быстро ответила Глори, потом посмотрела на меня. — Заметили сходство?

П-21 кивнул, а я перевела взгляд с одной на другого.
— Что?

— Предполагаю, что Даймонд внизу – это потомок секретаря мисс Даймонд. Система думает, что она всё ещё жива.

— Тогда что это? — указала я на кобылу за столом.

Скотч подбежала к ней и протянула своё копыто. Та замерцала на месте, приятно улыбаясь кобылке, махавшей копытом туда-сюда внутри голограммы.
— Круто!

Ну, она была такой же проекцией, как и Профессор, только машиной.
— Мне нужно попасть внутрь офиса мисс Даймонд, и быстро.

— Мне очень жаль, но это не допустимо. Если вы хотите подождать, пока мисс Даймонд появится или назначит встречу, пожалуйста, делайте это сейчас, — весело произнесла проекция.

— Что ты? — спросила Скотч Тейп. — Призрак?

Проекция с нежностью смотрела на неё.
— Я – пример нескольких самых захватывающих технологий голографических проекций, разработанных во Флэш Индастриз. Хотя мы хорошо известны благодаря нашей линии магических средств индивидуальной защиты, Флэш Индастриз является также ведущим разработчиком магии манипуляции света. Благодаря нашему партнёрству с Министерством Тайных Наук, Флэш Индастриз трудился над производством наших последних и наиболее интересных творений.

— Какого рода творений? — поинтересовалась Глори.

— Мне очень жаль, но вам придётся быть более конкретными. Заинтересованы ли вы в наших средствах индивидуальной защиты? Голографической технологии? Технологии защитной магии? Или другой технологии? — спросила проекция слегка снисходительным тоном.

Я собиралась спросить о Проекте «Стальной Пони», когда Глори произнесла:
— Средства индивидуальной защиты? Вы имеете в виду оружие?

Проекция нахмурилась.
— Флэш Индастриз не любит отрицательные ассоциации, связанные с этим термином. Наша продукция индивидуальной защиты разработана с целью защиты наших пользователей от вреда путём применения мощной, точечной магической силы. Будучи хорошо известными за наше лучевое оружие, мы также преуспеваем и в альтернативных магических эффектах. Тем не менее, следует помнить, что подобные вещи должны заключаться через нашего военного представителя продаж или такового у Министерства Крутости.

Получается, им не нравится слово «оружие»? Сюрприз, сюрприз.
— А как насчёт...

— Что такое голограммы? — спросила Скотч Тейп, затем немного отступила назад, заметив мой подергивающийся глаз и тихое рычание. — Что?

— Флэш Индастриз разработала впечатляющую линейку технологий магической проекции, способную дублировать практически любое изображение с точностью в девяносто девять целых и восемь десятых процентов. Используя многоточечную проекцию, мы даже способны поддерживать изображение, когда один источник проекции заблокируется. Нет больше раздражающих теней на изображении! В сочетании с нашей щитовой продукцией, мы прогнозируем новые захватывающие продукты с использованием жёсткого освещения, которые будут представлены на Флэш Индастриз в ближайшие годы.
Её весёлость действовала мне на нервы.

“Окей. Так скажи мне--“ начала я.

— О магических щитах? — спросил П-21, нахмурившись. Я прошипела сквозь зубы, как мой глаз расширился. «Он – умный пони, не стреляй в него. Он – умный пони...»

— Нашей последней и наиболее интересной продукцией на сегодняшний день являются устройства магического щита. Спроектировав барьер магической энергии, мы смогли защитить жизненно важную военную и правительственную собственность всей Эквестрии. Хотя они и не доступны для частных закупок на данный момент из соображений безопасности, мы прогнозируем, что через двадцать лет все пони будут пользоваться полной индивидуальной защитой путём нашей продукции магических щитов. Здесь на Флэш Индастриз, мы гордимся тем, что предоставляем одни из самых сильных и наиболее совершенных защитных технологий в Хуффингтоне или за границей!

— Но ему не хватило энергии, — выпалила я. — Щит Хуффингтона не сработал, потому что ему не хватило энергии.
Я выглянула в окно и... посмотрела на совершенно нетронутый город! Тут даже было солнечно. Ядро высилось, как кластер из дымчатого кварца. Оно даже блестело. Но... было что-то не так в изображении. Я протянула копыто, и всё окно замерцало в месте его проникновения. Я почувствовала грязное стеклом под ним.

