Готовый перевод Fallout Equestria: Project Horizons / Фоллаут Эквестрия: Проект Горизонты: Глава тридцать седьмая: Победы и поражения

Фоллаут Эквестрия: Проект Горизонты

Автор: Somber

Глава 37. Победы и поражения

"Часы уже тикают, Твайлайт! Часы! Уже! ТИКАЮТ!"

Сангвин схватил за гриву истекающую кровью Черити и выпрыгнул через дыру в стене. Я взглянула на сражающуюся Глори и прокричала сквозь шум:
- Лакуна! Убери их от нее! - Пять слов. Пять коротких слов. А затем я ринулась в дождливую ночь, по направлению к мосту, двигаясь так быстро как только могли меня нести мои киберноги. Я не снизила скорость даже когда он начал замедляться. Он повернулся ко мне, но я не дала ему произнести ни слова, оттолкнув от лежащей кобылки. Ударяя и пиная своими металлическими конечностями, я оттеснила его назад.

Изо рта Сангвина вырвался розовый пар, но теперь я была готова к этому трюку. Я задержала дыхание и отклонила голову назад... и тут же почувствовала сильнейшее жжение. Голова словно горела, сильнее чем когда-либо. Но я не беспокоилась об этом, стараясь увеличить дистанцию между ним и его заложницей. Рядом приземлилась Глори и тотчас же влила ей в рот целебное зелье.

- Идиотка! Отдай мне программу! - с неистовой яростью прокричал он.

- Ты получишь... лишь... милосердие! - выкрикнула я, изо всей силы лягнув его задними копытами, и отправив в полет через весь мост. Около стены появилось красное свечение, затем ослепительная вспышка, и Сангвин превратился в кучу пепла, быстро растворившуюся в воде.
- Но ты даже этого не заслуживаешь, бессмертный ты ублюдок.

Я неспешно вернулась туда, где Глори помогала Черити встать на копыта.
- Ты чего так долго? - слабо произнесла кобыла. - Надо бы оштрафовать тебя за задержку.

- Я... Я пришла так быстро как только смогла!

- Да, да... извини, но так все же не пойдет. Пять сотен крышечек.

- Ой, ну хватит! - прохныкала я. Глори улыбнулась и мы вместе пошли обратно к Капелле.

~ ~ ~

Ага... Почему я этого не сделала?

Я лежала на спине на кровати Мериголд, разглядывая нарисованные на потолке звезды, и прижимая к груди статуэтку Рэрити. В эту минуту Сангвин наверняка делал что-нибудь гнустное из того что запланировал. Страшный монстр пробудился в Хуффе, и это была отчасти моя вина. Священник сейчас лежал в могиле. Скотч была сильно травмирована, но старалась не показывать этого. П-21 был шокирован. Глори пыталась удержать нас всех вместе, словно мы были большой дефектной суррогатной семьей. Даже Рампейдж было больно от потери Священника.

Получается самым нормальным из нас была аликорн, хранящая в себе несчастные воспоминания одной лишь Селестии ведомо скольких пони.

Я знала что не должна была делать этого. Я знала что должна поговорить с друзьями... или поработать над чем-нибудь... или... типо того... но не это. Я не могла помочь себе. Я закрыла глаза и вздохнула.

Я потерпела неудачу

И в этом не было ничего нового. По сути, я была экспертом в том чтобы все портить, срывать, да и вообще совершать различные ошибки. Но то что произошло на мосту беспокоило меня сейчас куда больше, чем неудачная попытка выбраться из кандалов. Оно словно прицепилось ко мне, и я никак не могла избавиться от этого ощущения. Я лежала, прекрасно зная что должна сделать. Встать, наконец, с этого матраса, и сделать это.

Но я не могла.

Я должна была преследовать Сангвина. Я должна была остаться здесь, с П-21 и Рампейдж. Я должна была убедится что Скотч в порядке. Я должна была взять на свои плечи часть бремени Глори. Я просто утопала во всех этих вещах, которые должна была сделать. Но все что я сделала это перевернулась на другой бок и свернулась клубочком. Как бы я хотела чтобы здесь оказался Крупье и сказал мне что-нибудь, что вновь заставило бы меня подняться на ноги.

Нужно было снова начать действовать. Потому что я чувствовала, что пока я лежу здесь, мой разум начинает медленно погружаться в воспоминания. Скудл, разорванная надвое... почему я не послушала ее? Почему я была такой невнимательной? Пошла в подземелье, игнорируя риск... ну почему мы не попытались пойти в обход? Подождать пока Лакуна слетает туда и телепортирует нас за собой? Убедить Риветс... остановить Смотрительницу...

Неудача была моим особым талантом, и прямо сейчас я весьма успешно его применяла.

- Блэкджек? - ласково сказала Глори. Я медленно подняла голову и увидела ее с тарелкой почерневшей еды.
- Я состряпала тебе немного... ну, если ты голодна, - она медленно приблизилась ко мне и положила на матрас обугленные Засахаренные Яблочные Бомбочки и кексы из радиоактивной спаркл-колы. У меня было такое ощущение что четыре вилки тоже были частью блюда. Я закрыла глаза и опустила голову обратно на матрас.

- Прости, - тихо сказала Глори позади меня. - Если бы я не сломала винтовку... и я не могла стрелять из излучателя на большой дистанции... а ведь он приставил оружие к ее голове...
Она замолчала.
- Если бы я прыгнула одновременно с П-21... и пошла налево, а не направо... меня бы не загнали в угол. Это моя вина.

Нельзя позволить ей сделать это. Нельзя позволить ей причинить себе боль. Обними ее. Поддержи. Скажи что это была твоя вина. Попробуй ее развеселить. Сделай хоть что-то, вместо того чтобы валяться здесь! Подними задницу и сделай что-нибудь. Хоть что-нибудь! Но я не могла. Сангвин победил. Я проиграла. Быть может я и спасла Черити, но каким-то образом я лишилась того, ради чего боролась. Каким-то образом я словно вырвала из себя все внутренности и стала пустышкой.

- Прости, - повторила она, и выбежала из комнаты. Я закрыла глаза. Я знала что не смогу уснуть. Я не могла проникнуть в шар памяти. Каждую секунду Сангвин уходил все дальше и дальше, а я просто лежала здесь! Двигайся, бесполезный ты кусок дерьма! Пони нуждаются в тебе! Они верят в тебя! Давай!

Я начала шевелиться, аккуратно убирая тарелку в мусорное ведро рядом с кроватью. Затем опять свернулась и посмотрела на статуэтку Рэрити. Она явно понимала, что значит упиваться... чем-то, чем должны упиваться пони. Она хотела другой жизни. Если бы все сложилось иначе, вышла бы она за Вэнити? Стала бы матерью? Прославилась бы как непревзойденный дизайнер, а не Министерская Кобыла? Но она сделала то, что должна была. И она выдержала. Я вновь закрыла глаза, прижимая лицо к подушке.

Что же делала я? Просто валялась в своей комнате. Я желала, чтобы П-21 или Рампейдж ворвались сюда и наваляли мне как следует. Выпинали из кровати. Заставили снова шевелиться . Хоть что-нибудь. И тут, будто кто-то прочел мои мысли, я услышала стук в дверь.
- Блекджек?
Голос Рампейдж. Я даже не взглянула на нее.

Прямо сейчас я должна была, для начала, перестать тут валяться. Помочь моим друзьям. Выследить этого гребанного убийцу. Хоть что-нибудь! Каждую секунду моего "отдыха" он становился все дальше и дальше... создавал новых монстров... собирался сбежать к Красному Глазу... еще что-нибудь. Подними меня, Рампейдж. Напои виски. Что-нибудь! Что угодно!

Вместо этого она очень долго стояла там, а потом вновь закрыла дверь. Видимо есть вещи, которые даже Рампейдж не под силу. Я свернулась так сильно, что уткнулась носом в колени. Я чувствовала себя как в Стар Поинте, за исключением того что мозги на сей раз были на месте. Я не хотела умирать. Я вообще ничего не хотела делать. Я лишь хотела встать, наконец, с кровати, и заняться тем, чем должна.

Дождь Хуффингтона снова застучал по крыше. Мне было тепло и сухо, спасибо Священнику за это. И теперь я валялась на матрасе, давая его убийце безнаказанно сбежать. Я подумала о Дасти, умирающей у меня на копытах, и о том какое бы она испытывала сейчас отвращение. "Да что же со мной не так?" - возмутилась я, зажмурившись. Поднимайся! Шевели конечностями, гребаная неудачница! Никчемный кусок дерьма! Ты не смогла спасти Скудл! Не смогла спасти свое стойло! Ты никому не поможешь, если так и будешь лежать на кровати, идиотка! Шевелись! Шевелись! Иди! Сделай, наконец, то, что должна! Давай!

Вместо этого я разрыдалась.

Слишком много всего. Слишком много, чересчур стремительно. Не только мое возвращение в Хуфф... но и Тенпони. И ранее... на лодке... и когда я пыталась остановить войну, потому что мне оставалось жить всего несколько недель. И тот туннель... попытка самоубийства П-21... Стар Поинт... За последний месяц мне доставалось все больше и больше, но несмотря на всю боль и все те ужасы, с которыми мы столкнулись, я всегда чувствовала, что все еще могу стоять на копытах, могу сражаться.

И теперь, после всего того, через что я прошла, меня сломила... кровать?

Дверь открылась в третий раз, и я почувствовала на себе его взгляд. Он был тяжелым и презрительным. И даже ненавидящим. Я убила первого жеребца, которого он полюбил, и теперь валялась на кровати вместо того чтобы гнаться за пони, убившим второго его любовника. Делай что считаешь нужным, П-21. Что угодно. Кричи на меня. Бей меня. Пристрели меня...

- Блекджек, утром мы выходим за Сангвином, - сказал он голосом куда более мягким, чем я заслуживала.

Я лишь шмыгнула носом, как неудачница.
- Прости меня. Я до сих пор думаю о том, что должна была сделать.

Я хотела чтобы он сделал мне больно. Я прекрасно себе это представляла: "Надо же, Блекджек, я тоже продолжаю думать об этом. Ну может... не знаю... не дать убить пони, которого я любил? Снова. Это было бы неплохой идеей." Это был бы идеальный ответ.

- Не ты одна, - произнес он и присел на краю кровати. Быть может он собиратся столкнуть и избить меня, пока я лежала без движения. Я так себя ненавидела, что и сама бы с радостью себя избила, если б только знала как пошевелиться. Вместо этого, он положил копыто мне на плечо.
- Тебе необязательно идти с нами.

Я застыла, выпучив глаза на голую стену. Чтооо?

- У Скотч есть метка твоего ПипБака. Лакуна отправилась в поместье, чтобы впитать достаточно радиации для того чтобы телепортировать нас прямо к Зенитному Мосту, где мы сможем перехватить его как только он туда доберется. Она найдет Стронгхуфа, пока Рампейдж будет сгонять туда всех Потрошителей, которых сможет. Мы вернем его, - Он хлопнул меня по плечу. - Отдыхай. Мы вернемся, и глазом моргнуть не успеешь.

Я затряслась под его копытом. Не думаю что у меня получилось бы сжаться еще сильнее.
- Прости меня, П-21.
Ну давай, П-21. "И ты меня прости. Прости за то, что ты всегда все портишь. Прости, что не понимал насколько ты слаба. Прости, что никогда не ценил то, какая же ты неудачница. Прости за то, что ты убиваешь пони, которые мне дороги. " Давай, П-21! Скажи это.

- Не беспокойся об этом, - сказал он, снова хлопнув по плечу. - Отдыхай. Мы вполне способны разобраться с одним гулем.

Отдыхать? Разве не этим мы занимались в Тенпони? Или это просто была возможность почувствовать себя полной дурой? Скажи ему что-нибудь! Говори, Блекджек! Скажи ему тащить тебя туда. Скажи чтобы он избил тебя палкой. Вылазь из кровати!

Вместо этого я вновь закрыла глаза.
- Конечно
Черт возьми, П-21... ты же обещал...

Он ушел, закрыв за собой дверь. Может быть, он был прав. Может быть, без меня они куда лучше справятся. Зодиак отдала свои органы не той пони. Моя апатия подпитывала ненависть, а ненависть подпитывала апатию. Я должна двигаться. Сделать вид... но тогда из-за меня они все умрут.

Потому что я была идиоткой.

Неудачницей.

* * *

Я не знаю, сколько времени я лежала там. У меня не было часов, перед глазами было пусто, привычный Л.У.М. и раздражающие квадратики предупреждений исчезли. Скотч попыталась подключить ПипБак Мармеладки к моей ноге, но он производил какой-то вариант обратной связи, ощущавшийся как входящая в череп дрель. Лучше пусть он остается у Глори. Но, в конечном счете, вся моя ненависть и отвращение перекипела в одну простую, фундоментальную истину.

Мне надо сходить по нужде.

Это заставило меня медленно поднять голову, слезть с кровати и медленно направиться...шаг за шагом... на нижний этаж. Гостиная была пуста, за исключением Скотч и странной драконокобылки Прелесть, свернувшихся на диване. Драконоподобная кобыла открыла свои фиолетовые, с вертикальными зрачками, глаза, и взглянула на меня с холодным безразличием. Я наградила ее тем же взлгядом, она вздрогнула и опустила голову.

Я вышла в моросящую ночь, и поскакала подальше, чтобы сделать свои дела. Холодный воздух неприятно врезался в кожу, но мне это даже показалось бодрящим. Разумеется, этого недостаточно, чтобы избавить меня от проблем, но стоило мне поднять голову и окинуть взглядом облака, слегка покрытые болезненным зеленоватым свечением, как вдруг я почувствовала, что часть тяжести уходит с моих плеч. Мне не было лучше, но по крайней мере я избила себя так сильно, что конкретно утомилась.

Вернувшись внутрь, я вновь посмотрела на странную единорожку. Она, в свою очередь, взглянула на меня.
- Тоже не спится? - прошептала я, взглянув на Скотч. Пони-гибрид пожала плечами.
- Не любишь разговаривать?
Она продолжала смотреть на меня. Слегка удивившись, я улыбнулась и сказала:
- В тебя что, зебра вселилась?
Она угрюмо глянула на меня, и выдохнула крохотную струйку огня в моем направлении.
- Ладно. Приятно было поболтать.
Она снова опустила голову рядом со Скотч.

Я вернулась в комнату. Там по-прежнему лежал матрас, и меня очень сильно тянуло к нему. Приляг, сдайся, отступись... я хотела этого. Я подвела Дасти, Священника, и саму себя, дав Сангвину уйти. Почему я не попыталась взять с тобой П-21? Почему я просто не вернулась за сумками? Не сказала чего-нибудь, чтобы он убрал оружие от Сонаты? Вопросы все появлялись и появлялись, мне хотелось кричать от этого. Я посмотрела в зеркало. На себя.

