Готовый перевод Brotherhood of the Blood Book 1 / Братство крови книга 1: 7

- Надеюсь, не помешаю.

Шапель просматривал, выбранные им, книги.

Было уже довольно поздно и он не ожидал увидеть ее вновь.

Пру стояла в дверном проеме, и на фоне приглушенного освещения и негромких звуков баллады, доносившихся из фонографа, стоявшего в углу, ее очарование было еще притягательнее.

- Ни в коей мере.

Он расположился в фаэтоне, когда она вошла в библиотеку, его книга была тут же отложена и забыта, поскольку ее теплый аромат окутал его чувства.

Она взывала к его голоду, но он был под жестоким контролем.

Над чем он действительно не был властен, так это над тем, как среагировало на ее появление его тело.

Она была одета, куда приличнее, чем в тот первый раз, когда он столкнулся с ней в библиотеке, на ней было то же фиолетовое платье, в котором она была на обеде.

Обтягивающий лиф, мягко очерчивал вздымающцуюся округлость ее груди, выгодно подчеркивая ее осиную талию.

Ключицы казались несколько более заостренными, чем им надлежало быть.

Такая тонкая, такая хрупкая.

Он заметил, что она поела за обедом, и был убежден, что она не морила себя специально голодом.

Возможно, ее худоба была естественной.

Или она являлась следствием болезни.

- У меня еще не было возможности осведомиться о вашеи здоровье,мисс Рилэнд.

Полагаю, вы поправились после того досадного недоразумения?
Она слегка покраснела, приближаясь к нему, и присела на стул на расстоянии в несколько футов.

- Я думала, что вы согласились называть меня Пру.

И я замечательно себя чувствую, спасибо.

Я выражаю вам свою признательность за помощь, оказанную мне в то утро.

Он улыбнулся.

- Ну, не мог же я оставить вас там обсолютно без помощи, не так ли?
На губах Пру заиграла лукавая улыбка.

- Вполне могли, учитывая тот факт, что помогая мне добраться до моей комнаты, подвергли опасности собственное здоровье.

- Этот риск доставил мне истиное удовольствие , и при необходимости я поступил бы также.

Ее лицо залил румянец, привлекая сладкий поток крови к тонкой коже ее щек.

- Спасибо.

Он рискнул бы куда большим, чем дискомфортом на собственной коже от неярких солнечных лучей, ради ее очаровательной улыбки.

Подобно серене она была маняще привлекательной в своей обольстительной невинности.

Молинеукс предположил, что он нуждается в человеческой крови, но идея осквернить безупречное тело Пру, вонзив свои клыки в ее шею, была ему противна, вне зависимости от того насколько он этого жаждал.

Стук в дверь ознаменовал появление девушки с подносом на котором были две чашки и тарелка со всякой снедью, которую положено есть руками.

- Надеюсь, вы не возражаете - сказала Пру - полагаю вы можете себе позволить прерваться не на долго.

Да, похоже он не возражал.

- Спасибо.

Я тронут вашим вниманием.

Она поправила прическу, подсознательно реагируя на его похвалу.

Было немного грустно от того, что такой простой комплимент, так взволновал ее.

Они пили чай и вели непринужденную светскую беседу.

- Как долго вы знакомы с мистером

Греем? - спросил он, пытаяст придать безразличие собственному тону, когда он допил чай.

- О, что-то около года? - она пожала плечами.

Иногда мне кажется, что я знаю его целую вечность, настолько основательно он вошел в мою жизнь.

Он завидовал Маркусу Грею, мелкому ублюдку.

- Это наверное сильно сближает.

Она посмотрела на него подозритнльно - подобно женщине распознавшей ревность его невинном предположении.

- Он мне, словно брат.

Христос, он практически покраснел.

Он что весь как на ладони? Флирт был единственным его спасением.

- Каждому бы такую сестру.

Пру хихикнула, глядя на его опустевшую чашку.

- Хотите я погадаю вам на заварке?
Это был вопрос на который у него не был заготовлен ответ.

