Готовый перевод The Girl Who Circumnavigated Fairyland in a Ship of Her Own Making (Fairyland #1) by Catherynne M. Valente / Девочка, проплывшая по всей Волшебной стране на корабле, который она сама же и смастерила: CHAPTER II

Глава II: Шкаф между мирами

В которой Сентябринка проникает между мирами, задает четыре вопроса и получает двенадцать ответов, и проверяется таможенным сотрудником

К тому времени, когда дама достигает грандиозного, золотого вечера в своей жизни, то накапливает уже довольно большое количество вещей. И тебе это известно. Когда ты тем летом навесил свою бабушку, живущей у озера, то был удивлен, увидев столько развешанных по стенам портретов людей, которых не узнал, и такому количеству фарфоровых уток и медных кастрюль, и книг, и коллекционируемых ложек, и старых зеркал, и обломков всяких деревяшек, и недовязанных вещей, и шахматных досок, и каминных кочерг, которые она рассовала по всем углам дома. Ты не можешь сообразить, зачем одному человеку столько барахла, почему люди все время им обрастают, постепенно исчезая под солнцем и превращаясь все в те же тени пергаментно-коричневого оттенка. Считаешь свою бабулю слегка чокнутой, при таком количестве стеклянных сов и китайских сахарниц в коллекциях.

Именно на это похоже пространство между Волшебной страной и нашим миром. Оно похоже на большой темный бабушкин шкаф, на сарай на заднем дворе, на чулан, загроможденный всякой-всячиной и чепуховиной, скопившихся за тысячелетие. Видишь ли, мир на самом деле просто не знает, где еще это хранить. Земля бережлива; она не выбрасывает прекрасно сохранившиеся добротные бронзовые шлемы или прялки или водяные часы. Возможно, когда-нибудь они ей понадобятся. Так же и с портретами. Когда ты проживешь на свете с её, возможно, и тебе будет нужна помощь, чтобы вспомнить своих внуков.

Сентябринка подивилась кучи странностей в шкафу между мирами. Потолок, сквозь которые проходили корни, был очень низок, и все под ним изящно замерло, старые кружева и дешифраторы, якоря и тяжелые картинные рамки, кости динозавров и механическая модель Солнечной системы. В то время, как Леопарда шла через тускло освещенный коридор, Сентябринка вглядывалась в нарисованные глаза фараонов и слепых поэтов, химиков и безмятежных философов. Сентябринка была уверена, что последние были философами, потому как на них была портьерная одежда, как занавески. Но на большинстве портретах были просто люди, одетые во что им нравиться, во времена своих эпох, сгребавшие стопы сена или заполнявшие дневники или пекшие хлеб.

- Сэр Ветер, - сказала Сентябринка, когда пришла в себя, а глаза привыкли к полумраку. - Я хочу задать Вам вопрос, и хочу, чтобы Вы ответили на него со всей серьезностью и не называли меня при этом никакими миленькими именами и не дразнили.

- Разумеется, моя...Сентябринка. А ты можешь просто звать меня Зеленый. У меня такое чувство, будто мы хорошо друг друга знаем.

- Почему ты именно меня забрал из Омахи? И многих девочек ты берешь с собой? И они все из Небраски? Почему ты так мил со мной?

Сентябринка не была уверена, но ей показалось, что Леопарда Маленького Ветерка рассмеялась. Возможно она фыркнула.

- Это больше, чем один вопрос. Поэтому будет справедливо, если и я дам больше, чем один ответ. - Он театрально прокашлялся. - Первое: Омаха никому не подходит. Второе: Нет, у меня довольно плотное расписание. Я все время занят. Третье: смотри выше. Четвертое: Потому что ты мне понравилась и не испугалась.

Впереди показалась длинная людская очередь, в цветных пальто, которая едва-едва продвигалась вперед, а люди то и дело сверялись с часами и приглаживали волосы под шляпами. Леопарда замедлилась.

- Я же сказала - не дразниться, - предупредила Сентябринка.

- Первое: я был одинок. Второе: Не стану лгать, за мной водиться слава похитителя одного ли двух детей. Это в природе ветров - Хватать и Кружить, а потом Сдувать куда подальше. Третье: В Небраске растет мало таких девочек, которые могут попасть в Волшебную страну. Четвертое: Не будь я милым, то не узнал бы дорогу в Волшебную страну, и у меня не было бы такой импозантной кошки, ты бы мне не улыбалась и не говорила забавные вещи. Ты бы вежливо рассказала мне, как тебе нравятся чайные чашки и маленькие пёсики и порадовалась, что оказалась на моем пути.

