Готовый перевод Fallout Equestria: Project Horizons / Фоллаут Эквестрия: Проект Горизонты: Глава пятьдесят третья: Модернизации

Фоллаут Эквестрия: Проект Горизонты

Автор: Сомбер.

Глава пятьдесят третья: Модернизации

"Война принесла миру смерть и страдания. Я сильно надеюсь, что подобного никогда больше не случится. Однако то, что я видел, не сулит роду пони ничего хорошего..."

Торнадо синего цвета, почти что выломало двери в отделение Медицинского центра Флаттершай, её свирепому взгляду могла бы позавидовать адская гончая. В дверном проеме стояла Глори, забрызганная кровью.
— Теперь я здесь за главного! — уверенно и с силой прокричала она, да так, что сама Рэйнбоу Дэш бы загордилась ей.

Немногочисленные пони в отделении так и застыли в немом удивлении при виде Глори и стоявших позади Лакуны с четверкой пегасов в силовой броне. Я лежала словно мешок на спине Лакуны, извиваясь в попытках смотреть то на отделение, то на фургоны, в которых мы везли сюда раненых от самой Капеллы.

— Стойте, стойте, — начал говорить коричневый земнопони, повернувшись к охране и стоящим по бокам зала лазерным турелям, охранявшим с полдюжины персонала, — Здесь мы гла...

В это же миг два ослепительных пучка изумрудного цвета магии пронзили отделение, и обе турели прекратили свое существование. Глори полетела к низверженному начальнику.
— Это не обсуждается! — гаркнула она на него и затем скомандовала: — Тащи сюда всех, кто разбирается в медицине! Докторов, медсестер, акушерок. Мне все равно! Быстро!
Её властное копыто указало на двух охранников.
— Вы двое, живо несите сюда все ведра, что только сможете найти, и начинайте кипятить воду.
Дальше Глори указала на стоящих в осторожном ожидание пони.
— Вы четверо! Ведра и моющие средства в копыта и живо драить те столы! У вас две минуты!

Все пони в отделение просто уставились на неё с разинутыми ртами, но затем она крикнула:
— ЖИВО!!!

Они задвигались так, будто сама Селестия явилась перед ними и начала раздавать приказы.

— Скотч Тэйп, свяжись с Мегамартом через ПипБак Блэкджек. Скажи им, что мы отдадим всё, что забрали у Предвестников, если они в течение десяти минут приведут сюда Бонсоу и предоставят все лекарственные средства, что только смогут найти. Затем проверни тоже самое с Коллегиумом, и скажи им привести Триаж.
Кобылка отсоединила то, что осталось от моей ноги, чтобы ей было проще использовать мой ПипБак, да и чтобы ещё больше мне не навредить. Она открыла панель и повозилась чуток с управлением. Когда Скотч начала говорить, Глори уже повернулась к Лакуне.
— Мы отправим Бумер и Лайтнинг Дансер в Мегамарт с фургоном. Лакуна, хватит ли у тебя сил добраться до Сообщества и вернуться назад со всем необходимым?

— Хватит, даже если придется испить воды в уборной! — торжественно пообещала она и уложила меня на скамейку, откуда мне открылся четкий вид на отделение.

— Хорошо. Но прежде, чем уходить, отнеси моего отца к стазис-камерам.
Глори повернулась к П-21.
— Иди наверх и удостоверься, что та камера, в которую мы поместили Скотч, точно работает, а если нет... — она запнулась на мгновенье, не решаясь продолжить. Её взгляд скользнул к отцу, который был с копыт до головы обмотан бинтами, а затем она посмотрела на меня: и мне оставалось только утешительно улыбнуться ей в ответ. Это бы большее из того, что я могла в данный миг сделать для неё.
— Постарайся её починить, если сможешь, — закончила пегаска.

— В этот раз должно быть проще, — пробормотал синий жеребец, бросив взгляд на Скотч Тэйп, которая вела беседу с ПипБаком, и побежал к лестнице.

Дальше Глори занялась Крестоносцами, которые следовали за нами от самой Капеллы.
— Так, а вы переверните все здесь вверх дном на наличие целебных средств, шин, алкоголя, наркотиков и прочего. Все несите либо сюда, либо в операционную на десятом этаже. Ясно?

— Спорим, я найду больше, чем вы! — сразу проголосил один из них, превращая жизненно важное дело в игру, чтобы скрыть страх и напряжение, царящие у него внутри.

Из соседних комнат в вестибюль начали выходить члены Сообщества и Колегиума, оторванные ото сна возней. Их тут же ловили и находили работу. Когда Арчибальд, тот коричневый пони-начальник, начал говорить что-то об оплате, Глори заткнула его одним лишь взглядом, а затем, указав на кучи штурмовых и анти-мех винтовок, спросила:
— Этих средств умерщвления будет достаточно, чтобы ты начал спасать жизни?

— Эм... ну... да, я полагаю, — промямлил он.

— Тогда вперед! — крикнула Глори.

— Ну а я просто подожду здесь... и... ну-у... посмотрю, — пробормотала я со своего места.

Через пять минут столы были так надраены, будто их только что купили и привезли. Из фургонов начали приносить раненых. Еще у Звездного Дома их погружали с таким расчетом, что самые тяжелораненые будут выгружены первыми. Среди них наверняка были и Предвестники, но это сейчас не имело значения. Все были смертельно ранены - вот, что имело значение. Глори приказала медсестре налить в поддон "Дикого Пегаса" и простерилизовать там хирургические инструменты. Я им даже позавидовала чуть-чуть.

Через вестибюль проплыла неподвижная фигура, несомая магией Лакуны, и полетела наверх к хранилищу стазисных камер. На лице Глори отразилось сильное желание быть рядом с отцом, но это продолжалось лишь с секунду.

И работа закипела.

В последнее время я не особо ценила Глори, как врача. Обычно я регенерировала, пользовалась целебными зельями или просто валялась в отключке от полученных травм. Я даже не видела, как она спасла Скотч. И сейчас она брала в рот то один инструмент, то другой с ловкостью и изяществом сравнимыми с навыками полета Рэйнбоу Дэш. На этом фоне магия единорогов выглядела дешевым трюкачеством, быстрым и легким решением трудностей. Сейчас я могла видеть, как медицина зависит от навыков врача, не имеющего магических способностей. Глори в своей работе использовала всего одну магическую вещь — реколлектор, чтобы анестезировать больных.

Когда спустя двадцать минут подоспел Бонсоу, моя подруга и доктор земнопони из Колегиума успешно прооперировали порядка шести пациентов. Старый жеребец тут же подключился к делу и с помощью магии начал вырывать раненых из костлявых лап старухи с косой. Но даже у магии были свои пределы. Раны-то она залечит, определенно, а как насчет инфекции, шока, оставленных ненароком частичках грязи? Глори же спасала пони ниткой, иголкой и скальпелем.

Но без потерь не обошлось: кобыла, которая вышла на бой с Крестоносцами, вздрогнув, издала протяжный хрип и почила в бозе. Пегаска просто закрыла ей глаза, слегка кивнув головой, сполоснула копыта в ведре, простерилизовала их алкоголем и пошла на помощь следующему пациенту. Смерть на сегодя получила достаточно душ.

Что до меня, то я просто смотрела на все это с глубоким чувством досады. Я хотела, чтобы мои конечности работали, чтобы я тоже могла кипятить белье для повязок или стерилизовать инструменты, чистить столы или просто заботится о раненых детях. Но все, что я могла, это просто сидеть и смотреть, как пони лучше меня работали, чтобы спасти жизни других.

Не всегда же мне быть на первых ролях...

Где-то час спустя возвратилась Лакуна с Триаж и парой других пони. Было ясно видно, что аликорн почти обессилил как магически, так и физически. Даже крылья ее бессильно волочились по полу. Всех, кто был на грани жизни и смерти, к этому времени уже прооперировали и голубая единорожка могла подменить Глори на посту.

— Глори, — проговорила я, когда та мыла копыта, смотря в кроваво-красную воду.

Ответа не последовало.

— Глори, — произнесла я громче.

Она взяла ртом бутылку и легонько полила себе на копыта.

— Глори!
Пегаска подпрыгнула от неожиданности и выронила бутылку. По полу начала растекаться ценная, как никогда, огненная вода, на что Глори в шоке смотрела. Я попыталась поймать её взгляд и более мягким тоном сказала:
— Глори, иди к нему.

— Я... Я не могу. Если он... Я... — заикалась она, накрепко зажмурив глаза, — я нужна здесь.

— Глори, иди.
Я вспомнила мою мать, и всё, что осталось недосказанным между нами.
— Иди к нему. Триаж уже здесь. Она присмотрит за ранеными. Ты сделала свою часть. Теперь иди.

Она посмотрела на меня и вся её твердость рассыпалась в пыль, когда уголки её глаз налились слезами. Ее передернуло:
— Блэкджек, я... боюсь. Что если... как она могла... почему?..
Глори опустила голову, и я уже собралась было пойти поддержать её, но вспомнила о ногах...
— Почему она так поступила?! — закричала она.

— Не знаю, — ответила я тихо и мягко. — Возможно Когнитум овладела ей и напала на твоего отца ещё до того, как изменила свое мнение. Или быть может... быть может она хотела сделать нечто такое, что порвет её связь с прошлой жизнью. С той, которую она желала, но которая бы не спасла Пустошь. Не знаю. Всё, что я знаю, это то, что твой отец там, наверху. Если он жив, то тебе надо с ним поговорить, а если...
Я закрыла глаза, вспоминая голову и кол.
— Если нет, то сказать ему последнее "прощай," — закончила я почти шепотом.

Она смотрела на меня буквально секунду, а затем заключила меня в крепкие объятия. Даже не имей я ног, я вообразила, что сжимаю её так же крепко, а сама тем временем прижала лицо к её шее.
— Спасибо, — прошептала она.

Я вздохнула и поцеловала её в шею, а затем, когда она меня отпустила, улыбнулась.
— Давай, иди. Я буду здесь. Рано или позно Рампэйдж приведет Ровера, — я снова вздохнула, посмотрев на свои культи. — Думаю, я задолжаю ему ногу или три.

— Хорошо, — сказала она, поднявшись в воздух, — я скоро вернусь.
И с этими словами ее радужная грива исчезла в лестничном проеме.

Скотч Тэйп смотрела на меня, держа в обнимку мою ногу с ПипБаком. Интересно, что бы подумала Когнитум, узнай она, что ЭП-1101 владела кобылка. Часть меня находила это забавным, а вот другая...
— Есть что интересное?

Она вздохнула и посмотрела на ногу:
— Тут полно разговоров о группе, которая штурмует какой-то Собор; еще говорят об операции "Выжигание" и чем-то, связанным с Кантерлотом. Ну ещё какая-то тарабарщина, думаю, зебры. Но про Предвестников ничего нет. Если они и поддерживают связь друг с другом, то, должно быть, она проводная.
Она посмотрела в сторону затем снова на меня.
— Блэкджек... на меня тут очень странный тип смотрит...

— Бледный? В широкополой шляпе? И с картами? — с улыбкой на лице спросила я.
Скотч кивнула головой и снова посмотрела на ПипБак с опаской.
— А не переживай. Это Крупье. Живет в ПипБаке. Он... ну-у... приятель.

Кобылка положила мою ногу и посмотрела на меня. Снова на ПипБак, затем в сторону, а потом, наконец, наклонилась ко мне.
— Блэкджек... я его уже видела, — прошептала она.

Я бы села, если бы... могла.
— То есть?

— В книге. Там на одной из карточек был пони, точь-в-точь он, — с этими словами Скотч сняла с себя переметные сумки и, порывшись в них чуток, вытащила копию книги-игры "Пустоши", которою она присмотрела в Спортивных принадлежностях Сильверстар. Она сразу открыла конец книги, куда было вложено несколько листов, и где в верхнем левом углу было написано: "Персонажи". Ниже были напечатаны какие-то коробки и буквы, которые не имели никакого смысла. Стоило отметить, что отнюдь не дилетант расписывал рубашки карт персонажей: они были очень детальными. На одной была нарисована кобыла в паровой силовой броне, на другой единорожка, благоговейно склонившая голову и держащая в копытах талисман наподобие метки Священника. Еще на одной — дерзко ухмыляющийся пегас с длинной винтовкой, прикрепленной к его броне.

А ещё там был Крупье. Та же шляпа. Тот же пустой, мертвенный взгляд.
На картинке он тасовал горящие карты между копыт.
— Переверни ка... — пробормотала я.

Имя: Смайлинг Джек
Раса: Земнопони
Род деятельности: Игрок-оккультист
Родной город: Галлоус Хилл

Игрок: Эхо

— Понятно, — тихо сказала я.
Это могло быть лишь совпадением. Могли ведь быть и другие пони с таким именем. Однако я начала сомневаться, что совпадения существуют.

Крупье работал на Голденблада. Он был его личным секретарем. А так же Мародером. Как-то так случилось, что всем в этой команде не повезло в жизни. Внезапно все напыщенные тирады Крупье предстали в новом свете: он видел, как команда раскалывается на части после смерти Биг Макинтоша, видел как один соратник сошел с ума, другой встал на преступную тропу, а остальные просто разбрелись кто куда.

Дуф. Псалм. Твист. Джетстрим. Стоунвинг. Ванити. Эпплснэк. Биг Макинтош. Эхо.

Теперь все они были в сборе.

***

— Пес считает, у Пони трудности, — сказал спокойным тоном Ровер, потирая подбородок, и сощурив раненый глаз, — Вот только какие? Хмм...
Он присел на деревянный ящик, который втащил внутрь, пока Триаж подготавливала свои хирургические инструменты.

— Ну, я ноги сломала, — промямлила я, заливаясь краской.
Теперь, когда раненых прооперировали, у специалистов нашлось время на тупых кобыл, которые ломают себе всё, что можно, в попытках вскрыть танки голыми копытами.

Триаж взглянула на Ровера, затем на меня.
— Черт знает, — сказала она, поигрывая сигаретой во рту. — Может она лодыжку потянула?

— Да ноги я сломала, — повторила я, закатывая глаза.

Потирая свой подбородок, и издав еще один "хмммм", Ровер сказал:
— Пес считает, что у Пса есть зацепка, но Пес не уверен...
Он посмотрел на притворно ухмыляющуюся Триаж и продолжил:
— Может чего-то не хватает?

— Да нет. Сам подумай, как такое возможно? — вопросила единорожка с деланным удивлением, и, левитировав мои оторванные конечности, тоже начала потирать подбородок. — Не она ли случаем самый сильный и выносливый киберпони в округе?

— Пес так и считал! — саркастически вторил её Ровер. — Пони ведь так себя и ведет!

— Да говорю же вам: я сломала ноги! — крикнула я, совершенно игнорирующей меня, паре специалистов.

— Может это не физиологическое? — предположила единорожка.

— Пони считает, что проблема у Пони в мозгу? — в притворном шоке спросил Ровер.

— Очень может быть, — уверенно покачала головой Триаж.

— Хорошо! Я — дура, которая сломала ноги! — крикнула я. — Довольны?

Триаж подпрыгнула и посмотрела на меня с широко открытыми глазами.
— Эврика! У нас есть прогресс!

Ровер скрестил руки и, чуть наклонив голову, кивнул.
— Да. Возможно, Пони ведет нас к правильному ответу.

— Но как нам это исправить? То есть, мы же не можем излечить её тупость?

— Нет, нет. Пес, конечно, хорош, но чудеса не творит, — помотал головой Ровер.

— Как же я вас ненавижу, — с сердитым взглядом процедила я.
Парочка спокойно изогнула брови, а затем они одновременно посмотрели сначала на меня, потом друг на друга и заговорщически улыбнулись. Мне такая обстановка не особо нравится.

— У Пса есть решение! Если Пони не может не портить труды Пса, то Пес просто сделает ее куда сильнее, — он с ухмылкой посмотрел на Триаж. — Что думает Пони? Пони-охранница?

Рог единорожки засветился, и я почувствовала некое движение в районе бедра. С хлопком моя последняя нога отсоединилась.
— Думаю, нам надо сразу начать с Пони-Супер-Страж, а то этот вопрос так и продолжит подниматься, — так же с ухмылкой ответила Триаж.

Я сразу же представила, как мне приделают шесть ног, каждую величиной с мое тело, и сразу же завиляла своими культями, в тщетной попытке убежать. Но Триаж левитировала меня обратно к ним.
— Нет, вы меня на стол не затащите!

Врач-единорог поместила меня обратно в центр и стола и вздохнула.
— Шутки в сторону, Блэкджек. Эти протезы не предназначены для вещей, которыми ты обычно занимаешься. Тело, кстати, тоже не железное. Все эти навороты для скрытности тебе не подходят, признай это. Тебе нужны боевые импланты и протезы, которые могут выдержать твои стандартные невзгоды.

— Но я не хочу стать Деусом, — пробормотала я. — Я хочу быть из плоти и крови.
Он тоже хотел.

Триаж фыркнула и закатила глаза.
— Тогда привыкай быть калекой. С такой жизнью, какую ты ведешь, даже талисманы тебе не помощники. А теперь подумай, какая от тебя будет польза, если ты не сможешь даже передвигаться?

— Пошла ты, — прошипела я ей в ответ и прикрыла глаза. Я видела, кем стала Аврора. Тем, кем был Деус. Я уже представляла, как становлюсь еще одной Авророй. Осталось ли в ней вообще что-нибудь понячье?
— Я не хочу стать машиной, Триаж. Я не ... — начала было я, а потом ударила со всей силы затылком о стол. — Блядь!
Я почти видела, как моя мать смотрит на меня из небытия.

«Не всегда дело в тебе, Блэкджек» слышала я голос П-21 у себя в ушах.

Я и раньше жертвовала плотью и кровью ради других. Что же, пожертвую еще чуть-чуть...

Тем не менее, где кончалась та грань, где я переставала быть Блэкджек и становилась Авророй? Не пересекла ли я её уже? Я еле сдерживала слезы отчаянья, накатившего на меня.
— Прости, — пробормотала я.

— Не извиняйся. В подобных обстоятельствах, я другого и не ожидала, — ответила Триаж.

Я закрыла глаза. Я не была Авророй, я была лучше. Я была...

— Что у вас есть? — тихо осведомилась я.

Ровер посмотрел на меня и сказал:
— Пони счастливая: у Пони есть друзья.

