Готовый перевод Jim Butcher - [Codex Alera 6] - First Lord's Fury / Джим Батчер - [Кодекс Алеры 6] - Фурия Первого Лорда: Глава 13

- Ты едва притронулся к еде, - тихо сказала Китаи.

Тави взглянул на неё, ощутив, как от чувства вины кольнуло в животе.
- Я... - зрелище Китаи в зелёном платье его просто потрясло, и он забыл, что собирался сказать.

Шёлковому платью удалось удержаться в рамках приличий и в то же время подчеркнуть все прелести молодой женщины. Светлые волосы были элегантно уложены на макушке, а глубокий вырез на платье заставлял её шею казаться более длинной и нежной, придавая обманчивую хрупкость и скрывая гибкую силу, о которой он знал. Наряд оставил её плечи и руки обнажёнными, бледная кожа выглядела гладкой и безупречной в свете приглушенных магических светильников внутри шатра, разбитого на обрыве с видом на беспокойное море.

Оправленные в серебро изумруды украшали её шею, мерцали на филигранного плетения диадеме и в серьгах, отражая свет и сверкая крошечными огоньками внутри. Мастер-ремесленник, когда-то создавший их, в прошлом был искусным заклинателем огня. Второй заклинатель фурий огня наделил драгоценные камни аурой возбуждения и счастья, обволакивающей её, словно аромат тонких духов.

Она вопросительно выгнула светлую бровь и с улыбкой ожидала ответа.

- Возможно, - сказал он, - у меня разыгрался аппетит не к ужину, а к чему-то иному.

- Неприлично набрасываться на десерт до еды, Ваше Высочество, - прошептала она. Она поднесла ягоду к губам и стала есть, глядя ему в глаза. Медленно.

Тави подумывал смахнуть рукой со стола все, притянуть ее к себе в объятья и попробовать, какова эта ягода на вкус. Эта идея так его захватила, что он, сам того не осознавая, поднял руки на подлокотники кресла.

Он сделал еще один медленный вздох, наслаждаясь ее образом у себя в сознании, желание нахлынуло на него, и, после секундной борьбы, отделил свои собственные идеи от ее.
- Вы, - с упреком сказал он, голос прозвучал намного ниже и грубее, чем ему хотелось, - применили ко мне магию земли, Посол.

Она съела еще ягоду. Еще медленнее. Глаза ее вспыхивали.
- Неужели я так поступила, милорд Октавиан?

Усидеть на месте стоило реальных усилий. Он вернулся к своей тарелке, взял нож и вилку, чтобы аккуратно отрезать и проглотить кусочек говядины - настоящей, честного алеранского мяса, а не этого крошева из левиафанов, которым им приходилось давиться во время путешествия - и запил глотком легкого, почти прозрачного вина.
- Вы могли бы, - сказал он. - Если бы захотели.

Она приступила к своему ростбифу. Наблюдая за ней, Тави был впечатлен. Китаи, в основном, обходилась с хорошим ростбифом с деликатностью голодной львицы, и часто создавалось впечатление, что также она поступит с любым, посмевшим посягнуть на ее долю. Но сегодня вечером, даже если она и не действовала с совершенной пластикой молодой дамы из высшего общества, ее поведение было тем не менее не слишком далеко от стандарта. Кто-то, скорее всего Цимнея, обучает ее этикету Граждан.

И когда она только время находит?

Она съела кусочек мяса так же медленно, как и ягоды, продолжая смотреть ему в глаза. Свои она зажмурила от удовольствия, когда глотала, и мгновение спустя снова их распахнула.
- Намекаешь, что я бы предпочла, чтобы ты сорвал платье и овладел мной? Прямо здесь? Возможно, на столе?

У Тави выскользнула вилка, а его следующий кусочек ростбифа полетел со стола на землю. Он раскрыл рот, чтобы ответить, и обнаружил, что не может произнести ни слова, лицу стало горячо.

Китаи наблюдала, как падает ростбиф, и цокнула.
- Жаль, - промурлыкала она. - Он вкусный. Или тебе так не показалось?

Она съела еще кусочек, терзающе медленно, расслаблено, с элегантной сдержанной чувственностью.

Тави снова обрел способность говорить:
- Он и вполовину не столь восхитителен, как вы, Посол.

Она снова улыбнулась, довольная.
- Наконец-то. Я завладела твоим вниманием.

- Оно было приковано к тебе все время нашей трапезы, - сказал Тави.

