Готовый перевод Fallout Equestria: Project Horizons / Фоллаут Эквестрия: Проект Горизонты: Глава пятьдесят вторая: Воссоединение

Фоллаут Эквестрия: Проект Горизонты

Автор: Сомбер.

Глава пятьдесят вторая: Воссоединение

"Я просто сложила два, два и два, и в результате все привело к Матильде!"

Я не могу претендовать на эксперта в каких-либо вечеринках, но мне казалось, что празднование получения метки медленно шло на спад. Еда теперь была в процессе переваривания, длинная ночь забрала у вечеринки всю ее энергию и раскат грома был последним забитым в гроб вечеринки гвоздем. Никто не хотел веселиться под дождем. Вскоре мы провожали жеребят и кобылок вниз с холма к Капелле. Взрослые, которые так же присутствовали, несли на своих спинах по два или три юных пони с немного неловким видом. Хотя, я могла понять их: это были не их дети. Тем не менее, каждый из них, казалось, желал поступить правильно. Стать лучше.

Несколько молодых жеребят забрались в корзину Метконосцев, использовавшуюся для ношения трофеев, и я спустила ее вниз со склона вблизи минного поля. Кобылки и жеребята ввалились в почтовое отделение спать, и взрослые залезли под брезент или внутрь пары других зданий, как небо над Хуффингтоном начало лить.

Пока мои друзья возвращались в Звездный Дом, я задержалась на мгновение. Тяжелые капли шипели, когда они ударялись о древесину, стопки переработанного строительного материала и потрескавшийся асфальт. Я взглянула на канаву, заполненную грязной водой. Ещё вчера, я нырнула туда и попыталась спасти кобылку. Сегодня мы праздновали вечеринку. Что произойдет завтра? Я стиснула зубы, почувствовав как мои эмоции внезапно пошатнулись. Это было несправедливо. Не правильно!

Я взглянула на свою ногу с чертовой программой, виновной во всех бедах, лежащих на моем жизненном пути. Я хотела бросить её в реку, здесь и сейчас. Я бы никогда не уступила Предвестникам - чему бы они не служили, это того не стоило - но было бы приятно знать, что никто не сможет наложить свои копыта на эту штуку. Хотя, я заслужила владение ею. Я заслужила всю эту боль...

Нет! Я не собиралась делать этого снова. Я сделала пару глубоких глотков влажного от дождя воздуха, борясь за то, чтобы вернуть контроль над собой. Каждый вздох приносил облегчение, уменьшая тревогу. Я позволила дождю омыть свое лицо, пока я боролась с желанием ударить себя об землю. Это была Пустошь, и пони умирали. Я пыталась спасти ее. Я пыталась. Наконец, терзавшее меня беспокойство исчезло.

Стоил ли ЭП-1101 всего этого горя? Я хорошо провела день. Не совсем нормально, но хорошо. Что было бы, будь их больше? Мне нужно было подумать, потому я медленно пошла вниз по дороге к одинокому каркасу здания церкви. Заброшенная конструкция не была полностью отремонтирована, все силы были брошены на саму деревню.

Я взглянула сквозь тёмное окно,через которое Селестия когда-то смотрела на своих любимых пони. Теперь я могла видеть лишь чёрные башни, окружённые зеленоватым мерцанием Ядра, через пустую, с осколками стекла по краям раму. Вода хлестала через дыры в крыше. Подушки насквозь промокли и неприятно хлюпали под моими коленями когда я опускалась на них. Мои глаза прошлись по затенённым изображениям Министерских Кобыл, их лица терялись во тьме. Для этого моего кибернетического зрения было недостаточно. Единственная, кого я видела довольно отчётливо, была Твайлайт Спаркл; осуждающие фиолетовые глаза смотрели прямо на меня. Это были Мамины глаза.

Я закрыла глаза и прослушала записи. Медленно начал играть гимн, что спас меня под лабораториями Горизонтов. Я представила, что смогла выделить Попурри и Священника из тысяч других. Конечно же, я не смогла. Музыка звучала пусто и слабо в мокрой мгле, призрак мелодии. Смешно; всего несколько часов назад я использовала привидение, чтобы спасти шесть жизней.

В реальности не было ничего веселого.

— Блэкджек, — прозвучал серьезный голос П-21 из-за двери церкви. — Я не видел тебя на вечеринке.

— Я не думаю, что все это - больше, чем просто вечеринка пони, — ответила я, смотря на воду, капающую с намокшей фиолетовой подушки. — Значит ли это, что я старею?

— Наверное, взрослеешь. Не могу представить старость. Или наоборот, не могу представить себе ничего, кроме старости, — он подошёл ко мне и снял свою широкополую шляпу, с которой тут же стек целый водопад. Пони взглянул мне в глаза. — Ты в порядке?

Я сидела дождливой ночью в разрушенной церкви совсем одна, и он спрашивал меня, в порядке ли я?! Я бы испугалась, если бы понибудь в такой же ситуации ответил «в порядке» .
— О да. Конечно. Лучше некуда. — Я посмотрела на распахнутое окно и продолжила. — Я не чувствую, словно должна бежать или умру. Я только единожды ступила сегодня. Я расстроена из-за Попурри и Бон... и за всех пони, кому я позволила умереть, но я пытаюсь смириться с этим. Я счастлива за Глори и Скотч, в конце-концов. Так что... да, — Я слабо улыбнулась. — В порядке.

Я посмотрела на свой ПипБак и принялась возиться с ним; жеребец наблюдал за мной с озабоченным видом. Я пролистала пару песен, выбрала одну наугад, чтобы не слушать хор мёртвых пони. Что-то из классики. Без слов. Просто мягкое звучание пианино и струн, идеально вплетавшееся в окружившую моё тело морось.
— Я тут училась потихоньку думать с самого Хайтауэра... о Попурри... о Священнике... о всяком. Я бегала по наводке ЭП-1101 за призраками целыми неделями. Теперь... Теперь я задаюсь вопросом, а надо ли было? Эта штука нечто, за что стоит побороться; вот такое вот удобное оправдание моим попыткам вогнать себя в гроб.

Я уставилась в нависавшие над землёй облака, едва видимые из-за зелёного свечения Ядра.
— Может, стоит бросить гнаться за миражами. Остаться помогать пони здесь. Разобраться с Предвестниками и Красным Глазом. Делать то, что я умею, а не просто смотреть, как умирают все вокруг ради очередной отметки в ПипБаке.
Я выдавила из себя улыбку.
— Это было бы лучше, а? Глори была бы счастлива видеть меня подальше от неприятностей. А ты сможешь проводить больше времени со Скотч. И мы смогли бы разобраться с трудностями Рэмпэйдж.

— Ага. Ты могла бы так поступить, — спокойно сказал он, не выглядя особо убеждённым в моих словах. Почти минуту между нами висела вуаль удушливого молчания, пока мои щёки не заболели от принуждённой улыбки.

— Итак. Это было бы неплохо. Так? Неплохо для всех, — я нервно потёрла ПипБак. — Никаких больше тупых приключений Блэкджек. Ура...
Мои слова сочились неискренностью.

— Для всех, кроме тебя, — заметил он.

— Меня? — Я не могла в это поверить. Моя улыбка грозилась порвать мне щёки. — Я же сказала. Мне больше нет дела до ЭП-1101. Оно... оно не стоит того, через что мы уже прошли.
Не стоит тревоги Глори. Не стоит опасностей. которым я подвергала друзей.
— Думаю, я отдам его Спайку... или ещё что-нибудь. — это была глупая затея; я понятия не имела, примет ли Спайк такой дар или нет — ведь ему хватало забот с Садами. П-21 одарил меня твёрдым взглядом своих голубых глаз и слегка разочарованной ухмылкой. Наконец, я сломалась.
— Святая Селестия, П-21, да насрать, что я там хочу! Каждое моё желание оборачивается ёбаной катастрофой! Как насчёт твоих стремлений? Ты хочешь остаться со Скотч Тейп. Скажи, что я не права. Глори заслуживает немного внимания и покоя. Рэмпэйдж нуждается в помощи куда больше, чем я. Пошла бы эта Богиням проклятая эпопея на хер!

П-21 лишь сильнее стянул края шляпы вниз, скрывая мордочку.
— Да. Я хочу этого. Эта пара дней была... ну... лучшей в моей жизни. Треклято чудесной. И я знаю, что Глори была бы счастлива, как и Рэмпэйдж. Но ты таскалась за отметками весь месяц и теперь хочешь всё бросить?

— Да! Почему нет? Кому не плевать, что натворил Голденблад? Кому не нахчать на эти Горизонты? Почему я просто не могу...
Просто не могу что? Вопрос застрял в моём горле. Наши взгляды встретились. На этот раз я опустила голову вниз, рассматривая потоки воды, бегущие по моим ногам.

Он положил копыто мне на плечо, и я взглянула на него. В его пристальном взоре я не увидела знаменитой жесткости, присущей моему другу. Он был спокойным, даже нежным. Если бы только Девяносто Девятое было другим... и другие вещи тоже были бы другими...
— Думай я, что ты действительно желаешь сдаться, я бы согласился. Но я так не думаю. А вот что я действительно думаю, так это то, что твои слова — очередной приступ самобичевания. Приступ самоуничижения. Схожие чувства испытывал и я, отказываясь говорить правду Скот Тейп. Я считал, что я заслуживал только этого — ощущения полной ничтожности.
Он похлопал меня по плечу, и его улыбка слегка увеличилась.
— Скажи мне, что это не так.

Я беззвучно распахнула рот, не в силах сказать ложь. В конце концов, я прошептала:
— Это так.
Мне следовало отказаться от погони за ЭП-1101. Иначе и я... и мои друзья... и другие погибнут.
— Просто... это был хороший денёк для всех. Я бы хотела видеть такие почаще... понимаешь?

— Да. — ответил он со странной ухмылкой и пихнул меня в плечо. — И когда ты решишь загадку ЭП-1101, то таких дней станет больше. Для тебя. Для всех. Главное — не сдавайся. Если только ты не станешь от этого счастлива.

Я вздохнула и зажмурилась. Я знала, что не буду счастлива. Загадки и тайны будут торчать костью в моём сознании. В конце концов, я бы обиделась на своих друзей за моё же глупое решение. Я улыбнулась, сдаваясь.
— Ладно. Ты прав. Похоже, мне просто... не дано быть умной.

— Ты умнее, чем кажешься, — фыркнул П-21.

— О да. Повреждения мозга этому явно способствовали, — я закатила глаза, но тут же стала серьёзной. — Если бы у меня была хоть догадка, что такое эти Горизонты! Сангвин говорил, это нечто плохое и большое. Действительно большое. И, судя по тому, что я видела в терминале Голденблада, оно готовится к выходу в большой мир. Но я не думаю, что у кого-нибудь могут отыскаться предположения на этот счёт. Единственные, кто может располагать нужной информацией, — это Предвестники, но с ними болтать я не готова.

П-21 нахмурился, выглядя слегка заплутавшим в собственных мыслях.
— Точно...

— Ну, сейчас я ничего не могу поделать. Хоть я и не могу выйти из игры, но, по крайней мере, короткий отдых от ЭП-1101 я устроить себе в состоянии. Недельку-другую, быть может, — сказала я. Или пока не нарисуются Предвестники.
— Видишь? Блэкджек может учиться.
Каким-то неведомым науке образом моя шутка до него не дошла.

— Точно, — он уставился в темноту за дверным проёмом. — Блэкджек. Ты мне веришь?
Я поймала искру вины, мелькнувшую в его глазах.

— Конечно, — ответила я. — Я доверяю вам всем.

— Даже если мы... я... проворачивали кое-что за твоей спиной?

Долгий промежуток времени ничего не происходило; потом я улыбнулась.
— Вы все гораздо умнее меня, П-21. Если вы сделали что-то, не сообщив мне при этом... Ну, я верю, что у вас были хорошие побуждения. И я верю, что рано или поздно вы расскажете мне обо всём.
Мой ответ, казалось, слегка выбил его из колеи. Я знала, для него это будет непросто.

Жеребец отвернулся; похоже, он спорил сам с собой. Я могла бы спросить, что он скрывал от меня, но не хотела торопить его. Наконец, он снова посмотрел мне в глаза. Целую вечность мы пялились друг на друга. Странно, но я вспомнила Девяносто Девятое и встречу за пределами комнаты поддержки. Воспоминания были подобны сну. Пони повернулся, бесстрастная маска его лица нарушилась тревогой в глазах. Он ждал, что я задам вопрос. Я ждала, пока он не решится выложить всё сам. В конце концов, он опустил взгляд.
— Мне нужно тебе кое-что сказать, Блэкджек. Боюсь, что тебе эта новость не понравится.

Я приподняла бровь.
— О Тенпони?
Хех, не так уж часто мне выпадал случай примерить на себя роль самодовольного умника.

Он молчал. Потом вздохнул, раздраженно нахохлился.
— Глори тебе уже рассказала. Ожидаемо.
Он мрачно покачал головой и продолжил.
— Ну, мы пообещали Хомэйдж, что скажем, когда ты будешь готова. Глори клялась сначала поговорить со мной.

— Вообще-то, она и не говорила, — ответила я. — Я как бы выяснила, что там произошла довольно тёмная история.
Он хмуро посмотрел на меня; скептицизм на его мордочке читался столь явно, что мне не оставалось ничего другого, как вздохнуть и закатить глаза.
— Я слышала, как вы с Рэмпэйдж болтали об этом.
П-21 на мгновение потерял самообладание, удивлённо цокнув языком. Затем он сглотнул и оглядел мрак вокруг нас.

— Я... мне жаль. Мы... — он выглядел как пони, который не знает, как закончить свою речь.

— Вы думали, что так для меня лучше, — договорила я за него без тени гнева. Всю злость смыло дождём и разговором с Крупье. Я лгала друзьям, чтобы защитить их... они лгали, чтобы защитить меня. Это было то, что в эти времена можно звать честностью. И неважно, что это была паршивая честность.

— Точно, — выдохнул он, выглядя пристыженно. — Когда ты сбежала с ЛиттлПип, Глори была в ужасе. Хомэйдж была вне себя. И мы все были... встревожены.
Он вздохнул и покачал головой.
— Затем ты вернулась с эскортом из аликорнов и... мда. Мы действительно волновались.

— Правильно делали, — мой черёд утешающе класть копыто ему на плечо. Он потянулся к своей шляпе и стянул её, чтобы достать из неё шар памяти. Я нахмурилась, сосредоточилась, но моей слабой магии едва хватило на то, чтобы схватить его. Телепортация превратила мой рог в бессмысленный придаток тела, но это не отменяло того, что я смогла осуществить её. Мама говорила мне, что её мать была способна на такое, равно как и её бабушка. Однако я никогда не видела, чтобы мама проделывала такие трюки.

— И как же вы выудили из меня воспоминания? — спросила я. — Я и наполовину не так умна, как ЛиттлПип, и не смогла бы сделать такого самостоятельно.

— Никак. Это мои воспоминания. — сказал он. — Без секса. Без сюрпризов. Только правда. Он отбежал в сторону и присел в месте, укрытом от дождя.
— Оно короткое. Я пока погляжу на тебя. — Я моргнула, шокированная его словами. — В смысле, я пригляжу за тобой, пока ты смотришь шар. Не потому что мне нравиться пялиться на тебя... — он сжал копытами голову. — Священник. Стронгхуф. Е-21. Каламити, — шептал он.

Я не смогла сдержать смешок.
— Я таки уверена, что тебе нравятся и кобылки, и жеребцы.

Эта реплика вернула ему его обычное сварливое самочувствие.
— Мне не нравятся кобылки. Они ноют, болтают, лицемерны и просто безумны. За исключением Скотч и... нет, они мне не нравятся! — выпалил он, махнув копытом в мою сторону. Моя улыбка была слишком широкой, чтобы пытаться спрятать её. П-21 оглядывал всё вокруг, избегая моего взора. Некоторые вещи остаются неизменными. Спасибо Селестии за это.

Хихикая, я перевела взгляд на маленький шар, затем примостилась рядом с жеребцом. Не лучшее местечко, но лучше, чем ничего. Я коснулась шара магией и попыталась связаться с ним. Если верить записям Триаж, не надо было стараться ускорить процесс. Мир уплыл прочь, когда узы наконец появились.

oooOOOooo

Можно было бы сказать, что я впервые оказалась в пони, вроде этого, но это была бы ложь. Боль волнами расходилась по всему телу, от головы до копыт, словно в агонии, которую я испытала, когда переживала воспоминания Дэуса, но я не могла себе представить, чтобы понибудь жил с такой болью день за днём. Каждый шаг посылал волны дискофорта через его мышцы. Каждый вдох был преодолением боли. Даже моргая, веки тяжело давили на глаза. Мгновенно я стала гораздо лучше понимать своего друга. Если бы я ежедневно испытывала такое, я тоже была бы весьма сварливой.

Он отошёл от остальных, разговаривающих вполголоса, сел, осторожно протянул копыто за голову и, покопавшись в своей густой гриве, вытянул из неё три шприца Мед-Икса. Колеблясь, он оглянулся через плечо, а затем стянул зубами колпачки сразу с двух шприцов и ввёл иглы себе под колено, которое не так давно было покалечено. Спустя пару секунд он содрогнулся и испустил долгий вздох облегчения.

Снова оглянувшись, он наткнулся на спокойный взгляд зебры, Ксенит. Я не очень хорошо её знала; у неё не было ничего общего с Ксанти, не смотря на похожесть имён. Ксанти была чудаковатая. Ксенит же, пугающая. Зебра не сказала ни слова; её светло-зелёные глаза, будто записывающие камеры, фиксировали и анализировали текущий миг с немым осуждением. П-21 так же промолчал. Затем, с молчаливым понимающим едва заметным кивком зебра отвернулась и он бросил шприцы в мусорное ведро. С удивившей меня ловкостью он обвил прядь гривы вокруг оставшегося шприца и спрятал его в своих густых голубых волосах.