— Некоторое время назад профессор Зодиак поняла, что тебе понадобятся протезы по-серьезнее, — сказала Триаж, — не смотря на то, что ты этого не признаешь. Нам сказали искать наработки и образцы проекта "Стальной пони".
Она вздохнула и продолжила:
— Целью проекта было создание кибер-бойцов Стальных Рэйнджеров и Шедоуболтов, но сами протезы и импланты оказалось днем с огнем не найти. Пришлось бы собрать свое КБ, чтобы создать все с нуля.

Я нахмурила брови.
— Так... у вас нет протезов по-серьезнее?

— Не совсем, — ответила Триаж, когда её рог засиял и она левитировала куски черного метала из ящика. Я с удивлением моргнула и уставилась на часть ноги силовой брони Анклава.
— Понимаешь, мы не будем досконально создавать их с нуля. Мы создадим новые на основе твоих ног, остатках силовой брони Скай Страйкера и запчастях для брони Шэдоуболтов.

— У вас получится? — спросила я, не скрывая удивление.

Вздохнув, синяя единорожка сказала:
— Думаю, да. В основе брони Шэдоуболтов лежит все та же силовая броня, просто более усиленная версия. Главной задачей создателей была не броня, а максимальная сила. Однако, нам придется так же укрепить твои суставы и позвоночник, а то одно неудачное падение может стать роковым.
Она левитировала ещё один продолговатый кусок черного металла.
— К счастью, того, что осталось от брони Скай Страйкера должно хватить.
Триаж посмотрела в ящик и скривила губы в недовольной мине.
— Плохо, что от крылатых стражей, считай, ничего не осталось.

А как по мне это замечательно: не люблю то, что может поднять меня выше пяти метров над уровнем земли. Как только я разберусь с телепортацией... Я вздохнула и одарила ее полуулыбкой.
— Просто постарайтесь не сделать из меня робота. Не хочу, чтобы Глори потребовались гаечные ключи во время наших занятий любовью.

— Можно было и без эти подробностей, — содрогнувшись, ответила Триаж, затем левитировала одну из моих ног.
— Сейчас мы тебя подлатаем, хотя плечо нам хлопот-то доставит. И да, нам придется ввести тебя в шар памяти, пока мы будем работать.

— Однако, — добавил Ровер, поднимая палец, — Пони должна будет кое-что сделать в уплату работы.

В общем-то, этого я ожидала.
— Я схожу в Гримхуф.
Мне очень хотелось выследить Стил Рйэна и Аврору, но...

— Таково его требование. А вот у Коллегиума есть отдельная просьба, — проговорила единорожка с улыбкой. — Дело в том, что нам позарез нужен стабильный источник пищи. Сообщество годами продавало нам продукты по завышенной цене. И то, потому что мы руководили их плантациями, а потом они нас турнули и прекратили торговлю. Но есть одна плантация, которая никогда и не работала, вследствие сильного очага ХМА. Сильнее чем, где либо еще. Я не знаю, может это у всех кибер-пони. Не суть. Главное, что у тебя есть некий иммунитет к ХМА. В общем, мы хотим, чтобы ты сходила туда и посмотрела, можно ли с этой плантацией чего сделать.
Похоже, что моя устойчивость к ХМА раздражала синюю единорожку. Думаю, что она не любила загадки почище меня.

— А почему на остальных плантациях нет ХМА?

— Без понятия. Они были своего рода полигоном Стойл-Тек, где выращивали сады и огороды для Стойл. А эту плантацию сдали в аренду некой компании под названием, Розлак Агрифармс. Мы пробовали посылать туда роботов, но турели не дали им далеко заехать.

Розлак Агрифармс. Где-то я уже слышала это название.

— Хорошо, — вздохнула я в знак согласия, — как только выберемся отсюда, так сразу туда.
Чувство некого возмущения не давало покоя. У меня были дела и поважнее. Но, думаю, поиск Стил Райна и Авроры могли и подождать до тех пор, пока я не уплачу долг.

— Замечательно, — покачал головой Ровер. — Хорошо, когда Пони держит слово.

Триаж открыла свои сумки и вытащила несколько талисманов и прочих магических изделий. Затем она левитировала шар памяти и нечто очень острое.
— Надеюсь, ты готова к длинной ночи.

Я закрыла глаза и легла на спину.
— Ночь уже была достаточно длинной.
Шар коснулся моего рога...

oooOOOooo

Мир треснул, разбился на части и сформировался заново. Я была белой кобылкой-единорогом. Она глядела в зеркало. У неё была слегка необычная внешность: зрачки и грива искрились хаотичной радугой. Изящный завиток золота вокруг рога был украшен крошечным рубином и прекрасно сочетался с её сверкающим платьем, усеянным тысячами маленьких драгоценных камней. Разрез на платье выдал её кьютимарку: бриллиант, сверкающий всеми цветами спектра. Единорожка открыла колпачок губной помады, аккуратно провела красную тонкую линию, причмокнула губами и улыбнулась. Она закрыла глаза, глубоко вздохнула и сказала:
— Всё в порядке, Даймонд Флэш. Ты сможешь сделать это.

Она повернулась, взмахнув своим разноцветным хвостом, выгарцевала из ванной и окунулась в суматоху огромного сборища пони. Комната, напоминающая пещеру, была погружена в огни, музыку и шум. Дюжины экранов и кабинок заполнили сводчатую комнату, и пони всех видов, равно как и несколько представителей иных рас, расхаживали по ней, оглядывая разнообразные чудеса. Над этим всем висела магически подсвеченная табличка "Технологическая ярмарка Эквестрии".

Очевидно, я очутилась здесь в самый разгар выставки. В отдалении я заметила Эпплджек, стоявшую под круглым балконом, где находилась моя хозяйка. Пони была рядом с каким-то зелёным жеребцом и разговаривала с Рэйнбоу Дэш. Пинки Пай прохаживалась с охраной двумя этажами выше. Напротив неё Твайлайт Спаркл критически осматривала стенд МТН; похоже, она была недовольна качеством его подготовки. Две изумрудные кобылки-единорога суетились вокруг с экранами, стараясь хоть как-то угодить требованиям фиолетовой колыбки. У Стойл-Тек имелось целых три массивных дисплея высотой с трёхэтажный дом, изображавших строение какого-то Стойла. Стало ясно, что ярмарке не хватало места даже в таком огромном помещении: толпа, ходящая туда-сюда по крыльям и основным этажам здания, была поистине неизмерима.

Даймонд Флэш аккуратно пробиралась через столпотворение; каждый из пони выглядел так же прекрасно, как и она, если не лучше. Она левитировала бокал шампанского и нервно пригубила его, взглянув на экран. Флэш Индастриз делали нечто, заставляющее десятки пони энергично охать и ахать. Единорожка подобралась поближе — хорошо одетые пони посмотрели на неё, оценили её наряд и посторонились.

— Флэш Индастриз, создатели магического оружия, известного по всей Эквестрии, представляют последнейшую и великолепнейшую разработку в технологии матрицы щита! — надрывался оратор, и на дальнем конце платформы словно по волшебству возник гигантский бриллиант. — Вы все знаете работу Флэш Индастриз на примере АЕП-7 с модернизированной фотонной камерой фокусировки, с переработанной кристаллической структурой и возможностью проецировать фокус луча, длину волны, энергию выплеска и скорость перезарядки! А теперь вы станете свидетелями нового поколения энергетического вооружения Флэш!
Знакомый коробкообразный энерго-пистолет появился на противоположном краю сцены.

Бриллиант начал светиться, и вокруг него возник шестиугольник мерцающих панелей.
— Используя лишь лучшие камни из Кристальной Империи, Прибор Развертывания Инерционной защиты Магический Автономный, или П.Р.И.З.М.А., создаёт магический щит, непроницаемый для обычного оружия. Убедитесь сами в потрясающей мощи Флэш!
Пистолет испустил несколько малиновых лучей, бьющихся о вращающиеся панели, которые становились всё ярче и ярче с каждым попаданием.

— Что я слышу? Недостаточно ярко для вас?
Лучевая винтовка появилась рядом с пистолетом.
— Посмотрим, сумеет ли П.Р.И.З.М.А. управиться с устрашающей мощью AER-12, теперь с улучшенными платиновыми держателями камней!
Ярчайшие лучи ударили туда, куда до этого целился пистолет, но щит выдержал.
— Ого! Может, нам нужно кое-что поярче?! Как насчёт Флэш АЕТ-3 Трифорс? — проорал выступающий, и третья винтовка, на сей раз выглядящая немного курносой, встала рядом с сотоварками, чтобы потерпеть сокрушительное поражение в битве со щитом. Парочка пони, находящихся впереди, невольно попятилась, когда рядом с ними пронёсся шквал красных лучей, впечатавшихся в магические панели.

— Я знаю, о чём вы все думаете! Как такое возможно? Но вы ещё ничего толком и не увидели, пони! Потому что я знаю, о чем кое-кто из вас гадает: что если каким-то образом П.Р.И.З.М.А. выйдет из строя? Будете ли вы обречены? — взорвался вопросами конферансье этого странного шоу. — Вовсе нет!
И тогда бриллиант опустился обратно под платформу, хотя магическое поле осталось на месте. Красная энергия врезалась в него и бессильно стекла искрами вниз: щит работал даже без источника питания.
— Так что пока ваши враги стреляют, П.Р.И.З.М.А. будет работать. Воистину чудесное изобретение Флэш Индастриз!

Пушки перестали стрелять, и три красивые кобылки и привлекательный жеребец спустились с платформы, раздавая брошюрки о потрясающей продукции Флэш. Даймонд Флэш облегчённо выдохнула.

— Замечательный экран, — раздался голос позади неё, и она обернулась, уставившись на симпатичного жёлтого земнопони и его компаньонку — красавицу-единорожку.

— Хорс? И Свити Белль? Я... Что за... В смысле... — она боролась с собой, пытаясь успокоиться, и улыбнулась так небрежно, как только могла:
— Я очень рада, что вы нашли это представление впечатляющим.

Он добродушно ухмыльнулся и двинулся с места:
— Лично у меня, однако, есть вопрос касательно того, стоило ли демонстрировать разработку, которая выставляет другую вашу продукцию устаревшей. Это определённо занимательный ход.

Даймонд сглотнула.
— Что, я должна ждать, пока конкурент с потрохами купит М.Т.Н?
Кобылка отрицающе взметнула гривой, умудрившись вложить в незамысловатый жест всю свою грацию.
— Когда вы увидите ценник для одного П.Р.И.З.М.А., вы поймёте, что я в любом случае сделаю целое состояние.
Она посмотрела на Эпплджек, отыскав её взглядом в глубине комнаты.
— Кроме того, М.В.Т. призывает обратить больше внимания на оборонительное снаряжение, такое как силовая броня.

— Уверен, зебры точно оценят их новые разработки, — бросил Хорс с едким сарказмом в голосе. Он оглядел толпу пони и вздохнул. — Сплошные заботы с этой ярмаркой, но именно здесь ошиваются самые высокопоставленные крупы, решая, каким будет будущее.
Он улыбнулся, взглянув на неё ещё раз, и приподнял брови.
— И вы определённо выглядите одной из них. Посмотрите на себя. Скромный изобретатель магического оружия М.Т.Н. Кто мог бы предположить?

— Я... я всего лишь стараюсь делать то, что лучше для компании. И для Эквестрии, — добавила она неуверенно, будто решая для себя, дразнил её Хорс или нет. Она взглянула на Свити Белль, нахмурилась и повернулась к экрану Стойл-Тек, где Свити Белль обращалась к собранию пони. Её глаза расширились, Даймонд переводила взгляд с одной Белль на другую, приоткрыв в изумлении рот.

— Обожаю этот взгляд, — усмехнулся Хорс.

— Это... это робот? — спросила Даймонд Флэш

— Новейший и улучшенный — он улыбнулся. — Свити Бот 2.0, — добавил он со взмахом копыта, а робот на самом деле покраснела и опустила глаза. — Она не для показа, конечно. Она вся для меня. Мне просто нравится смотреть, как Стойл-Тек уходит от потенциальных вопросов. — Хорс взглянул на далекую реальную Свити Бель странным, жестким взглядом. — Однажды я предложил ей копыто и сердце, но она отказалась. Так что я сделал ту, которая согласилась. Я считаю, она удалась на славу.

— Согласна, — произнесла Даймонд Флеш, оглядываясь. — Мне интересно, что произойдет, если появятся Принцессы?

Хорс закатил глаза.
— О, я полагаю, Луна появится, в конце концов. Расскажет немного скучную речь об инновациях, насколько она рада нашим изобретениям, напомнит всем, что нужно сделать все, чтобы выиграть войну, а после этого телепортируется обратно в Кантерлот. Ура, ура, ура. — он пренебрежительно зевнул, — Мне было бы намного больше интересно, если бы Селестия высунула свой рог за пределы школы... но у нее еще меньше желания находиться рядом с оружием, как это. — пони оглядел толпу, а затем подарил ей небольшую жестокую ухмылку. — О,смотри. Ее труп уже здесь.

Даймонд проследила за его взглядом и увидела, как Голденблад весь в шрамах прогуливается по краю комнаты, огибая толпу.
— Кто?

Он взглянул на неё, с жалостливым выражением на лице.
— Ох, да. Ты же не в курсе. Мне действительно уже не следует удивляться.
Он ухмыльнулся и глянул вниз, на пони, что направлялся в сторону дисплеев со схемой убежища Стойл-Тек.
— Это директор Департамента Межминистерских Дел. Тот самый Голденблад.

Даймонд выглянула вниз, на изуродованного пони, который стоял в углу, в стороне от толпы, окружившей Свити Белль. После этого кобылка опять взглянула на Хорса.
— Ну и что?

Жеребец запрокинул голову и расхохотался.
— Подумать только. "Ну и что?" Это так... Мило. — он продолжил наблюдать за жеребцом. — Когда я был временным директором МВТ, я обнаружил много разных интересных вещей о Голденбладе и его маленьком офисе. Вещи, которые вам сложно себе представить. Все лежало прямо-таки на поверхности, достаточно знать, где искать информацию. — Он поймал взгляд Даймонд и его губы искривились в усмешке. — Эпплджек конечно же, не знает. Она не имеет понятия и о десятой части того, что творилось за её спиной. — Он одарил оранжевую кобылу и её сопровождающих соболезнующим взглядом.

— Вы... вы что-то знаете о том, что с ней случилось... несчастный случай, не так ли? — голос Даймонд упал до шепота.
Хорс взглянул на нее, его губы разошлись еще шире. Я знала пони, которые так улыбались... И я захотела стереть эту ухмылку с его лица.

— Почему... конечно же нет. Как вы могли такое подумать? — спросил он фальшивым оскорбленным тоном, прижав копыто к жилету своего смокинга. Затем он взглянул на зеленых сопровождающих Эпплджек и усмехнулся. — Какая трагедия, ведь, тот кто это подстроил был убит, а не задержан. Можете себе вообразить, что могли бы раскопать ребята из Морали, если бы сумели арестовать его? Да ведь, думается мне, кто бы ни организовал это дельце, он не слабо обставил агентов розовой, когда устранил убийцу. Так сказать, утолил жажду мести Эпплснека, не отходя от кассы. — он фыркнул и покачал головой, — Такая ирония...
Говорил ли он о себе или Голденбладе... тьфу... в любом случае, мне это не нравится!

Кобылка нервно облизала губы, отводя глаза от красивого желтого жеребца. Даймонд медленно начала отходить от Хорса.
— Я должна... хм... пойти поговорить.

Но Хорс потянулся к ней и снова потянул в направлении платформы, где демонстрировался П.Р.И.З.М.А.
— Хах. Если хочешь быть одним из игроков, тебе стоит выучить, как делаются дела за кулисами общественной жизни, знаешь ли.
Он мотнул головой в сторону толпы, робот кивнул в ответ и направился туда, отвлекая внимание от парочки.

— Это Свити Белль! — прокатился по столпотворению рокот, а робот слегка позвякивающим голосом принялся петь. Хорс отвёл Даймонд от сцены.

— Чего ты хочешь, Хорс? — спросила она осторожно.

— О, чего же хочет любой из нас? Кобыл. Денег. Особняков... — ухмыльнулся он — Позвольте мне задать вам тот же вопрос.Чего хотите вы, Даймонд?

Она задумалась на секунду.
— Ну... делать то, что лучше для моей компании. И для моей дочери. И... для Эквестрии, конечно.

Он наигранно зевнул.
— Да. Как добропорядочно по отношению к вашим акционерам, природе и нации. — Он нахмурился и подошел ближе. — Чего вы хотите? Действительно хотите? Какие ужасные, эгоистичные, неблагородные желания мурлычат в вашем сердце, заставляя показать магический талисман, который делает все другие ваши виды оружия, и возможно саму войну, устаревшими?

Даймонд посмотрела в его властные карие глаза.
— Магия — сказала она почти шепотом — я... я никогда не была хороша в ней. Всё, что я могла сделать,так это управлять светом... и когда это перестало приносить пользу, я была... переведена на освещение в лабораторию. Я хочу... сделать магию. Мощную магию. Мощную, как у принцессы, или как у Твайлайт! — сказала она горячо.

Небольшая, торжествующая улыбка промелькнула на его лице.
— Мммм... вы бы хотели иметь возможность сделать это? Творить магию невероятного уровня?

Она на мгновение замялась, потом кивнула.
— Больше всего на свете.

Хорс усмехнулся, а затем склонил голову к маленькой двери.
— Позвольте мне показать вам кое-что.

Он провел её через маленькую служебную дверь вниз, в коридор обслуживания, просматриваемый медленно поворачивающимися камерами наблюдения. Хорс вытащил странную карту с драгоценными камнями и поднял её, когда они подошли к камерам; раздался сигнал, и красные огни над камерами выключились. Он взглянул на недоверчивую кобылку и подмигнул. В конце концов, они дошли до небольшого, невзрачного офиса и он спрятал карту. Хорс подошел к большим книжным шкафам.
— Ах, старое произведение, но занимательное."Принципы власти..." — он протянул копыто и вытащил книгу.
— И "Применение технологий," — пробормотал он, вытянув другую. Раздался слабый щелчок, и книжный шкаф отъехал в сторону.
— Классика никогда не стареет.

Он вытащил другую украшенную карту из своего смокинга, взяв её ртом. Сразу же за шкафом появилась стальная дверь. На ней красовался символ Министерства Военных Технологий, но я ещё приметила маленький значок Д.М.Д. в углу двери. Красная линза выскочила из середины двери и просканировала Хорса, Даймонд и странную карту. Дверь с шипением открылась,и два огромных робота, возможно самые первые модели Ультра-Стражей, выкатились из своих ниш.

