Готовый перевод Fallout Equestria: Project Horizons / Фоллаут Эквестрия: Проект Горизонты: Глава шестидесятая: Цивилизация

Fallout Equestria: Проект Горизонты

Автор: Сомбер

Глава шестидесятая: Цивилизация

"Вот и он: самый большой город в небе!"

Книжные иллюстрации показывали, какой была цивилизация. От освещённых Мейнхеттенских башен из стекла и стали, до элегантных классических строений в Кантерлоте, и уютных, сельских окрестностей Понивилля. Там даже было изображение Клаудсдейла; я помнила его бледным и неинтересным, но теперь, видя Тандерхед своими глазами, я понимала его немного лучше.

Город был выстроен на внутренней стороне массивного, пологого облачного тора, вроде пустой покрышки, лежащей на боку. Пока Флёр поднималась в город, я заметила, что нижний край шины тянулся к середине дальше, чем верхний, создавая освещённый выступ, на котором располагались натуральные парки! Ну, раз уж они могли выращивать посевы в облаках, то почему бы им не высадить цветы? Огромные, впечатляющие здания были выстроены в виде толстой круговой стены, украшенной колоннами Коринфского ордера, фризами сражающихся пегасов и грифонов, внушительными статуями, выполненными, по-видимому, из мрамора. Вдоль потолка, подобно сосулькам, висели сотни типовых, вытесанных из облаков квартир, где, как сказала Глори, жили бедные слои. На равном расстоянии друг от друга от верхнего края к границе парка внизу тянулись шесть огромных колонн; они, по словам Глори, служили домом членам правительства Тандерхеда.

Я волновалась, как мы проникнем внутрь города. Я воображала «город» местом вроде Тенпони или даже Общества. Здание, квартал зданий или даже целое стойло были первым, что приходило мне в голову. Место с огромными охраняемыми воротами, где осматривают и обсуждают всех приходящих и уходящих. Здесь же было так много снующих туда и сюда пони, что проникнуть сюда было бы так же просто, как и перемахнуть сверху. Вокруг летали пони в силовой броне, но они, казались, были заняты чем-то другим. Единственным вмешательством было, когда к нам подлетел серый небритый пегас, осмотрел «облако», и велел Бумеру: «Немедленно оттащить это здоровое облако на рабочую площадку».

И полетел дальше, потому что этим были заняты и другие пони вокруг.

Вот таким должен был быть мир. Таким, он когда-то был. Пони работали, жили, смеялись. Будто мыльный пузырь, сохранившийся на протяжении двух сотен лет, защищённый великой башней и превосходством над другими. Эти пони не скребли по сусекам, не боялись монстров, не волновались, что их могут обокрасть, изнасиловать или порвать надвое.

Как только мы оказались внутри кольца, Глори повела нас к дальней части города. Сначала я не видела различий между разными частями города, но теперь я замечала, что разные районы немного отличались декорациями и цветовым оформлением. Самым оживлённым был красный, который, по её словам, был торгово-развлекательным центром. Мы направлялись к синему району, прямо посередине, его выделяли самые крупные здания мудрёных форм, среди которых находилось меньше всего пони. Как только мы приблизились к стене, на которую она указывала, она быстро вылетела наружу, метнулась к панели управления и нажала несколько кнопок. Часть стены уехала вверх, открывая перед нами огромный гараж, скорее даже ангар, с впечатляющей, покрытой золотыми и серебряными пластинами небесной ладьёй, свисавшей на крюках с потолка. Хоть мы и сорвали большую часть грозового облака, пробираясь сквозь дверь, Твистер, Бумер и Глори сумели привязать Флёр к тем же опорам.

— Ого. Не верится, что мы реально высоко в небе! — сказала Скотч Тейп, с нетерпением перепрыгивая через перила.

— Стой! — закричала Глори, но было уже поздно. Широкая улыбка Скотч Тейп превратилась в гримасу ужаса, и она провалилась прямо сквозь пол. Я дотянулась до неё своей магией за мгновение до того, как её хвост исчез совсем, и крепко схватила. Медленно, вися вверх ногами, обнимая себя и дрожа, кобылка стала подниматься. Мой рог напрягся, будь она взрослой, я б её не поймала. Когда Глори подхватила её и перенесла на Флёр, Скотч подлетела к П-21 и крепко его обняла.

— Не сходить с лодки. Не сходить с лодки, — вновь и вновь повторяла Скотч, в то врем как я вздохнула с облегчением.

П-21 держал её, пока она боролась со своей паникой.
— Теперь гулять буде несколько сложнее.

Я нахмурилась и левитировала учебник магии Твайлайт. Теперь я была рада, что это были не просто бесполезные уроки для малышей.
— У неё тут есть заклинание, которое позволяет не-пегасам ходить по облакам. — Я прочла детали... выглядело не так уж и сложно. Не из тех, что я пробовала месяц назад, но... — А на ком мне его проверить?

— Эх. Мне-то хуже не будет? — спросила Рампейдж, подойдя и встав передо мной.

Я скривилась и сконцентрировалась. Представить радостные, пушистые облака на кончиках её копыт. Радостные, пушистые облака... Я почувствовала магический разряд.
— Хех... Выглядишь так же. Может, Бумер сможет принести немного того облака, что мы ободрали, и...

— Банзай! — заорала Рампейдж, прыгнув с дальнего края корабля. Её крик медленно затих, и мы все в ужасе посмотрели в её сторону.

— Ох, Селестия, — пробормотала я, медленно походя к месту её прыжка. Сначала Лакуна, теперь Рампейдж... — Я... Я должна была знать. Я думала, я всё сделала правильно!
Падала... и падала... и, конечно, она бы не умерла, но кто знает, над чем мы сейчас? Мы были рядом с Ядром! Она могла запросто оказаться пронзённой какой-нибудь арматуриной или...

Тут полосатая пони перемахнула через перила и приземлилась на мне.
— Ты и сделала. Я просто прикалываюсь, — самодовольно сказала она, лёжа на мне, затем нахмурилась и ткнула в мои металлические протезы. — Ухты, и как вы с Глори своими перепихушками занимаетесь? Не мешают?

— Немного, но когда я наверху, ещё более-менее, — ответила Глори, пока я пыталась восстановить речь.

— Рампейдж! Я тебя убью! — крикнула я, пытаясь её пнуть.

— Обещания, обещания, — протянула она, как бы между прочим зажав мои копыта своими когтями. Она взглянула на перепуганную Скотч, затем вниз на меня, и я увидела у неё в глазах какую-то тень. Но она тут же ухмыльнулась, и тень сошла. — Эй, Скотч. Гляди-ка сюда. — Она открыла рот, и большая капля слюны скатилась по её языку.

— Нет! Нет-нет-нет! Не смей, Рампейдж! — орала я, пытаясь её скинуть.
— Не пускай на меня слюни, Рампейдж! Я тебя предупреждаю! — отчаявшись, я взглянула на Глори, но видимо, такая гадость, как понячья слюна не стоила усилий по моему спасению.

Рампейдж втянула каплю обратно, ухмыльнулась мне, шумно всхрапнула, и какая-то противная гадость начала медленно на меня капать, болтаясь и качаясь, как какой-то мерзкий маятник.
— Рампейдж, ну что ты как ребёнок? — с отвращением спросила Глори.
Рампейдж замерла с болтающейся у неё на губах слизью, взглянула на Глори и всосала её обратно в рот.
— Вот так лучше, — сказала Глори голосом заправской няньки.
— Если честно... — ухмыльнулась Рампейдж.

Затем, словно металлическая пантера, она бросилась на Глори, прижав пегаску спиной к земле.
— Что ты делаешь? Слезь!
Шар из соплей появился снова.
— Нет! Нет-нет-нет-нет-нет-НЕТ! — беспомощно молила она, пока слизь изо рта Потрошительницы опускалась всё ниже и ниже. — Блекджек! Помоги!
Я посмотрела на Скотч, которая успешно замещала страх удивлением. Затем визг Глори достиг зубодробительной высоты - слюнобомба упала.
— Рампейдж!

Мы все... кроме Глори... засмеялись.
— Расслабься, Глори, — ухмыльнулась Рампейдж. — Скотч же смеётся. Так что успокойся.

— Будто в школу вернулась, — с раздражением сказала Глори, сев, но увидев смеющуюся оливковую кобылку, немного успокоилась.
Её продолжительные попытки стереть слизь, тем не менее, скорее втирали её в её шерсть.
— О Господи! Это сопли? Это сопли! Рампейдж!

— Что происходит? — из дверей спросила молодая кобыла.
Её шерсть была более тёмного, чем у Глори, серого цвета, а грива была цвета тёмного индиго. Вроде пегасьего варианта Хоумэйдж, за исключением пары очков на её светло-синих и очень в эту минуту широких глаз.
— Что... как... кто вы вообще такие?

— Муншэдоу? — спросила Глори, уставившись на взволнованную кобылку. Она метнулась к ней и обняла её не слабее хватки Рампейдж. — Муна!

Муншэдоу попыталась оттолкнуть Глори.
— Рэйнбоу Дэш? — она сжала губы, явно стеснённая склизкими объятьями. — Кто... что...
Она посмотрела на Флёр, затем на всех нас.
— Что происходит?

— Это я! Монинг Глори! Я дома! — с широкой улыбкой ответила она. Но она быстро исчезла, когда Муншэдоу оттолкнула её прочь. — Муншэдоу?

Кобыла медленно покачала головой:
— ...нет. Быть не может...

— Это Монинг Глори, Мун, — сказала Даск, выходя на палубу нетвердой походкой и хватаясь за леер.
Взглянув на меня она скривила губы и неуклюже спорхнула на пол ангара. Я не могу точно вспомнить что сделала с ней тогда... по-видимому, оторвала шлем и почти проломила голову. Без повязок были видны бледные раны. Опухоль с них уже спала, но без использования магии, кости черепа будут срастаться дольше.

— Даск? Что с тобой случилось? — спросила Муншэдоу, подскочив к шатающейся пегаске.
Чувствуя себя неловко, я принялась применять заклинание хождения по облакам к себе и остальным.
— И... Рэйнбоу Дэш?

— Поранилась внизу. И, да, это Глори. Пойдем, я все объясню. — ответила Даск, затем чуть закатила глаза — Сказать по правде, я пробегусь лишь по основным моментам, я не могу начать объяснять все. Но пойдем уже внутрь.

Муншэдоу перевела взгляд с Даск на Глори и обратно. Глори смущенно улыбнулась добавив
— И я бы очень хотела помыть лицо. Очень.

Но Муншэдоу не улыбнулась. Темно-серая пегаска обвела остальных холодным взглядом синих глаз.
— Ясно. Хорошо. Добро пожаловать в имение Страйкеров. — Нахмурившись она повела нас внутрь.
Действительно прохладный прием.

* * *

Я не знала, чего мне ожидать от дома Монин Глори, но я точно не представляла себе небесный дворец. Огромное парящее помещение возвышалось на три этажа, с балконами, похожими на мосты между Коринфскими колоннами. Радужные окна отбрасывали полихроматический свет на пол, на котором были выгравированы деревья, облака и птицы. Пока Тандерхед вращался, свет переливался по поверхности, и частицы света окрашивали разные области так, что через десять минут то, что было безоблачным ярко синим небом, с обилием солнечного света, становилось озером.

Скотч Тейп буквально разинув рот глазела на окружающую архитектуру, уже забыв о своем страхе падения. Она бросилась к Флёр за бумагой и угольным карандашом и сразу же начала делать наброски увиденного вперемешку с заметками. Я заметила еще несколько деталей: ни одной лестницы. Слава Богиням, на первом этаже тоже были туалеты.

Еще здесь было на удивление мало пони, для поместья размером почти с половину моего Стойла. Четыре пегаса, две кобылки и два жеребца в черной форме, по-видимому, были наемными работниками, поддерживающими чистоту и порядок. Они стояли явно не уверенные в том что им следует делать, однако готовые услужить Муншэдоу, Даск или Глори, если им потребуется что-либо. Я заметила, как они морщат носы, и почувствовала смущение за то, что притащила вонь Пустоши в это удивительное и величественное здание, но затем выбросила это из головы, и сосредоточилась на вещах посерьезнее.

Мы переместились в библиотеку, где на зачарованных, парообразных полках разместились книги, вышедшие на свет ещё до того, как началась война. Некое подобие гобелена свисало с потолка до самого пола, поколение за поколением отображая историю пони на целые столетия назад. Я бы никогда не подумала, что родословная Глори через ее отца тянется в прошлое ещё дальше, чем моя собственная через Твайлайт. Две идентичные сизо-серые кобылки с розовыми гривами слушали Глори и Даск с выражением волнения. Её родные сёстры, Ламбент и Люсент. Муншэдоу внимательно вслушивалась в каждое слово, задавала несколько вопросов и просто принимала всё это в себя. Исходя из насупленного выражения её морды, ничто из этого не приносило ей радость. Когда мы добрались до Анклава и Лайтхувза, Даск предложила Ламбент и Люсент показать Скотч остальную часть дома, в то время как дворецкий принёс ей аспирин.

Троица вышла под надзором горничной, в то время как нас оставили со столом безвкусных десертов и каких-то причуд. Вода была слегка приправлена лимоном. Бу, казалось, была разочарована угощением в виде мягкого подсахаренного печенья.

Тогда мы рассказали Муншэдоу о чуме и предстоящем нападении. Она восприняла всё сказанное даже мужественнее, чем я ожидала, особенно учитывая компанию и появление её сестры. Она глубокомысленно прикрыла свои синие глаза, и я подарила Рампейдж строгий взгляд, прежде чем она начала бы издавать храпящие звуки. Через минуту Муншэдоу открыла глаза, и выглядела она отнюдь не счастливой.
— Я должна поговорить со своими сёстрами. Наедине.— Затем её пристальный взгляд переключился на меня, прежде чем она добавила:
— Вы можете остаться. Вижу, вы и так замешаны во всём этом.

— Что? А нам что делать? — спросила Рампейдж отойдя от Муншэдоу к Глори. — Ну же! Если вы собираетесь драться, то мне хочется это увидеть. Не оставляйте меня просто так!

— Рампейдж,— произнесла я, покачав головой.

Она начала было ныть снова, но Муншэдоу подозвала одного из слуг:
— Покажите ей мультимедийную комнату. Если уж ты настаиваешь на просмотре драмы,— обратилась она к Рампейдж,— то я рекомендую тебе "К ранним лучам рассвета". Довольно душещипательная история.

— О, да, — кивнул Бумер. — Мне нравится сцена, где Капитана Сильвервинга подстрелили, и он остается лежать на вершине горы, пока весь его отряд отступает! — он начал говорить хриплым голосом:
— «Начните сражаться завтра, ребята. Сражайтесь за меня. Сражайтесь за нас. Но завтра. Мне же еще предстоит станцевать». Потом они ушли, а грифоны начали к нему спускаться и... — его голос затих когда он понял, что мы все на него смотрим. — Что?! Это самое печальное событие в этой сцене. Особенно когда действие переносится домой, к его особенной пони...

Рампейдж бросила на него равнодушный взгляд и улыбнулась:
— Что ж, ты меня заинтриговал. Я в игре.— Затем она повернулась к дворецкому и торжественно объявила:
— К ящику, Дживс!

— Меня зовут Дроплэтс, мэм,— сухо отозвался он.— Сюда.
Вместе, они покинули нас.

П-21 повернулся к Твистер и ненадолго нахмурился.
— Может мы можем поговорить, пока они не закончат. Мне бы хотелось побольше узнать о Нейварро. Это поможет мне понять цели сражений.

— Скайбрайт? — сказала Глори одной горничной. — Почему бы тебе не показать им кухни и не приготовить чего-нибудь поесть?

Небесно синяя кобыла кивнула и порысила к двери, и с улыбкой открыла им двери.
— Сюда, пожалуйста.

Я взглянула на Бу, моргающую в замешательстве из-за того, что пони уходили. А может она просто боролась с желанием съесть один сухой белый диск, который они называли «печеньем».
— Иди с ними, Бу. У них могут быть пирожные Фэнси Бак.
Не знаю, поняла ли она меня, но она немного оживилась, отбросила полусъеденное печенье на тарелку, и побежала за ними, выглядя весьма довольной. Такая странная кобыла...

Когда нас осталось четверо, не считая оставшегося с нами слуги, Муншэдоу нахмурилась и обвела нас – Глори, меня и Даск – своим взглядом.
— Ну что ж. Вы уже через многое прошли. Что планируете делать дальше? — лукаво спросила она, опускаясь на белый пушистый диван. — Попадёте под арест и будете надеяться, что они воспримут шайку наземников достаточно серьёзно, чтобы вы получили аудиенцию у Советника Старгейзер? Или вы считаете, что устроить общественный показ нашего массового изгнания за нарушение карантина будет достаточным для своего рода публичного обращения?

— Ну, это один из путей связаться с органами власти, — немного сбивчиво произнесла Глори.

— Эм, я не думаю, что ты понимаешь, — сказала я Муншэдоу, обеспокоенно нахмурившись. — Нейварро собираются брать Башню. И если им придётся расчищать себе путь орудиями, они это сделают. Думаю, тебе стоит посмотреть на общую картину.

Муншэдоу повернулась ко мне, глядя с явным презрением:
— Прошу прощения. Это не твой дворец, не твой дом, не твой город или твоё дело. Не указывай мне, куда мне стоит смотреть в первую очередь.

— Не разговаривай с ней вот так, Муншэдоу, — ощетинилась Монин Глори. — Блэкджек – моя близкая подруга.

— Мои поздравления,— парировала она голосом, полным презрения.— Ты открыла внебрачную связь.
Она поднялась и повернулась, глядя в окно.
— Возможно, следующими для себя ты захочешь открыть семейные обязательства.

— Да что на тебя нашло, Муна? — совершенно растеряно спросила Глори.

Серая кобыла ударила копытом по столу заставив посуду грохотать.
— Стать главой семьи из-за того что отец и две сестры пропали - вот что на меня нашло, — сказала она не поворачиваясь — Не думаю что кто-либо из вас двоих сможет это понять.

— Эй, — Простонала Даск, хмурясь, как она начала подниматься. Затем, коснулась своей головы, и откинулась назад на ее двухместный диван, но продолжила. — Не говорите мне о семье.

— Ох? — Муншэдоу обернулась, глядя на нее. — Ты убежала, чтобы присоединиться к военным, при первой же возможности. Я поняла это. Следуешь по пятам отца и всему, что тебя влечет. Но ты никогда не думала о том, кто мог возглавить эту семью, когда ты уходила на подготовки персонала охраны? Была даже попытка привести скандал вокруг нас, сообщая о том, что Глори стала Дашитом!
Ее жесткие голубые глаза направились на Глори.
— И ты так и сделала. Дашит даже больше, чем я могла себе представить.