Я испытывала глубочайшее отвращение. Не к себе, что довольно странно, а к своей кьютимарке. Дама и туз. Что это значило? Что мне нехватало трех карт до победы? Что я была куда искуснее с карточными трюками? Каков мой особый талант? У меня должна быть кьютимарка мертвого пони... нет... мертвой кобылки, разорванной надвое. Это бы мне идеально подошло. Хотя нет, все и так сходится: даже моя кьютимарка была очередным промахом. Я не заслуживала ее. Она мне совсем не подходила, и я ненавидела ее.

Я услышала одиночный приглушеннный стук в углу и подпрыгнула от неожиданности. Я посмотрела на контрабас Октавии. Должно быть, когда я закрыла дверь, он сдвинулся и стукнул о стену. Я медленно подошла к нему, и нежно провела по струнам. И я словно почувствовала, как мое сердце, ну или та механическая штуковина , которая у меня теперь была вместо сердца, затрепетало в ответ. Еще одна струна. И еще. Я ничего, по сути, не играла, лишь глядела на колеблющиеся струны. Я медленно поднялась и взяла смычок, по-прежнему держа его так, как раньше, когда еще была целой пони. На секунду я коснулась щекой головки грифа, а затем начала играть.

Я не играла какую-то определенную мелодию, а просто позволяла нотам взлетать и опадать, что звучало очень даже неплохо. Это была печальная музыка, и она идеально подходила к ситуации. Я представляла себе Октавию серьезной пони. Вычурной. Как помесь П-21 и Вельвет Ремеди. Я представляла, как она практиковалась, так же как я сейчас. Нравилось ли ей это? А может, она все это ненавидела? Нет... Я улыбнулась сама себе. Она могла ненавидеть строить на музыке карьеру, но она бы никогда не стала ненавидеть музыку.

Закрывая глаза, я представляла себя на сцене, перед тысячами пони. Иногда одна, когда каждая нота была ясно слышна и внимательно анализировалась. А иногда вместе с остальными, когда все звуки сливались в единый энергичный поток. Думаю, Октавия предпочла бы сыграть вместе с остальными; Я помнила как богато и великолепно этот инструмент звучал вместе с Лакуной, Попурри и... Священником.

Я остановилась и схватилась за контрабас так, словно он был единственным, что поддерживало меня в вертикальном положении. В принципе, так оно и было. Гладкое дерево под моей щекой было теплым... Как же мне было больно... Я не просто все запорола... Я проиграла. Но ведь ценой победы могли быть две жизни, не одна. Могла ли я себя этим успокоить? Должна ли? Я почувствовала растущее желание отложить инструмент в сторону. Навсегда. Можно отдать его Искателям, они были бы благодарны. Но не мне. Не сейчас. Никогда.

Мое копыто соскользнуло, и контрабас издал протяжный тренькающий звук. Я всхлипнула, выпрямилась и снова подняла смычок. Я снова заиграла, представляя себе Октавию, играющую после того концерта, что загубил ее карьеру. Я представляла, как она играет для все меньшего и меньшего количества зрителей... Во все более малых и дешевых театрах... Пока, в конце концов, не осталась совсем одна, в своей крошечной квартире.

Смотрела ли она на себя так же как я сейчас, испытывая то же чувство провала и неудачи, глядя на свою кьютимарку? Столько усилий, времени и стараний, и все впустую? Думаю, она чувствовала все это. Думаю, она глядела на свою кьютимарку музыканта и испытывала то же отвращение, что и я сейчас. Злилась ли она? Плакала ли? Или упивалась этим тихо и спокойно? Как я?

Мне было любопытно, что она чувствовала, когда Рэрити нашла её. Забытая и одинокая, Октавия определенно была рада любой помощи. Я представляла, как она уходит вместе с Рэрити, и вернувшись, изо всех сил пытается вернуть себе былую славу. Мотается туда-сюда от самого Фленка до особняка под дождем, пытаясь поймать попутную повозку как только могла. Не сдавалась. Потому что пока она играла, у неё была надежда. Она оставалась Октавией.

В те последние минуты, в ее квартирке во Фленке, когда радиация начала медленно отравлять ее, что она тогда играла? Я попыталась представить себе это, и мое копыто начало двигаться. Со струн слетела протяжная нота сожаления. За ней последовал низкий гул разочарования, омрачивший и без того печальный тон. И все же... все же... покой. Даже когда ее тело умирало, постепенно распадаясь на части... она чувствовала покой. А потом она аккуратно убрала свой инструмент, запечатала, легла и медленно умерла. Стоило стихнуть последней ноте, я поняла что она будет вечно звучать в моем сердце.

- Не время сдаваться, - прошептала я, не зная точно откуда исходили слова. - Ты очень далеко зашла, и тебе предстоит пройти еще больше.
Я уставилась на свое отражение, на мою кьютимарку.
- Священник не хотел бы, чтобы ты была такой. Он не хотел чтобы ты сидела тут в одиночестве, ненавидя себя. Ты знаешь, что должна делать... так что... поднимай свой круп и приступай, - сказала я собственному отражению, держа контрабас в копытах.

Но самое главное... как? Я поставила инструмент обратно в угол и вздохнула. Я хотела просто взять мешок драгоценных камней, залезть обратно в кровать, и поедать их до тех пор, пока не перестану вообще что-либо чувствовать. Ну вот, есть захотелось. Чуть позже, посасывая здоровенный алый рубин, я задумалась, любит ли Спайк рубины так же как я.

Я выплюнула липкий, полурастворившийся рубин, и уставилась на него. Затем взглянула на дверь. А что если... не, это глупо. Это не поможет... не сработает... но все же...

Я поскакала вниз, закинув сумку с драгоценными камнями на плечо. Я осторожно выудила оттуда аметист и протянула его Прелести. Она скептически на него посмотрела, ее рог засветился, и фиолетовая кобылка левитировала его к себе. Она выглядела смущенной. Я надеялась, что это сработает. Я подняла свой полуобсосанный рубин и закинула в рот. Несколько секунд она смотрела на меня так, будто я сумасшедшая, а потом положила в рот фиолетовый камень. В тот же миг она выкатила глаза от изумления.

По-видимому, давать кобылкам вызывающие легкое привыкание штуковины и вправду очень эффективно! В другой жизни я вполне могла бы стать продавцом дэша, или типо того. Пару камней спустя она пошла за мной наверх, в мою комнату.
- Итак... Прелесть... Можем мы поговорить?
Она посмотрела на меня своим смущенно-недоверчивым взглядом.
- Всмысле... ты умеешь говорить? Ты вроде понимаешь меня, так что...

Она проглотила изумруд, который жевала все это время, и ответила на удивление нежным голосом.
- Да. Я говорю.

- Так... как Сангвин превратил тебя в... это? - спросила я, указав на нее копытом. Она отступила от меня, нахмурившись. Я подняла копыта.
- Не то чтобы с тобой что-то не в порядке. Я просто хочу узнать как это случилось.
Это достаточно ее успокоило, и она расслабилась.

— Родилась больной. Плохие кости. Док сделал меня полудраконом чтобы мне стало лучше. Пони думали что я урод. Ввязалась в драку. Док меня усыпил, — Она посмотрела в окно. — Разбудил... сказал что я должна помочь ему... сказала нет... он сказал что снова сделает меня нормальной пони.

- Что ж... это было весьма любезно с его стороны, - сказала я, но она вновь посмотрела на меня угрюмо. - То что он спас тебя, я имею в виду...

- Симпатичная желтая поняша говорила с ним об этом. Думаю что пони и драконы не могут жить друг с другом.
Она посмотрела на свой усеянный шипами хвост. - Когда я дралась с теми пони которые надо мной издевались, меня заставляли спать вместе со всеми.

- Как ты попала в Капеллу? Пешком, по воздуху, или...

- Мы шли по туннелям. Плохим страшным туннелям. Когда мы выбрались оттуда, мы встретили этих котенок птиц.
Туннели. Отстойно.
- Но мы все же много шли. Много прятались.
Если мои друзья собирались отследить мой ПипБак, значит они должны будут спуститься под землю. А в этих местах под землей нет ничего хорошего. Зная Сангвина, я предполагала, что он подготовил кучу всяких ловушек и опасностей.

Теоретически, я знала где находится Исследовательский центр Гиппократа, так как Профессор скинула мне координаты. Между Мостом Зенит и Толлом, на восточной стороне реки. Фактически, там было несколько квадратных миль, где он мог бы находиться, и кто знает с чем нам пришлось бы столкнуться в этих обстрелянных и уничтоженных руинах? Если Сангвин идет по туннелям, они не смогут перехватить его на мосту. Тогда понадобится еще один день поисков, чтобы найти больше Потрошителей или Рейнджеров...

- Прелесть, ты хорошо помнишь то здание и окрестности?
Она нахмурилась, но кивнула. Я почувствовала нахлынувшую на меня радость. Если сработает, то когда Сангвин вернется домой, мы уже будем ждать его там!

- Помню. Немного...
Видимо, не самые приятные воспоминания.
- Обычно меня держали в моей комнате. Я хотела выйти наружу, но мистер Сангвин сказал что нельзя, потому что деревья были плохими.

- Деревья были плохими? - эхом отозвалась я. - И что?

- Они пытаются съесть тебя, - она вздрогнула, и выдохнула маленький язычок пламени. - Можно еще один? - спросила она, указывая копытом на сумку с драгоценными камнями. Я пододвинула к ней сумку, и она взяла очередной аметист.

- Так, деревья плохие. Что-нибудь еще? - мне хотелось начать делать записи.

- Монстры, - сказала она с безразличием.

- Эээм... какого рода монстры? - учитывая то, скольких монстров я повидала, мне было действительно непросто представить что-нибудь конкретное.

- Обычные монстры. Они там повсюду. Жуки. Растения. Песики. - просто ответила она, будто я достаточно глупа чтобы думать что там может быть что-то еще. - Еще там есть толстяки... они выглядят как пони, но они огромные и тупые. Много толстяков работают на Дока. Кора очень любит их убивать. Она стремная.
Мда. Я уже поняла. кобылка потерла подбородок, а затем добавила: - А еще там яд.

- Яд?

- Ну, вообще-то там их два вида.
Неужели одного было недостаточно?
- Первая - это липкая радужная штука... она не причиняет особого вреда пони вроде меня или Коры. Иногда толстяки вляпываются в нее, и она делает их еще более нелепыми. Какие-то красные пони однажды упали в нее, и сильно мутировали. Док прикончил их своим ядовитым дыханием. Этот противный розовый газ... в самом низу, на дне, целые облака этого газа. Только Док ходит туда, - Она ухмыльнулась, сверкнув острыми зубами. - Док сказал, что мне нельзя туда заходить, но я все же зашла. Сломала там несколько вещичек... - она пожала плечами. Видимо, этот жест был самым привычным для нее.

Я посмеялась над этим, и вспомнила, что сказала Психошай.
- Эй, Прелесть? Психошай сказала, что с Сангвином было что-то не так... он сказал, что я пробудила нечто в Ядре.

- А, ну да, он орал как ненормальный. Не знаю из-за чего. Я тогда спала. Но, как мне кажется, когда взорвался какой-то большой корабль... ну, он чуть с ума не сошел. Он говорил, что если какая-то там программа взорвалась, то ничто не сможет остановить что-то очень нехорошее, собирающееся вырваться из города и съесть каждого пони... ну или как то так. Я не особо слушала его, честно говоря. Очень многие пони хотят навредить ему...

Интересно, почему.
- Он никогда не говорил зачем ему программа?

- Она ему нужна чтобы исправить что-то. Хотя я не знаю что... надеюсь не что-нибудь из того, что я сломала.
Я нахмурилась... Это совершенно несовпадало с тем что я слышала раньше. Что он собирался создавать монстров, и использовать Пустошь как свою лабораторию. Или продать Химеру Красному Глазу.

- Он случайно не упоминал о каком-нибудь секретном проекте, или о пони по имени Голденблад? - предположила я.

- О, да! Он обзывал его всеми плохими словами, что я знаю, да многими другими тоже. Он постоянно твердил, что пони Голди все испортил, из-за чего-то что он когда-то сделал. Говорил что оно могло всех нас убить, - Она повернулась к окну и посмотрела на город. - Не знаю насколько это было серьезно. Хороший сильный пердеж снес бы половину этого города.

Я кивнула и присела рядом с ней. Я все еще чувствовала ту апатию, но теперь, стоило мне начать двигаться, она отошла на задний план. Я проиграла этот раунд, но еще не выбыла. Почти... но не совсем. Я была готова снова делать ставки.
- Спасибо, что рассказала мне все это, Прелесть.

- Да без проблем, ответила она. - Уверена что не собираешься ничего делать?

- Ага, - кивнув, сказала я, и мы пошли обратно вниз. Скотч Тейп сонно прищурилась, когда мы спустились.

- А, ты болтала с Блекджек, - тихо сказала она, потирая глаза копытом. - Эй, Блекджек... У тебя случайно нет тех мятных конфеток? Они классные.

- Эээ... нет. Извини, Скотч. Боюсь, что нам придется отправиться в Тенпони и набрать еще. Или можешь попытаться взять у Рампейдж, - улыбнувшись, предложила я. Но она не улыбнулась.

- Я просто надеялась... если я съем одну... может П-21 заговорит со мной, - сказала она. - С ними я чувствую себя... будто... будто я знаю что говорить. А сейчас я чувствую себя страшно тупой.

Я вздохнула и селя рядом с ней.
˜— Ты не имеешь права считать себя "страшно тупой", пока не станешь причиной смерти какого-нибудь невинного пони, понятненько, юная леди? ˜— сказала я с притворной суровостью. Она по-прежнему не улыбалась, я задрожала. Часть меня... немалая часть... хотела снова свернуться в кровати. Я собиралась еще больше испортить ее. Я дала ей наркотики, чтобы мы смогли победить. И, разумеется, это сработало, но теперь она платила свою цену за то что смогла переманить Прелесть на нашу сторону. Платила за мою ошибку.

Я чувствовала это. Оно давило на меня, словно гравитация, но только в голове. Мне хотелось сдаться, и позволить унести себя. Но рядом была Скотч, и она нуждалась в помощи. И я могла помочь ей.
— Иди сюда, Скотч, — сказала я, обняв ее и погладив по гриве. Прелесть спокойно и задумчиво смотрела на нас. Я подняла подбородок Скотч и посмотрела в ее зеленые глаза.
— Ты не виновата, понятно? Не виновата. Не думай что ты недостаточно умна или мила. Это не так.

— Но я не понимаю, почему он не хочет говорить об этом со мной? О маме. Обо всем! — она всхлипнула и отвернулась.