— Один A два Ц четыре Д три И, — сказал Хорс вскользь, убирая карточку. Мгновенно, оба робота направили свое оружие в сторону Даймонд. Она вскрикнула, и он поспешно добавил — И один консультант. Роботы запищали и вернулись в свои ниши.
— Пугающие вещи происходят порой, не так ли?

— Что это за место? — нервно спросила она. Помимо двух роботов здесь находилась шахта лифта с подъемной платформой.

— Это Министерство Военных Технологий — сказал он, вступив на лифт.
— Там, внизу... ну... это удивительно.
Он ухмыльнулся ей.
— Вы всё ещё можете уйти, Флэши. Вернитесь к созданию продуктов с участием в заседаниях совета директоров и гоняйтесь за квартальными показателями .

Я знала, что был только один ответ. Она повернулась и встала на платформу рядом с ним. Подъемник покачнулся и начал снижаться. Только зеленые огни давали слабое освещение, пока они спускались вниз

Даймонд начала нервно расхаживать туда-сюда.
— Куда мы едем?
Гладкие бетонные стены уступили место необтесанному камню, укрепленному балками.

— Вниз — ответил он просто — В глубинах под Хуффингтоном есть много чего. Еще до того, как изначальный город был разрушен до основания, он имел довольно потрясающее количество стоков, канализационных труб, и тоннелей доступа. Это как если бы город всегда пытался заставить своих жителей исследовать его недра, забираясь всё глубже и глубже под землю. — Он взглянул на неё и усмехнулся.
— Нервничаешь?

— Нет, — резко сказала она.

— Лгунья — ответил он — единороги всегда лгут, когда дело доходит до подземелий. Вы любите блестящие вещи... но камни? Грязь? Кости? Нет, тебе действительно здесь не место — сказал он, случайно посмотрев на стену.

Даймонд посмотрела на него с изумлением.
— Вам... не нравятся единороги?

Он посмотрел на нее, приподнял бровь и улыбнулся.
— По правде говоря, я ненавижу всех вас до единого — он повернулся к каменной стене. — Это ревность, на самом деле. Вы созданы, чтобы творить чудеса. Мы не можем. Это ваша мечта - сделать невероятное волшебство. Ну, а моя мечта, что когда-нибудь мы будем иметь технологию настолько совершенную, что не будет разницы между единорогами и другими пони. Мы все будем равны.

— Ты ... пугающе откровенен — пробормотала она.

Он коротко рассмеялся.
— Это все из-за места.Оно приносит извне честность в меня — Он повернулся и указал на стену, которая теперь сверкала огромными черными полосами — Как только мы вырыли туннели, чтобы принести строительные материалы в Ядро, мы столкнулись с этим слоем обсидиана. Он толще любого,с каким я когда-либо сталкивался. Это странно, потому что обсидиан редко образуется так глубоко под землей. Он также плохая основа для небоскребов, но, зачарованный и обработанный, является весьма полезными в качестве строительного материала. Но под ним мы столкнулись с кое-чем еще более удивительным... слой битого и сжатого гранита.

— Моих... знаний в геологии несколько недостаточно — призналась Даймонд.

Хорс невесело усмехнулся
— Это была единственная вещь, которая мне нравилась в Голди. Он мог говорить про камни весь день. Я думаю, что это единственное, что мне в нем нравится. — Он указал на серые стены. — Гранит сформировался несколько эпох назад, это самый твердый камень в мире. Но что-то разрушило его на куски. Это был не какой-то медленный процесс эрозии, а быстрое разрушительное явление. Ещё более удивительным оказалось то, что в нескольких местах мы обнаружили ниши с нетронутыми зебринскими руинами, похороненными под лавиной мусора .

— Зебры? В Эквестрии? — спросила она, сбитая с толку.

— Умоляю вас. Это было за много веков до создания Эквестрии. Юникорния и Пегасополис требовали от нас поставок еды, — сказал он, закатывая глаза.
— Мы остановились на двух теориях. Либо произошёл своего рода катаклизм - извержения вулкана, или колоссальный удар взорвал гору гранита и разбросал обломки по всей долине. Магма поднялась и быстро охладилась, формируя слой обсидиана, который был похоронен под камнем. — Он сунул копыто в смокинг и небрежно вытащил кусок блестящего серебристого металла.
— А потом мы нашли это.

— Что это? — спросила Даймонд.

— Звездный Металл. Небесное Железо. Метеорит. Или, скорее, то, что от него осталось. То, что я обнаружил, это не просто элемент или сплав. Он имеет своеобразную атомную структуру, способную проявить особые видимые эффекты — Он самодовольно улыбнулся.
— И я понял, что этот металл не просто создание забавляющейся природы. Это была технология. Непонятная технология для всех, кроме очень немногих избранных. Технология, которая позволит нам не только закончить войну с изумляющей легкостью, но и полностью преобразить мир. А может, и всю Вселенную.

Даймонд сделала шаг назад от усмехающегося Хорса.
— Конечно, это просто моя любимая теория. — Он посмотрел вниз, где зеленое свечение становилось ярче и устойчивеё.
— Тогда мы нашли... — Он замолчал, и вдруг лифт упал в исполинское, идеально круглое пространство
— ...это.

Несколько зелёных огней вдоль подвесных тросов лифта были единственным источником света, безуспешно пытавшимися осветить огромное пространство вокруг нас. В изумрудном сумраке плавали бесчисленные пылинки призрачно белого цвета, кружащиеся в центре помещения. По краям пещеры находились зазубренные серебристые кристаллы, выступающие на добрую сотню футов. Зелёные дуги потрескивающей энергии вспыхивали там и сям, танцевали на краях лезвий, как далёкая гроза. Рой крошечных жужжащих точек кружился и извивался около серебряных пиков, похожий на металлический туман.

— Что... как... — выдохнула Даймонд, уставившись в полумрак. Лифт скользнул вниз к массивному шарообразному объекту, начиная останавливаться в самом центре камеры в сотнях футов над землёй.

— Не мы создали это, — Хорс запустил какие-то машины, окружившие их со всех сторон. — Нечто когда-то и где-то создало это, используя технологии, которые мы и вообразить не можем. Инженеры Эпплджек и исследователи Твайлат назвали это "Токомэйр". Зебры называют его "Пожирателем душ". Я же предпочитаю смотреть на это как на будущее расы пони.

Она моргнула и изумлённо уставилась на него.
— Каким... каким же образом это... может быть нашим будущим?
Лифт замер, достигнув станции. Кольцо терминалов замерцало, и полудюжина пони заняла места около каждого. Гул заполнил всё пространство, достигнув такой силы, что моя грива встала бы торчком, услышь я его самолично. Даймонд заколебалась, когда знакомая волна бессилия прокатилась по её телу.
— И что... что это кричит?

Странная жёлтая кобылка с нелепо расположенными глазами и подвязанной чёрной гривой подскочила к ней и передала маленькую пластиковую коробочку на ленте из того же материала.
— Вот, возьми, — у неё был чудной акцент. — Это единственная вещь, которая может противостоять энергии окружающей среды.
Даймонд нацепила коробочку на шею и облегчённо вздохнула.
— Доктор Токо, глава проекта "Токомэйр".

— Ты из Нэйпорна? — спросила Даймонд Флэш в шоке.

— Точно, — пони улыбнулась и указала на остальных. — Это Бастиль из Фэнси. Грозная на вид серая кобылка-земнопони кивнула, практически неразличимая за своим терминалом. — Троцкий из Сталлионграда.
Голубой жеребец с внушительной лохматой бородой подскочил и поцеловал копыто Даймонд.
— Хала из Седельной Арабии, — Токо показала на большого, до сих пор умудрившегося оставаться незамеченным... пони?
— Гармония из Кристальной Империи, — идентифицировала она белую кобылку. Кобылка... сверкала? Ладно. Блестящие пони — вот где моё терпение лопнуло. Пора бы уже остановиться со всем этим.

Но я не смогла как следует подготовиться к тому, что увижу дальше. К виду последнего члена исследовательской команды.
— А это Амади, — Токо протянула копыто в сторону последнего участника маленькой приветственной викторины, фигуры, скрытой большим плащом.

Она выступила вперёд и стянула капюшон, открывая всеобщим взорам полосатые черты мордочки и гриву. Это был жеребец. Однако он не был просто полосат. Он был покрыт татуировками, которые подчёркивали его полоски. Странные глифы усеивали его шкуру, сливаясь в широких сложных племенных метках. Взгляд жёлтых глаз сосредоточился на Даймонд, и он слегка улыбнулся, будто находя всё происходящее здесь не более чем маленьким развлечениям для себя.

— Зебра? Что... как... — Даймонд сглотнула; её рот шевелился, но никаких звуков не доносилось. Наконец, она справилась с собой.
— Я думала, зебры были... э-э-э...

— В правительстве есть определённые личности, которые могут, если понадобится, проигнорировать текущий политический курс. Кроме того, другие зебры ненавидят моё племя куда сильнее, чем всю расу пони. — нараспев произнёс Амади. — Для меня великая честь быть тут, — добавил он. С пониманием качнул головой, глядя на неё.
— Но это трудно осознать, я согласен.

Даймонд Флеш повернулась к Хорсу.
— Что... Почему я здесь?

Токо указала на гигантские металлические шипы и сказала:
— Токомэйр — это инопланетное устройство беспрецедентных силы и потенциала. Но хотя кое-кто из нашей команды вынашивает более... диковинные теории о его потенциале...
Токо уставилась на Амади, прыснувшего и тут же с виноватым видом склонившего голову.
— Наша задача проста: неисчерпаемая энергия для всего мира.

— И конец всем войнам, — подтвердил Амади. — С этим устройством борьба за ресурсы сойдёт на нет. Пони и зебры обретут мир. Все обретут мир. С согласия звёзд, разумеется.
Может, дело во мне, но было что-то в том, как именно он произнёс последнюю фразу. По моей несуществующей спине пробежали несуществующие мурашки.

— Да, использование невообразимо продвинутой технологии для того, чтобы светили лампочки. Как... впечатляюще... — сарказм в голосе Хорса царапал слух.

Даймонд смотрела то на одного то на другого — Я не понимаю. Что я могу сделать?

— Подозреваю, что будет проще показать ей, — Токо подскочила к панели управления и начала быстро нажимать на кнопки. Все стали надевать очки с зелёными линзами, висевшими на их шеях, а Амади протянул одну пару Даймонд. Стоило ей нацепить их, как пространство мгновенно окрасилось в разнообразные оттенки изумрудного.
— Гармония? — спросила Токо, когда остальные пони принялись за работу. Сверкающая кобылка приступила к манипуляциям с запутанно высеченными кристальными стержнями в своей панели.
— Ювула находится прямо в центре пустоты. Чуть ближе, и радиация вкупе с разрядами станут... опасными.

Четыре длинных кристалла выскочили из висящей платформы к искрящейся стене. Над нами четыре длинных металлических руки, покоившиеся вдоль лифтовых канатов, медленно качнулись вниз и опустились в далёкое ничто. Яркие золотистые палочки замерцали на кончиках пальцев.
— Особые магически устойчивые молниеотводы? — спросила Даймонд с улыбкой.

— Лучшие из того, что может предложить Флэш Индастриз, — засмеялся Хорс, колдуя над своей панелью. Внезапно далёкие тёмные пылинки взвихрились, будто захваченные песчаным штормом, и помчались к платформе. Крошечные металлические шарики впорхнули в рой вокруг платформы, устремились к большим лебёдкам над лифтом, жужжа, словно невообразимый пчелиный улей.
— Мехоспрайты. Кое-что, что никогда не будет выставлено на продажу... но очень полезно в условиях агрессивной окружающей среды. Как эта.
Когда последний летающий механизм возвратился в коробку, он помахал Токо.
— Здесь всё готово.

— У нас имеется полное наполнение. — произнёс Троцкий со стороны своего терминала. — Есть ли нужда нам идти на сотую часть?

— Без сомнений. Дай системе размяться, — откликнулась Гармония.

Амади склонил голову.
— Ашхтар. Шаррак. Дагон. Не обрушивайте на нас ваш гнев, но подарите жалким смертным частичку вашего могущества.

— Может, нам стоит заодно помолиться и БугиБаку с Безголовой Лошадью? — протянул Хорс.

Зебра нахмурился.
— Возможно, когда ваш народ пострадает от мощи, лежащей за пределами вашего понимания, вы выкажете больше уважения к молитвам.

Жёлтый жеребец закатил глаза.
— Уверен, когда дело дойдёт до такого, это будет настоящее чудо, которое запомнят в веках. Начнём?

— На сотую часть, — предупредила Токо. — А сейчас поберегите уши.
Все присутствующие быстро надели странные наушники, обитые кристаллами.

Гул стал наполнять воздух, когда четыре кристаллических палочки вступили в резонанс. Неестественное звучание взвилось зловещим контрапунктном, доносясь от серебряных пиков.
— Настройка по частоте, — крикнула Гармония. Её голос был едва слышен. Она повернула регулятор. Циркулирующие пылинки света энергично завертелись вокруг платформы.
— Это произойдёт в любую секунду. Готовьтесь. — сказала она, и жужжащие кристаллы выдали приятную ноту.

Мерцающее изумрудное свечение вокруг серебристых выступов пропало. Затем кристальную ноту заглушило одиночным мощным гулом, донёсшимся со всех сторон. Даймонд заорала, упав на платформу. Гром грохотал вокруг неё, и она увидела, подняв глаза, десятки потоков молний, разрывавших пространство и бивших вершины серебряных выростов. Молнии бежали вдоль тонких кабелей, протянувшихся по краям металлического основания платформы. Шторм длился всего пару секунд. Даймонд закашлялась, когда её носа достиг резкий кислотный запах, разлитый в воздухе.

Она посмотрела на четыре молниеотвода; вернее, туда, где они были. На их месте теперь находились обугленные висящие палки. Хорс присвистнул:
— Вы только поглядите на это! Снова спалили все предохранители.

Даймонд сняла наушники дрожащими копытами:
— Никогда не видела, чтобы такое случалось с нашими особо устойчивыми молниеотводами. И это только сотая часть энергии, спрятанной здесь?

Токо улыбнулась ей:
— Нет. Если наши подсчёты верны, то это лишь сотая часть одного процента мощи, на которую способен Токомэйр.

Святая Селестия.
— Святая Селестия, — ахнула Даймонд. — Как такое вообще возможно?

— Мы точно не знаем. Токомэйр, похоже... реагирует строго на определённую частоту. Но, как вы можете видеть, нам нужно что-нибудь, что способно экранировать и направлять энергию. И Флэш Индастриз в этой области — несомненный лидер. Ваш П.Р.И.З.М.А., а также иные исследовательские проекты по управлению энергией могли бы здорово помочь, — Токо сняла очки. — С вашими щитами мы сможем не только приручить Токомэйр, но и использовать его энергию по всей Эквестрии. А может, и во всём мире.

Я вспомнила про камеры с мегазаклинаниями, находящиеся под городом; существуй хоть какой-нибудь способ направить к ним энергию, которую я здесь увидела, зебринские планы по уничтожению Ядра внезапно смогли бы стать реальными. Ужасающе реальными. Если бы пони, живущие на поверхности, знали, какой сюрприз скрывается в глубинах земли, они бы быстро сошли с ума. Все как один.

— Энергия, подобная этой... может потребовать дюжен или сотен... а то и тысяч... устройств П.Р.И.З.М.А. И механизмов, контролирующих их, и... — Даймонд закрыла рот, уставившись на далёкие серебряные зубцы и их мерцающий свет.

Хорс подошёл к ней.
— Итак, что скажешь? Хочешь сотворить магию, которая заставит Твайлайт Спаркл позеленеть от зависти?

Даймон Флэш переводила взгляд от одного участника исследовательской группы к другому и наконец остановила его на Хорсе. Она улыбнулась.
— Я начну сегодня же.

oooOOOooo

Когда память закончилась, я очнулась на столе, чувствуя себя так, будто меня превратили в катушку и обмотали вокруг чего-то. Не слишком помогало и то, что весь мой позвоночник ощущался... жестким, а плечи и бёдра болели. Так вот что такое Пожиратель Душ: либо монстр с далёких звёзд, либо смехотворно могущественная машина. В любом случае Пожиратель выжидал удобного для себя мига прямо под Ядром. Удобного для чего? Что ему нужно было сделать с Горизонтами, если вообще нужно? О, кого я обманываю... Такая штука непременно связана с ними!

Или все таки нет... Я попыталась думать о чём-нибудь другом: никакого Голденблада. Трудно было представить, заговор в Эквестрии без участия этого травмированного ублюдка, но я предположила, что, по статистике, должны были быть некоторые в которых он не был вовлечен. Может быть, он был и не учавствовал. Или, возможно, Голденблад провел этот из-за кулис, и ... Я застонала и потерла лицо холодным, черным копытом. — Почему так много проклятых секретов?

— Потому что это Хуфф, — сказала Триаж, когда она взяла шар памяти и вернула его в сумку.
— Так... Токомейр. Что ты думаешь? — Спросила она идя обратно к столу с только что зажженной сигаретой в губах.
— Ты видела Токомейр. Чудесное механическое чудовище Хорса.

Я вздохнула и вдруг вывалила всё, что было у меня на душе:
— Я думаю, что это лишь ещё одно доказательство того, что всё, что было сотворено за время войны, не стоило и выеденного яйца! Это как глупая вера Авроры в то, что всё будет хорошо, стоит им только получить одну вещь, всего одну! И Даймонд Флэш наступила на те же грабли! И никаких сомнений в себе. Никаких "погодите-ка, что если эта штука сожрёт нас?", или "может быть, с опасной радиацией, выпивающей жизни, не стоит заигрывать?", или чего-то в этом духе. В Эквестрии что, вспыхнула эпидемия тупости?

Ровер рассмеялся, присоединяя мою ногу в новый сустав в моем отремонтированном плече.
— Типа того, пони. Спросите гуля. Пони мчатся вперед так быстро, как только могут. Пони являются стадным животным по своей природе. Больше того, пусть пони подумает об Эквестрии до войны пони.

Триаж подключила кабель в моём другом плече.
— И тогда существовали трудности, конечно, но всё, что требовалось, - особенно для Твайлайт Спаркл и её друзей, но и другие годились, - это сделать одну вещь, которая бы исправила всё это в мгновение ока.
Она подарила мне кривую усмешку.
— Ты не единственный единорог, которому любопытны шары памяти. До войны они бы просто использовали Элементы Гармонии и сделали всё лучше. Как тогда, когда вернули кристальное сердце на пьедестал и изгнали короля Сомбру. Просто делай Х, и Y исчезло или исправлено. Всё элементарно.

