Готовый перевод The Vampire Diaries. The Hunters: Moonsong / Дневники вампира. Охотники: Лунная песня: Глава 7

- Было бы трудно найти группу поселенцев, менее подходящую для строительства новой колонии, чем сто пять человек, которые плыли вверх по реке из Чесапикского залива в 1607 году и основали Джеймстаун,

- Профессор Кэмпбелл читал лекцию в группе Елены.

- Среди них была пара плотников, каменщик, кузнец, и возможно, дюжина рабочих,

но все они уступали численностью джентльменам-самозванцам, которые составляли почти половину отряда.

Он сделал паузу и язвительно улыбнулся.

- "Джентльмены" в данном случае - означало люди без профессии и ремесла.

Многие из них были ленивыми, праздными людьми, которые присоединились к экспедиции Лондонской Компании в жажде лёгкой наживы, не осознавая,

сколько труда повлечёт за собой основание колонии в Новом Свете.

Поселенцы высадились на берег весной, и к концу сентября половина из них были мертвы.

К январю, когда капитан Ньюпорт вернулся с продовольствием и колонистами, осталось лишь 38 первых поселенцев."

Ленивые и неразумные, мелким почерком записала Елена в тетради.

Умерли меньше чем за год.

История Юга была её самым первым занятием, а колледж уже подтверждал, что здесь им на многое предстоит открыть глаза.

Учителя в средней школе, рассказывая о первых поселенцах Вирджинии, всегда делали упор на их отвагу и предприимчивость, а не на бесталанность.

В четверг мы поговорим о легенде про Джона Смита и Покахонтас.

Мы обсудим факты и то, насколько они отличаются от личных суждений Смита, поскольку тот имел склонность к самовосхвалению, - объявил профессор Кэмпбелл. -

Список литературы есть в программе, поэтому, пожалуйста, в следующий раз приходите, подготовившись к оживлённым дискуссиям.

Пухлый, энергичный маленький человечек, он скользнул по классу взглядом маленьких чёрных глаз и безошибочно выбрал Елену, добавив:

- Елена Гилберт? Пожалуйста останься ненадолго после урока.

Я бы хотел поговорить с тобой.

Пока оставшаяся часть класса вереницей выходила из аудитории, а кое-кто задерживался, чтобы задать свои вопросы, у неё было время, чтобы нервно гадать, откуда он узнал, кто именно из студенток носит это имя.

Она не брала слова на протяжении лекции, а в классе было не менее пятидесяти студентов.

Как только последний из её однокурсников исчез за дверью, она подошла к его столу.

- Елена Гилберт, - отеческим тоном повторил он, и его яркие глаза встретили её взгляд.

Извини за то, что отнимаю твое время.Но когда я услышал твое имя, я не мог не спросить.

Он замолчал, и Елена почтительно спросила:

- О чём спросить, Профессор?

- Мне знакома фамилия Гилберт, понимаешь, - сказал он, -

и чем больше я смотрю на тебя, тем больше ты напоминаешь мне кое-кого - даже двоих - некогда бывших моими самыми дорогими друзьями.

Ты случайно не дочь Элизабет Морроу и Томаса Гилберта?

"Да", сказала медленно Елена.

Она должна была ожидать, что может встретить в Далкресте тех, кто знал её родителей, но слышать их имена было по-прежнему странно.

- Ах! - он переплёл пальцы на животе и довольно улыбнулся ей. -

Ты очень похожа на Элизабет.

Это поразило меня, когда ты зашла в аудиторию.

Но в тебе есть и много от Томаса, готов поклясться в этом.

Что-то в выражении лица, я думаю.

Когда я вижу тебя, то возвращаюсь в те дни, когда я сам был студентом.

Она была милой девушкой, твоя мама, просто прекрасной".

- Вы учились здесь с моими родителями? - спросила Елена.

- Разумеется, да.

Маленькие чёрные глазки профессора Кэмпбелла расширились.

"Они были моими лучшими друзьями здесь.

Двое лучших друзей, которые у меня когда-либо были. Мы потеряли связь друг с другом много лет назад, к сожалению, но я слышал об аварии.

Он разомкнул пальцы и неуверенно коснулся ей руки.
- Мне очень жаль.

"Спасибо". Елена прикусила губу.

- Они почти никогда не рассказывали мне о своих студенческих годах.

- Возможно, они ждали, когда я стану старше...

Ей голос сорвался, и она в смятении ощутила, как глаза наполняются слезами.

- О, дорогая, я не хотел тебя расстроить.

Профессор Кэмпбелл ощупал карманы своего пиджака.

- И у меня никогда нет носового платка, когда он нужен.

О, пожалуйста не плачь".

Выражение комичного страдания на его лице заставило Елену улыбнуться сквозь слёзы, и, расслабившись, он улыбнулся в ответ.

- Вот, так-то лучше, - сказал он. -

- Знаешь, если тебе захочется узнать побольше о своих родителях и о том, какими они тогда были, я буду счастлив рассказать тебе о них.

У меня есть множество разных историй

- В самом деле? - с надеждой спросила Елена.

Она ощутила приступ возбуждения.

Тётя Джудит иногда разговаривала с Еленой об её матери, но воспоминания, которыми она могла поделиться, касались в основном их детства.

И Елена почти ничего не знала о прошлом своего отца: он был единственным ребёнком в семье, и его родители уже умерли.

- Разумеется, разумеется, - с готовностью подтвердил профессор Кэмпбелл. -

- Приходи в мои приёмные часы, и я расскажу тебе всё о том, как мы славно веселились в старые добрые времена.

Я здесь каждый понедельник и пятницу с трёх до пяти, и я устрою торжественный приём в твою честь.