— Послушай, — нежно прошептала я. — Когда пони делают очень больно... это меняет его. Плоть и кровь можно излечить... Но некоторые вещи, которые нам приходится испытать, остаются навсегда. И нам всегда больно. Это злит нас... и пугает. Заставляет нас ненавидеть себя за слабость. Помнишь что произошло на лодке?

Она съежилась.
— Я... Я слышала что они делали. Я хотела помочь тебе, но ты приказала мне спрятаться... ты кричала... и... они прибили тебя гвоздями к полу! — я видела страдание на ее лице. — Но ты терпела все это... чтобы спасти меня. Чтобы они не сделали этого со мной. Я слышала шум, и как они называли тебя, и как ты кричала... а потом они начали бить тебя... а я просто сидела внизу и плакала... я бесполезна.

— Нет, Скотч. Неправда, — сказала я, держа ее в своих копытах. — Ты не бесполезна. Ты помогла мне выдержать это. Пока с тобой все было в порядке, для меня не было особо важно, что они сделают со мной. Это было больно... черт, это было ужасно больно! И, я думаю, еще долго будет болеть. Но пока с тобой все было в порядке... я могла вынести это. Если бы что-нибудь... случилось с тобой... я не выдержала бы, — Я аккуратно погладила ее гриву. — Но я спасла тебя, Скотч.

— Дважды, — прошептала она. Затем она глянула в сторону комнаты П-21. — Тоесть... когда-то и ему было так же больно, как и тебе?

— Вроде того, — тихо ответила я. — Но мне было больно всего около часа, а он терпел эту боль всю свою жизнь. Это тяжело. И боль не уходит. Она с ним, куда бы он ни пошел. Но он хочет поговорить с тобой, Скотч Тейп. Я знаю, он хочет. Но боится... и злится из-за этого. Ему куда легче держать всех пони подальше от себя, и сдерживать в себе все, что он чувствует. Ты ни при чем, Скотч. Ты ни при чем.

— Да, пожалуй, — сказала она, все еще не до конца уверенная. — А у тебя точно нету этих... Минталок? — Она густо покраснела, увидев мой взгляд, и продолжила, запинаясь. — Для него! Не для меня... хотя... мне они тоже очень понравились.

— Я уже сказала. Если хочешь еще, попробуй взять у Рампейдж, — сказала я, надеясь что Потрошительнице хватит ума не давать ей ни одной штучки.

— Аай, ладно... — она кивнула и попятилась обратно к дивану, но я демонстративно кашлянула. Она посмотрела на меня, и я кивнула ей на переднюю дверь. Она перевела взгляд с меня на дверь, залилась краской, и выбежала.

Я повернулась и направилась к двери П-21, и, постучавшись, вошла. Я знала что он не спит. Да кто вообще мог спать после того что произошло? Он лежал на кровати, среди разбросанных вокруг него рисунков Священника. Он удивленно взглянул на меня, а затем одарил крохотной улыбкой.
— Эй, а ты вернулась.
Я удивилась, увидев Рампейдж рядом с ним, хотя... в конце концов, она тоже любила Священиика.

— Разве я куда-то уходила? — спросила я, подбежав к нему.

— После того как Скудл умерла, ты точно так же лежала на том матрасе, — тихо прошептал он. — Меньше дерьма, рвоты и радиоактивного заражения... но опять там же, так же как и в тот раз.

— Ну да. Мне приспичило по-маленькому, — ответила я.

— А я думала, ты все сделала... в кровать, — с ухмылкой поддразнила Рампейдж. Я не видела ее глаз. Ее кьютимаркой было какое-то бесформенное шевелящееся пятно.

— Теперь я даже представлять не хочу что выходит из моей... задней части. Хотя думаю что это нечто вроде смеси магических отходов и топлива для огнемета, — сказала я, глянув на свой круп. Затем я увидела беспокойство в его глазах и вздохнула. — Это был сумасшедший месяц, не так ли? Кто мог знать что жизнь снаружи будет такой?

— Порой я не чувствую особой разницы, — ответил он.

— Видели бы вы что тут было лет тридцать назад. Думаете, это сейчас повсюду бардак? Представьте, каждый клочок земли контроллировался какой-нибудь бандой или племенем. Нельзя было даже помочиться спокойно, чтобы кто-нибудь тебя не пристрелил, — отвелита Рампейдж. — Нет ни Искателей, ни Потрошителей, ни Яйцеголовых. Просто пони, убивающие других пони, чтобы захапать еще один клочек земли.

— Должно быть было непросто создать Капеллу в то время, — сказала я. — Притом что вас было всего двое.

— Первое время Священник делал все в одиночку, опасаясь насильственного вступления в Халфхарт. Он тогда пытался починить эту церквушку... а мне это казалось сумасшествием. Зачем вообще было строить в пустоши, где все лишь гибло и разваливалось? Мир был полон боли, крови и ненависти, однако этот худощавый черный жеребец пытался мне помочь. А я не могла понять этого. Мне казалось, что как только он отведет меня в Звездный Дом, он просто оттрахает меня как любой другой жеребец. Но он хотел помочь. Действительно хотел. Как Скальпель или Бонсоу, эти таинственные странствующие доктора...
Она вздохнула и потрясла головой.
— Я влюбилась в него, а он был достаточно молод и порядочен, чтобы думать что тоже любит меня. Хотя мне пришлось напоить его... в наш первый раз. Несколько месяцев все было хорошо... но он лишь делал вид. И я тоже. Но к тому моменту я уже была беременна, — Она вздохнула, одарив меня печальной, полной сожаления, улыбкой. — Кстати не рекомендую.

— А что случилось потом? — тихо спросил П-21. Я вздрогнула, но она лишь улыбнулась... На этот раз немного печальнее.

— Когда мы поняли, что это не сработает, я подумывала уйти, но... даже если бы я не была беременна, в почтовом отделении вместе с нами жила и так уже дюжина жеребят. Пилигримы приходили в поисках смерти к мосту и отдавали Священнику свои крышки и припасы. Взамен он внимательно выслушивал их. Халфхертс пытались взять город, но я убедила их в обратном. Думаю, что они, все же, уважали Священника. Они серьезно воспринимают любое проявление мужества. — Она толкнула П-21. — Ты бы им понравился.

Он покраснел и отвел взгляд.
— Я просто... хотел побыть с ним подольше.

Я тихо вздохнула.
— Я сожалею о Священнике. Думала, что когда вбегу внутрь, увижу Сангвина и... бах. Или разговорю гуля, а потом прыгну на него... или оскорблю его мать и заставлю подстрелить себя. Или что-то в это роде. — Я закрыла глаза. — У меня перед глазами проносились видения его, вышибающего мозги Сонате... умирающей Чарити... его, прячущегося за Священником, чтобы я не могла как следует прицелиться. А затем Вермилион начала угрожать, что взорвет всех. — Я вздрогнула и продолжила, — Я была совершенно уверена, что он убьет её. Уверена, что в любую секунду я увижу её смерть. Ценой его поражения была её смерть.

— Думаю, что Священник тоже понял это, — тихо сказал П-21. — Он знал, что если ничего не предпримет, кто-то обязательно умрет, и именно поэтому он решил остановить его. Иначе он бы и не поступил...

Я похлопала его по плечу.
— Прости, что совсем расклеилась.

— Интересно почему? — спросила Рампейдж. — Ты за месяц пережила столько, сколько... ни один пони не пережил. Была ли причиной смерть Священника? Утрата ЭП-1101? То, что я сделала? — После этих слов на неё упал взгляд П-21.

— Уф. Вы что, хотите заставить меня заняться самоанализом? — застонала я, но они продолжали глазеть на меня в ожидании ответов. Я отвернулась в сторону нарисованных Священником картин. Почему у него на метке было то, что было, а не карандаш или набросок, или еще что-нибудь? От того ли, что его талантом было верование в Селестию? Доброта и понимание ко всем пони, независимо от их действий?
— Я не знаю. Это было вроде... как-будто внезапно все о чем я могла думать - это то, что я снова облажалась. Что мои действия стали причиной всему этому. И я почувствовала, что я самая наихудшая пони из-за того, что пыталась помочь кому-либо. — Я покачала головой. — Как в тот раз со Скудл и Девяносто Девятым.

— Это всего лишь очередная неудача, — улыбнулась Рампейдж и пожала плечами. — Самое главное, что мы продолжаем двигаться. Верно?

— Ага, — ответила я. Потом глянула на П-21 и улыбнулась. — Кстати... когда собираешься поговорить со Скотч Тейп о... обо всем?

Он вздохнул, его улыбка угасла.
— Скоро. Не прямо сейчас. Не все сразу. Но скоро.

— Она уже и сама выяснила. Она у нас умница, — улыбнулась я. — Вся в родителей.

— Угх... — Он посмотрел на меня, сварливо нахмурившись. — Родители. Терпеть не могу это слово.

— Почему? — удивилась Рампейдж.

Он глянул на свои копыта.
— Потому что в Девяносто Девятом нам не позволяли быть родителями. Мне было сказано оплодотворить двадцать девять кобыл за десять лет, но мне никогда не говорили каких именно. Иногда, когда я ходил на задание и попутно встречал маленьких кобылок или новых жеребят, я задумывался... мой ли это сын или дочь? Принимал ли я участие в их появлении на свет? Мы никогда не были "папочками" или "отцами", или чем-то подобным. Нам никогда не позволялось быть частью жизни наших детей... Мы были...

— Производителями? — ухмыльнулась Рампейдж.

— Я тебя ненавижу, знаешь об этом? — пробормотал он.

— Неа, — ответила она. — Тебе не нравится, что я не воспринимаю случившееся с тобой так же серьезно, как ты.
Я скрыла смешок копытом, она ударила меня в голову своей головой.
— А ты не думай, что к тебе это не относится. Клянусь, вы трое...

— Мы из Стойла Девять Девять, — пожал плечами он.

Я вздохнула и посмотрела на него.
— Знаешь, что я думаю? Я думаю, что ты точно, как я. — Он отстранился от меня со смутно читающимися во взгляде подозрением и обидой. — Я думаю, что сейчас у тебя появилось то, чего был лишен любой жеребец Девяносто Девятого: шанс узнать собственное дитя. И ты в ужасе, что можешь нечаянно все испортить. И как один эксперт по неудачам другому... лучше ты сейчас не делаешь. Она умная девочка. Она знает, что ты её отец и хочет твоего участия в её жизни. Но еще несколько месяцев... возможно даже несколько недель твоего пренебрежительного к ней отношения... и она никогда не захочет знать тебя.

Он снова глянул на копыта, его уши опали. Рампейдж сочувственно вздохнула и похлопала его по плечу.
— Это никогда не бывает легко.

Я поднялась и встряхнулась.
— Как бы то ни было... меня ждет кобылка, перед которой мне нужно извиниться. Обдумай все хорошенько, П-21. И если хочешь моего совета... я пойму, если не это не так, но все же... не затягивай.

Я оставила их за беседой и поднялась по лестнице. Это ночью спать никто не будет. Я постучала в дверь Глори. Она открыла практически сразу, в страхе широко распахнув глаза. Она улыбнулась в ответ на мою виноватую улыбку.
— Надеюсь, моя игра тебя не разбудила.

— Нет... совсем нет, — тихо вымолвила она.

— Могу я войти? — спросила я, надеясь, что моя робкая улыбка превзойдет чувство неловкости, захлестывающее меня. Она отступила от двери, и я вошла внутрь. Полагаю, что когда-то давно эта спальня принадлежала Таро; здесь все еще остались несколько ящиков старых игрушек и тому подобного.

— Тебе полегчало? — спросила она, проводив меня в комнату и усадив рядом с собой на кровать. Она с любопытством оглядела меня, склонив голову.
— Ты выглядишь чуточку лучше.

— Да. — Я на мгновение остановила на ней свой взгляд. — Вроде того... — Еще мгновение, затем вздохнула и посмотрела в сторону. — Не совсем... но я снова в строю. И пока я в строю, есть надежда. Поэтому, да, немного лучше...

— Уверена? — Она заботливо погладила мою щеку. — Точно-точно уверена?

Я кивнула.
— Агась.

— Хорошо. После этого я чувствую себя не так плохо, — сказала она глядя на меня с любящей улыбкой, немного отклонилась и ударила меня по голове так сильно, что я шлепнулась на по ту сторону кровати. — О чем во имя Эквестрии ты думала, давая маленькой кобылке препарат вызывающий сильное привыкание? Раньше я думала, что Мед-Икс вреден. И я старалась не использовать... избегала... применение гидры. А теперь, препарат за препаратом! А я просто сидела и позволяла вам их принимать! О чем во имя Эквестрии думала я? Я буду лишена всякой медицинской лицензии, если хотя бы один пони из Тандерхеда узнает об этом!

Я заморгала глядя на неё, и не смогла удержаться от смеха, когда она посмотрела на меня сверху вниз.
— А Сейчас я ударила тебя! А тебе смешно!
Она смотрела на меня серьезно.
— Никаких больше препаратов, по крайней мере для пони которая ещё не получила кьютимарку! Я это хочу сказать!

Я потянулась к ней, чтобы стащить её с кровати и прижаться к ней. Я знала чего она сейчас хотела, и это надо бы сделать, но мало приятная часть меня ворчала в глубине моего сознания, настаивая на том, что дать Скотч Праздничные Минталки тоже было правильным решением. И как я не старалась я не могла это заглушить.

<center>***</center>

Вопреки ожиданиям, мы не приступили к неприличным действиям. Наши сердца не желали этого. Мы лежали вместе, прижавшись, пока она не задремала. Мое тело пока что не требовало сна, поэтому я достала учебник и принялась за магические тренировки. В книге говорилось, что надо представить свою магию как дыхание, действующее на листок. И у меня почти получилось это сделать. Затем, магия должна стать словно рот, смыкающийся на чем-либо, чтобы передвинуть его. Я должна была признать, что даже эта старая книжка с милыми маленькими картиночками и большими буквами была лучше, чем недели слушания монотонного бормотания Текстбук о том, как "делать это правильно". Я никогда не думала о магии, как о чём-то, чем я должна заниматься. Это всегда было тем, что другие пони могут делать лучше.

К тому времени, как наступило утро, я смогла последовательно переворачивать страницы книги... Ну, по крайней мере через раз. Эй, это уже был прогресс.

Глори была почти счастлива тому, увидев, что Прелесть так же рада каждому куску ее блюд, как и я. Только Глори могла быть настолько внимательной и решительной, чтобы измельчить изумруд и замешать его в омлет. Я недоумевала, откуда она взяла яйца для него, но решила не спрашивать ее. Рэмпейдж сломала зуб и сразу вернулась к своему сырому блотспрайту, надо сказать, интересный вкус.