Ровер вздохнул, поднимая мою последнюю ногу и начиная прилаживать её к гнезду плеча. Раздались какие-то пощёлкивающие звуки, и после соединения по телу пронеслась тёплая покалывающая волна.
— Пони никогда не понимает, что иногда случается так, что Х ведёт сначала к Y, потом к Z... и таким буквам алфавита, о которых пони никогда даже не задумывался.
Он мог выговорить алфавит, но не мог научиться говорить во множественном числе... или хотя бы втором лице?!

Он протянул руку к лотку, поднял черный ошейник двумя пальцами, и привязал его вокруг моей шеи с бессловесной ухмылкой восхищения развлечением. Я почувствовала, что сильно краснею, от того что он затянул его вокруг моей шеи. — Спасибо, — пробормотала я смущенно. Он не сказал ни единого слова, и Триаж посмотрела на меня, на металлическое кольцо на горле, а затем обратно на меня с язвительной ухмылкой. — Что? — отрезала я защищаясь.

— Я ничего не говорила, — сказала Триаж, а Ровер хихикнул.

Я вздохнула, глядя на кровь и ошмётки металла около стола. У моего Л.У.М.а теперь был слегка иной интерфейс: по-прежнему голубой, но уже с более витиеватым узором наверху, внизу и в верхних углах обзора Л.У.М.а.
— Я могу подняться? — застонала я, гадая, какой ущерб они мне нанесли своими затеями уровня доморощённых механиков и костроправов.

— Да, но будь осторожней, — предупредила Триаж. Я соскользнула со стола, чувствуя себя определённо... тяжелее. Эти ноги были не так легки и быстры, как мои прежние.
— Я думаю, нам всё неплохо удалось. Если бы остальная его броня оказалась бы цела, мы, возможно, смогли бы полностью модифицировать твоё тело.

— Спасибо. Этого вполне достаточно, — я потянулась и поглядела на копыто. Теперь оно было не белым, а имело блестящий цвет силовой брони Анклава, уходящий в сине-металлический оттенок. Я попыталась выпустить пальцы, но ничего не вышло.
— Нет пальцев?

— У пони есть пальцы, — он постучал по моему переднему копыту. — Пёс не знает, почему пони не может вытаскивать. Талисман должен работать.
Ровер хмурился, рассматривая мои ноги, как будто неработающие пальцы были для него личным оскорблением. Я прошлась взглядом к своему плечу и уставилась на пластины там. Они были больше и тяжелее. Я оглянулась на бёдра, но чёрный металл кончался на середине бедра и продолжался на ляжке.
— Пони думал, ты бы хотела сохранить задометки пони.
Триаж фыркнула и затянулась неприлично долгой затяжкой, избегая моих глаз.

— Да, ну, у нас не было достаточно брони, чтобы полностью укрепить твои бёдра снаружи, но я разместила кое-что внутри и думаю, что вышло хорошо, — внезапно кобылка зевнула и потрясла головой. — И на этой ноте я ухожу спать. Кто-нибудь ещё приберётся. Убедись, что вскоре съешь достаточно металла и камней. Твои восстановительные системы будут работать на пределе некоторое время.

Я кивнула, вытащила один из киберпонячьих кексиков Глори и начала есть. Он пришёлся как раз кстати со своей яблочно-масляно-металлической вкусностью, но я всё ещё хотела найти зеркало. Я хотела видеть, что узреет Глори, как только посмотрит на меня; я всё ещё Блэкджек или уже нечто совершенно иное?

— Что это пони ест? — Ровер понюхал воздух.

— А, Глори сделала их для меня, — я левитировала несколько. — Все, что нужно киберпони.

Он поднял одно и принюхался, затем осторожно укусил. Тщательно пережевал его, сглотнул. Его зрачки расширились.
— Эта вещь драгоценна!
Он проглотил остаток, прежде чем я успела моргнуть.

Наконец! Кто-то с действительно хорошим вкусом!

* * *

В комнате реабилитации в конце коридора нашлось большое зеркало и я, набравшись храбрости, сотворила магический огонёк.
— Только бы не Аврора. Только бы не Деус, — пробормотала я, прежде чем по-нормальному взглянуть на своё отражение.

Ладно. Всё было не настолько... плохо, как я ожидала. Я выглядела так, будто надела половину комплекта силовой брони Анклава, а вторую оставила. Помимо ног, большая металлическая пластина защищала мою грудь по плечи. Чёрные металлические сочленения шли вдоль позвоночника до хвоста. Бёдра мои по-прежнему оставались голыми. С одной стороны, тактически оставаясь уязвимыми, но с другой стороны становясь замечательным напоминанием того, что я, хотя бы частично, из плоти и крови. Защита позвоночника, сужаясь, поднималась до основания гривы, где расходилась двумя тонкими полосками, заходящими за уши.

— Блэкджек? — позвала Глори у меня за спиной и я замерла. Взгляд её розовых глаз прошёлся по металлу, идущему вдоль моей спины, до бёдер и вниз по ногам, прежде чем она посмотрела в мои глаза. Она выглядела совершенно измотанной, но всё же слабо улыбнулась мне. — Ничего себе.

— Триаж и Ровер устали от того, что я постоянно себя ломаю. Так что... апгрейд. Веселимся! — закусив губу я потёрла ногу передним копытом. — Это ведь не так уж плохо... верно?

Она улыбнулась и подлетела ко мне.
— Не так плохо, как я боялась, это может выйти, — ответила она, потёршись носом о мою замечательную, из плоти и крови, шею. Наш поцелуй стал восхитительным напоминанием о том, что значит быть кобылой.

— Я боялась... — начала я, но она прижала крыло к моим губам.

— Ты не Деус и ты не моя мать, — тихо сказала она.

— Как твой отец? — спросила я с беспокойством.

— Стабильно, — ответила Глори. — Лайтин Дансер связалась с Анклавом. Хотя я... не знаю, пришлёт ли ему хоть какую-нибудь помощь Тандерхед. Что-бы мать не сделала с ним... ну... сомневаюсь, что это можно как-то исправить. Создаётся впечатление, будто его тело забыло, как самоисцеляться, — вздохнула она и потёрла лицо копытом.
— Я думала о тех детях и о том, что бросила его там... по крайней мере с ним осталась Лайтин Дансер. Насколько я знаю разведку, они его не бросят. Но всё же... это тяжело.

— Может однажды Общество сможет и его превратить в киберпони... возможно... — я замолчала, сомневаясь в своих словах. Видя, как она опустила взгляд, я бы сказала, что эта мысль вообще её не заботит. — С тобой всё будет в порядке? — спросила я, поднимая её лицо копытом и заглядывая в её глаза.

— Я с тобой, Блэкджек. Сложно придумать более безопасное место, — тихо пробормотала она, крепко обнимая меня и чуть улыбнулась. — А теперь, позволь мне проверить, как работают улучшения Триаж. Дадим тебе полную нагрузку? — намёк был настолько неприкрытый, что мне пришлось собрать каждую частичку своего самоконтроля, чтобы не фыркнуть.

— Что ж, идёт, — хихикнула я. — Но я уже давненько не играла в доктора. — тут я взвизгнула, когда её хвост шлёпнул меня по заду. — Прости, — добавила я, а она зацепилась хвостом за мой ошейник и потянула меня к кровати.

* * *

Здесь, на давно неиспользуемом матрасе, мы обе напомнили себе, что, как бы ни было плохо, мы по-прежнему можем наслаждаться друг другом. Возможно это было не самое подходящее время для близости, моё тело всё ещё саморемонтировалось и она была наполовину измотана, но когда мы, закончив, лежали на кровати, перепутавшись конечностями, я не могла не ощущать чистое наслаждение.

* * *

Заброшенная и одинокая Капелла каким-то образом выглядела ещё меньше и пустыннее, когда шёл дождь и все Крестоносцы попрятались по домам или в больнице. Тем не менее, даже после боя кое-кто из жеребят остался на вышке и присматривал за холмами, окружающими городок. Они с интересом наблюдали, как небесная телега, левитируемая Лакуной, приземлилась в центре площади, и мы с П-21, Скотч Тейп, Чарити и парой-тройкой пострадавших детей выбрались наружу. Глори вместе с пегасами Нейварро летели за нами; я не собиралась оставлять их с ней в госпитале наедине. Можете назвать меня параноиком, но эти трое пялились украдкой на Глори всякий раз, когда она проходила мимо них.

— Мы должны надрать этим Предвестникам задницы, — сонно пробормотала Скотч Тейп, и П-21 вытащил её из телеги, разместив у себя на спине. Рэмпэйдж вышла из тени около почтового отделения, и секундой позже рядом с ней появилась чешуйчато-фиолетовая Прелесть. Её сощуренные зелёные глаза сфокусировались прямо на моих новеньких металлических "обновках". Она осталась невозмутима: один урод встретил другого.

— Ты сможешь надрать Предвестникам всё, что захочешь, но после того, как поспишь, — П-21 нацепил свою широкополую шляпу на голову Скотч. Глори зевнула и потянулась, её голубые крылья затрепетали. Она устало улыбнулась мне и потёрлась носом о мою щёку ещё раз, прежде чем поковылять вслед за уходящим пони. Твистер проводила её взглядом, посмотрела на меня и невнятно сказала что-то насчёт того, что ей и её бойцам нужно отдохнуть, разворачиваясь в противоположном от идущих направлении.

— Какие-нибудь трудности? — спросила я Рэмпэйдж и драконокобылку. Мой интерфейс выдавал предупреждение о нехватке мощности; видимо, моим новым аугментациям требовалось больше энергии, чем старым. А может, мои лечащие и восстанавливающие талисманы были уже на пределе.

— Парочка мусорщиков попыталась спереть шмотки, которые оставили Предвестники. Мы их отогнали, — Рэмпэйдж указала на усадьбу. — Предвестники больше носа сюда не кажут. Как и их танк.

— Можно подумать, большая потеря, — проворчала Чарити. — Буду очень рада, если он вообще забудет дорогу сюда.

— Мне нужно больше драгоценных камней, — сказала я, пытаясь удержаться от того, чтобы почесать саднящую шею. Там дело было не в мышцах, уверена. Я посмотрела на Звёздный Дом, вспоминая, оставила ли я там хоть какой-нибудь запас вкусных камешков. И я бы точно не отказалась от одного из кексиков Глори... если их уже не умял Ровер.

— У меня есть несколько, — Чарити захромала к зданию почты. Очевидно, раны от шрапнели сделали кобылку чуточку более щедрой.

— Ты хочешь сказать "у меня"? — прошипела Прелесть, сузив глаза. Чарити развернулась к ней и одарила чешуйчатую пони яростным взглядом, заставив ту отдёрнуться. Драконокобылка содрогнулась и быстро поправилась:
— В смысле, у меня на хранении?

— Поделись двумя-тремя, — фыркнула кобылка. — Да и никогда не помешает загнать Блэкджек в долги на случай, если нам потребуется её помощь против ещё одного танка.
Химера с укором взглянула на меня и зашла обратно в здание.

— Ещё один танк? — я всхрапнула. — Неужели ты думаешь, что мне снова придётся разбираться с чем-то типа этого?

Чарити остановилась в дверях и оглянулась на меня.
— Если судить по тому, как тебе везёт, Блэкджек, это будут три танка. Летающих.
Я застонала, осознавая её правоту. Я последовала за ней внутрь магазина, где озадачилась отсутствием значительной части оружия там. Куда Чарити попрятала снаряжение, которое жеребята награбили с Предвестников? Они не могли притащить его в больницу, там по-прежнему было полно раненых. Кобылка захромала куда-то вглубь здания и исчезла среди ящиков.
— Спускайся в Стойло.

Погодите-ка. Стойло? Я нахмурилась и кое-как втиснулась между коробками и шкафами, вмещавшими основную часть добра деревеньки, к лестнице, ведущей вниз. Раньше я её не видела.
— Не может быть... — выдохнула я, глядя на стальные стены и торчащие кабели, заставившие мою гриву чесаться. — Невероятно.

Я спустилась вниз за парочкой уже зашедших; мои чёрные копыта лязгали куда громче, чем белые. Я осеклась при виде огромной круглой двери, расположенной в бетонной стене. Выцветшая белая краска складывалась в число "94".
— У вас тут стойло внизу!

— Ага, точно. Вот почему мы живём на поверхности, где нас обстреливают все кому не лень, — резко сказала Чарити, подходя к панели управления около двери. Секундой позже над дверью вспыхнули огни и зазвучала сирена. Скрипя и перемалывая маленькие камешки под собой, дверь медленно закатилась в стену.

— Добро пожаловать в Стойло 94 — самое маленькое стойло Пустоши, — Чарити переступила порог. Заглянув внутрь, я убедилась, что она была права. Здесь не было ярко выраженного вестибюля, как в Девяносто Девятом. Необычайно толстые стены окружали пространство в шесть метров высотой, двенадцать метров шириной и восемнадцать с лишним метров длиной. Тут не было никаких ответвлений или боковых коридоров: всё стойло являлось одним единственным помещением. Здесь, куда бы я ни посмотрела, находились ящики с ценным содержимым, начиная с разных безделушек и заканчивая оружием, боеприпасами и бутылочными крышечками. Я опознала огромное количество изящной одежды из усадьбы и парочку пластиковых бочек, забитых крышечками, битами и другим добром.

Я, бывало шутила насчёт того, что Чарити завладеет всеми крышечками в Пустоши, но даже не подозревала, насколько я близка к правде.

Чарити дохромала до кровати в углу комнаты, где находился ещё и рабочий терминал. Рядом лежала целая куча драгоценных камней. Прелесть взгромоздилась туда и начала мрачно отсчитывать мне рубины.
— Можешь забрать их. Мне не нравится их вкус, — она свернулась на горке, обиженно надувшись.

Я левитировала дюжину себе, закинула один в рот и принялась рассасывать его, с недовольным видом смотря на жёлтую кобылку. Когда мои системы приблизились к тому, что можно с натяжкой назвать нормой, я посмотрела на раскиданные повсюду вещи и остановила свой взгляд на Чарити, выгибая бровь. Она ощетинилась в ответ:
— Что?

— Ничего. Я даже не подозревала, что у тебя тут так... много всего, — я продолжала рассматривать сокровища, — Я удивлена, что вы вообще сражались, хотя могли бы спокойно запереться здесь.

— Может, это оттого, что мы не идиоты? — с презрением ответила она. — Может, мы знаем, что всё, что будет нужно осаждающим, — это покараулить, пока мы не начнём умирать от голода? А может, это потому, что я очень не хочу, чтобы взрослые прознали, чем тут внизу можно поживиться. Или, может быть, я хотела доказать Пустоши, что мы чокнутые жеребята, которых так просто не поиметь, хотя Священнику и вытащили кишки наружу. В принципе, можно всё сразу, — решительно закончила она.

Я села, подняв копыто в останавливающем жесте.
— Ладненько. Хотя бы честно. Но что это за место? Это стойло или нет?

Чарити показала на терминал около своей кровати.
— Думаю, его предполагали сделать стойлом, но в Стойл-Теке определённо перемудрили. Можешь почитать сама.

Я подобралась к терминалу, ударила пару клавиш и, к своему счастью, не увидела никаких утомительных паролей. По большей части в нём была лишь ничего не значащая чепуха, но кое-что подогрело мой интерес.

><i>С.
Стиль и Мораль снова создают нам помехи. Прошу, попытайся вести себя чуть осмотрительнее, если это вообще возможно. Дело в том, что "материал" для Двадцать Четвёртого сатиричен, ироничен и даже постмодернистичен для шедевра, предназначенного широкой публике. П&П продолжает развлекать ПП в Мэйнхеттене; хотелось бы верить, что она не сядет к тебе на хвост опять. Передай ЭБ, что я её люблю.
Е.</i>

><i>P.S.
Постарайся не забыть идентификационные протоколы, С. Это может пригодиться для убедительного вранья, если ПП доберётся до наших крупов. Благодарю.</i>

Стойло 24? Никогда о нём не слышала. Похоже, наступило время для очередной игры "Расшифруй кодовые словечки, Блэджек". Раз уж дело касалось Стойл-Тек, Я предположила, что "С" — это Скуталу, а "ЭБ" — это ЭпплБлум. ПП просто-напросто обязано оказаться Пинки Пай. Но касательно других личностей догадок у меня не было.

><i>ГБ
Что за сено тут творится? Я согласилась отдать твоей конторке одно стойло. Одно. А вы берёте материалы из других проектов. ЭБ может и не знать, как сверяться с таблицами, но теперь мне придётся поговорить с ней насчёт реальной проверки Девяностого. Наша сделка заключалась в том, что ты прикрываешь наши тылы, а я посматриваю в другую сторону время от времени. Если ты будешь зачищать целые стойла, пони начнут это замечать.
С.</i>

Эти две буквы заставили меня заскрипеть зубами; моё тяжелое дыхание привлекло взгляды обоих кобылок. Конечно, он был здесь. Он был, блядь, везде! Я вспомнила разорённое стойло на юге — неудивительно, что его не достроили! До него просто не дошли материалы. Горизонты? Редут? Или... Сады? Где бы ещё Голденблад достал мэйнфрейм класса "Крестоносец" для Твайлайт так, чтобы никто не узнал об этом?

><i>C.
Я точно не знаю, что ты делаешь со стойлами, и, честно признаться, мне наплевать. Л не хотела бросать все ресурсы на Стойла, так как это бы подразумевало, что Эквестрия проиграет войну. Но я знаю, что если то, что вы творите, станет известно общественности, со Стойл-Теком будет покончено. А ещё я знаю, ни у одной корпорации в Эквестрии нет таких ресурсов, какими располагает Стойл-Тек. Кумовство тоже бывает полезным. Что такое два-три потерянных стойла, если остальные останутся невредимы? Будь практичнее.
ГБ<i>

— Разумеется, — пробормотала я, читая сообщение, и покачала головой. Шантаж и скрытность были его визитной карточкой. Как могла Луна, которую я опознала как "Л", доверять ему? Ниже были другие послания, казавшиеся не такими существенными.