— Мне очень жаль, но, чтобы обсудить конкретные технические вопросы, мне придётся направить вас в наш инженерный отдел. Хотите записаться на приём?

Я вздохнула, собираясь уже спросить о «Стальном Пони», когда остановилась в посмотрела на Лакуну.
— Ну?

— Что? — Она моргнула в замешательстве.

— Ты не задашь вопросы о других технологиях? — поинтересовалась я.

— Флэш Индастриз включает не только продукцию с использованием света. — Я закрыла лицо и крикнула в копыта, когда проекция продолжила. — У нас есть ряд других проектов по всей Эквестрии, таких, как наше сотрудничество с Гиппокампус Энерджи и их солнечными батареями Нью Хоуп, различные услуги распространения энергии с программой реконструкции Хуффингтона, и работа с Хуффингтонским Планетарием и Обсерваторией Горы Чёрный Пони. Мы также...

— Заткнись! Я здесь за Проектом «Стальной Пони»! — отрезала я.

Проекция замерла. «Ой-ой...» Потом она нахмурилась. Кобылий голос сменился на глубокий самцовый.
— Мне очень жаль. Пожалуйста, оставайтесь на своих местах, пока не прибудут соответствующие службы безопасности. Компетентные органы были предупреждены. Если вы попытаетесь уйти, то будут использоваться смертельные контрмеры. Приносим свои извинения за доставленные неудобства.
И одновременно с этим во всём здании зазвучали сигналы тревоги.

Почему я была определённо уверена, что Даймонд и Лайтхувзу не понадобится много времени, чтобы подняться сюда и проверить?

Стены вокруг нас замерцали и соединились в два светящихся белых аликорна. Голубые бусинки светились на кончиках их рогов, когда они подошли. Я надеялась, что богине будет приятно, когда я подняла дробовик и выстрелила картечью в призрачного фантома. Свинцовые шарики прошли прямо через него без последствий. Лучевая винтовка Глори оказала, пожалуй, даже меньший эффект. Магические стрелы проникли внутрь без ряби.

Затем нас захлестнул голубой свет и... Я зевнула? Действительно, вялость распространялась по мне с пугающей быстротой. Даже Лакуна выглядела уставшей, а она не должна спать! Несмертельное оружие, вспомнила я. Похоже, Даймонд была верна своему слову, данному Твайлайт. Мой глаз прослезился, пока я боролась со сном, вглядываясь в голубой свет в конце рога аликорна. Крошечный сапфировый талисман плавал там на кончике!

Я проскользнула в З.П.С., прежде чем мой глаз полностью закрылся, поставила в очередь две атаки, и понадеялась на лучшее. Мой первый выстрел не обратил внимания на гигантскую светящуюся цель и ударил прямо в синий драгоценный камень. Тот разрушился с крошечным хлопком голубого дыма. Другой лишь дал трещину, и мне пришлось сделать три выстрела, прежде чем везучая дробинка разбила его. Аликорны погасли.
— Не беспокойтесь об аликорнах. Цельтесь в драгоценные камни, — сказала я, когда они появились, на этот раз с красными камнями. Лучи обжигающей энергии прокатилась по приёмной, и всем мы, кроме Лакуны, бросились в укрытие. Глори завизжала, когда обуглившаяся линия протянулась от её покрытого шрамом бедра до копыта. Я чертыхнулась, выцеливая огненные рубины. Однако, вокруг каждого из них появился маленький щит, и мои дробинки отклонились, не нанеся вреда.

Малиновые пучки вгрызались в поднятый щит Лакуны, пробуриваясь через него к аликорну и Скотч Тейп. Вдруг глаза кобылы сверкнули.
— Жалкие призраки! Вы осмелились бросить вызов истинной Богине? — Заявила она. Аликорн встала на дыбы и закричала гудящим, резонирующим голосом. — ИЗЫДИТЕ!
Из её рога разразился поток волшебных стрел, унёсшихся вдаль, сфокусировавшись на огненных рубинах. Они не только сокрушили двух вышеупомянутых аликорнов, но и добрались до каждого драгоценного камня, излучавшего голограмму. Когда буря миновала, приёмная вернулась к тому же испорченному состоянию, что и здание ниже. Два или три пятна света слабо мерцали, и некогда потрясающие двери оказались пустыми дверными проёмами

Хорошо. Цвет меня впечатлил. Лакуна посмотрела на меня и властно заявила:
— Над Богиней НЕЛЬЗЯ насмехаться.