- Вы умеете гадать? - Это не являлось аристократическим занятием, покрайней мере в его время.

Она кивнула.

- Моя гувернантка научила меня.

Я считаю это плезным навыком, особенно когда хочешь узнать больше о незнакомом человеке.

- Вы рискуете обнаружить вещи, касательные меня, которым лучше бы оставаться неизвестными.

Чашка звякнула, когда она ее подхватила.

- Как печально.

Как бы вы не пытались себя вести Шапель, у меня есть четкое ощущение, что вы не являетесь столь же темным, каким вам нравится себя выставлять.

Шапель рассмеялся - почти беззвучно

Ей удалось поставить его на место! Если она действительно была права.

- Разрешаю.

Даже если там и обнаружиться что-то темное, Пру будет не склонна интерпретировать это, как что-то по-настоящему зловещее.

Он махнул рукой в сторону чашки, откинувшись на фаэтон, закинув ногу на ногу

- Мне никогда не гадали прежде, и мне безумно интересно узнать, что чайные листья способны мне поведать.

Она округлила глаза.

- Серьезно, вам никогда не гадали на чайных листьях.?
- Вряд ли мое будущее уготовило мне что-то хорошее.

- Почему бы нет?
- Возможно, потому что я не часто нахожусь в шумных компаниях - люди .

- Вы наверное хотели сказать "людей"?
- Человечества.

Прошу прощения, иногда мой английский меня подводит.

Ей показалось, что он был за что-то благодарен этой своей особенности.

Она вручила ему блюдце на котором вверх томашками расположилась его чашка и велела повернуть его три раза против часовой стрелки, загадав желание.

Он старательно выполнил, все что ему сказали.

Больше всего на свете он жаждал спасения, что и не удивительно.

Затем он вернул чашку Пру.

Она сняла ее изаглянула внутрь.

- Ну, ваше желание очень близко к исполнению.

- И что это значит?
- Это значит, что оно исполнится - и довольно скоро.

Она сосредоточилась.

- Вам поможет женщина.

- Женщина?
Его удивление, видимо, было слишком очевиднвм потому, что Пру подняла голову и улыбнулась ему.

- Да, женщина.

Одна из тех людей, с которыми вы не часто пересекаетесь.

Развязная распутная девка.

- А вы можете увидеть кто это?
Румянец окрасил ее щеки, когда она снова заглянула внутрь чашки.

Она медленно и нерешительно подняла на него взгляд.

- Вам может показаться это дерзостью, но полагаю, что это буду я.

Вы имеете какое-то представление, каким образом я могу быть связана с вашим желанием?
Сердце Шапеля екнуло.

Он сам бы хотел знать ответ на этот вопрос.

- Потому что я хотел найти для вас Чашу Грааля.

Это было наглая ложь, и он не должен был произносить этого потому, что он заметил, как надежда засветилась в ее глазах.

- Спасибо - пробормотала она.

Их взгляды втретились, и время будто бы остановилось.

Ее бесхитросный взгляд привлекал его, окружая его смесью надежды и страха, в отчаяньи сменявших друг друга.

Вне зависимомти от того, что толкнуло ее на поиски Чаши Грааля, она была неприклонна в этом стремлении.

Он ощущал эту ее потребность.

Он осознал ее нвязчивую идею заполучить чего-то, что находится вне пределов досягаемости.

Он не понимал, почему Чаша Грааля так много для нее значит, и если честно, и не хотел понимать.

Все чего он сейчас хотел, так это обнять ее и поцеловать эти розовые губы.

Он хотел ощутить ее на вкус, почувствовать как она трепещет в его объятьях.

Он хотел обладать ею, всеми доступными ему способами: ее телом, ее кровью, ее душой.

Их лица разделяло всего несколько дюймов, когда она подскочила, словно испуганный кролик.

- Мне нужно идти.

Ее голос дрожал, выдавая ее желание.

Ее запах был переполнен им.

Она так же страстно желала его - и позволила бы ему обладать ею.

Получив взамен его страсть.

- Да.

Он искал неуверенность в выражении ее лица.

- Вам нужно.