П-21 и Скотч Тэйп играли в гляделки. Один смотрел, замечал второго, и оба отводили взгляд. Это все, что я могла сделать, чтобы не кричать.. Но, учитывая как я себя чувствовала этой ночью, я предполагала что я была последним пони который мог бы критиковать кого бы то ни было, нуждающегося во времени и пространстве. Правда, оба они взялись мыть тарелки, довольно суровая работа после готовки Глори. Может это поможет П-21 преодолеть его молчаливость.

Говоря о Прелести, было понятно что она не знает куда хочет пойти, кроме того, что возвращение вместе с нами к Сангвину было последним в ее списке интересов.
— Ты знаешь, Прелесть.. Я не могу говорить с уверенностью, но мне кажется, что Крестоносцы могут использовать здесь твое пламя. — фиолетовая дракобылка в замешательстве взглянула на меня, и я посмотрела на Скотч. — И я думаю, ты тоже должна остаться, Скотч. Просто чтобы не случилось ничего плохого.

— Ты хочешь, чтобы я оставила вас? — выдохнула она, ее миска Сахарных Яблочных Бомбочек была забыта, когда она выпрямилась на сидении.

— Нет, я думаю, что для Чарити и Прелести будет лучше, если ты останешься и поможем им. — Я старалась говорить как можно увереннее и как бы вскользь, и обернулась к Глори и П-21 за помощью.

Конечно, Рэмпейдж не сильно помогла, когда испустила отрыжку с запахом блотспрайта и сказала:
— Эй, позволь ей идти куда она хочет. Она крепкий ребенок.

Глори улыбнулась Скотч.
— Ты не хочешь посмотреть, сможешь ли ты воплотить в жизнь твою туалетную идею? — Я удивленно моргнула, глядя на них. — Это было бы большим улучшением для города, по сравнению с использованием канавы за дорогой.
Она действительно вздрогнула! Э? Что не так с канавой? Я имею ввиду, я люблю водопровод так же, как и сидящая рядом кобыла, но.. Стоп.. Неожиданно, эта мысль привела к вопросу, как на Тандерхеде поступают с их отходами. Теперь я вздрогнула... Я никогда не смогу теперь воспринимать дождь так же как раньше.

— Конечно.. После того как я получу свою кьютимарку! — как ни в чем ни бывало заявила Скотч. — Согласись, никто не хочет получить туалетную кьютимарку. Я имею ввиду, хуже будет только марка в виде кучки какашек. Вот об этом и речь.

— Я считаю, любая кьютимарка хороша, пока она у тебя есть. — тихо сказала Глори, посмотрев на свой бок и на выжженый кусок кожи там, где когда-то было изображение рассвета. Затем она вздохнула и снова надавила — В любом случае, Прелесть рассказала нам о множестве опасностей вокруг и под Исследованиями Гиппократа.
Скотч подтвердила, что отметка моего ПипБака все еще на севере от нас.

— Монстры. Яд. Пока это все не технология, я в порядке. — пренебрежительно заявила Скотч, беря копытами свою чашку и поднимая ее к губам, чтобы выхлебать сахарный осадок на дне. Когда она закончила, то адресовала мне ухмылку из-под молочных усов. Источник молока - еще одна вещь, которую я бы не хотела узнать.
— На самом деле, Прелесть только что подала мне идею, как справиться с этим. Радужная штука и розовая штука могут быть смыты дождем.

— Под землей это будет тем еще трюком. — пробормотала Рэмпейдж. — Там не так много дождевых облаков.

— Нет, но если это что-то вроде Стойла, оно должно иметь противопожарную систему. Если вы ее запустите. это поможет отправить радужную дрянь в смысв и очистить воздух от розовой дряни. — Скотч довольно улыбнулась. — Ты знаешь, как это сделать?

— Обеспечить им работу и ты сможешь добраться до контрольной системы. Я тестировала очищение всей системы. — равнодушно ответила Глори.

— Да? А если контрольная система не работает? Что тогда? — побуждающе нахмурилась Скотч

— Использовать зажигательные патроны, чтобы запускать их одну за другой, область за областью. — ответила Глори ее же оружием.

— А если они отключены вручную?

— Как обычно, искать большие красные вентили. Стандартная окраска для пожарных систем.

— А если они приржавели?

— Смазка, разводной ключ, и хороший крепкий пинок. — секундой позже ответила Глори. — А можешь рассказать, как установить капельницу на подключичную вену?

Кобылка моргнула.
— Это не водопровод!

— Трубы есть трубы, в Стойле или в теле.

Скотч замолчала на время, поджав губы, затем неохотно проговорила:
— Ну. ладно.. ты все еще скучная.

— Просто потому что я...

Скотч сложила свои передние ноги на стол
— Нет. Скучно! Я сейчас засну.
Она принялась громко храпеть.

— Погоди, Скотч, я не говорю...

— Ску... хррр... Чно... хррр..

— Блэкджек! Она из твоего Стойла. Скажи ей что я не скучная. — проныла Глори, поднимая на меня глаза.

Я положила свои копыта на ее талию и подтянула к себе.
— Честно говоря, учитывая что происходило со мной.. Я рада что ты видишь спокойную и рациональную сторону вещей.
Я накрыла ее губы своими и она издала очаровательное мурчание из задней части своей глотки.

— Иуу! — Прелесть брезгливо сморщила свой нос, затем посмотрела на Скотч, которая смотрела на нее в смущении. — Разве это не вульгарно?

— Ась? Что здесь вульгарного? Я постоянно вижу целующихся кобыл там, в Стойле — она скрестила копыта — Вот целовать жеребцов.. Это вульгарно.

— Ох, это не так плохо — лениво пробормотал П-21, Потом он моргнул и посмотрел на Рэмпейдж, ухмыляющуюся от уха до уха — Нет... Нет-нет...
Она набросилась на него, дико целуя, и он едва успел запрыгнуть на стол и спрыгнуть с другой стороны. Рэмпейдж заставила весь стол трястись, когда она нырнула под него и погналась за жеребцом. Он прыгнул к своей сумке и выдернул оттуда магическую гранату.
— Назад! Назад я сказал... — он помахал своим оружием перед ней.

— Не должны ли мы все опасаться этого? — спросила Глори, обеспокоенно нахмурившись.

— Ску... чно.. — пропела Скотч. Однако обе кобылки одновременно укрылись под столом.

— Клянусь Селестией, если ты попытаешься поцеловать меня, я дам тебе второе детство! Или пятое.. или какое оно там у тебя будет! — сказал он, держа гранату на отлете своим копытом. Но, несмотря на все это, он улыбался. Возможно, его улыбка была немного маниакальной... Может, его глаза выглядели немного печальными... Но он улыбался.

Рэмпейдж потерла свой подбородок.
— Наверное, стоит того... — Она наклонилась к нему, поцеловла воздух, и он вжал гранату в ее губы.

Тут открылась дверь и вошла Лакуна. Ее фиолетовые глаза расширились при виде бардака на столе, девочек спрятавшихся под ним, обнимающихся нас с Глори и Рэмпейдж целующей яблоко с зеленой полоской. Она почти сияла силой... Да что там... Она сияла от силы. Я услышала щелчки, издаваемые ПипБаками на копытах Глори и Скотч.
— Я помешала? — ее фиолетовая магия окутала гранату, вынув ее из копыт П-21, и аккуратно поместила ее обратно в его седельную сумку.

— Да, и это определенно хорошо — ответила я.

Она посмотрела на меня и улыбнулась. Ее голос мягко звучал в моем сознании.
— Я знала, что тебе потребуется немного времени, и ты вернешься. Ты никогда не сдаешься.

— Не в этот раз. Смотри, я поговорила с Прелестью, и Сангвин использует для перемещения тоннели. — Я посмотрела на маленькую дракобылку и улыбнулась — Но Прелесть была повсюду в Исследованиях Гиппократа. Словом, если ты влезешь в ее головенку, мы сможем телепортироваться прямо туда! Мы сможем оказаться там до того как он получит шанс сделать что-то плохое!

— Ты хочешь чтоб она сделала что? — воскликнула Прелесть, вскакивая на копыта, вспышка зеленого пламени вылетела из ее рта — Забудь об этом! Я не хочу чтобы кто-то залезал в мою голову. Это то, что делали доктора после того как я попадала в драки!.

Лакуна посмотрела на меня, и я почувствовала укол гнева.
— Прелесть, нам действительно нужно это...

— Не колышет. — прервала меня кобылка — Это то что медсестры делали! Продолжали копаться в моей голове, чтобы я чувствовала себя счастливой и радостной. Пытались заставить меня думать что все мои друзья. А они не были таковыми. И ты тоже!

— Смотри! — Я ударила копытом по столу. — Ты работала на нашего врага, но мы приняли тебя. Я поделилась с тобой драгоценностями. Все что я прошу это достаточные воспоминания о том месте, чтобы Лакуна могла телепортировать нас туда. Нам пофиг, что происходило с тобой две сотни лет назад!

Странная тишина наполнила комнату, и я внезапно заметила что все уставились на.. меня.
— Блэкджек — с легким беспокойством проговорила Глори — это важно для нее.

Часть меня хотела кричать. Мы должны были это сделать для победы! Я знала, что Сангвин скорее всего снаряжает столько ловушек и опасностей в тоннелях, сколько может. Может, если мы дадим ей немного Лунной пыли или типа того, мы сможем сделать ее достаточно сговорчивой, чтобы она стала сотрудничать. Я реально не хотела держать ее, пока Лакуна копается в ее голове для.. того что мы...

Что за херня со мной происходит? Серьезно... Что за херня?

Я закрыла глаза. Какая часть моего мозга обдумывает удержание кобылки или накачивание ее наркотиками для силового извлечения ее воспоминаний... Травмирование ее для получения того, что мне надо? Были ли такие гадости допустимы для того, чтобы я, в результате, победила? Если это так, тогда есть ли разница между мной и Деусом или Сангвином? Он взял кобылок в заложницы... убил Священника! Было ли это нормально просто потому что он хотел победить? Должна ли была я взять Психошай в заложники? Убить ее, чтобы победить его?

Но Сангвин победил... А я проиграла. Это было похоже на занозу в моем мозгу. Я так ужасно хотела победить... Сделать все смерти важными. Сделать все, чем я пожертвовало, важным. Если бы я не смогла..

— Прелесть, прости что говорю это, — мягко сказала я. — Мы хотим остановить Сангвина и вернуть то, что он забрал у меня. Я надеялась что мы телепортируемся прямо туда и будем ждать его. Я не должна была пытаться использовать тебя таким образом.

Фиолетовый дракон-гибрид сурово уставился на меня. Ясно было, что я больше никогда не попаду в ее список "Друзей".

— Прелесть... Можешь дать нам воспоминание, которое переместит нас ближе? — спросила Скотч Тэйп. Прелесть одарила обеспокоенную кобылку аналогичным стальным взглядом, потом смягчилась и опустила глаза.

— Я помню парк. Я не возражаю вспомнить это место. — мягко сказала она, посмотрев на большого аликорна. — Ты можешь просто посмотреть в одно воспоминание? Я не хочу чтобы кто-нибудь видел.. видел что-нибудь еще.
Лакуна грациозно кивнула, и они вместе выбежали наружу.

— О чем это ты? — спросил П-21 — "Мне пофиг"? С каких это пор тебе пофиг?
Рэмпейдж выглядела не менее шокированной. Глори была просто обеспокоена.
— Тебе не было пофиг на Психошай, во имя Луны! Как тебе может быть не пофиг на нее и пофиг что случится с Прелестью?

Я закрыла глаза.
— Я хочу победить Сангвина. Отплатить ему за все дерьмо, которое он совершил.
Я нуждалась в победе! Как они не понимают этого?

— Ну, нет большого смысла в победе над ним, если ты превратишься в него. — Пробормотала Рэмпейдж, рыся в свою комнату — Вернусь-ка я в свою броню. Что-то мне подсказывает, что это очередной дерьмовый день в Хуффингтоне.

— Блэкджек, Священник не хотел бы, чтобы ты причиняла боль Прелести только для того, чтобы достать Сангвина. Пожалуйста... постарайся держать себя в копытах, — сказал П-21, также возвращаясь в свою комнату.

Держать себя в копытах, сказал он. Разве не полагается ему злиться? Желать отомстить? Я встряхнула головой. Мне не хотелось возиться с жеребятами и заниматься прочей подобной фигней. Я просто хотела победить.

<center>***</center>

Когда Лакуна получила воспоминания о парке, я представила Прелесть Крестоносцам. Беседа свелась к вопросу "Если у тебя кто-нибудь, с кем ты бы могла остаться?" После этого, Чарити заключила, что Прелесть поможет разобрать часть бардака после битвы. Нам пока не были нужны дополнительные припасы, но я все равно купила Спаркл-Колу. Чарити некоторое время смотрела на меня, потирая подбородок.
— Двадцать процентов, я думаю...

— Двадцать процентов скидки? — усмехнулась я в ответ. Я все же спасла жизнь Чарити некоторое время назад!

Она ухмыльнулась, пока я пила.
— Неа. Двадцать процентов - налог на реконструкцию Капеллы. Двадцать четыре крышки. Плати! — она протянула копыто.

Каждая крышка будет принадлежать ей когда-нибудь. Каждая... чертова... крышка...

<center>***</center>

Позже мы оказались на северном конце Хуфа, в середине ржавой и разрушенной игровой площадки. Я была рада, что вокруг почти не было маленьких скелетиков пони: думаю, все разбежались после сирен. Парк был немногим более чем квадрат мертвых деревьев и кустов, обозреваемый огромным биллбордом Пинки Пай. "Давайте, пони! Улыбайтесь! Улыбайтесь! Улыбайтесь!" - гласила подпись под ее огромной усмехающейся головой. Ее глаза словно добавляли "иначе...".

Глядя на север, я могла увидеть нос "Селестии", торчащий из воды. Он все еще тлел. Я представила, что останется от него через несколько дней. "Эпплджек" не было видно - она вернулась в Троттингем? Военно-морская база тоже еще дымилась. Я позаимствовала бинокль П-21 и посмотрела внимательнее. Естественно, в том что осталось от базы уже шарились мусорщики. Что было хуже, так это замеченные мной две группы с черно-зеленой башней на флагах.

Но это то, чем я буду заниматься позднее. Глядя на запад, я увидела густые заросли мертвых сучковатых деревьев. Шиповник и ежевика змеились между крепкими, изломанными ветвями. У меня не было Л.У.М.. Я предоставила Глори и Скотч пользоваться преимуществами, предоставляемыми ПипБаками, даже игнорируя проблемы с подключением ко мне другого ПипБака... Но я понимала, что если бы у меня он был, этот лес был бы мерзким месивом красных меток. Что-то в лесу издало хриплый визг. На другой стороне леса, вдалеке, виднелась нетронутая крыша одиночного большого здания. Оно имело более классический вид, чем остальной Хуф, с центральным пиком, возвышающимся над линией деревьев. Он имел как минимум три яруса. Судя по тому, что деревья прорвались через толстую ржавую решетку вокруг здания, этот лес был одним из немногих мест, где продолжался рост несмотря на радиацию.

