Готовый перевод Pretty Little Liars 7 - Heartless / Бессердечная: 3 If Only Someone had Scammed Spencer Years Ago . . . / Если кто-то обманул Спенсер несколько лет назад...

В сумерках, когда воскресное зимнее солнце скрывалось за горизонтом, Спенсер стояла на заднем дворе дома ее семьи и рассматривала разрушения от пожара.

Ее мама стояла рядом, макияж ее глаз расплылся, а волосы были растрепаны, т.к. сегодня утром ее парикмахер Ури не сделал ей ежедневную укладку.

Отец Спенсер тоже был тут, впервые без своего Bluetooth, всавленного в ухо.

Его рот слегка скривился, будто он пытался подавить рыдание.

Все вокруг них было разрушено.

Высокие, великовозрастные деревья были почерневшими и потрепанными, а смог покрывал их верхушки.

А семейная ветряная мельница была не более, чем каркасом, лезвия которой были обугленым решетом.

На газоне Гастингсов остались следы от протекторов шин маниш скорой помощи, приехавших на пожар.

Лужайка была усыпала сигаретными окурками, пустыми стаканчиками из-под кофе и даже банками из-под пива, оставшимися после тупых зевак, которыми просто кишело места преступления и которые не расходились еще долго после того, как Спенсер и других девочек забрала скорая.

Но самое страшное, самое душераздирающее в результате пожара случилось с абмаром семьи, который простоял здесь с 1756 года.

Половина строения была еще цела, но сайдинг, когда-то вишнево-красный теперь был обугленным и ядовито-серым.

Большая часть крыши отсутствовала, свинцовые окна были выдуты, а дверь теперь была просто кучей пепла.

Спесер через пустую оболчку могла заглянуть прямо внутрь сарая.

На полу бразильского вишневого дерева была огромная лужа, оставленная галонами воды, оставшимися от тушения пожара.

Кровать с плюшевым балдахином, кожаный диван, кофейный столик красного дерева были разрушены.

Так же было и со столом, за кторым Спенсер, Эмили и Ханна чатились с Йеном накануне о том, кто действительно убил Эли.

Только это выглядело так, словно Джейсон и Вилден не были убийцами Эли.

Что означало, что Спенсер снова погрузилась в полное неведение.

Она отвернулась от амбара, ее глаза слезились от паров бензина.

Близко к дому было то место, куда она и ее друзья рухнули, когда выбрались из огня.

Как и остальная часть двора, это место было в мусоре и в копоти, а трава была притоптана и мертва.

Не было никаких особенных магических признаков того, что Эли была там.

И снова, Эли не была там - она просто привидилась им.

Это было ни чем иным, как результат вдыхания большого количества дыма.

Рабочие нашли ее разложившееся тело во дворе старого дома Дилурентисов месяцы назад.

"Мне жаль" - прошептала Спенсер, когда кусок красной кровли оторвался от крыши амбара и с глухим стуком рухнул на землю.

Мисисс Гастингс медленно протянула руку и схватила руку Спенсер.

Мистер Гастингс дотронулся до ее плеча.

Прежде, чем Спенсер поняла это, ее родители обняли ее, ее бросило в дрожь, она зарыдала.

"Я не знаю, что бы мы делали, если бы что-нибудь случилось с тобой" - заплакала мисисс Гастингс.

"Когда мы увидели пожар и затем услышали, что ты можешь быть ранена..." - мисисс Гастингс замолчала.

"Ничто из этого не имеет значения" - начала мисисс Гастингс, ее голос был низким с всхлипываниями.

"Все это могло сгореть. По крайней мере у нас все еще есть ты".

Спенсер прильнула к родителям, ее дыхание перехватило - у нее был ушиб горла.

Последние 24 часа ее родители были замечательными с ней.

Они сидели у ее кровати в больнице всю ночь, неустанно следя за тем, как движется ее грудь во время дыхания.