><i>ЭБ.
Привет, Блум. Я тут рылся в переписке Стойл-Тек и МВТ и нашёл кое-что интересненькое. Перенос разума в компьютер? Горячо, Блум. Очень горячо. Ты пыталась всё скрыть. Я вижу, что ты готовишь в 29, 33 и 94. Надеюсь, ты не обидишься, если я позаимствую идейку, хех. У такого есть действительно широкие возможности, если всё как следует переделать. Шлю пламенный поцелуй.
Х.<i>

><i>P.S.
Зацени моего Свити Бота.<i>

Хорс и перенос разума? Я нахмурилась, думая о Токомэйр; громадная машина с ужасающим потенциалом, а Хорс как раз наложил копыта на технологию, позволяющую подключиться к ней? Почему же это звучит ЖУТКО неправильно, как, чтоб его, ни посмотришь на ситуацию?

><i>Х.
Я слышала о "Крестоносце", которого ты пытался сделать. С нетерпением жду вестей о твоей лоботомии при попытках загрузить себя в него.
ЭБ.<i>

><i> P.S.
СБ надеется, что ты схватишь столбняк.<i>

Там было ещё полно документации, которая не представляла для меня никакого интереса. Но затем я нашла последнее сообщение.

><i>Ваше Высочество.
Что такое Проект "Горизонты"?<i>

— Вот это я и хотела бы знать! — закричала я на терминал и прикрыла копытами мордочку. Аврора рассказала мне немного, но она больше говорила о Когнитуме, чем о проекте, который всё ещё оставался притягательной тёмной лошадкой для меня.

Терминал пискнул. Я моргнула и уставилась на чистый экран, на котором отображался лишь мерцающий курсор. И начал проигрываться аудиофайл.
<i>— Итак, какова энергия выхода в реакции лунного камня с звёздным металлом, доктор Троттенхеймер? — прохрипел знакомый голос, заставивший мою гриву зашевелиться.</i>

<i>— Я мог бы дать точные выкладки, но и без того ясно, что до нелепого большое количество, Голди. В оптимальном соотношении 1000 к 1 происходит чрезвычайно маго-кинетическая реакция. Даже используя менее эффективную, но более управляемую пропорцию 1 к 1, мы получаем довольно много энергии. Настолько много, что ни реактор, ни генератор не сумеют удержать её. Необходимо заключить выброс в какое-то особое магическое поле... и даже тогда придётся попотеть, чтобы всё получилось. Прости, но я не думаю, что эта энергия станет альтернативой углю в ближайшее время. Да и вообще в любое время, — ответил вежливый спокойный голос. После паузы он спросил:
— Ты в порядке? Когда ты спал в последний раз?</i>

<i>— Посплю, когда буду лежать в могиле, — проворчал Голденблад.</i>

<i>— А, завтра? Судя по тому, как ты выглядишь... — я могла только предположить, какие страсти творились за последовавшей пеленой молчания. Троттенхеймер заговорил:
— Может быть, тебе стоит завязать со звёздным металлом. Нам до сих пор неизвестно, токсичен он или нет, однако из него точно выходит какое-то вредное излучение.
Когда Троттенхеймер произнёс это, Голденблад разразился ломким смехом.
— Ты точно в порядке? — снова задал этот вопрос Троттенхеймер, звуча ещё более встревоженным.</i>

<i>— Ничего-ничего. Просто... вредное излучение. Смешно, — он закашлялся и помолчал ещё немного, прежде чем спросить:
— Военное применение?
Троттенхеймер глубоко вздохнул.
— Ты знал, что так и будет. Применение?</i>

<i>— Практически невозможно. О, не пойми меня неправильно. Эта штука потрясающе взрывается! Но побочный ущерб будет... чрезмерным. Если бы ты использовал сотню килограммов звёздного металла с одним килограммом звёздного камня, ты бы стёр Ядро с лика Эквестрии. Тысяча килограммов металла, и ты бы прихватил ещё и Кантерлот. Мегазаклинания тоже достаточно разрушительны и притом легче контролируемы. — Троттенхеймер издал смешок. — Как хорошо, что мы привезли только два или три килограмма лунных камней, да? — Ещё одна пауза.
— Голденблад?</i>

<i>Голденблад засипел:
— А если бы я использовал, скажем, десять тысяч тонн... что тогда?</i>

<i>— О, мы подошли уже к гротескным вычислениям? Ну, с таким количеством звёздного металла мы бы превратили местность отсюда и до Мэйнхеттена в пустыню. Куски столицы упали бы где-нибудь в Роаме.</i>

<i>Голденблад помолчал немного, но затем прошипел:
— Я имел в виду десять тысяч тонн лунных камней. В оптимальном соотношении.</i>

<i>— Десять... десять тысяч то..? Голди... Я не думаю, что после реакции с таким количеством реактивов от Эквестрии осталось бы хоть что-нибудь. Как и от земель зебр, — прошептал Троттенхеймер в изумлении. — Я... планета бы уцелела. Океаны и атмосфера тоже сохранились бы, но я сомневаюсь, что после такого найдётся кто-нибудь, чтобы увидеть наверняка! Такой взрыв был бы эквивалентен экологической катастрофе. Облака пыли закрыли бы небо. Мировые леса объяли бы пожары. Я даже не могу представить иные последствия выпуска энергии подобного масштаба. Этому оружию не найдётся разумного применения. Кроме того, откуда взять столько камней? Если у тебя нет времени, ресурсов и космонавтов ещё на пару сотен полётов на луну, ты не наберёшь нужного количества.</i>

<i>— Разумеется, разумеется. Это так... мысли, — пробормотал Голденблад.</i>

<i>— Забудь о них. Меня пугает то, что они посещают тебя, — Троттенхеймер вздохнул. — Знаешь что? Тебе нужно почаще выходить из лаборатории. Ты можешь разбираться в металлах, но, поверь, чем меньше ты работаешь со звёздным металлом, тем лучше. От него у меня мурашки! Лучше уж мегазаклинания, — он несколько напряжённо рассмеялся.</i>

<i>После паузы Голденблад сказал:
— Ты хороший пони, Трот.</i>

<i>— Нет, не хороший. Я создаю заклятья, которые могут прикончить тысячи... сотни тысяч... без разбора в одну секунду. Но знаешь, что печально? Мы понятия не имеем, сколько уже умерло за эту войну. Когда мы суммируем потери пони, потери зебр, потери третьих сторон и несчастные случаи... это уже миллион. Ты видел Непонячьи Земли на окраинах Хуффингтона. Эта война выпьет нас досуха. Если угроза мегазаклинаний, которые мы разрабатываем для Звездопада, остановит это, то она будет стоить того.</i>

<i>— А если их используют и все погибнут? — жестко прошептал Голденблад.</i>

<i>Троттенхаймр мгновение молчал. Когда он ответил, в его голосе послышалось смирение.
— Ну, это один из путей закончить войну.</i>

Запись оборвалась, и два молодых пони уставились на меня.
— Что за сено это было, Блэкджек? Я никогда не слышала этой записи, — Чарити изумлённо взглянула в сторону терминала.

Я села там же, где стояла, не в силах пошевелиться. Лунный камень и звёздный металл создавали катастрофические взрывы; я видела это сама, но никогда не задумывалась, насколько сильными они могут быть. Сильнее, чем любое мегазаклинание или жар-яйцо. Будь у него достаточно компонентов, он мог бы уничтожить Эквестрию. И даже весь мир. Я окаменела, стоило мне осознать это; неужели Горизонты имеют отношение... к этому? Если бы у меня могло сбиться дыхание, оно бы сбилось прямо сейчас. Я без труда представила, на что способен Голденблад с вещью, обладающей таким потенциалом. Он сумел бы многое... но реализовал ли он свою возможность?

Где можно достать столько лунного камня?

Я поднялась и внимательно осмотрела углы комнаты. Вот она. Мой взгляд остановился на камере в углу. Я уставилась в её объектив, на крошечный красный огонёк за линзой, и камера сфокусировалась на меня. Кто был по другую сторону? Конгитум? Хорс? Аврора? Кто играл со мной?

— Здесь где-то было научно-магическое оборудование? — спросила я, смотря в камеру.

— Нет. Тут было пусто, — ответила Чарити, глядя на меня в смущении, как будто увидев впервые. — Тут были кабели и какие-то штуки, торчащие из пола. Может быть, то, что тебе нужно, давным-давно взяли?

То, что позволяет оцифровать разум.
— Спасибо, Чарити. Я рада, что ты показала мне это.

Она покраснела.
— Благодарю. Просто не болтай об этом, пожалуйста. Другие думают, что мы слабая цель и нас легко ограбить. Я не хочу, чтобы они знали, сколько имущества у нас скопилось за годы, особенно из усадьбы.
За мою голову давали огромную награду: я знала, о чём она говорит.

Рэмпэйдж закричала наверху:
— Замечен враг! Он вернулся! Это танк!

— Деус, — пробормотала я и рванулась к дверям. Он вернулся, чтобы стереть Капеллу в порошок или для чего-то другого? Я врезалась в Рэмпэйдж, и полосатая кобылка отступила в сторону, когда я направилась прямиком к выходу.
— Что он делает, Рэмпэйдж?
Я не слышала взрывов; это было хорошим знаком. Верно?

— Ещё неизвестно, лейтенант. Враг был замечен к северо-западу, в полукилометре отсюда. — она направилась за мной. — Других признаков врага нет, но они должны быть там. Враг не оставит технику без прикрытия. Хотите, чтобы я провела рекогносцировку и выяснила, смогу ли я обнаружить их, Вэнити?

Погодите-ка. Что?

Я притормозила и оглянулась на неё, увидев в её глазах яростный огонёк. На её боку вращались две конфеты-тросточки, образовывавшие сердце, едва проглядывая из того водоворота, каким была её кьютимарка. Я сглотнула. Твист могла исчезнуть в любой миг; ей было бы достаточно обратить внимание на то, что она находится в теле кобылки-подростка. Похоже, она думала, что я Вэнити. Возможно...
— Секунду, сержант. Вы полностью сосредоточены на бое, ваше сознание ничто не отвлекает?
Я должна действовать быстро и аккуратно; мне уже приходилось разбираться с двумя психически нездоровыми Мародёрами.

Она злобно зашипела.
— Чтоб тебя, Вэнити! Я в порядке. Не нужно копаться в моей голове своей хреновой единорожьей магией. Я не Джетстрим. Я справлюсь.
Её мордочку перекосило от гнева. Быть может, я не была спецом в психологии, но даже я заметила, что она близка к нервному срыву.

Я хладнокровно разглядывала её.
— Я не уверен, что могу пойти на такой риск, Твист. Позволь мне поместить их в шар памяти для тебя. Ты получишь его обратно после боя. Я не заберу его.
Пожалуйста, только не замечай, что я наполовину состою из металла, что я кобылка или что моя грива была другого цвета.
— Прошу, не вынуждай меня отсылать тебя в запас из-за твоего псих...

— Я же сказала, я пришла в норму после того, что этот ублюдок со мной сделал! Мы с Пэпперминт... — она захлопнула рот, оскалилась, глядя мне в глаза.
<i>"Видь во мне Вэнити. Я твой друг. Я хочу помочь"</i>, — думала я, встречая её пристальный взгляд.
Челюсти Твист дрожали; она сжала их, и слеза скатилась по её щеке. Она сплюнула.
— Хорошо. Сделай всё побыстрее. И я хочу их назад, когда мы покончим с танком Я не стану Джетстрим!

Тут не поспоришь. Я вытащила пустой шар памяти из моих седельных сумок и коснулась своим рогом её брови. Согласно записям Триаж, главная фишка в забирании воспоминаний была не в том, чтобы погрузиться в них, как я сделала с Шуджей. Скорее, это напоминало изъятие облака мерцающих картинок. Чем чётче и ярче были воспоминания, тем важнее или опаснее они были для просматривающего. Я представила магические копыта, взбивающие облако в тугой шарик. Я увидела неясные образы Шуджи, Твист и Рэмпэйдж, кружащиеся вместе.

Что бы взять? Я не смогу скопировать их все. Но Шуджа упоминала какое-то имя.
— Пэпперминт... — прошептала я и увидела, как часть сознания Рэмпэйдж взорвалась картинками.

— Как насчёт... Вэнити? — слабо пробормотала она. — Подожди... ты не...

Заметив, что её сознание начало терять стабильность, я, приложила всё своё мастерство, чтобы схватить эту сияющую часть, и оттащить её от остальных. У меня не было времени на просмотр содержимого. Ведь с этого времени неясные доселе образы стали яркими и отчетливыми. И я могла лишь предполагать, что они были важны для Твист. К счастью, они были важны и для Рампейдж.

Подобно светящейся грозовой тучке, из её лба появилось сияющее облако. И подняв своей магией пустой шар памяти, я прикоснулась им к нему. Слегка сверкнув, оно исчезло в его глубинах.

Рампейдж вздрогнула, и затрясла головой
— Блекджек? Что происходит?

— Танк. Он вернулся, — сказала я, показывая ей шар памяти. — И похоже у меня есть кое-что для тебя. Нечто, что поможет тебе. Но этим, ты займешься немного позже.

— Нечто... — Она моргнула, глядя на шар памяти, после чего её розовые глаза вновь сфокусировались на мне. — Ты в этом уверена? В смысле... узнать больше о Шуджии было здорово, но...

— Здесь воспоминания Твист, — сказала я, слегка улыбнувшись.
Услышав это имя, кобылка приобрела крайне испуганный вид. И я её понимала. Ведь Твист была последней, кто владел талисманом "Феникс".

— Ты... почему бы тебе... не посмотреть его? — спросила она заикаясь и сглатывая, тряся при этом головой. — В смысле... тогда бы ты точно в этом убедилась.

Я уставилась на нее, потом взглянула на шар памяти.
— Ну хорошо. Разберёмся с этим, после того, как уладим дело с танком.

Снаружи, желтоватое сияние дня, разбавляло повседневный Хуффингтонский сумрак. Похоже, я читала сообщения дольше, чем мне казалось. Закинув в рот очередной пряный рубин, я быстро порысила к частоколу, посматривая сквозь щели в нём. Пони, что несколько часов назад сражались с Предвестниками, теперь смотрели на меня. Одни не могли отвести взгляд от моих новых аугментаций. Другие видели истину. Главной причиной того, что Предвестники напали на Капеллу, была я. Из-за меня, это место атаковал Сангвин. И танк явился сюда, тоже, по мою душу. Во всей Пустоши не было места, которое я могла бы назвать домом, из которого кто-нибудь не попытался бы меня выгнать.

Теперь, я знаю, как чувствовала себя Арлоста: домочадцы, что хотят отринуть тебя из-за угрозы, что ты собой представляешь для них, но в то же время, чувство вины будет слишком велико, если они просто попросят тебя уйти.

Появившийся из ниоткуда П-21, заставил меня подпрыгнуть. Мой голубошкурый друг сжимал в зубах мой меч, а на его на шее болтались несколько перемётных сумок. Положив всё это на землю, он посмотрел на танк, и одарил тот торжествующей улыбкой.
— Хорошо. На этот раз мы подготовились.

— В самом деле? — я посмотрела на танк, и моргнула.
Тем не менее, подобрав оружие, я почувствовала себя уверенней. Мне просто хотелось обладать чем-нибудь, чем можно пробивать танковую броню, не вступая при этом... в ближний бой.

— Так как мы не уничтожили танк, я взял на себя смелость сделать парочку ранцевых зарядов из взрывчатки Предвестников, — сказал он, вытаскивая из одной из сумок конус покорёженного метала. Затем он повернулся, и я увидела тюбик Чудоклея, приклеенный клейкой лентой к боку конуса.
— Сильно надави, тогда клей пристанет к броне и весь заряд уйдёт в неё. Взрыв дистанционный. Кумулятивный заряд должен вывести из строя ремонтный талисман танка. Или мозг, управляющий им, — я уставилась на него, и он встревоженно нахмурился. — Что?

— Я так рада, что ты на моей стороне, — я улыбнулась, заставив его поморщиться... и покраснеть... он пробурчал, что я идиотка. Итак, теперь у нас ещё что-то на случай, если дела станут совсем плохи. Я закрыла глаза и сосредоточилась. Хаос Единства начал спадать; на его месте царила почти зловещая тишина. Я не хотела пытаться вызвать Лакуну: сейчас я меньше всего желала, чтобы Богиня отвлекала меня во время разборок с Деусом.
— Где Лакуна и Скотч?

— Скотч присматривает за Бу. Она будет держаться подальше, пока нас не будет, — сказал он, приподняв бровь. — Лакуна с Глори.

Я выдохнула, думая о том, что же делать.
— Мне следовало оставить ещё несколько кексов ей.

— Мы оставили. Бу не нужны были кексы. Ей нужна была ты, — ответил он.

Ладненько. Вина – это определённо не то, что мне требовалось прямо сейчас. Особенно когда танк начал пересекать склон вокруг деревни к дороге между ней и мостом.
— Ладно. Когда будешь готов, нацепи на него заряды. Не подрывай их, пока он не выстрелит.

— Я могу спрятаться в канаве, если он выедет на дорогу. Что будешь делать? — спросил он.

Я поднялась на копыта.
— Я собираюсь поговорить с ним.
Он застонал и закрыл мордочку своей шляпой.
— Я дала ему шанс стать лучшим пони. Теперь я должна узнать, использовал он его или нет.

— Я же говорила, — произнесла Рэмпэйдж и ухмыльнулась П-21: — Пятьдесят крышечек. Плати.

— Можешь стребовать с Блэкджек, — отозвался он мрачно.

Я поджала губы, глядя на парочку.
— Как я счастлива, что мои друзья делают ставки на мою тупость, — я отправилась к северо-востоку, спускаясь к мосту.

— О, это ещё ничего. Ты бы видела ставки на то, за какое время ты сломаешь свои блестящие новенькие ножки. Думаю, половина из тех, кого ты знаешь, в деле. — засмеялась Рэмпэйдж. — Я поставила на шестнадцать часов.

— Я их не сломаю. Не думаю, что у Ровера еще осталось ворчание насчёт "починки глупой пони, которая постоянно ломает свои ноги". — проворчала я, когда мы вышли за ворота. П-21 уже исчез.

— Триаж поставила на восемь, — хихикнула Рэмпэйдж.

— Ну, Триаж чересчур много курит. Как бы она себе мозги не прокурила, — парировала я с угрюмым видом. — Может, лучше займёмся танком?

— Какая чувствительная, — заметила Рэмпэйдж.

— Этой "чувствительной" предстоит вскоре разобраться с мозгом твоего старого дружка Деуса, — огрызнулась я. — У меня есть право побыть чувствительной.

— Деус? — поперхнулась она, взглянув на меня и затем указав на танк своим маленьким копытом. — Ты имеешь в виду... что... мозг Деуса там?
Я вздохнула и кивнула, и кобылка разразилась счастливым смехом.
— О Святая Селестия, это же чудесно!