Неспеша, П-21 вернулся к общему обсуждению.
— ... в результате воспоминания будут извлечены. Ради безопасности, прежде чем она покинет это место, мы собираемся вычистить из её головы все ссылки на Блэкджек и на всех вас. Она просила нас сохранить её разговор с Красным Глазом, но, учитывая, что с вами Лакуна... Мы не хотим рисковать, чтобы Богиня заподозрила, что Блэкджек что-то знает, — спокойно говорила Вельвет Рэмеди, не заметив, что П-21 вернулся к группе.

— Знания Блэкджек - это оксюморон, — кисло заметил П-21.

— Её счастье, — почти прорычала Хомэйдж. — ЛитлПип получит своё наказание, когда... ей станет получше. Вот так убежать среди ночи. Не сказав никому ни слова!

По покрасневшим и припухшим прекрасным фиолетовым глазам Глори было видно, что она плакала. И не важно, какое у неё было тело, она всегда была красива.
— Наказание? — непонимающе переспросила она.

— То бишь она собирается связать ЛитлПип и обхаживать её задницу до тех пор, пока та наконец не уразумеет, что так нас пугать - это плохо, — усмехнулся Каламити, заставив серую пегаску отчаянно покраснеть.

— А... а это правда сработает? — спросила Глори, удивлённо моргнув. Когда пони взглянули на неё, она прижала ушки и тихо добавила, — Моя... эмм... моя сестра так делает.

Серая единорожка по-доброму улыбнулась и закатила глаза.
— Может быть. А может и нет. Но я уж точно почувствую себя лучше, — ответила она, одарив Глори лёгкой улыбкой и кивнула на Вельвет и Каламити. — Так или иначе. ЛитлПип - это наша проблема. А что на счёт Блэкджек? Она в порядке?

Глори открыла было рот, вздохнула и начала сначала. Её речь была более строгой и сдержанной.
— Она за раз выпила почти галлон виски. Ещё неделю назад она бы уже умерла от алкогольного отравления. — пегаска снова вздохнула, прикрыла лицо копытом и её голос задрожал. — Я... я даже не знаю, была ли это попытка самоубийства, или нет. Я знаю, что у неё травма... Мы уже множество раз едва не теряли её. Я просто... просто не знаю.

Святая Селестия, за то, что я делала с ней, я заслуживала годы порки. Вельвет приобняла Глори, утешая и вперёд выступил П-21.
— Я думаю, в ближайшее время мы сможем применять к Блэкджек термин "в норме". Посмотрим, как она выправится... если выправится. Она прошла через мутацию, порчу, ампутацию, а потом... она... — голос изменил ему на секунду и он оглянулся вокруг, прежде чем закончить, — а потом она вернулась другой.

Динамик рядом с металлическим контейнером, содержащим голову Профессора, проскрипел:
— По крайней мере она не должна испытывать дискомфорт от её аугментаций. Мы были весьма осторожны, блокировав максимально возможное количество болевых рецепторов. Она не должна нуждаться в болеутоляющей Мега-Икс формуле Деуса. Это можно считать за преимущество.

Погодите. Так мне должно быть больно? Вот почему я чувствую себя такой... такой стальной внутри? Множество имплантов тёрлись о плоть, царапая не функционирующие нервы при каждом шаге? Мне никогда не забыть ту боль, которую Деус преодолевал всю жизнь.

— Профессор, могут её аугментации заставлять её поступать так? — спросил П-21.

Динамик некоторое время молчал, потом ответил,
— Это возможно. За историю Стального Пони всего несколько субъектов аугментировались так же серьёзно, как она. Похоже, когда теряется такая большая часть тела, происходит нарушение некоей точки равновесия и разум становится более нестабильным. Кто-то становился безрассудным в сражении; в конце концов, в них же имплантированы ремонтные талисманы - к чему волноваться о повреждениях? Другие считали, что потеряли себя и впадали в депрессию. Третьи становились более агрессивными, пытаясь самоутвердиться за счёт своих аугментаций.

— Так она такая дёрганая из-за того, что ей пришлось пережить, из-за разболтавшегося провода или из-за того и другого? — спросил Каламити, не обращая внимания на полуулыбку Хомэйдж. — Типа как если не закинешься очередной Праздничной Минталкой, так что-ли?

— Нет. Это не так, — ответила Хомэйдж, прежде чем взглянут на Глори. — Не волнуйся. Мы приведём её в порядок.

— Мы пойдём проведаем ЛитлПип. Скажем ей, что ты заглянешь, — сказала Вельвет и они с Каламити направились к выходу. П-21 оценивающим взглядом проводил зад коричневого жеребца; я должна была признать, что у моего друга был отличный вкус. Я бы и раньше это сказала: не знаю, что это было, но что-то на счёт того, что летуны были аппетитными! Через секунду ушла и Ксенит, хотя это заметил только П-21.

Глори вздохнула и посмотрела на П-21.
— Скотч Тейп всё ещё с Лакуной?

— Думаю, да, — ответил он, садясь напротив карамелегривого жеребца, Лайф Блюма. — Если ЛитлПип была права...

— Она права, — уверенно ответила Хомэйдж. — Твайлайт Спаркл была втянута в Единство спустя сутки после падения бомб. — Глори вздрогнула и покачала головой.

— Значит нам придётся скрывать это от них обеих. Мы не знаем, как поведёт себя Богиня, если узнает. — Глори взглянула на Лайф Блюма. — Разве ты не можешь отговорить Общество Твайлайт от проведения этого дурацкого теста?

— К сожалению, нет, — вздохнул Лайф Блюм и покачал головой. — Чтобы поставить Блэкджек на ноги они потратили немало ресурсов. Они потребуют расчёт. Рано или поздно.

— Она едва очнулась и первое, что она сделала, это сбежала в туннель, полный диких гулей и пробралась во вражеский лагерь с совершенно незнакомой пони, — взмолилась Глори, вытерев опухшие глаза своим крылом. — Дайте ей немного времени!

— Это не мне решать. Общество хочет протестировать её, — мрачно отозвался Лайф Блюм. — Мы каджые несколько лет натыкаемся на родственников Министерских Кобыл, которые могут обойти магический замок. Обычно это кто-нибудь из Эпплов.

— Но как вы можете знать, что она потомок Твайлайт? — спросил П-21.

— Сто пятьдесят лет назад Тенпони подвергся атаке. Частью этой плохо организованной атаки были рейдеры, а Общество Твайлайт тогда помогало жителям вокруг башни. Несколько рейдеров были схвачены. У одной из них обнаружили шар памяти. Перед тем, как её казнили, она сказала, что получила его от странной кобылы-гуля, жившей в Кантерлоте, которая в свою очередь утверждала, что раздобыла его в центре Министерства Мира. В шаре были воспоминания Твайлайт, раскрывающие тайную связь между ней и Биг Макинтошем и то, что её нерождённый ребёнок был передан суррогатной матери. К сожалению, мы не смогли с уверенностью выяснить, кто точно из двоюродных сестёр Твайлайт мог стать суррогатной матерью. Так что в течение последующих ста пятидесяти лет этот шар памяти достиг почти мифического статуса.

— Почему? — нахмурилась Глори. — Чего они от неё ожидают? Второго пришествия Твайлайт Спаркл?

— Твайлайт возвестила эпоху беспрецедентных магических открытий, каких не было с мифических времён Кловер Мудрой и Старсвирла Бородатого. Её брат несколько лет был капитаном Королевской Стражи. Её семья была неотъемлемой частью Эквестрии и до войны даже ходили слухи, что их линия тянется от тех легендарных пони, — спокойно ответил Лайф Блюм. — Многие в Обществе верят, что любому пони, в чьих жилах течёт кровь Твайлайт, суждено вершить великие дела.

— И не важно, что ей может хватить всего одного хорошего толчка для полного психологического краха? — возмутилась Глори.

Лайф Блюм прикрыл глаза и вздохнул.
— С их точки зрения, даже если Блэкджек нестабильна, она всегда может дать Обществу одного-двух наследников.

— Через мой труп, — решительно заявил П-21.

— Я такой вариант никогда не поддерживала, — заметила Хомэйдж, осуждающе глядя на Лайф Блюма.

— Кое-кто в Обществе готов продать ДиДжея Pon3 за родословную Твайлайт Спаркл, Хомэйдж. С большим удовольствием, — мрачно отозвался Лайф Блюм и я должна была заметить, что тому мирному и комфортному настроению, которое я испытывала к Обществу Твайтайт, придётся сказать пока-пока. Он взглянул на П-21 и Глори. — Не все и не большинство, но достаточно. Многие просто хотят знать и в своё время составить собственное мнение.

— Но если она родственница Твайлайт, тогда сторонники жёсткой линии, наверное, просто не позволят ей уйти, — мрачно заметила Глори. — А если она не пройдёт их тест, тогда они всё равно не захотят её отпускать.

— Вы уверены, что Блэкджек не сможет справиться с этими знаниями? — спросила Профессор. — Она выглядит необыкновенно стойкой.

Как ни странно, все пони посмотрели не на Глори, а на П-21. Он огляделся, затем вздохнул.
— Я думаю, со временем Блэкджек может справиться с чем угодно. Подождите пару недель и она сможет потягаться с самыми знаменитыми единорогами в истории. Но бросать это на неё прямо сейчас... нет. Не думаю, что это будет хорошо. Она отреагирует болезненно. Так же болезненно как... с заполненным газом Стойлом 99, — добавил он, оглядывая остальных.

— В чём именно заключается этот тест? — спросила Профессор.

Лайф Блюм вздохнул и потёр переносицу.
— Сторонники жёсткой линии хотят чего-нибудь существенного. Возможно какой-нибудь анализ крови. Умбра желает не меньше чем тест на магическое инкубирование яйца. Старый ублюдок, вероятно, в конечном итоге планирует провести экстракорпоральное оплодотворение. — П-21 потянулся в свой густой хвост и я почувствовала, как в подставленное копыто упала граната. Лайф Блюм взглянул на него и, я полагаю, заметив убийственный взгляд моего синего друга, торопливо добавил, — В конце концов это не большинство Общества. — П-21 немного расслабился. В отличие от Глори. Если бы взгляды были подобны заклинанию магической пули... Лайф Блюм продолжил, — Большинство хочет увидеть, сможет ли она открыть двери.

— Двери? — встревоженно переспросила Глори.

— Здесь есть несколько магически закрытых дверей, которые может открыть только Твайлайт или кто-то из её близких родственников. Кто-то... очень-очень близкий. Но для других это более символично. Как и главные двери конференц-зала МТН, где велись скучные официальные дела. — он оглядел помещение. — Прежде чем это место было преобразовано в центр МТН, здесь был первоклассный отель. Большая часть здания была переделана под нужды МТН.

— Я думала, что Тенпони строился специально для МТН, — удивлённо заметила Глори.

— Многое здесь было построено с нуля для Министерств, но всё это появилось не в один день, — небрежно ответил Лайф Блюм. — Пока Мэрипони, Катнтерлот и Хуффингтонские центры ещё строились, Тенпони переделывали в оперативную базу. Ещё до того, как к власти пришла Луна, он уже был преобразован в военную радиовещательную башню, так что это было естественное преобразование. Верхние этажи переделали под нужды МТН, а нижние оставили для населения.

— Значит... прежде чем эти двери были зачарованы так, чтобы их смогла открыть только Твайлайт, там были обычные номера? — поднял брови П-21.

— Думаю так и было, да, — ответил Лайф Блюм, не понимая, куда он клонит.

— С обычными замками? — уточнил П-21.

Хомэйдж взглянула на синего жеребца.
— Ты хочешь заклинить дверь так, чтобы её вообще никто не смог открыть.

— Именно. Блэкджек и сторонники жёсткой линии увидят её неудачную попытку открыть двери, — ответил П-21.

Губы Лайф Блюма растянулись в улыбке.
— И тогда мы сможем попросить её открыть эту дверь позже, когда будем абсолютно уверены. Двери возле читального зала, там мало кто ходит. — он посмотрел на остальных. — Таким образом я могу шепнуть более умеренным членам Общества, что она родственница Твайлайт.

— Блэкджек ни за что не должна узнать, — кивнул П-21, затем взглянул на озабоченную Глори. — Ей лучше продолжать думать, что она просто Блэкджек.

— А уж Богиня тем более не должна знать, — согласилась Глори, закрыв глаза. — О, Блэкджек... мне так жаль... — шмыгнула она носом. Ей не о чем было жалеть.

Хомэйдж оглядела нас троих, а затем покачала головой.
— Я соглашусь лишь в том случае, если мы расскажем Блэкджек правду.

— Хомэйдж. Мы же знаем, почему не можем так поступить, — вздохнул Лайф Блюм.

— И я это понимаю. Для честности есть своё время и место, но это не правильно. Она заслуживает того, чтобы знать правду. — Хомэйдж обвела нас строгим взглядом и добавила, — Иначе я сама скажу ей. И если вам всем от этого будет проще, значит так и поступим.

Глори немного дрожала.
— Я не смогу... я не знаю, как...

— Я скажу ей, — тихо ответил П-21. — Она знает, что я не стану её обманывать.

Взгляд Хомэйдж чуть смягчился.
— Я была бы только за, но всё может довольно... запутаться. — это было мягко сказано; ведь если мы собирались обратно в пустоши, был шанс, что он может умереть и я так ничего никогда и не узнаю. — Как на счёт того, чтобы скопировать твои воспоминания об этом разговоре? Она сможет прочесть их позже... если её магия восстановится. Будет проще показать ей, как мы пришли к такому решению, чем рассказать. Так будет проще и тебе, — добавила единорожка.

П-21 некоторое время смотрел на кобылу, затем опустил взгляд.
— Хорошо.

Остальная часть воспоминаний была проста. Ранним утром П-21 крался мимо камер и персонала, будто он был гигантским синим СтелсБаком. Он направился прямо к причудливым дверям, попытался открыть их... безуспешно. Тогда он присел перед замочной скважиной с булавкой, отвёрткой (которую, к счастью, как я узнала, он прятал в своём густом хвосте, а не в... других местах) и с помощью нескольких кусочков металлолома заклинил старый тяжёлый замок.

Вот оно значит как. Мои друзья договорились, чтобы уберечь меня не только от самой себя, но и от других. И они не ошиблись, поступив так. Если бы Богиня узнала, что я связана с Твайлайт, она могла бы попытаться навредить мне просто мучая Твайлат Спаркл внутри себя. Если бы узнали сторонники жёстких мер из Общества, я могла бы никогда не выбраться оттуда. А если бы узнала я... да. Я могла бы сделать что-нибудь глупое и эгоистичное. Навредить себе... или ещё больше навредить моим друзьям.

П-21 направился обратно в клинику. Проходя мимо зеркала, он притормозил, оглянулся и, убедившись, что он здесь один, взглянул на собственное отражение.
— Блэкджек... — начал он, затем сжал челюсти и отвёл от себя взгляд. — Не знаю, как сказать. Даже не знаю, увидишь ли ты когда-нибудь эти воспоминания. Чёрт, мы уже завтра можем умереть. Я просто... я хочу... я... — он закрыл лицо копытом и простонал. — Я думаю, было проще, когда мне большую часть времени запрещали говорить.

О помолчал немного, затем снова взглянул на себя, сделал глубокий вдох и тихо сказал:
— Спасибо тебе. Даже если ты самая... тупоголовая, идиотская, самая бешеная кобыла на свете... ты не сдаёшься. Никогда не сдаёшься. Не зависимо от того, насколько тебе трудно. Я надеюсь, ты поймёшь, что мы тоже не хотим отступать. Ты за нас так много страдаешь... иногда бессмысленно... иногда мне от этого одновременно хочется и кричать и обнимать тебя. Не нужно за нас страдать. Это чувство вины даже хуже, чем боль. Мы можем это вынести. Может не так стойко, как ты, но мы можем выдержать то, что бросает на нас пустошь.

Он поглядел в свои голубые глаза и его губы изогнулись в едва заметной, мягкой улыбке.
— Иногда ты можешь доверить и нам свою ношу. Вот и всё, что я хотел сказать. — он покраснел, ещё раз огляделся, а затем добавил, — И... эм... пожалуйста, не говори Каламити. Или расскажи ему об этом... обо всём... или... — он застонал и покачал головой. — Тьфу... не важно...

Затем он отвернулся и продолжил свой путь. Мир закружился, уносясь прочь и воспоминание закончилось.

oooOOOooo

Ночь вновь напомнила о себе моросью и скорбью контрабаса Октавии, звучание которого доносилось из моего ПипБака. Я была потомком Твайлайт Спаркл. Мэриголд удочерила дитя после убийства Биг Макинтоша. Мэриголд вырастила Таро как свою дочь. По счастливой случайности они гостили у друга, когда начали падать бомбы, и вместо обречённого Стойла 90 ребёнок попал в Стойло 99 к кобылке Кард Трик. Таро выросла в Стойле, где рождение жеребёнка считалось обязанностью. И вот, поколения спустя, появилась я. Могло ли это быть простым совпадением?

Единство взлихорадило, когда до обитающей в Богине Твайлайт дошли эти новости. Я не могла вычленить определённые слова из доносившегося до меня лепета, но подозревала, что когда Богиня усмирит все подконтрольные ей души, то она определённо станет ещё стервознее, чем обычно. Хотя какая разница? Она и без того та ещё сука.

Я бы сошла с ума, попытайся я рассчитать вероятность того, что я потомок Твайлайт. Я помнила, как была в Стар Поинте и там осознала последствия, но теперь... Интересно, со мной играет какая-то сила, постоянно подкидывая на моём пути препятствия? Может, это запоздалая шутка Дискорда настигла меня столетия спустя? Найди я шар Голденблада, подтверждающий это, я бы точно заорала. А может, это просто Селестия с Луной всё ещё управляют всем из Посмертия? Или это просто случай, одна триллионная... Кто может сказать наверняка?

Всё, что я знала, - это то, что мой хвост основательно вымок, а зад отмёрз. Я повернулась к П-21, благодарно улыбаясь:
— Спасибо.

— Не за что, — сказала Аврора счастливо, выступая из тени с хитрым прищуром.