— У меня не было другого выбора! — начала Глори, как она взмыла с моей стороны и зависла в воздухе, указывая копытом на Муншэдоу. — Лайтхувз клеймил меня, и магические сорняки превратили меня в это. Я никогда не просила этих проблем!

Но Муншэдоу, быстрее чем я ожидала, взмыла в воздух и жестко ткнула своим копытом в грудь Глори.
— Ох, но так ведь и есть! У тебя был выбор во всем, Морнин Глори! Ты могла остаться здесь, наверху. Ты могла выйти замуж или встречаться с кем бы ты не захотела! Ты могла бы окончить свою учебу. Ты могла бы стать доктором уже через год, если бы ты осталась. Но нет. Ты тосковала по Матери и продолжила ее безнадежный крестовый поход для помощи поверхности. Ты даже заставила Отца одобрить Добровольческий Корпус! Ну и где же теперь Мать с Отцом? Одна превратилась в механическую мерзость, а другой заперт в стазис-коконе, где-то на поверхности!

Глори попятилась назад, выглядя так, будто Муншэдоу только что ударила ее по голове.
— Муншэдоу, как ты можешь говорить такое?

— Как... — она стиснула зубы и расстроенно прошипела. — Ты когда-нибудь думала о Ламбент и Люсент, Глори? Или обо мне? Или о ком-либо еще?
Она убийственно указала копытом на Глори.
— Если бы это была только твоя жизнь, то ладно. Я могла бы посочувствовать. Но твоя жизнь на поверхности повлияла не только на тебя, Глори. Поняла ли ты это? — она указала на Даск. — Она удержала нас от изгнания, когда стало понятно, что ты мертва. Признаюсь, я плакала, когда услышала. Но ты не мертва. Ты здесь. И ты Рейнбоу Дэш! Ты хочешь чтобы нас всех арестовали и изгнали?

— На кону нечто больше нашей семьи, — Даск мрачно ответила.

— Я это понимаю, — возразила Муншэдоу. — Но в отличии от вас двоих, я не готова пожертвовать собой и своими сестрами, словно мы ничто!

— А когда Анклав придет сюда и начнется стрельба, то что тогда? — отрезала Глори.

— В Нейварро много пони, которые не станут избегать жертв среди гражданского населения. Черт, некоторые из них считают, что все жители Тандерхеда — предатели, — указала я.

— Тогда мы отсидимся, сдадимся в подходящий момент и продемонстрируем свою верность.
Я в шоке уставилась на нее. Она встретила мое недоверие с искренностью.
— Великий Анклав Пегасов является юридической, избранной народом Тандерхеда властью. Да, система имеет серьезные проблемы, но это не оправдывает преступность. Если кто-то бросает вызов закону, Анклав имеет право вмешаться и остановить их! Они преступники. Если Тандерхед их не остановит, то это сделает Анклав, — противопоставила Муншэдоу.

— Верно, — сказала я, вставая. — Глори, тащи веревку. Если она не собирается нам помогать, значит, она собирается нам помешать.

Муншэдоу уставилась на меня в отвращении.
— Блестяще. И что собираешься завтра сказать моим работодателям в университете? Я ни разу в жизни не брала больничных. А что насчет семей наших слуг? Что ты собираешься сказать им?
Потом она спросила, холодно и презрительно.
— Или ты собираешься просто убить нас?
Я вздохнула. Это становилось намного сложнее, чем я предполагала.

Глори вздохнула, опускаясь, явно побежденная.
— Муншэдоу, если ты не собираешься помогать нам...

— О, небеса, конечно же я собираюсь вам помогать! — сказала она, раздраженно закатывая глаза.

На лицах всех присутствующих в комнате пони, отразилось нешуточное недоумение.
— В самом деле? — озадаченно спросила я.

— Неужели ты думаешь, что я намерена спрятать свою голову в облако, тем самым, позволяя вам, начать осуществление какого-нибудь, придуманного вами же, по-жеребячьи глупого, плана, крах которого приведёт к гибели этой семьи? Нет, — решительно заявила Муншедоу. — Я не допущу того, чтобы ты, твои... друзья... Мать, Отец, или еще какие-нибудь пони, разрушили жизнь Ламбент, Люцент или мне!
Она взлетела, и, ещё раз, ткнула своим копытом в грудь Глори.
— Но не думай, что я в восторге от того, что свалилось на нас из-за тебя, Глори.

Глори глубоко вздохнула.
— Помоги мне с этим, и я уйду, и никогда больше не омрачу твои небеса, — произнесла она, стараясь не разрыдаться.

— О, во имя ясного неба, нет! — возмущённо произнесла Муншедоу, всплеснув передними ногами над головой.
Затем, она схватила Монинг Глори за плечи.
— Ты - часть семьи! И это твой дом. Для разнообразия, начни наконец-то задумываться о том, как то, что ты делаешь повлияет на остальных. В противном случае, ты будешь в точности как Мать. — Она вздохнула и приземлилась, а затем, прижала кончики крыльев к вискам. — Ух, у меня началась мигрень. Джембори, мне нужен аспирин.
Вместо того, чтобы пройти, примерно, пятнадцать футов до стоящего на столе пузырька, она ждала дворецкого, который, вытащив кончиком крыла две таблетки, принёс их ей. Как только лекарство было проглочено, Муншедоу снова вздохнула.
— Итак, уже поздно, а у меня есть ещё работа, которую нужно закончить, ужин, который нужно съесть и ряд звонков, которые нужно сделать, — произнесла она сварливо.
— Есть ли ещё что-нибудь, что вам нужно мне рассказать, — спросила Муншедоу, по очереди, обведя нас взглядом.

— Нет, — произнесла Глори, отведя взгляд.

— Прекрасно. Дайте мне времени, до завтрашнего утра, чтобы я смогла позаботиться обо всех своих делах, а затем посмотрим, что мы можем сделать для тебя, и твоих друзей. Ах да, мне же ещё нужно будет выяснить, приютят ли Фёзерсы Ламбент и Люсент, если всё станет совсем плохо.

— Ох, Фёзерсы? — простонала Даск. — Они же такие нудные.

— И вероятность того, что их поставят к стенке и расстреляют - близка к нулю. Они влиятельны, как здесь, так и в Нейварро. И я им нравлюсь. А то, что ты не захотела выйти замуж за их сына - не сможет служить оправданием в случае отказа, — решительно произнесла Муншедоу.
Я просто обязана представить её Грейс, если она когда-нибудь спустится на поверхность. Они превосходно поладят!

— Педераст, — безэмоционально пожаловалась Даск.

Муншедоу фыркнула.
— Ох, как будто в этом есть что-то настолько плохое, что из-за этого нам пришлось отменить чудесный договорной брак, — произнесла она, закатив глаза, и, наконец-то, улыбнулась. А затем, повернулась к своему слуге, и хитро спросила:
— На твоё благоразумие можно положиться?

Он склонил голову.
— Да, мэм. Я обязательно добьюсь этого же и от остальных.

— Хорошо, — произнесла Муншедоу, поправляя на своей мордочке очки в черной оправе. — А сейчас, мне необходимо закончить проверку докладов. Прежде всего, следует учитывать то, что с этого дня мы в любой момент можем оказаться на войне, и мне не хотелось чтобы у меня на шее болтались непроверенные домашние задания. Извините меня.
После этих слов, она поднялась и вышла из библиотеки, слуга следовал за ней по пятам.

— Десять Хищников летят сюда для того, чтобы захватить Башню, а она волнуется о проверке письменных работ? — спросила я озадаченно.

Даск кивнула, а затем вздрогнула. Глори вздохнула.
— Она всегда была крайне ответственной. Тем не менее, я... я не знала насколько зла она была на меня. Я думала, что она любит меня.

— Так и есть, Глори, — произнесла Даск с улыбкой. — Она просто с причудами. Если ты ещё не обратила на это внимание, то Муншедоу - перфекционист. Умная, безусловно, но к тому же, ещё и организованная. Помнится, я часами развлекала себя тем, что слегка наклоняла принадлежащие ей картины, а затем, наблюдала, как она доводит себя до безумия. Или затачивала один карандаш чуть сильнее, всех остальных.

— Вот это вот, меня тоже раздражает, — произнесла Глори, нахмурившись. — Ну, раздражало. Но после Пустоши...

— Ага. Но я прямо-таки вижу, как Муншедоу пытается группировать пустые банки в порядке ржавости или чего-нибудь в этом роде, — произнесла Даск, с усталой улыбкой.

— И всё-таки, я не могу поверить в это, она меня наорала. Я и не представляла себе, что Муншедоу способна ругаться, — произнесла Глори уныло.

— Могло быть и хуже. Ты просто никогда не рылась в её столе. По крайней мере, она не пыталась тебя убить, — тихо произнесла Даск. — Кстати, прости за это.
Она потёрла голову, и скривилась
— Дурацкий перелом костей черепа.

— Исцеляющее зелье не помогло? — спросила Глори, обеспокоенно нахмурившись.

— Весьма помогло. А вот неделя, или две, которые я провела привязанной к медицинской каталке, и допросы, которыми меня донимали половину этого времени, не очень. К счастью, в мой мозг вернулись воспоминания, и он перестал болеть.

— Это нервы в костях и мышцах, или мозговых оболочках. В ткани мозга их нет... — Глори замолкла, встретившись с глупым взглядом своей сестры. — Точно. Прости, болит.

В комнату вернулись Твистер и Бумер.
— И так, каков ваш план для того, чтобы добиться встречи с Консулом? — спросила у Глори Твистер. — То есть, у вас же имеются какие-нибудь семейные связи, или ещё что-нибудь. Верно?

— Честно говоря, я ожидала того, что сотрудники Службы Охраны Тандерхеда постучатся к нам в дверь через пять минут после того, как мы сюда прибудем, — произнесла Глори, почесав затылок.
Мы все уставились на неё в замешательстве.
— Что? — произнесла она в свою защиту, обращаясь ко мне. — Ты исчезла, и направилась в Мерипони, поэтому, я просто подумала, что бы ты сделала на моем месте и осуществила это, когда мы разделились.

— Глори, — произнесла я, печально, — Мои идеи ужасны! Они всегда были ужасны. Во имя Эквестрии, с какой стати тебе это делать?

— Мне жаль, довольна?! — крикнула она мне. — Я - не лидер! У меня нет... чего-то там, что есть у тебя, и что позволяет тебе вытворять всё это. Я просто решила что, прилетев сюда, мы, так или иначе, сумеем связаться с Консулом.. Возможно, она решит, что кучка наземников достаточно занимательна для того, чтобы поболтать с ними.
Она склонила голову и съёжилась передо мной, обняв себя крыльями.
— Я знаю, что нужно делать, Блекджек, но я не могу делать это так, как можешь ты. — Она, в конце концов, отвела взгляд. — Ты даже не представляешь себе, насколько я тебе из-за этого завидую

Даск вздохнула.
— Глори, позволь Муншедоу обдумать это, она не только умная, но ещё и не пропадала неизвестно где в течении двух месяцев. И очень важным пони она нравится больше.

— И каков твой план? — спросила я Даск.
Она взирала на меня с прохладцей. После Желтой Реки, я сомневалась в том, что, в ближайшее время, мы сможем стать друзьями.

— Как только моя голова прекратит пульсировать, я слетаю вниз, чтобы проведать Лайтнинг Дансер и Отца. Мне кажется, что они оба понадобятся нам здесь. Мне нужна Дансер, и я уверена в том, что Тендерхед будет нуждаться в Отце. А там посмотрим, — ответила она — Я должна быть состоянии лететь в течении тридцати секунд без того, чтобы головокружение превращало окружающий меня мир в блеватрон.
Она встала и скривилась.
— Пойду прилягу. И вам двоим, скорее всего, следует поступить так же. Никто еще не пытался встретиться с Консулом после окончания рабочего дня, и, к тому же, время уже позднее.

— Хмммм! Таки я поняла! Под покровом темноты прокрадёмся мы, и с Консулом поговорим, в её же спальне! — предложила я, улыбаясь до ушей.

— Блекджек, Консула Анклава охраняют круглосуточно, — произнесла так, как будто бы объясняла что-то, что знать должен каждый. — А муж Старгейзер сражался вместе с Отцом во время прошлого нападения дракона. Один выстрел, одна тревога, и всё очень быстро пойдёт по наихудшему сценарию.

— Возможно... имеется потайной ход? Или, у тебя есть фотография её спальни? Я смогу туда телепортироваться! Наверное. — Я поочерёдно смотрела на них, а затем, тяжело вздохнула. — Ух, я и в самом деле не хочу становиться арестанткой лишь для того, чтобы поговорить с ними об их контрабандном биооружии.

— Пусть этим занимается Муншедоу, — произнесла Глори, вздыхая. — Она умнее меня
А вот это сказало о многом.

— Эт точно, но у неё нет твоего сердца, — произнесла Даск с лёгкой улыбкой. — Или моего мужества. Она бы ни за что в жизни не отправилась бы на поверхность. Ей по нраву милая, предсказуемая жизнь. Не удивительно, что она такая раздраженная. Кто бы мог предсказать наше появление?

Я обняла её и потёрлась носом. Муншедоу может и умна, но я не доверяю ей до конца. Тем не менее, ради Глори, я могу попытаться...

* * *

Этим вечером ничего важного не произошло. Рампейдж разрыдалась, пока мы были на кухне с П-21 и Твистер. Видимо, кино было именно таким, каким и описал его Бумер. Скотч Тейп размышляла о том, что именно из архитектуры поместья она сможет воссоздать, используя материалы с поверхности. Бу тихо уткнулась мордочкой в легкую закуску из тортиков, принесенных с кухни.

Этой ночью, все мы, за исключением Твистер и Бумера, спали на борту Флёр. В книге Твайлайт было сказано, что заклинание будет действовать в течении трёх дней, но, в отличии от неё, я не была на столько же хороша в магии. Ни при каких обстоятельствах я не смогла бы заснуть с мыслями о том, что могу без предупреждения, провалиться сквозь облака, поэтому эту ночь мы провели в кроватях. Я обнималась с Глори, нежно поглаживая её крылья, до той поры, пока она не заснула

Мне потребовалось весьма много времени, чтобы последовать за ней. Ни когда бы не подумала, что буду скучать по чувству усталости. Умом-то я понимала, что мне нужен сон. Я просто не чувствовала себя так, будто мне этого хочется. Я вдохнула чистый аромат её гривы... пурпурная или радужно-полосатая, она по прежнему пахла, как моя Глори... и позволила своему мозгу постепенно отключиться под тихое поскрипывание Флёр.

Что меня ждет? Кошмары? Воспоминания о смерти Лакуны? Хуже? Я хотела бы увидеть...

~ ~ ~

— Блекджек! Поспеши! Ты опаздываешь! — Мама звала из гостиной на нижнем этаже, пока я боролась с моими золотыми доспехами. Чертовы пряжки застряли, опять! Наконец, я просто телепортировалась из них прямо в душ.
«<i>Ха! Получите, пряжки</i>», — подумала я, включив воду.

О. Подождите. Броня была все еще на мне. Будьте вы прокляты, пряжки! Чтоб вас.

Я бросила намокшую броню на кровать, проворно вытерлась и решила пока не беспокоиться об этом. Затем, я метнулась вниз по лестнице так быстро, что ободрала ногу об угол. Я промчалась мимо гостиной, где меня ждала моя младшая сестренка Бу.
— Ты еще не одета? Одевайся скорее. Мама, дай ей её платье!

— Ох! У нас нет времени, — простонала я. — Его не заботит, буду ли я расфуфырена или нет!

Мама посмотрела на меня и улыбнулась.
— Блекджек. Иди оденься.

Побежденная, я вернулась наверх, выбрала красное платье и натянула его на себя
— Есть! Я оделась!

— И причеши свою гриву, — настаивала Бу.

— Мама!

— Причеши свою гриву. У вас еще есть достаточно времени, — я наигранно надулась, когда Бу взяла расческу и пробежалась ею по моей гриве и хвосту несколько раз.

— Готово! Теперь мы можем идти? — спросила я. Королевская гвардия не должна выглядеть чопорной. Мы должны быть сильными и верными и никогда не сдаваться! Мы спасали пони.

— Макия... — начала было говорить Бу, но я левитировала подушку с дивана и ударила её по голове.
— Мааааам! Блекджек опять использует магию, чтобы донимать меня!

— Бу, ей не нужен макияж. Блекджек, не используй магию на своей сестре. — мама привыкла вести переговоры между нами. Наконец, мы отправились к двери. — Повеселитесь.

— Да мама, — сказали мы в унисон, когда выходили на улицу в теплый дневной свет.

~ ~ ~

Меня разбудил скрип. Он не был похож на большинство шумов Флёр. То были мягкие, повторяющиеся, успокаивающие звуки. Этот был один, единичный, стон доски со стороны кровати, которая была передо мной. Открыв один глаз я посмотрела на пустой воздух над Глори. Ничего. Спи, Блекджек. Шесть сонных пони в моей голове согласились. Было слишком рано для этого.

Но что-то заставило доску скрипнуть. Я смотрела в никуда, в то время как Глори неподвижно спала рядом со мной. Тогда, не издавая ни звука, я достала из ножен свой меч. Он медленно поплыл над Глори, освещая черты её лица. Я медленно помахала им по воздуху вдоль этой стороны кровати. Затем, воздух с другой стороны кровати еле-заметно замерцал. Пони со стелсбаком стоял рядом с Глори...

Я напряглась, готовясь ударить.

Затем, как только они отошли от меня и кровати, мерцание полностью исчезло. Намеревались ли они отступить лишь для того, чтобы начать стрелять с безопасного расстояния? Дверь, с едва слышным скрипом, открылась, сама по себе, и я выскользнула из постели, так тихо, как только могла. Здесь происходило что-то очень неправильное. К счастью, храп Глори заглушал цокот моих собственных шагов. Выглянув в коридор, я внимательно посмотрела направо, а затем, налево. По ступенькам ведущей на палубу лестницы медленно перекатывалась жестяная банка.

Шаг за шагом, я вышла наружу. Если бы это была попытка убийства, то они уже могли бы испепелить меня не менее полудюжины раз. Я сменила светящийся меч на светящиеся револьверы.
— Я знаю, что вы здесь, — тихо произнесла я, поворачиваясь вокруг своей оси. — Кроме того, я знаю, что вы, скорее всего, могли убить всех находящихся внизу, ещё до того, как я проснулась. Или в коридоре. Или сейчас. Но вы этого не сделали, пока что. Следовательно, вы явился сюда по какой-то иной причине, как я предполагаю.
А в ответ - тишина. Они уже ушли? Шум ветра за стенами города, был всем, что я могла слышать.