— Отлично! Так, Лакуна долетит с нами до крыши! Хороший план! — я со стуком соединила копыта.

— Не так быстро — Глори всматривалась в небеса. — Мы и так сильно выше чем обычно. Я не думаю, что Лакуне стоит куда-то лететь.
Я уныло посмотрела на нее, и она показала на небо. Ничего... облака... Она постучала по моему биноклю, и я посмотрела еще раз. Через него я смогла увидеть черный конусообразный шип. Она показала на второй.. и на третий.
— Я не думаю, что мы должны рисковать.

— Окей — вздохнула я — Ну, ладно, Лакуна телепортирует нас на крышу.

— Это возможно — сказала Лакуна, и я захотела слегка поликовать. — Правда, это полностью истощит мои магические резервы. Мы не сможем телепортироваться оттуда если что-то пойдет не так.

Рррр..
— Может, тоннель?
Все посмотрели на меня как на сумасшедшую. Мы все равно должны были спускаться под землю... ух, но они были правы. Не было ничего хорошего в том чтобы спускаться в подземку, пока не было абсолютной нужды.
— Окей... Скотч. за мной. Рэмпейдж, вперед. П-21, следи за тылами. Лакуна слева, Глори справа. Попробуем пройти здесь без единой потери.

— Да, все будет хорошо — оливковая кобылка довольно улыбнулась.

Я посмотрела на нее через плечо.
— Серьезно, Скотч. Я знаю что ты действительно хотела пойти с нами, и я знаю что ты хочешь показать нам какая ты крутая, но у меня все еще есть Лакуна чтобы "пуф" тебя обратно в Звездный Дом.

Она села.
— Я торжественно клянусь, что я сделаю все что в моих силах чтобы не умереть. — Она перекрестила свою грудь копытом, прежде чем сбросила серьезную маску и снова улыбнулась.

Я вздохнула, пробормотав.
— Лучше не надо. Ты попробуешь и тебя зароют..
После Дасти и Священика, я не хотела даже думать о том, что с ней может случиться.

— Не беспокойся, я крутая, прямо как Охранница! — она усмехнулась, посмотрев на меня. — А теперь, вперед! — беспечально заявила она. Отлично.. теперь я еще и ролевая модель!

Глори задержалась посмотреть, о чем разговаривают П-21 и Рэмпейдж, после чего посмотрела с улыбкой на меня.
— Она хочет показать себя перед ним. Ты знаешь, почему она здесь — приглушив голос, сказала она. Скотч многозначительно проигнорировала нас.

— Я знаю, Глори. Просто я не хочу чтобы она в процессе закончила свой путь трупом.
Когда-нибудь я стану достаточно сурова, чтобы сказать ей "нет" несмотря на ее большие, наполненные слезами зеленые глаза.

Мы нашли главные ворота. Деревья согнули и перекрутили металлические брусья, прорастая рядом с ними, и дорога была уменьшена до единственной полосы с раскрошенным асфальтом. Большая бетонная плита стояла рядом с ней, тонкий шипастый разделял ее прямо посередине. "Исследования Гиппократа: Приносим вам новые открытия эффективно, продуктивно и этично." И ниже - "Субсидируется М.В.Т.". Пригнувшись, я проскользнула под колючками и сорняками к основанию. Там, написанные почти стертыми прошедшим временем буквами, виднелись слова "Филиал Д.М.Д."

Точно. Это место выглядело как аллея Голденблада.

— Пойдем — пробормотала я, и мы двинулись вглубь мертвой чащобы. Она покрывала всего лишь квадратную милю или около того.. Не так далеко идти до центра, правда? Пока мы медленно двигались по тропе, нормальный Хуффингтонгский мрак сменился туманными сумерками. В отдалении что-то хрустело, лопалось и странно рычало.
— Сколько там красного, Скотч.

— Все.. — тихо пробормотала она — Все вокруг красное.
И судя по медленному тиканью от радиации, еще и нездорово.

Деревья росли поперек дороги. Ветви были не просто переплетены, они выглядели так, словно пробились друг через друга, стволы и ветки расщепляли своих соседей. Каждая щель между ними была оккупирована искривленными колючками, ввинчивающимися в стволы. Я слышала древесные стоны и видела какое-то движение в отдалении.
— Эти деревья мертвы, верно? — спросила я, глядя на безлистные ветки. Судя по тому, как они скрутились, было похоже что они готовы ударить нас.

— Ну, они кажутся.. Я имею ввиду.. они... — Глори запиналась, уставившись на один из стволов — Я так думаю.

— Ну, если они деревянные, они будут гореть — сказал П-21. Он достал яблоко с красной полоской, выдернул черенок и сунул его между деревьями, перекрывавшими нам дорогу. Раздался громкий "вфуш!", и десятифутовый кусок деревьев объяло пламя. Дерево трещало и лопалось.. И тлело.. дымило.. И практически все. Дым летел в наши лица, серое облако жестоко жалило мое горло. Деревья вокруг нас заскрипели гораздо громче.

Тогда я увидела, что одна из толстых веток надо мной медленно повернулась. Ее зазубренный кончик нацелился прямо на П-21.
— Осторожно! — закричала я, когда вся ветка обрушилась вниз, и лишь мое предупреждение и его ловкие копыта спасли жеребца от пронзания. Издавая очередной хор скрипов, деревья обрушили удары веток толщиной в копыто на нас. Лакуна смогла отразить удар одной своим щитом и телепортироваться на несколько футов с пути другой. Глори вовремя отпрыгнула, увернувшись от пытавшейся нанизать ее сзади, приземлившись точно на еще дрожащую ветку. Скотч держалась позади меня, а я, поднявшись на задние ноги подобно зебре, чисто отразила передними очередную ветку. Броня Рэмпейдж зазвенела, как колокол, когда она была сбита с копыт ударом.

Так же резко, как началась, атака остановилась. Мы замерли, вокруг нас была дюжина веток. Спасибо богиням, прикосновение к ним не провоцировало никакой реакции. Мы посмотрели друг на друга.
— Отлично. Больше не пытаемся сжечь милые немертвые деревья. — Если можно назвать эти штуки деревьями...

Так как мы больше не могли следовать по дороге, нам пришлось протискиваться между расщепленными стволами. Не раз Лакуне пришлось телепортировать нас сквозь них. Дважды, Рэмпейдж вынуждена была втыкать свои когтистые копыта в крепкую, вощеную кожу и силой расширять проход, чтобы мы могли пройти. У деревьев были другие особенности, странные кисты и выросты, излучавшие болезненный зеленый и желтый свет. Я случайно коснулась одной из них, и она лопнула, плюнув мерзкой жидкостью, которая задымилась от контакта с моей передней ногой и вычернила эмаль.

Вау... Из всех отстойных мест Хуфа, я думаю, мы нашли отстойнейшее. Из чащи леса донесся долгий низкий вой, заставивший мою грви дрожать.

Здесь повсюду также находились ржавые металлические цилиндры. Многие из них давным-давно разрушились, но больше чем несколько до сих пор источали гадость радужной расцветки. Мы старались избегать все растения, на которые попала радужная гадость - выглядело, как будто она создает более крупные и безумные версии странных безлистных растений. Одно из них имело куски торта, прикрепленные к концам его веток. Судя по числу покрытых воском и искаженных костей, лежащих у корней дерева, я предположила что торт это ложь.

— Как оно вообще могло оказаться так далеко? — в смятении пробормотал П-21.

— Я.. Не знаю. — как могла спокойно ответила я. Мы поглядели друг на друга и на скрипящий лес вокруг, жуткость подскочила на следующую отметку. Никто не хотел предполагать, что будет, когда мы зайдем достаточно далеко, чтобы умереть.

Мы достигли чего-то вроде тропы, ведущей вдоль сдерживающей стены, которая, хоть и выгнулась, все еще просвечивала бетонными кубами сквозь безлистные ветки. Внезапно, впереди нас раздался скрежет, и я в шоке уставилась на бугристое, радужной расцветки яблоко, появившееся на конце ветки впереди. Больше скрежета и вспышек возвестили о появлении еще дюжин подобных над нашими головами.

— Ох.. это нехорошо. — пробормотала я, глядя, как радуги начали корчиться и светиться ярче. — Дерьмо... Осторожно! — закричала я, бросаясь вперед, в то время как первое яблоко упало позади меня. Оно ударилось о землю с взрывной вспышкой и фыркнуло жалящими кусочками семян в нас. Защитное заклинание Лакуны блокировало четыре взрыва, но рухнуло после одновременного взрыва еще трех. Она завизжала, когда еще два взорвались на ее хребте, разрывая ее плоть и опаляя ее крылья и хвост. Рэмпейдж, броня которой почернела, прыгнула на спину аликорна и принялась отбивать падающие яблоки. Любые ранения, полученные ей от детонаций, залечивались почти мгновенно, давая Лакуне восстановиться достаточно, чтобы снова поставить щит.

Затем, также так же внезапно как появились, разрывные яблоки исчезли. Деревья опять начали издавать свои медленные стоны и лопающиеся звуки. Я уставилась на ствол, разделенный на два веткой большого дерева. Маленькое дерево разрывало на части.

Я реально ненавидела это место. Мы дали Лакуне вылечиться и занялись нами.. Внезапно закричала Глори. Серый древесный побег рос прямо из ее передней ноги! Скотч, не теряя времени, выпрыгнула из-за меня и побежала к месту прорастания. Она схватила побег зубами, уперлась передними ногами и потянула так сильно, как могла. Раздался ужасный влажный звук, когда окровавленное семя показалось наружу. Когда она выбросила его в сторону, я в болезненном ужасе увидела как новое восковое дерево принялось расти прямо на глазах из грязи возле нас. П-21 и Скотч тоже поймали части яблочной шрапнели, которые надо было извлечь, пока они не проросли. Лакуне было проще всего - несмотря на то, что ее поразило больше семян, чем любого из нас, ни одно не начало прорастать. Может, из-за радиации... Или это еще одна ее пугающая мошенническая способность аликорнов.

— Какие яблоки появляются из ниоткуда, а потом взрываются? — спросила Скотч, выдернув последний росток из своего бока.

— Хуффингтонские яблоки — ответила я, свирепо глядя в переплетенное деревянное месиво.

После лечения ран, оставшихся от выдранных с мясом семян, мы отправились дальше. Если бы у нас не было Скотч, показывающей на север, и острых глаз Глори, различающих шпиль здания во мраке, я бы не знала, куда нам надо направляться. Мы прошли несколько ржавых повозок, заставивших Скотч Тейп съежиться, и я уперлась взглядом в перекрученный, ржавый металл и гротескную растительную форму жизни, растущую посреди токсичной лужи. Расщепленные стволы были похожи на разинутые пасти... И насколько я знала, они и были ртами!

— Здесь слишком много красного. Везде, куда я смотрю, красное! — проскулила Глори, оглядываясь.

— Не фокусируйся на красных метках. Обращай внимание на что угодно другое — пробормотала я, пиная уродливое бревно задним копытом.

Глаза бревна открылось и оно нанесло удар, кусая меня за задницу и втыкая расщепленные пальцы глубоко в мои бедра. Оно рычало как некое подобие взбешенной собаки. Хорошо, что моя шкура гораздо крепче чем у обычной кобылы.. Иначе оно бы начисто оторвало мой бок. Еще одна штука оторвалась от сучковатого дерева и прыгнула на Глори, третье выскочило из чащи на П-21.

Глори развернулась, безошибочно наводя свое оружие на отделившееся бревно, и выпустил поток энергии, превративший зверя в пылающий факел. Он врезался в серую пегаску, однако она отбросила его в сторону прежде, чем он успел сделать больше чем опалить ее броню. Раздался громкий треск, и четыре древесных конечности одновременно мелькнули и разнесли пламенеющего бревноволка на куски.

Плавно, словно он все еще носил свой ПипБак, П-21 выхватил Аргумент своим ртом и выстрелил сорокамиллиметровой гранатой прямо в распахнутую пасть того, что нацелился на него. Когда она влетела в противника, жеребец плавно перекатился на спину и отбросил его ударом. Деревянное существо отлетело, и тогда граната взорвалась и разнесла рычащую голову на множество зубочисток.

Еще одно вынырнуло из-под земли и погрузило свои клыки в живот Лакуны, оставляя рваную рану. Аликорны истекают кровью так же, как и обычные пони, и так же кричат. Когда бревноволк приготовился ко второму укусу, Рэмпейдж запустила себя под фиолетового аликорна и схватила зверя. Его зазубренные края разрывали ее полосатую шкуру, но она продолжала тянуть пока бревно не разорвалось пополам.

Что до меня, я была в слегка затруднительном положении, пока противник, прицепившийся к моей задницы, делал все что мог для разрывания моей задней части и был близок к осуществлению этого. Я достала Бдительность, но с монстром прямо сзади меня, я не могла навести на него прицел. Я подкинула Бдительность в воздух.
— Скотч! — крикнула я, и внимательная девочка заметила оружие, поймав его в свои копыта. Она прицелилась прямо в мою задницу, и я завопила — З.П.С.!

Она фыркнула и послала три пули в его голову, разрывая ее на сочные куски дерева.

Лакуна застонала, падая и открывая нам действительно хороший вид на мучительный укус, доставший до ее кишок. Глори кинулась к ней, а П-21 выудил лечащее зелье.
— Лежи спокойно! Дай мне засунуть твои внутренности.. внутрь.

— А если ты постоишь спокойно — Скотч хихикнула — я достану занозы из твоей задницы!
Она схватила зубами самую большую и потянула. Я поморщилась, закрывая глаза, пока заноза не вышла и не была откинута в сторону.
— Забавно, я предполагала что Глори будет той, из кого будет торчать..

— Пожалуйста, просто выдерни их, Скотч — застонала я. Мне нужно было дождаться регенерации, как Рэмпейдж. Больше лечащих зелий для остальных моих друзей.

<center>***</center>

— Мы ходим кругами. — заключила Рэмпейдж. Прошло больше часа, и мы еще раз были бомбардированы, почти проткнуты когда я попробовала зажигательные патроны, и еще два раза были атакованы древесными волками. Мы повстречали и другие странности, например дерево с опущенными ветками, плачущее радужной гадостью. Или... Наверное елка? Покрытая стальными иголками! Еще одно дерево выглядело довольно неплохо и было покрыто листвой, но П-21 почувствовал себя жесточайше больным когда мы приблизились. Еще одно смотрело на нас дюжинами глаз, выглядевшими один в один как у П-21.. жуть. Глори подошла к яблоне, но как только она приблизилась, ароматные красные яблоки показали истинную натуру и превратились в красных хитиновых монстров, хлынувших на нас, щелкая клешнями. Были и шипастые ветки, слегка поцарапавшие Скотч.. Но полившаяся кровь кобылки и не думала останавливаться. Она пропитывала мой рюкзак, пока Лакуна не применила свои лечащие заклинания.