— Ауч! — я отпрянула и грохнулась крупом на землю. Я махнула копытом в сторону серой пегаски, участливо глядящей вниз.
— От... куда ты тут взялась?

— Флэнкфурт... хотя, думаю, сегодня его можно звать просто Флэнк, — ответила она.

П-21 встал рядом с Авророй; смотрелся он чуть мокрее и встревоженнее обычного.
— Эй, — пробормотал он, потирая плечо передним копытом. Вода стекала с его потрёпанной шляпы.
— Я... эм... надеюсь, ты не против, — он показал на ПипБак. — Я хотел услышать что-нибудь из репертуара Октавии.

Репертуар Октавии? Я открыла рот, чтобы спросить, но увидела привычную серьёзность в его глазах и крошечный кивок в сторону Авроры. Я сглотнула, слегка улыбнулась.
— Без проблем. Я тоже люблю её послушать.

— Отлично. Тогда оставь музыку. — я в замешательстве нахмурилась, но кивнула. Он чуточку расслабился и затем спросил шепотом:
— Ты... ты как, в порядке?
Я слышала незаданные вопросы. В порядке после того, что мы сделали? В порядке после того, что ты узнала?

Была ли я? Твайлайт Спаркл для меня являлась пони из легенд. Быть её родственником, пусть и дальним... это ошеломляло. Но сейчас у меня было время, чтобы свыкнуться с этими изменениями, в отличие от случая в Тенпони. Я видела, что Твайлайт не была идеалом; хорошей пони — да, но не идеальной. Идеальная пони едва ли позволила бы продолжать перерабатывать Дискорда во флюкс. Но она хотела уйти в отставку, перестать быть частью игры в министерства — плохой игры, игры, причинившей много зла. Я была не такой уж сволочью, как всегда думала о себе. Не идеальной — определённо нет, — но я пыталась поступать лучше.

— Да, в порядке. — сказала я. Он улыбнулся, напряжение отпустило его тело, и он чихнул. Я похлопала его по плечу.
— Нам надо вернуться в Звёздный Дом. Болеть — это отстой.

— Точно. На пару слов, если не возражаешь, — произнесла Аврора. Я увидела, как П-21 помрачнел.

— Не думаю... — начала я.

— Давай, Блэкджек, — П-21 натянул свою шляпу на лицо.

Погодите-ка. Он хотел, чтобы я пошла с ней?
— Ты уверен?

— Конечно. Я вернусь в дом, — он улыбнулся. — Тебе надо с ней поговорить. Она интересная кобылка. Её знания могут помочь тебе. Скажем, расширить горизонты твоих знаний.
Погодите-ка! Что?!

Мой взгляд метался от Авроры к П-21. Он думал, что ей что-то известно о Горизонтах?
— Если ты уверен, — я посмотрела на радостную пегаску.

— Конечно. Держись к ней поближе. Друзья всегда держатся друг друга, — он повернулся и ушёл в ночь. Над нашими головами небеса разразились долгим, глубоким раскатом грома.

— Какой восхитительный жеребец. Знаешь, я подозреваю, что он влюблён в тебя, — Аврора прикрыла глаза.

— Маловероятно, — ответила я категорически. — Ему по душе больше жеребцы, нежели кобылки.
Аврора, казалось, нашла это ещё более занимательным, и я почувствовала вспышку раздражения.
— Итак, о чём ты хотела поговорить? — спросила я. Контрабас издал низкую ноту, заставившую мою гриву встать дыбом. Я хотела выключить музыку, но вспомнила, что сказал П-21.

— Если ты не против, я рассчитывала, что мы чуть пройдёмся, — отсутствующим тоном сообщила Аврора. — Я жаждала узнать побольше о кобылке, которая сделала столько всего за такой короткий промежуток времени. Похоже, Эквестрия переживает всплеск героизма в последние дни.

— Сейчас? — я уставилась на неё, махнула копытом в сторону луж, в которые врезались капли дождя. — Прямо сейчас?

— О, едва ли это можно назвать плохой погодой. Дождь довольно спокойный, и в течение по меньшей мере часа вряд ли что-нибудь поменяется, — сказала она. — Что касается времени, я привыкла гулять в необычные часы.
Я не согласилась с ней насчёт "едва ли плохой погоды". Чёрные тучи были подсвечены изнутри далёкими извивающимися молниями вокруг Ядра. Она кивнула в направлении усадьбы.
— Может быть, до этого чудесного дома и обратно?

Точно. Прогулка в ночи посреди набирающего силу шторма, чтобы поболтать. Даже я не была такой тупой, но мне не удалось бы переубедить её. По крайней мере, пока она не скажет, что вообще происходит. П-21 сказал, что мне надо остаться с ней... поэтому я изобразила на мордочке столько воодушевления, сколько могла.
— Разумеется. Звучит весело.
Я гуляю ночью под дождём, безоружная, а шторм всё ближе... Я вздохнула. Что-то явно пошло не так.

Доверься мне. Расширяй горизонты.

Я сделаю это, П-21. Я последовала за ней в завесу дождя, и небеса развёрзлись над нами. Классическая музыка Октавии судорожно дрожала. Я взглянула на её название. "Буря". Блестяще...

Ради Глори я цеплялась за надежду о том, что у Авроры были хорошие мотивы для всего этого. Что у П-21 разыгралась паранойя. Что всё закончится хорошо... я уставилась на неё, пока мы молча вышагивали через Капеллу, и увидела на её мордочке выражение недовольства.
— Признаю, у меня есть некоторые сомнения насчёт вас с Глори. Я слышала противоречивые истории... о том, как ты опасна для остальных. И для себя.

— Ну, Пустоши — опасное местечко. Особенно около Хуффингтона. — вставила я, глядя, как капли воды стекают по её крыльям. Глаза Авроры были закрыты. Как, во имя Эквестрии, она видела, куда идёт?! Это уже не просто "странно", это перерастало в "пугающе".

— М-м-м. Но несмотря на свою опасность, у Хуффингтона всегда был потенциал стать чем-то большим, чем просто ловушкой для отчаявшихся пони. Ты знала, что когда-то давно он почти стал столицей Эквестрии? Я не говорю о том, что происходило во время войны. Нет, за сотни лет до неё. — она медленно шла рядом со мной.

— Нет. Честно признаюсь, не знала. — ответила я.

— М-м-м! Целая долина была чудесным городом. От одного края до другого. Место, где красота и величественность сошлись вместе настолько, что Мэйнхэттэн в сравнении с ним выглядел жалкими задворками, болотом. — сказала Аврора. Она повернулась ко мне мордочкой и добавила, словно ощутив мой скептицизм.
— Не все жители пустоши — это невежественные дикари. Я потратила годы на накапливание знаний, которые могут помочь другим вспомнить, какой Эквестрия была раньше... и какой может стать снова.

— Так... мы о Хуффингтоне? — пробормотала я, не понимая, к чему всё это.

— Нет. О Лунарии. Столице принцессы Луны.— я в шоке уставилась на неё — Хотя, история дала ей гораздо менее лестный титул: Найтмер Мун.

Забавно. Я смутно припоминала что-то подобное, вот только в моей памяти Луна самолично наградила себя этим титулом.
— Но её изгнали. И даже спустя тысячу лет она так и не оправилась от лишения своих сил.
Вы были бы удивлены, узнай вы, сколько пробелов в образовании можно восполнить, если вам приходится стоять в ночном дозоре, а из развлечений есть лишь кучка старых учебников... как жаль, что большая их часть была о важности соблюдения плавил Стойла.

— Действительно. Селестия и ее силы сошлись здесь в битве, с темной цитаделью Принцессы Луны. Она использовала Элементы Гармонии, чтобы изгнать сестру на Луну на тысячу лет. Долина была почти полностью уничтожена после этого, однако столетия спустя здесь вновь была основана деревня Хуфингтон. А а еще через некоторое время он был почти стерт с лица земли и возродился в третий раз в качестве Ядра.
Я с трудом сдержалась, чтобы не фыркнуть. Только Найтмер Мун может нравиться такой город...

— Н-да. Действительно, отличное местечко! Если не принимать во внимание такую мелочь, как убийство тех, кто слишком близко подбирается к нему, — закатила я глаза.

— Да, автоматизированные средства защиты вызывают сложности. Но есть ключ к её решению, — ответила она, и я почувствовал как мерзкий холодок ползет по моей спине. Теперь я действительно начинала жалеть, что не прихватила с собой броню и какой-нибудь пистолет. Чёрт, даже один из кексиков Глори сейчас пришелся бы кстати! Не смотря на то, что её глаза сейчас были закрыты, я словно бы чувствовала её взгляд на ЭП-1101.

— И... ты хочешь, жить там? — спросила я осторожно и медленно, будто пытаясь разрядить словами мину.

— Я хотела бы жить в любом месте, где моя жизнь будет мирной. А ты? Разве ты не хочешь мира? — спросила она почти умоляющим голосом.

— Я хотела бы любое место, где пони не убивают друг друга из-за крышечек, двухсотлетнего мусора или еды, — ответила я, склонив голову. — Мне хотелось бы, чтобы не нужно было снова убивать кого-нибудь. А тебе?
Мы прошли почтовое отделение, и я увидела, Каприз, выглянувшую на нас из дверного проема. Голубые глаза персиковой кобылки встретились с моими на мгновение и стыдливо опустились в землю. Она медленно отступила в здание и закрыла за собой дверь.

Мой вопрос, казалось, развлёк серую пегаску. Она вздохнула и покачала головой.
— Конечно. Я не одобряю всех этих убийств, также как и ты. Каждая потерянная жизнь, - это ещё один пони, который не сможет помочь нам возродить мир... А я хочу возродить его. — спокойно продолжила она. — Я надеюсь, что мы сможем работать вместе для общего блага.

— Твоего блага, или моего? — я подняла бровь, когда мы проходили мимо входа в город. Жеребята укомплектовывающие ручной пулемет в башне одарили меня взрослым, серьезным взглядом, которой никак не соответствовал их молодой внешности. Они напомнили мне о Бон.

— Как насчет и твоего и моего? Ты жаждешь помочь народу этого города. Я хочу того же. Выходит, у нас есть общий мотив, который должен быть основанием для сотрудничества, — сказала она как ни в чем не бывало. — Ты слышала о добродетели, не так ли? Моя - спасение. Я посвятила всю свою жизнь попыткам сделать мир вокруг нас лучше. Пыталась поступать лучше, как завещала Флаттершай. — Она наклонила голову ко мне. — Я полагаю, твоя добродетель должна быть очень похожа на мою, раз ты делаешь всё, что делаешь.

Я не размышляла о своей добродетели в течение довольно длительного времени. Спасение? Нет, я так не думаю. И даже не смотря на то что я бросила себя прямиком в мясорубку всех ужасов Хуфа, я сомневаюсь, что это было самопожертвование. Скорее упорство... выносливость... может быть. Но я не питала каких-либо иллюзий, насчет того, что я способна спасти Пустошь в одиночку. Я сомневалась что кто-нибудь вообще мог. Все, что я могла сделать, так это просто дать пони шанс.

— Я просто не хочу, чтобы народ страдал. Если я смогу избавить кого-нибудь от этого, то я счастлива, — наконец ответила я, не солгав, но и не сказав всей правды.

— И это действительно щедрый дар, — улыбнулась Аврора, пока мы рысили вместе под дождем. — Таким был подарок моего мужа, Скай Страйкера. Он так хотел дать его мне... Замечательный подарок. Жизнь над облаками.

— Оу? — вопросительно выдохнула я, удивляясь про себя куда занесло этот странный разговор, пока мы аккуратно спускались вниз по склону
— Как вы познакомились?

Она усмехнулась.
— О, это было довольно неожиданно. — пегаска немного покраснела , поправив копытом выбившуюся прядь гривы.
— Ты ведь знаешь, о моих друзьях? Большой Папочка? Король Шикарность? Кэрротс и Зодиак? Хранитель? Они были похожи на тебя и твоих друзей. — Она покачала головой. — Когда я была совсем ещё кобылкой, моя семья была уничтожена в жестокой борьбе. Я видела как моих родителей, земных пони, убили на моих глазах. Такие вещи тогда были распространены. Но я поклялась их смертью, что остановлю все эти убийства. Так я получила свою кьютимарку. — сказала она, посмотрев на знак дашита на своем боку. — Новый день...

Мои глаза задержались на этом клейме.
— Что там было?

— Солнце... или то, как я его себе представляла. Великолепный яркий диск света... освещающий Пустошь... — Она вздохнула и печально покачала головой. — По крайней мере, это было тем, во что я верила.

Я нахмурилась и она продолжила:
— Я была просто очередной наивной молодой кобылкой бродящей в дикой Пустоши. Первым я встретила Большого Папочку. Величайшего хвастуна стремящегося стать величайшим бойцом Пустоши. Он присоединился ко мне, чтобы доказать скептично настроенной кобылке свою силу. Следующийм был Хранитель, рогатый негодяй, путешествующий из одного конца Пустоши к другому в погоне за крышечками. Большому Папочке приходилось регулярно колотить его, чтобы защитить мою... добродетель, — она фыркнула, и над нашей головой грянул раскат грома, пока мы приближались к усадьбе.

— Потом мы встретили Кранчи Кэрротс и Зодиак, пытавшихся убить друг друга из-за рейда на один и тот же довоенный бункер и одной и той же древней технологии в нём. Казалось, это тупик для них. Король Шикарность присоединился к нам последним, привнеся в нашу команду свои магические таланты и эго размерами не меньше, чем у Большого Папочки. — Она глубоко вздохнула и её улыбка стала задумчивой, — И вместе мы решили спасти Пустошь, начав с Хуфингтона. Это были лучшие дни в моей жизни.

— Спасти Пустошь... это легче сказать, чем сделать! — слегка ухмыльнулась я.

— Да. Намного. И со временем, отсутствие успеха переросло в... разочарование. Наши недостатки толкали нас друг от друга всё дальше и дальше. В конце концов, мы боролись друг с другом больше, чем с бандами и чемпионами Хуфингтона... — она печально вздохнула и покачала головой.
— Однажды был невероятный шторм, и прямо из облаков на нас упал раненый дракон. А вместе с ним и пегас. Дракон уполз... куда-то, где я не смогла его найти... Но зато я нашла моего Скай Страйкера. И выхаживала его, пока он не выздоровел... а потом... он предложил взять меня с собой.

— И твои друзья допустили это? — я выразительно посмотрела на серую пегаску.

— Нет, — Она покачала головой. — Но к тому времени... ну... мы уже не были больше друзьями. Все они оставались вместе, только из-за меня и... ну... в общем, я улетела. Я отказалась от них, чтобы найти свой собственный путь. — Она тяжело отвела от меня взгляд в темноту ночи, что окружала нас. — Я подвела их. Они присоединились ко мне, потому что верили в меня

Я думала о Авроре и моих собственных друзьях. Будем ли мы по-прежнему друзьями через пять лет? Или даже через год? Я провела в Пустоши месяц-полтора, и посмотрите на меня, во что я превратилась. Как изменилась...
— И как только ты прибыла в Анклав, то попыталась заставить их помочь поверхности.

— Да, — сказала она, кивнув. — Хотя я старалась в первую очередь быть матерью. Это было... хорошо,
Она мило покраснела и смущенно улыбнулась.
— Но моя добродетель всегда была дана мне, чтобы попытаться спасти тех кто под облаками. Для этого я живу. У Анклава даже сейчас есть сила... и еда, и солнце... Всё то... чего нам так не хватает здесь, внизу. Но мне не удалось. И вскоре... вскоре появились пони, желающие моей смерти. Чтобы удержать Анклав от признания того, что творится под облаками.
Она снова печально покачала головой. Вспыхнула молния и я смогла разобрать очертания усадьбы возвышающейся над окрестностями под проливным дождем.
— Я говорю, что оставила небеса, чтобы защитить мою семью... и в этом есть доля правды... но...

Я закончила за нее после того как утих раскат грома, проревевший словно преследующий нас дикий зверь, нагоняющий всё ближе и ближе с каждой минутой.
— Но ты ушла, так же и потому что не закончила то что начала. Пустошь по-прежнему нуждалась в спасении.

— Да. Мои друзья были не в состоянии сделать это. Как и Анклав. Поэтому я оставила их. — она остановилась и, на мгновение, бросила быстрый взгляд в небо. — Иногда, правда... иногда мне кажется, что я готова отдать почти все, чтобы вернуться. Чтобы быть с ними... с моей семьёй... моими друзьями... Скай Страйкером. Все, что нужно, это всего лишь одно слово, и я бы вернулась обратно к той жизни. Это, порой, до чёртиков пугает меня.
Она в который раз энергично покачала головой, словно бы пытаясь вытрясти из неё свое желание вернуть всё обратно.

— Иногда, я чувствую что всё бы отдала, чтобы вернуть 99 назад. Чтобы сделать что-нибудь... Чтобы просто иметь возможность поступить лучше. Там были и хорошие пони, пусть даже и испорченные. Я бы всё отдала, чтобы дать пони надежду на лучшее будущее, — тихо произнесла я, когда мы вышли на дорожку в сторону обветшалой усадьбы. Если повезет, она предоставит нам некоторую защиту от бушующего вокруг шторма.

Мать Глори остановилась посреди мокрой от дождя дороги и вопросительно окинула меня взглядом.
— И почему же ты тогда скрываешь ЭП-1101, от пони, которые могли бы использовать его, чтобы спасти многих других от боли и страданий?

Нет... Взглянув на Аврору, я поняла, что моя надежда, на то, что Глори получит возможность на счастливую жизнь с матерью испарилась в этот миг. Я внутренне похолодела. Здание усадьбы и буря сейчас меня совершенно не волновали, я во все глаза уставилась на серую пегаску. П-21 был прав. Она что-то знала!
— Откуда ты знаешь о ЭП-1101? Глори или П-21 сказали тебе ?
Её улыбка самодовольно расплылась по её лицу, сообщив мне, что Глори не имела к этому отношения. Как и П-21...

— О, нет, — тихо ответила она, рысцой зацокав по мокрой дороге. — Я искала ЭП-1101 довольно долгое время.