А затем, воздух озарился вспышкой, на носу Флёр появился пони. Я уже видела силовую броню Анклава раньше, но я ни когда не видела такой силовой брони. В ней не было неуклюжести брони Нейварро или плавности линий Тандерхеда. Эта броня покрывала каждый дюйм его тела, даже внутреннюю сторону крыльев. Форменный чёрный цвет был нарушен фиолетовыми линиями. Смотровые щели его шлема светились светло-голубым. Ко всему прочему, у него были широкополая шляпа и чёрный плащ, который театрально развивался за спиной, на лёгком ветерке!
В общем, я присудила ему 9 баллов.

— Тебе следует покинуть это место, — произнёс пони тихим, синтетическим голосом, от которого у меня грива встала дыбом.
Пусть будет 9.5 баллов.

Я указала копытом дирижабль.
— Это судно - моё. А вот ты - незаконный вторженец. — На его броне я не заметила ни какого оружия поэтому, опустила своё. — Как тебя зовут, приятель?

— Некто, вот всё, что знать тебе должно, — прозвучало в ответ. — Ты не ЛитлПип, ведь так?

— Нет. Я - Охранница. Для друзей, просто Блекджек. — Я увидела, как пони в силовой броне вздрогнул от звука моего имени. — Ты точно слышал обо мне. Прости. Уверяю тебя, я здесь не для того, чтобы что-нибудь взорвать.

— Блекджек... — Он слегка прищурился. — Тебе следует покинуть это место.

— Сожалею, но мы только что прибыли. И это путешествие не было лёгким, — добавила я, приблизившись к нему.

— Поздравляю вас с тем, что сумели добраться до Тандерхеда. А теперь, отправляйтесь домой.

Я вздохнула, покачав головой.
— Так скоро? Но, мы и в самом деле хотели побродить по окрестностям, и посмотреть на достопримечательности. Кроме того, нам нужно встретиться с Консулом Старгейзер, и разобраться с Лайтхувсом, — ответила я, подозревая, что это не он. Возиться с маскировкой он бы не стал. — А кто ты?

— Пони, разбирающийся со сложившейся ситуацией. Уходите, — ответил тёмный пегас. Жеребец? Кобыла? Ну, из-за силовой брони и роботизированного голоса, об этом было трудно судить. — Ты не одна из плохих пони, но я не могу разрешить вам остаться, если вы собираетесь сделать то, что она сказала.

Она? Кто эта она? Аврора?
— В моей голове, роятся безумные помыслы. Ты мог бы сотрудничать со мной? — произнесла я, широко улыбаясь, и указывая вытянутой передней ногой на него, а затем, на себя. — Поможешь ли ты мне в затруднении моём, о таинственный?
Пони не ответил.
— Ой да ладно. На чьей ты стороне? Тандерхед? Нейварро? Генерал Шторм Чайзер? Лайтхувс? Который из них?

Он подошел ко мне.
— Я тот, кто говорит тебе «убирайся от сюда». Не ведомо мне, была ли она права на счёт тебя иль нет, но я не могу рисковать, чтобы из-за тебя всё пошло прахом. Ты выбежала на сцену, полагая, что знаешь движения этого танца. Но это не так. Поверь мне. Отправляйся домой. С Лайтхувсом и Анклавом справятся. — Он отвернулся.

Ну что же, похоже у кого-то была пятёрка по предмету «Загадочность - наше всё».
— Мы не можем так поступить. Я прилетела сюда чтобы помочь Тандерхеду и, заодно, Анклаву.

Пони остановился.
— Я способен оценить по достоинству иронию и чувства. Кроме того, я по достоинству оценил насколько вы упрямы. Но, как бы то ни было, вам следует покинуть город. У правоохранительных органов Тандерхеда завтра будет полно дел, поэтому, вам следует, просто напросто, вновь погрузиться на дирижабль, и отправиться домой. У вас имеются свои собственные проблемы, о которых стоит беспокоиться.

— Тандерхед - дом Гглори. И я не могу вот так вот взять и уйти, когда всё сообирается пойти не так, как надо. Я люблю её, — закончила я.
«<i>Ну вот. Я это сказала. И теперь, он просто обязан мне помочь!</i>»

Таинственный черно-пурпурный пони остановился.
— Ну что же. Это очаровательно. — Затем, он посмотрел на меня. — Отправляйтесь домой. Мне говорили, что там, внизу, вам, подобно ЛитлПип, полагается совершать важные дела. А если вы не покинете Тандерхед, мне придётся донести на вас охране, и вы будете находиться не у дел до тех пор, пока всё это не закончится.
Произнеся это, он исчез в пурпурной вспышке.

***

— Да говорю вам, я его видела! Пони в силовой броне, плаще и шляпе! — сказала я собравшимся за красивым обеденным столом. У нас был завтрак... Никого не хочу обидеть, но лучше бы я позавтракала на поверхности. Здешняя еда была пресной чуть более, чем полностью. Никаких тебе Засахаренных яблочных бомбочек или пирожных Фенси Бак. Хоть все случившееся со мной произошло глубокой ночью, мои собеседники все равно были преисполнены куда большим скептицизмом, нежели я могла ожидать.
— А еще у него были стелсбаки, и он мог телепортироваться...
Даск тихо хихикнула.
— Что? Да говорю же вам, я его видела! И он мне раз сто сказал, чтобы я проваливала.

— Никто и не спорит, — ухмыльнулась Даск. — Загадочная Кобыла-что-надо. Кто ее только не видел.

— Да это городская легенда, Блэкджек, — рассеяно сказала Глори, пока просматривала рисунки Муншедоу. — Загадочную Кобылу-что-надо на протяжение пары веков видели то тут, то там.

— Вообще, первоначально этой пони прикидывался богатенький трансвестит-затворник Спрюс Мэйн. Он одевался под Кобылу-что-надо и летал по Тандерхеду в попытках поймать всяких воришек и тому подобных... но потом Анклаву этот цирк надоел и его упекли в каталажку. Пару лет спустя он опять взялся за свое под новым псевдонимом - Бэтмэир, — сухо констатировала Муншедоу. По какой-то причине маленькая синяя пегаска в моей голове начала кататься со смеху, потешаясь над остальными пятью.

— Кобылу-что-надо где только не видели: в Нейваро, Лас Пегасусе, в небе над Балтимэир, — перечислила на перьях Твистер. Затем она с усмешкой посмотрела на Бумера: — Помнишь того Консула? Она еще хотела отправить целый флот за Кобылой-что-надо, потому, что та пробралась к ней в постель? А потом выяснилось, что это была ее подружка, которой захотелось ролевых игр.

— Но я... он... она... — бессвязно проговорила я. — Она была здесь! Я хочу сказать... до сегодняшнего утра, я и понятия не имела, как она выглядит. Я её не выдумала!

— Тебе не впервой видеть вещи, которые другие не видели. К тому же ты была частью Богини. Кто знает, что у тебя в башке могло набекрень встать, — проговорила Рампэйдж, вырезая в блинах рожицы своим когтем. — Ребята на поверхности тоже её видали. Бывает в разгар жаркой перестрелки с работорговцами, когда понимаешь, что все - конец, вдруг... Раз! И появляется она. Кто-то говорит, что она пикирует с небес и обезглавливает врагов. Другие утверждают, что она пользуется огнестрельным оружием или магией. А затем... исчезает без следа.
На её лице появилась притворная улыбка.
— Очень... загадочно. Уууууууу...

— Но я ни с кем не сражалась в тот момент. Да и зачем ей следить за мной в моей же комнате? Если я ей мешаю, то почему я еще жива? Там, в комнате, убить меня было проще простого. Это уж точно. И зачем она хотела, чтобы я ушла? Если она со Шторм Чэйзер, то должна помогать, а если с Лайтхувсом, то - мешать, а то и вовсе, убить. Третьего варианта я не вижу, — негодовала я.

— Я тебе верю, Блэкджек, — задумчиво сказал П-21.

— От души благодарю тебя! — громко произнесла я с чувством огромного удовлетворения.

Затем он продолжил:
— Но это ничего не меняет. Мы не можем ей доверять, да мы и все еще не знаем, как связаться с Консулом, не закончив при этом свою жизнь в камере или могиле.

Я взглянула на Муншедоу, и она, поправив крылом очки, сказала:
— Ну, думаю, что могу решить это проблему. Если у нас в запасе есть пара дней, то я вполне могу организовать встречу. В конце концов все политики находят время на спонсоров кампании. Но, возможно, есть путь и покороче.
Ее взгляд упал на Глори.
— Доктор Монингстар - секретарь Консула по вопросам науки. Если мы с ним поговорим, то он сможет устроить нам встречу прямо сегодня.

— Да? — удивилась Глори. — Я, конечно, знала, что он талантлив, но вот, что он работает с Консулом - нет.

— Он это не афиширует. Ты же знаешь, как он ненавидит политику, — пожала плечами Муншедоу. — Ему доставляло неописуемое удовольствие исследовать и каталогизировать образцы с поверхности. Мы довольно часто с ним пересекались, и ты была одним из его любимых студентов.

— Даже не знаю. Он может не обрадоваться моему появлению, — сказала Глори, покусывая губу. — Или наоборот, слишком обрадоваться.

— С чего это ему не обрадоваться? — спросила Скотч Тэйп размазывая по тарелке свои Мягкие Хлопья.

— На то есть много причин... — немного поколебавшись, Глори продолжила: — Он не хотел, что бы я спускалась на поверхность. Говорил, мол, что там не безопасно. Хотел, чтобы я осталась в лаборатории, а поиском образцов занялись другие. А мне хотелось принести безопасность на поверхность с собой и технологиями Анклава. Наши взгляды тогда сильно разошлись.

— О'кей, план Б - пробраться во внутрь. План В - попасть за решетку при попытке пробраться во внутрь, — ответила я, выкинув при этом за борт план Г - позволить генералу Чейзер разобраться со всем самостоятельно.

Наконец Глори вздохнула и покивала головой.
— Ладно, ладно.

— Отлично. И так... как мы туда попадем? — спросила я.
Лица собравшихся выражали либо безысходность, либо задумчивость. Еще бы! Как провести одну киберпони, трех земнопони, двух пегасов с Нейварро и Рейнбоу Дэш незамеченными через весь Тандерхед?

Одна лишь Муншедоу загадочно улыбалась.

***

Вокруг нас, жизнью пятидесяти тысяч пони, шумел Тандерхед. Как рассказала мне Глори, сам город предоставляет около восьми квадратных миль жилого пространства внутри тора, и я гадала, как здесь могло остаться место ещё и для десятков магазинов, кафешек, и других развлечений. Мы прошли мимо театров и театра-варьете, и я просто хотела остаться там, наслаждаясь атмосферой. Меленькие, экономичные скверы были спрятаны между колоннадами и аллеями, и вот опять, я могла лишь догадываться о том, как они умудрились сделать так, чтобы на облаках росла трава.

И почти всё здесь было сделано из облаков. Облаков! Облачная одежда и облачная мебель, облачные здания и облачные театры. А то, что я принимала за стекло и керамику, в действительности, оказалось радугой. Сама идея того, чтобы взять что-то настолько красивое и найти ему практическое применение, сразила меня наповал. Тот метал, что находился в городе, был по большей части спрятан с глаз долой, и представлял собой электрические провода. Даже водопровод был сделан из застывшей радуги столь же плотной, как пластик или резина. Не смотря на то, что сейчас была середина дня, на улицах было полно огней, всех мыслимых оттенков, что сверкали, рекламировали и оповещали. Скотч Тейп спросила откуда они берут электроэнергию, и Твистер с самодовольством объяснила ей, что они хранят в небе все молнии.

Питаемый молниями город! Построенный из облаков! И радуг!

Но, на самом деле, особенным этот город делали пони. Пони беседовали, ели, смеялись и прогуливались вдоль аллей. Как я успела заметить, единственными кто носил броню были пони-полицейские, уважительно кивающие нам, как только мы проходили мимо них. Я видела жеребят. Стариков. Кобыл и жеребцов... и ни один из них не пытался убить другого за горсть бутылочных крышечек и полупустую коробку овсянки двухсот летней давности. Даже Твистер и Бумер казались удивлёнными, видя как живут пони внутри этого чудесного пузыря.

У нас было несколько часов свободного времени до того, как мы сможем встретиться с Доктором Морнингстар, поэтому, шестеро из нас занимались буквально всем, что казалось нам интересным. Мы заглянули в кофейню, где выслушали трёх жеребцов и двух кобыл, декламировавших стихи собственного сочинения. Побывали в наполненном одеждой магазине, которую по достоинству смогла бы оценить только Грейс, и возможно Вельвет. Под конец, я упросила Рампейдж дать нам час, чтобы посетить концертный зал, где я послушала, как музицируют живые пони, в то время как она то бурчала себе под нос, то выдавала профессиональную критику. Это не было большим симфоническим оркестром или ещё чем, но это была цивилизация. И она была такой, каким полагалось бы быть миру.

Конечно он не был совершенным. Мы решали куда пойти пообедать, когда стремный каштановый пегас в огромном пальто подошел к нам:
— Эй, эй ты. Хошь коробочек?

— Хочу чего?— спросила Скотч в замешательстве.

Пегас скривился
— Я тя умоляю. Коробочек! У меня свежая партия. Синь. Соломка. Парниша. Тёрка. Полный набор, — произнёс он, а затем, широко распахнул пальто, выставляя на показ десятки маленьких, заполненных округлыми, ярко окрашенными предметами, пакетиков. — Прямо с самой поверхности! Лучшая дурь, которую вы когда-либо пробовали в своей жизни!

Ах, цивилизация...

— На нас продолжают таращиться остальные пони, — пробормотал П-21, Пока мы кушали в причудливом кафе, где подавали лапшу.
На огромном мониторе над стойкой быстро промелькнуло объявление про выпрямители перьев, после чего начался показ какой-то игры, в которой две команды летунов пытались провести яйцевидное облако сквозь кольцо. Я пыталась уследить за их движениями, и в награду получила мигрень. В кафе было достаточно многопоньно и шумно для того, чтобы мы могли разговаривать не боясь, что наш разговор услышат посторонние, но, в то же время, достаточно пусто для того, чтобы свести к минимуму риск того, что какой-нибудь пони врежется в меня. В тарелках, судя по всему, были лапша и яблоки, лапша и картофель, лапша и бобы... А я грызла киберпонячий кексик.

— Эт потому, что ты красивый, трахожеланный жеребец, — с самодовольной улыбкой произнесла Рампейдж, после чего, одним долгим засосом, всосала макаронину.
Или это потому, что тело её было белым, в то время как губы были выкрашены в фиолетовый.

— Прекрати это,— проворчал П-21, хмуро смотря на толпу вокруг,— Дело в моем роге? Он в порядке? Не сбился?

— С ним всё в порядке. Чудоклей никогда не размягчается. И когда придёт время снять этот рог, ты будешь желать, чтоб это было не так, — успокоила я его, тихим голосом.
Я сомневалась в том, что окружающие нас пегасы услышат часть нашей пустопорожней болтовни, но зачем рисковать? Рога были взяты прямо из игрового набора «Милая принцесса аликорн». Соскоблите блёстки, и голубой рог подходит почти идеально. В наборе также нашлись белые рога для Рампейдж с Бу, и зелёный для Скотч Тейп. К счастью, никто не заметил что магическое свечение у всех было одинаковым, так как вещами вокруг них манипулировала я, скрытая под плащом Лансера.

— Она права, Папочка. Как единорог, ты выглядишь мило, — заверила его Скотч, затем моргнула, и поспешно уточнила: — Я имела в виду, что ты миловидный единорог. Точно! Действительно приятный глазу.
В своём пурпурном комбинезоне, она казалась немного молодой для стажера Анклава. Разволновавшись, она уставилась на свою вилку и раздраженно откашлялась. Воспользовавшись магией, я провернула столовый прибор в тарелке и засунула ей его в рот с несколько большим напором нежели было необходимо.

— Я удивлён тем, что никто не попытался нас задержать, или ещё что-нибудь, — нахмурившись, произнёс П-21. — Обычно, наши планы не осуществляются настолько хорошо.

— Разумеется он сработает. Это же не мой план, — напомнила ему я.

Он взглянул в мою сторону, я затем фыркнул.
— Твои планы не так уж и плохи.
Неужели он забыл, что происходило в прошлом месяце?

— Ну, тебя сопровождают три пони в силовой броне, — Сказал Бумер. — Может это их немного сдерживает. Должен заметить, я предпочел бы нашу старую броню. Она была чуть более... щегольской.

— Это все еще твоя старая броня. Блэкджек просто изменила ее для соответствия с броней Даск. Вот и все, — вскользь пояснила Твистер. Я потратила около часа на то, что бы методом проб и ошибок настроить заклинание Грейс. У меня было чувство, будто бы армия Рампэйдж били мне в челюсть, заставляя магию работать. Я видела ее лишь однажды и пример Твайлайт был больше «превратить яблоко в апельсин», чем «сделать силовую броню Нейварро похожей на броню Тандерхеда». Тем не менее, мне удалось сделать броню менее похожей на изначальную и более похожей на требуемый результат. — Лично я и не заметила все эти мягкие линии. Ты проделала замечательную работу с этой магической дребеденью.

— Это генетическое, — Тепло сказал П-21. Два комплимента за две минуты? Он себя хорошо чувствует? Затем он повернулся к Даск, которая, казалось, пошла на поправку после дня без опеки Анклава. — Так пони запуганы броней?

— Частично, — ответила Даск тихим голосом, — но сейчас они видят то, что ожидают увидеть: единороги делают свою работу, со стандартным военным сопровождением. Я сама делала так уже раз пять. Работа няньки. Единороги глазеют во все стороны, как и вы. Я знаю, как выглядит бумажная работа, жаргон и большинство охранников по именам. — Ее улыбка погасла и она, хмурясь, посмотрела на толпу. — Честно говоря, я немного удивлена тем, что никто из них не остановил нас.

— Мой полуночный посетитель сказал что они и не будут, — пробормотала я, получив свежие взгляды скептицизма.

Даск вздохнула и встряхнула головой.
— Ну, технически, я все еще числюсь как пропавшая без вести, так что не смогу позвонить и проверить

— Тебе нужно в госпиталь,— с беспокойством сказала Муншэдоу.

Даск сердито посмотрела на неё.
— Я была заперта в медотсеке больше недели! И второе, если я отправлюсь в госпиталь, то у целой кучи пони появится целая куча вопросов ко мне, — сказала Даск резко, а затем застонала и потерла виски, — Я просто хочу вернуться вниз и увидеть Папу и Дансер прежде чем потрачу месяц на рапорты и лечение, — она посмотрела на другого своего родича. — Что с тобой, Глори? Ты продолжаешь нервничать.

Мы все посмотрели на третьего носителя силовой брони. Синие мордочка и крылья вот и все что могли увидеть любые наблюдатели. Всё остальное было покрыто сталью.
— Я должна отойти, — пробормотала Глори.

— Отойти куда? — спросила я, нахмурив брови. Но на мой вопрос три рта внезапно расплылись в улыбке, — Что? — спросила я в недоумении, переводя взгляд с Даск, на Бумера, на Твистера.