Они досаждали медсестрам просьбами принести Спенсер воды, стоило той только захотеть, обезболивающее, как только оно ей понадобилось, теплое одеяло, стоило ей немного замерзнуть.

Когда этим днем доктор выписал ее,они отвели ее в Кримэри,любимое кафе-мороженое в Старом Холлисе,и купили ей двойной шарик кленовой крошки.

Это была большая перемена: долгие годы они обращались с ней как с нежеланным ребенком, которому неохотно разрешили жить в в своем доме.

И недавно, когда она рассказала о краже эссе для Золотой Орхидеи у своей идеальной сестры Мелиссы, они практически отлучлили ее от семьи.

Только теперь у них действительно была причина ненавидеть ее, и в ту минуту, когда Спенсер расскажет об этом, их забота, их редкое выказывание любви исчезнет без следа.

Спенсер сильно сжала их, смакуя последний момент. Они, наверное, больше никогда ей не поверят.

Она откладывала это настолько долго,насколько могла,но однажды ей придется рассказать им.

Она отступила назад и расправила плечи.

"Есть что-то,о чем вам нужно знать" - созналась она. Ее голос охрип от дымного воздуха.

"Это насчет Элисон?" - голос мисисс Гастингс изменился.

"Потому что,Спенс..."
Спенсер покачала головой,перебивая ее.

"Нет.
Кое-что еще".

Спенсер посмотрела на почерневшие ветки высоко в небе.

Затем правда вытекла наружу в быстрой последовательности.

Как после того,когда бабушка Спенсер,Нана Гастингс,не оставила ей никаких денег в своем завещании,Мелисса предположила,что возможно Спенсер удочерили.

Как Спенсер зарегистрировали с помощью онлайн сайта по усыновлению и несколькими днями позже получили сообщение о том,что ее родная мать нашлась.

Как ее поездка с Оливией Калдвелл в Нью-Йорк была настолько замечательной,что Спенсер решила,что хочет переехать в этот город навсегда.

Спенсер просто продолжала говорить,опасаясь,что если она остановится,она разрыдается.

Она также не осмелилась взглянуть на своих родителей из-за страха,что их опустошенное выражение разобьет ей сердце.

"Она ставила визитку ее агента по недвижимости, поэтому я позвонила и дала ему номер счета своих сбережений для колледжа для покрытия депозита и аренды за первый месяц " - Спенсер продолжала шевелить пальами в ее серых замшевые ботинках.

Она едва могла произносить слова.

Белка запрыгнула в грязные кусты.

Ее отец застонал.

Ее мать закрыла глаза и прижала сжатую ладонь ко лбу.

Сердце Спенсер упало.

Вот и пришли.

Началась оперция "Ты Больше Нам Не Дочь".

- Можете догадаться, что было дальше.

Она посмотрела на скворечник рядом с крышей амбара.

Ни одна птица не подлетала к нему, пока они были там.

"Брокер, очевидно, работает с Оливией. Они обчистили счет и исчезли" - Спенсер сглотнула.

Во дворе было тихо и неподвижно.

Иеперь, когда солнечного света почти не стало, амбар стал похож на город - призрак, а окна - на пустые глазницы черепа.

Спенсер украдкой взглянула на родителей.

Ее отец был бледен.

Мать втянула щеки, как будто проглотила что-то горькое.

Они обменялись нервными взглядами, проверили участок напротив, возможно, на наличие фургонов прессы.

Репортеры тянулись вокруг дома весь день, жаря Спенсер распросами о том, действительно ли она видела Эли.

Ее отец сделал глубоий вдох.

"Спенсер, деньги не важны" - Спенсер моргнула, пораженная.

"Мы можем проследить, что с ними случилось" - объяснил мистер Гастингс, ломая руки.

"Возможно мы сможем вернуть их" - он наблюдал за флюгером на крыше.

"Но...
Хорошо, мы должны были предвидеть такой поворот событий тоже".

Спенсер нахмурилась. Интересно был ли ее мозг опьянен угарным газом.