- Твои уши, возможно. - Она откашлялась, на мгновение коснувшись кончиками пальцев груди, невольно переводя туда его взгляд.
- И, конечно, твои глаза, - с грустным смешком сухо добавила она. - Но твои мысли, чала, твое воображение - они были сосредоточены где-то еще.

- Моя оплошность, - сказал Тави. - Определенно.

- Определенно, - ответили Китаи с довольно хитрой улыбкой. Выражение ее лица стало более серьезным. - Хотя и не только по крайней необходимости.

Он нахмурился и жестом руки предложил ей продолжать.

Она сложила руки на коленях и нахмурилась, будто бы собирая вместе слова, чтобы их выдать.
- Этот враг угрожает тебе, как ни один другой, чала.

- Ворд?

Она кивнула.

- Как именно?

- Они угрожают изменить тебя, - спокойно сказала она. - Отчаяние и страх - очень могущественные противники. Они могут превратить тебя в кого-то, кем ты не являешься.

- Ты уже говорила похожие вещи прошлой зимой, - заметил он, - когда мы были загнаны в ловушку наверху той шуаранской башни.

- Это остается верным и сейчас, - ответила она спокойным голосом. - Помни, что я тебя чувствую, чала. Ты не сможешь спрятать это от меня. Ты пытался, и я уважала твое желание. До настоящего момента.

Он нахмурился, обеспокоенный.

Она протянула через стол руку, ладонью вверх. Он накрыл ее своей рукой, безотчетное решение с его стороны.

- Поговори со мной, - тихо взмолилась она.

- На кораблях всегда был кто-то рядом. Или мы были на занятиях и ... - Он пожал плечами. - Я... Я не хотел обременять тебя. Или пугать.

Она кивнула и сказала без злости:
- Это потому, что ты считал меня недостаточно сильной? Или потому, что ты считал меня недостаточно храброй?

- Это потому, что я считал тебя недостаточно... - он запнулся.

- Способной? - предположила она. - Полезной?

- ...заменимой, - закончил он.

От этого ее брови взлетели. Она повторила его недавний жест, рукой призывая его продолжать.

- Я не могу потерять тебя, - прошептал он, - просто не могу. И не уверен что смогу защитить тебя. И не уверен, что кто-либо может.

Мгновение Китаи смотрела на него безо всякого выражения. Затем, сжав губы, она покачала головой и встала. Она обошла вокруг стола с тем же суровым выражением лица, но, когда она остановилась позади его стула, Тави понял, что ее трясет от едва сдерживаемого смеха.

Она проскользнула ему на колени, в зеленом она стала еще привлекательней, обхватила его шею бледными руками и поцеловала. Как следует. Ее мягкий смех клокотал у него на языке. В конце концов отстранившись, мгновением спустя, она сжала его лицо своими горячими, как в лихорадке руками и посмотрела на него с нежностью.

- Мой алеранец, - сказала она с любовью в голосе. - Ты - идиот.

Он уставился на нее.

- Ты только теперь осознал, что силы, превосходящие наши, могут разъединить нас? - спросила она, все еще улыбаясь.

- Ну... - начал он. - Ну... ну нет, не совсем...
Он умолк.

- Но это всегда было так, Алеранец, - сказала она, - задолго до того, как ворд стал угрозой для наших народов. И даже если бы его никогда не было, это все равно было бы правдой.

- Что ты имеешь в виду?

Она пожала плечами. Затем, взяв нож и вилку, отрезала еще один кусочек ростбифа, когда заговорила.
- Многие вещи могут отнять жизнь. Даже жизнь алеранских Граждан. Болезни. Пожары. Несчастные случаи. И, в конце концов, старость. - Она положила ему в рот кусочек мяса и следила, как он начал жевать, прежде чем, одобрительно кивнув, стала отрезать следующий.
- Смерть - неизбежна, Алеранец... для всех нас. И правда в том, что все, кого мы любим так же могут быть разлучены с нами, как и мы можем быть оторваны от них. Это так же естественно, как ночь после заката.

- Китаи, - начал было Тави.

Она втолкнула еще один кусочек ростбифа ему в рот и тихо сказала:
- Я еще не закончила.

Он покачал головой и начал жевать, слушая.

Она снова одобрительно кивнула.- В конце концов, ворд не является чем-то из ряда выходящим, Алеранец, если только ты не позволишь ему таким стать. Фактически, он менее опасен, чем все остальное.

Проглотив, он сказал:
- Как ты можешь говорить такое?