Что ж, я знала ответ... он был словно удар под дых.
— Ты из Предвестников.

— Точнее, я и есть Предвестники, — сказала Аврора как ни в чем не бывало. — Я их пророк светлого будущего.

В течение нескольких секунд, я думала о своем роге... оправился ли он достаточно для волшебной пули? Если нет, то пальцы могут сработать, да. Я смотрела на скромную серую кобылу... лидера Предвестников. Это был редкий миг, когда мне действительно было жаль, что я не могла просто хладнокровно убить пони. Но Аврора была не только безоружна, она была без доспехов... и матерью Глори. С другой стороны, её метка на моём Л.У.М.'е стала красной...
— Итак... это всё, ради чего ты нашла свою дочь? Просто ради лжи? — спросил я, глядя на неё сквозь струи ливня.

— Нет. Это был дар. Чудесное снисхождение — ответила Аврора и её самодовольная улыбка угасла. Она посмотрела в сторону Звездного дома с этим своим бешеным прищуром.
— Было так замечательно, встретиться с ней снова. Поговорить с ней, как мы делали это много лет назад. И я благодарю тебя за предоставленную мне возможность, Блэкджек. Спасибо. Но время уходит. Я здесь, чтобы просить твоей помощи. Без пушек. Без уловок .

— Что, серьёзно? Так это не просто попытка застать меня в одиночестве и убить? — резко спросила я.

Она смерила меня терпеливым взглядом.
— Веришь или нет, но кроме того что я хочу ЭП-1101, я также хочу, чтобы моя дочь была счастлива. Ты сделала её счастливой. Счастливее, чем я когда-либо смогла бы, — мягко ответила она без тени стыда в голосе.

Я недоверчиво фыркнула.
— Ты лидер Предвестников. Вы охотились за мной всю последнюю неделю. С фига ли я должна работать с тобой?

— Потому что ты хочешь спасти Пустошь. И вместе мы сможем спасти её. От Проекта "Горизонты".

Я почувствовала, как будто в меня снова ударила молния. Широко раскрыв глаза я шокировано уставилась на пегаску.
— Проект "Горизонты"? Ты знаешь, что это такое?

— Немного, — ответила она с улыбкой. — И я знаю, что вы пытались разобраться, в деятельности Голденблада и ДМД в том что они сделали двести лет назад, — продолжила она, рысью пробиваясь сквозь стену дождя ко входу в усадьбу.
— Если ты хочешь узнать больше, пойдем со мной. Мы поговорим, и я расскажу тебе, всё что знаю

Я замерла на месте как вкопанная. Чтобы отправится с ней потребуется уровень идиотизма невообразимый даже для меня. Совершенно точно, это уловка которая приведёт меня в ловушку. Это было очевидно, как дважды два. Я попыталась послать сообщение Лакуне, чтобы та попыталась найти П-21. Чтобы предупредить Глори. Пытаясь отправить свои буйные мысли через Единство, я сильно сомневалась, в том что они в конечном итоге достигнут моего друга.

Я уже попадала в одну... или две... в слишком много смертельных ловушек, пытаясь разгадать тайну "Горизонтов", и я обещала Глори не вляпаться в очередные неприятности.
— Спасибо, но... — начала я, и замерла с открытым ртом.

Я снова посмотрела на Аврору. У меня были мои друзья. Я должна верить в них. П-21 был прав. Я не могла отказаться от раскрытия тайн "Горизонтов", проще уж отрезать самой себе голову. А сейчас у меня была реальная возможность действительно узнать что-то важное о "Горизонтах".

Шагая в ногу с пегаской, я, наконец, спросила:
— Итак. Что это такое?

— Горизонты являлись по сути супер-оружием, разработанным Голденбладом двести лет назад, чтобы не позволить Министерским Кобылам устроить переворот. Я не знаю, где оно или как оно работает, но раз уж его разработал Троттенгеймер, который адаптировал мегазаклинания для носимых боеприпасов, мы можем предположить, насколько существенными могут быть разрушения. Ты видела, на что способны его серебряные пули, — сказала Аврора, шагая рядом со мной.

— Как ты узнала об этом? — спросила я.

— Потому что тридцать лет назад мои друзья разузнали о деятельности ДМД и о существовании их секретных проектов. Это было не трудно, учитывая, что над одним из них работала Зодиак. Мы получили лишь поверхностные намёки о проектах, но этого было достаточно. К сожалению, разлад среди моих друзей зашёл слишком далеко, и мы разделились, прежде чем смогли узнать больше. Но я знала об этом. — она вздохнула, чуть понурившись и продолжила: — И в отличие от остальных, я помнила.

— Зодиак говорила, что ничего об этом не знает, — возразила я.

— Она лжёт. — пожала плечами Аврора. — Или просто забыла. Полагаю, если живёшь двести лет, немудрено стать немного забывчивой, — просто сказала она. — Хотя, я подозреваю первое. Она всегда была не в ладах с правдой, — вздохнула серая кобыла, покачав головой. — В любом случае, когда я вернулась в Пустошь, я искала нечто... что угодно... что может спасти её. Анклав был слишком изолирован. Они скорее убили бы меня, нежели хоть пером пошевелили, чтобы помочь поверхности. Так что я бродила вдоль и поперёк в поисках кого-нибудь, кто смог бы навести в мире порядок.

— Передо мной открылось несколько перспектив. Военачальник грифонов, пытающийся восстановить былую славу своего народа. Живущий в старой тюрьме дракон-интеллектуал, способный манипулировать пони и пытающийся установить контроль вокруг своего логова. Наиболее перспективным на сегодняшний день был киберпони, готовый дать всё, что нужно для возрождения цивилизации. Однако, ни одна из этих перспектив не оправдала ожиданий. Первый слишком зациклился на ненависти, второй был одержим жадностью, а последний безразличен к им же вызываемым страданиям. По возвращении в Хуффингтон я была готова умереть. Я отправилась в туннели, готовая сгнить и покончить с жизнью, — торжественно сказала она. — И именно там она нашла меня.

— Она? — переспросила я, мы подходили к лагерю, где Крестоносцы добывали утиль. В той стороне виднелись только две красных метки, но я понятия не имела были ли это Предвестники на границе досягаемости моего сенсора или радтараканы, пытающиеся укрыться от дождя. Если судить по движению, скорее последнее. Тем не менее, с тем же успехом это могут быть снайперы, берущие меня на мушку в эту самую секунду.

— Я была больна, при смерти и на грани безумия, когда она нашла меня и спасла от ХМА под городом. Мне было даровано исцеление и способность понимать её. — она обернулась ко мне и счастливо улыбнулась. — Она - Богиня Ядра.

Я остановилась как вкопанная на подходе к пустому лагерю и Аврора тоже.
— Богиня? То есть... богиня как Принцесса Селестия? — или сумасшедшая злобная богиня, создающая аликорнов?

— Да. Богиня технологии и знаний. Когнитум. Она оказалась запертой и встроенной в Ядро, но она показала мне великие чудеса. Ядро это... город, который может вместить и позаботиться о населении в десять раз большим, чем всё население Пустоши. Это место, где вся разумная жизнь... не только пони, но и зебры, грифоны, адские гончие и даже драконы могу жить в мире. Даже после такого большого ущерба, что нанесли ему война и время, его более чем достаточно для всех. — она мягко улыбнулась. — И ты уже ощутила её благословение. Это она, преодолев помехи, поразила гуля в Хайтауэре лучом противовоздушной обороны.

— Помехи? — непонимающе переспросила я.

Аврора вздохнула.
— Когда Эквестрия пала, бесчисленные автоматические матрицы заклинаний заблокировались и хотя Когнитум мудра и могущественна, почти все системы Ядра не подчиняются ей. Управление даже самыми малыми системами превращается для неё в борьбу. — она снова улыбнулась. — Но, постаравшись, она может.

— Ясно. Значит она пристрелила гуля, — медленно проговорила я.

— И она подключилась к голо-излучателям во Флэш Индастриез и убила твоих врагов. — продолжила Аврора с широкой улыбкой. — Видишь? Она уже несколько раз помогала тебе прежде, хотя ты даже не знала об этом.

Забавно, я бы напомнила, что её помощь практически оторвала мне ногу и едва не убила Глори! Но мне пришлось пока отложить это в сторону; мне нужны были ответы, так что пока не стоило вступать в перепалку.
— Так что же, эта Когнитум рассказала тебе больше о Горизонтах?

Улыбка Авроры чуть потускнела.
— Да. Это устройство способно уничтожить не только Пустошь, но потенциально гораздо больше. ЭП-1101 служит спусковым механизмом. Когда Эквестрия пала и ЭП-1101 активировался, запал загорелся, но затем, по чистой случайности, заклинание оказалось в ловушке в твоём стойле и запал на время погас. Теперь ЭП-1101 снова вышел наружу и Горизонты готовы вспыхнуть.

— И что изменится, если вы получите ЭП-1101? — она не рассказала мне о Горизонтах, но мне определённо хотелось узнать больше. П-21 снова оказался прав.

— Прямо сейчас Когнитум пытается получить контроль над большинством основных систем. Без полномочий, предоставляемых ЭП-1101, она может использовать лишь одну десятитысячную долю от своих нормальных возможностей. Она борется с помехами и работает с повреждёнными системами. Как только ЭП-1101 окажется в её копытах и будет правильно активирован, она сможет отключить Горизонты и отсюда начать создание новой Эквестрии. Все будут рады. Все будут равны в её истинном единстве. И тогда... тогда мы обретём мир.

Это означало, что эта Когнитум тоже должна быть потомком министерской кобылы.
— Значит Когнитум послала Сангвина в моё стойло?

— Да, — легко согласилась Аврора. — Ценой стало восстановление его семьи. Но Сангвин оказался трусом. Когда он узнал об истинной Богине, он попытался захватить ЭП-1101 и сбежать. Он хотел сбежать за пределы её досягаемости и при этом обречь нас всех. В конце концов, ЭП-1101 пришёл бы к выводу, что Луна свергнута и зажёг бы Горизонты. Когда это произойдёт, Пустошь, а возможно и весь мир, будут уничтожены.

Я нахмурилась, что-то здесь было не правильно. Голденблад был параноиком, в этом сомнений нет. Он делал всё возможное, чтобы убедиться, что Луна останется у власти. Ради неё он манипулировал министерствами и всем королевством. Но если бы Луна оказалась свергнута или убита... зачем всё взрывать? Своеобразная месть? В качестве сдерживающего фактора это работать не могло просто потому, что о Горизонтах никто не знал. Напряжённо размышляя, я взглянула на серую пегаску. Если эта Когнитум лжёт Авроре, то был лишь один способ выяснить правду.

— Мне нужно увидеться с ней, — угрюмо сказала я. И это означало путешествие в самое смертоносное место в Эквестрии. Мы остановились перед лагерем сборщиков Крестоносцев, разбитым у главного входа в поместье Блюблада, тёмной громадой маячившего над нами. В небе заворчали раскаты грома. Вспышка одинокой молнии высветила фасад строения.

Усадьба, определённо, знавала лучшие времена; Крестоносцы слетелись на неё, как рой радтараканов на труп и вытащили всё, что имело хоть какую-то ценность. Возле неё лежали ящики с трубами и мотками проволоки, которые ещё не успели вывезти. Само строение, с его усиленными стенами и перекрытиями, могло простоять ещё столетия, прежде чем полностью разрушится, но ценного в нём ничего не осталось... за исключением спальни Вэнити, если Чарити сдержала своё обещание.

Губы Авроры растянулись в улыбке даже более широкой чем когда она была с Глори.
— И ты увидишься. Когда отдашь ЭП-1101...

— Нет, — перебила я. — Я не отдам ЭП-1101. Ни тебе, ни ей, — спокойно сказала я, от чего кобыла оцепенела, будто я лягнула её в голову. — Вы его не получите. Она отравила мой дом заразой, превратившей всех пони в нём в каннибалов. А ты и твои Предвестники допустили ту же ошибку, что и Сангвин. Вы выстрелили первыми. Вам стоило попытаться завести этот разговор перед тем, как отправлять за мной отряд убийц.

Рот Авроры открылся и закрылся.
— Я... мы думали, что у нас нет выбора. После того, как Сангвин забрал его у тебя, я приказала Стил Рейну добыть его любой ценой. Мы не представляли, у кого он может быть; возможно у тебя, или у миньонов Красного Глаза, или уже у какого-нибудь рейдера.

Я злобно посмотрела на пегаску.
— Но вы достаточно быстро выяснили, что он у меня. Вы погнали меня через весь Хуфф.

— Я тут ни при чём. Я просто... — Аврора изо всех сил пыталась оправдаться, а затем сказала, — Стил Рейн сказал мне, что ты никогда добровольно не расстанешься с ЭП-1101. Я просто следовала его рекомендациям.

— И он, вероятно, прав. Но важно то, что вы даже не пытались. Вы должны были поговорить об этом со мной поле того, как покинули исследовательский центр Гиппократа. Вместо этого, вы попытались снести мне башку и добыть его точно так же, как Деус и его головорезы, — резко ответила я. — Если бы вы поговорили со мной в Медицинском Центре Флаттершай, я бы с радостью отдала его вам. Или, по крайней мере, мы обсудили бы это. Но ваша Когнитум убила Сангвина и, я вполне уверена, направила ультра-стража вслед за мной. Меня гнали ваши Ищущие. Стил Рейн...

Аврора вдруг воспрянула.
— Поможет ли это, если ты сможешь поквитаться с ним за всё, что он сделал с тобой и твоими друзьями?

— Что? — над моей головой сверкнула молния, прогрохотал громовой раскат и я моргнула, уставившись на неё.

— Ты сама так сказала. Стил Рейн посоветовал мне отобрать ЭП-1101 силой и в процессе этого обидел тебя. Если хочешь, ты можешь занять его место. — она протянула копыто и похлопала меня по груди. — Ты сможешь убедиться, что Предвестники остаются верны своей добродетели. — Остаются?

— Он никогда не позволит мне просто убить его! — ахнула я, в шоке глядя на кобылу. Неужели она говорит всерьёз?

— Ты, возможно, удивишься, — ответила Аврора, оборачиваясь ко входной двери в усадьбу. — Если хочешь, мы можем разобраться с этим прямо сейчас. — затем она твёрдо позвала, — Рейн. Подойди сюда. Без брони и без оружия. — несколько минут я просто стояла в шоке, прежде чем дверь медленно, со скрипом отворилась и я напряглась. На ЛУМе появилась голубая отметка. Он не может и в самом деле явиться сюда без оружия. Аврора не в себе, если она думает, что он...

— Я знал, что ты никогда от него не откажешься, — сказал жеребец, выходя из усадьбы. Инстинктивно, магия моего рога попыталась вынуть оружие, которое сейчас, наверное, лежало в каком-нибудь шкафчике Небесного Порта Рэйнбоу Дэш. Я была удивлена двумя вещами: во-первых на нём был только ПипБак. Во-вторых он выглядел определённо мило! Без своей брони этот жеребец с пушками, как у Деуса, выглядел волнующе уязвимым. Его розовая грива липла к фиолетовой шкурке, а на добром лице застыло странно-смущённое выражение.

Снова, второй раз за ночь, я пожалела, что я не из тех пони, кто способен убить безоружного врага.
— Весьма смело с твоей стороны явиться сюда вот так, — сказала я. Стиснув зубы, я пыталась придумать, как бы я могла выбить из него все розовые сопли и при этом не заработать неодобрительный взгляд от Флаттершай у меня в голове.

— Тут у меня не такой уж богатый выбор... — он помолчал, а затем закатил глаза. — Я прикидывал, что у меня шанс пятьдесят на пятьдесят, что после того, что произошло на Селестии и в доме Голденблада, ты прикончишь меня, как только увидишь. Или, по крайней мере, покалечишь.

— Я думала об этом. Я с удовольствием утопила бы тебя в дерьме, — прорычала я.

— Пожалуйста. Я не хочу, чтобы вы двое спорили. Речь идёт о будущем Эквестрии и о том, чтобы добиться сотрудничества Блэкджек, — строго сказала Аврора безоружному жеребцу.

— Конечно, Пророк, — мягко ответил бывший Стальной Рейнджер. — Но, к сожалению, вы до сих пор не поняли, как далеко готова зайти Блэкджек ради победы. На что она способна. Вы должны признать, что она никогда добровольно не расстанется с ЭП-1101 и не присоединится к Предвестникам. Мы для неё "плохие пони". — он поморщился и сел, изобразив кавычки своими передними копытами.

— Объединиться с ним было большой ошибкой, — сказала я Авроре, не отводя взгляда от Стил Рейна. — Я удивляюсь, что он до сих пор не выстрелил вам в спину, Аврора. Он предал своего последнего лидера ради технологий. И то же самое он сделает с вами. — из усадьбы вышло ещё полдюжины пони. Все безоружные и без брони, и, сохраняя дистанцию, двинулись вокруг лагеря. Мои глаза пытались высмотреть снайперов или что-нибудь ещё, что могло быть припасено Стил Рейном как план "Б".

Мой комментарий слегка повеселил его.
— О да. Признаю, был у меня такой план, — ответил он и, чуть скривившись, надавил копытом себе на грудь. — К сожалению, были приняты определённые меры, чтобы я не мог предать Когнитум или её пророка. — он наткнулся на мой свирепый взгляд и почти робко улыбнулся. — Кажется, мой амбициозный характер известен больше, чем я того ожидал. Они внедрили мне в грудь смертельный имплант. Один сигнал от кого-нибудь и он тут же превратит мои внутренности в пюре.

Я вспомнила как разведчица Тенпони с кровью выблёвывала собственные внутренние органы и моргнула в шоке, затем взглянула на Аврору, а та продолжила:
— Когда мы выяснили, как извлечь ЭП-1101, Стил Рейн был твёрдо уверен, что это можно сделать только силой. Что ты собираешься использовать мегазаклинание в собственных целях, — спокойно сказала Аврора, подходя ко мне. — Я поверила ему. Я допустила ошибку, считая тебя монстром после того, как услышала, что ты сделала со своим собственным стойлом.