"Ч-что?" - ее отец перемести вес и посмотрел на жену.

"Я знал, что мы должны были рассказать ей несколько лет назад, Вероника" - он пробубнил.

"Я не знала, что это произойдет" - проскрипела мама Спенсер, поднимая руки.

Было холодно, стал заметен пар от ее дыхания в воздухе.

- Рассказать мне что? - выдавила Спенсер.

Ее сердце стучало.

Когда она дышала, все, что она могла вдохнуть - было золой.

"Мы должны пойти внутрь" - рассеянно сказала мисисс Гастингс.

Здесь невероятно холодно.

- Что вы должны были рассказать? - повторила Спенсер, остановившись, как вкопанная.

Она никуда не шла.

Ее мама остановилась на долгое время.

Внутри амбара раздался скрип.

Наконец, мисисс Гастингс села на один из больших валунов во двворе.

"Милая, Оливия дала тебе жизнь".

Глаза спенсер округлились.

- Что?
- Вроде как дала тебе жизнь - поравил мистер Гастингс.

Спенсер сделала шаг назад, хрупкие ветки захрустели под ее весом.

"Так меня действительно удочерили? Оливия говорила правду?" Поэтому я так сильно отличаюсь от вас, ребята? Поэтому вы всегда предпочитали Мелиссу? - потому, что я на самом деле не ваша дочь?
Мисисс Гастингс повернула на пальце трехкаратный бриллиант.

Где-то далеко в лесу упало дерево с оглушительным треском.

- Это определенно не тот разговор, на который я сегодня рассчитывала.

Она сделала глубокий вдох, встряхнула руками и подняла голову.

Мистер Гастингс быстро потер руками в перчатках.

Внезапно они показались потерянными.

Не как всегда уравновешенными, абсолютно все контролирующими родителями, которых хорошо знала Спенсер.

"Рождение Меслиссы было сложным."

Мисисс Гастингс барабанила пальцами по гладкму тяжелому валуну.

Ее глаза на миг взглянули на переднюю часть дома, наблюдая, как потрепнна Хонда замедлилась на их дороге.

Любопытные соседи кружили по переулку весь день.

"Врач сказал мне, что рождение другого ребенка может угрожать моему здоровью.

Но мы хотели еще одного ребенка, поэтому мы остановились на суррогатном материнстве.

Вообщем...

Мы использовали мои яйцеклетки и ты знаешь... твоего отца."

Она опустила глаза, слишком чопорная и правильная, чтобы произнести "сперма" вслух.

"Но мы нуждались в женщине, которая позаботилась бы тебе-малышке для нас.

Так мы нашли Оливию.

- Мы полность исследовали ее, чтобы убедиться, что она здорова.

Мистер Гастингс сел на валун рядом с его женой, едва заметив, что его руки были сложены в форму буквы А.

Дорогие мокасины утонули в черной как сажа грязи.

"Она казалась тем, чего мы хотели, казалось, что она хочет тебя для нас.

Только к концу беременности она стала...

требовательной.

Она хотела от нас больше денег.

Она угрожала, что уедет в Канаду и оставит тебя себе."

"Так мы платили больше" - выпалила мисисс Гастингс.

Она заправила свои светлые волосы за ухо.

"И в конце концов, она рожает тебя.

Это просто...

после того, какой требовательной она стала, мы не хотели, чтобы ты с ней водилась.

Мы решили, что лучшее, что мы можем сделать - держать это втайне от тебя, потому что в действительности ты - наша."

"Но некоторые люди не приняли этого" - сказал мистер Гастингс, потирая волосы.

Его мобильный телефон зазвонил в кармане, воспроизводя первые несколько нот из пятой симфонии Бетховена.

Он проигнорировал это.

"Как Нана.

Она думала, что это было необычно и она не простила нас за то, что мы сделали это.

Когда Нана сказала, что она оставила деньги только своим своим "естественного происхождения", мы должны были все прояснить.

Казалось Оливия все это время ждала такого момента."