— Я не насмехалась над тобой. — Я посмотрела на П-21. — Ты? — Он энергично помахал головой. — Ты? — Челюсть Глори просто болталась открытой. Я смущённо улыбнулась. — Видишь? Никто не насмехался!
Она тихо фыркнула, взгляд немного смягчился, когда она взъерошила свои перья.

С высоко поднятой головой, она шагнула через двери в кабинет, украшенный ещё голограммами. Всё тут выглядело чистым, но скрыть этот запах плесени и грибка не получилось.
— Турнип? — крикнула я, входя следом.

— Эй, детка. Я там, где ты оставила меня. Готова ещё раз поскакать на шутнике Турнипа... ой? — желтовато-коричневого цвета жеребец был привязан, распластавшись на кровати, выглядевшей очень к месту среди голограмм. Судя по всему, он был далек от страдающего... — Я думал, ты будешь кем-то ещё.

— Я – Охранница. Я здесь, чтобы спасти тебя, — сказала я, немного скептически. — Я имею в виду, если ты не занят?

Глори снова закрыла глаза Скотч своим крылом. Кобылка отмахнулась и критически посмотрела на связанного жеребца.
— Эх, я видела и больше, — сказала она решительно. По какой-то причине, это, казалось, взорвало что-то в мозгу Глори, и слова, что она собиралась сказать, умерли в горле. Я тоже немного удивилась. Глори не слышала о секс-образовании? Анклавовцы такие странные...

Турнип оказался довольно обыкновенным на вид земным жеребцом: желтовато-коричневым с коричневой гривой. Он слегка улыбнулся.
— Ну... Вы не должны... Я здесь в порядке.

П-21 вздохнул, закрыв лицо копытами, прежде чем сказал:
— Я – твоя замена. Она выбрасывает тебя к остальным Вспышкам, а затем тебя обратят в пыль.
Выражение его лица добавило невысказанное «идиот».

Усмешка Турнипа исчезла, и скованный жеребец резко задёргался.
— Оу. Ах... хорошо ... В таком случае... спасение только приветствуется, да, сэр, благодарю вас, пожалуйста! — Я покачала головой, приближаясь с мечом. Он посмотрел вниз, на другую свою голову. — Отбой, мальчик! Хех... Он думает сам по себе, — сказал он, когда я улыбнулась, вращая лезвие снова и снова. Я ухмыльнулась, глядя на него сверху вниз. В его глазах росла паника. — Ложись!
Я слегка закатила глаз.

— Не волнуйся... Я обещаю не срезать слишком много от конца, — сказала я, поднимая меч, чтобы срезать эти оковы. Может быть, парень не заслуживал такого, но... честно? Оставаться здесь с этими бандюками ради секса? В самом деле?

В этот момент двери лифта зазвенели, и жеребец выпал из моего внимания, когда восемь Вспышек вывалились и сразу же открыли огонь красными лучами сжигающей магии по большинству из нас. Кровать была самой большой штукой для Глори и меня, за которой можно укрыться, так что мы оказались стрелявшими над Турнипом, пока я пыталась освободить его, разрезав оковы. Разделение моей концентрации не очень хорошо сказалось на точности обоих действий. Я перешла на винтовку, оставляя свой З.П.С.. для Даймонд.

— Освободи меня! Освободи меня! — орал Турнип, пока мы стреляли над ним, удерживая Вспышек подальше. Скотч, Лакуна, и П-21 прятались за большим офисным столом. Аргумент выстрелил с глухим шумом, но среди них оказался достаточно быстрый единорог с заклинанием щита, о который гранаты стукнулись и отскочили обратно к нам.

— Заткнись и думай о малом! — крикнула я, перезаряжая винтовку. Мне удалось разобраться с двумя завязками.