Я чувствовала ненависть к Хуфу, но это место заставляло себя просто люто-бешено ненавидеть.

Рэмпейдж заметила брызги крови на земле.
— Если только мы не единственные глупые пони в этом месте, то мы здесь уже были

— Мы не могли! Мы же почти постоянно двигались на север... — Глори посмотрела на шпиль — Но нам хватило бы времени чтобы дважды вернуться. И если мы двигались на юго-восток некоторое время и.. мы могли уже побывать здесь?

— Могли. — тяжело подтвердил П-21. Он взял в рот одну из моих картечных гильз и протянул мне. — Разрывные двенадцатого калибра. Их ты использовала против тех волчьих штук?

Именно так. Они, по сути, не имели жизненно важных вещей. Их следовало просто разрывать на куски. Я осмотрелась, заметила остатки одного из древесных волков, и нахмурилась.
— Я помню это место. Но здесь был проход на север! — я показала на крепкий заслон — А здесь стояла шипастая штука, поцарапавшая Скотч!

— Получается, что этот лабиринт мухлюет. — подвела итог Лакуна. Аликорн была начисто истощена, будучи самой большой, она получала больше повреждений, чем любой из нас. — Деревья двигаются, чтобы не дать нам выйти из ловушки.

— Ты говоришь, что эти штуки разумные? — Рэмпейдж ткнула копытом в стволы.

— Может, это дикие, примитивные инстинкты. Это объясняет игру в кошки-мышки. — Глори сердито посмотрела на перекрученные деревья.

Я вздохнула. Это была задержка, но только задержка. И какой бы досадной она не была, я не позволю ей себя сломить. Только не обратно на матрац.
— Ладно. Лакуна, вытащи нас отсюда. Может быть вы с Глори сможете телепортироваться наверх и отключить громоотводы, или...

Раздался гулкий скрипучий звук, и я снова приготовилась стрелять. Как обычно внезапно, дюжина толстых веток свернулась в кокон вокруг двух стволов. Деревья словно кричали, когда ветки перекрутились вокруг них и растянули стволы с гулким древесным треском. Потом следующая пара была растянута. И следующая. Следующая. Проход, прямой как стрела, вел прямо к зданию. П-21 посмотрел на ошеломленную Глори.
— Довольно умная кошка.

Скотч сглотнула.
— Так... я не напугана! Пойдем. — кобылка указала на открывшийся путь. — Эм... После тебя? — обратилась она к Рэмпейдж.

— Куд-куд-кудах! — прокудахтала Рэмпейдж, поскакав вперед.

— Конечно, ты знаешь что это ловушка. — Глори посмотрела на меня, пока мы шли следом за полосатым Жнецом.

— Конечно. В противном случае это не был бы ХУффингтон. — ответила я, глядя через проемы между стволами. Я увидела серые деревья, которые несли на себе яблоки, апельсины и другие фрукты, но вокруг них было разбросано все больше и больше перемешанных костей. Это был еще один Магазин Спорттоваров Сильверстара... Только в более ужасной версии.

Деревья смыкались позади нас со скрежещущим скрипом и стонами пытаемой древесины. И когда куща внезапно закончилась, переход был таким резким словно мы перешли невидимую линию. Перед нами раскинулась огромная поляна сине-зеленой травы. Она была покрыта странными устройствами, похожими на поезда и повозки, и кучами бочек, похожих на склизкую инкрустацию и медленно истекавших своим содержимым, похожим на цветастый гной. Самым безумным из всего были статуи. Одна изображала трех резвящихся жеребят, другая была впечатляюще выглядящей кобылой, стоящей на задних копытах с флагом в передних.. Их были десятки, разбросанные повсюду на странной траве. Некоторые из них опрокинулись, другие были покрыты жутковатыми синими лозами, но большинство просто.. были здесь.

Скотч выпрыгнула из-за меня к Лакуне и вылупилась на одно из странных устройств.
— Оно съест меня, оно сожрет меня!
Я должна была признать, что из-за ржавой решетки и двух куполообразных ламп по сторонам массивного цилиндра спереди, действительно появлялась мысль что оно хочет съесть меня!

— Со мной ты в безопасности, Скотч, — пообещала Лакуна, поднимая свои крылья чтобы закрыть вид кобылке.

Мы начали двигаться между покрытыми лозами громадами, и я увидела что синие лозы начали ползать. Моя грива делала страшные вещи, пока растения слабо скрежетали по поверхности машин. Я уже видела, как деревья раскрывали путь передо мной, так что.. Это не должно было так пугать, в сравнении. Рэмпейдж нахмурилась, глядя на лозы.
— Хм.. Это не могут быть.. — ее глаза широко раскрылись — Ни за что! Мы даже не рядом с Вечнодиким Лесом!

— Это не могут быть что? — спросила я, видя, как ее зрачки в ужасе сжимаются.

— Бегите! — закричала она — Убийственная шутка!

Словно дождавшиеся именно этого, землю вокруг пробили змеящиеся синие лозы. Они выскальзывали из каждой дыры, двигаясь молниеносно быстро с жутким хихикающим звуком. Одна выпрыгнула передо мной и коснулась моего носа. Лоза издала жуткий шипящий смех, и я почувствовала покалывание во всем теле. И тогда, так же быстро как появились, они втянулись обратно. Я почувствовала странное ощущение расслабленности по всему телу.

— Что только что произошло? — спросила Рэмпейдж, и я протянула ей копыто, чтобы стоять ровнее. И тогда Рэмпейдж взорвалась. Полосатая кобыла разлетелась облаком шрапнели, ее металлический доспех врезался в меня, отправив в полет к одному из тракторов. Который взорвался, засыпав нам мусором. Большой кусок ржавого металла упал на меня, и я сбросила его... чтобы он тоже взорвался. Я отшатнулась в сторону, мое тело было избито и мои ноги колебались под моим весом. Я упала, и земля подо мной взорвалась подобно мине. В конце концов я просто свернулась в шар, чувствуя себя поломанной, избитой и слишком испуганной, чтобы сделать еще шаг.

Свечение окружило меня и подняло в воздух. Я беспомощно глядела, как Лакуна левитирует меня по направлению к зданию.
— Я.. ненавижу... взрываться... — жаловалась я. Затем я взглянула вниз: П-21 и Глори схватили регенерирующий кусок Рэмпейдж и догоняли нас, а синие лозы скользили им вслед. П-21 раскидывал зажигательные яблоки всюду, куда мог достать, расчищая клочки земли от ядовитого голубого растения.

Земля разлетелась под П-21, и он уронил кобылку-Рэмпейдж прямо в кучу. Тем временем, Лакуна опустилась на свободную от лоз бетонную дорожку, поставила меня... но камень взорвался под моими копытами! По крайней мере, в этот раз взрыв был менее мощным. Мне бы сейчас зажевать пару приличных кусков металла, а то у меня ноги отвалятся. Лакуна беспокойно нахмурилась, глядя то на меня, то на наших друзей. Она не могла поставить меня и забрать остальных из-за взрывающейся под моими копытами земли, но она не могла заниматься мной и подбирать их одновременно.

Внезапно закричала Рэмпейдж, под которой открылась глубокая яма. Ее копыта скребли по краю дыры, пока она наполнялась шевелящимися синими лозами и шишковатыми корнями. Сама земля сползала из-под ее копыт, стараясь сбросить ее в свои глубины. П-21 кинулся вперед и схватил зубами ее гриву, вытаскивая потрепанную, грязную кобылку на край.

Синие лозы выстрелили прямо в отвлекшегося жеребца. Глори срезала лучом дрожащие отростки и прыгнула к месту позади него, прикрывая жеребца, пока он вытаскивал Рэмпейдж. Я увидела, что она всего на момент отвела взгляд от лоз, чтобы посмотреть на них. В этот момент, отростки вытянулись и обвили ее.
— Нет! — закричала я, синя вспышка закрыла ее тело.

Тогда я моргнула и в шоке вытаращила глаза.
— О мои... — пробормотала Лакуна в моем мозгу. Что за хрень...

— Давайте! Вперед! — закричала Глори, отгоняя лозы лучами своего гаттлинга. Но П-21 и Рэмпейдж глазели на нее. — На что вы уставились? Двигайте!
Наконец, они побежали к нам, оставив шипящие и трущиеся друг о друга лозы. Глори развернулась и закричала "О да!". Потом она замерла и прикоснулась к своему горлу ярко-голубым копытом, затем она повернулась и уставилась на потрясный хвост радужной расцветки. Там, где на ее боку ранее виднелось клеймо, теперь виднелись яркие радужная молния и облако.

Убийственная шутка превратила ее в Рэйнбоу Дэш.

— Ч..что? Нет.. нет-нет-нет.. Они превратили меня в дашита.. Дашита! Не в Дэш! — сказала она высоким, скрипучим голосом — Это невозможно. Это какая-то ошибка! — она резко села и завопила — Моя жизнь разрушена!

— Разве она уже не была разрушена? — Рэмпейдж поморщилась, ступив на бетон — Окей.. не похоронена заживо.. хорошо..

— Это лучше, чем взрываться — слабо пробормотала я.

— Ты не понимаешь! Лучше бы я взорвалась. Ты помнишь как некоторые из пони в Тенпони действовали когда подумали что ты родственница Твайлайт? Умножь это в тысячу раз и ты получишь реакцию Анклава! — Глори принялась расхаживать туда и обратно. — Если моя семья как-то может смириться с этим.. Тандерхед никогда не сделает этого.. Я имею ввиду.. Я выгляжу прямо как она! Самый известный пегас в истории!

— Глори.. успокойся. — сказала я, делая маленький шаг. Раздался очередной громкий бабах, заставивший меня растянуться и оставивший большую трещину в бетоне. — Ты.. хотя бы.. не ходячая бомба.

— Точно. Ты выглядишь круто в таком виде. — Скотч спрыгнула со спины Лакуны — Совсем не скучной!.
Рэмпейдж посмотрела туда, где она взорвалась, и вздохнула. Лакуна полетела за седельными сумками снова ставшей кобылкой подруги.

Глори сдавила голову копытами.
— Обожемой, что если превращения не только внешние? Что если есть какое-то ментальное заражение? Я планировала быструю медицинскую карьеру! Рэйнбоу Дэш была идиотом! — она крепко зажмурилась — Водород. Гелий. Литий. Бериллий. Бор. Углерод. Кислород.. погодь.. нет.. Я забыла азот! — Она выдохнула — Я забыла азот! — Она схватила П-21 и в панике затрясла его — как я могла забыть азот! В каждую секунду я могу стать одержимой гонками и Вондерболтами! — она зарыдала, взлетая в воздух.

— Зато ты снова можешь летать! — усмехнулась Скотч. Лакуна вернулась с порванными сумками Рэмпейдж, и полосатая кобылка зарылась в них, достав силовые копыта Психошай и принявшись закреплять их на своих маленьких ножках.

— Я летаю? — она обернулась на свои восстановленные крылья. Конечно, они теперь были ярко-синие, но зато они держали её в воздухе. Пегаска заулыбалась —Я летаю! Летаю! Вуху! Так офигенно! — в восторге она вертелась и крутилась над дорожкой. Потом, внезапно, она приняла расстроенный вид и приземлилась. — Нет, Глори. Ты Яйцеголовая. Яйце! Головая! Я имею в виду... интеллектуал!

— Расслабься. Я думаю, каждый пегас был бы рад вернуть свои крылья. — я осторожно пошла вперед, словно ступая по слою мин, прямо к двери. Каждый третий шаг заканчивался взрывом под копытами, который порокидывал меня. Но я уже не могла остановиться, я просто должна была зайти внутрь. Как правило, можно сказать что чем важнее место было, тем более разрушенным оно выглядело. Исследования Гиппократа были укрепленным зданием. Я не могла увидеть ни одного разбитого стекла или разбитой черепицы на крыше. Оно могло выглядеть как старое, классического стиля здание, но совершенно точно было построено подобно крепости.

Не было возможности открыть эти двери.
— П-21... я думаю мне понадобится твоя.. — начала я фразу, обернувшись и увидев синюю лозу, выползающую из трещины в бетоне и подкрадывающуюся прямо к Скотч Тэйп.
— Осторожно! — закричала я, но все чего я добилась это ее взгляд на меня.

Лоза обвилась вокруг ее заднего копыта.

Скотч немедленно вздрогнула, ее глаза крепко зажмурились. Глори срезала отросток точным выстрелом с помощью З.П.С. из своего гаттлинга.
— Жжется... — прошептала кобылка и рухнула, выпустив изо рта струю желто-зеленого газа. Она начала жутко трястись, ужасные звуки раздавались из ее горла, когда она плюхнулась на спину. Но хуже всего был запах. Это был запах из моих снов, и сейчас он ударил по мне с ужасной свежестью: едкая вонь хлора.

Рэйнбоу... Глори! Глори помахала крыльями, отгоняя облако в сторону, и приземлилась рядом с ней, вжимая ухо в грудь Скотч Тэйп. Ее глаза цвета розы в страхе расширились в то время как новая порция хлорного газа слетела с губ кобылки.
— Лакуна! — Фиолетовый аликорн коснулась бока Скотч своим светящимся рогом. Глори взболтала лечащее зелье... И бросила его. — Нет! Нам не нужно лечение. Шутка производит газ внутри ее легких! — она схватил Лакуну — У тебя есть воспоминания БиДжей и все такое, так, и все еще много энергии радиации? — Аликорн осторожно кивнула — Телепортируй нас в Медицинский Центр Флаттершай! В операционную! Немедленно!

— Подожди! — начал П-21

— Что за... — попыталась сказать Рэмпейдж.

— Не надо... — проговорила я.

— Немедленно! — закричала Глори, хватая Лакуну и тряся ее.

Вспыхнуло фиолетовым, и все трое исчезли. Я в шоке осела. раздался взрыв под моей филейной частью и я снова оказалась на копытах, оглядываясь на свой почерневший и обгоревший хвост. П-21 тоже осел на хвост в шокированном состоянии, к счастью, без взрыва. Я выглядела наполовину взорванной, он выглядел словно стукнутый между глаз палкой, и свежепревращенная в жеребенка Рэмпейдж скакала вокруг нас на силовых копытах, повесив одну седельную сумку подобно школьному ранцу.

— Чтож... так или иначе, довольно хороший день для Хуфа, да? — ухмыльнулась полосатая кобылка.

<center>***</center>

— Итак... это дерьмо необратимо? — спросила я, сидя пока П-21 работал с замком. Я рассеянно жевала окровавленные куски шрапнели, выдергивая их из своей же шкуры.