Деус с лёгкостью пересёк ров, и теперь массивный танк катился по дороге ко мне.
— Рэмпэйдж, кончай помогать Триаж выигрывать пари. — дорога подо мной задрожала. Глядя на две танковые пушки, я сглотнула и выдавила призрачную улыбку. Затем я увидела движение чёрной шляпы, перемещавшейся во рву около меня так быстро и тихо, насколько это возможно. Это придало мне уверенности; гигантская машина остановилась в двадцати футах от моей фигуры. Ну, хотя бы его орудия не были направлены на меня. Ладненько. Настало время дипломатии.
— Привет, Дуф.

— Дуф? — нахмурилась Рэмпэйдж и показала копытом на танк. — Я думала, это Деус.
Она прикрыла глаза, будто концентрируясь на чём-то. Я увидела, как появились две леденцовые тросточки, но они не проявились полностью. Её глаза распахнулись, в них мелькнула искра, и я представила, как Твист рассматривает меня из глубины души Рэмпэйдж.

— Дуф был Деусом. И теперь он снова Дуф, — произнесла я, поднимая взгляд на танк и улыбаясь.
— Да? Хороший мародёр Дуф? Пони, который хотел стать лучшим пони?

Башня низко прожужжала, когда пушки дважды качнулись вверх и вниз. Оу... Я понадеялась, что П-21 не станет медлить с ранцевой взрывчаткой.
— Дай-ка угадать? — Рэмпэйдж запрыгнула ко мне на спину и постучала по чёрным пластинам, тянущимся вдоль моего позвоночника. — Ты здесь за реваншем? Подумай ещё разок. Блэкджек неслабо так улучшили. Тебе не стоит с ней драться ещё по меньшей мере... эм... восемь часов. Точно. Тогда ты успеешь подготовиться к драке.

— Рэмпэйдж! Кончай пытаться выиграть пари! — я стряхнула её с себя на дорогу. Танк загудел, и его камеры сфокусировались на кобылке. — Да, Деус. Это Рэмпэйдж. Ещё не видел её такой?

Он ещё раз покачался вперёд-назад. Рэмпэйдж фыркнула:
— Мы не разрешаем пользоваться магическим дезинтегрирующим оружием в клетке для боёв. Исход драки стал бы очевиден, да и с проклятыми Вспышками было бы совсем не ужиться.
Рэмпэйдж встала и повернулась мордочкой к... башне с Деусом.
— Большой Папочка обоссытся со смеху, когда услышит об этом. Он всегда хотел собрать самых больших и самых злобных бойцов к себе под копыто. Теперь с тобой даже Брут не справится!
Мотор затарахтел. Я надеялась, что это хороший знак.

— Итак... ты здесь не для того, чтобы сразиться со мной снова? — спросила я. Башня качнулась. — Да как "нет, не для драки" или да как "да, для драки"?
Танк опять протяжно загудел, и я подняла копыта в защитном жесте.
— Ладно. Я принимаю это как "нет".
Камеры зафиксировались на мне, и я оглядела свои бронированные конечности. Потом я болезненно улыбнулась.
— Да, новая улучшенная Блэкджек. Теперь ещё меньше меня во мне.

Двигатель заурчал. Рэмпэйдж опять выступила вперёд, и я съёжилась внутри, когда она сказала:
— Ты ужасно тихий сегодня. Неужто ты не припас для меня хоть одного крика "ПИЗДА"? Давай, у этого танка должны быть громкоговорители или что-то в этом духе.
Деус заревел мотором и покачал башней.
— Нет как "не припас"? Или ты вдруг открыл для себя новую сторону женской натуры?

Я сделала пару шагов от неё в сторону и увидела П-21, выглядывающего на меня из-за танка. Он улыбнулся, чуть кивнул и исчез за машиной.
— Рэмпэйдж, я не буду винить Деуса если он тебя пристрелит. Прекрати вести себя как Брасс.
Двигатель заревел снова, но уже тише. Медленно я вновь предстала перед ним.
— Это потому что ты не можешь говорить? Они что-то с тобой сделали?

Пушки поднялись и опустились. Рэмпэйдж присвистнула:
— Подозреваю, вот так Аврора и чистит рот пони с мылом.
Двигатель загудел вновь, ниже и злобнее.

— Если ты здесь не для боя... то для чего? — я подняла глаза на машину. Деус не откликнулся рычанием мотора или качанием башни. Он вообще не отреагировал.
— Ты здесь, чтобы помочь мне?
Нет ответа.
— Помочь Капелле?
Снова ничего.
— Ради мести Авроре?
Ничего.
— Вернуться к Потрошителям?

Вдруг Рампейдж покатилась со смеху, повалившись на спину и дрыгая копытами в воздухе.
— Рампейдж? Что на тебя нашло?

Кобыла хохотала так, что у неё на глазах выступили слёзы.
— Ой! Ой, не могу! — утирая глаза копытом, она глядела на танк. — Ты вдруг понял, что не имеешь никакого понятия, что делать со своей жизнью, и единственное, что ты придумал, — это следовать за Блэкджек в надежде, что она поможет разобраться в абсолютно ебанутом дерьме, в котором ты себя обнаружил?

Деус поворчал двигателем на холостом ходу, а затем коротко поднял и опустил пушки.

— Чего?! — Воскликнула я. Рампейдж захохотала пуще прежнего. — Погоди! Почему?!

— Потому что это то, что ты делаешь, когда тебя побьёт Блэкджек! — ответила Рампедж, садясь. — Если она тебя не убивает, то заставляет пересмотреть всю свою жизнь и ты идёшь за ней, пока не найдёшь то, что имеет смысл! И потому что это намного проще, чем пытаться убить её снова. Ну, то есть, ты только взгляни на список. Ты уделала меня. Сангвина, в конце концов. Психошай. Теперь Деуса. Готова поспорить, с Горгоном было бы то же самое, если б не та камнедробилка.

Я уселась на землю, вытаращив глаза и пытаясь уразуметь такой ход мыслей.
— Но... это... это же безумие!

— Блэкджек, ты давно по сторонам оглядывалась? Что здесь не безумие? — спросила Рампейдж, перестав смеяться и улыбнувшись мне.
— Я – бессмертное объединение душ. Ты – киберпони. Деус вообще танк! Одна из твоих лучших подруг – аликорн, а твоя любимая выглядит как Рейнбоу Дэш. Единственный твой друг, кого хоть как-то можно назвать нормальным, это П-21.

П-21 шагнул из-за Деуса и перебросил мне детонатор.
— Я просто затаив дыхание жду, когда я превращусь в гуля, — спокойно сказал он, подходя ко мне и глядя на взревевший двигателем танк. П-21 сдвинул шляпу назад и взглянул на Деуса.
— Стоп. К твоим задним шасси приклеено четыре бомбы. Я не так хорошо разбираюсь в механике, как моя маленькая девочка, но я уверен, что их хватит, чтобы пробить твой двигатель. — шум двигателя существенно снизился и П-21 продолжил, — К тому же на них установлены таймеры, так что даже если ты убьёшь нас, они взорвутся.
Двигатель взревел снова и жеребец поднял синее копыто перед танком.
— Стоять. — двигатель затих. — Я не Блэкджек. Я не верю, что кто-то, кто гнал нас через всю Пустошь, вдруг перестал быть полным монстром. Единственный вариант, при котором я могу терпеть тебя рядом с нами, это если у нас будет способ превратить тебя в металлолом, если ты вдруг решишь переметнуться обратно к Авроре, или просто попытаешься убить нас шутки ради. Уяснил?

Несколько очень напряжённых секунд я была уверена, что все мы сейчас взорвёмся в огненном шаре. Рампейдж в изумлении глядела на синего жеребца и даже я была немного озадачена. П-21 непоколебимо стоял перед машиной. Затем Деус поднял и опустил свои турели.
— Хорошо. Тогда открывай свой люк, потому что если бы я был Стил Рейном, я бы озаботился установить на твой мозг какую-нибудь бомбу на случай, если ты вдруг решишь сбежать. — я удивлённо моргнула. Почему я не подумала об этом, учитывая, что именно так Аврора поступила со Стил Рейном?

Люк на башне открылся и П-21 принялся карабкаться вверх. Рампейдж шагнула поближе ко мне и в изумлении прошептала:
— Когда, чёрт возьми, он успел отрастить такие яйца?

— Тише, — отозвалась я, не в силах перестать улыбаться. Я попыталась вскочить вслед за ним, но мои новые ноги были медленнее и тяжелее, чем те, к которым я привыкла. Вместо этого я заскользила по броне танка и едва не упала обратно. Мне очень не хватало моих пальцев! Похоже, аугментации Шедоуболтов не знали такого понятия как "карабкаться". На визоре мигала ошибка: "Устройство не найдено". Я доползла до вершины и одна из камер развернулась, осматривая мой зад. Агась. Деус в норме. Двигатель издал странный кашляющий шум... мне показалось, или он смеётся?

Добравшись до люка, я заглянула в тесное пространство.
— Ты хотя бы представляешь, что ты ищешь? — спросила я, глядя как синий жеребец ковыряется в каком-то оборудовании.

— Неа. Но я не высматриваю, я вынюхиваю. Здесь определённо пахнет какой-то пластиковой взрывчаткой, — ответил он.
Я посмотрела на бронированный мозг, покоящийся в бледно-зелёной жидкости внутри стеклянной банки.
— Вообще-то, на твоём месте я бы скрылся из поля зрения. Если Предвестники увидят, как ты там торчишь, им нетрудно будет послать сигнал на то, что я тут вынюхиваю. — тут он повёл копытом.
— Ага! Вот ты где. Подключено к... ну... к чему-то. Хммм. — его копыто опустилось. — Может это радио? Ага! Вот оно!

— Нашёл? — ухмыльнулась я.

— Одну нашёл. Я сомневаюсь, что она здесь единственная, — ответил он. — Тебе и вправду стоит убраться отсюда, Блэкджек. По крайней мере, пока я не удостоверюсь, что он не взорвётся, когда понибудь там нажмёт на кнопку.

— Верно. — я взглянула на Рампейдж. — Думаю, мы с тобой должны... — башня качнулась из стороны в сторону, прервав меня. — Хм... ладно... тогда, я, наверное, пойду.
Спрыгнуть вниз оказалось намного легче, чем карабкаться наверх. Видимо у этих ног не было таких проблем с падением, как с восхождениями. Я отбежала подальше, через плечо оглядываясь на Рампейдж и на все камеры, направленные на кобылку. Рампейдж заинтересовала Деуса?

— Отлично. Так и есть. Пустошь, это полное безумие, — кисло проворчала я и направилась по травяному склону к Звёздному Дому. Я огляделась, ожидая явления Крупье или Богини, но никого не было. — Ну... это даже немного разочаровывает... — пробормотала я и продолжила свой путь. Дом всё ещё был потрёпан после вечеринки. Неужели это было всего несколько часов назад? Мне казалось, будто прошли месяцы.

В доме я нашла Скотч Тейп, лежащую под боком у Бу и храпящую, как шторм. Изнутри дом был ещё более потрёпан чем тогда, когда мы его оставили. Тут Бу подняла голову из-за Скотч Тейп. Она взглянула на меня, но вместо того, чтобы вскочить, она, крадучись, перешагнула спящую кобылку и посмотрела на меня своими светлыми глазами. Она выглядела... встревоженной. Даже напуганной, судя по тому, как она шарахалась вправо и влево.
— Эй, эй, эй... Бу. Всё в порядке. Это я.

Но не было похоже, что она успокоилась. Во всяком случае, опустив уши и глядя под ноги, она казалась ещё более взволнованной. В чём дело? Может, она заболела? Поранилась? Что-то не так с её клонированным телом? Нет... я ничего не видела. Затем я с беспокойством заглянула в её глаза. Дело было не в ней... а во мне. В том, что я сделала... нет. Вздохнув, я закрыла глаза. Чёрт побери...

— Я не очень-то хорошо обращалась с тобой после Гиппократа, верно, Бу? — я оставила её, отправившись бродить вокруг Хуффа, а затем вернулась, лишь для того, чтобы оставить её снова. Я и вправду была так зациклена на себе? Осторожно протянув копыто, я погладила её белую гриву. Та немного отросла, отчего её светлые глаза частично скрывались за молочно-белой чёлкой. Подтянув её поближе, я обняла её, поглаживая по спине. Я всё ещё могла потереться об неё носом, как и раньше.

Бу чуть расслабилась и прижалась ко мне в ответ.
— Я постараюсь больше не оставлять тебя, если смогу. Хорошо?
Это было рискованно, я вряд ли смогла бы обеспечить её безопасность в месте, вроде Хайтауэра... но бросить её, означало лишь причинить боль иного рода.
— Только постарайся не позволять делать тебе больно. Хорошо?

Не знаю, понимала ли она то, о чём я её просила. Я могла только держать её и надеяться, что моя доброта не приведёт её к смерти. Конечно, может случиться что-то плохое, сталь, всё больше забирающая моё тело с каждым обновлением, была тому свидетельством. Но я могла надеяться. Могла надеяться...

Бу пристроила голову у меня на боку и тихо фыркнула. Очень осторожно я гладила её гриву копытом. Уже прошло немало времени с тех пор, как я спала. Может, стоит хоть немного вздремнуть...

* * *

Я пробиралась по зеленоватому снегу мимо обломков вулканического стекла, лежащих у подножия горы Чёрного Пони. В Хуффингтонской котловине было тихо. Ни дождь, ни снегопад не нарушал прозрачности воздуха. Землю, насколько хватало глаз, покрывали сугробы зелёного снега. Можно было вообразить, что сейчас канун Дня Согревающего Очага.

Тут я миновала несколько замороженных трупов пони на снегу и напомнила себе, что это совсем не так. На телах не было ничего полезного. На своём пути я истратила уже половину своих радиопротекторов. Те, что мне удалось добыть в больнице, были на исходе и мне нужно было найти ещё. К югу от меня располагался Мемориальный госпиталь Хуффингтона, там я могла получить то, что мне нужно.

Но прямо сейчас, мне нужно было отчитаться. Единственной трудностью было то, что система радиовещания упала так же тихо, как и этот снег. Лишь с запада доносились отдельные отчаянные рыдания, кто-то в Мэйнхеттенском центре МТН тщетно пытался хоть как-то навести порядок. На военных каналах дела обстояли ещё хуже. В эфир прорывался обмен кодированными данными, но у меня не было к ним доступа. Остальные каналы были или уничтожены, или заблокированы, или просто бесполезны. А раз я не могла сделать это удалённо, выбор был только один: доложить лично.

Я продолжила взбираться по насыпи. По мере приближения к восточному склону горы, счётчик радиации начал медленно пощёлкивать, но моя крутая чёрная броня обеспечивала лёгкую защиту. Со времени падения бомб прошло всего несколько недель. Но я всё ещё должна была исполнить свой долг. Я по-прежнему должна была заслужить прощение.

Наконец, я выбралась на плоскую площадку между обсидиановой скалой и восточными горами. Площадка была усыпана десятками небесных повозок, некоторые из них были большими пассажирскими вагонами, другие маленькими, дорогими личными транспортами. Места для всех не хватало и некоторые приземлялись прямо на крыши других повозок.

И ещё здесь было множество тел. Пегасы всё ещё свисали в своей сбруе, кого-то убила радиация, кого-то пули. Кучами лежали рабочие земнопони. Несколько единорогов в пышных костюмах сбились вместе в поисках убежища. Тела... тела... тела. Так чертовски много. Тихо, словно смерть, я пошла к восточной стене. Когда-то, в старые, мирные времена, здесь была пещера, служившая домом для колоссального зверя. Сегодня вместо пещеры здесь была лишь сплошная стена из чёрного обсидиана.

Я приблизилась, шаг за шагом. Меня наполняло чувство страха и я колебалась. Ещё немного и я снова замерла. Оглядевшись, я посмотрела на идеальный полукруг тел тех, что оставались здесь и медленно умирали от радиации. Я не могла шагнуть вперёд, что-то не позволяло мне. Если бы он был здесь... он бы открыл. Он нуждался во мне. Ему нужны были мои услуги.

И он был в списке.

Тут кто-то принял опрометчивое решение выстрелить в меня. Хуже того, этот кто-то промахнулся.

Я обернулась, поднимая оба пистолета-пулемёта и пытаясь определить, откуда был сделан выстрел. Это оказалось совсем не сложно. Истощённая красная кобыла земнопони стояла, покачиваясь, в дверном проёме одной из повозок. Как только её глаза сфокусировались на мне, она тут же расслабилась и улыбнулась.
— О, оперативник Псалм. В кои-то веки пришёл кто-то полезный.
Развернувшись, она вернулась обратно в небесную повозку и я последовала за ней. Некогда роскошная повозка теперь превратилась в лачугу.

— У тебя есть Антирадин или Рад-Икс, оперативник? — прохрипела красная земнопони, подходя к небольшому ящику с провизией, стоящему в углу. Она обернулась и из её гривы выпало несколько больших прядей. Я не отвечала, молча глядя на неё. Кобыла указала на меня блестящим красным копытом.
— Я задала тебе вопрос, солдат!

Я кивнула и кобыла ухмыльнулась. В её улыбке не хватало зубов, а дёсны кровоточили. Ещё день или два, и с ней будет покончено. Оглядевшись вокруг, я заметила чёрную кобылу земнопони, валяющуюся кучей с торчащим из шеи окровавленным ножом. Ещё одна из моих прежних боссов, Оникс.
— Хорошо. Хорошо. — Гарнет бросила револьвер на кровать, размазывая слюни. — Чёртов Редут запечатан. Ты можешь поверить в эту хрень? Кто-то добрался туда прежде нас... всех нас... и закрыл его наглухо! — она потёрла лицо, на лбу её выступили капли пота. — Я же знала, что если кто-то может туда войти, в конечном счёте он может сделать это один.

— Луна здесь? — спросила я тихим, напряжённым голосом.

— Луна? — хохотнула Гарнет? — Труп Луны в Кантерлоте. Как и Селестии! Вся Эквестрия мертва. Нахер Луну, — ссутулившись, ответила красная кобыла. — Я должна была стать частью нового порядка. Богаче, чем чёртов Филти. — она взглянула на лежащего в снегу коричневого жеребца. — Ублюдок всё никак не мог заткнуться о своём ребёнке. Можешь в такое поверить? Мы тут все подыхаем нахрен, а он хотел бежать к ней через всю страну.