Затем двери лифта зазвенели снова, и оттуда вышли ещё Вспышки. За ними следовала Даймонд с парящей над ней лучевой пушкой Гатлинга и окружавшей её сферой мерцающего света.
— Достаточно! Настало время превратить всех этих уродов в пыль!
Я прыгнула в З.П.С., направила четыре пули прямо в голову... и увидела нулевой шанс попадания в конечность. Я не отменила заклинание и всё-же жахнула из любопытства.

Пули просто отлетели от щита. Вот дерьмо, временами я ненавидела быть правой. Даймонд уселась, и светящееся лучевое оружие Гатлинга начало разносить весь офис дождём красных взрывов. Моя броня зашипела, а Глори едва увернулась, когда лучи прошли из одного конца офиса в другой. Какая-то чудесная штука дотянулась и защитила части Турнипа от испарения.
— Вы все – пыль! Все вы!

Хорошо. Теперь я могла бы использовать немного крутости Богини, но всё, что она могла сделать, это удерживать свой щит для защиты Скотч Тейп и П-21. Внезапно, она исчезла со вспышкой, забрав их обоих с собой. Что-то глухо ударило по земле, выкатившись из-за стола. Даймонд остановилась и вдруг закричала:
— Кто украл мою добычу?
Это было частичное освобождение. Но это также означало, что трое из нас вот-вот мгновенно обратились бы в пыль.

Затем голографический офис померцал и потух, открыв грязное и обветшалое окружение, настолько мне знакомое. Драгоценные камни в стенах под потолком замерцали и наполнили комнату странной короной света.
— Что ... Что вы делаете? — спросила Даймонд, пятясь к двери.

Вдруг, из одного драгоценного камня вспыхнул малиновый луч и пронёсся по пони в дверях, взрывая каждую облаком светящегося пепла. Два луча. Четыре. Десять. Вся комната наполнилась мигающим и мерцающим светом. Алые копья метались вперёд и назад, ловя каждую Вспышку красными линиями смерти. Два, три, иногда четыре луча сходились и превращали кобыл в сверкавшие кучи. Они были настолько сильными, что проплавляли перекрёстные линии в полу и стенах.

— Что... Что вы сделали? — закричала Даймонд, повернувшись, чтобы броситься к лифту. Каждый луч сжигающей смерти перекинулся на её щит. Ожерелье на шее треснуло, и алмаз выскочил. Мгновением позже она превратилась в светящуюся коллекцию пыли в форме пони, тихо рухнувшую в кучу. Лучи замерцали, а затем появился пони. Очень знакомый пони.

Голденблад

— Хорошая работа, Блэкджек. Я так рад, что я смог встретиться с тобой лицом к лицу, — спокойно произнёс он, иллюзия мерцала передо мной. — Я долгое время пытался наладить непосредственный контакт с тобой и ЭП-1101. Так что рад, что смог помочь тебе сейчас.
Золотые глаза. Покрытая шрамами белая шкура. Искренняя улыбка...

— Ты – Голденблад, — пробормотала я тихо, с трудом стоя... даже дыша. — Ты... Ты...
Что я должна была чувствовать прямо сейчас?

Здесь был пони, стоявший за всем... за министерствами... проектами... столькими старыми тайнами и ложью, сломавшими мою непосредственную жизнь. Если бы не он, Девяносто Девятое не подверглось бы болезни рейдеров. Если бы не он, Луна могла и не основать министерства. Здесь стоял ублюдок, которого я могла винить за всё!

Он выглядел немного раздражённым моей потерью речи.
— Ты немного ошеломлена. Я просто рад, что смог помочь. Теперь. — Он сделал глубокий вдох. — Об ЭП-1101.

Он стоял за программой? Я медленно подошла к проекции. Такой безупречный в изображении. Появление таким... сейчас? Вот так резко и к делу? Выходит... Не Голденблад. Должно быть, он пудрил мозги... пытаясь установить между мной и собой контакт.

— Что ты сделал с Флаттершай? — тихо спросила я.

— Флаттершай?
Это был всего лишь момент. Всего лишь момент непонимания и путаницы.

— Как звали кобылу, что ты скинул в шахту?— спросила я громче.

Он хмуро посмотрел на меня.
— Как ты смеешь...
Никакого шока от того, что я знала о его убийстве кобылы-смертницы ради защиты одной из своих тайн.