Образно говоря, конечно же.

Угощу тебя ужасным кофе у нас на кафедре.

- Благодарю вас, профессор Кэмпбелл, - сказала Елена. - Я буду очень рада этому.

"Называй меня Джеймс", сказал он.

- Это ерунда. То немногое, что я могу сделать, чтобы помочь тебе ощутить себя здесь в Далкресте, как дома.

Он склонил голову на одну сторону и вопрошающе посмотрел на неё яркими и любопытными, как у маленького зверька, глазами.

- В конце концов, как дочь Элизабет и Томаса, ты должна быть совершенно особенной девушкой.

Большая чёрная ворона за открытым окном аудитории бродила туда-сюда, то сжимая, то расжимая мощные когти вокруг ветки, на которую она взгромоздилась.

Дэймон хотел трансформироваться обратно в свою вампирскую сущность, влезть в окно и провести быстрый, но эффективный сеанс дознания с этим профессором.

Но Елене это не понравилось бы.

Она так наивна, чёрт побери!

Да, да, она его прекрасная, блистательная, смышлёная принцесса, но она ещё и смехотворно наивна; как и все они.

Дэймон раздражённо начищал клювом свои взъерошенные перья до переливающейся гладкости.

Они просто слишком молоды.

Сейчас Дэймон мог оглянуться назад и признать, что никто не в силах узнать что-либо о жизни, по крайней мере, за её первые сто лет или около того.

Нужно и в самом деле быть бессмертным, чтобы тебе хватило времени научиться заботиться о себе должным образом.

Возьмём Елену, с таким доверием взирающую на своего профессора.

После всего, через что она прошла, всего, что она видела, она так легко даёт себя обмануть - этому человеку достаточно было лишь помахать обещанием информации о родителях перед её носом,

и она с радостью прискачет встретиться с ним в его офисе в любое предложенное им время.

Сентиментальная дурочка!

Что такого может рассказать этот человек, что действительно имеет хоть какое-то значение?

Ничто не способно вернуть её родителей.

Этот профессор не представляет опасности, скорее всего.

Дэймон прощупал его своей Силой, не ощутив ничего, кроме проблеска человеческого разума, никакого тёмного прилива ответной Силы, исходившего от маленького человечка, ни тени тревожащих или жестоких чувств.

Но он не может быть уверен, не так ли?

Сила Дэймона не может обнаружить каждого монстра, не может предсказать каждый поворот человеческого сердца.

И подлинная проблема здесь в Елене.

Она забыла, очевидно, что утратила всю свою Силу, что Стражники отобрали у неё всё, сделав её вновь лишь уязвимой, хрупкой смертной девушкой.

Она же думает, по недоразумению, что способна защитить себя.

Они все такие. Сначала Дэймона привело в бешенство медленное осознание того, что он начинает чувствовать себя так, словно все они - его люди.

Не только его прекрасная Елена и маленькая рыжая пташка, но все они, включая ведьму

миссис Флауэрс, охотницу и тупоголового качка.

Последние двое даже недолюбливали его, но он чувствовал, что не может не присматривать за ним, не пытаться помешать им навредить себе по своей врождённой глупости.

Дэймон не был тем, кто хотел оказаться здесь.

Нет, идея "всем взяться за руки и хороводом отправиться продолжать образование вместе" была не его, и он относился к ней с надлежащим презрением.

Он не был Стефаном.

Он не собирался тратить время на то, чтобы притворяться одним из смертных детишек.

Но он обнаружил, к собственному ужасу, что и не хочет потерять их тоже.

Это было постыдным.

Вампиры не были стадными животными, в отличие от людей.

Его не должно волновать то, что случится с ними.

Эти дети могут быть лишь добычей, и ничем более.

Но смерть и возвращение из мёртвых, схватка с фантомом ревности и избавление от тошнотворной зависти и боли, державшей его в плену с тех пор, как он был ещё человеком, изменили Дэймона.

Когда ядро ненависти покинуло его грудную клетку, где оно жило так долго, он обнаружил, что чувствует себя легче.

И ему почти... небезразлично.

Постыдная или нет, но она оказалась удивительно уютной, эта связь с маленькой горсткой смертных.

Впрочем, он бы умер - вновь - охотнее, чем признал это вслух.

Он несколько раз щёлкнул клювом, когда Елена, попрощавшись с профессором, вышла из комнаты.

Затем Дэймон расправил крылья и одним махом опустился на дерево рядом с выходом из здания.

Поблизости хрупкий молодой человек наклеивал на другое дерево афишу с фото девушки, и Дэймон пролетел над ним, чтобы взглянуть поближе.

Разыскивается студентка, гласила заглавная строка афиши, а под фото были детали ночного исчезновения:

никаких улик, никаких зацепок, никаких доказательств, не малейшего представления, где может находиться 19-летняя Тэйлор Харрисон.

Подозрение насильственных действий.

Обещание награды от обеспокоенной семьи за информацию, способствующую её безопасному возвращению

Дэймон разразился грубым карканьем.

Что-то здесь было не так.

Он уже знал это - почувствовав что-то смутно неправильное в этом кампусе сразу же как прибыл сюда два дня назад, хотя и не мог с уверенностью указать на это.

С чего бы ещё ему так волноваться за свою принцессу?

Елена вышла из здания и пошла через двор, заправляя за уши золотистые волосы, не заметив чёрной вороны, пикирующей с одного дерева на другое у неё над головой.

Дэймон собирался выяснить, что здесь происходит, и собирался сделать это до того, как оно, чем бы оно ни являлось, тронет пальцем хоть одного из его смертных.

Особенно Елену

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/29351/99805

Переводчики: Bachelorette, Hayley, melina43