— У нас есть подтверждение смерти всех целей операции Кайфоломщик? — напряжённо и размеренно спросила я, от чего рот Гарнет скривился в кровавой гримасе.

— Клаудсдейл испарён, а Рейнбоу Дэш в последний раз видели именно там. Думаю, её мы можем вычеркнуть. Мэрипони тоже был накрыт бомбовым ударом, но он всё ещё стоит. Понибудь должен знать, выжила ли Твайлайт. — раз Мэрипони устоял, значит так и есть. — Рэрити и Флаттершай стали трупами в Кантерлоте. Пинки убила ты. — она в задумчивости потёрла подбородок. — Эпплджек, возможно, добралась до стойла 2 в Понивилле...
Взгляд Гарнет остановился на кровавой слюне на потрескавшемся блестящем копыте.
— Мне нужен этот чёртов Антирадин, оперативник, — слабо пробормотала она.

Я проигнорировала её просьбу.
— Где Директор? — медленно спросила я. Сохранять спокойствие, так же, как при стрельбе. Я должна оставаться спокойной и сосредоточенной. Я должна...

— А кто, чёрт возьми, думаешь там внутри? — сердито спросила она, указывая на стену потрескавшимся рубиновым копытом. — Это он закрыл его наглухо. Там у него есть всё. Весь объект для него одного. Может, и для его грёбаного робота тоже. — тут она ухмыльнулась своим ужасным, кровавым оскалом. — Но теперь, когда ты здесь, ты можешь проникнуть туда! Ты можешь провести меня внутрь! Верно? У тебя ведь есть код... или пароль... или что-нибудь... Это всё, чего я хочу.
Кобыла задыхалась от отчаяния, а я просто смотрела на неё и она в раздражении српосила:
— Что? Хочешь денег? — она распахнула один из чемоданов, зачерпнула две большие пригоршни битов и протянула их мне. — У меня есть деньги... мы вытянули чертовски много денег из этих аристократических ослов. Кингпин тоже заплатил взнос, чтобы попасть внутрь. Генеральные директора и другие руководители бизнеса... все эти придурки прибыли сюда в надежде попасть внутрь. — Её налитые кровью глаза подёргивались, она улыбалась с надеждой, затем её улыбка ослабла... вместе с её передними ногами. Золотые монеты со звоном рассыпались вокруг её копыт. Она потёрла лицо, бормоча про себя.
— Я думала мы все пойдём внутрь...

— Ты уверена, что Хорс внутри?

— Нет! Нихрена я не уверена, — ответила она, сузив свои лихорадочно блестящие глаза, — Но если Сапфир не сказала Рейнбоу Дэш или Эмеральд не сказала Твайлайт, то он единственный пони, у которого есть полномочия для доступа в Редут! — её прервал кашель, переходящий в рвоту, желчь запачкала её блестящие красные копыта. — Теперь дайте мне немного Рад-Икса, оперативник.

— Нет, — ответила я, поворачиваясь, чтобы уйти.

— Что? — ахнула Гарнет.

— Я по-прежнему должна закончить свою миссию. Луна отдала мне приказ. Я должна позаботиться об его выполнении, — просто ответила я. — Для этого мне потребуются все мои радиопротекторы.

— Дай его мне, или я заберу его с твоего трупа!
Я остановилась и оглянулась на дрожащую кобылу. Та зажала во рту пистолет и выстрелила. И ещё раз. И ещё. Пули тридцать второго калибра врезались в мою броню, но не пробивали её. Затем боёк револьвера сухо щёлкнул. Гарнет покачнулась. По её щекам бежали розовые слёзы, пистолет выпал изо рта, за ним последовали несколько зубов. — Пожалуйста... помоги мне.

— Помогая тебе, я не получу прощения. Я получу прощение через служение Луне, а её последним приказом было выполнение операции Кайфоломщик. Я могу подтвердить два убийства. Полагаю, мне придётся выполнить и остальные, — сказала я, готовясь к долгому переходу до Мэрипони. Затем я должна буду использовать код доступа Стойл-Тек и зачистить стойло в Понивилле... трудно, но выполнимо.

— Ты тупая пизда! Луна не отдавала этого приказа! Это была я! И ты убивала для меня! Ты, чёртова тупая сука! — захихикала она, указывая на меня копытом.

Я взглянула на неё.
— Лгунья. Только Луна могла отдать такой приказ, — слабо возразила я. — Только Луна была...

— Ты просто невозможная тупица! — прорычала Гарнет сквозь хохот. — Тебе вообще не приходило в голову, кому, чёрт возьми, выгодно то, что все вокруг умрут? — она ткнула в меня копытом. — Голденблад задумал это всё с самого начала. По окончании этой войны, ты... я... Трублад... все мы станем грёбаными военными преступниками! Военными преступниками! Грёбаное! Дерьмо! — она широко развела свои разбитые копыта и отвратительно ухмыльнулась.
— Как только Хорс это разнюхал, я поняла, что не могу позволить произойти такой херне. Так что я отдала приказ. Именно тогда, когда убедились, что вот-вот грянет хренов апокалипсис. Мы направили ударные отряды с приказом убить всех, кто хоть как-то причастен к ДМД и его проектам. Никто не должен знать о Редуте! Мы будем жить как чёртовы боги!

— Понятно, — пробормотала я. Склонив голову, я сложила вместе копыта. — Прости меня, Луна, ибо я отняла жизнь у другого.
Но слова не принесли облегчения. Моим грехам не было отпущения. Я была проклята, и даже Луна не могла меня спасти.

— Никогда ты не будешь прощена! Я знаю, кого ты убила! — Я подняла один из пистолетов-пулемётов и навела его на её кудахтающий, окровавленный рот. Она усмехнулась кровавой улыбкой, готовая принять пулю.
— Давай, прикончи меня! Добей меня, ты, сраная убийца! — завизжала она, широко разведя копыта. — Ты убила грёбаные тысячи одного за другим ради твоих сраных Богинь! Убей меня!

Но я не стала. Вместо этого, магией я выдернула торчащий из Оникс нож. Стерев с лезвия кровь, я засунула нож за пояс. Улыбка кобылы пропала. Затем я повернулась и вышла под падающий снег.
— Тебе стоило оставить одну пулю для себя.

Гарнет заковыляла к выходу следом за мной.
— Нет. А ну, вернись! Убей меня, ты, пизда! Шлюха! Убийца! Мы убили всех пони! Убей меня! — кричала она мне вслед. Я не оглянулась даже когда её крики перешли в сдавленные, булькающие кровью рыдания, — Пожалуйста... убей меня тоже...

~ ~ ~

Я очнулась. Судя по хронометру моего ПипБака, прошло два часа. Бу всё так же дремала, прижавшись ко мне. Улыбнувшись, я потёрлась носом о её гриву, та пахла вишнёвой начинкой. Тут я заметила Глори, сидящую напротив, и смотрящую на меня со странным выражением на лице. Покраснев, я сглотнула и отвела взгляд в сторону.
— Я не делала ничего такого... — пробормотала я. Сколько она наблюдала, как я сплю? Отметила ли она себе, что я спала здесь, вместо того, чтобы подняться к ней?

— Знаю, — ответила она, подходя ко мне с другого бока и укладываясь со вздохом. — Вопрос в том... хотела бы ты?
Хотя тон её вопроса не намекал, что она собирается снова пошвырять меня об стены, но, тем не менее, в голове у меня ещё звенели тревожные звоночки. Словно ощутив моё беспокойство, Глори чуть улыбнулась.
— Я не собираюсь сходить с ума. Мне просто интересно, хотела бы ты или нет.

Я посмотрела на дремлющую пустышку, затем снова на Глори.
— Эм, нет? По крайней мере, я бы отказалась, если бы она сказала, что хочет сделать со мной что-то подобное. И ты бы отнеслась к этому спокойно. То есть, если ты спрашиваешь меня чисто о физическом уровне, тогда... но я... эм... — она вздохнула и я замерла. — Прости.

— Это из той области, в который ты действительно не можешь помочь, Блэкджек. Ты — та, кто ты есть, — ответила она, поудобнее устраиваясь у меня под боком. — Теперь я понимаю это немного лучше. Я думаю, этот вопрос... я справлюсь с ним? Я и вправду не знаю.

— До сих пор ты, вроде, отлично справлялась, — ответила я с грустной улыбкой. — Кусака, — добавила я, заставив пегаску покраснеть и улыбнуться.

— Это был облегчающий секс, Блэкджек. Мне было нужно перебеситься, — пробормотала она, затем вздохнула. — Я не хочу исчезать из твоей жизни, потому что тогда у меня не останется ничего. Но и оставаться с тобой трудно. Это не твоя вина. Ты просто... с тобой всякое случается. Но это по-прежнему трудно. И больно. — прикрыв глаза, она легла напротив меня.
— Просто... не оставляй меня. Что бы ни случилось, не бросай меня или не оставляй позади. Пожалуйста...

— Не оставлю, — прошептала я и поцеловала её закрытые глаза, отчего она улыбнулась и вздохнула. Уткнувшись в меня носом, Глори задремала. Укрывшись кобылами... может, сны будут лучше...

Тут я заметила, что она была не единственной пони, наблюдавшей за мной. Напротив меня сидел Крупье. Его взгляд прошёлся по моим спящим компаньонам, а затем он посмотрел на меня с выражением тихой зависти.
— Эхо... — пробормотала я, и его губы скривились в кислой улыбке.

— <i>Вот как. И это выяснила, да?</i> — тихо прохрипел он. — <i>Я предполагал, что это случится рано или поздно.</i>

— Это Скотч Тейп. Или, скорее, ей объяснил Улыбка Джек. — ответила я, глядя на его костлявую фигуру. Его глаза удивлённо распахнулись.

— <i>Кобылка? Хех.</i> — усмехнувшись, он застенчиво улыбнулся, почесав в затылке. — <i>Всегда любил этого героя. Однажды загипнотизировал дюжину зомби-буйволов и заставил их танцевать балет в пачках. Хорошая игра, что ни говори.</i>

— Почему ты раньше не рассказал мне об Эхо? — обратилась я к жеребцу, и его улыбка тут же пропала.

— <i>Что тут говорить? Я был нежеланным продуктом эгоистичного подонка и матери, которая не хотела, чтобы ей напоминали об ошибках молодости</i>, — мрачно ответил он и отвернулся. — <i>Я пошёл в военные, потому что нигде больше для меня не нашлось места. И никогда не находилось. Я был пони, которого не было.</i>

— Но ты видел... — начала было я, но он перебил, швырнув шляпу на землю.

— <i>Конечно, я видел!</i> — отрезал он и горько рассмеялся. — <i>Я был тем пони, кто видел всё. Хорошие времена... плохие времена... я застал их. Записал их в себя. Я видел смерть Биг Макинтоша. Я вызывал медиков, увозивших Стоунвинга. Видел как Джетстрим сходит с ума на поле боя. Видел, как Дуф становится преступником. Как тщеславие пожирает Вэнити. Как Твист превращается в иссечённую эмоциональными шрамами пустышку. Как Эпплснек упивается горечью, а Псалм — грехом. Я видел всё... и ничего не делал, чтобы это остановить!</i> — сплюнув, он принялся расхаживать взад-вперёд.

— <i>Я был свидетелем. Тем, кто знал, где захоронены тела, но всегда держал рот на замке. Тем, кто подслушивал все грязные секреты, но был слишком нерешительным, чтобы вынести их на свет. Тем, кто знал о боли своих друзей, но был слишком трусливым, чтобы протянуть им копыто помощи!</i> — пока я наблюдала за ним, бледный жеребец превращался в масляно-жёлтого с коротко-стриженой каштановой чёлкой и пышной, расходящейся по плечам, гривой.
— <i>С какой стати, во имя Эквестрии, я захотел бы тебе рассказывать об Эхо? О пони, который смотрел, как вокруг него рушится мир и не ничего не делал?</i>

Он подхватил шляпу и, упрямо сжав губы, напялил её на место, снова превращаясь в Крупье.
— <i>Улыбка Джек был самым злым, раздражительным и мерзким пони на Пустоши, и при этом оставался в тысячу раз лучше, чем был Эхо.</i>

На секунду я спокойно посмотрела на него.
— Что же случилось со всеми вами? — пробормотала я.

Он отвернулся, и на мгновение я была уверена, что он снова уйдёт от ответа. Но затем он прошептал:
— <i>Звёзды...</i>

— Прошу прощения?

— <i>Это глупо. Просто... я думал об этом.</i> — он оглянулся на меня через плечо.
— <i>Это случилось сразу после тренировки. Мы закончили с основными делами, был канун Ночи Кошмаров и всепони находились в предвкушении праздника. Твист хотела отправиться на карнавал туда, где сегодня стоит Капелла. Раньше там было кладбище. В конце концов мы все согласились. Псалм взяла меня с собой, скорее всего из жалости.</i>

Он вздохнул и с грустной улыбкой покачал головой.
— <i>Это была хорошая ночь. Я тогда впервые почувствовал, что у меня есть друзья. Были игры, и аттракционы, и резвящиеся жеребята, и... было ощущение, что нет никакой войны. Все чудесно проводили время...</i> — он снова покачал головой и понурился. — <i>А потом Твист заметила этого чёртова предсказателя...</i>

— Предсказателя? — переспросила я, нахмурившись.

— <i>Старый зебра разбил там свою палатку. Страный старый тип. Морда в татуировках. Причудливая такая палатка, обвешанная масками, жутковатыми пучками трав и образцами в бутылках. Из тех зебр, что несколько лет спустя были нарасхват у Министерства Морали. Наверное. Спросил нас, хотели бы мы знать нашу судьбу.</i> — он фыркнул и покачал головой.
— <i>Конечно же... мы согласились.</i>

Жеребец вздохнул и печально посмотрел на меня.
— <i>Он сказал, что в течении года все мы умрём постыдной смертью на грязном поле боя.</i>

Я поморщилась.
— Ой.

— <i>Само собой, никому из нас это не понравилось. Но тут старикашка спросил нас, не хотели ли бы мы изменить свою судьбу. Он сказал, что есть способ всем нам стать героями. Величайшими героями войны, до тех пор, пока мы будем верны друг другу. Если мы никогда... никогда... не нарушим нашей дружбы.</i> — он медленно прошипел сквозь зубы. — <i>Что я мог сказать? Дружба... слава... героизм...</i>

— Подвох? — спросила я с сочувственной улыбкой.

Он покачал головой и взглянул на меня.
— Первый, кто нарушил бы братство, вскоре погиб бы... и его смерть была бы самой милосердной. И остальные бы позавидовали первому, нарушившему клятву, вздумай они предать верность друг другу.

— И вы согласились.
С чего бы им отказываться?

— <i>Согласились. Отчасти из-за гордыни, отчасти из желания посмеяться над зебринскими предсказаниями. Но потом он достал эту книгу. Эту... эту ужасную, чёрную книгу. И внезапно это перестало быть забавным. Он воззвал к звёздам, чтобы те изменили наши судьбы, и прокляли нас, если мы изменим друг другу. Последовал гул и... зелёные спиральные штуки... вещи, которые ни один пони не мог объяснить.</i>
Крупье замолчал ненадолго.
— <i>Когда световое шоу закончилось, исчез и зебра, и всё, что было в палатке, за исключением нескольких пустых ящиков.</i>

Бледный жеребец снова вздохнул, а затем слегка улыбнулся.
— <i>Самое забавное было в том, что... это сработало. На следующий день всех нас назначили в специальную комбинированную целевую группу. Экспериментальную... в которой пони трёх видов работают как спецотряд. И это было... удивительно,</i> — закончил он с задумчивым видом. — <i>Мы были удивительны. Мы... мы делали такие вещи, которые были не под силу другим. Вещи, которые нам самим казались невозможными. И мы получили известность и славу. Большинство из нас никогда не говорили о той ночи, но я о ней думал. Мы собирались оставаться друзьями. Верными и преданными во веки веков...</i>

— <i>Затем в сражении пал Стоунвинг и мы задумались... о, никто не говорил об этом вслух... но это по взглядам было видно. Вопросы. Неужели он был тем, кто предал дружбу?</i> — он вздохнул и опустил голову. — <i>Мы не знали, что он оказался в больнице в критическом состоянии. Какая-то ошибка в документах. И тогда...</i> — он встретился со мной взглядом. — <i>Тогда Биг Макинтош сказал, что с него хватит. Он сказал, что встретил кобылу и ему пришло время осесть. Он полагал, что сполна исполнил свой долг перед Эквестрией, и не верит в зебринские проклятия. Он хотел создать семью. Говорил, что семья важнее всего. Он остался только на последнюю ответственную миссию... чтобы защитить Принцессу Селестию на мирных переговорах. Он полагал, что после того, как встреча закончится, нужды в Мародёрах больше не будет.</i>

— А затем он погиб, — тихо сказала я.

— <i>О, не простой смертью!</i> — резко бросил Крупье. — <i>Геройской смертью. Принцесса Луна восприняла это как боевой клич... новое обострение в войне. Знак, что мы должны сражаться жёстче... быть лучше... одолеть врагов. На следующий день исчезла Псалм. Через пару недель Дуф изнасиловал Твист. Спустя месяц Эпплснэк был переведён в няньки к зебрам. Ещё через пару месяцев сломалась Джетстрим. Затем ушёл Вэнити. Твист приняла врага, как любовницу. А я... я остался в полном одиночестве. Откуда меня и подобрал Голденблад... не знаю... из жалости, наверное.</i>

Я подумала о том времени в Стар Поинте. До того, как я узнала о Садах и порче и... обо всём. Что, если моя судьба изменилась именно там? Вдруг мне суждено умереть с пулей в голове, рядом с костями Мэриголд? И я была проклята стать тем, чем я стала? Это была пугающая мысль.

— Прости. Я просто... не знаю, что сказать. Звёзды и зебринское проклятие... Секаши говорила, что звёзды могущественны, изменчивы и опасны. Но я не знаю, действительно ли они способны на что-то подобное, — пробормотала я, глядя на звёзды, нарисованные на потолочных балках.

— <i>Не думаю, что они способны. Каждый жеребёнок и кобылка загадывают на падающие звёзды. Я загадывал,</i> — тихо ответил он, чуть приподняв голову. Он выглядел таким мрачным, что я пожалела, что не могу его обнять.

Вместо этого, я сделала почти то же самое.
— Ну так... расскажи мне побольше о приключениях Улыбки Джека.
Уголок его рта изогнулся в намёке на улыбку.