— Ох, первый раз это так важно, — усмехнулся Бумер.

— Заткнись! Как я могу... в смысле... — Глори запнулась, — Это чрезвычайно! Как я должна...

— Ты просто делаешь <i>это</i>,— слегка сочувственно ответила Твистер.

Бумер замолк ненадолго, а затем вздохнул.
— Вот как-то так.
Скотч Тэйп покраснела и со смешком прикрыла рот копытцами, её глаза выпучились.

— Постой... что?— спросила я в замешательстве.

— Я могу сделать <i>это</i> сюда?! Я... это отвратительно!
Я моргнула и посмотрела на чашку с её лапшой. Не спорю, она была немного пресной, но... а почему фиолетовая единорожка прикрывает своё лицо копытом?

— Оооооо, — понимающе протянула Рампэйдж. — Силовая броня приспособлена и для <i>этого</i>?

— О да, — произнесла Даск, кивнув. — Ну, кроме тех случаев, когда ты по-настоящему разозлишь своего механика. Поверь мне. Единственного полёта, в котором эти талисманы будут отключены, будет достаточно для того, чтобы больше с ним не ссориться.

— Я всегда удивлялась как они ходят до ветру, — сказала Рампэйдж в ошеломлении.

После этой фразы, я сложила два плюс два, и ляпнула:
— Ох! Тебе нужно сходить посрать?

Пол дюжины разговоров прекратились, а все пони, сидящие за столиками около нашего, принялись пристально смотреть на нашу компанию, гадая, кто из нас произнёс столь неприличное высказывание в приличном заведении. Даже не смотря на то, что я была скрыта плащём-невидимкой, я всё равно чувствовала, как горят мои щеки, пока лежала между стульями П-21 и Глори.

Глори выдала один из своих, преисполненных страдания, «Блекджек-вздохов».
— Я... скоро вернусь, — произнесла Глори, поворачиваясь, и порысила прочь, двигаясь излишне скованно для того, чтобы это можно было списать на её неумение обращаться с подобной бронёй.

Как только прекратившиеся вокруг нас разговоры возобновились, у меня возникло непреодолимое желание поговорить о кое-чём другом.
— Эй, Твистер. Хоарфрост и Афтербёрнер, они... ну... типичные капитаны Анклава?

Твистер моргнула, и нахмурилась.
— Ну что тут можно сказать. В целом, можно выделить три разновидности военных. Первая, это бедняки, стремящиеся добиться улучшений в своей жизни. Такие, как я. На моей малой родине, в Сломанном Крыле, живёт всего две сотни пони. И мы находимся в самом конце списка очередности на получение материальных ценностей. И для нас единственный способ получить хоть что-нибудь, это подписать контракт и пойти служить в армию. Таким образом, мы получаем профессиональную подготовку и деньги, которые можно послать домой.

Слово взял Бумер.
— Кроме них, есть ещё такие пони, как я. Идейные. Мы служим потому, что хотим служить. Это хорошая работа при условии, что ты не против того, чтобы тебе отдавали приказы, и Анклаву нужны бойцы. Кроме того, кобылам нравятся пони в силовой броне. — произнёс он, широко улыбаясь столику рядом с ним. Сидящие за ним кобылы захихикали и изобразили застенчивость. — Многие из нас потомственные военные. Я служу. Мой отец служил. Мой дед служил. Бабка тоже служила.

Твистер нахмурилась, заговорила:
— Но помимо всех прочих, есть семьи, которые... ну... особенные. С родственными связями. Они получают лучшие вооружение и технику. Они взлетают по служебной лестнице. И приземляются на всевозможные тёплые местечки в качестве начальников, которые ничего не делают, а лишь сидят в своих кабинетах не больше часа, после чего идут на заседание в офицерский клуб. Некоторые из них порядочные, но я могу сосчитать их на копытах. При этом, худшие из них хотят командные должности. И их они тоже получают, не потому, что они знают, что они делают, а потому, что они знают нужных пони. И как только у них появляется власть, они хотят использовать её. Они возьмут Хищник и уничтожат грифонье гнездо потому, что они это могут. Они любят распоряжаться военными так, будто те являются их личными игрушками.

— Чайзер не похожа на тех, кого ты описала, — заметила я.

— Нет. Если бы они все были такими, то Великий Анклав Пегасов уже давно бы развалился. — Твистер немного подумала, и продолжила:
— Генерал Чайзер одна из командиров с опытом реальных боевых действий. Есть еще несколько подобных ей пони, все они уже в возрасте. Пони, которые два поколения назад были более известны. Многих из них отправили в отставку, когда Харбинджер дёрнул за нужные ниточки и получил звание Генерал Армии. Первый Генерал Армии без опыта ведения настоящих боевых действий. Большинство командиров участвуют в ежегодных учениях, которые сводятся к самовосхвалениям. Но Генерал Чайзер сражалась со штурмовыми отрядами Когтей и отражала налёты драконов. Она была на острие атаки во время нашествия Виндиго на севере, тридцать лет назад. — с самодовольной улыбкой произнесла Твистер. — Возможно, вы этого ещё не поняли, но случайная встреча с вами превратила нас практически в ветеранов. Если мы переживём то, что сейчас происходит, и всё не пойдёт в разнос, то возможно, мы получим повышения.

— Я наконец-то стану сержантом. А ведь Мама говорила, что этого никогда не случиться, — усмехнулся Бумер.

— Этого я не знала. Я думала, что все солдаты Анклава весьма опытны, — тихо произнесла я.

— Весьма натренированы. Но тренировки полезны лишь до определённого момента. А затем, в зоне ограниченного доступа вы натыкаетесь на единорога, пытаетесь задержать её, а она, избивает всю вашу троицу, и увозит вас в Пустошь, — произнесла Твистер, нахмурив брови. — Хвала богиням за то, что нам удалось умолчать о подробностях.

— Но реальность такова - Анклав в беде. Большинство пони знают об этом, но мы просто не думаем об этом. Живи сегодняшним днём, и не думай о том, что твориться вокруг. Бля, да я был в точности, как они, до того, как встретился с тобой. Но до сегодняшнего дня, ни один пони не делал ни чего, чтобы исправить это. С пинающим систему Тандерхедом и Мерипони... — начал Бумер, но неожиданно, как только один из жеребцов пнул облачный шар, который, подобно пуле, влетел прямо в кольцо, экран над стойкой пошел разноцветными огоньками.

Игра была прервана экстренным выпуском новостей, и кафе наполнилось возгласами неодобрения и ворчанием. Но, как бы то ни было, громкости звука было более чем достаточно для того, чтобы услышать передачу сквозь поднявшийся гвалт. Угрюмый серый жеребец держал лист бумаги в своих щётках, пристально смотря в камеру.
— Это Телевещательная Компания Тандерхеда со срочным сообщением. Мы только что получили подтверждение того, что взрыв произошедший на окраине бесполётной зоны над Вечнодикоим Лесом в действительности произошел в следствии детонации создающего жар-пламя устройства. Военные установили, что это оружие было оставшимся со времён Войны «убийцей городов», аналогичным тому, что уничтожил Клаудсдеил два столетия назад. Не смотря на то, что потерь среди гражданского населения нет, военные Анклава до сих пор хранят молчание по поводу слухов о том, что во время взрыва, несколько Хищников получили существенные повреждения.

Кадр переключился на зеленую кобылку-пегаса в униформе Анклава.
— Это наша официальная версия произошедших событий. Анклав обнаружил наличие создающего жар-пламя оружия зебр, расположенное в одном из довоенных обьектов, и счел его потенциально опасным для граждан Анклава. В попытках обезвреживания устройства, произошла детонация заряда. Незначительные всплески излучения были зафиксированы в следующих поселениях: Хайт Клауд, Нью Пегасус и Хайттаун. На данный момент, отчетов о пострадавших не поступало. Если же вы считаете, что подверглись воздействию радиации, просим вас доложить об этом в ближайшее медицинское учреждение Анклава.

— Ну вот, начинается, — произнесла Даск, закатывая глаза. — Напоминалка.

В углах экрана начали появляться фотографии, и зелёная кобыла забубнила:
— Военные Агклава верят в то, что это должно стать уроком для всех граждан Великого Анклава Пегасов. Ведь даже спустя двести лет поверхность остаётся чрезвычайно опасной, и, в обозримом будущем, возвращение туда остаётся за гранью наших возможностей. При этом, мы сомневаемся в том, что там ещё осталось оружие на подобии этого, но, в то же время, вероятность получения катастрофических повреждений от Поверхности сохраняется. Огромнейшее количество биологических, химических и радиологических опасностей, на ряду с варварством и беззаконием.
На зловещих чёрно-белых фотографиях были запечатлены: два рейдера, стоящие над трупом, отощавший пони, с пеной у рта, а также брамин, и, припавшая к земле для прыжка, Адская Гончая.
— Мы призываем всех вас оставаться в небесах, в безопасности нашего Анклава. Благодарю за внимание.
Последние строки, Даск произнесла шепотом, идеально подхватив слова зелёной кобылы.

Большинство слушавших новости посетителей кафе, вернулись к прерванным разговорам, или просмотру хуффбольного матча. Но некоторые выглядели обеспокоенными, или даже разгневанными. Я обратила внимание на то, что не было никаких упоминаний об аликорнах, потерянных Хищниках, потерях в личном составе, Красном Глазе или ЛитлПип. Я конечно предполагала, что Анклав захочет полностью об этом умолчать, но взрыв жар-бомбы это то, на что некоторые пони, скорее всего, обратят внимание.

А затем, к нашему столику подошла розовая кобыла.
— Прошу прощения. Я... я просто в недоумении... мой муж служил на «Ветрорезе». Неделю назад, он сказал, что свяжется со мной, но от него всё-ещё нет ни каких вестей. Вы знаете... — Кобыла затихла, пристально смотря на Твистер, в её взгляде сквозили в равной степени надежда и волнение.

Твистер пару секунд смотрела на Бумера, после чего, вновь повернула голову к кобыле.
— Мне очень жаль, мэм. Я не могу вам ответить.

— Ох... Я... Простите... Я просто подумала... — Она шмыгнула носом и отвернулась. — Извините.

— Это один из тех Хищников, что были потеряны в Мерипони, ведь так? — произнесла я, когда розовая кобыла покинула кафе.

— Угу. Один из них. — ответила Твистер, прикусив губу. — На этом корабле у меня тоже было несколько друзей. Они были хорошими пони.
Она вздохнула и покачала головой.
— Проклятый Выходец из Стойла.

— ЛитлПип не знала, — незамедлительно произнесла я, привлекая к себе ещё несколько взглядов. К счастью, посетители подумали, что эти единороги увлекаются чревовещанием. — А если бы знала, то я уверена в том, что она сделала бы что-нибудь иное.
Но в действительности, я не была в этом уверена. Быть может, ЛитлПип нашла бы другой способ. Но этой бомбой, она убила сотни, возможно тысячи Адских Гончих... не исключено, что, так или иначе, она бы её взорвала.

— А я и не утверждаю, что она рассчитывала на такой исход. Но смириться с этим трудно, особенно понимая, что я больше никогда не увижу своих друзей, — вздохнула Твистер.

К столику вернулась Глори.
— Нам нужно уходить.

Даск вздохнула.
— Во имя чистого неба, просто сделай <i>это</i>. Броня обо всём позаботится. Честно.

— Да я не об <i>этом</i>! — прошипела Глори. — Я случайно услышала, как официант звонит в службу безопасности.

— Только не все сразу! — произнесла я, как только все мы начали одновременно вставать из-за столика.
— П-21, Скотч, Твистер, уходят первыми, и ждут нас в парке с радужноводопадовой фиговиной. Рампейдж, Бумер, вы за ними. Только не спешите. Глори, Бу, Даск, и я, уйдём последними. Муншедоу, ты оплачиваешь счёт, — выпалила я, на одном дыхании.

— А почему я? — насупилась Муншедоу.

— Да потому, что, из всех нас, ты единственная пони не имеющая отношения к враждебной к правительству Тандерхеда группировке, или жителям поверхности, — ответила я, на столько мягко и серьёзно, на сколько только могла. — И если кто-нибудь начнёт задавать вопросы, ты сможешь свалить всю вину на Даск.

— Хех, вот уж спасибо, — произнесла Даск иронично, пока П-21 и Скотч Тейп следовали за Твистер по направлению к двери, в то время, как Муншедоу рысила к стойке, дабы оплатить счёт.

— А что такого? Я бы взяла вину на себя, но как-то сомневаюсь в том, что Тандерхед обо мне уже наслышан, — ответила я.

— А вот я в этом, не сомневаюсь, — произнесла Глори ослабевшим голосом, изумлённо смотря на телеэкран.

На нём показывали пафосный, выполненный в ярких цветах, броский мультфильм, при виде которого я застыла в недоумении, таращась на то, как моя маниакально усмехающаяся мультяшная копия разносит в пух и прах рейдеров... а возможно мутантов... при помощи дробовика. Рядом со мной находилась раздроженновыглядещая ЛитлПип. Над нашими головами летал нахальный Каламити, в то время как, ещё более угрюмо-симпатичный, чем когда бы то ни было, П-21, используя ракетную установку, разметал целый батальон одичавших гулей, после чего сдул со своего лица чёлку. И, где он раздобыл эту бандану? На заднем плане находились затравленная Хомейдж и серо-шкурая Глори. А самой непостижимой из всех была странная розовая кобылка с игрушечным пистолетом, который каким-то непонятным способом низвергал с небес лучи света. Рампейдж, по-видимому, досталась роль безумно улыбающегося, носящего покрытую клинками броню, злодея. Мультфильм закончился огромной надписью «Житель пустоши!», и это будут показывать в следующем месяце на канале «Фэнтези».

— Они запихнули меня в мультик, — произнесла я, прибывая в изумлении. — Они... кто... как... пф...
Я тяжело уселась на пол. У меня ни чего не осталось... Моя жизнь официально превратилась в увеселительное мероприятие.

К сожалению, я была столь заворожена бредовостью показываемого про меня мультфильма, что не заметила официантку с двумя, полными еды, подносами, идущую за моей спиной. Я была невидима, и поэтому, легко простила её за то, что она попыталась пройти сквозь меня, и не сумев это сделать, опрокинула полдюжины чашек свежеприготовленной лапши прямо на меня.

Воистину, я в своё время получала куда более серьёзные травмы, но, в то же время, я сделала неожиданное открытие: зебринский плащ-невидимка не работает тогда, когда он пропитан бульоном и покрыт лапшой. Официантка смотрела на меня открыв ров, в таком же ошеломлении, в каком я была секунду назад, когда смотрела на телеэкран. И осмотрев мои металлические конечности и вплавленные в шкуры броневые пластины, выдала абсолютно нормальную реакцию на появляющуюся из воздуха киберкобылу: она попятилась назад так быстро, как только могла, вопя во всю мочь.

А затем, в кафе начало твориться форменное безумие.

Толпа попыталась устремиться наружу, в то же самое время, когда пегасы облаченные в синюю униформу пытались попасть внутрь. Я посмотрела на Глори и Бумера.
— Уходите! Я найду вас позже!
Я показала им мою переднюю ногу с ПипБаком.

— Точно! — сказала Рампэйдж, глядя на свалку у дверей, а затем посмотрела на стену, — Ммм... Эта стена не выглядит такой уж прочной.

— Ясно! — сказал Бумер, направляя свою энергомагическую винтовку на указанную стену. Кончики оружия засветились ярко красным, набирая заряд. — Но это может за...

Рампэйдж пронеслась по полу и ударила своими копытами в стену снова и снова в ярости, разорвавшей преграду на куски. Белая поверхность распалась в туман, и она потрусила обратно к Бу и небрежно подняла ее на спину.
— Что? Это облака, — насмешливо сказала она, затем побежала снова.

— Колотить мои плечи. Неужели у земнопони все кобылы такие как она? — спросил Бумер, тяжело покачав головой, — Ладно. Увидимся позже, — сказал он, выбегая. Я увидела Даск и Муншэдоу у выхода, последняя изображала достаточно хорошую панику так, что они не заметили лидера, пригибавшую свою голову от боли.

Осталось уйти только...
— Я не уйду без тебя, — твердо сказала Глори.

— Нет, уйдешь, — возразила я.
Исходя из того, что она отвела свои ушки, я угодила в довольно-таки большие неприятности.
— Глори, они в шоке из-за того, что увидели кибер-единорога. Как они отреагируют, когда поймут, что здесь в Тандерхеде еще есть Рэйнбоу Дэш? — я поймала и крепко поцеловала ее в губы, чтобы избежать споров. Я могла слышать очень властные крики снаружи. Почему же мне показалось, что 24 часа терпения Загадочной Кобылы-что-надо были гораздо короче?
— Не волнуйся обо мне.

— Волноваться из-за тебя? Я волнуюсь о Тандерхеде! Происходят плохие вещи, когда ты одна, Блэкджек! — улыбаясь, сказала она, и обняла меня. — Я беспокоюсь о тебе.

— Эй, — сказала я, снимая плащ и выжимая его в тщетной надежде починить. — Всё и так шло слишком гладко. Иди, встреться с остальными, и поговори с доктором Как-его-там-звали. А я пока не дам всем скучать.

— Постарайся случайно не взорвать мой дом. Пожалуйста, — сказала Глори, прежде чем в последний раз обнять меня и выскочить через дыру, проделанную Рэмпейдж.
Я убрала свои пушки. Они были охранниками, прямо как в Девяносто Девятом. Я не собиралась стрелять в них... но сегодня, я собиралась заставить их заработать свою лапшу.

Я вырвала входную дверь и увидела один Небесный Фургон и полдюжины офицеров вокруг него. Они уставились на меня. Я улыбнулась им ... а затем, всё быстро пошло кувырком, когда я обрушилась на их центр как кибернетически-усиленная дикая кошка. Поднырнув под кобылу, которая перед этим вопила что-то о моей сдаче, я перекатила ее через свою спину, и, взбрыкнув крупом, запустила её в воздух. Она врезалась в парящего голубого жеребца, и они оба шлёпнулись в находящуюся под ними облачную массу.

— Поймайте меня, если сможете! — крикнула я, убегая в сторону от моих друзей. Мне нужно было укрыться где-нибудь, пока снова не заработает плащ. Я не была на столько безбашенной, чтобы приводить их к дому Глори или университету... так что, я попутешествовала в привычном для меня направлении «прочь от отсюда, как можно дальше»! Только Глори могла быть заметнее аугментированного единорога. Я побежала вдоль улицы, крича:
— Очистите дорогу! Простите! Разойдись! Безумная кобыла на свободе!

