Готовый перевод The EDGE Chronicles: The Immortals / Воздушные Пираты/Хроники Края: Бессмертные: Great Glade Chapter Three; Глава Третья

Шахтёры потащились впёред, освещая фонарями на своих шлемах пространство впереди. Когда они проходили мимо Гринта Граэля, он отмечал каждого галочкой в своём списке. Нат подошёл ко входу в туннель и пристально вгляделся в темноту шахты. Когда он стал проходить мимо начальника, тот подставил ему подножку. Нат споткнулся и с силой бухнулся на землю. Он оглянулся и увидел насмешливое лицо Граэля, глазеющее на него сверху вниз.

— Лучше смотри под ноги, Корвад, — он улыбнулся. — И следи за лампами.

— Я буду, шахтный сержант, — произнёс мальчик сквозь стиснутые зубы, в то время как Рудд помог ему подняться на ноги.

Парочка вошла в шахту: Рудд впереди, Нат чуть поодаль. Их шаги со страшным грохотом отдавались по узкому туннелю. По сторонам шахты к потолку шла густопереплетённая сеть деревянных подпорок и балок. Фраксошахтёры называли это "Санктафраксовым Лесом" — грандиозным изобретением, потерянном в тумане времён.

— Издевающийся жулик, — пробормотал Нат.

Вскоре утренний солнечный свет, разливавшийся у входа в туннель, остался позади. Он был заменён золотым свечением ламп, закреплённых на вертикальных подпорках и контрфорсах. Необходимо было постоянно поддерживать этот сумеречный свет в шахтах, иначе кристаллы грозофракса станут неимоверно тяжёлыми и уйдут под землю. А поддерживать этот свет и было задачей фонарщика.

— Ты знаешь, я не удивлюсь, если Гринт сам выкачивает из ламп масло, — прошептал Нат своему другу.

Рудд обернулся. — Но зачем?

— Я не знаю, — ответил Нат. — Но думаю, Рудд, это из-за меня.

Глыботрог покачал головой. — Ты фантазируешь. — Он провёл пальцем по шраму на своём лице. — Гринт ненавидит всех.

Когда они подошли поближе к нижней части шахты, по туннелю разнесся низкий гул груженых вагонов. Мгновение спустя, в поле зрения показалась группа карьерных зубоскалов, каждый из которых толкал перед собой загруженный фургон костистыми передними лапами. Переутомлённые и недоедающие — эти существа были тощими, со шрамами на паршивом и грязном мехе. Когда они дошли до своей цели, высокие шрайки-надсмотрщики стали подгонять их, осыпая ударами железной цепи.

— Бедняжки, — пробормотал Нат, скрипя зубами в бессильной ярости.

Рудд кивнул. Поскольку труд большинства шахтёров оплачивался, бесполезно было ожидать от шраек какого-либо сострадания, так как они работали почти за бесплатно. Гринт не терял времени даром и нанял их сразу после смерти отца Ната. Зубоскалам также было несладко.

Когда друзья достигли нижней части наклонной шахты, туннель выровнялся, и они оказались в огромной пещере. Отсюда, словно спицы в колесе, вели пять туннелей. Два были в темноте. Проходы были полностью раскопаны, огни потушены, а шахты закрыты. Из трёх других лился золотой сумеречный свет, и доносились стуки молотков. Некоторые из дневной смены уже работали.

Слева от них, в рыхлой скале, было установлено несколько складов — серии стоек, с полками и крючками, где хранилось оборудование фраксошахтёров. Рудд вооружился своими инструментами: клином, серпом, напильником и парой длинных ручных клещей и положил всё это в свою кожаную сумку. Потом взял тяжёлую двуглавую кирку и положил её на плечо.

— Увидимся в месте добычи, Нат, — сказал он.

Нат присел рядом с огромной бочкой, откупорил крышку и стал наполнять её содержимым маслёнку. Он посмотрел на своего друга. — Да, буду там как только доделаю, — сказал мальчик, кивнув на бочку.

Обучить сына специальности фонарщика было идеей Эйба Корвада. Он обучил его всему, что должен знать фонарщик. Отец показал ему как обрезать фитили, продувать вентиляционные каналы, синхронизировать клапаны и обучил самому главному — определять степени света, пока Нат не смог самостоятельно определять невооруженным взглядом наступление сумерек. Задачей Ната было содержать галереи и шахты при правильном освещении. Если будет слишком темно, фраксокристаллы прольются вниз дождём, словно пули из свинцового дерева; если будет слишком ярко, то малейший удар киркой вызовет сильнейший взрыв. Оптимальным был лишь сумеречный свет.

С тяжёлой маслёнкой, заставляющей его наклоняться на один бок, Нат Корвад отправился вдоль туннеля и остановился у первой лампы, где он открыл крышку и осторожно влил туда масло до красной отметки. Затем, закрутив крышку, мальчик отрезал обугленные края фитиля и немного укоротил его. Убедившись, что капельная подача и клапаны работают как надо, он пошёл ко второй лампе в туннеле.

В то время как он подбирался всё ближе к месту добычи в конце туннеля, разнообразный шум становился всё громче — очистка, строгание, стук и отзывающийся эхом грохот загружаемого в телеги щебня. Он вошёл в первую воронкообразную галерею (место добычи фракса), и поправляя свои очки, поднял голову. Там он увидел дюжину работающих фраксошахтёров, которые цеплялись за леса и висели на ремнях безопасности.