Если, конечно вы не хотите, чтобы я поцеловал вас.

Она начала колебаться, и демон внутри него поднял голову.

Шапель быстро вскочил на ноги, еще быстрее, чем прежде Пру.

- Уходите - прохрипел он.

- Сейчас же.

Если бы она не сделала этого, он был бы просто не в состоянии справится с собой

Он поцеловал бы ее.

Он возжелал бы ее.

Он укусил бы ее.

Молинеукс утверждал, что пить человеческую кровь является естественным для него, но он не хотел этого признавать.

Пока что, нет.

Она резко повернулась и побежала к двери, где на последок все-таки обернулась к нему.

Чтобы совершить поступок, выходящий за все возможные рамки.

По-настоящему дерзкий, поскольку ему предшествовала застенчивая, но отчетливая усмешка, затем ее сочные губы, игриво сложились, чтоб послать ему воздушный поцелуй.

И его дыхание перехватило, поскольку Шапель точно знал, что поймал его.

Она должна была позволить ему поцеловать себя.

Ей нужно было послать ко всем чертям свои собственные страхи, и позволить себе удовольствие от прикосновения его губ.

Она действительно хотела этого - также, как и он.

Теперь, когда ее жизнь становится настолько короткой, разве не стоит воспользоваться моментом? Почему ее так испугал простой поцелуй?
Из-за предположения, что с Шапелем ничего не может быть абсолютно просто.

Он был не простым человеком, и связь с ним еще больше усложнит ее собственную жизнь.

Она хотела ощутить себя живой и любимой.

В тоже время она понимала, что влюбиться для нее было занятием настолько же заманчивым, насколько и бесполезным.

Однако для человека, который в нее влюбится, это будет вовсе не так удачно.

Это было эгоистично с ее стороны, и она не хотела причинять боль Шапелю.

Шапель не знал, что она была больна.

У него могли возникнуть подозрения, после ее неожиданного падения возле его дверей, но он не мог знать, что она умирает.

Было не справедливо затеивать с ним отношения, скрывая от него правду.

Таким образом, у нее было два варианта: сказать ему правду, и посмотреть, как он себя поведет, или хранить молчание, и избегать его.

Фактически еще был третий.

Она могла оставить все в тайне, и воспользоваться его предложением, но это было очень эгоистично, и ее совесть просто не позволила бы ей этого.

Почему именно он привлекал ее, пробуждая в ней смелость? Он возродил в ней желания, чего не было уже достаточно давно, и притупил ее отчаянье во что бы то не стоало завладеть Чашей Грааля.

Она хотела знать о нем как можно больше.

И да, она хотела его.

Никто прежде не вызывал в ней желания нарушить правила общественной морали, как это вышло с Шапелем.

Даже когда она была моложе и куда наивнее, никто из тех, с кем она общалась не был способен так изменить ее взгляды на жижнь.

Создавалось ощущение, что он понимал, что руковадило ей, при том, что у него не было ни малейшего шанса узнать об этом.

- Замечательно, меня интересует ваше мнение по этому поводу.

Пруденс смотрела прямо в глаза своей сестре Кэролайн в ожидании ответа.

Джорджия и Матильда тоже посмотрели на нее.

Четыре сестры собрались за столом для завтрака, поскольку они решили немного перекусить в небольшой гостинной.

Все остальные уже поели, что позволяло им насладиться обществом друг друга - И Пру была в восторге от этой возможности.

- А как же Маркус Грей, ты больше о нем не думаешь? - Поддразнила ее Джорджия.

Матильда усмехнулась.

- Или таинственный мистер

Шапель?
Кэролайн закатила глаза.

- Что-то останавливает меня, чтобы не спросить об Отце Молинеуксе.

Почему это должен быть довольно тихий человек?
- Потому что, - пробормотала Матильда - она сама никогда не была тихой.

Кэролайн стрельнула в сестру раздражительным взглядом.

И вернулась вниманием к Пруденс.

- Тебе нездоровится дорогая?
Ее вопрос заставил Матильду ощутить раскаянье.