Я бежала через расположенные на обочине тротуара кафе, поднимая столы, стулья и пегасов над собой, и бросая их вниз, когда я проносилась мимо. Конечно, это было немного для пони, которые могли летать, но все же, это привлекало ко мне внимание. Я нырнула в магазин и вырвалась с противоположной стороны, волоча за собой с полдюжины одеяний. Серьёзно что-ли, горошек? Подобное, должно быть, вышло из моды два столетия назад.

— Стой где стоишь! — прокричал дородный красный жеребец, приземляясь прямо на моем пути. К сожалению для него, он, возможно, был больше, чем я, но он был не таким плотным. Я пробилась прямо через него, как поезд через гряду тумана.
— Или ... продолжай. Это тоже хорошо, — застонал он позади меня.

— Прости! — проорала я ему в ответ, перепрыгивая через стол и испуганных обедающих пони. Ах, да, создавалось такое впечатление, будто я не плохо тут всё встряхнула. Полдюжины полицейских нырнули на меня из каждого угла. Я могла бы убить одного, пробить дыру, и убежать ... но, я сомневалась в том, что убила бы всего лишь одного, если бы начала действовать подобным образом.

— Ага, попалась! - крикнула мне кобыла, пока я закрыла глаза и концентрировалась. Давай, рог, ты можешь... по-видимому не можешь, шесть пони навалились на меня со всех сторон. Я концентрировалась. Тужилась, в то время как сама, под грудой пони, вдавливалась в облако. Мне кажется что сверху их стало еще больше! Даже у киберпони есть свой предел.

А затем вспышка, и я переместилась на пятьдесят футов. Меня шатало из стороны в сторону, а в глазах двоилось. Я оглянулась на не очень взволнованные лица службы безопасности Анклава. Судя по тому, как закоптился мой рог, в ближайшее время, я не смогу ни куда телепортироваться. Я просто надеялась, что у меня осталось достаточно выносливости, чтобы поддерживать свой телекинез. Из-за угрюмых выражений на лицах пони правоохранительных органов, я все еще нуждалась в нем.

К сожалению, становилось тесно. На всём протяжении этой улицы было много гражданских. Я заметила отрывающийся от земли небесный фургон и побежав к нему, запрыгнула в кузов. Снова, маленькое неудобство для умеющих летать пони, но таким образом, я удалялась от тех мест, где могла бы случайно кого-нибудь покалечить. Кобыла, управляющая им, обернулась на меня, ее глаза широко раскрылись, не веря в то, что было на ее фургоне.
— Подбросишь? — спросила я с усмешкой, указывая копытом вверх.

Она закричала и перевернулась вверх тормашками, сбрасывая меня и половину товара в фургоне на улицы внизу. Я схватилась зубами, передними копытами, и магией за развертывающуюся ярко-красную ткань, вдруг материал натянулся и замедлил мой спуск. Я взлетела над толпой, многие пони в которой глазели и издавали возгласы изумления. Однако, одетые в синюю форму пони-охранники, увидели достаточно. Они пролетели над верхушкой моего импровизированного парашюта, подцепили его и начали набирать высоту. Ткань рванула меня вверх, и я висела так, пока они не спустили меня на своего рода площадь. Ко всему прочему, у них были энергомагические пистолеты... это тоже было не к добру. Они скорее всего не убили бы меня этим, но здесь было слишком многопоньно, чтобы рисковать прохожими.

— Я не собираюсь больше бегать от вас! — сказала я, падая на облака. — Вы меня поймали. Сдаюсь.
Когда мой рог отдохнет, я телепортируюсь от стражей, встречусь с Глори и...

Затем, толпа разразилась аплодисментами, и белый жеребец с серебряной гривой и кьютимаркой в виде всплеска спектра пробился вперед. Его глаза были скрыты матовыми черными очками.
— Это было изумительно! В точности так, как сделала бы БиДжей, Детка. — Он поставил копыто мне на плечо и помахал толпе.
— Но вам не полагалось начинать рекламные трюки до следующей недели! — я заметила, что он носил необычного вида ПипБак на ноге, которой махал.

— Да? — сказали пони-охранники вокруг меня, слишком сбитые с толку, чтобы заметить, что я сказала тоже самое. Одна закрыла лицо.
— Не говорите мне, что это еще один из ваших проклятых рекламных трюков, Шикенери.

— Хэй, хэй, хэй! Я бы сказал, что это был хороший трюк. Чертовски хороший трюк. Возможно немножко непродуманный. Будет трудно переплюнуть его до релиза, — он повернулся к толпе, которая была весьма удивлена моим сумасбродным броском через город. — Вы хотите увидеть то же или лучше? Переключайтесь на «Жителя пустоши!» в следующем месяце! Это шоу, гарантированно, сразит вас наповал! —
он схватил меня немного крепче за плечи и едва слышно произнес:
— Помахай своим зрителям, Блэкджек, — я выдала немного болезненную улыбку, и помахала.

— Проклятье, — кобыла, которая говорила ранее, выругалась себе под нос. — Тебе повезло, что это был лишь спектакль, Шиканери. Если хоть один пони сообщит о том, что из-за этого у него погнулось перо или он ушиб копыто, то я оштрафую тебя так, что ты больше никогда не будешь работать в этом городе! — она повернулась к остальным.
— Расходимся. Ложная тревога, — она взлетела и указала в последний раз на белого пегаса, — Однако, об этом доложат. Уж будь уверен!

— Докладывайте сколько хотите, пока вы смотрите , — весело ответил он, а затем повернулся ко мне. — Идем. Давай скроем мою актрису из виду, Детка! Это было изумительно!

Я отошла подальше и, как только убралась из поля зрения офицеров, решительно обернулась к нему.
— Ты кто такой?

***

До войны Студия «Спектр» занималась производством фильмов и не видела смысла останавливаться, когда старый мир сгорел в пламени войны. Офис был заполнен коробками фильмов, слайдов и десятками киноафиш. Многие из самых бережно сохраненных были ещё с довоенных времен.
— Хорошо, что мы в Тандерхеде. В Нейварро их бы уничтожили. Они даже не признавали бы существование поверхности, если бы не необходимость напоминать нам, что мы умрём, едва её унюхав. — сказал он снимая очки и подбегая к дивану, затем плюхнулся на него, и широко улыбаясь, посмотрел на меня. — Ухты. Блэкджек. То есть... ничего себе. Я даже не знаю что сказать.

— Ты можешь сказать как ты узнал обо мне? — ответила я, радуясь тому, что он вытащил меня из проблем, но я действительно хотела ответов.

— Правильно! Вот это, хороший вопрос, — он поднялся на копыта. — Я - большой фанат поверхности. Ну... я никогда не спускался туда сам. Я бы там пробыл от силы пять минут. Взгляни на меня. Глори круче, чем я, — сказал он с ослепительной улыбкой. — Хочешь чего-нибудь выпить? Закуски? У меня есть ягоды.

Я проигнорировала появившуюся в ответ на это заявление слюну.
— Мне бы хотелось узнать, каким образом пегас, который никогда не спускался на поверхность, узнал обо мне? Ты назвал меня по имени, не Охранницей. — <i>и упомянул Глори.</i>

Он вздохнул и пробежался своим копытом по своей изящной гриве.
— Что ж. Полагаю, я многим тебе обязан. То есть, я планирую выпустить полное жизнеописание Дарительницы света через год или два. — Он поднял копыто и постучал по ПипБаку. — Это стало возможно благодаря им.

— Чего-чего? — нахмурилась я.

— ПипБаки - это чудеса технологии. Хранение и обработку данных рассматривать не будем, ведь кроме этого, они постоянно принимают и отправляют сигналы. Вот как они работают. Предположим, что ты подобрала какой-то мусор... ну, ПипБак может не знать что это, так что он спросит другой терминал. И если тот не знает, он спросит другой, и следующий. И почти моментально определит, что это такое. Затем, он может вычислить среднюю величину розничной цены, чтобы сказать тебе, в большинстве случаев, сколько это стоит! Удивительно! — произнёс он с нетерпеливой ухмылкой.

— Где ты достал свой? — спросила я, кивая на его темно-синий передатчик. Это заставило его улыбку немного поколебаться, но секунду спустя ухмылка вернулась.

— Хэйрлум. Но не это позволило мне следить за твоими приключениями, — произнёс он вставая, затем потрусил к стене и приподнял плакат, чтобы показать сейф. Открыв его, он растолкал находящиеся внутри вещи в стороны, а затем, нажал на кнопку в конце. Стена сзади меня издала щелк, и, закрыв сейф, он побежал к другому плакату... позади которого была скрытая панель.
— Я знаю,ты можешь подумать, будто я параноик, но когда ты увидишь это... — он нажал на панель и задвинул её в стену. Затем, он снял и показал мне серебряный шлем, бережно держа его своими крыльями. На нём располагались разнообразнейшие лампочки, талисманы, и провода, что отходили от них. — Это - Персептитрон.

— Твое собственное изобретение? — спросила я, натянуто улыбаясь. Это было самое нелеповыглядящее устройство, которое я когда-либо видела. На нём имелся даже маленький вентилятор, закреплённый напротив виска!

— Едва ли! Это было разработано Стойл-Тек и Министерством Крутости для использования в П.О.П. — Он повернул это так, чтобы я смогла увидеть крылатую молнию на передней панели. — Думаю, это прототип. Я нашел его в лаборатории Башни когда я еще был жеребёнком. У меня ушли годы, чтобы заставить его работать правильно.

— И как это работает? — спросила я, указывая на устройство копытом.

— Пользователю этого прибора предоставляется возможность тайно наблюдать за тем, что происходит с носящими ПипБак пони, — торжественно сказал он. — Круто, да?

— Он... что? — спросила я, будучи несколько ошеломленной и сбитой с толку. И он использовал это, чтобы шпионить за мной?

— Ну, пределы есть. Они должны быть в радиусе башен САОМТН, да и на взлом шифра требуется вечность. Некоторые ПипБаки передают только картинку, а другие дают неприятную обратную связь. Я смог сделать это только с дюжиной, или около того, пони. Но, когда ДиДжей Пон3 начал говорить обо всех вас, героях, что живут там, внизу, я должен был увидеть это лично. — Он настолько увлекся, что я не знала, что мне сделать: впечатлиться или хорошенько избить его, целясь в голову и плечи. Может сразу и то, и другое.
— Ушло четыре дня, чтобы получить доступ к Выходцу из Стойла. И три дня на тебя.

— И что ты увидел? — игриво спросила я.

Он уловил мой тон и, неловко кашлянув, опустил взгляд на шлем.
— Только обрывки и кусочки. Его хватает минут на пятнадцать-двадцать, прежде чем он начинает перегреваться. Но я видел, как ты дралась с тем гулем в Хайтауэре. И когда ты встретила тех Предвестников в песчаном карьере. И ещё несколько других моментов. Ничего интимного... намеренно. У меня есть определённые нормы, — пояснил он, с несколько нервной улыбкой и встрепенулся.

— Намеренно? — спросила я, изогнув бровь и смотря, как он потеет.

— Ну... однажды, я невзначай нырнул, когда Выходец из Стойла была с пони по имени Хомэйдж. Ух... просто... ничего себе, — сказал он со смущенной улыбкой. — Но ничего из этого я никогда не вставлю в фильм! Наверное. Скорее всего.

— Угу, — сухо ответила я, осматривая студию, — И ты использовал этот Персептитрон чтобы посмотреть на Пустошь?

— В течение последних двух-трёх лет, — он кивнул и подошел к окну студии. — Какое-то время, я был полностью озадачен. Каждый доклад Анклава, которые давали нам, был либо сильным преувеличением, либо вопиющим дождем из дерьма. Но когда я осознал, что они лгали, я не мог обвинить их в этом напрямую. Если они найдут мой Персептитрон, то возьмут, и уничтожат его. И меня вместе с ним. — Затем он указал на студию, — Но я мог использовать то, что я увидел, чтобы создавать фильмы о Пустоши.

— Чего-чего? — спросила я нахмурившись, — Разве они не запретят их тоже?

— Если бы они были документальными, то конечно. Быстрее, чем ты успеешь сказать «редактирование», Детка.
Его улыбка стала ещё шире.
— Но все мои фильмы - «художественные», и пока я показываю множество ужасных рейдеров и творящиеся на поверхности ужасы, Анклав не будет иметь что-либо против. Некоторые могут задаться вопросом, как я могу быть настолько точным , но меня видели здесь каждый день, так что, они не могут обвинить меня в нарушении карантина.
Он расплылся в широченной улыбке, гордясь своей сообразительностью.
— Но я могу показать больше, чем просто чудовищность. Я могу показать им борьбу. Я могу показать им героизм, что не является частью пропаганды. Я могу дать им почувствовать вкус того, что происходит внизу. — Он навёл лоск свое копыто, потерев его о грудь, — Также не повредит и то, что мои фильмы принесли мне кучу денег.

Я поймала себя на том, что почему-то злюсь на него. Что-то в его рвении и самодовольстве задело меня за живое.
— Вкус? Который? Как насчёт моего друга, которому расплавил лицо гуль? Или моей подруги, пожертвовавшей собой, дабы у ее вида появился шанс? Или матери моей возлюбленной, почти убившей её отца прямо у неё на глазах? — я заставила его вздрогнуть. — О, так ты видел это? А ты видел то, что происходило после этого, те моменты, где она отчаянно пытается спасти его жизнь, или это было не интересно?

Он поднял свои копыта.
— Прости. Я не хотел, чтобы это прозвучало так, будто жизнь там - это весело. — Его ухмылка пропала, и он опустил очки, чтобы посмотреть мне в глаза. — Просто жизнь здесь словно... словно все пони спят! Это всё те же, еще провоенные, но в то же время, изоляционистские рассказы, день за днём, год за годом. Это не жизнь. За один день внизу, ты проживаешь больше, чем какой-нибудь пони за всю свою жизнь здесь.

— Шикенери, будь рад этой скуке. Потому, что если когда-нибудь к вам наверх придёт Пустошь, ты будешь жаждать этой скуки. Ты будешь страстно желать этой скуки, — произнесла я, смотря на устройство, затем посмотрела на него, — Ты знаешь о Глори?

Он опасливо улыбнулся.
— О, да. Рэйнбоу Дэш? Просто отпад! Но слишком запредельно, я не могу использовать это. Никто не поверит в это!

— Могу я использовать твою машину чтобы убедиться что она в порядке? — спросила я нахмурившись.

Он облизнул губы и задумался.
— Если у тебя есть её «ПБМ», то мы можем попробовать, Детка.
Я так поняла, что под «ПБМ» он имел в виду «ПипБак-Метку». Шикенери надел мне на голову тяжёлый шлем и принялся подключать провода к облачному терминалу. Занимаясь делом, он без умолку рассказывал об этом П.О.П., гигантской установке управления погодой. Я уже слышала пару отрывков, но слышать о системе, которая позволяет одному пони управлять всей погодой по всей Пустоши, было немного ошеломляюще. О нём Шикенери говорил охотно и с энтузиазмом, рассматривая его с точки зрения молодого жеребца, влюбленного в истории.

А я? Я уже видела, что могли сделать секретные супер-проекты. Я добавила дело о П.О.П. куда-то в мой список вещей, которые нужно сделать, пока мир не исчезнет.
— И всё же, зачем это нужно было Рэйнбоу Дэш?

— Ну, Стойл-Тек имело оборудование, позволявшее поместить разум пони в машину. Злодейски круто, да, Крошка? — я думала о подделке Хорса, и просто проворчала. — Ну, ЭрДи не была заинтересована в этом. Так что она взяла несколько стазис штуковин и сделала интерфейс для П.О.П. С помощью него, она должна была быть в состоянии видеть всю страну и управлять погодой. Этот прибор работает таким же образом, но он обращается к сенсорной информации, входящей в ПипБак и выходящей из него.

Он понимал меня, поэтому я решила, что это работает.
— Я просто хочу проверить ее, — сказала я, посылая информацию о метке в терминал.

— Конечно, Детка. Держись. Это будет безумной поездкой.
Произошло несколько гудков и мир закружился прочь.

оооОООооо

Это не было безумной поездкой. Я делала это раньше, намного раньше. Это было то же самое чувство, которое было у меня в десятках шаров памяти, виденных мною. Разница заключалась в том, что это было сейчас, а не годы или столетия назад. Также не было точного переживания: все цвета были немного сдвинуты к красному, и был постоянный шум обратной связи в моем левом ухе.

Это был первый раз, когда я оценила, что значит быть Рэйнбоу Дэш в расцвете сил. Её тело прямо-таки распирало от силы. Я хотела летать, а я даже не была пегасом. Силовая броня, которую она носила двигалось словно вторая механическая кожа, которая чувствовалось мне вполне привычной. Глори находилась в каком-то, вроде как роде административно-выглядевшем, здании, стены у него были того особенного, бледно-бежевого цвета, что намекал на серьезных пони в строгих костюмах, сидящих на важных заседаниях, и важно кивающих, во время рассмотрения вопроса о выборе серьезного цвета краски, и солидном количестве нужных документов для того, чтобы осуществить это.

— Говорю вам, тревогу не должны были отменять. Блэкджек неслась как псих, уводя за собой по крайней мере крыло пони из разведки, — раздражённо проговорила хромающая рядом Даск. — Если бы это был рекламный трюк, они должны были схватить Шикенери за яйца и забрать их в качестве штрафа.

— Шикейнери постоянно совершает что-нибудь в этом роде, — спокойно сказала идущая впереди нас Муншэдоу. — Вы помните того грифона, которого он нарядил как Гильду, для «Последнего боя Рэйнбоу Дэш»? Это чуть не вызвало панику, но вы должны признать то, что он продал билеты. И то, что он заполучил единорога из башни для того, чтобы тот изобразил пони из его следующей серии уже не кажется невероятным.

— На своей собственной казни в Нейварро, он стал бы звездой, — сказала Твистер где-то сзади Глори. — Я думаю, что там простаивает ордер на его арест.

— Ну, это не Нейварро, — кисло сказала Муншэдоу, — В Тандерхэде у нас, на самом деле, есть права.

— Я просто надеюсь что Блэкджек в порядке, — сказала Глори.

Они пришли на встречу, где зеленый жеребец, в больших очках с проволочной оправой, поприветствовал их нетерпеливой улыбкой
— Дорогая, Профессор Муни! Неужели университет наконец-то расщедрился на нескольких единорогов, чтобы починить те талисманы?

— Вроде того, — ответила Муншэдоу, взглянув на Глори, — Не могла бы ты узнать, сможет ли доктор Морнингстар уделить мне пару минут, Берил? Это срочно.

— О сигнале? — сказал он, поднимая телефон.

— Нет, но это действительно важно, — сказала Муншэдоу, проходя через дверь в комнату с десятками терминалов, разбросанных вокруг странного оборудования. Некоторые выглядели смутно знакомыми; Я подумала, что я видела похожие в планетарии Профессора Зодиака. Все машины тихо гудели и издавали странные гудки. Двое жеребцов, в дальней части комнаты, помахали вошедшим, перед тем, как вернуться к своей работе.