Стил Рейн хихикнул.
— О, да, она такая. Хуже не придумаешь, — заявил он с кривой улыбкой, которая не могла скрыть страх в его глазах. — Монстр, который думает, что может исправиться.

Я переводила взгляд с одного на другого и обратно и не знала, что сказать на это.
— Если хочешь, я сейчас же могу убить его. Или покалечить. Или просто изгнать его, сопроводив командой, которая включит смертельный имплант, если он попробует использовать любую технологию, более продвинутую, чем открывалка для консервов, — спокойно сказала Аврора, возвращая улыбку на лицо и фиолетовый жеребец смиренно вздохнул. — Считай это компенсацией за всё плохое.

— Что? — ахнула я, отступая на шаг от них. — А что же случилось с верой в "не убивай"?

— Если ценой за спасение всей Пустоши будет его жизнь, я приму это. Что значит одна жизнь по сравнению со спасением целого народа? — спросила Аврора со счастливой улыбкой.

— Всё, — снова вздохнул Стил Рейн, прежде чем улыбнуться мне с извиняющимся видом. — Что ж, не буду притворяться, что не ожидал такого поворота. Давай. По крайней мере, это будет относительно быстро.

Я тупо смотрела то на жеребца, то на кобылу. Она не шутит? Просто... убить его и занять его место, и всего делов? Я заглянула в его розовые глаза и увидела в них смирение с поражением. Я не сомневалась в том, как бы он поступил, если бы был на моём месте. Прямо сейчас я могла поступить разумно и убить одного из самых серьёзных своих врагов. После этого мне даже не пришлось бы передавать ЭП-1101. Только была одна небольшая загвоздка...

— Нет, — ответила я. Стил Рейн вздрогнул, моргнул и молча посмотрел на Аврору и на меня.

Аврора нахмурилась на секунду, а затем просияла.
— Оу. Понимаю. Ты хочешь это сделать сама. Что ж, я могу передать тебе команду для убийства сразу, как только...

— Да нет же, блядь! — рявкнула я, отшатнувшись от них обоих. — Вы что, не понимаете? Я вам не грёбаный палач. Дай ему его броню и пушки и я сделаю всё, что смогу, чтобы прикончить его, если он попытается что-то выкинуть, но я не собираюсь убивать его просто чтобы дать вам то, чего вы хотите!

— Но... Предвестники... Когнитум... — слабо запротестовала Аврора, всё ещё не понимая, почему я отказываюсь от её предложения.

— Мне жаль, Аврора. Я знаю, вы верите, что в Ядре есть ответы на все вопросы, но я не могу верить в вашу богиню. В Ядре только смерть. Так всегда было. И всегда будет. — тот, что она была готова убить его за свою ошибочную веру, убедил меня, что Предвестники не могут быть окончательным спасением для Пустоши. Я бы не делала ставку на свою веру в богинь и технологии.

Чтобы поступать лучше, нужно очень постараться...

Мы стояли в сумерках, под шорох дождя, и глядели друг на друга. Внезапно Стил Рейн захохотал.
— Ох, это слишком. Я знал, что Блэкджек никогда не расстанется с ЭП-1101, но я не думал, что она упустит такую возможность! Это уже слишком! — весело усмехнулся он, покачав головой.

— Итак. У вас тут засада? — напрямую спросила я, оглядываясь вокруг и пытаясь понять, где могут скрываться вооружённые Предвестники.

— Не смеши, Блэкджек. Конечно, нет. Даже голая и безоружная, ты остаёшься фантастически смертоносной. Мы не такие идиоты, чтобы сейчас напасть на тебя, — сказал Стил Рейн с дружелюбной улыбкой и махнул копытом в сторону чего-то массивного, скрытого под большим брезентовым чехлом. Четверо пони бросились стаскивать брезент с того, что я считала собранным уцелевшим имуществом. — Мы решили использовать кое-что... другое.

Я взглянула на пару, а затем перевела взгляд на открывшуюся чёрно-бело-полосатую гору. Танк. В ту же секунду его двигатель взревел, прожекторы осветились и развернулись на меня. Я напряглась, приготовившись бежать, но тут Аврора тихим, но от этого не менее страшным голосом сказала:
— Нет. Другая цель. — почти минуту танк не двигался, рыча двигателем. Затем он медленно отвернул башню главного калибра в сторону. Когда я поняла, чем была "другая цель", у меня кровь застыла в жилах.

Пушки нацелились прямо на спящую под нами деревню.

— Вы грёбаные монстры... — прошептала я, глядя на боевую машину, рычащую двигателем будто в бешенстве от того, что она снова видит меня. Я изо всех сил пыталась пробиться через хаос к Единству, чтобы предупредить Лакуну. Может быть, если бы я смогла активировать передатчик... но когда я попыталась выключить музыку и включить радио, Стил Рейн нахмурился и наклонился ко мне. Чёрт, он помнил этот трюк! Я торопливо вызвала файл и, повернув копыто, показала им ЭП-1101. — Разве за это стоит убивать невинных жеребят?

— А разве ты оставляешь мне какой-то выбор? — спокойно ответила Аврора. Грива скрывала её лицо. — Попытка забрать его силой провалилась. Попытка договориться также не удалась.

— Сдашься? — предложила я наполовину презрительно, наполовину в отчаянии.

— Ты бы сдалась? — почти шёпотом, холодно спросила она, отвернувшись. А затем, на мгновение взглянула на меня через плечо, её глаза открылись и яростно полыхнули ярким зелёным свечением. Она перевела взгляд на деревню и заговорила снова, голосом, усиливающимся с каждым словом. — Что ещё мне остаётся, Блэкджек? Всю свою жизнь я посвятила тому, чтобы найти способ спасти Пустошь, так же как и ты! Ради этого мира я оставила в Тандерхеде своего мужа и детей. Я должна была найти какой-нибудь способ сделать его безопасным! И я нашла его! Нашла! — провозгласила она, поворачиваясь и выступая вперёд; её зелёные глаза вспыхнули ещё ярче и она обвиняюще наставила на меня крыло. — А ты... ТЫ! Ты препятствуешь мне. Как ты смеешь, Блэкджек?! Как ты смеешь удерживать ключ к славному возрождению Эквестрии?

В ужасе я отшатнулась от яростной, кричащей кобылы, мечтая хоть о каком-нибудь вооружении и глядя на настоящую Аврору с глазами, светящимися зловещим зелёным сиянием.
— Во имя Эквестрии, что ты такое? — в шоке выдохнула я. Мутант? Монстропони? Что-то ещё?

— Я то, чем мне нужно было стать, как и тебе, — холодно ответила она, снова закрывая глаза. Отвернувшись от меня, она посмотрела на танк. — Я не хочу убивать беспомощных жеребят, не больше, чем ты желаешь им смерти. Но если ты вынудишь меня, я убью их. Будущее Эквестрии бесконечно дороже любой деревни.

Я понимала, что не могу пойти на риск и блефовать с ней. Я уже теряла ЭП-1101 и возвращала назад. Мои глаза встретились с расчётливым взглядом Стил Рейна и его примирительная ухмылка стала чуть шире. Он знал, что я всё равно вернусь во вторую деревню, которая сейчас вне их досягаемости. Они или попытаются убить меня, или откроют огонь по жеребятам, чтобы удержать меня здесь.

Мой взгляд упал на ЭП-1101 в моём копыте. Плачущая музыка нарастала. Неужели это очередная чёртова цена, которую мне придётся уплатить? Стил Рейн был прав. Я платила бы своей болью и страданием столько, сколько потребуется, но готова ли я теперь заплатить жизнями других, чтобы уберечь эту программу от моих врагов? Я зажмурилась, пытаясь отыскать в себе решение. Смогу ли я на самом деле снова заплатить такую цену?

— Ладно, — сокрушённо сказала я и взглянула на неё. — Хорошо, Аврора. Если ты готова расстрелять спящих детей из грёбаного танка, тогда, я думаю, ты победила.

На мгновение в буре установилось затишье, будто сам мир ошеломила моя капитуляция. Аврора повернула лицо ко мне, её глаза снова закрылись и спрятали то зловещее свечение, что я видела раньше.
— Что?

— Я больше не собираюсь убивать невинных, лишь ради того, чтобы удержать чёртову программу. Так что поздравляю. Твоя готовность убивать беззащитных детей победила. — от моих слов кобыла дёрнулась, будто я лягнула её. — Надеюсь, ты сможешь гордиться этим. Надеюсь, твои дети будут гордиться.

— Я... у меня не было выбора, — пробормотала Аврора.

— Ошибаешься. У тебя всегда есть выбор, — ответила я.

— Не тебе читать мне лекции после того, что ты сделала! — прошипела мне Аврора. — Ты убивала жеребят! Ты отравила газом собственное стойло!

Как ни странно, эти нападки лишь заставили меня улыбнуться. После всех самобичеваний за свои ошибки, эти обвинения от посторонних казались мне мелкими и пустыми.
— Да. Это правда, Аврора. Так что можно считать меня экспертом по ошибкам. То, что тебе приходится убивать беспомощных пони, уже говорит о том, что ты ошибаешься. И ты это знаешь. — я осмелилась шагнуть навстречу пегаске. — Будь лучшей пони. Ты можешь спасти Пустошь другим способом.

На мгновение мне показалось, что вспышки молний и гром пошли на убыль. Аврора сделала несколько шагов от меня в сторону Капеллы и зарева Ядра за ним. Мне хотелось бы представить, что её глаза раскрылись по-настоящему и она увидела бы отвратительные башни такими, какие они есть... ложью о лучшей жизни. Ловушкой. Что она думает о своей семье и детях и о том, как лучше поступить. Это был трудный выбор...

Но тут в небе снова загрохотало, на нас хлынул ливень и она опустила голову.
— Мне жаль... — пробормотала она едва слышно, прежде чем вспыхнули молнии и гром заглушил что-либо, что она, возможно, добавила.

Из усадьбы высыпали ещё больше вооружённых и одетых в броню Предвестников, и быстро начали меня окружать.
— Принесите инструменты, — приказал Стил Рейн. — Повредить ПипБак - это последнее, чего нам хотелось бы. — Затем взглянул на меня с раздражающе кающейся улыбкой. — О, и пожалуйста, выключи свой передатчик, Блэкджек.

— Чего? — я нахмурилась, уставившись на ПипБак. — Я его и не включала.

— Неужели? Потому что я слушал ваш разговор с тех пор, как вы покинули Капеллу. — он повернул голову, показывая наушник. — Я ведь большой поклонник Радио Блэкджек. — тут он вдруг ухмыльнулся. — Чемпион в постели? Серьёзно? Тот урод?

— Я передумала. Убей его, — уныло заявила я в ответ на бородатую шутку, но внутри я ликовала. Я смотрела на своей ПипБак, играющий классику. Слушала ли Глори? Я готова была расцеловать кое-какого умного пони! Я отменила передачу и вырубила музыку; они выполнили свою задачу и теперь, когда не было смысла сопротивляться Предвестникам, мне нужно было потянуть время... Тучи над головой снова глухо зарокотали.

— Нам стоит поторопиться. Я нисколько не сомневаюсь, что друзья Блэкджек уже на пути сюда, — резко бросил Стил Рейн.

— У нас есть часовые, — рассеянно отозвалась Аврора.

— Я уяснил урок, что с Блэкджек лучше перестраховаться, чтобы потом не пожалеть, — возразил Стил Рейн, обеспокоенно вглядываясь в ночь и, без сомнения, используя свой ЛУМ. Он оглянулся на меня с тёплой улыбкой. — Я не хочу снова ошибиться, недооценив её. У её друзей есть дурная привычка спасать её в самое неподходящее время.

Я посмотрела на Стил Рейна, в надежде увидеть какой-нибудь знак, что мой акт милосердия отзовётся мне хоть какой-нибудь помощью с его стороны, но на тот миг, пока мы смотрели друг в другу в глаза, он лишь с сожалением улыбнулся и пожал плечами. Я решила, что если фиолетовому жеребцу и вправду внедрён имплант, способный мгновенно убить его, то он действительно мало чем может помочь. Аврора принялась распинаться перед собравшимися вокруг Предвестниками о ждущих их чудесах Ядра теперь, когда у них есть ЭП-1101. О городе, в котором, не смотря на то, что тот лежит в руинах, все будут в безопасности. О месте настолько изобильном, что рейдерам не нужно будет ходить в набеги.

Она не была безумна. Это бы всё упрощало. Она просто верила, больше, чем кто-либо, что для пустоши это была последняя возможность. Простым и прекрасным решением. Но я была в Хуффингтоне достаточно долго, чтобы знать, что простых решений не бывает. Это была уловка, а Аврора не замечала этого, или не хотела замечать. Мир любой ценой, где пони смогут поступать лучше и быть лучше, и иметь всё самое лучшее, чем всё, что у них когда-либо было.

— А ты значит будешь добрым учителем, господствующим над всеми нами? — спросила я, возможно чуть резче, чем хотела. Кобыла-земнопони поставила рядом со мной металлический ящик с инструментами и начала вытаскивать всевозможное арканное оборудование.

— Конечно нет, Блэкджек. Когда Ядро откроется для всех, я, ради остальных, вернусь в Пустошь. Я буду направлять их... единорогов, пегасов, грифонов, зебр, драконов, всех, кто нуждается в безопасности... до конца своих дней. — она весело улыбнулась, снова взглянув на меня своим прищуром. — Я не питаю иллюзий, Блэкджек. Я не заслуживаю Ядра и мне не будет в нём места. Я была вынуждена совершать ужасные вещи и я знаю, что некоторым преступлениям нет прощения. — она склонила голову набок. — Разве сможешь ты когда-нибудь по-настоящему простить себя за то, что ты сделала со своим домом?

— Нет, — ответила я. Я смогла убедить себя не казниться, но простить? Никогда.

— Тогда ты понимаешь, — сказала пегаска. — Когнитум научит Пустошь цивилизованности. Она вернёт Эквестрию к тому, какой она должна быть. Не будет войны, когда следствием её будет немедленное уничтожение. — Я взглянула на Стил Рейна и вздрогнула от мысли о пони, которым принудительно будет внедрён смертоносный имплант. В этом была идея улучшений Авроры? Это способ поступать лучше?

Я видела, как настороженно следят за мной Предвестники, пока коричневая земнопони работала над моей ногой. Камеры и пулемёты танка поворачивались, отслеживая каждое моё движение. Двигатель рычал снова и снова, будто тяжёлая машина хотела разнести меня в кровавое месиво. Я знала, что всё должно было закончиться моей смертью. Предотвратить это не было никакой возможности. Тем не менее, даже сейчас, все вооружённые пони держали дистанцию.

Стил Рейн направился ко входу в усадьбу. Я посмотрела на Аврору и все взведённые орудия нацелились на меня. Одно резкое движение с моей стороны и они испарят меня на месте. Но хотя бы сейчас танк не целился в Капеллу. Если повезёт, понибудь услышал мою передачу и они уйдут в безопасное место, или П-21 будет где-нибудь там, или... что-нибудь ещё.

Потому что если это слышала только я, значит со мной покончено.

Наконец, с рывком, Дельта-ПипБак был выдернут из моего копыта. С ним отключилась половина моих систем, мой визор заполнился сообщениями об ошибках и лог статистики сдох. Кобыла передала устройство Авроре и серая пегаска прижала его к груди, будто ребёнка.
— Итак... — сказала я, медленно выходя в пятно света перед сплошной стеной. Предвестники выстроились за мной полукругом, отрезая меня от усадьбы. Я выдавила болезненную улыбку. — Думаю, это всё.

— Я думаю, всё, — согласилась Аврора, обнимая устройство. Стил Рейн, теперь в броне, подошёл к ней. Мы замерли на несколько секунд под льющим на нас дождём. Лампы танка заливали меня резким белым светом. Я едва могла разглядеть отдельные лица Предвестников. Чётко видны были лишь лица стоящих прямо передо мной Авроры и Стил Рейна. Она склонила голову. — Ты понимаешь, почему мы должны убить тебя. У нас нет выбора...

— У тебя всегда есть выбор. Просто ты всё время выбираешь неправильно, — сказала я в ответ.

— Я говорил тебе. Самоубийственная, — обронил Стил Рейн. По крайней мере он пока ещё не нацепил те пушки. Я полагала, что со стоящим там танком это было бы несколько излишне.

— Нет, — твёрдо возразила я. — Это не самоубийство. Я не хотела умереть здесь вот так. — Я обвела взглядом силуэты теснящихся вокруг Предвестников. — Я знаю, что Пустошь - отстой. Это знают все. Но я также знаю, что пока народ думает, что правильный путь - это убивать ещё больше, к лучшему ничего не изменится. Я хотела бы жить. Я хотела бы вернуться к Глори и рассказать ей, какой я была идиоткой. Но я также знаю... как и каждый из вас... что простых путей не бывает. Никогда. — Я взглянула на Аврору, прищурившись, как и она. — Я не знаю, что наговорила тебе Когнитум, Аврора. Не знаю, что Ядро может предложить. Но я знаю, что так просто это Пустошь не исправит. Не спасёт её. Только поступая лучше и делая сложный выбор. — Я обвела взглядом собравшихся Предвестников. — Даже если это больно. Даже если это может убить вас.

— Какая прекрасная вдохновляющая речь, — тихо проговорила Аврора. — Но ты слегка ошибаешься. В этом не было ничего простого. — Одна секунда. Две. Десять. — Огонь, — тихо сказала Аврора и я закрыла глаза.

Вокруг меня грянул гром и всё залило белым светом.

Затем я нахмурилась, осознав, что я до сих пор не разорвана на кровавые киберпонячьи кусочки. Открыв глаза, я взглянула вверх на светящийся щит, развёрнутый вокруг меня и увидела Лакуну, парящую надо мной. Нахмурив брови, она концентрировалась на щите, вспыхивающем от врезающихся в него пуль. Она перехватила мой взгляд и улыбнулась.