Ветер успокоился, сменившись зловещей тишиной.

Руфус и Беатрис - собаки Гастингсов вцепились в заднюю дверь, желая выйти и посмотреть, что делает семья.

Спенсер уставилась на своих родителей.

Мистер и миссис Гастингс выглядили выжатыми и истощенными, будто признание вытянуло из них все.

Очевидно, это было тем, о чем они не говорили долгое время.

Спенсер посмотрела назад, вперед и на них, пытаясь переварить все это.

Их слова имели смысл индивидуально, но не в целом.

"Так, Оливия позаботилась обо мне" - она медленно продолжила.

Дрожь прошла по ее позвоночнику, но это не имело ничего общего с ветром.

"Да" - сказала мисисс Гастингс.

"Но ты - наша семья, Спенсер.

Ты наша".

"Мы так сильно хотели тебя, и Оливия была нашим единственным вариантом" - сказал мистер Гастингс, посмотрев на пурпурные облака.

"Похоже, в последнее время мы упустили, насколько важны друг для друга.

И после всего, через что ты прошла с Йеном, Элисон и этим пожаром..."

Он потряс головой, глядя снова на амбар и затем на разрушенный лес.

Ворона визжала и кружила над головой.

"Мы должны были быть там ради тебя.

Мы никогда не хотели, чтобы ты думала, что мы не любим тебя."

Мать неуверенно нерешительно взяла Спенсер за руку и сжала ее.

- Что если мы...начнем сначала? Мы можем попытаться? Ты можешь простить нас?
Ветер усилился и запах дыма стал отчетливее.

Несколько черных листьев ветром отнесло на лужайку дома Эли и бросило прямо у вскопанной ямы, где нашли тело Элисон.

Спенсер покрутила пластиковый больничный браслет на запястье, испытывая смешанные чувства: потрясение, жалость, злость.

За последние полгода родители отобрали у нее право жить в амбаре, позволив остаться там Мелиссе, заблокировали ее кредитные карточки, продали ее машину и не раз и не два заявляли, что Спенсер для них умерла.

"Да, черт возьми, мне казалось, у меня нет семьи!" - хотелось ей закричать.

"Да, черт возьми, я вас никогда не волновала!"
И сейчас они просто хотят сделать вид, что ничего этого не было?
Ее мать закусила губу, вертя в руках подобранную на земле веточку.

Отец затаил дыхание.

Это Спенсер должна была принять решение.

Она могла никогда не прощать их, топнуть ногой и продолжать злиться...

но потом она увидела боль и раскаяние на их лицах.

Настоящие.

Они хотели ее прощения больше всего на свете.

Разве не этого она хотела больше всего - родителей, которые любили бы ее и для которых она была бы желанной?
- Да, - произнесла Спенсер.

- Я прощаю вас.

Ее родители громко выдохну и заключили ее в объятья.

Отец поцеловал Спенсер в макушке, его кожа пахла средством после бритья.

Спенсер казалось, будто она парит над собственном телом.

Еще вчера, обнаружив пропажу денег на колледж, она думала. что ее жизнь кончена.

Она всерьез думала, что за всем этим стоит Э и это его способ наказать Спенсер за недостаточное рвение в поимке убийцы Эли.

Но пропажа тех денег, кажется, было лучшим, что случилось в ее жизни.

Когда родители отступили, оценивающе глядя на свою младшую дочь, Спенсер попыталась слабо улыбнуться.

Она была нужна им.

Она правда была им нужна.

Подул легкий, раздражающий ветерок, принеся с собой новый запах.

Пахло...

ванильным мылом, каким всегда пользовалась Эли.

Спенсер вздрогнула, отгоняя от себя ужасную картину Эли, задыхающейся от дыма в огне.

Она крепко зажмурилась, желая выкинуть видение из головы.

Нет.

Эли умерла.

Она ее выдумала.

В этом все дело.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/31760/110258

Переводчики: zlo_0, Mille, tati92