— Какой сигнал? — спросил синий жеребец, и Глори, обернувшись, посмотрела на Рампейдж, П-21 и Скотч Тейп.

— Вопрос на сто тысяч бит, — сказала она со вздохом. — Пару недель назад, Башня поймала что-то, передающееся из космоса.
Рампейдж и Скотч Тейп мгновенно оживились, но Муншэдоу продолжила:
— Не надейтесь на пони с антеннами. Там много неработающего оборудования. Даже несколько, по-настоящему больших, боевых-спутников, все еще крутятся на орбите.

— Конечно они там, — саркастически протянула Рампейдж. — Они исчерпали места для пушек на поверхности, так почему бы не засунуть еще больше оружия в космос?

— Успокойся. Там установили лишь несколько подобных оружейных систем, и всего одна из них когда-либо стреляла. Надо быть гением, чтобы выяснить какая, — сказала Муншэдоу, а затем добавила:
— Да и что заставляет тебя думать, что они все наши? — три земных пони выглядели довольно неловко от этой маленькой новости, как и я, но Муншэдоу продолжила, как будто это ничего не значило для астронома:
— Этот сигнал, однако, не какое-нибудь старое сообщение, застрявшее в буфере и наконец-то вылезшее. Это было аппаратным сообщением, ищущим что-то под названием ЭП-1101. — серая кобыла вздохнула и покачала головой, — К сожалению, после месяца анализа, мы до сих пор не имеем понятия, что такое ЭП-1101.

— Программа из ПипБака Блекджек? — спросила Глори, и Муншэдоу замерла.

— Ты знаешь что это? — насмешливо спросила Муншэдоу. Когда Глори кивнула, Муншэдоу потерла виски.
— Мы четыре недели доводим себя до безумия, пытаясь выяснить, что это такое, а ты просто знаешь.
Она села и взяла планшет своими крыльями.
— Выкладывай, — произнесла она, взяв ртом ручку.

— Ну, я точно не знаю, но согласно Блэкджек это специальная программа, которую выпустила Луна, когда упали бомбы. В общем и целом, эта программа передает руководство Эквестрии тому, у кого она находится. Это какое-то мегазаклинание, и ты можешь использовать его, чтобы взять под свой контроль любую систему, что была заблокирована, — сказала Глори, и Муншэдоу все это записала.

— Интересно, — сказала Муншэдоу, нахмурившись, когда она закончила, и отложила планшет в сторону. — Насколько я могу судить, есть по крайней мере пять пони, пытающихся отправить сигнал обратно в космос, чтобы поговорить с этим. Даже коммуникационные спутники или спутники-шпионы могут быть огромной ценностью сегодня.

— Пять? — сказал П-21 с тем же беспокойством, которое чувствовала я.

— Мы пытались поговорить с этим, — сказала она, указывая крылом на оборудование. — Мы использовали наш передатчик, но это игнорировало нас. Я засекла Анклавовский передатчик серии «Звездный Наблюдатель» на Остроконечном Пике, так что, Нейварро тоже пытается общаться с этим.

— Я думала, что они утилизировали это, — сказала Даск Бумеру и Твистер.

— Черт возьми, если знаю. ОП теперь красная зона. Нам запрещено залетать туда, — сказал Бумер, а затем ухмыльнулся Скотч и Рэмпейдж. — Они постоянно ищут неизвестные летающие объекты.

— Последние три... странные. Два из них идут из Ядра, но один из них на гигаспарки сильнее. Я почти не могу определить второй сигнал. Сильный сигнал, тем не менее, нечто великолепное. — она вытянула крыло и постучала по терминалу, — Где же это..., — пробурчала она себе под нос

Затем раздался крик, только вместо того, чтобы услышать это внутри своей головы, я услышала это своими ушами. Один длинный, протяжный, искажающийся, визгливый шум. Даже несмотря на то, что громкость была не высокой, это все еще нервировало любого пони. Муншэдоу ухмыльнулась:
— Довольно жутко, да? Это голос машины. Я не могу подобрать даже сквозь сотую часть содержащегося в нём мусора, чтобы выяснить, что же она на самом деле говорит. — Муншэдоу вырубила это, но я смогла запомнить его.

Я слышала это раньше. Я слышала это все то время, что была внизу, в туннелях. Крик ХМА. Этот сигнал даже слишком сильно нервировал. Он было похоже на язык, от звучания которого плавится плоть.

— А что о последнем? — спросила Скотч Тейп, — Это только четвертый.

— Последний? — Муншэдоу в замешательстве моргнула, глядя на кобылку, затем ее глаза расширились. — Точно. Я кажется всегда забываю об этом сигнале. Он исходит из Горы Черного Пони, — она сообщила это, и я сразу же почувствовала странное безразличие, опрокинувшейся на меня. Это неважно. Это всего лишь скучный кусок черного камня. В нём нет вообще ничего особенного. И все присутствующие пони с этим, разумеется, согласились.

Дверь открылась, и Берил просунул голову.
— Профессор? Доктор Морнингстар говорит, что через час он будет немного времени между тестами. Это лучший шанс поговорить с ним.

Я хотела послушать еще, но вой обратной связи становился невыносимым.
— Эй, Шикенери. Отключишь меня от этого, а? — громко сказала я, по крайней мере надеюсь, что сказала, — Шикенери?
Я надеялась, что мне не придется переходить на копытное управление и ломать эту чертову штуку. Тут мир закружился прочь еще раз.

oooOOOooo

Я испустила вздох облегчения, когда вернулась обратно в свое тело.
— Спасибо. Это было... интересно, — я сняла с головы шлем, и повернулась к терминалу.

— Ох, а ведь происходящее только-только начало становиться интересным, — сказал жеребец. Жеребец, которого здесь вообще не должно быть. Он улыбнулся доброй, вежливой улыбкой. Такая же улыбка была у него, когда он приказал выжечь кьютимарку Глори.

Лайтхувс.

— Я спас жизнь Глори, — сказал Лайтхувс за короткие мгновения, пока я не скользнула в З.П.С. Эффект был как от бросания гаечного ключа в хрупкую жужжащую машину. Я посмотрела на него, шипя, словно разорванная паровая труба. Он носил новую, немного вычурную, белую силовую броню. Что-то в ней казалось мне... знакомым. Я не смогла увидеть никакого оружия, и он был без шлема. Все, что я должна была сделать - это убить безоружного пони. Я попыталась копнуть глубоко в душу, чтобы найти свою внутреннюю Рэмпейдж, и оторвать ему голову. Десять секунд спустя, у него все еще была голова. Бронированный жеребец заметно расслабился.
— Рад видеть, что вы все еще чтите моральные обязательства.

— Леджер? — раздался голос Шикенери из дверного проёма. — О. Ты здесь. Мне показалось, что я слышал твой голос, — белый пегас перевел взгляд с Лайтхувса на меня и приподнял бровь, — Вы знаете друг друга?

— Действительно, знаем, Кеннери, — произнёс Лайтхувс, прорысив к шкафу, затем он открыл его закованным в метал крылом, порылся в нём двумя маховыми перьями, и извлек бутылку. — Вот. Я думаю, что это понадобится Блекджек. Мне кажется, что ее головная боль, это только начало.

— Ты его знаешь? — требовательно спросила я у Шикенери. — Ты знаешь, что он за чудовище?

Губы режиссёра изогнулись в улыбке.
— Ну, мне особо не из чего было выбирать. Он мой брат, — весело ответил Шикенери, затем обернулся к Лайтхувсу. — Шикарная броня. Что привело тебя в Башню, Леджер?

— Погоди! — отрезала я, прерывая его. — Брат? Леджер?

— Это сокращение от «Леджердемейн». Забавный грифоний термин для «ловкости рук». Или когтей, в зависимости от обстоятельств, — усмехнулся он и, открыв для меня бутылку, поставил её на стол рядом с Перцептитроном. — Ты же не думала, что я взял своё кодовое имя из-за иллюминации на ногах, правда ведь?

— Вы братья? — спросила я, хмуро переводя взгляд с одного на другого и очень желая, чтобы здесь была Глори. — Не думала, что у несуществующих пони может быть семья.

— Да брось ты, — хохотнул Лайтхувс. — Любая хорошая спецслужба держит оперативников на контроле. Хорошие не попадаются, а плохих в разведку не берут, — усмехнулся он мне. — По большей части, мне никогда не приходилось иметь дела со свидетелями. Твоя группа - это единственное исключение, которое я допустил.
Он обернулся к Шикенери.
— Я пришёл из-за странного рапорта, где говорится, что ты использовал единорога, двойника Охранницы. Когда я это услышал, я просто должен был проверить лично.

— Когда я увидел, как она несётся через рынок, я понял, что она настоящая, — усмехнулся Шикенери. — Я оказался прав.

— Действительно, — со спокойной улыбкой ответил Лайтхувс. — И я думаю, что Блэкджек может оказаться именно тем, что мне необходимо для предстоящего конфликта с Нейварро.

Я замахала на него копытами.
— Подожди! Стой где стоишь! Думаешь, я собираюсь работать на тебя?

— Почему нет? — ответил Лайтхувс. У него ещё хватило наглости удивиться моему отказу.

— Потому что ты плохой парень! — выпалила я, раздражённая из-за того, что не могу просто убить его. — Ты сделал из Глори дашита, почти заставил её сестру убить её, и у тебя есть всё необходимое для биологической атаки, которая может убить тысячи!

— Я прошу прощения. Когда мы впервые встретились, честное слово, я не ожидал, что ты, или твои друзья покажут такую прыть. Мои действия с Глори должны были загнать в угол Добровольческий Корпус. Это не удалось. Затем ты уничтожила «Селестию»... что ж... твой потенциал возрос по экспоненте.
Он наклонился ко мне.
— Я видел тебя у Жёлтой Реки. Я знаю, на что ты способна.

— Это ты тогда улетел, — зарычала я на него. Лайтхувс кивнул и я обернулась к Шикенери. — Ты в курсе, что он сделал?

— Детка, я не хочу знать и он мне не рассказывает, — отозвался Шикенери, решительно покачав головой. — Леджер всегда делает то, что должно. Я не знаю, что у тебя с ним за дела, но я уверен, что для этого есть уважительная причина.
Однако белый жеребец встревоженно посмотрел на своего брата, будто ища подтверждения.

— Всё, что я сделал, было ради попытки предотвратить нападение на наш дом, — спокойно ответил он. — Ты можешь не соглашаться с моими методами, но я думаю, ты должна согласиться с моими целями. Тандерхед должен взять на себя руководство Анклавом.

— Анклав обломает тебе крылья и засунет те ракеты тебе в жопу. Я видела, что они выставили против тебя, — предупредила я.

— Обломятся. Зебринские ракеты отлично умеют уклоняться и обманывать системы слежения. Единственная демонстрация должна сделать это очевидным, — уверенно возразил Лайтхувс. — Ракеты станут мерой удержания, а не нападения. Они заставят Анклав отступить и дадут им время убедиться, что мы им не по зубам. С ресурсами Хуффа, Тандерхед создаст новое оружие и их Хищники развалятся на куски, а мы займём своё место в качестве лидера всего Великого Анклава Пегасов и поверхности.

— А если они всё равно атакуют? — резко спросила я.

— У Башни Шедоуболтов есть собственная система обороны, — ответил Лайтхувс, но его самодовольная улыбка исчезла.

— Но ты не уверен, что они справятся с приближающимися силами, не так ли? — спросила я, затем взглянула на Шикенери. — Когда случился первый конфликт между Анклавом и Тандерхедом, сколько Хищников они прислали?

— Четыре, — ответил Шикенери.

— Они выслали десять, — заявила я.

— Десять?! — ахнул Шикенери и обернулся к угрюмо смотрящему на нас Лайтхувсу. — Леджер, это же почти четверть всего флота!

— У нас есть другое оружие, — ответил Лайтхувс и его улыбка вернулась. — В прошлый их визит мы вывели из строя четыре Хищника. Они не станут ими рисковать.

— Ты знаком с капитанами Афтебёрнер и Хоарфрост? — спросила я. — Уж поверь, они рискнут. И не важно, насколько блестящая и новая у тебя силовая броня. Они хотят рисковать. Харбинджер собирался атаковать вас в любом случае, не смотря на ваше вооружение.

Шикенери снял очки и умоляюще взглянул на своего брата красными глазами.
— Леджер!

— Тихо, — оборвал его Лайтхувс и отвернулся. — Ситуация под контролем.

— Под чьим? — спросила я, подходя и становясь перед ним. Он взглянул на меня и я требовательно переспросила:
— Кто здесь всем заправляет? Ты? Кто-то над тобой? — я нахмурилась. — Всё это выглядит... паршиво. Будто весь план не продуман, или кто-то устроил всё для отвода глаз. Это биологическое оружие нереально использовать для сдерживания, так ведь?

— Ты не знаешь, что происходит, Блэкджек, — пробормотал он и отвернулся.

— Моя жизнь происходит! — сказала я, леветируя его и снова поворачивая к себе лицом. — Так почему бы тебе не рассказать мне?

— Почему бы тебе и мне не рассказать тоже, Леджер? Из этого выйдет отличная история, — взволнованно заметил Шикенери. — Мы выросли в Башне. Это наш дом. Так что, если здесь что-то происходит, я хотел бы быть в курсе.

— Блэкджек, если я расскажу тебе, ты можешь поклясться... своей жизнью... жизнью Глори... что поможешь нам в битве с Нейварро? — спросил он.

— А ты откажешься от своего биологического оружия? — спросила я в ответ.

— Нет. Я не могу, — сказал Лайтхувс с обречённой улыбкой.

— Тогда ты знаешь, что и я не могу, — ответила я.

— Леджердемейн, что происходит? — встревоженно спросил Шикенери. — Скажи мне!
Лайтхувс по-прежнему не отвечал.
— Чёрт возьми, прекрати корчить тут из себя пони-задаваку и скажи мне, что ты планируешь делать!

Лайтхувс резко развернулся к брату.
— Тебе нравятся истории? Давным-давно жил-был пони, который очень любил свой дом. Но его дом оказался под угрозой идиотов, которые завидовали его изобилию. И год за годом они угрожали, оскорбляли и высмеивали дом этого пони, и всех пони, живущих в нём. И этот пони решил, что сделает всё, чтобы остановить их. Но идиоты реагировали только на угрозы и силу, так что он решил стать для них угрозой. Настоящей угрозой.

— Но... Леджер... это безумие, — пробормотал Шикенери.

— Нет. Наоборот. Это единственный язык, который они понимают. Руководство Анклава знает, что у них не хватит ресурсов, чтобы одновременно управлять народом, сражаться с Тандерхедом и бороться со вспышкой смертельной эпидемии. Они начнут переговоры, — мрачно сказал он. — И они будут искать того, кто за всё ответит.

— Тебя, — сказала я. — Ты выставишь себя злодеем, чтобы взять на себя вину за весь Тандерхед.

— Но я не идиот. Если у Анклава хватит наглости и глупости, чтобы атаковать мой дом, тогда я заставлю их поплатиться за это, — ответил Лайтхувс мрачно. — Я буду смотреть, как они десятками пожирают и разрывают друг друга на части за каждого из моих пони, которому они навредили. И именно поэтому я не могу отдать тебе это оружие.

Верно. Мне сразу нужно было плюнуть на этот кошмар. Тут, чтобы обуздать его, нужна советник Старгейзер или директор Стратус. Может, кто-то не в курсе всего, что здесь творится, иначе их можно считать ещё более безумными, чем Лайтхувс.
— Советник знает об этом плане?

Он хмыкнул.
— Если б советник услышала о нём, она бы обмочилась. Когда прибудет Анклав, определённые пони её проинформируют.
Я подумала, что советника нужно бы предупредить об этом за долго до начала. Например прямо сейчас. Определённо, важность встречи с ней росла с каждой секундой.

— Но десять Хищников, — выдохнул Шикенери. — Леджер, это ведь жуткая огневая мощь.

— Мы с этим справимся. Блэкджек сама дала нам необходимое оружие, — ответил он.
«<i>Погодите, чего?</i>»

— Какое оружие? — скривилась я. Но он лишь невыносимо самодовольно улыбнулся. Я подняла его магией и с размаху впечатала в стену. — Что за оружие!

Тут он напомнил мне, что его задние ноги были металлическими, а мой живот, пусть и укреплённый, всё ещё имел немало нервных окончаний. Пинок ногами отбросил меня и я скорчилась на полу. Он принялся жёстко топтаться по моему распростёртому телу, размазывая меня по облачному слою. Я приподняла голову, чтобы разнести к чёрту его рожу, как я должна была сделать, когда впервые его увидела, но словила такой удар стальным копытом, что у меня в глазах заплясали звёздочки.
— Прекрати, Леджер! Ты же убьёшь её!

— Да, есть такая задумка, — ответил он, снова обрушивая копыта на моё череп. — Она слишком опасна, чтобы оставлять её в качестве дополнительного неизвестного.
Я заблокировала новый пинок своими передники копытами, но мой ЛУМ показывал всевозможные предупреждения, что было ясно - нового повреждения моя голова не выдержит. Однако Лайтхувс навис надо мной, его копыта наносили острые, почти хирургически-точные удары. Если я прикрывала лицо, он бил в живот. Если я сворачивалась, он бил меня в спину. Если я попытаюсь взглянуть на него, чтобы послать магическую пулю, он раздробит мне череп. И он был быстр! Мне прежде не доводилось с ним драться, и теперь я видела, что он двигается, словно танцор. Каждое движение было рассчитанным, чистым и эффективным.

Хладнокровно и размеренно, он забивал меня до смерти.

— Прекрати! — выпалил Шикенери, пытаясь оттащить своего брата, но Лайтхувс отработанным движением ударил брата в бок и тот повалился на землю, кашляя и задыхаясь.

Я воспользовалась паузой и, левитировав свои пистолеты, выстрелила вслепую, но он метнулся в сторону и лягнул меня так, что я покатилась по полу.
— Что бы ты себе не выдумывал, братец, реальный мир не делится только на героев и злодеев, — проговорил Лайтхувс, поднимая хвостом лучевой пистолет. — Кому-то из нас приходится совершать необходимое зло ради уверенности, что добро победит, — спокойно сказал он, не отводя от меня взгляда. Я пыталась прийти в себя, чтобы дать ему отпор. Учитывая, что он у меня в глазах качался и двоился, это был не очень хороший знак.
— Прощай, Блэкджек. Жаль, что мы не смогли сработаться.
Он подбросил лучевой пистолет, перехватил его ртом и прицелился мне в голову.

А я не могла сотворить заклинание, чтобы спасти свою жизнь...

Но я могла сотворить другое.