Пру вздохнула.

- Я в порядке.

Мэтти, я не хочу, чтобы ты ощущала себя виноватой.

Если вам и правда интересно, да, я думаю о мистере

Шапеле.

Удовлетворены?
Для Джорджии очевидно этого было недостаточно.

Но, как же мистер

Грей? - Ты просто спятила, моя дорогая, просто спятила.

Матильда озабоченно смотрела на нее .

- Мистер

Шапель очень превлекателен.

И вокруг него ощущается какая-то интрига.

- Тебе только это интересно в мужчине?

Тон Джорджии сочился сарказмом.

- К тому же он блондин.

Она будто нарочно издевалась.

- Придержи свое остроумие, - нарочито равнодушно ответила Матильда.

- Он почти поцеловал меня вчерашним вечером, - проболталась Пру.

И это положило конец приперательству между сестрами.

Одна за другой они поворачивали свои головы, чтобы посмотреть на нее- на ту, которую они все еще считали ребенком.

- Он что?
- Ты оказалась с ним на едине?
- Ты не позволила ему?
Вопросы сыпались буквально со всех сторон, и Пру не была уверена, кто из них о чем спрашивал, Хотя она заметила, что Матильду эта новость повергла в откровенный шок.

Она была вынуждена признать, что чем больше она размышляла об этом, тем более безумной себе казалась.

Чтобы мечтать о его прекрасных губах, ласкающих ее собственные.
- Мы были в библиотеке вчера вечером.

Пили чай.

Я гадала ему на чайных листьях.

Она не упомянула о своей роли, показанной чайными листьями.

Которая дала бы ее сестрам слишком много пищи для размышления, и они могли надумать то, чего не было.

- Он пытался поцеловать тебя, чтобы ты ему погадала?
Джорджия хихикнула, кинув взгляд на Матильду.

- Что-то ты такое ему нагадала! -
Матильда проигнорировала ее.

- Так как я нахожу мистера

Шапеля... интересным, ты же понимаешь, что тебе не пристало оставаться с ним наедине.

- Это непристойно.

Пру насупилась.

- Непристойно? Каждая из вас пыталась меня пристроить хоть к кому-нибудь в течении последних шести месяцев, и теперь вы собираетесь читать мне лекции о благопристойности?
Матильда пожала плечами, не торопясь встретиться взглядом с Пру.

- Джентельмены, которых мы тебе предлагали не выглядили, столь опасными, как мистер

Шапель.

- Опасный? Да, она была согласна, что что-то настораживало ее в Шапеле.

Она немного опасалась его, но в тоже время, испытывала необыкновенный покой от ощущения его силы

- Когда ты упомянула, что он пытался поцеловать тебя, ты имела ввиду, что он собирался тебя принудить, дорогая?
Пру протянула руку и погладила Матильду по ноге.

Это действие немного успокоило волнение, отразившееся на лице ее сестры

- Ни в коей мере.

Он исключительный джентльмен.

В большенстве своем, так или иначе.

Абсолютный джентельмен, никогда не попытался ее бы поцеловать.

- Как грустно.

Вздохнула Джорджия.

- Возможно, он не так уж и опасен, как мне кажется.

- Пру перевела на нее взгляд.

- Вы бы уж как-нибудь определитесь что вам больше по душе? Сначала все негодовали, пологая, что он пытался вынудить меня силой, теперь все разачарованы, что он так ничего и не сделал.

Джорджия изобразила негодование.

- Боже милостивый, я вовсе не разачарованна, что он не пытался применить к тебе силу.

Ты - моя младшая сестренка.

Я разачарованна, что он пристоавал ни ко мне.

Хитрая усмешка Джорджии вызвала свеобщий смех.

Они все еще смеялись, когда послышался стук в дверь, и в комнату заглянул Маркус.

Он был весь покрыт пылью, и выражение его лица вызвало нелдоброе предчувствие у Пру.

- Что случилось, Маркус? - спросила она дрожащим голосом.

- Ночью произошел обвал.

На месте раскопок.

.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/28891/97784

Переводчики: aveeder