* * *

Ещё с час Крупье развлекал меня историями о погонях за грабителями банков по всей пустыне, вперемешку с вызовом духов шаманов, переодеваниями ради проникновения в монастырь, сражениями с ордами зомби и о том, что называлось "эпичным ляпом", из-за которого, видимо, Джек превращался в "кумкват". Наконец, вдоволь наговорившись, Крупье вернулся туда, где он обычно обитал.

В ближайшее время мне стоило бы пойти проведать П-21 и Деуса. Вот только что-то меня беспокоило, несмотря на то, что я лежала здесь мирно и тихо. Слишком тихо. Особенно у меня в голове. Я не ощущала привычного подглядывания Богини и внутренней возни. Тишина была тревожной... и нервирующей. Возможно, Богиня просто молча смотрела из глубины моего сознания, или она отключилась и что-то замышляет?

До сих пор я только могла слышать Единство и общаться с Лакуной. Я никогда не пыталась фактически войти в объединённое сознание. Отчасти из-за того, что я не знала, как, но с другой стороны возникал вопрос, что произойдёт, если я на самом деле попытаюсь установить эту связь. Вдруг меня засосёт туда навечно? Сможет ли Богиня управлять моим телом, пока я буду там? Возможно ли это вообще?

Вот чёрт... это был уже не первый раз, когда я так необдуманно и безответственно рисковала...

Я подумала о магии памяти, что я применила к Рампейдж и о том, что я вычитала в книгах Триаж. Пусть я не была умной пони, но и не была такой тупой, как прежде. Заклинание памяти позволяло делиться воспоминаниями, а Богиня была подобна огромному шару памяти, вмещающему бесчисленные воспоминания и души. Она просто была способна управлять этими воспоминаниями. Если я буду думать о Богине, как о совокупности воспоминаний, возможно я смогу войти в неё также, как я вошла в разум Рампейдж.

Я представила ту часть в глубине своего сознания, где я говорила с Лакуной, а Богиня со мной, как бассейн с водой, заполненный бесчисленными светящимися облаками памяти. Вместо того, чтобы пытаться вытянуть их к себе, я толкнула себя в этот бассейн, точно так же, как я делала это с Шуджой. По мере того, как я погружалась глубже, мир вокруг меня заволакивало чернотой. Плавание для меня было довольно чуждым понятием, поэтому я смирилась с тем, что тону. С этим я могла справиться.

Потом я услышала их... слабые шепотки в темноте. Сначала один или два. Затем как небольшая толпа. Затем непрерывный поток едва слышных комментариев.
<i>«Она добилась. Она уходит. Она идёт. Скоро. Она принесёт её. Принесёт её нам. Книгу. У неё книга.»</i>
Я не знала, кто была эта "она". Затем последовали более холодящие кровь комментарии. <i>«Мы должны убить её. Нет, мы должны вознаградить её. Одна из нас. Одна из нас!»</i>

Я постаралась не обращать внимания на шёпот. Мне нужно было отыскать то большое эго, что отвечало за них всех. Мысленно я погружалась всё глубже. Моё тело осталось позади. Нервирующее ощущение. Точно такое же, как я испытала после побега из Хайтауэра. Чувство... потери.

Тут я услышала голос и увидела вдалеке голубое свечение. Я двинулась к нему. Почему-то я представляла себя в виде белой единорожки с полосатой гривой... и никакого металла. По крайней мере здесь я могла быть нормальной. Голубое свечение соединилось в Богиню, огромную голубую единорожку до пояса, окружённую кольцом слабо светящихся фигур пони. Её бёдра скрывались в светящейся амёбоподобной массе, клубящейся вокруг неё, а её комковатая голубая шкура казалась бугристой и двигалась странными волнами. На плечах у неё теснились две головы зелёных единорожек, а позади головы Богини плавал полупрозрачный плёночный шар, от которого к её виску тянулась мясистая пуповина.

И внутри этого шара, запертая в ловушке, виднелась голова очень знакомой фиолетовой кобылы.

Перед Богиней были сотни окон, словно экраны терминалов. В них я могла разглядеть виды со всей Эквестрии. На большинстве из них были сцены Пустоши. На одном открывался вид на деревню зебр, и мне показалось, что одна из них выглядит похожей на Ксенит... конечно, они все были довольно похожи. Затем я заметила Каламити! Эту шляпу с другой не спутаешь. Она была как та, что носил П-21 и в Пустоши не могло быть другого пегаса в такой шляпе.

Окно в центре увеличилось в размерах. Возможно размер окна зависел от того, сколько внимания уделяла ему Богиня? Если так, то сейчас она смотрела... насколько я могла видеть... на летающий город-крепость, парящий над облаками. Десятками чужих глаз, я видела крыло аликорнов, летящее через тёмные облака к массивному военному сооружению.
— Какая мощь... — промурлыкала Богиня.

— Мобильная осадная платформа Тандерхед, — прокомментировала голова кобылы на правом плече.

— Сияние Рассвета, — добавила вторая.

Картинка сдвинулась и вдруг дёрнулась, когда аликорны телепортировались в посадочный док. Один за другим, пегасы экипажа оказались магически нейтрализованы и отнесены в угол. Зелёные головы кобыл прикрыли глаза и проговорили в унисон:
— Мы обнаружили расположение его каюты.

Богиня кивнула.
— Проследите за остальными и убедитесь, чтобы их не обнаружили.
Она бросила сердитый взгляд на фиолетовую голову в шаре и снова отвернулась к окну.
— Ведите нас туда.

— Мы уверены, что он послушается? — спросила одна из зелёных голов.

— Конечно, послушается! — отрезала Богиня. — Ему нужна магия. Нам нужна сила. Разве можно придумать лучший обмен? С его боевыми машинами мы раздавим Красного Глаза и спасём весь понячий вид на Пустоши.

— До тех пор, пока он не повернёт эту силу против нас, — заметила другая зелёная голова.

— Да, мы примем меры предосторожности. Скоро Чёрная Книга станет нашей и мы проведём необходимые изменения, чтобы увековечить себя, — раздражённо ответила Богиня.

— Трикси... — слабо прошептала фиолетовая голова. — Пожалуйста...

— Молчать, — рявкнула Богиня и злобно посмотрела на шар. — Ты испробовала свой способ. Ты потерпела неудачу. Я признала, когда ты была права насчёт меня. Почему ты не можешь признать, что это тот путь такой, какой и должен быть? Почему ты постоянно настаиваешь сделать всё "другим способом"? После двухсот лет попыток, только сила доказала свою эффективность. Что за учёный будет продолжать использовать бесполезные методы?
Богиня отвернулась к окну и фиолетовая голова опустила взгляд от стыда.
— Хватит проповедей, Твайлайт. Никаких больше попыток работать с пони вроде Красного Глаза. Мы должны контролировать обстановку, а не наоборот. — некоторое время она смотрела в окно. — Вперёд.

Половина окон моргнула и аликорны впрыгнули в роскошно обставленный кабинет. Стены были увешаны оружием, униформой пегасов, флагами и картами. Смуглый пегас, которого я уже видела в Небесном Порту Рэйнбоу Дэш, теперь сидел за письменным столом, хмуро вглядываясь в графики. Рядом, со скучающими выражениями на лицах, стояли двое охранников.

Их скучающие взгляды сменились удивлёнными, как только в них врезались магические снаряды, от чего пегасы безвольно повалились на пол. Предвестник, укрывшись за столом, выставил перед собой зловещего вида лучевой пистолет. Было в нём что-то знакомое, но я не могла с уверенностью сказать, где видела его раньше.
— СПОКОЙНО! — прогремел голос Богини. — БОГИНЯ ПРИШЛА НЕ ДЛЯ СРАЖЕНИЯ! ТВОИ СОЛДАТЫ ВСЕГО ЛИШЬ БЕЗ СОЗНАНИЯ, НЕ УБИТЫ!
Предвестник медленно поднялся из-за стола и окно приблизилось к нему.

Поколебавшись, он бросил пистолет на стол.
— Вот срань... так и есть, — сказал он, медленно поднявшись на копыта. — Вы действительно существуете.
Он чуть прищурился.
— Я ожидал, что покушение аликорнов Красного Глаза случится раньше. Он должен был подозревать, что мы работаем против него.

— ТАК И ЕСТЬ, НО БОГИНЯ НЕ СЛУЖИТ КРАСНОМУ ГЛАЗУ. ОН ЗЛОУПОТРЕБИЛ ДОВЕРИЕМ БОГИНИ И ПОЭТОМУ МЫ ИЩЕМ НОВОГО ПАРТНЁРА. ЛУЧШЕГО ПАРТНЁРА. А КТО ЛУЧШЕ ДРУГИХ СПОСОБЕН ПРАВИТЬ ЭТИМ МИРОМ ВМЕСТЕ С БОГИНЕЙ ЭКВЕСТРИИ, ЧЕМ ВЛАСТИТЕЛИ НЕБЕС? — на её идеально подобранные слова серый жеребец ответил улыбкой.

— Вы предлагаете своего рода альянс? — медленно спросил он, будто не веря, что такое можно даже предположить.

— ТАКОВО ПРЕДЛОЖЕНИЕ БОГИНИ. ТВОЕМУ НАРОДУ НУЖНА МАГИЯ? У БОГИНИ БОЛЬШЕ МАГИИ, ЧЕМ БЫЛО У ЛЮБОГО ЭКВЕСТРИЙЦА ЗА ВСЮ ЖИЗНЬ! С ТВОИМИ СИЛАМИ ТЫ МОЖЕШЬ ПОВЕСТИ СВОЙ ПРАВЕДНЫЙ БОЙ ПРОТИВ НЕЧЕСТИВОГО КРАСНОГО ГЛАЗА. НО ЭТО НЕ ВСЁ! БОГИНЯ ЗНАЕТ О ТВОЕЙ БОРЬБЕ С ТАНДЕРХЕД! О ТОМ, КАК ОНИ ПРИДЕРЖИВАЮТ СОБСТВЕННЫЕ ИСТОЧНИКИ МАГИИ, ПОКА ВЫ СТАНОВИТЕСЬ ВСЁ СЛАБЕЕ! О ТОМ, КАК ОНИ ИЩУТ ВОЗМОЖНОСТЬ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ БИОЛОГИЧЕСКОГО ОРУЖИЯ ПРОТИВ СОБСТВЕННОГО НАРОДА! ИХ ЗЛО НЕВЫНОСИМО ДАЖЕ ДЛЯ БОГИНИ! КОГДА КРАСНЫЙ ГЛАЗ БУДЕТ НАКАЗАН, БОГИНЯ ПОМОЖЕТ ТЕБЕ ОСУЩЕСТВИТЬ НАКАЗАНИЕ, ПОДОБАЮЩЕЕ ЗА ТАКОЕ ПРЕДАТЕЛЬСТВО!

Ладно. Уровень кошмара медленно повышался даже для меня, с моими трудностями в общении.

— Что ж. Это заманчивое предложение. Очень заманчивое. Но вы знаете, что говорят о вещах, которые слишком хороши, чтобы быть правдой, — сказал он с ухмылкой. — В чём подвох?

— БЕЗ ПОДВОХА. БЕЗ УЛОВОК. ВМЕСТЕ МЫ ПРИНЕСЁМ МИР И ПОРЯДОК В ЭКВЕСТРИЮ. ТЫ ХОЧЕШЬ НЕБО? ХРАНИ ЕГО С БЛАГОСЛОВЕНИЯ БОГИНИ. ДЕТИ БОГИНИ БУДУТ ПРАВИТЬ ВНИЗУ И ПРИНЕСУТ СПАСЕНИЕ ВСЕМ ПОНИ, ОКАЗАВШИМСЯ В ЛОВУШКЕ ПУСТОШИ. БОГИНЯ ПРЕДОСТАВИТ ТВОЕМУ АНКЛАВУ ВОЗМОЖНОСТЬ КОНТРОЛИРОВАТЬ НЕ ТОЛЬКО НЕБО ЭКВЕСТРИИ, НО И ВСЕГО МИРА! В СВОЮ ОЧЕРЕДЬ, ВЕСЬ МИР БУДЕТ ОБЪЕДИНЁН И СОХРАНЁН. — но это была ложь и я знала это. Зебр, грифонов и гулей нельзя обратить в аликорнов. Но глядя в кабинет, я видела в глазах Предвестника жадный интерес.

Тем не менее, он не до конца купился.
— Откуда мне знать, что это не уловка? Вдруг это попытка заставить меня раскрыться?

— ВЗГЛЯНИ НА СВОИХ НЕЙТРАЛИЗОВАННЫХ ОХРАННИКОВ! ЕСЛИ БЫ БОГИНЯ ХОТЕЛА ТВОЕЙ СМЕРТИ, ТЫ БЫЛ БЫ УЖЕ МЁРТВ! НАШЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ СДЕЛАНО ПО ДОБРОЙ ВОЛЕ, ПРЕДВЕСТНИК. БОГИНЯ ЗАИНТЕРЕСОВАНА В ТВОЕЙ ПОДДЕРЖКЕ, А НЕ В СМЕРТИ. — было похоже, что он обдумывает это.

Наконец, он кисло скривился.
— Это зависит не только от меня. Совет захочет посовещаться.
Последнее слово он произнёс, будто выругался.

Богиня усмехнулась.
— ТЫ ЛУЧШЕ ДРУГИХ ПОНИМАЕШЬ ЗНАЧИМОСТЬ ЗРЕЛИЩА, КОМАНДУЮЩИЙ! КОГДА ТЫ ЯВИШЬСЯ С КРЫЛОМ ДЕТЕЙ БОГИНИ, ПОТРЕБНОСТИ В СОВЕЩАНИЯХ НЕ БУДЕТ. КАК ТОЛЬКО ТВОЙ НАРОД УВИДИТ ВСЕ ДАРЫ БОГИНИ, ОН ПАДЁТ ПЕРЕД ТОБОЙ И ПРОСТИТ ТВОЮ ДЕРЗОСТЬ. НОВЫЕ ТАЛИСМАНЫ. СВЕЖИЕ МАТЕРИАЛЫ ДЛЯ СОЗДАНИЯ НОВОГО ВОЕННОГО ВООРУЖЕНИЯ! МОЩЬ ТВОЕГО НАРОДА ВОСПРЯНЕТ! ПРИХОДИ В ДОМ БОГИНИ, ПРИНОСИ СВОИ КАМЕРЫ, ЧТОБЫ ВСЕ СМОГЛИ УЗРЕТЬ СЛАВУ БОГИНИ! ТАК НАШ АЛЬЯНС СТАНЕТ ОЧЕВИДЕН ДЛЯ ВСЕХ!

Предвестник сердито взглянул на неё, но в его глазах определённо плясала надежда.
— Он поддаётся, — прошептали две головы.

— Конечно, — усмехнулась Богиня. — Мы говорим на одном языке. На языке власти.

Наконец, с лёгкой улыбкой, Предвестник сказал:
— Я подумаю о вашем щедром предложении, Богиня.

— Он согласится! — сказала зелёная голова слева.

— Ему осталось лишь сложить части мозаики, — пробормотала зелёная голова справа. — И тогда он присоединится!

— КОНЕЧНО, КОМАНДУЮЩИЙ. БОГИНЯ РАССЧИТЫВАЕТ НА НАШ СОЮЗ! ВМЕСТЕ МЫ ПРИНЕСЁМ МИР И ПОРЯДОК. НО МЫ ПРИЗЫВАЕМ ПОТОРОПИТЬСЯ С ПРИНЯТИЕМ РЕШЕНИЯ, ЧТОБЫ БОГИНЯ НЕ НАЧАЛА ДЕЙСТВОВАТЬ БЕЗ ТЕБЯ.

— Конечно, — ответил он, чуть улыбнувшись.

— Возвращайтесь, — захохотала Богиня и окно, открывающее вид на борт боевой платформы, исчезло и сменилось изображением облаков.

Ладно, мне нужно сделать... что-нибудь! Я должна кому-нибудь рассказать! Мне нужно...

На меня смотрела Твайлайт Спаркл.

Смотрящая на меня голова старой кобылы выглядела ужасно уставшей и грустной. Но даже сейчас уголок её рта дрогнул в печальной улыбке. Затем, в своём прозрачном шаре, она одними губами шепнула слово: «Беги.»

— Что... — начала было Богиня, а затем огромная голубая фигура развернулась лицом ко мне. Тут я поняла, что это были за бугры и почему они так странно двигались. Это было тело, собранное из безглазых лиц пони, похожих на тех, что рождались в лабораториях Горизонтов. Её светло-фиолетовые глаза сначала расширились, глянув на меня меня сверху вниз, а затем сузились, сверкнув гневом.
— ТЫ!

Дерьмодерьмодерьмовотдерьм...

Выбраться. Проснуться. Очнуться. Высвободиться! Я напрягла все силы, чтобы вырваться из этой пустоты и вернуться в себя. Может быть, если я вернусь в себя, я смогу предупредить кого-нибудь! Спайка! Я могу сказать ему! Он предупредит Хомэйдж! Он может сказать всемпони! Анклав и Богиня... вместе?! Это нужно остановить. Я почувствовала, что вытягиваю себя наружу, но слишком медленно. Катастрофически медленно!

Протянув гигантское копыто, она поймала меня.
— Подлая, трусливая Блэкджек. Я с нетерпением жду, когда ты полностью вольёшься в Единство. И этот день скоро настанет. Очень скоро.
Её губы приоткрылись шире, а глаза сузились.
— А пока... позволь мне компенсировать некоторое раздражение, вызванное твоей родословной!

Она подтащила меня к своей гигантской пасти, наполненной бесчисленными бормочущими головами пони и неисчислимым количеством зубов...

* * *

Я конвульсивно дёрнулась, разбудив Глори и Бу, и схватилась за свой пульсирующий череп.
— Что такое, Блэкджек? — обеспокоенно спросила Глори. — Что случилось?

Что-то было неправильно. Было что-то... Что-то, что я должна была сказать кому-то...

— Не знаю... просто голова болит... — пробормотала я в ответ. Скоро мы должны были выдвигаться. На мне висели неоплаченные долги и оставаться здесь, означало бы просто пригласить Предвестников напасть снова.

Только хотелось бы мне знать, от чего так веселилась Богиня...

Заметка: Достигнут максимальный уровень.

Новая квестовая способность: Броня Шедоуболтов Тип-1. Вы были усиленны с помощью кибернетических технологий Шедоуболтов. +3 к Болевому Порогу.

Авторские примечания.

Обещания.

Благодарности.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/28544/131911

Переводчики: Foxundor, Caringhide, _007_, VicePon3

joltius, Maripony, fantom_zero, SILMOR

mmo7, McPain, makujin