— Это Убийственная Шутка. Кто, нахер, знает? — ответила Рэмпейдж — Обычно ее можно найти возле Вечнодикого Леса, но я слышала слухи о других зараженных частях Эквестрии. Обычно смертельная, всегда затруднительная. — Она посмотрела на ржавые цистерны и трейлеры покрытые слабо хихикающими сорняками. — Кто знает, откуда ее здесь столько?

Одним махом, мы лишились нашего медика, нашего плана побега телепортацией, нашей магической поддержки и нашей моральной поддержки. Так или иначе, я думала что превращение Глори в Рэйнбоу Дэш было довольно.. странным. Слегка хорошим. Но то что оно может сделать... Я заключила что это было куда предпочтительнее чем.. скажем.. если бы она сразу умерла. Я догадывалась, что было бы не так весело сразу убить ее.

Девятая заколка сломалась в копытах П-21.
— Ой, да ладно! — закричал он, роняя свою отвертку на землю — Что, они разместили самый дорогой замок во всей Эквестрии в этом месте?

Я нахмурилась.
— Отойди.

Он вздохнул в ответ.
— Если я не смог взломать его, я не думаю что ты сможешь.

— Я не говорила что собираюсь взламывать его. — я одарила дверь прицельным взглядом, хмуря брови, и поскакала подальше от входа.

— Ох.. — пробормотал он, его глаза расширились при виде того, как я рванулась к двойным дверям. Жеребец отпрыгнул, и я врезалась в них. Через секунду раздался очередной хриплый бабах, чуть не отправивший меня обратно в извивающиеся синие лозы. Я легла на спину, закрыв глаза. О Селестия, наверное я больная.

— Эй, отличная работа! — восхитилась Рэмпейдж.

П-21 выглядел не настолько восторженным, когда вытаскивал меня прежде чем лозы получили еще немного "веселья".
— Ну, если ты спросишь меня, это было мошенничество. — он собрал свои вещи и обернулся на меня. — Ты идешь?

— Мне нужна еще секунда. Собраться с мыслями — простонала я, закрывая глаза. Ага.. вот она. Лежащая поверх моих перемешанных мыслей - если есть где-то полюс отстойности... То это Хуффинтон.

<center>***</center>

Передние двери, все еще выглядящие закрытыми, но с обугленной дырой вместо замка, распахнулись от моего толчка. Мы не имели понятия когда вернутся Глори и Лакуна, или будет ли Скотч в порядке. Голубой жеребец выглядел обеспокоенным и постоянно оборачивался. Силовые копыта Рэмпейдж издавали легкое цоканье по кафелю, когда она скакала прямо за мной. Я настолько нуждалась в металлоломе для починки, что принялась обшаривать мусорки вокруг входа в поисках жестянок на пожевать. Я даже попыталась грызть крышки, но заклинание размягчения металла не активировалось.

Это позволило мне медленно регенерировать пока я осторожно ходила внутри. Детонации стали меньше и слабее, я предполагала что шутка больше не была смешной. особенно после того как я использовала её для своей пользы. Судя по виду двухэтажного фойе здания, что-то гадкое произошло здесь. На стенах были потеки крови... но на удивление мало повреждений. Правда, это было не настолько удивительно, если предположить что это место было так же укреплено как снаружи. В центре арочного входа стояла золотая статуя, накрытая прозрачной тканью. Два жеребца-единорога улыбались, поднимая яблоко, смотревшееся как подношение. "Исследовательский Центр Гиппократа" гласила надпись на основании. "Доверенный друг науки!"

Я сердито посмотрела на пару, подошла к основанию и стерла грязь с него. Там был маленький штамп, и я могла разглядеть символ Д.М.Д. снизу. Я осмотрелась, глядя на пыльные стены, рваную бумагу и мусор, и представила что могу почуять Голденблада в затхлом запахе воздуха. Ни одного тела, и множество потеков крови...
— Держитесь ближе. У нас нет Л.У.М., но я просто знаю что здесь есть что-то мерзкое.

Логово Сангвина было где-то под зданием. Я шла так тихо, как могла, мечтая о том чтобы у нас снова были тряпки для изготовления ботинок для Рэмпейдж. Откуда-то сверху.. сзади... раздался рык, прокатившийся эхом по залам.
— Ооо, я ненавижу когда я права. — пробормотала я, когда мы подошли к лифту. После нескольких попыток нажать на кнопки, мы наконец открыли дверь силой, увидев полдюжины скелетов пони, свернувшихся в углах. Кто-то нацарапал "Дорогая Селестия, выпусти нас!" на деревянных панелях.

Замерцал, возвращаясь к жизни, свет, и начала играть невнятная музыка. "..возможности... ждой общине.." Затем динамики издали еще один треск и замолчали. Снова раздался рык.. вместе с сухим грохочущим шумом. Мне кажется или звук был гораздо ближе?

Мы вошли в офисы, я нервно жевала свои удила... окей, да, надо быть осторожнее, а то я съем их!.. стараясь быть внимательнее. О, как же я скучала по своему ПипБаку сейчас. ЭП-1101 побоку, это было преимущество которое я реально могла использовать.
— Навевает воспоминания, не так ли? — спросил П-21, касаясь клавиатуры настольного терминала. Я моргнула и обернулась к нему, пока Рэмпейдж обшаривала кабинеты в поисках разного мусора и потенциальных ценностей.
— Клиника Флаттершай?

Я хмыкнула в ответ. Почему он напомнил мне именно сейчас? Я нахмурилась... Действительно ли я видела движение в холле? Нет.. просто пустой проход. Он отодвинулся и сглотнул.
— Будем надеяться. что это окажется настолько хорошо, как и было. .

— Хорошо? — я в шоке моргнула — Я была привязана к столу с вываленными кишками и должна была отключить питание сорока жеребятам. Если это было "хорошо", я не хочу предполагать что будет паршивым!
Он глуповато улыбнулся, терминал бипнул и он нахмурился, оборачиваясь.
— Мусор... мусор... мусор... никаких упоминаний, кроме... визит Твайлай Спаркл за неделю до падения бомб.

Действительно? Я вернулась к столу, так чтобы видеть терминал не теряя из виду дверь. И там была дата прямо перед падением бомб.

<b>Внутренняя память, 10-16-11: Визит Твайлайт Спаркл></b> <i>К счастью, мы были предупреждены о "внезапной" инспекции Министерской Кобылы. Теперь я хочу от всех вас супер-дупер-лучшего поведения пока она здесь. Проведите экскурсию, тяните как можете и надейтесь на Луну, что у неё закончится время прежде, чем она станет слишком любопытной. Если ничего не получится, будьте готовы к шоу. Ф&Ф.</i>

Я прокрутила чуть дальше. Определенно, инспекция Твайлайт пошла не совсем хорошо. Память была заполнена возвращенными и зараженными продуктами.

<b>Внутренняя память, 10-21-11: Хранилище></b> <i>Во имя Селестии, мы должны что-то сделать со всеми этими возвратами! Мне пофиг если вы сольете его в унитаз, сделай что-нибудь со всей этим лишним потоком пока не случилось что-то плохое. Мне не нравится, куда идет дело. Кто сейчас во главе Д.М.Д.? Им надо что-то сделать! Ф&Ф.</i>

И последнее.

<b>Внутренняя память, 10-23-11: Удачи></b> <i>Чтож, стирайте пыль со своих резюме, потому что вы все уволены прямо завтра! Это так. Пусть Эпплджек или кто бы там не был чертовым директором разбираются с этим бардаком. Мы с моим братом отправляемся в солнечную Порка Порка где тепло и пляжи, дружелюбные местные свинки и не действует экстрадиция. Удачи, отстойники! Ф&Ф.</i>

Забавно... Надеюсь, у них был ранний вылет.

Мы покинули забрызганные кровью офисы и аккуратно продолжили путь через первые несколько лабораторий. По крайней мере, я думала что это лаборатории. После увиденного в Лабораториях Горизонта, я ожидала увидеть больше разных терминалов и оборудования. В одной комнате было полдюжины классных досок покрытых “ ________ X ________” с каждым существом которое я могла представить вставленным в пробелы. Большинство комбинаций были перечеркнуты, но некоторые были обведены, как например "Торт Х Дерево" с подписанным рядом "Гений!".

Окей, я думала что это реально был какой-то гений.

Мы осторожно прошли дальше, в следующую лабораторию с еще большим количеством классных досок и большим голым серым деревом в укрепленном ящике. Когда мы подошли, радужные яблоки появились на ветвях и упали возле стен ящика. Семена дико рикошетили внутри. <i>"Бахяблочные бомбы! Посади их вокруг своей собственности, и ты не только будешь защищен от вторжения, но и сможешь делать свой собственный Бахяблочный Джем! Проблемы: Бесконтрольное и изменчивое появление. Разрывное Желе. Решение: сбрасывайте разрывные бутерброды перед рядами врага! Профит!"</i>

Я потрясла головой и подошла к двери, толкнув ее и выйдя в холл.

Единственным знаком опасности, который я увидела, было мерцание передо мной. Мои челюсти рефлекторно сжались, пушки выстрелили в воздух и опрокинули существо, похожее на странное слияние собаки и змеи. Упав, оно снова стало пытаться уйти через мерцание в невидимость, но я не тратила ни секунды, стреляя в него снова и снова пока оно не превратилось в неподвижную кровавую кучу. Я рассмотрела хвост гремучей змеи и четыре ноги, и у меня снова возникло желание залезть в машину времени и выпороть того кто сделал подобные вещи!

Естественно, мне надо было оглядеться в поисках другого мерцания.

Змеесобака врезалась в меня сбоку, чуть не сбив меня с копыт и с визгом запустив свои клыки сквозь мою кожаную броню прямо в мясо на моей холке. Я действительно не понимала, как кто-нибудь может драться в боевом седле, попутно пытаясь скинуть мерцающую мерзость. Рэмпейдж взвилась в воздух с электрическим треском, силовые копыта разрядились и обожгли ее мерцающие щеки. Кобылка ухватилась зубами за ухо твари, закрепив себя, и ее копыто снова и снова врезалось в ее череп. Наконец она отпустила меня, и я откинула ее достаточно, чтобы развернуться и всадить в нее два заряда из дробовика.

— Ауч! Не стреляй в кобылок! — запротестовала Рэмпейдж, уворачиваясь от картечи.

— Ты чертова бессмертная кобылка! Не говори что ты не переживешь попадания пары кусков свинца — засмеялась я.

Еще раз.. я должна была обращать внимание на другие мерцания.

В нас двоих врезался не один, а целая куча шипящих, кусающихся существ. Я ушла вниз, встряхиваясь и перекатываясь на спину, и принялась пинаться своими металлическими ногами так сильно, как только могла. Большинство из них пытались кусать мои ноги, почти без эффекта. Но один оказался умным и глубоко вгрызся в мой живот. Может. я и не была больше полностью биологической, но это не означала что я хотела чтобы мои кишки, или что там вместо них, были выдраны и растянуты по всему полу! Рэмпейдж закричала, запахло кровью.

Из офиса позади раздалось крепкое "Пум".

Я уже говорила что действительно устала от взрывов сегодня?

Шрапнель из гранаты рванула облепивших нас чудовищ, и их группа отскочила назад в боли и растерянности. П-21 просунул голову в зал и запустил вторую гранату в массу мерцающих змеесобак. Взрыв заставил куски тел взлететь, и те существа, которые еще могли бежать, сбежали. Сжав ногами рваную рану в моем животе, я села, огляделась и убедилась в отсутствии какого-либо мерцания вокруг.
— Рэмпейдж? — спросила я, обратив взгляд на упавшую кобылку.

Она села и показала на искромсанную рану на ее горле.
— Слава Богиням за регенерацию, да? — поморщилась я.

Когда ее горло сомкнулось, она прокаркала:
— Все равно охрененно больно!

Мы встали. Рэмпейдж угостилась по высокопротеиновой диете, я предпочла богатую железом диету из офисного мусора и пары драгоценностей, а П-21 наблюдал за холлом и показательно игнорировал нас обоих. На всякий случай, он отправил еще одну гранату в направлении, в котором скрылись чудовища.

— Сангвин знает, что мы здесь? — хмуро спросила Рэмпейдж, когда мы снова двинулись. Прошло уже полчаса, и до сих пор ни следа пони.

— Не имею понятия.
Я признавала, что не вижу чтобы Сангвин работал в этом месте. Кроме тех штук, патрулировавших залы, ни одна из лабораторий не выглядела, ну, лабораторной. Мы зашли в очередную комнату, наполовину забитую клетками с выломанными дверцами и с доской, гласящей: <i>"Собака Х Гремучая змея. Вся верность собаки. Вся жестокость змеи." За: верностность. Против: страшны как грех. За: натуральный камуфляж делает уродливость спорной. Против: Название?"</i>. И ниже список "Змеебаки. Собеи. Шипунки. Ночные охотники". Последнее обведено и подписано "Гений!".

Маленькая доска рядом с клетками называлась "Порядок кормления". Там был список имен пони, каждое перечеркнуто. Рядом с последним было нацарапано "Я сваливаю нахер". Умный пони.

— Нам нужен работающий лифт или лестница вниз, или что-то вроде того. Я просто уверена что если Химера здесь, то она где-то внизу.
Все гадкие проекты должны находиться внизу.

Мы оставили клетки и нашли ведущую вниз лестницу. Она заканчивалась у тяжелой, крепкой стальной двери. Никакого замка, и как я ни дергала ручку и не била в нее копытами, она не открывалась.
— Механизированная дверь. Скорее всего, нужна карта-пропуск или что-то вроде, чтобы открыть ее. — сказал П-21.
Я свирепо посмотрела на дверь и попыталась укусить ее. Может я смогу прогрызть себе путь! После нескольких секунд царапанья краски я закашлялась и сдалась.

— Окей. Тогда, ищем карту. — пробормотала я, глядя на дверь.

Это означало что мы снова шли наверх. На втором этаже мы вошли в большую, длинную комнату, наполовину занятую машинерией. "Супер-Быстро-Сидро-Давилка 9000" было написано на боку машины, но металлическая пластинка была исцарапана и сверху краской было написано "Супер-Быстро-Флюксо-Миксер 9000 Х Турбо". На одном конце был бункер, наполовину заполненный сверкающими камешками, а на дальнем конце была бочка помеченная "Биомагический Флюкс Делюкс"

Пока я доставала копытами драгоценные камни, Рэмпейдж возилась с проектором на маленьком столе в центре другой половины комнаты. Внезапно, линза осветилась и хриплая музыка наполнила комнату. Мерцающий квадрат появился на стене, и два единорога-жеребца вошли в поле зрения. Если бы у одного из них не было усов, я никогда не смогла бы различить их.

— Итак, как делишки? Как делишки! — с радостной улыбкой сказал гладкогубый — Я Флим!

— Я Флэм! — сказал второй.