Спустя секунду, над задней частью танка расцвёл огромный шлейф пламени и воздух наполнил визг стали. Ещё полдюжины хлопков раздалось в задних рядах Предвестников и пространство начало заволакивать густыми облаками дыма. Предвестники начали в замешательстве беспорядочно метаться. Стил Рейн громко выругался и замахал копытами, пытаясь навести порядок во мраке, сгущающемся от дымовых гранат. Слава Селестии, похоже у большинства Предвестников не было ЛУМа.

Я заметила как Аврора взмыла в небеса только затем, чтобы тут же оказаться сбитой мелькнувшим голубым росчерком. ПипБак выпал из её копыт и перед ней взмыла Глори, впечатывая свои лазурные передние копыта в лицо Авроры, которая уже начала восстанавливаться.

— Убить жеребят, Мама? Использовать танк против жеребят и Блэкджек? — взвизгнула Глори. — Ты обезумела?!

Не отвечая, Аврора изворачивалась и ныряла, но Глори, в теле одного из лучших летунов в истории, спикировала вниз и обрушила копыта ей на спину. Вопреки моим ожиданием, Аврора не рухнула с неба, а продолжила лететь лишь чуть тяжелее. Тем не менее, Глори не удовлетворилась одним ударом и пошла на второй заход. Лавируя и крутясь, Аврора исчезла в дыму и Глори последовала за ней, словно призрак из прошлого.

Ветер гнал по небу тяжёлые грозовые облака. С оглушительным громом, небо над усадьбой разорвала молния и я бросилась поднимать мой упавший ПипБак. Стил Рейн вынырнул из тени, метнувшись к крошечной сохранившейся частице технологии!

Я подхватила устройство своей слабой магией и едва успела подтащить его в свою сторону, выхватив его из под носа рухнувшего в грязь рейнджера. Со всей скоростью, какую я могла выжать из своего рога, я потащила ПипБак по воздуху к себе. Магические стрелы моей подруги врезались в броню жеребца. Стил Рейн бросился на Лакуну, готовясь пробить её щит и сделать из нас обеих понячье месиво. Выдвинув пальцы, я вскочила ей на спину и, как только я умастилась между её крыльями, аликорн взвилась в воздух, а я благополучно вложила устройство обратно в своё копыто. Рейнджер пролетел под нами, растянулся в грязи и взревел:
— Хватайте Блэкджек, или обстреливайте деревню!

— Спасибо, но пораньше ты явиться не могла? — заорала я.

— Ну, вы так мило беседовали, — спокойно ответила Лакуна, летя над группками Предвестников. — Кроме того, потребовалось некоторое время, чтобы нейтрализовать засевших снайперов, и на то, чтобы П-21 успел собрать ту бомбу. — В воздухе мы были огромной светящейся мишенью. — Подожди секунду и я телепортирую нас отсюда.

— Нет! — воскликнула я и указала на машину. — Мы должны уничтожить это! — танк уже был в процессе саморемонта дымящейся пробоины в его задней части. Через несколько минут он двинется за нами, но мы не могли оставить его так. Даже если мы уйдём и погонимся за Авророй, Стил Рейн, конечно же, двинется во все места, где мне когда-либо помогали. Мегамарт. Риверсайд. Митлокер. Все они превратятся в его цели!

Лакуна встревоженно оглянулась на меня, но всё же пошла на снижение. Первое, что мне было нужно, это поместить ПипБак обратно в ногу и закрыть его. Переподключить его можно и позже, но я не хотела, чтоб он как-нибудь вывалился. Я оглядывалась, высматривая П-21. Мне здесь срочно нужен умный пони!

Я увидела одну кобылу из Стальных Рейндежров с двумя автоматическими гранатомётами, уже готовую сбить нас, когда ей на спину вскочила белая в красную полоску кобылка. На мгновение это показалось даже смешным, будто бронированная пони позволяет ей покататься верхом, но тут резак, зажатый в челюстях кобылки, зажужжал и она всадила его в шею рейнджера между двумя пластинами брони так, что посыпались искры. Рейнджер дико забилась, мы в это время как раз пролетали над ними, а затем бронированная пони завизжала, когда резак пошёл дальше и вошёл в её шею. Визжащее лезвие забрызгало лицо Рампейдж красным и рэйнджер повалилась замертво.

Рампейдж высвободила своё оружие, выпустив в воздух малиновый фонтан и выплюнула резак, обращаясь к нам.
— Нравится моя открывалка? — выкрикнула она, прежде чем исчезнуть в клубах дыма с маниакальным детским смехом. Я решила, что предпочла бы её накопытные когти.

К нам подлетела Глори, посылая на землю непрекращающийся поток зелёной смерти. Либо Авроре удалось уйти, либо Глори бросила свою погоню, чтобы помочь нам, либо... Я видела на её глазах слёзы, что означало, что ей потребуется гораздо больше любви и заботы, если мы переживём этот день. Она на секунду встретилась со мной взглядом и полетела дальше, паля вниз.

Танк, со скрипом и скрежетом начал разворачивать ко мне орудия. Возможно у него тоже имелся какой-то вариант ЛУМа. Мы приземлились чуть в стороне от Предвестников, укрывшись за какими-то ящиками, забитыми медными трубами.
— Чёрт, где же она? — вырвалось у Глори, носившейся кругами с налитыми яростью глазами. Она взглянула на меня, от чего в её взгляде на мгновение мелькнуло беспокойство и снова принялась обшаривать небо.

Секундой позже из тени появился П-21, неся мою броню.
— Итак, есть план? — спросила я его.

— У меня всё просто, — ухмыльнулся он, поднимая Аргумент, закусывая спуск и стреляя в Предвестника с штурмовой винтовкой. Граната ударила бойца в лицо, отшвырнув его в хаос сражения и взорвалась. — Нам нужно выбраться отсюда и...

— Мы должны разобраться с этим танком, — прокричала я, указывая на едва видимые в дыму розовые вспышки ремонтной магии. Увидев, что П-21 готов поспорить, я надавила, — Если мы сбежим, они разнесут Капеллу на кусочки. Это будет как Сангвин с тяжёлой артиллерией! — этот довод раздавил все его возражения, если таковые имелись. — Скажи мне, что ты сможешь соорудить новую бомбу или что-нибудь вроде того, чтобы уделать его?

— Мне нужно время и материалы, — нахмурился он. — У кого-нибудь из этих засранцев должно быть что-нибудь взрывающееся. Мне только нужно добыть достаточное количество. — Но при этом нас было четверо против пятидесяти, а времени на всё это было и того меньше. Не самая лучшая вероятность, даже для меня.

Лакуна левитировала мне оброненную Предвестником штурмовую винтовку, затем подняла антимех-винтовку и словно гигантской дубиной, ударила ею в лицо приблизившейся кобылы.
— Тогда мы выиграем для тебя время.

Нам нужно было двигаться. Любые пони, у кого был ЛУМ, смогут нас засечь.
— Отвлеки и задержи их, пока мы разберёмся с этим танком! — и мы разбежались. Это было одно из тех редких мгновений, когда их численное преимущество было мне на пользу; куда бы я ни смотрела, всюду были только красные метки. Тем не менее, оставалось три причины, которые были важнее остальных: танк, Ситл Рейн и Аврора. Я должна была найти их. <i>«Что вам удалось услышать?»</i> Телепатически спросила я Лакуну.

<i>«Всё. П-21 позвал нас сразу, как только покинул вас с Авророй. Он подозревал её, но никто из нас не ожидал, что она была с Предвестниками.»</i> После небольшой паузы она добавила, <i>«Блэкджек, на счёт того шара памяти...»</i>

<i>«Давай не сейчас,»</i> ответила я, заметив, что Предвестники начали собираться с южной стороны и расходиться веером, чтобы найти нас. <i>«Мы можем обсудить это после победы!»</i>

<i>«Конечно. Конечно,»</i> согласилась она, приникая к прицелу винтовки. Её выстрел разнёс голову кобылы в бронежилете.

— Прости меня, Луна, ибо я отняла жизнь у другого, — пробормотала я, заканчивая снаряжать магазин винтовки и глядя, на окружающих меня троих Предвестников. Засвистели пули, впиваясь в мою броню и шкуру, и я, встав по-зебрински, выдвинула пальцы и схватила голову ближайшей пони. Крутанувшись вокруг своей оси, я рванула её голову, услышала, как хрустнула шея и прикрылась её телом, как щитом, закрываясь от выстрелов антимех-винтовок оставшейся пары. Подняв её винтовку, я заменила ей свою, опустевшую. Качая и поворачивая тело так, чтобы держать её между собой и оружием Предвестников, я магией вырвала карабин у одной из кобыл и разрядила в её сторону весь магазин. Я думала мой рог взорвётся от такой скорости стрельбы; я напрягала все силы, чтобы сфокусироваться.

Как только моя цель упала, оставшаяся кобыла воспользовавшись тем, что я отвлеклась, бросилась в сторону, навела пару своих антимех-винтовок, закреплённых на боевом седле, прямо на меня и выстрелила почти в упор. Я попыталась увернуться, пули прожужжали, едва не задев меня, но из-за тяжести удерживаемого мной трупа я потеряла равновесие и свалилась на землю. Глаза кобылы расширились в предвкушении триумфа и её челюсть начала сжиматься на спусковом механизме...

Вдруг в воздухе раздалось жужжание и кобыла упала, закричав в агонии. Из-за упавшей кобылы выглянула ухмыляющаяся Рампейдж, с её задней ногой в копытах и окровавленной рукояткой резака во рту. Да, мне определённо больше нравились её накопытные когти.

С трудом выпрямившись, я огляделась в поисках следующей цели и снова едва не упала; очередная пуля, выпущенная из антимех-винтовки, отскочила от моей брони. Я попыталась найти что-нибудь получше, чем труп жеребца, что я могла бы использовать в качестве щита, но что-то ещё врезалось в меня с другой стороны... взрыв? Мой ЛУМ высветил все виды предупреждений, которых я, на самом деле, не ощущала... благодаря Профессору Зодиак. Боль от этих травм была почти абстрактной; отдалённой, вызывающей скорее тревогу, чем глубокую внутреннюю боль. Не идущей ни в какой сравнение с той агонией, с которой всю жизнь боролся Деус.

Не удивительно, что я наслаждалась любыми физическими ощущениями, которые давала мне Глори.

Глори на время прекратила шквальный огонь. Уклоняясь от выстрелов, она выполняла сложные воздушные манёвры, ныряя и снова выныривая из дыма и отстреливаясь всякий раз, когда могла поразить наших врагов. Предвестники перегруппировывались, сосредотачивая огонь. Хуже того, казалось с разных сторон усадьбы подходят новые подкрепления и соотношение сил начало быстро менять от десяти на одного до двадцати на одного... если не хуже.

Не думать об этом. Ударить. Убить. Бежать. Двигаться. Зарядить. Поднять боеприпасы. Убить. Двигаться. Схватить. Выждать. Бросить. Прицелиться. Выстрелить. Бежать. Прыгнуть. Повернуться. Взрыв. Перекатиться. Игнорировать повреждения. Взрыв. Выиграть время для П-21. Схватить. Выстрелить в лицо. Переместиться. Игнорировать красные мигающие сообщения о повреждениях. Больше времени. Схватить. Вцепиться в глаза. Отнять карабин. Выстрелить в лицо. Перекатиться от взрыва. Подняться. Двигаться. Двигаться! ДВИГАТЬСЯ!

Лёжа на боку, я вдруг поняла, почему я больше не стою: я глядела на свою заднюю металлическую ногу, которая при моём падении от взрыва, вывернулась под совершенно новым углом в сорок пять градусов.
— Вот дерьмо, — грустно пробормотала я, лёжа в грязи и глядя, на шестерых приближающихся Предвестников. Я попыталась заставить мой рог телепортировать меня, как это было вчера! Я же была потомком Твайлайт Спаркл. Я могла это сделать! Мой рог засветился и тут же в мою броню и тело начали вонзаться пули. Давай же, сказала я собственному рогу!

Он сверкнул... а затем щёлкнул, как перегоревшая лампочка. Мой карабин упал на землю и я снова почувствовала, будто мне по рогу припечатали молотком.

Ладно. Может мне стоило выждать ещё пару дней, прежде чем пытаться повторить такое...

Вдруг раздался звук всасываемого воздуха, а затем моих ушей достиг рёв огнемёта, смешанный с криками. Прекрасно. Похоже в конце концов я ещё и сгорю. Я открыла глаза, ожидая увидеть стального рейнджера, готовящегося сделать из меня жареное мясо на косточках.

— Блэкджек? Ты в порядке? — позвала Скотч Тейп, бегущая ко мне по грязи вместе с фиолетовой драконовой кобылкой. Прелесть, от чьей шкуры отлетали пули, перескочила через меня, снова втянула воздух и выпустила шлейф зелёного пламени, накрывший троих Предвестников. — Прости, дурацкий вопрос, — извинилась оливковая кобылка, опускаясь на колени перед моей сломанной ногой.

— Скотч? Ты что здесь делаешь? — слабо возмутилась я, пока кобылка изо всех сил пыталась затащить меня за стального рейнджера, поверженного Рампейдж.

— Не глупи, Блэкджек. Мы все здесь, — сказала Чарити, подходя к нам вместе с измазанной кровью Рампейдж. На кобылке было надето миниатюрное боевое седло, с закреплёнными на ней парой тяжёлых револьверов, из которых она пальнула мимо драконопони в кого-то, кого мне не было видно. — Это восемь крышечек! — взревела она ему. — Шестнадцать!

Скотч раскрыла мою переднюю ногу и переподключила Дельту с гораздо большим изяществом и мастерством, чем та кобыла, что его вытаскивала.

Внезапно, я увидела голубые метки.

Множество голубых меток!

Мой ЛУМ теперь показывал в моём визоре множество голубого, смешанного с кроваво-красным. Я в шоке глядела как красно-синие жеребята Адажио и Аллегро подбегают и заваливают перед собой на бок Октавию, и трое жеребят с наблюдательной вышки перебрасывают через инструмент пулемёт. Бронебойные пули бесполезно рикошетили от неразрушимого инструмента и пулемёт отрыл сокрушительный огонь по рядам Предвестников. Над ними пролетела кобылка-гуль Хаприка, сбрасывая яблочные гранаты на группы врагов.

— Рампейдж! Выпрями эту ногу, — попросила Скотч Тейп, копаясь в своих инструментах. Кобылка ухватила меня за бёдра своими задними ногами а мою повреждённую конечность передними и, зарычав от напряжения, гнула до тех пор, пока нога снова не выпрямилась. Перед тем как приступить к работе, Скотч Тейп сунула мне в копыта один из киберпонячьих кексиков Глори и я торопливо принялась его грызть. — Надеюсь, я смогу с этим справиться, — пробормотала Скотч, начиная ремонт.

— Ты сможешь. Это у тебя в крови, — пробубнила я сквозь кексик. Кобылка зарумянилась, но продолжила ремонт улыбаясь, пока я жевала так быстро, как могла. Рядом со мной проскользнула Каприз, наряженная в совершенно непригодное для боя голубое довоенное платье. С широко раскрытыми от ужаса глазами она держала во рту пистолет-пулемёт. Она совершенно не вязалась с этим бедламом, но всё равно пришла. Я могла по крайней мере уважать это, но протянув копыто я пальцами вынула у неё изо рта 12,7-миллиметровой пистолет-пулемёт прежде, чем она случайно пальнёт в кого-нибудь из своих... вроде меня. — Спасибо, — сказала я и она, покраснев, немедленно протянула мне свои магазины.

— Мне не стоило приходить, — пробормотала мне эта, стоящая в грязном месиве, когда-то восхитительная кобыла и опустила взгляд к своим копытам.

— Я рада, что ты пришла, — ответила я, прежде чем закусила спусковой механизм и увидела двух Предвестников, готовящихся схватить Скотч. Отдача едва не выбила мне зубы, когда я за две секунды разрядила весь магазин. Я сплюнула и уставилась на оружие. — Чёрт! Эта штука просто жрёт боеприпасы.

Из хаоса битвы вынырнул П-21, неся блок пластиковой взрывчатки, обмотанный изолентой.
— Это всё, что мне удалось найти, — хмуро сказал он. Это было вдвое меньше той бомбы, что он использовал в первый раз, когда взорвал танк. Он посмотрел на восстановившуюся машину, снова вступающую в сражение. Предвестники и Крестоносцы отступили и танк заметался взад-вперёд, разыскивая меня. — Нам придётся забросить это внутрь. Если мы сможем пробиться внутрь и перебить экипаж, то взрывчатки хватит, чтобы уничтожить эту штуку. — И он засунул детонатор мне в броню.

Тяжко застонав, я села. Вдруг что-то подключилось и через мою заднюю ногу пробежал разряд. Она снова задвигалась.
— У тебя получилось, — сказала я Скотч и дожевала мой киберпонячий кексик.

Над головой захлопали крылья и я на мгновение подумала, что у Предвестников появились собственные пегасы, но это был Анклав! Не было смысла пытаться криками предупредить Глори; она не услышала бы меня сквозь этот шум и хаос.
— Я должна увести его подальше. Я не могу одновременно сражаться и волноваться обо всех вас, и стараться уберечь голову от антимех-пуль.

Чарити фыркнула.
— За нас не волнуйся. Пусть эти засранцы даже не мечтают, будто наша Капелла беспомощна. Не после Священника. Больше никогда! — крикнула она, бросаясь вперёд с Прелестью, затем остановилась и оглянулась. — Арлоста! Какого хрена ты ждёшь?

Рампейдж моргнула, улыбнулась и в её глазах блеснули слёзы, затем она схватила свой резак, радостно завизжавший двигателем, и понеслась вслед за ними.

— Блэкджек, как ты собираешься увести его? Я имею в виду, это же танк! — спросила Скотч, перекрикивая шум. П-21 выстрелил рядом из гранатомёта и я вздрогнула; как бы мало нас не было, по-прежнему оставалась возможносьть, что он заденет нас дружественным огнём. Я верила, он знает, что делает, но убедить себя в этом всё же было чертовски непросто.