Они быстро достигли очереди и заняли себе место в её конце. Все были выше Сентябринки - очередь могла быть длинной или короткой, она не поняла. Сентябринка спрыгнула с Леопарды на сухую компактную грязь из шкафа между мирами. Зеленый Ветер легко спрыгнул рядом с ней.

- Ты сказал, что я была вспыльчивой! Разве это настоящая причина?

- Первое: В Сказочной стране есть департамент целиком и полностью посвященный похищенным маленьким мальчикам и девочкам (в основном, сиротам, но мы стали более свободомыслящими в последние время), так, чтобы у нас могла быть готовая поставка определенного вида истории, чтобы рассказать, когда приходит зима и ничего не надо делать, кроме, как пить фенхельное пиво и смотреть в очаг. Второе: смотри выше. Третье: Сухие, коричневые места - главное недвижимое имущество для детей, которые хотят избежать их. Гораздо сложнее найти прожигателя жизни в Нью-Йорке, чем полетать на Леопарде. В конце концов, у них же есть музей Метрополитен, где можно одолжить леопардов. Четвертое: Я вовсе не мил. Гляди, как я лгу тебе и заставляю делать тебя то, что мне хочется. Это для того, чтобы подготовить тебя к жизни в Сказочной стране, где такое обращение считается высотой нравственности.

Сентябринка сжала кулачки. Она очень сильно старалась не расплакаться.

- Зеленый! Прекрати! Я просто хочу знать...

- Первое! Потому что ты родилась в...

- Если я особенная, - закончила Сентябринка на полдороге между шепотом и писком. - В историях, когда кто-то появляется в зеленых облаках и просит девочку пуститься с ним в приключения, это происходит потому, что она особенная, потому, что она умная и сильная и может решать загадки и драться на мечах и держать замечательные речи, и...я не знаю на что способна из всего этого. Я даже не знала, что была вспыльчивой. Я не тупая или вроде того, мне знакома география и я умею играть в шахматы, и я могу починить бак для кипячения воды, когда мама на работе. Но вот, что я хочу сказать: может быть ты собирался заглянуть в дом к совсем другой девочке и прокатить её на Леопарде. Может ты совсем не собирался останавливать свой выбор на мне, потому что я совсем не такая, какие девочки бывают в книжках. Я низенькая и мой папа сбежал с армией и я ни за что бы не смогла уберечь птичку от песика, чтобы тот её не слопал.

Леопарда повернула огромную пятнистую голову и посмотрела на Сентябринку огромными печальными желтыми глазами.

- Мы пришли за тобой, - прорычала она. - Только за тобой.

Большая кошка шершаво облизнула ребячью щеку. Сентябринка улыбнулась, чуть-чуть. Она шмыгнула носом и вытерла глаза рукавом зеленого жакета.

- СЛЕДУЮЩИЙ! - пророкотал глубокий, суровый голос, который эхом прокатился по всему шкафу. Голос был настолько сильный, что их отбросило назад на людей, которые молча вставали в очередь позади них. Группу перед ними, все с накрашенными глазами розовыми тенями и блестящими колючими волосами, взрывом отбросило с высокого постамента и вихре бумаг и багажа.

С вершины постамента нависала огромная горгулья, её лицо было из бронзы и черного камня. Она шевелила каменными бровями и скрежетала металлическими челюстями. А её ленивые глаза горели красным пламенем. Её тяжелые ручища пощелкивали и потрескивали, качая замасленными поршнями. Грудь существа покрытая шишковатым, узловатым серебром, была полуоткрыта вдоль толстого шва, демонстрируя колотящиеся бело-фиолетовое сердце внутри.

- Бумаги! - прогремела горгулья. Портреты загрохотали вдоль глиняных стен. Дыхание горгульи было дымным и горячим,и её механические челюсти лязгали стальным языком. Сентябринка вжалась в Леопарду, когда гагргулья дыхнула девочке в лицо.

- Бетси Бэзилстолк ты сию же секунду спустишься от туда! - закричал в ответ Зеленый Ветер, хотя и не так громко, за неимением кожаных кузнечных мехов, которые могли бы ему помочь.

Железная горгулья остановилась. - Нет, - взревела она.

- Знаешь, ты никого здесь не напугаешь, - вздохнул Зеленый Ветер.

- Она вон напугалась. Гляди, она вся трясется и сотрясает багаж, - ответила гаргулья.

- Бетси, я могу хорошенько выпороть тебя, и тебе это известно. Не забывай кто высек Лорда Лифглена и прокатился на нем будто на собаке. Я не турист. И не стоит со мной обращаться, будто это так, - сказала Зеленый Ветер.