Нацелив на себя простейшее контрзаклинание, я развеяла магию, позволявшую мне ходить по облакам и гравитация взяла своё. Последнее, что я видела, это расширившиеся от удивления глаза Лайтхувса и малиновую вспышку, а затем я исчезла в белой пелене. Спустя секунду, я провалилась сквозь комнату под его кабинетом. И через комнату под ней, на полметра разминувшись с кобылой. Я едва расслышала её вскрик, прежде чем провалилась сквозь пол. Собрав все свои силы, я попыталась восстановить моё заклинание для хождения по облакам. Облака пушистые, верно? И магия не должна заключить меня в ловушку между этажами, как Минти, когда та застряла в стене.

Правильно?

Крошечные фиолетовая единорожка и синяя пегаска в моей голове переглянулись и только пожали плечами.

Когда я провалилась сквозь пол в приёмной, успев заметить, с каким ужасом и удивлением на меня уставились с пол десятка пегасов, мне уже по-настоящему хотелось заорать. Я очень, очень хотела сотворить это заклинание. Пусть я не была сильна в магии, но я же была потомком Твайлайт и я уже немало продвинулась, разве нет? Это ведь было всего лишь заклинание для хождения по облакам! Просто представь весёлые облачка на своих копытах! Весёлые облачка! Я зажмурилась, пытаясь выдавить магию! Я могу это сделать! Я могу...

Мой рог выпустил полудохлую искорку в тот момент, когда я со свистом пронеслась сквозь пол.

— Да чтоб тебя! — заорала я, вывалившись из здания на открытый воздух. Отсюда здание, в котором располагалась студия Шикенери, походило на сосульку, которая теперь стремительно уменьшалась. Теперь я была слишком напугана, чтобы кричать, или, может я и кричала, но не слышала этого за свистом ветра в ушах. Я продолжала падать, глядя как здания внизу становятся всё ближе и ближе.

И предполагая, что в полах этих зданий металла я не встречу, я сомневалась, что встреча с землёй задержится надолго! Я ничего не могла поделать. Не могла представить весёлые облачка. Я представляла киберпонячьи запчасти, разбросанные по пустоши в паре километров внизу.

— Мы поймаем тебя! — прокричала кобыла. — Не маши копытами! Расслабься!

Я заставила себя открыть глаза и увидела четырёх пегасов, летающих вокруг меня. Мне потребовалось собрать всю волю, чтобы сделать так, как они говорят. Нужно было довериться им, чтобы они смогли помочь. Если бы они хотели моей смерти, они могли бы просто позволить мне упасть. Один за другим, они взялись за мои копыта, выровняли моё падение, а затем достаточно замедлили меня. Когда мы приблизились к нижней части Тандерхеда, я взглянула вверх. Теперь я не могла даже сказать, в какой стороне здание со студией Шикенери.

Под нами показалась открытая площадь и я сказала:
— Погодите! Мне нужна секунда, чтобы сотворить заклинание для хождения по облакам.
На этот раз, я порадовалась, что у меня механическое тело. Если бы я вся была из плоти и крови, сейчас я, наверное, задыхалась бы от пережитого страха. Мне потребовалось несколько попыток, чтобы сотворить заклинание правильно, но пегасы терпеливо поддерживали меня, ожидая пока у меня не получится.

— Не самое приятное падение, — спокойно заметила кобыла, которая меня поймала. Сейчас она поддерживала меня слева, пока я пыталась сотворить заклинание. — С тобой всё хорошо?

Я опустила копыто и облако, наконец-то, удержало мой вес.
— Со мной всё намного лучше, чем могло бы быть через минуту-другую, — ответила я. — Спасибо, что поймали меня.

— Без проблем. Любой пони так поступил бы, верно? — ответила она, с такой искренностью, что я ничего не смогла с собой поделать. Я обняла её. Таким мир и должен был быть... и для разнообразия было приятно видеть, что это нормально.

— Эм, ты уверена, что с тобой всё в порядке? — спросила она с явной озабоченностью. Теперь она разглядывала мой рог и мои кибернетические ноги. — Ты актриса?

– Я...да. Да, я актриса. – просто сказала я. Правда была слишком невероятной, чтобы в нее поверить.

— О-о, — она взглянула на мои ноги. — Какой удивительный костюм. Эти ноги выглядят так, будто они на самом деле сделаны из металла.

Я робко усмехнулась.
— Да. Костюм и вправду удивительный. Так сел на меня, что иногда мне кажется, что я его уже никогда не сниму. Однако же, мне нужно добраться до университета. Не проводишь меня? — к тому же я совсем не хотела, чтобы Лайтхувс последовал за мной вниз и продолжил драку. Даже Легат не избивал меня с такой быстротой и точностью.

Она оглянулась на остальных троих пегасов, затем снова посмотрела на меня.
— Ты уверена, что не хочешь зайти в больницу?

— Уверена. Чем скорее мы доберёмся до университета, тем лучше.
С этими словами я поглядела вверх, чувствуя, что в любую секунду пони в белой броне может спикировать вниз и добить меня. Какое оружие он имел в виду? Может он нашёл Причуду? Она могла бы сгодиться против одного Хищника. Или это что-то ещё? Уф, избитая голова соображала плохо!

В моих седельных сумках всё ещё оставались меч, плащ, Бдительность и штурмовой карабин, но я не знала, куда упали Долг и Жертва. Остались ли они по-прежнему в офисе Шикенери, упали на крыши или куда-нибудь намного ниже, в Пустошь? Так же в моих сумках лежала, упакованная в кейс, Покаяние. Уверена, Лансер воспользовался бы ею и послал Лайтхувсу пулю, но это было не в моём стиле.

Однако, когда я в следующей раз увижу Лайтхувса, я определённо постараюсь выстрелить первой. Может, слегка покалечив, я смогу замедлить его? Уф. Надо бы мне в стиле борьбы найти что-то среднее между добродушным боем подушками и буйством Потрошителей.

* * *

Кажется Скайшайн, кобыла, что помогла мне добраться до университета, чувствовала, что что-то было неправильно. Хоть я привлекала внимание, Саншайн отваживала интересующихся, объясняя, что я актриса... но я подозревала, что у неё есть другие идеи.
— Так как, ты уверена, что не хочешь отправиться в больницу? Или в полицию? Или заглянуть в Башню? — в шестой раз подряд переспросила бирюзовая кобыла с серой в аквамариновыми полосками гривой. — Потому что у меня есть подруга и её кольтфренд порой ведёт себя с ней довольно грубо. Я просто хочу сказать, что нет ничего плохого в том, чтобы обратиться к властям, если тебе нужна помощь, и...

— Я в порядке, — простонала я. Мы приблизились к одному из шести больших центральных колоноподобных зданий.

Она закатила глаза.
— Я знаю! Знаю, что ты в порядке. Я просто говорю, что она тоже говорила, что она в порядке. Но я имею в виду, если он ударил тебя однажды, ты должна знать, что он сделает это снова и...

Я остановилась, взяла её за плечи и, заглянув прямо в её голубые глаза, проговорила:
— Скайшайн... Я не актриса. Я наземница, которая пришла сюда, чтобы остановить битву между Нейварро и Анклавом. Это не костюм. Я кибернетически аугментированный единорог. Меня до полусмерти избил секретный агент, у которого есть биологическое оружие, способное убить десятки тысяч. Ясно? Никакой мой кольтфренд меня не бил. Я вообще лесбиянка. Понятно? Вот, что произошло.
Немного путано, но у меня был трудный день.

Она некоторое время таращилась на меня, затем сложила вместе передние копытца.
— Серьёзно?

— Да. Так и есть, — сказала я со вздохом облегчения и ожидая, что меня сейчас объявят уродкой или психом.

— Значит... тебя избила твоя подружка? Потому что большинство знакомых мне кобыл находят какие-нибудь другие способы, чтобы найти свою особенную пони.
Я могла только смотреть на неё. Серьёзно? Она что, на самом деле додумалась до этого? Тут она просияла.
— Ты не подумай, у меня с этим всё в порядке. У меня однажды был жеребец, которому нравилась, чтобы я покусывала его фланки, и хотя мне это казалось странным, я хочу сказать, чего не сделаешь ради любви, верно? — широко улыбнулась пегаска. Я почувствовала, как у меня задёргалось веко.

Я ещё несколько секунд таращилась на неё, затем вскочила на копыта и поспешила к двери.
— Береги себя, Блэкснек! И скажи ей, чтоб в следующей раз была понежнее. Или обратись за помощью! — прокричала она мне в след.

Спасибо, что спасла мою жизнь, но... брррр.

Внутри меня встретили настороженные взгляды четырёх одетых в форму пегасов. Ложь, правда и всё, что между ними, перемешалось внутри меня в огромный шар и я тяжело осела на пол.
— Послушайте. Свяжитесь с профессором Муншедоу и дайте ей знать, что пришла Блэкджек, чтобы встретиться с доктором Монинстар. А я тут посижу.
И я доковыляла до дивана и со вздохом уселась на него. Сейчас я уже серьёзно рассматривала план Глори с «арестом и допросом». Он казался получше моего плана, который не был моим планом. Пегасы поглядели на меня и сделали звонок, переговариваясь вполголоса.

Вздохнув, я представила себе огромный несущийся с горы поезд и другой такой же, несущийся навстречу первому, и крошечную Охранницу с её друзьями в середине, между этими двумя поездами, которые вот-вот столкнутся. Всё, на что я могла надеяться, это на то, что советник сможет перебросить стрелку и они на полной скорости пронесутся друг мимо друга. И наверное самым раздражающим было то, что каждый поезд хотел, чтобы я была именно на его стороне.

— Блэкджек? — окликнула меня Муншедоу из коридора. Я вздохнула и, соскользнув с кресла, прошла мимо четверых пегасов, оставив их под впечатлением странности, которая творилась со мной весь день.
— Ты в порядке? - спросила кобыла с иссиня-фиолетовой гривой, когда я подошла к лифту.

— Это неправильный вопрос к Блэкджек, — сказала я, проходя мимо неё в кабину. — Блэкджек больше не понимает слово «в порядке».
То, как я стала говорить о себе в третьем лице, отразилось на её лице нарастающим беспокойством, поэтому я пояснила:
— Я в порядке. Просто мне напомнили, что мир вот-вот зальёт дерьмом, а я буду в самом центре.

— Могу себе представить, — слабо улыбнулась пегаска.

Может ли?
— Это ты на счёт полученного тобой сигнала? Того, который сверху? — сочувственная улыбка на её лице сменилась явным недоумением. — Да уж. А у меня в последнее время так чуть ни каждый день. Ну да ладно, так говоришь, вы получили сигнал. И он запрашивает ЭП-1101? Там присутствуют слова «Горизонты» или «Проект Горизонты»?

Теперь Муншедоу выглядела уже определённо напуганной.
— Но... как ты узнала?

— Магия, — ответила я, ничуть её не успокоив. Пегаска нажала кнопку. — Ты говорила о боевых спутниках. Может ли этот сигнал, запрашивающий ЭП-1101, быть с одно из них?

— Как... но... я... — лепетала она, пока мы ехали на лифте. — Я полагаю, может. У нас нет точных данных о том, что там есть. Из официальных записей можно узнать даже меньше, чем мы можем посчитать на глазок.

— Насколько велики эти боевые спутники? — спросила я, чуть нахмурившись? — Насколько они мощные?

Вопрос в стиле умной пони немного привёл её в чувства.
— Ну, в официальных документах нет данных о том, как их много, или насколько они мощные. Всё это было потеряно. Нейварро утверждают, что их либо вообще не существует, либо они испорчены, или под контролем неизвестных пони, но недавно мы по лучили запись стрельбы одного из них. Лучи мощностью в десять тераспарков каждый. Это достаточно мощно, чтобы разрезать Хищника или дракона. Аж перья дыбом.

Я угрюмо хмыкнула.
— Похоже это не очень-то мощно, — пробормотала я.

— Не очень-то мощно? — удивлённо переспросила она. — Эта энергия больше, чем выделяемая жар-бомбой или мегазаклинанием. Я предполагаю, что на орбите должно быть что-то подобное, но я думаю, оно должно быть достаточно крупным, чтобы мы его заметили.
Я подумала, что в этом есть смысл. Камеры мегазаклинаний под Хуффингтоном были огромными.

Дверь зажужжала и отворилась. Ярко-розовая надпись на стерильно-белой стене гласила «Арканные Биотехнологии».
— Идём. Доктор Монинстар ждёт.

Я пошла, на ходу заглядывая в окна и ожидая увидеть... что-нибудь этакое. Монстров в клетках, или странные вещества в химических пузырьках. Вместо этого, кабинеты больше напоминали лабораторию Муншедоу: множество терминалов и лабораторного оборудования. Я решила, что круто могут выглядеть только секретные проекты.

Перед нами раскрылась дверь и мы вошл...

Мне в лицо метнулись голубые усики Убийственной Шутки! Я выхватила Бдительность и нырнула в ЗПС прежде чем осознала, что голубая лоза бьётся о прозрачный стеклянный барьер. Огромный стеклянный резервуар, наполненный Шуткой, стоял в центре лаборатории, которая оказалась очень близка к тому, что я ожидала. В одном загоне рычал древесный волк. В другом лениво отдыхал брамин. Одна его голова жевала, а другая в это время разговаривала с исследователем в белом лабораторном халате. Наиболее тревожащим образцом было зелёное мешкообразное... нечто... плюющееся в стекло чёрной слизью.

— Блэкджек, — позвала Глори из угла комнаты. Я огляделась вокруг в поисках остальных, но здесь была только Глори. Учитывая, что она сняла свой шлем, её разоблачение я пропустила. Пони, рядом с которым она стояла, не очень-то оправдывал мои ожидания того, каким должен быть доктор. По моему опыту, большинство докторов носят очки, постоянно держат всё под контролем и не высовывают носа из лаборатории.

Доктор Монинстар выглядел так, будто был не от мира сего. Его буйная грива и хвост, словно не определившись, в каком направлении расти, топорщились сразу во все стороны. Это впечатление усугублялось такой же спутанной бородой, которая, казалось, шевелится на его лице так же, как Убийственная Шутка в банке. Стёкла на его очках были такой толщины, что он смотрел на меня как через две лужи.

— Доктор. Это... — начала было Глори, когда я приблизилась.

— Ат-тат-тат-тат! — затараторил он, перебивая, и принялся наворачивать вокруг меня круги. — Не нарушай мои наблюдения! Это очень важно, чтобы не получить предвзятое представление о субъекте!
Он некоторое время ходил вокруг меня, так что Глори уже начала нетерпеливо постукивать копытом.
— Единорог. Кобыла. Интересно. Видны признаки повреждения кожи и последующего восстановления, свойственного магической регенерации. Кибернетические дополнения с очевидным упором на повышение боеспособности. Глаза и конечности полностью заменены. Оставшаяся часть тела имеет признаки дополнительного укрепления. Хммм.
Он остановился и потёр подбородок.
— Хммм... ты... — он наклонился вперёд, приподнял очки и заморгал своими совиными глазами. — ... Охранница?

— ... Да? — медленно ответила я, не совсем уверенная, как после проведённого им осмотра он мог предположить во мне кого-то другого.

— Да, ты прямо как в рекламе! — воскликнул доктор. — «Жители Пустоши!» И эта ЛитлПип! Оооох, может она однажды сможет починить мой тостер, — он снова заморгал. — Нет. Серьёзно. Она может. Проклятая штуковина постоянно ломается!

— Доктор, — вздохнула Глори, закрывая лицо. — Мы здесь не для...

— Ты должна простить Монин Глори. Постоянно суетится, — сказал он, подходя к контейнеру с Убийственной Шуткой. — И посмотри, что она сделала. Превратила её в Рейнбоу Дэш. Ц-ц-ц. Если бы она осталась в лаборатории, то никогда бы не превратилась в Рейнбоу Дэш. Скорее всего, пребывание в Убийственной Шутке дало бы ей яйцо вместо головы. Да? Яйцеголовая? — он рассмеялся собственной шутке и покачал головой. — Но она всё время торопится. Торопится изменить мир. Торопится получить результаты. Наука требует терпения.

До моего усиленного слуха донеслось ворчание Глори:
— Чтоб тебя приподняло и шлёпнуло, старый покровительственный зануда.

— Я вижу, ты сталкивалась с некоторыми образцами, которые мы получили с поверхности. Увлекательные образцы. Поистине увлекательные. Потенциал этого магического растения особенно удивителен.
Он подбежал к столу и поднял пузырёк, наполненный радужной жидкостью.
— Например, жидкость, которую мы извлекаем, может быть использована в лечении и, возможно, Даже при производстве магических продуктов!

Я видела это прежде. Это был Флюкс, вещество из тех, что превращают кости пони в желе.
— Если оно не вернёт меня в нормальное состояние, вы можете выкинуть его в ближайшее окно. За океан, — зарычала Глори, затем нахмурилась. — Хотя, наверное, лучше это сжечь. Кто знает, где оно может прорасти?

— Ох, Глори. Ты говоришь прямо как Нейварро! — он снова поцыкал языком. — Как мы можем это использовать? Уничтожим, если не сможем. Кстати! Ты знаешь, что мы могли бы с этим сделать?

— Превратить вас в кобылку из группы поддержки Тандерхед Рамблерс? — предположила Глори.

— О, это было бы интересно! — тут же отозвался доктор, ухмыльнувшись из под своей растрёпанной бороды, от чего Глори снова застонала. — Но нет. Мы могли бы использовать это для воспроизведения заклинаний, обычно сотворяемых единорогами. Возможно даже эффектов заклинаний других существ. Это вещество бесконечно гибкое, — сказал он и, взглянув на Глори, самодовольно добавил: — И наша работа с ним поможет способ отменить последствия его эффектов.

— Вы имеете в виду лекарство? — ошеломлённо спросила Глори.

— Именно.
Доктор подбежал к двери, ведущей в соседнюю комнату. В ней было меньше образцов и больше лабораторного оборудования. Кроме того здесь, на столах и полках, лежало множество книг. Многие выглядели довольно старыми.
— Когда мы столкнулись с этим конкретным растением, я вспомнил книгу, которую я читал в те времена, когда был взбалмошным, раздражительным студентом, затмеваемым блеском своего наставника.
Он снова взглянул на Глори, на что пегаска отозвалась страдальческим рычанием. Доктор осмотрел полки и выбрал зелёную книгу.
— Вот! «Сверхъестественное».

— Это магическая книга? — порывисто спросила я.

— Единороги. Вы думаете, что всё связано с магией, — презрительно фыркнул он. Я начала понимать раздражение Глори. Он раскрыл книгу.
— Нет! «Естественные средства и лекарства, которые просто сверх.» Естественные! Не магические. И здесь есть растение со странными метаморфическими свойствами, которое, как я считаю, может быть связано с Убийственной Шуткой. Оно называется «ядовитая шутка». Возможно, облучение радиацией вызвало мутацию. Может шаманы зебр намеренно изменили растение. Кто теперь скажет? — затем он взглянул на Глори и усмехнулся. — Но-о...