— И мэ - всемирно известные Братья Флим-Флэм, приветствуем вас в Исследовательском центре Гиппократа. Место где наука развивается эффективно...

— Продуктивно! — дополнил близнец.

— И этично — закончили они в унисон, торжественно опустив головы.

Флим указал на мультяшную картинку здания.
— Я думаю, вы знакомы со многими нашими продуктами.

— В каком мире мы бы жили без Спаркл-Колы? — вопросил Флэм, закрывая обратной стороной копыта глаза. Маленькая заметка всплыла внизу экрана, сразу замеченная розовой пони в моей голове. <i>"Не имеет никакой связи с Министерством Тайных Наук или его Представителями. Все совпадения случайны.</i>

— Или какой была бы наша жизнь без Чудо-клея? — спросил Флим, держа в копытах тюбик.

— Чтож, вам больше не надо удивляться, дорогой клиент, потому что это всего лишь несколько из множества продуктов, принесенных вам работающими в поте лица пони из Исследовательского центра Гиппократа! — сказал Флэм, пока другой пони тряс копытом, пытаясь избавится от бутылки с клеем. Потом он улыбнулся, глуповато улыбаясь, и отошел, тогда как усатый пони указал на его бок. — Пока десятки наших конечных пользовательских продуктов вроде моющего средства Абронко и Сахарных Яблочных Бомбочек знакомы вам, наш самый важный продукт это материал с которым вы не слишком знакомы.

— Или может знакомы, в этом случае, зачем вы тратите свое время, смотря это? — вставил Флим, снова появившийся рядом с братом. — Итак, когда вы скорее всего задумались "Что же это за таинственный прекрасный продукт, приносящий так много радости и чудес в мою жизнь?!"

— Флюкс! — гордо объявили они, а позади них появилась мультяшная улыбающаяся бочка, до краев заполненная радужной слизью.

— А теперь, если вы умный пони, вы спрашиваете себя: "Что такое Флюкс и зачем он вообще нужен?" — кивнул головой Флим.

— И если вы не спрашиваете потому что уже знаете, почему вы до сих пор не работаете на нас? — спросил Флэм с дерзкой усмешкой.

Флим надел пару толстых, умного вида очков.
— Флюкс это упрощенный термин для Био-Аркано-Химического Флюкса, но и это просто упрощенное название для чудеснейшей субстанции нашего времени. — сказал он, кивая, и бочка за его спиной сменилась деревом. —Что он делает? И почему он что-то не делает?! В общем, думайте о Флюксе как о чистой магической выжимке. Вы можете получить все типы магических эффектов!

Бочка передвинулась к верху машины.
— Возьмем для примера наших хороших друзей из Робронко. Все что вам нужно - правильное оборудование и немного металлолома — Флэм издал радостный звук. Кучка металлолома двинулась в машину. Улыбающаяся бочка уронила одну радужную каплю в нее. Сверкнула вспышка, и выкатился улыбающийся тостер. — Удивительно! Наука!

Надо признать - это произвело на меня впечатление. На П-21 - не особо.

Появился Флим, сияя широкой улыбкой.
— Вы спросите: откуда же взялась эта магическая, мистическая субстанция? Что ж, точный рецепт смеси держится в строжайшем секрете.

Флэм сурово нахмурился.
— В очень строжайшем. Не хотелось бы, что проклятые полосатые заполучили его в свои копыта. — Затем он внезапно улыбнулся, — По крайней мере, не дешевле многолиарда монет!

Затем они хором добавили:
— Шутка!

Флим указал на мультяшную копию машины, располагающейся в комнате.
— Нет нужды удивляться более! Здесь - в исследовательском центре имени Гиппократа мы пустили науку и технологию в нужное русло! — Кучка драгоценных камней появилась над бункером и была высыпана внутрь. — С разработанным нами особым сочетанием качественных драгоценных камней со всей Эквестрии...

Шесть бутылочек красного, оранжевого, желтого, зеленого, синего и фиолетового вылились в бункер, пока Флим продолжал:
— А также с радужным красителем нашего собственного производства...

— И в завершение, с нашим особым, запатентованным суперзаклинанием! — хором провозгласили они и выстрелили из своих рогов мультяшной молнией в мультяшный механизм. Машина начала вспыхивать и искрить, и с дальнего конца неожиданно появилась радужная слизь, заполнившая бочку. — Мы создаем наш единственный в своем роде, невозможный для воспроизводства, манипулирования, копирования или кражи Флюкс!

Затем изображение сменилось зданием, из которого выезжали локомотивы, тянущие за собой платформы, груженые улыбающимися бочками.
— И куда он отправляется? Да куда только он не отправляется?! Флюкс используется везде, начиная с корсетов и заканчивая застежками-молниями, и всем, что между этим. Сотни видов продукции, которыми вы пользуетесь каждый день, сделаны либо из, либо с помощью, либо самим Флюксом! — раздался закадровый голос Флима.

Потом появился слегка огорченный Флэм.
— А теперь, мы хотим предупредить вас, что такое суперудивительное, единственное в своем роде вещество, как Флюкс - не игрушка.

Флим появился рядом с ним, торжественно кивнув.
— Совершенно верно.
Они исчезли, пока голос Флима продолжал:
— Несомненно, вы слышали о каком-то бедняге, который пользовался бочкой несанкционированного, измененного или использованного Флюкса и сильно пострадал от некоего ужасного инцидента.
Улыбающийся пони с галстуком бежал мимо и, споткнувшись на ровном месте, упал в открытую хмурящуюся бочку. Затем он выскочил обратно, но с крылом, торчащим из левого бока, и коровьим рогом, выросшим рядом с правым ухом. Он выглядел весьма печальным пони.

— Насчет использования которого исследовательский центр имени Гиппократа снимает с себя всякую ответственность, — тихо добавил Флэм.

Флим продолжил:
— Мы уверяем вас, что правильно использованный Флюкс является ценной... нет... неотъемлемой частью нашего современного мира!

— Поэтому, мы хотим поблагодарить вас за ваше желание пройти тур по исследовательскому центру имени Гиппократа, — улыбнулся Флэм. — Поговорите с вашими родителями о том, чтобы взять домой одного из наших запатентованных Ночных охотников; зверюшка с удовольствием защитит вас и ваш дом от проклятых полосатых! Выращены и обучены специально, чтобы искать и уничтожать любых зебр в поле зрения.

— Или, возможно, вы заинтересуетесь нашими скорпоспрайтами! Если ваш братишка/сестренка или соседский хулиган задирает вас - лучшего питомца вам не сыскать! — заявил Флэм.

— А если вы разыскиваете наш юридический отдел, он расположен на четвертом этаже... часы работы с одиннадцати пятидесяти восьми до одиннадцати пятидесяти девяти по стандартному грифоньему времени! — добавил Флим, широко ухмыльнувшись.

Затем пара пропела:
— Прекрасный шанс не упусти, счастье в страны принести! Он Флим! Он Флэм! Мы известные миру братья!

Проектор мигнул и умер, оставив нас тупо смотреть в стену. Немного погодя я пробормотала:
— Что ж, теперь я лучше понимаю, почему мир взорвался.

<center> * * * </center>

— Что за безрассудный дурак придумал взять скорпиона и присобачить ему крылья?! — проорала я, прежде чем дернуть спусковой механизм, посылая очередную порцию свинца в насекомое, упавшее рядом с нами и истекающее зеленой слизью из разодранного тонкого крыла.

— Если честно, больше похоже, что они прицепили жало блотспрайту! — пропищала Рампейдж, прыгая на покалеченного жука, её силовые копыта вспыхнули и забрызгали меня внутренностями насекомого.

— Мне плевать! — заорала я, когда еще больше серых сферических жуков полетели к нам. Они когда-нибудь кончатся? Мы нашли лабораторию, стены которой целиком были покрыты их гнездами. Один из жуков тут же ужалил П-21, а остальные теперь пытались довершить начатое.
— Это глупо... глупо... глупо! — вопила я, подчеркивая каждое слово зарядом картечи. Я даже не пыталась целиться; просто стреляла как можно быстрее вниз по коридору и надеялась, что выстрелы находили свои цели.

— Я больше заинтересован, осталось ли у тебя противоядие, приготовленное Глори... — слабо произнес П-21. — Очень, очень, очень заинтересован.

Я сделала еще полдюжины выстрелов так быстро, как могла, а Рампейдж прикончила упавших жуков с энтузиазмом, присущим только детям.
— Перезарядка! — выкрикнула я, зная, что лента почти опустела. Рампейдж забралась мне на спину, схватила запасную ленту патронов и сунула их по назначению.
— Одно условие!

— Условие? — еле выговорил он. — Я тут от яда умираю, а ты мне условия ставишь?

— Готово! — раздался крик Рампейдж, мгновенно кинувшейся обратно к уничтожению скорпоспрайтов.

Я выстрелила еще три раза.
— Когда мы закончим... ты пойдешь к Скотч... и расскажешь ей, что ты её отец. И скажешь приятные вещи о её маме. И обнимешь её!
Показалась еще пятерка насекомых, и я снова задергала спусковым механизмом со всей возможной скоростью. Выстрелы разорвали их хлопающие крылья, а нескольких превратили в месиво.

— А если я откажусь? — задыхаясь произнес он, пока я пятилась к нему.

— Тогда я оставлю это тебе, а еще неподъемный груз вины в придачу, — парировала я. Один жук взлетел высоко над другими и рванул ко мне, нацелив истекающее ядом жало мне в глаз. Я махнула передним копытом и сбила насекомое размером с голову. Рампейдж прыгнула на него, и он взорвался под её силовыми копытами.

П-21 не ответил, я оглянулась и увидела, что он отключился.
— Нечестно... — прошептала я. — Рампейдж! Противоядие!
Она прыгнула мне на спину и снова покопалась в моих сумках в поисках противоядия, которое Глори смешала черт знает когда. Она вылила его в рот жеребцу, пока я отбивалась от роя.

Он пошевелился, когда сознание вернулось к нему в то же самое время, когда последний из жуков был расстрелян и раздавлен. Я сдула дым со ствола моего дробовика и приблизилась к нему, встав на колени и помогая встать.
— Ты что угодно сделаешь, лишь бы избежать разговора с ней, не так ли?

Он посмотрел на меня, затем уронил взгляд.
— Я не хочу говорить об этом.

— О нет. Это возможно бы и сработало месяц назад, когда я еще была новичком в Пустоши, но сейчас я закаленный Пустошью ветеран и не собираюсь ждать, пока...

Последовала вспышка, и я обнаружила себя валяющейся на полу с головокружением. Ухмыляющаяся Рампейдж глядела на меня сверху вниз.
— Ой. Прости. Подумала, что увидела очередного скорпоспрайта, но это оказалась всего лишь большая надутая голова. — Она подбежала к П-21. — Конечно же закаленный Пустошью ветеран увидел бы угрозу.

Как только П-21 поднялся на копыта, а здание перестало вращаться, мы обнаружили обширный кабинет с двумя похожими столами и огромным портретом каждого из братьев, сидящих за ними. На стойке, тянувшейся вдоль дальней стены, стояли разнообразные изобретения, созданные братьям, включая небольшую модель Супер Быстрого Сидровыжимателя 9000. Два скелета, одетых в модные деловые костюмы, лежали прижавшись друг к другу в окружении четырех чемоданов. Один был разорван, рассыпав по полу множество золотых монет.

Я заметила пару билетов, зажатых в копытах братьев и развернула их.
— Хуффингтон до Порка Порка... время вылета — два часа пополудни, — я сочувственно похлопала череп. — Нужно было брать на утренний рейс.

Рампейдж указала на стол Флима, пока П-21 занимался терминалом Флэма.
— Эй, Блэкджек. Это не одна ли из тех фигурок, что ты собираешь?
На мгновение я представила, что пять маленьких пони в моей голове дружно вздохнули в предвкушении... или, скорее всего, это была я!

Я моргнула и посмотрела. На столе, ослепительно улыбаясь, стояла ярко-фиолетовая статуэтка Твайлайт Спаркл. Улыбаясь, я медленно подошла к ней. Неужели? Как это возможно? Я осторожно взяла её копытами и прижала к груди.
— Наконец-то! Это Твай...
Я нахмурилась и подняла её к глазам, присматриваясь. Широкая, глупая ухмылка красовалась на лице фигурки; её зрачки были разного размера и глядели в разные стороны. "Я - яйцеголовая" - гласила надпись. Мои глаза сузились, и я постучала по голове фигурки, заставив её раскачиваться в разные стороны. Это была не настоящая статуэтка, просто дешевая, пластиковая подделка.

С угрюмым ворчанием я бросила её в мусор.

П-21 выглянул из-за терминала.
— Так, плохие новости. Похоже, что они стерли все данные со своих компьютеров и переместили их куда-то... но это не все, есть и хорошая новость. — Он нажал кнопку и часть стены открылась, обнаружив кабину лифта. — Что ты хочешь поставить на то, что этот лифт ведет в какое-нибудь интересное место?

Я улыбнулась.
— Обожаю умных пони. — Затем нахмурилась. — Но ты все равно должен поговорить со Скотч... И я это серьезно.

Он вздохнул.
— Знаю... знаю. Сейчас я пытаюсь не думать об этом. Об... обо всем, что я бы пропустил, если бы она умерла. Я был тем еще засранцем, постоянно откладывая это.

Мы подошли к лифту. Рампейдж поставила копыто в кабину, та издала тихий стон.
— Ух... интересно, какой кусок они вырезали, чтобы установить эту штуку?
Надо признать, выглядело так, что лифт определенно не был изначально заложен в конструкцию.

Я фыркнула и ступила в кабину. Ладно, немного качается, но мне все равно нужно попасть вниз, так как там я несомненно найду информацию о следующей точке моего путешествия.
— Выглядит надежно.

— Сомневаюсь, что он был надежным даже двести лет назад, — тихо сказал П-21. Он порылся в столе и вытащил желтую карту.
— Слушай, мы можем просто вернуться к двери.

Я закатила глаза и начала прыгать.
— Смотри! Надежнее некуда! Не о чем бесп...

Взревев, пол подо мной взорвался, подбросив меня к потолку... который тоже взорвался! Я камнем полетела вниз в темную шахту, а за мной следом, отчаянно скрипя покореженным металлом, сорвалась и кабина лифта.

Ха... ха... ха...

----------------------------------

Заметка: Достигнут максимальный уровень.

(Традиционные благодарности Kkat за FoE, Hinds, Bronode и Snipemaster за приведение истории к читабельному виду, а также всем, кто кидает Somber-у денюжку на David13ushey@gmail.com, используя paypal.)

(Отдельные благодарности Rainbow Yoshi за помощь с некоторыми идеями и VozDeSuenos за песню.)

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/28544/102551

Переводчики: Mraque, Dizrus, N0good, Noncraft

mifjlz, makujin