— Глори. Выведи отсюда Турнипа. Сейчас же. — Я бросила меч на кровать. Голограмма уже начинала искажаться. Голден, казалось, разваливался на маленькие спирали. — Я не знаю, кто это такой, но это не Голденблад.

Внезапно лучи вспыхнули на моей ноге, и я почувствовала, как ощутимая сила подняла конечность в воздух. Голос Голденблада растворился в механическом, непонячьем крике.
— ДАЙ ЕГО МНЕ! — Интонация последнего слова становилась всё выше и выше, в то время как меня поднимали в воздух. Я понятия не имела, откуда появился магический щит, схвативший мою конечность. Может быть, он был встроен в офис? Несмотря на это, он тащил меня за мой ПипБак. — ДАЙ ЕГО ДАЙЕГО ДАЙЕГОДАЙ ДАЙДАЙЕГОЕГОЕГО... — безумно трещал он. Два других щита вокруг моих задних копыт тянули в противоположном направлении. Я подняла дробовик, но луч разрезал его на две части. Затем моя концентрация пропала ко всем чертям, когда я ощутила, что мой торс начинает растягиваться.

Эта... штука... могла бы просто прожечь мою ногу насквозь. Вместо этого, она попросту собиралась сорвать его. Я стиснула зубы, не доставляя ему удовольствие услышать крики, когда почувствовала, как кости моих ног начинают растягиваться. Я задумалась, что не выдержало бы первым. Мои «кости»? Мышцы? Кожа?

— Глори! Убирайтесь отсюда! — крикнула я... и продолжила кричать. Разрываясь на части. Медленно. Именно то, что я заслужила за Скудл. За клинику. За Кловер. Это было на самом деле не так уж плохо. Это было поэтично. Глори освободила его. Теперь они могли убежать, а голос визжал всё сильнее и сильнее.

Если не считать того, что Глори не устремилась к лифту с Турнипом. Она бежала к столу. Бежала к небольшому объекту, который уронил П-21: металлическому яблоку с синей полоской.

— НЕЕЕЕТНЕТНЕТНЕТНЕТНЕЕЕТНЕЕТНЕТННЕЕЕЕЕЕТНЕТНЕТ!!! — завизжал голос и комната наполнилась диким шквалом красного. От множества взрывов пол подо мной начал прогибаться. Я ничего не могла сделать... ничего, кроме как кричать. Ничего, кроме как смотреть, как эта сила росла всё больше и больше. Я почувствовала, как в плече что-то хрустнуло. Слёзы потекли по моему лицу от уверенности, что в любой момент она превратилась бы в кучку пыли.

Но Глори была пегасом. Она могла и не являться солдатом, но в тот момент она оказалась быстрее и изящнее, чем я когда-либо могла себе представить. Даже сейчас, когда пол начал просаживаться, она двигалась без единой ошибки. Не думаю, что когда-либо я видела её более красивой. Перепрыгивая последний ярд, она всунула в гранату и сцепила рукоять, затем выдернула её и бросила шар в центр комнаты. Лучи переместились, чтобы разрезать меня на куски, пегаску сжечь в пепел, а гранату превратить в мусор.

Синяя полоска вспыхнула.

Электронный голос завизжал и смазался в одном длинном треске, прежде чем полностью прервался. Драгоценные камни последний раз вспыхнули, затем один за другим быстро разбились. Я упала в кучу, мои конечности кричали от боли, пока я лежала там на проваливавшемся полу. Медленно, я села. Моя правая передняя нога болталась на боку. Меня посетили мысли, будет ли она вообще работать. Я взглянула на пегаску, до сих пор державшую рукоять в рту, и слабо улыбнулась, в то же время плача.

Затем раздался громкий треск и гул, и мой мир начал падать. Я просто беспомощно смотрела, как Глори прыгнула ко мне. Я думала, что видела её двигающейся быстро раньше. Сейчас время, казалось, растянулось, стоило мне почувствовать, как подо мной шевельнулся и проломился рушившийся пол. Её крыло билось, будто бы пытаясь пролететь это расстояние. Я отсчитывала время сердцебиениями... и целая вечность тянулась между ними. Она добралась до меня, сгребя своими копытами. Поднимала меня... сдвигала в сторону. В безопасность... почти.