— Присматривай за ними, — сказала я, снова направляясь в сторону выхода из усадьбы. По дороге я стала свидетелем удивительного зрелища: в дыму, словно призрак, двигалась полосатая кобыла в рычащей красной деревянной маске и с простым деревянным шестом. Секаши вскочила прямо между троих Предвестников, её копыта удерживали шест с удивительной ловкостью. Она метнулась вперёд и всадила конец шеста в горло первого пони, резко повернула его и вырубила второго, отбила в сторону левитируемый пистолет и затем со слишком хорошо знакомым мне тошнотворным хрустом отколола рог кобылы, которая этот пистолет удерживала. Обезроженная единорожка закричала, заваливаясь на спину и прижимая копыта к обрубку. Палка, загудев в воздухе, с такой скоростью нанесла серию ударов в голову упавшей пони, что когда Секаши остановилась, голова осела как мешок мяса и костей. Кричащая единорожка была сбита с копыт и удар двумя копытами в голову заставил её замолчать.

Задыхающийся после удара в горло жеребец навёл карабины своего боевого седла в спину Секаши, но прежде чем я успела выстрелить в него, из ниоткуда вынырнула крошечная полосатая кобылка с духовым ружьём и выстрелила дротиком ему в горло. Выпучив глаза, жеребец упал с тупой улыбкой. Маджина, радостно улыбнувшись, помахала мне копытом.

— Это напомнило мне одну очень забавную историю! — рассмеялась Секаши, развернувшись вокруг своего шеста; как зебры умудряются это делать? — Думаю, я расскажу её тебе попозже. — и с этими словами полосатая пара растворилась в битве.

К тому времени как я достигла дверей в поместье, моё тело функционировало почти на пятьдесят процентов. Я открыла ПипБак и попыталась найти ближайшие передатчики. В танке же должно быть какое-нибудь радио, так? Может я смогу заманить их за собой в поместье. Я нашла... что ж... это было рядом.
— Охранница только что была замечена направляющейся в поместье! Танк! Следом за ней! Быстро! — рявкнула я.

Танк, до этого просто катавшийся по полю и паливший из пулемётов во всех, кто попадался на пути, вдруг остановился и навёл на меня свою пушку и прожектора. Я улыбнулась, но затем замерла. Почему он там застрял?

Внезапно его пушки главного калибра дали залп и в ту же секунду что-то, персикового цвета, сшибло меня в сторону, отбросив за баррикады из мешков с песком, возведённые столетия назад. Снаряды взорвались высоко надо мной и взрывная волна вдавила меня в землю, словно тяжёлое копыто, а спустя мгновение сверху рухнула лавина щебня. Секунду я пыталась прийти в себя, а затем открыла глаза и взглянула на отпихнувшую меня кобылу.

Передо мной была Каприз, уставившаяся перед собой и беззвучно шевелящая ртом. Я взглянула на её окровавленное, избитое тело. Я была киберпони и даже мне этот выстрел пережить было непросто. Каприз...
— Лакуна! Понибудь! Мне нужно лечащее зелье! — заорала я, в надежде, что хоть кто-нибудь есть поблизости.

Танк начал движение. Я взвалила персиковую пони на плечи и побежала через выбитые двери в главный зал. Всё, что можно было вынести, уже вынесли и когда-то нарядно украшенные стены были голыми. Всюду лежали груды щебня и кучи мусора.
— Почему? Почему они используют пушки? — спросила я. Такими темпами они же могут уничтожить ЭП-1101! Давите меня. Стреляйте из пулемётов. Но пушки? Я выдвинула пальцы и принялась отрывать полоски ткани от одежды Каприз, пытаясь перевязать её кровоточащие раны.

— Это моя вина, — сказала Каприз. — Я... я сказала Авроре, что ты здесь. Я сказала ей... сказала ей о Глори... — проскулила кобыла и, закашлявшись, выплюнула кровавый сгусток. — Блэкджек... мне так жаль... — прохрипела она и по её щекам потекли слёзы.

— Не волнуйся об этом. Просто держись, — ответила я, пытаясь игнорировать нарастающий и приближающийся звук танкового двигателя.

Но она покачала головой.
— Послушай... пожалуйста... он с ними... — слабо сказала она, задыхаясь. — Я отдала его Авроре. Он танк...

— Кто? — крикнула я, глядя как её глаза теряют фокус. — Кто в этом танке?

— Прости... — всхлипнула она. — Нужно было... поступать... лучше...

Её голубая метка исчезла.

Затем здание начало трясти.

Я повернулась как раз в тот миг, когда стена, в клубах пыли обрушилась внутрь усадьбы. Тяжёлый танк, протаранив её и пройдя насквозь, едва замедлился. Я втянула пальцы, опустилась на все четыре ноги и помчалась по сводчатому центральному коридору, преследуемая боевой машиной. В жёстком белом свете прожекторов пулемёты танка прошивали воздух очередями стальной смерти. Единственным моим укрытием оставались груды щебня, которые от дрожи тяжёлых гусениц рассыпались и разъезжались у меня под копытами. Один неверный шаг... мимолётная задержка... и либо пулемётная очередь разорвёт меня пополам, либо размажет по земле его гусеницами.

Заманить его внутрь. Заблокировать. Зашвырнуть бомбу внутрь. Такой план крутился у меня в голове. Только танк не собирался играть по моим правилам! Даже сейчас, срывая балконы второго этажа надо мной, он не останавливался. Его двигатели несли его прямо сквозь коридор, в котором он должен был бы застрять.

Стоило мне замешкаться всего на секунду и тут же рявкнули его сдвоенные пушки. Снаряды пронеслись в воздухе, гудя, как шмели-переростки и взрывная волна сшибла меня с копыт, швырнув вперёд, словно кибертряпичную куклу. Взрыв разрушил потолок центральной оранжереи и из пробоины сквозь дым начал накрапывать дождь. Я снова поднялась, чувствуя копытами нарастающую дрожь пола.

Из дыма вынырнули пара тяжёлых гусениц и широкий, зазубренный стальной отвал. Непроизвольно я вскинула передние копыта и упёрлась в него, буксуя задними ногами. Мои пальцы пытались за что-нибудь ухватиться. Возможно если я смогу взобраться на эту чёртову штуку... но тут я заметила стволы двух пулемётных турелей, наведённые прямо на меня. Они могут прикончить меня прямо сейчас...

Затем я оглянулась на стену за спиной и поняла. Расстрел для меня слишком хорошо. Они собираются раздавить меня в киберпонячье месиво. Тут я заметила в стене пятью футами выше дымящуюся пробоину. Вскочив, я начала взбираться на кучу щебня, толкаемую отвалом танка по мере приближения к стене. Я понятия не имела как это сделать и смогу ли я это сделать. Но моё тело было подобно зебринскому и я надеялась, что в нём есть хотя бы половина их ловкости! Когда между стеной и танком осталось меньше метра, я взвилась в воздух и, изогнув спину, впрыгнула в неровную пробоину, и приземлилась на голову за секунду до того, как всё здание затряслось от сильнейшего удара. Растянувшись на спине я услышала, как взревел двигатель.

Я оказалась в своего рода большом дворе. Дождь лил мне на лицо, приводя меня в чувства. Если бы мои уши были из плоти и крови, к этому времени я бы уже, вероятно, оглохла. Тут мелькнула голубая вспышка и передо мной оказалась Глори. Она обвила меня копытами и с силой прижала к себе, а я смогла лишь тупо похлопать её по гриве. Мы разделили потрясающий и ужасно неуместный поцелуй, прежде чем я сумела взять себя в копыта.

— Ты цела! — пробормотала Глори, не отпуская меня.

— Цела, как никогда, — ухмыльнулась я в ответ. — Это был прямо-таки невероятный полёт, Глори Дэш.

Пегаска тут же залилась краской.
— Не называй меня так. Я просто стреляла во все стороны. Я чуть не обделалась, когда они начали по мне палить. Мне просто нужно было продолжать стрелять в них.

— Рада, что снова тебя вижу. Тут у меня танк прямо за этой стеной и мне кажется, я их серьёзно взбесила, — пробормотала я.

— Есть за тобой такое свойство, — сказала пегаска в силовой броне Анклава, приземляясь рядом с нами. Следом за ней приземлилось ещё двое. Она тут же откинула свой шлем и я узнала оранжевую Лайтин Дансер. Слава богиням, их метки были голубыми... по крайней мере пока.

— Ёбушки-воробушки. Она и вправду существует, — ахнула одна из бронированных пегасок и, хлопнув себя по шлему, подняла забрало, из под которого показались лавандовые черты лица кобылы Нейварро, Твистер, с распахнутыми в удивлении глазами.

— Никогда не думала, что увижу... её... — отозвалась вторая пегаска, поднимая забрало, из под которого выбилась оранжевая в жёлтую полоску грива. — Рейнбоу Дэш... — выдохнула Сансет.

— Нет. Я... я не Рейнбоу Дэш, — запинаясь, пролепетала Глори.

— Дурачишь меня, — пробасил обвешанный ракетницами жеребец, по всему видать Бумер.

— Что вы все здесь делаете? — удивлённо спросила я, переводя взгляд с одного на другого. — Лайтин, почему... что происходит? — если они задумали забрать Глори...

Но жёлтая пегаска покачала головой.
— Ну, после встречи в Небесном Порту, Скай Страйкер решил сам выяснить, что здесь происходит. Уважаемый Советник послал с ним эту троицу.

— У нас самый большой опыт оперативной работы в Хуффе, — ответила Твистер. Встретив мой взгляд, она добавила, — Та кобыла, Даск, она в порядке. Она была в критическом состоянии, а до Кастелануса было ближе, чем до Небесного Порта, так что... — она замолчала, уставившись на Глори. — Кто... как...

— Эй, Твисти? — позвал Бумер, указывая на стену. — Разве она не сказала, что там был...

Взрыв накрыл нас шквалом обломков и пыли, и в пробоину сунулись две дымящиеся пушки; машина пыталась проделать собственную дверь.

— Дерьмо! Точно! Танк! Крыша! — Твистер ухватила меня за одно переднее копыто, а Глори за другое и вдвоём они подняли меня на крышу. Мы едва перевалили за край, когда танк вкатился во внутренний дворик. Мне наша новая позиция казалась не на много лучше. Если у этой штуки есть ЛУМ, то мы здесь маячим семью красными метками.

Лайтин Дансер покопалась в своей броне и швырнула вниз пару ножных гранат с голубым ободком. Они сдетонировали с треском и хлопками разрядов магической энергии. Танк замер, водя турелями взад-вперёд. Жёлтая пегаска отступила от края плоской, заливаемой дождём крыши.
— Эти спарк-бомбы должны на некоторое время сбить с толку его ЛУМ.

— Хорошо, — сказала Твистер, по кругу обходя Глори. — Что за чертовщина здесь творится? Мы со Скай Страйкером обследовали Мирамейр, когда он получил радиопередачу, о том, что здесь сражается его жена или что-то в этом духе. А теперь мы находим Рейн...

— Я Монин Глори, — резко перебила она, хмуро глядя на кобылу. — Моё тело было магически трансформировано в это! Я не настоящая Рейнбоу Дэш.

— Дочурка Страйкера? Ничего ж се... — красные глаза Сансет распахнулись шире прежнего. — Не удивительно, что он побил все рекорды скорости, добираясь сюда.

Твистер переводила взгляд с меня на Глори.
— Да что за хрень здесь происходит, Блэкджек? Поверхность не должна больше утаивать подобные вещи!

— Что тут сказать? Держись поближе и, если мы переживём это, я всё тебе объясню. Идёт? — отрезала я, глядя вниз. Танк размахивал своими пушками, словно гигантский радтаракан антеннами; похоже он искал нас.

— Ладно, — сдалась Твистер, снова взглянув на Глори. Лавандовая кобыла была явно напугана.

— Вы здесь вместе с Отцом? — ахнула Глори, оглядываясь вокруг. — Где он? И Даск у вас?

— Не знаю, куда он отправился. Как только Страйкер получил сообщение, вся миссия покатилась к чертям. А на счёт Даск, последний раз, когда я её видела, она была без сознания в медотсеке Кастелануса, — ответила Твистер.

— На-ка, — сказала Лайтин Дансер, открывая свои седельные сумки и вываливая передо мной на крышу моё оружие. Я увидела меч и жизнь вдруг начала налаживаться. Может это и не потрошитель, но он вполне может поработать консервным ножом.

— Мы должны найти отца, — коротко сказала Глори, беспокойно озираясь, пока я экипировалась.

— Разве это не он вон там? — спросил Бумер, указывая копытом на дальнюю сторону крыши, где ЛУМ отмечал пару голубых меток. Я взглянула вниз на танк, ожидая, пока отрегенерирует моё тело; он, будто в припадке разочарования, разносил внутренний двор пулемётными очередями. Затем я взглянула туда, куда указывал жеребец и увидела Скай Страйкера, стоящего в двух шагах от Авроры. Я замерла.
— О нет...

— Папа... Мама... — мучительно простонала Глори, глядя на них.

— Глори... твоя мать... — слабо позвала я, когда она сделала несколько шагов мимо меня по направлению к паре. Я совершенно не знала, что сейчас говорить. То, что она, возможно, даже не пони больше? Что она была убийцей?

Здесь, наверху, звук беснующегося внизу танка соперничал с яростью бури, бушующей в вышине. Не смотря на это, тех двоих, казалось, окружает спокойствие, будто они оказались в глазу шторма и всё, что я могла, это только смотреть. Ни один из них не уделил нам ни единого взгляда, они не отрываясь смотрели друг на друга. Если кто-то и был способен остановить эту суицидальную миссию Авроры, это был Скай Страйкер. Я знала, скажи я хоть слово и Когнитум заберёт её у нас навсегда.

Но он не знал... и задери меня Селестия, я не видела никакого способа предупредить его так, чтобы при этом не потерять её. Я взглянула на отчаявшуюся Глори и сглотнула. Я должна дать им возможность. Пожалуйста... пожалуйста, спаси её, Скай Страйкер.

Я видела как он смотрел на Аврору, склонившую голову и на его лице боролись забота, и отчаяние. Затем, с рыданием, Скай Страйкер заключил её в объятия и прижал к себе.
— Ты жива. Моё сердце... любовь моя... Ты жива... Как... почему... Я думал, что потерял тебя навсегда...

— Я должна была уйти. Иначе нас бы убили. Ты это знаешь. — со слабой улыбкой ответила Аврора, уткнувшись в его шею.

— Мы могли бы уйти вместе, — всхлипнул одноглазый жеребец.

— И взять наших детей в Пустошь? Никакая мать не пойдёт на это, — тихо ответила она. — Или ты мог бы пойти со мной, оставив наших детей одних? Вынудить Даск стать их матерью, когда она едва получила свою кьютимарку? Нет... я не могла остаться, а никто из вас не мог пойти со мной. Я должна завершить свою миссию здесь, внизу.

— Твою миссию?.. — тихо спросил он, затем улыбнулся. — Я пытаюсь исполнить твою миссию, Аврора. Тандерхед наконец-то послали вниз Добровольческий Корпус. Это заняло десять лет, но мы наконец-то спустились вниз и начали помогать. — он нежно погладил её гриву. — Ты можешь вернуться со мной. Мы можем сделать Добровольческий Корпус ещё больше и лучше, чем прежде. Сделать настоящее добро! Спасти Пустошь.

Она плотно зажмурилась и зарылась лицом в его грудь.
— Спасти Пустошь. Это всё, чего я всегда хотела. Всё, о чём мечтала. — всхлипнула она, а затем тихо добавила, — Я хотела бы вернуться с тобой, любовь моя. Вернуться к моей жизни... моей семье. К пони, которые любят меня. К лучшему миру.

Я сглотнула, чувствуя нарастающую дрожь пола под моими копытами и не зная, от грома это или от танка, пробивающегося сквозь усадьбу следом за мной. Нужно, чтобы танки отображались на ЛУМе специальной отметкой! Я снова взглянула на Аврору, дрожащую в копытах Скай Страйкера.

Он начал было говорить что-то, но видимо в этот миг почувствовал то же, что и я. Странную неправильность, не свойственную той кобыле, которую любил. Аврора не могла вернуться. Она была похожа на меня. Как и я, она знала, что не заслуживает счастья. Её последователи сражались и убивали детей во славу Селестии, но я хотела верить, что она может. Я желала этого так же сильно, как желали Глори и Страйкер. Потому что если есть надежда для неё... может быть она есть и для меня тоже...

Она заколебалась, прежде чем нежно ответить:
— Скай... Я бы... Я бы с радостью вернулась в твой небесный замок. Навсегда... как в понячьей сказке... — и на мгновение она улыбнулась, а я поняла, что всё кончено. Она вернётся к нам, расскажет мне всё, что мне нужно знать, распустит Предвестников и отправится домой к своей семье. Глори вновь обретёт свою мать. Страйкер - жену. Аврора снова станет любима. На мгновение...

Затем её глаза раскрылись и она взглянула прямо на меня.

В её глазах вспыхнуло зловещее зелёное свечение и её взгляд упал на моё копыто. Страшное свечение начало расходиться от её сияющих зрачков и зелёными линиями побежало по белкам её глаз. Свет замерцал вдоль мелких шрамов на её теле. Затем её серая шкурка начала лопаться вдоль этих линий и отваливаться кусками, открывая под ней тёмную шкуру, рассекаемую узором из зелёных светящихся шестиугольников. Из под её серых перьев выдвинулись тёмные лезвия, на поверхностях которых также светились зелёным светом схемы. Из её лопнувших копыт сквозь плоть выдвинулись механические пальцы, покрытые цифрами и оканчивающиеся длинными чёрными когтями, окружённые болезненным свечением. Она погрузила изогнутые лезвия в спину Скай Страйкера, вспоров его чёрную силовую броню словно масло.