Глори вздохнула и забубнила, будто наизусть:
— Но если лекарство работало с ослабленным вариантом растения, значит может сработать и с усиленным.

Он похлопал её по голове.
— Хороший студент.

Я шагнула между ними прежде, чем Глори смогла сбросить его копыто. В конце концов, ей нужно это лекарство.
— И у вас есть всё необходимое для этого лекарства?

— Есть, — ответил он, затем важно кивнул, подошёл к стойке и крыльями поднял пробирку. — Я хотел бы испытать вот это. Я собирался использовать исследователя, который попал под воздействие Убийственной Шутки и стал сексуально-неотразимым, но он сказал мне, что пока на него не сбегаются толпами, он не против такого эффекта.

Глори нахмурилась, а потом ахнула.
— Постойте. Вы про Бреквинда, верно?
Доктор кивнул и Глори захихикала, покраснев и прикрыв рот.

— Что? Я пропустила шутку? — спросила я, глядя на пегаску.

— Он был... так сказать... полноватым домоседом, — спокойно пояснила Муншедоу. — У него ещё была такая фразочка, когда что-то шло не так... то есть постоянно. Как он там говорил, напомните?

— Типа, «Ебите меня семеро»? — предположила я. Муншедоу закатила глаза, а Глори не удержалась от смеха. Ладно. Видимо Убийственная Шутка добралась ещё до одного. — И теперь он сексуально неотразимый для всех пони?

Доктор вздохнул.
— Не первая моя встреча с жеребцом, но в этом вопросе он вёл себя как ребёнок. Совершенно не научно. Если бы он просто расслабился... — доктор поцокал и покачал головой.
— Что ж, сейчас он в карантине и весьма доволен своими медсёстрами.
Я поймала себя на нескромных мыслях... но не похоже, чтобы доктор это планировал. Он передал пробирку Глори.
— Итак, что нужно сказать? — спросил он, расплывшись в улыбке.

Пегаска сперва ощетинилась, но затем вздохнула.
— Я буду вести записи всех моих переживаний, следовать протоколу и делать заметки так, чтобы мою работу позже можно было воспроизвести, — заунывно протянула она, будто студент, повторяющий текст наизусть.

Доктор принялся читать ей лекцию о содержимом пробирки и о том, как его применять, но я пропустила это мимо ушей. Моё внимание привлёк образец на заднем плане. Это было странное небольшое золотистое дерево. Лишённый листьев куст рос в дальнем углу, но я видела его прежде.
— Где вы это достали? — спросила я.

— Я этого не доставал. Это какая-то биомагическая конструкция, полученная с поверхности. У меня было не достаточно времени для её изучения. Синяя куда более захватывающая!
Я уже не слушала и, направившись к дереву, вынула пузырёк Флюкса. Подойдя ближе, я увидела, что на самом деле это был отрезок, обломившаяся ветвь как-то прижилась в грязи и проросла. Когда я левитировала пузырёк к дереву и капнула на его кору каплю радужного вещества, все его ветки задрожали. Жёлтая кора налилась сиянием и дерево, казалось, выпустило новые корни, зарывшиеся в почву.
— Захватывающе, — выдохнул доктор, приблизившись.

Я вынула меч и уколола себя в плечо. Затем уронила каплю крови на кору, куда она мгновенно всосалась. Ещё несколько капель Флюкса и я увидела как на конце одной из ветвей задрожал и начал расти шарик. Молочно-белый мешочек вырос размером не больше копыта, затем задрожал и лопнул... выронив что-то сферическое и белое. Я поймала это. На меня смотрел глаз с ярко-красной радужкой.

Мой глаз.

— Экстраординарно, — выдохнул доктор. Он обнял меня и прижал к себе. — Моя дорогая, ты, возможно, открыла целую новую область науки! Это прорыв наравне с углом атаки крыла!

— Благодарю, — спокойно ответила я, затем взглянула на Глори, глядящую на нас с благоговением. Судя по выражению её лица, она явно была под впечатлением последних событий. — Теперь, может быть вы можете мне помочь?

— Всё, что угодно! — ответил он. — Эти двое болтали о каких-то политической ерунде. Я не вникал. Оно тебе нужно?
Глори и Муншэдоу рассержено уставились на жеребца.

— Мне нужно встретиться с советником Старгейзер. Срочно. Дело экстренной важности, — терпеливо объяснила я.

— Да-да-да. Очень хорошо. Я это устрою. Со временем, — сказал он, не отрывая восторженного взгляда от ветвей копирующего дерева Проекта Химера.

Я леветировала его и повернула лицом к себе.
— Сейчас же. Пожалуйста, — добавила я.

Кто сказал, что я не могу быть дипломатичной?

* * *

Доктор отправил сообщение и я не отпускала его до тех пор, пока не пришёл ответ с подтверждением, что она встретится со мной у Глори при первой же возможности. Только тогда я отпустила его играться с вещами, которые лучше не трогать. Тем не менее, в это был смысл. Возможно, Убийственная Шутка может использоваться для чего-то хорошего. Может Пустышковое дерево приведёт к новым прорывам, которые помогут пони. Приятно было представлять, как наука производит не монстров и оружие для войны, а что-то полезное.

Мы вернулись в резиденцию Глори. Пусть плащ не работал, но простая накидка достаточно скрывала мои аугментации, так что я была просто очередным единорогом в центре нашей группы. Пони Тандерхеда продолжали жить в своём блаженном неведении. Они разговаривали, ели, играли и наслаждались столькими вещами, что я пребывала одновременно в трепете и грусти. Я вспоминала вечеринку, которую мы устроили для Скотч Тейп, когда она получила свою кьютимарку. Или концерт, который мы играли вместе со Священником, Попурри и Лакуной в Звёздном Доме. Казалось, это было сто лет назад. Всего в нескольких километрах внизу, жизнь была настолько мимолётна и ценна, что любая радость была как сокровище. Эти принимали это как обыденность.

И всё же, почему нет? Они избежали резни последних дней. У них была их самодостаточная башня. Почему кто-то не должен хорошо жить в этом мире? Они даже, пусть неохотно, но признавали, что некоторые свои излишки они могут использовать для помощи остальным. Они не были плохими пони. Я знала, что Лайтхувс был скорее исключением из правил. Просто они были привилегированными и защищёнными.

В том же доме Глори они ели еду, не намного лучшую, чем у других. У меня был киберпонячий кексик. Бумер, Скотч Тейп, Ламберт и Люсент играли в какую-то электронную игру, включающую стрельбу по пони ради забавы. Когда я заглянула к ним, Скотч Тейп взглянула на меня почти с жалостью. П-21 и Твистер серьёзным тоном обсуждали, что предпримет Анклав, когда прибудет сюда. Глори устроила себе пенную ванну во имя науки.

Что до меня, я не чувствовала особого веселья. Я нашла окно, открывающее вид из наружной стены тора Тандерхеда на заходящее солнце. Облака образовывали вокруг Башни кольцо, поднимаясь из центра этого тёмного глаза. Если это было нормально, я готова была съесть свой рог. Не смотря на разлитое по небу золото и багрянец, я почти разглядела мерцающее вдалеке зелёное свечение. Бу свернулась калачиком рядом со мной. Когда её накладной рог убрали, она была вполне счастлива. На обратном пути я раздобыла для неё немного «малины» (если верить торговцу) и теперь мордаха дремавшей возле меня кобылки была перемазана красным.

Одним из преимуществ синтетических глаз было то, что я могла смотреть на солнце сколько хотела. Оно двигалось вокруг планеты без помощи Богинь. Может так всегда и было. Может так всегда будет. Проще было бы просто перестать задаваться этим вопросом. Перед тем, как покинуть Девяносто Девятое, я об этом даже не задумывалась. Я просто принимала вещи такими как есть и то, что я не могу их изменить.

— Могу ли я изменить это? — спросила я, ни к кому не обращаясь.

— <i>Думаю, да</i>, — прохрипел знакомый голос. Я взглянула в сторону и заметила Крупье, тоже глядящего на солнце. Наверное будучи ментально-проецкионным образом души, он обладал такой же солнце-разглядывательной способностью. Крупье выглядел усталым, но улыбался.
— <i>Я соскучился по этому зрелищу</i>, — сказал он, взглянув на меня. — <i>Многовековая жизнь в виде заклинания внутри компьютера заставляет ценить такие мелочи</i>.

— Как жизнь? — спросила я, присаживаясь.

Его улыбка исчезла.
— <i>Просто устал. Думаю, такая уж доля у сосудов души</i>. — он прикрыл глаза. — <i>Итак, ты снова сомневаешься в себе?</i>

— Нет, — ответила я, слегка улыбнувшись. — Ладно. Немножко. Я просто... разрываюсь между Лайтхувсом и Анклавом... не знаю. Чувство такое же, как было перед «Селестией», понимаешь? Я пытаюсь остановить войну. Только эта битва намного больше. И ставки куда выше.

Уголки его губ чуть приподнялись и он сдвинул шляпу ниже.
— <i>Вот оно что. Народ обречён. Игра окончена. Можем собираться.</i>

— Нет, — усмехнулась я, и он, приподняв голову, с улыбкой взглянул на меня. — Просто потому что это невозможно, ещё не значит, что я не могу этого сделать. Мне просто нужно найти способ.

— <i>И ты найдёшь. Я верю в тебя, Блэкджек. Ты, как твой пра-пра-дедушка. Биг Макинтош никогда не позволял чему-либо остановить его, если он считал, что делает правое дело</i>, — сказал он, но его улыбка угасла.

— Даже если это могло убить его? — спросила я и он кивнул. Вздохнув, я посмотрела на красный шар, медленно садящийся за горизонт.
— Думаю, мы увидим, есть ли у нас что-то общее. Я остановлю Лайтхувса. И спасу Тандерхед. Так или иначе.

Крупье кивнул и мы сидели рядом, с Бу, дремлющей на моём бедре, и глядели на угасающий золотой свет.

~ ~ ~

— Честное слово, Блэкджек, тебя не дождёшься, — сказала Бу, подходя ко мне. Я ответила чередой чавкающих звуков, потому что жевала стащенный с кухни пучок зелени.
— И ешь ты, как свинья! — добавила она. Закончив жевать, я ответила с максимально возможным благородством: сглотнула и громко рыгнула. Она отшатнулась и замахала копытом перед лицом.
— Фууу!

— Мир жесток, сестрёнка, — ухмыльнулась я. — Он полон отрыжек, пердежа и других отвратительных вещей. Может быть когда-нибудь, когда ты сможешь с этим справиться, я расскажу тебе, откуда берутся маленькие пони.

— Я это знаю! — воскликнула Бу и отчаянно покраснела. — Не все из нас спят на уроках по медицине.

— Ох. Я знаю, что ты знаешь, — ответила я, ухмыльнувшись ещё шире, — но одно дело - уроки здоровья, а настоящее участие - это совсем другое.
Я понаблюдала, как она из розовой превращается в ярко-красную и, рассмеявшись, схватила её в объятия.
— Ну, честное слово, Бу, есть пони и похуже меня.

— Смерть с небес! — взревела кобыла, рухнула мне на спину и впечатала меня в землю. Захохотав, Рампейдж скрутила меня в захвате.
— Королевский страж попала в засаду? Селестия была бы весьма разочарована!

— Нуга! Нуга! — запищала я, захлопав копытом по земле, когда полосатая кобыла изогнула моё тело сильнее, чем оно когда-нибудь сгибалось.

— Какая я тебе нуга! — зарычала у меня со спины Рампейдж.

— Привет, Тренер, — с улыбкой сказала Бу.

— Привет, Бу-рчалка, — ответила Рампейдж, зажимая мою заднюю ногу между своими. — БиДжей тебя достаёт?

— Я не хотела ничего такого! Клянусь! — завопила я.

— Вообще-то, было дело, — улыбнулась Бу. — Но я думаю, что она уяснила урок.

— Видишь? А ты говорила, что из меня не выйдет хороший учитель, — сказала Рампейдж, освобождая меня. Я не была точно уверена, что быть учителем и быть тренером это одно и тоже, но то, что она любила работать с малышами - несомненно.

— Ты и со студентами такая грубая? — гневно спросила я, поднявшись и убедившись, что она ничего мне не сломала.

— Ну, всяко бывает, Блэкджек, — сказала она, обнимая меня копытом за шею и подтягивая меня поближе. — Видишь ли, я груба с ними именно настолько, насколько нужно... и... я знаю их слабые места.
Тут она без колебаний засунула язык мне в ухо.

— Йаааааххх! — я снова повалилась на спину, сражённая облизыванием.
— Серьёзно, Рампейдж, это отвратительно!

— Слова "котелок" и "чайник" для тебя что-нибудь значат, Блэкджек? — улыбнулась Бу и закатила глаза, и мы рассмеялись все вместе.

~ ~ ~

Я проснулась от того, что на кровати что-то пошевелилось. Не Глори, та всегда спит, как убитая. Она устроила себе оздоровительную ванну и скрупулёзно проверила себя на наличие изменений. Вообще-то, я не думала, что что-то, что назвали Убийственной Шуткой, можно смыть пеной для ванны, но я и раньше ошибалась. Флёр молчала, в вечерней тишине не раздавалось ни единого скрипа. Я почувствовала шевеление в подножье кровати и увидела глядящие на меня бледные, почти светящиеся глаза Бу. Её уши были прижаты и она дрожала.

Бу боялась... я вынула Бдительность из кобуры и меч из ножен, затем встряхнула Глори.
— Эй. Мне кажется, что-то не так.

Пегаска не проснулась. Я видела, как она дышит, но если это не было побочным эффектом, не упомянутым в книге, это плохо. Поднявшись на ноги, я осторожно подошла к соседней каюте. П-21 и Скотч Тейп крепко спали. Слишком крепко. Когда я постучала, а затем и встряхнула их, они не проснулись.

Я заглянула в следующую комнату.
— Рампейдж? Рампейдж!
Полосатая кобыла всхрапнула, заворчала и перевернулась на другой бок. Взглянув ещё раз на испуганную Бу, я осторожно сошла с корабля в поместье. Красивые мозаики были холодны и вымыты, цвета, казалось, кровоточили, смешиваясь в хаотичном беспорядке. Я постучала в дверь комнаты Твистер, затем Бумера. В кресле сидел один из слуг. Все спали.

Смех, далёкий и знакомый, донёсся до моего слуха. Я не могла даже определить направление. Я ничего не видела...

Затем я учуяла кровь. После ферм Роузлак, эту медную вонь я не спутаю ни с чем.

Я немедленно включила ЛУМ и увидела единичную красную метку. Однако, чтобы найти источник тяжёлого запаха, мне не пришлось далеко идти. В фойе неподвижно лежали два тела, одно подпирало открытую дверь. Дальше ещё пара трупов, обезглавленные. Кровь, растекаясь вокруг них, сбегала вниз по мраморной лестнице. Ещё больше крови было размазано по полу вдоль стены, будто что-то тащили. Я подошла к убитым пони. Все хорошо одеты и вооружены. Лучевой пистолет был вынут из кобуры только у одной, оружие было разрезано надвое. Было похоже, что их окровавленную одежду раньше неоднократно и профессионально очищали. Я обыскала их и нашла удостоверение.

<i>«Фрост Физер, охрана советника»</i>

Нет. Мы не должны были встретиться с советником до утра. Зачем бы ей отправлять сюда пони среди ночи? Я взглянула на кровавый след, красной полосой ведущий дальше в дом и сжала губы. Шаг за шагом я пошла по следу. Он привёл меня прямо к библиотеке. Как я могла не услышать, что этих пони убивают? Ни призыва о помощи? Ни единого вскрика?

Остановившись перед дверью, я снова оглянулась на Бу. Окружавшая меня тишина была оглушительной... нет. Не тишина. Не полная...

Из-за двери до меня доносился приглушённый крик. Крик, которого я не слышала с того момента, как поднялась к облакам.
— Оставайся здесь, Бу, — сказала я... или попыталась сказать. Мои губы двигались, но звука не было. Я моргнула и постучала копытом по стене. Тишина.

Дверь в библиотеку была приоткрыта. Ещё одна пони из охраны, разрубленная, не давала ей закрыться. Осторожно я отворила дверь. Тут же на меня рухнуло что-то размером с пони. Я подняла меч и копыта, чтобы отразить это, но добилась только того, что это забрызгало меня. Грязно, но бывало и хуже.

Я подняла взгляд вверх, в направлении, откуда прилетело тело. Там, на столе, сидя в странной, прямой позе, была забрызганная кровью пегаска. Крик в моей голове пульсировал в унисон с зелёным свечением, идущим из её глаз. Она смотрела на меня с безумной улыбкой на лице.
— Добро пожаловать в мой дом, Блэкджек, — спокойно сказала Аврора, — Выпьешь что-нибудь?
На её коленях покоилась отрубленная голова кобылы, которая, как я надеялась, была способна остановить надвигающуюся катастрофу. Она была измазана кровью, но всё же в ней можно было узнать ту кобылу, что я и Лакуна видели на той встрече. Советник Старгейзер.

Пустошь добралась до Тандерхеда.

Примечание: достигнут максимальный уровень.

(Примечание автора: Ну, что ж, я рад, что смог добить это до окончательного переезда в Вегас и сейчас я хочу выразить свою благодарность. Со всеми этими этими расходами по переезду и обустройству я был реально на взводе. Ахметов, Донован, Янни, Стефан, Райан, Крис и Мартин, спасибо вам. Ваша поддержка по-настоящему помогла мне не завязнуть. Я ценю каждый полученный бит. Пока я не получил работу учителя, я подрабатываю. Даже один пропущенный день - это плохо.

Внезапно мне было предложено написать историю-сериал вроде того, что я делаю с Горизонтами. Видимо, это становится более весомым и я смогу опубликовать это на Амазоне. Посмотрим. Мне нужно закончить горизонты. Я надеюсь, вопрос с Тандерхедом разрешится за одну-две главы, с Ядром за две-три и вся история закончится через пять. Когда всё будет кончено... трудно представить. Но если я возьмусь за оригинальную работу, я точно дам народу знать. Она не будет связана с пони, зато всё в ней будет моё.

Как бы то ни было, больше спасибо Hinds и Bro за то, что помогли исправить эту главу и сделать её читаемой. Поверьте. Если бы не они... ну... она была бы хуже. Надеюсь к следующей главе присоединится и Hidden. Как всегда, спасибо Kkat за создание FoE. И, наконец, спасибо всем за то, что читаете, оставляете отзывы, поддерживаете и даёте ценные советы, помогающие мне справиться со всем тем дерьмом реальной жизни, которое на меня свалилось.

Спасибо.)

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/28544/176999

Переводчики: Caringhide, joltius, RDashie27, ClaudeLib

Centergg, _007_, Solayter, Ponycide

Mister_Karter, K0ta, Barsman, Naddane

Freshman, aethyl_, Unheavyshadow