Смотря на висящие лампы, Нат медленно стал взбираться по шатким лестницам наверх. Вскоре он был уже высоко под сводчатым потолком шахты. Немного больших кусков породы упали на его шлем и ему пришлось сделать несколько акробатических кульбитов, чтобы не упасть. Это была старая шахта. Массивные молнии, которые тысячи лет назад прошли сквозь землю и разлетелись на бесчисленное количество осколков. Вы думаете, они исчезли насовсем? Нет. Все эти осколки грозофракса были здесь, в толще породы, где сейчас работали фраксошахтёры. Вот почему поддерживать сумеречный свет было так важно.

— Всё хорошо, Нат? — послышался чуть выше него голос.

Мальчик посмотрел туда, откуда он доносился и улыбнулся: — Доброе утро, Киллим.

Это был клыкастый гоблин — лучший друг его отца. Он улыбнулся в ответ своим беззубым ртом.

— Становишься всё взрослее с каждым днём, Нат, — сказал Киллим. — Взрослее и хуже... — добавил он, и зашелся хрипящим смехом, который почти сразу же перешёл в частый сухой кашель. Из его рта вылетело облачко пара. Потом, медленно ему стало лучше. Он поднял голову, вытащил грязную тряпку из заднего кармана и вытер свои слезящиеся глаза. — Так-то лучше, — произнёс он с заметной хрипотцой в голосе. Клыкастый улыбнулся Нату. — Лучше вернуться к работе, пока сержант не пришёл и не оштрафовал нас.

Нат тщательно проверил сумеречное свечение в лампе, в то время как Киллим вернулся к своей работе. Юноша наблюдал как старый гоблин кропотливо очищал напильником сверкающие кристаллы грозофракса. Даже при сумеречном свечении малейший удар по кристаллу грозил вызвать мощнейший взрыв, способный уничтожить всю шахту. Престарелый клыкастый гоблин был мастером своего дела, он находил и обрабатывал кристаллы быстрее многих шахтёров. Долгие годы работы дали ему эту ловкость, позволяя работать безопасно и быстро.

В отличие от щебня, который нещадно просеивался от крошечных осколков кристалла, вырезать из земной породы осколки грозофракса было настоящим произведением искусства. Киллим закончил вырезать и повертел сверкающий осколок чистой молнии на свету лампы, потом поместил его в особый сундук, называемый световой коробкой. Шахтный сержант хорошо за это заплатит. Каждый шахтёр знает, что осколок стоит в двадцать раз больше цены на щебень.

Утро уже было на исходе, когда Нат закончил обслуживание ламп в первом туннеле и перешёл ко второму. Вторая галерея была раскопана наполовину и была выше, чем первая. Все лампы были в рабочем состоянии, кроме одной, где он заменил дефектный клапан подачи. Пройдя длинный наклонный вход в туннель, Нат продолжил свою работу. Маслёнка стала легче. К тому времени, когда он закончил работу над лампами во втором туннеле и перешёл к меньшей — третьей галерее, наступил полдень.

Мальчик вернулся к складам, возвращая пустую маслёнку и инструменты фонарщика. Взял клин и пару щипцов, поправил шлем, и, напевая незатейливую мелодию, направился к новому, недавно выкопанному туннелю.

— Как идут дела, Рудд? — крикнул Нат сквозь шум отбойных молотков.

Молодой глыботрог оторвался от добычи фракса и провёл пальцем по толстому слою пыли и пота на своём лице. Он усмехнулся.

— Он — красавец, — указал Рудд на кристалл, над которым работал. — Судя по всему — "палка", да ещё и с красивыми трещинками!

У шахтёров были названия ко всем типам молний: "косточка", "вертушка", "грабли"; "рваный рукав", "гнездо червей"... Всё зависит от того, как и на какие кусочки распалась молния, ударившая в Сумеречные Леса.

Одни разделялись на два куска, другие на несколько, а некоторые на бессчётное количество крошечных кусочков, которые невозможно было собрать. "Палка" была единственным кристаллом, который имел зигзагообразную форму. Когда Нат был маленьким, он всегда подрисовывал такие молнии к своим картинкам сражающихся воздушных кораблей. Ему казалось, что все молнии выглядят так. Теперь же, работая на шахтном частоколе, он знал, насколько они редки в действительности. Мало кто из работающих шахтёров видел настоящую молнию, так как почти всю свою жизнь они проводили на шахтах.

Стоя рядом с Руддом на узкой платформе, Нат взял клин и начал выскабливать и соскребать пористую породу над головой. Пока он это делал, на него упало несколько капелек воды, которые забрызгали его очки и затекли за воротник куртки. Мало-помалу мальчик аккуратно соскоблил остатки скалы, и к его ногам упали крошечные частички.

— Посмотри на это, — позвал Рудд, сжав сверкающий кристалл. — Красивый и большой. — Он осторожно положил его в световую коробку. — Гринт за него хорошо заплатит.

Нат вернулся к работе. Ударив по скале клином, он услышал необычный звук. Рудд и другие шахтёры тоже его услышали. Большую часть времени слышался унылый шум строгания, да стука по скале, но когда неуловимый кристалл был рядом, раздавался мелодичный звук. Как раз сейчас так и было.

— Похоже, Нат, ты самостоятельно нашёл осколок, — сообщил Рудд. — Теперь будь осторожен.

Мальчику не надо было напоминать. Морщась от напряжения, он процарапал поверхность скалы. Посыпалась пыль. Он работал на маленьком участке, терпеливо соскабливая породу, как вдруг большой кусок скалы отвалился и обнажил светящийся кристалл.

— Великолепно! — восхищенно произнёс Нат, приступая к выкапыванию осколка из окружавших его пород. Наконец, со скрипучим звуком светящийся кристалл стал свободен. Нат сразу же поместил его в собственную световую коробку. — Абсолютно великолепно!

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/31728/110540

Переводчики: jjjrrr, vonavy14