- Нет, ты не турист, - проворчал хриплый, флегматичный, но более спокойный голос. Меленькая женщинка - не больше Сентябринки, а скорее всего, даже чуть меньше - спрыгнула с горгульи м взобралась на постамент. Огненые глаза горгульи погасли, а её широкие плечи поникли. Мускулистая грудь женщинки была похожа на медвежью, ноги у неё толстые, покрыты бугорками, короткие волосы засалены и торчат вверх единым острием. Она пожевывала самокрутку. Дым имел сладковатый привкус, похожим на ваниль и ром и кленовый сироп и еще на многое другое не очень-то полезных тебе. - Ты не турист, - повторила она ворчливым, сиплым голосом. - Ты - зеленоглист, а это означает - никудышный пройдоха, а это означает - Въезд запрещен, Распоряжением Маркизы.

- Бетси, я подал свой миграционный запрос со штампами четыре скрытые недели и еще неделю назад. У меня даже имеется письмо от парламента Сили. Ну, не от самого парламента, а их служащего. Но письмо на казенном бланке и все такое, и, думается мне, всем нам известно, что канцелярская бумага уже подтверждение, - защищаясь, сказал Зеленый Ветер.

Бетси изогнула мохнатую бровь и, глазом моргнуть не успели, как она уже запрыгнула обратно на марионеточную горгулью. Которая тут же ожила, полыхая всеми своими огненными глазами и клацая руками.

- ПРОВАЛИВАЙ. ИЛИ ПОГЛЯДИМ КТО КОГО ТУТ ВЫПОРЕТ.

- Зеленый, - прошептала Сентябринка, - она...гном?

- Метко подмечено, она самая, - проворчала Бетси, снова втискиваясь в марионетку. Горгулья за время её отсутствия обмякла. - А ты очень проницательна, да-да. Что меня выдало?

Сердце Сентябринки по-прежнему громко барабанило, как только раздался первый вопль горгульи. Она подняла дрожащую ручку чуть выше головы.

- Остроконечность, - пискнула она и откашлялась. - У гномов...остроконечные шляпы? Я подумала, что может быть остроконечная прическа, так же хороша, как шляпа?

- Зеленоватый, а она настоящий логист. Девочка, моя бабушка носит остроконечную шляпу. Моя прабабушка. Я скорее умру, чем от меня дождутся, что надену вычурный капот. Гномы теперича шагают в ногу со временем. И даже более того. Да, ты только взгляни, - Бетси согнула чрезвычайно представительный бицепс, размером с масленку. - Ни один из этих порхающих и благоухающих не сможет противостоять мне. Я отправилась в ремесленное училище, отправилась. Теперь, я таможенный агент со своей большой-пребольшой глыбой на подъеме здесь. Что у тебя?

- Леопарда, - быстро ответила Сентябринка.

- Верно, - согласилась Бетси. - Но, вот беда, у тебя есть наличие отсутствия нужных документов и обеих туфелек.

- А зачем это нужно? - спросила Сентябринка. - Без них ни один аэропорт не доставит домой.

- Они доставят. Ты просто не правильно их понимаешь, - сказала с усмешкой Бетси Бэзилстолк. - Они есть у всех таможенных агентов, иначе зачем бы люди соглашались стоять в очереди, чтобы их досматривали и проверяли? Все мы живем внутри ужасного маховика власти, который перемалывает и верещит и сжигает, с тем, чтобы никто не заявил, что очереди и линии на картах глупость. Там, где живешь ты, страшные аппараты - меньше, сложнее это углядеть. Менее честно, вот и все. Кстати, а Руперт здесь? Он с прибыванием их становится, все честнее. Делает то, что написано на коробке.

Она поцарапала неповоротливую раковину позади того, что, возможно, было ухом. По-прежнему было тихо и темно.

- Тогда, зачем, скажите мне, все эти марионетки и механизмы? Разве Вам не хочется позволить себе взглянуть на меня? - спросила Сентябринка.

Бетси поманила ее к себе. Пока они стояли нос к носу, вся Сентябринка почувствовала аромат ванили и рома и кленового сиропа от её сигареты, который так же источала кожа гномы.

- Потому что, когда люди стремятся попасть в Волшебную страну, предполагается, что мы должны обмануть их и обворовать их и облапошить - но мы также предполагается должны околдовать их, чтобы они видели, будто все в порядке, так и должно быть. Не полностью, как раз настолько, чтобы быть ослепленным грибным дурманом, и не так, чтобы мы смогли дважды одурачить тебя фейским золотом. Это целая наука. Прежде подавалась вместе с мазью. Это есть в книге правил.

- То есть, Вы собираетесь поместить мне на глаза нечто гадкое?

- Деточка, я же сказала. Нынче гномы современны. Я лично заворачивала пакетики в аптеки Святая бурда. Есть и другие способы вскрывания твоей тупой башки. Вот Руперт. Он великолепен с тупыми башками. Большинство людей, которым я показываю Руперта, тут же все понимают, что я им говорю. А теперь, пожалуйста, документы.