Мой ПипБак застрял в разветвлении искорёженного металла, когда пол полностью обрушился. Моя правая передняя нога обняла Глори и крепко её держала, пока мы висели над обломками дюжиной футов ниже. Святая Селестия, это больно. Меня подготовило ко всем видам ужасного опыта познания боли! Я даже не была уверена, являлась ли «боль» тем, что я уже не ощущала. Но это не имело значения. Глори была жива! Я была жива. Я заглянула в самые красивые глаза во всей Эквестрии.

Я ошибалась. Это было самым красивым, что я когда-либо видела в ней.

Затем этаж ниже нас сильно задрожал и с рёвом, заставившим мои уши пульсировать, сорвался вниз. Все здание затряслось, и я почувствовала как ПипБак начал выскальзывать из этой металлической развилки. Следующий этаж обвалился. Затем следующий. И теперь нетронутый выпотрошенный каркас Флэш Индастриз был наполнен разрушенными бетоном и сталью, шумом и удушающей пылью. Мои глаза горели, но я не могла отвести взгляд... она начала сползать с моего копыта. Я едва могла дышать... почти ничего не видела... в то время как обвал, наконец, достиг неважно каких глубин этой башни, вероятно, уничтожив мэйнфрейм в пыль. Понемногу, я почувствовала, как моя левая нога растягивалась. Скоба перестала выдерживать.
— Держись! — кричала я, не в силах сделать больше, чем висеть там. Я ощутила, как ПипБак медленно высвобождался.

Я чувствовала, как соскальзывала Глори.

Я посмотрела ей в глаза. Такие спокойные, такие красивые. Я увидела её крыло... увидела обрубок рядом с ним... последнюю плату за мою неудачу в туннелях. Я не могла говорить. Я могла лишь молиться, чтобы она смогла прочесть мои мысли в момент, когда я думала всеми фибрами своего существа: «Не отпускай».

Пожалуйста, дорогая Селестия... спаси меня...

Она улыбнулась. Напряжение на левой ноге внезапно исчезло. Пегаска упала...

И остановилась в белом свечении точно ниже меня. Я зажмурила глаз, сосредотачивая каждую частичку своей воли в моём тупом крошечном бесполезном роге. Я никогда не была сильным телекинетиком. Всем, что я могла делать с его помощью, была стрельба. Но перед Луной будет сказано, я бы с радостью потеряла навсегда свою магию, если бы смогла поднять её на выступ. Забери мою магию, Луна, но позволь мне спасти ей. Пожалуйста. Мой рог бился в такт с моим бесполезным гнилым сердцем. Сделай это! Если я когда-либо собиралась сделать что-то... сделай ... это!

Я решилась посмотреть. Медленно, она поднималась. Фут. Два. Я протянула переднее копыто к ней, в то время как она, протянув своё, очень мягко прикоснулась к нему. В её глазах не было страха. Просто удивление. Просто любовь.

А потом в моём роге поселилась жуткая тишина, и свечение исчезло. Я застряла в этом ужасном моменте, глядя ей в глаза ... чувствуя её копыто на моём.... а затем...

Глори упала.

Её выкрикиваемое имя, казалось, не переставая оглашалось эхом до бесконечности.

Глори.

Заметка: 75% до уровня

(Бесконечная благодарность Kkat за создание Fallout Equestria. И тонны, благодарностей Hinds, Bronode, и Snipehamster для принятия этой главе читабельного вида. Огромное спасибо каждомупони, что оставляет комментарии, чтобы заставить меня писать. И любой пони, который хочет помочь мне, битсы можно сдавать через Paypal на David13ushey@gmail.com.)

(О... и... э... извините...)

(Hinds здесь (я упоминал его в комментариях, но я хотел бы повторить): Мы изменили Блэкджек магия цвета от Красного до белого, пожалуйста, дайте нам знать, если вы заметили каких случаях мы это пропустили в предыдущих главах.)

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/28544/102532

Переводчики: Devilly163, mifjlz, makujin, Exerise

Uzelok21, BlackJack42, ShaRiRash, AlianceGrin

SILMOR, Rilos_Delms

Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0