С диким воплем, она всадила лезвия крыльев глубоко в тело пегаса и с ужасающей силой отшвырнула его прочь. Его кровь закапала с её крыльев. Я видела, как её хвост, казалось, заплетает сам себя в кнутообразный придаток, исходящий зелёным свечением. Непроизвольно я выхватила Долг и Жертву, вошла в ЗПС и выпустила восемь пуль прямо ей в лицо. Этого хватило бы, чтобы обезглавить любого пони. Попадания заставили её отшатнуться назад и она взвилась в воздух. На некоторое время сквозь повреждения на её тёмном лице стали видны светящиеся зелёные микросхемы, но их прямо у меня на глазах начали закрывать шестиугольники шкуры. На секунду она зависла, холодно глядя на упавшее тело Скай Страйкера.
— Хватит! Больше никакой слабости!

— Нет! — закричала Глори и ринулась к своему упавшему отцу. Зелёное свечение, рвущееся из тела Авроры, разрушало её рваную шкуру и обращало перья в пепел, смываемый дождём и оставляя от неё больше кибер, чем пони. На мгновение взгляд этих светящихся зелёных глаз задержался на механических пальцах и когтях, измазанных кровью её мужа. С мимолётным выражением ужаса она взглянула на его тело и на свою дочь. Затем с воплем, который я слышала в захороненном подземном городе, она рванулась в разрываемое молниями небо.

Лайтин Дансер и я бросились к упавшему Скай Страйкеру.
— Остановите её! Я им займусь! — крикнула она и пони Нейварро немедленно защёлкнули свои шлемы и поднялись в воздух. Глори, с застывшем на лице страданием, делала всё возможное, чтобы остановить кровь. Лайтин Дансер вынула знакомые фиолетовые зелья и вливала их Скай Страйкеру в рот.

— Давай же, папочка! Ты и не с таким справлялся! Я же помню все твои истории. От дракона тебе сильнее досталось... — причитала Глори, пытаясь спасти оставшегося из своих родителей. Но хотя раны немного закрылись, казалось, какая-то сила препятствует магии восстановления. Раны исходили странным болезненным свечением. — Зелья не работают, Блэкджек! — в отчаянии зарыдала голубая пегаска.

— Аврора... моя Аврора... что же с ней случилось? — прохрипел Скай Страйкер. — Какой дурак. Услышал её голос, её имя... и я... какой же дурак...

— Тише. Ты должен выжить ради Глори. Ты понял? Глори не должна потерять сегодня обоих родителей, — сказала я, затем обернулась к двум кобылам. — Вы сможете донести его до Звёздного Дома? Там зелья могут быть более эффективными.

Глори сняла со Страйкера обрывки брони.
— Думаю, да, — ответила она, пытаясь справиться со слезами и мы осторожно закрепили Скай Страйкера у неё на спине. Я послала отчаянное сообщение Лакуне, чтобы она как можно скорее прибыла в Звёздный Дом и применила свою лечащую магию к отцу Глори. После этого осталось уточнить последнее...

— Ты ведь не попытаешься схватить Глори, верно? — напряжённым голосом спросила я Лайтин Дансер. — Прошу. Она не Рэйнбоу Дэш. — я надеялась, что это не прозвучало так, будто я сама себя пыталась в этом убедить.

Лайтин Дансер взглянула на истекающего кровью Скай Страйкера и снова на меня.
— Один ураган за раз, Блэкджек. Поговорим об этом позже. Сейчас занимайся своей битвой. — с этими словами она поднялась в воздух и осторожно полетела на северо-восток.

Я вздохнула, глядя на кровь и пепел, смешивающиеся с дождевой водой. И почему всё это всегда заканчивается слезами?

Тут танку надоело ждать.

Крыша подо мной разлетелась и я полетела вниз в грохочущей лавине камня и балок, тяжело рухнув посреди бального зала, где Блюблад убил Розу. Изысканная комната была не так разорена, как другие помещения усадьбы. Пол белого мрамора не был разбит, а на колоннах до сих пор гарцевали золотые резные фигурки единорогов. По обе стороны длинного зала бежали полутёмные балконы. Не смотря на огромные размеры танка, здесь он вполне мог перемещаться и уж тем более был способен разнести меня на куски.

Я медленно поднялась на копыта и танковый двигатель взревел, как разъярённый дракон. Прожектора и пулемёты развернулись на меня. У Глори сейчас была своя битва. У меня своя. Хватит убегать. Пришло время покончить с этим.
— Ну ладно, ты, ублюдок железный. Хочешь поиграть?

От безумия ситуации я ухмыльнулась от уха до уха.

— Ставки сделаны.

Я нырнула в сторону и пулемёты загрохотали, в пыль разнося мрамор и почерневшее пятно, где умер Блюблад. Я нашла временное укрытие за колонной, но не решалась высунуться, пока пулемёты не стихнут. Бабахнули пушки и часть колонны разлетелась кусками мрамора, наполняя воздух пылью и дымом. Прожектора качнулись взад-вперёд и танк развернулся и повёл пулемётную очередь в мою сторону. Я выпрыгнула из-за угла колонны как раз в тот миг, когда пушки снова выстрелили, осыпая меня осколками камня, а я, на боку проскользив по полу, докатилась до лестницы, расходящейся выше буквой Y.

Когда танк снова развернулся ко мне и открыл огонь из пулемётов, моё тело среагировало почти автоматически. Прогибом назад, перебрасывая себя с передних копыт на задние и снова на передние, я поднималась вверх по лестнице, а пулемётная очередь шла прямо следом за мной. Там, где лестница раздваивалась, я увидела мраморную стену с тиснённым на ней генеалогическим деревом Блюблада и добравшись до неё под пулемётным огнём, метнулась в сторону, и нырнула за очередную колонну в верхней части балкона, глядя как пули прокладывают себе путь по барельефу, вплоть до последнего имени. "Голденблад".

Сунув в рот сапфир, я выглянула, чтобы посмотреть как башня танка в дыму и под льющим на неё дождём медленно поворачивается от одного балкона к другому. Дождавшись, когда пушка укажет на дальний балкон, я со всех ног бросилась вперёд, пригибаясь как можно ниже. Тем не менее, пулемёты открыли дикую пальбу и башня главного калибра стала выцеливать меня. Я скрылась за колонной, чувствуя как пули пробиваются сквозь камень потоком смертоносного металла. Сдвоенные пушки поднялись и указали на меня.

Это было больно... я понятия не имею как, но я встала по-зебрински и бросилась с балкона в одном невероятном сальто, чувствуя как огненные пальцы пулемётных снарядов пробивают моё тело и конечности. Но я не могла остановиться. Моё тело не могло остановиться. Пулемёты взвыли, пытаясь удерживать меня в прицеле, в воздухе меня накрыло взрывной волной, когда танк разнёс балкон, где я стояла секундой ранее.

С кровавым лязгом я приземлилась на танковой башне. Та дико начала вращаться взад-вперёд, но я распласталась на её поверхности и оказалась для пулемётов в слепой зоне. Зажав в пальцах меч, я скатилась к передней части танка и изо всех сил всадила лезвие в гнездо одной из пулемётных турелей. Магически-заострённый серебристый клинок вошёл в металл. Несколько секунд я мучительно давила на клинок, сверкнула искра и турель замерла. Я торопливо пошерудила лезвием для пущей надёжности, затем вытащила его и повторила процесс на следующей пулемётной турели, пытавшейся прицелиться по мне. Она тоже заискрила и сдохла.

Яростно взревев двигателем, танк закрутил вправо-влево своей главной башней. Я вскарабкалась обратно на верхушку башни и тут заметила его: люк. Стараясь удержаться на плоской башне, я просунула кончик лезвия под люк и начала резать.

Вы, суки, должны сдохнуть, думала я с холодной уверенностью. Сейчас я разнесу ваши рожи.

Внезапно танк рванулся к дальней стене и врезался в неё с такой силой, что только мои зубы и пара пальцев уберегли меня от падения. На секунду мы оба замерли, танк и я, а затем он сдал назад и выстрелил в стену из обеих пушек. Взрывная волна едва не сбила меня и мой магически-заострённый меч вырвался из люка, и его снесло обрушившейся на меня грудой обломков. Держась за люк, я оглядывалась с вершины танка, высматривая серебристый отблеск. Затем, словно чувствуя, что я задумала, проклятая машина сдала назад!

Стиснув зубы, я поглядела на люк. Вокруг меня стучал дождь, льющийся через пробоину в крыше. Даже сейчас пулемётные стволы светились розовым. Скоро они снова восстановятся. И тут я заметила, что мне всё же удалось проковырять в люке пробоину, размером с копыто. Оставалось только одно... я просунула пальцы в дыру, присела и начала тянуть.

Я чувствовала нарастающее напряжение, как обостряется чувство границы между металлом и плотью. Я напряглась сильнее и приводы в ногах загудели, не рассчитанные на такие нагрузки, затем они задымились. Мой восстанавливающий талисман пытался оперативно их починить. Тяни, чёрт возьми! Моя плоть начала искривляться там, где заканчивалась пони и начинался металл. Люк начал поддаваться, а у меня перед глазами уже появлялись предупреждения. Ещё немного. Моих ноздрей достиг дым, струящийся из пулевых отверстий в моих ногах. Ещё чуть-чуть...

Всё начало отказывать, двигатели и силовые талисманы отключались один за другим в последнем спазматическом рывке. Перенапряжение моих металлических конечностей заставило мою уже разбитую заднюю ногу полностью взорваться и моя правая передняя нога полностью вырвалась из сустава, обнажая кровавое месиво из плоти и металла. Наконец я попыталась выжать из своего киберпонячьего тела больше, чем то, на что оно было способно и моя передняя нога лопнула в колене, бесполезно хлопнув меня по боку.

Но оно того стоило: с моим последним рывком люк открылся. Теперь я просто должна была швырнуть блок взрывчатки с моей брони внутрь танка и... эм... хлопнуть по детонатору?

Я заглянула внутрь башни, в пространство, так набитое непонятной машинерией, что внутри не смог бы разместиться ни один пони. Оно было заполнено проводами, талисманами и прозрачной стеклянной банкой, в которой лежала сфера и несколько металлических позвонков. Механическая рука, увенчанная камерой, развернулась ко мне, а затем оборудование внутри заговорило механическим голосом.

— Пзззд... п... Пззздааа.

Не "они в танке".

"Он - танк".

— Деус, — прошептала я в ответ.

С моими разрушенными ногами и выгоревшим рогом я ничего не могла поделать, когда он дёрнулся назад и сбросил меня с башни на землю. Бежать было некуда. У меня не было сил бороться, когда он отодвинулся и навёл на меня все стволы и прожектора. Он стоял там и я почти представляла, как он наслаждается этим мгновением. Взорвёт ли он меня, разнеся в клочья? Расстреляет из пулемёта? Раздавит меня траками? Его двигатель взрыкивал снова и снова.

Так что я, покачиваясь в сидячем положении, взглянула в крошечные глазки камер под его прожекторами и крикнула во всё горло:
— Прости меня!

Обороты двигателя резко упали до холостого хода, а я сидела перед ним под льющим на меня дождём.
— Мне очень жаль, что я убила тебя. Я видела твой шар памяти, Деус! Я чувствовала... что чувствовал ты. Я знаю, как Сангваин держал тебя на коротком поводке и использовал твою боль против тебя... боль, которую не заслуживает ни один пони! — я закрыла глаза. — И я видела шар в Мирамейре. Я видела, что с тобой сделала Брасс... что эта... эта... — я сжала челюсти и выпалила, — что эта Пизда сделала с тобой!

Я смотрела в его камеры и мои слёзы, смешиваясь с дождём, оставляли мокрые дорожки на моём лице.
— Я знаю, что ты любил Твист... и я знаю, что она не смогла полюбить тебя в ответ. Что ты никогда не хотел причинить ей боль. Ты просто хотел её любить. Но не смог. И ты допустил ошибку... И я видела, как Вэнити не пустил тебя к ней, когда всего, чего ты хотел, это увидеть её всего раз! Один грёбаный раз! — крикнула я, раскачиваясь под дождём. — Он он не дал. Он оставил тебя гнить в Хайтауэре. Как последнего подонка.

Я молча сидела, ожидая, что в любую секунду последует уничтожающий взрыв. Но его не было. Всё, что я могла, это просто сидеть, глядя как на моём ЛУМе отражаются критические сбои в нескольких моих конечностях. Я подняла свою разрушенную культю, показывая кабели, выходящие из моей разорванной плоти. Она не болела... не так, как должна была.
— Теперь я знаю, Деус, каково это, быть киберпони. Знаю, что от этого будто чувствуешь себя мёртвым внутри. Когда ты не понимаешь, как двигается твоё тело, будто больше не владеешь им. Знаю это чувство неправильности... будто ты превращаешься в вещь. И я знаю, что ты чувствовал то же самое, Деус. Я знаю, каково это, чувствовать, что имеешь лишь одну нормальную часть из плоти и крови, что заставляет чувствовать себя пони... и мне очень жаль, что я лишила тебя и этого.

Двигатель выдал долгое низкое рычание, но оно затихло.
— Когда-то ты был хорошим пони. Ты сражался за Эквестрию. Был Мародёром, с пулемётом рвал врагов, удерживая холм, хотя тебе командовали отступать. И ты был монстром, Деус. Ты допустил ужасную ошибку... тут уж нет смысла врать. Но ты никогда не давал себе шанс показать, что ты можешь быть больше этой ошибки. Чтобы доказать, что ты лучший пони. Чтобы быть лучше...

— Я раньше думала, что то, что ты сделал с моим домом, было ужасно. Что ты монстр и что заслужил всё, что получил. Что ж, я уяснила, что значит, допускать ужасные ошибки. Я знаю, что значит быть монстром, Деус. Я тоже стала монстром! — крикнула я пони внутри машины. — Но я получила шанс стать лучше. Чтобы стать больше, чем монстром. И теперь ты можешь сделать так же. Ты можешь сделать лучший выбор. Можешь отвернуться от Предвестников, которые посылают тебя убивать детей; искупить свою ошибку.

В дыре, пробитой Деусом в стене, чтобы проехать, послышалась возня и я увидела П-21, Скотч Тейп и Рампейж, в шоке оглядывающие открывшуюся перед ними сцену. Я встретилась взглядом с П-21, чуть покачала головой и он придержал кобылок, уже двинувшихся к нам.

Склонив голову перед танком, я закрыла глаза.
— Прошу. Как один монстр другого... пожалуйста... — прошептала я, — будь пони... Дуф.

Несколько секунд вокруг стояла гробовая тишина, нарушаемая лишь шорохом дождя и низким гулом танка, а затем двигатель Деуса испустил механический вопль и пушки выстрелили. Стену позади меня снесло. Он выстрелил снова. И ещё. Ещё. Взрывная волна от пушек ударяла в меня и если бы мои уши были из плоти и крови, я бы уже наверняка оглохла. Он выстрелил снова. И ещё раз. Разнёс стены и потолок. Его пулемёты крошили балконы, а пушки разносили в пыль окружающий нас мрамор. Ещё. Ещё. Ещё.

Наконец шквальный огонь прекратился; лишь груда щебня посреди банкетного зала напоминала о случившемся. Дождь с шипением испарялся, попадая на раскалённые стволы и смывал пыль с его полосатой брони. Я не двигалась. Из-за кучи обломков, в которой я по-прежнему сидела с опущенной головой и разбитым телом, медленно выглянули мои друзья. Все четыре камеры танка были направлены на меня и я, слабо улыбнувшись, прошептала:
— Спасибо.

Деус рыкнул коробкой передач, развернулся, двинулся к дальней стене и просто протаранив её, выкатился наружу. Я медленно взглянула на своих друзей и они бросились ко мне.
— О, святая Селестия, — проговорила Скотч Тейп, поднимая мою покорёженную киберногу. — Блэкджек... ну почему ты постоянно себя ломаешь?

Может это из-за кровопотери, но я рассмеялась, от чего они, похоже, ещё больше забеспокоились и тихо ответила:
— Потому что я знаю, что есть те, кто снова сможет поставить меня на ноги... снова сделать меня пони. — я взглянула на Рампейдж. — Так мы победили?

— Ага, — отозвалась полосатая кобылка. — Предвестники смылись. И Стил Рейну тоже удалось уйти.

П-21 взглянул в сторону, куда ушёл Деус и снова посмотрел на меня.
— Как ты одолела его?

— Точно так же, как и ты меня, — тихо пробормотала я, наклоняя своё разбитое тело к нему. — Я дала ему шанс стать лучшим пони.

Заметка: Достигнут максимальный уровень.

(Примечание автора: Итак, прежде чем на моих редакторов посыплются обвинения, я хочу, чтобы всепони знали, что танковое сражение, обратное сальто и повреждение конечностей, это всё только моя вина. Некоторые заметили, что мне нравятся определённые аниме и вы могли бы попробовать угадать, какие именно вдохновили меня на это сражение. Если вам это показалось смехотворно сырой и бедной писаниной, это моя вина. Но что-то такое я и планировал ещё с 16-й главы... и вообще я думал, что доберусь до этого намного раньше... вот...

Как бы то ни было, я хочу выразить огромную благодарность моим редакторам за эту главу. Многие, наверное, заметили, что на пути создания этой главы было немало препятствий. Но Hinds, Bro и Snipehamster упёрлись и смогли всё это преодолеть. Также я хочу поблагодарить Fuzzy за то, что уделил своё время на разбор этой главы и за помощь с некоторыми основными вопросами о том, что должно было в этой главе произойти. Как всегда, благодарю Kkat за создание Фоллаут Эквестрия. И наконец, спасибо всемпони, кто оставляет комментарии и отзывы. Это очень важно для меня, даже если я не всегда отвечаю так быстро, как должен.

Надеюсь, все довольны развитием этой истории. Я знаю, Горизонты пишутся смехотворно, чудовищно долго. Я надеюсь, что это не затянется слишком надолго. У меня есть планы на развязку, я обещаю. Надеюсь, мы доберёмся до неё к следующему Рождеству... или к позаследующему...

В любому случае, спасибо, что остаётесь с Горизонтами и я надеюсь, что история выйдет неплохой. Надеюсь, до Рождества у нас будет ещё одна глава. Берегите себя. Спасибо за чтение!)

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/28544/124293

Переводчики: Caringhide, Foxundor, ieremiya87, Ponycide

fantom_zero, Vasyafa