- А почему я не могу? - спокойно ответила она. - Поразмышляй над этим. У тебя довольно хорошо получается размышлять, когда ты утруждаешь себя этим. Я уверена, в итоге до тебя дойдет.
Она выгнулась и потянулась, подняв руки над головой. Тави обнаружил, что его левая рука покоится на ее оголенной спине, в вырезе платья. Он никак не мог заставить себя прекратить поглаживать ее нежную кожу, едва касаясь ее медленными круговыми движениями.
- Ммм. Мне это нравится. И это платье тоже нравится. И драгоценности тоже - хотя я не смогла бы их надеть на ночную охоту. Тем не менее, они прекрасны.

- И дорогие, - сказал Тави, - Ты не поверишь.

Китаи округлила глаза:
- Деньги.

- Не все используют обсидиановые наконечники для стрел как всеобщий эквивалент, - проговорил он, улыбаясь.

- Нет, - саркастически ответила она, - Полагаю, если бы это стоило Алеранцу денег каждый раз, когда он хотел убить что-то, это сделало бы вашу человеческую историю куда как менее интересной для чтения.
Она опустила на него взляд на мгновение и, улыбаясь, спросила:
- Ты думаешь, что драгоценности красивы, Алеранец?

Тави коснулся ее щеки.
- Я бы хотел видеть тебя только в них и больше ни в чём.

Ее улыбка стала шире.
- Это, - произнесла она, - было бы абсолютно неприемлимо, мой лорд Октавиан.
Но ее руки неспешно поднялись к шее, к застежке ее платья. Тави издал низкий рык и почувствовал, как его рука собственнически расположилась на ее талии.

Стук приближающихся копыт быстро долетел до отдельно стоящего шатра. Стражники, расположенные, по настоянию Магнуса, в сорока ярдах ниже по холму, на случай приближения вордовских лазутчиков, обменивались паролями с посланником, чей голос звучал высоко и возбужденно.

Тави застонал и на мгновенье упёрся лбом в платье Китаи...
- Ну, разумеется, что-то стряслось именно сейчас.

Китаи шаловливо, негромко рассмеялась и произнесла:
- Если хочешь, мы можем просто продолжить.

- Кровавые вороны, нет, - сказал Тави, снова краснея. Он встал, подняв её с своих колен и мягко поставив на ноги.
- Я нормально выгляжу?

Она наклонилась вперёд и лизнула Тави в уголок рта, игриво поглядывая, затем вытерла его салфеткой. Она слегка распрямила складки платья и сказала:
- Ты выглядишь самым надлежащим образом, мой лорд Октавиан.

Он буркнул себе под нос что-то про напоминание не убивать посланника и подошёл к одной из драпировок, что скрывали интерьер шатра. Смотритель легиона торопливо приближался по склону рядом с посланцем в броне антилланского ополченца. Антилланец зашагал вверх по склону, отмеряя шаги в точности как опытный легионер, и, остановившись напротив Тави, отдал честь:
- Ваше Высочество.

Тави вернул приветствие. Посланник был старшим центурионом сил обороны города, вернувшимся на службу из отставки для этой цели, лет сорока или пятидесяти.
- Центурион... Рамус, не так ли?

Мужчина улыбнулся и кивнул.
- Так точно, сэр.

- Докладывайте.

- Лорд Сенешаль Ванориус свидетельствует свое почтение, сэр, и послание от Ривы.

Тави поднял брови.
- Водное послание?

- Да, сэ... - глаза центуриона прыгнули за Тави на Китаи, и он внезапно поперхнулся на полуслове. Резко откашлявшись, он склонил голову вновь и отсалютовал снова.
- О. Прошу простить моё вторжение, леди Посол.

Тави оглянулся, просто чтобы удостовериться, что платье все еще было надето на девушку. Да, было. Но с Китаи никогда нельзя было знать этого наверняка. Он не мог винить Рамуса за запинку. Она выглядела ошеломляюще. - Послание из Ривы, центурион? - продолжил Тави.

- Да, сэр, - сказал мужчина. - Лорд Аквитейн сообщает, что на город напали.

Тави моргнул и проподнял бровь, не позволяя себе высказать никаких больших признаков удивления.
- Серьёзно?

- Как? - резко потребовала ответа Китаи.