Зеленый Ветер искоса глянул на Сентябринку, а затем на свои ноги. Сентябринка готова была поклясться, что он покраснел, зеленый покраснел даже сквозь бороду.
- Бетси, тебе очень хорошо известно, - прошептал он, - что Похищенной не требуются документы. Это есть в инструкции, страницу 764, параграф шестой. - Зеленый Ветер вежливо кашлянул. - Пункт Персефона.

Бетси одарила его долгим взглядом, который явственно говорил: И что же ты затеваешь, старый мешок воздуха? Она выдула ему в лицо порцию сладкого, густого дыма и усмехнулась.

Сентябринка понимала, что она такая не единственная.

- Однако, не говори за себя, каланча. Ладно уж, она может идти, а ты останешься. - Бетси пожевала свою сигарету. - И кошка тоже. Я не нарушаю, Гринлист, ради таких, как ты.

Зеленый Ветер ласково пригладил волосы Сентябринки длинными пальцами.

- Пора нам расстаться, мой желуденок. Уверен моя виза скоро будет оформлена...может, если ты в посольстве замолвишь за меня словечко. В то же время, помни правила, не ходи плавать спустя час после еды и никому никогда не говори свое истинное имя.

- Своё истинное имя?

- Я пришел за тобой, Сентябринка. Именно за тобой. Я желаю тебе самого лучшего, на что можно надеяться, и нет ничего хуже ожиданий. - Он склонился и поцеловал её в щеку, учтиво, нежно, сухо, словно суховей. Леопарда страстно лизнула ей руку.

- Закрой глаза, - прошептал он.

Сентябринка закрыла. Она почувствовала, как ей в лицо дунул теплый солнечный ветер, полный ароматов зелени: мяты и травы, розмарина и пресной воды, лягушек, листьев и сена. Он отбросил назад её темные волосы, и, когда она открыла глаза, Зеленый Ветер и Леопарда Маленького Ветерка исчезли. В её ухе шепотом раздался последний воздушный вздох: загляни в свои карманы, моё задымленное дитя.

Бетси помахала в воздухе руками, будто бы рассеивая неприятный аромат.
- Он такой надоеда. Для тебя же лучше - показушный народец, ничего, кроме вязанки монологов и головных болей.

Гнома вытащила маленькую зеленую кожаную книгу и полированную печать с рубиновой ручкой из-за подиума. Она открыла книгу и с небывалым восторгом начала штамповать.

- Временная Виза Типа: Гранат. Жилищное Распределение: Нет. Категория Регистрации Иноземца: Человек, Похищенная, не перевертыш. Размер: Средний. Возраст: Двенадцать. Привилегии: Никаких, или столько сколько сможется поймать. Что-нибудь декларируем?

Сентябринка покачала головой. Бетси закатила свои раскрасневшиеся глаза.

- Таможенная декларация: Одна туфля, Черная. Одно платье: Оранжевое. Один смокинг, Не твой. - Гнома посмотрела вниз со своего возвышения. - Один поцелуй: Очень Зеленый, - она решительно закончила ударно штамповать книгу и протянула её Сентябринке. - А сейчас иди, не задерживай очередь!

Бетси Бэзилстолк схватила Сентябринку за лацканы и резко потянула её, таща мимо постамента, к корнистому, заплесневелому, червеобразному лазу в задней стене в шкафу между мирами. В последний момент, она остановилась, сплюнув фейское проклятие, будто панюшку табака,вытащила маленькую черную коробочку из кармана. Она вынула из неё красный стержень, и резко открыла крышку. Коробочка оказалась заполнена жидковатым золотым желе.

- Пан похмелье, детка. - Бетси снова чертыхнулась. - От старых привычек тяжело избавляться. Она сунула свои сальный пальцы в желе и кинула горстку Сентябринки в глаза. Желе растеклось по лицу девочки, словно желток.

Гнома выглядела смущенной до глубины души.
- Ладно, раз так, - пробормотала она, глядя себе на обувь, - что, если Руперт потерпит неудачу и ты по прибытии всё, что смогла увидеть - это палочки и кузнечиков и всяких длинностей, безжизненную пустыню? Далеко добираться до пустыни. Так или иначе я не должна объясниться. Засим, убирайся отсюда!

Бетси Бэзилстолк одарила девочку жестким пинком и та полетела в мягкую, лиственную стену шкафа. Извиваясь, сжимаясь и ударяясь, Сентябринка проскользнула сквозь заднюю стенку шкафа и оказалась по другую сторону.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/31967/150101

Переводчики: vikaz