- Послание было недлинным, сэр, - ответил центурион. - Милорд Ванориус просил передать вам, что какое-то вмешательство почти сразу прервало связь. Что Аквитейн успел только появиться, передав своё изображение и голос, сумев каким-то образом прорваться, несмотря на блокировку передачи водных сообщений, которую ворду удавалось поддерживать до... до недавнего времени, Ваше Высочество.

- Ясно, - сказал Тави. Он вдохнул, кивнул сам себе и затем резко взглянул через плечо на Китаи.

Она кивнула, уже облачившись в тёмный дорожный плащ.
- Я поговорю с ней незамедлительно.

- Благодарю, - произнес Тави.
Как только Китаи ушла, он обратился к Рамусу:
- Центурион, пожалуйста, передайте Лорду Сенешалю мое почтение и сообщите, что наши планы на отправление сдвинулись на тридцать шесть часов. Мы выдвигаемся сегодня ночью. Город должен быть подготовлен к принятию войск и беженцев несколько раньше, чем мы рассчитывали.

- Да, сэр, - твердо ответил Рамус, но его глаза не покидало сомнение.

Тави глянул на него. Рамус был всего лишь человеком, но из тех, к кому прислушиваются остальные. Антилланцы и канимы окажутся наедине друг с другом в очень опасной близости. Эта была одна из возможностей зародить зерна доверия, которые он сеял, как только предоставлялась такая возможность в последнее время.
- Центурион, - сказал Тави, - я был бы благодарен, если бы вы высказали свое мнение.

- Они канимы, сэр, - насупился легионер. - Они животные. Я боролся против их рейдеров в своё время в Легионе. Я видел, что они делали с нами.

Тави раздумывал мгновение, прежде чем ответить, и, наконец, сказал:- Я могу сказать, что Легион может использовать животных, особенно в такой войне, как эта. Но правда заключается в том, что они тоже являются народом. Они наши враги и не претендуют на нечто большее. - Он улыбнулся, обнажив зубы. - Но сейчас у нас имеется куда большая проблема. Я сражался в канимами лично, как против них, так и рядом с ними, центурион, и у меня есть шрамы, чтобы доказать это. Я провёл больше времени в полях, сражаясь с ними, чем любой другой командир в истории. Они порочны, дики и беспощадны. Но они держат своё слово.

Тави положил руку на плечо легионера.
- Следуй приказам, солдат. Они будут следовать своим. И если мы будем умны и удачливы, возможно, мы будем резать друг другу глотки уже в следующем году.

Рамус нахмурился. Он начал было поворачиваться и заколебался.
- Вы... Ты действительно так считаешь, сынок? Ээ, сэр?

- Другого пути нет. Они в том же самом углу, что и мы. И некоторым из них я куда скорее доверю свою спину, чем множеству алеранцев, которых я знаю.

Рамус хохотнул:
- Это правда, вороны бы ее побрали, - он расправил плечи и ударил кулаком себя в грудь. - Я передам ваши слова лорду Ванориусу, сэр.

- Хорошо, - сказал Тави. Он снял клинок с бедра центуриона, развернулся и насадил на него то, что осталось от его жаркого. Затем он вернул клинок назад мужчине.
- На обратный путь. Нет смысла дать ему пропасть просто так. Удачи, центурион.

Рамус принял кинжал назад с небольшой, быстрой улыбкой.
- Спасибо, Ваше Высо...

Внезапно с севера пришёл порыв ледяного ветра, стена холодного воздуха, чья температура была градусов на тридцать ниже и без того прохладной северной ночи. Мгновенно ночь притихла и уже следующий порыв ветра чуть не опрокинул шатёр.

- Кровавые вороны! - вскричал Рамус, подняв руку, чтобы защитить лицо. Взбитое ветром море, казалось, стонет от протеста, обращая свою поверхность в мелкие брызги. - Что это?

Тави поднял свою руку и повернулся к северу, вглядываясь в небо. Облака превратились в серую тьму, разлившуюся с севера на юг.
- Ну, что ж, - произнес он, обнажая зубы в ухмылке, - самое время.

Он сунул два пальца в рот и пронзительно свистнул, перекрыв рёв внезапно поднявшегося холодного ветра - трюк, которому научил его дядя Бернард, когда он еще пас овец. Он подал быстрый сигнал стражникам, которые с готовностью собрались около него.

- Отдых кончился, ребята, - проговорил он, - доставайте запасные плащи. Пора спасать Империю.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/31466/124051

Переводчики: maksud2007, sxe_se7en, Eugene_Mel, vorbarra

Swee7, Anjelika9, alexandei