Готовый перевод David Weber Shadow of Freedom – eARC (HH14) / Дэвид Вебер Призрачная свобода (ХХ14): Chapter Twenty-Seven

Глава 27

Капитан Питер Клавелл сердито нахмурился, проверяя свой хронометр в третий раз за последние пятнадцать минут. Его сменщик опаздывал - снова - и Клавеллу не нравились доходившие до него слухи. Хорошо Генералу Ярдли объявить общее наступление против восставшего сброда и недовольных, но она не торчала здесь, в команде контрольно-пропускного пункта, смена которого опаздывала ... снова. И она не была той, кто задавался вопросом, возможно ли , что на этот раз его помощь опоздала по причине, которой никто не хотел бы. Или если некие террористические сукины дети собираются прийти и задержать его на всю ночь, в то время как он должен был благополучно вернулся в свою квартиру, тогда как какой нибудь другой бедный ублюдок занимался бы вопросами в контрольно-пропускном пункте. Бог знает, что случилось с достаточным количеством других Стражников в последние две-три недели!

Он нахмурился при этой мысли и напомнил себе, что было бы очень плохой идеей сказать что-нибудь подобное вслух, где это может дойти до Внутренних Дел. «Пораженчество» стало считаться тяжким преступлением, и Клавелл знал по крайней мере одного полевого офицера, отправленного в один из штрафных батальонов за «враждебную агитацию», когда она поставила под сомнение оценку разведкой уровня поддержки широкой общественностью террористов, которые захватили "Белую Шлюху". Напротив, такого рода фон наводил на мысль, что Генерала Ярдли не слишком заботило, сколько Стражников она может принести в жертву, чтобы приготовить свой специфический омлет, а это, вероятно, представляло собой нечто иное, чем просто карьерные усилия.

А принятый вид приветствия, которое представители Президентской Стражи, скорее всего, получат от граждан Мебиуса этот день, было не то, что капитан Клавелл мог бы ожидать большую часть карьеры в гражданском секторе. В конце концов, множество рабочих мест освободится для людей, которые все еще дышат. Не то чтобы он не был просто в восторге от смены рода занятий, если он был в состоянии найти его.

Клавелл тяжело вздохнул, откинулся в командном кресле "Скорпиона", зевнул и потянулся, прежде чем скрестил лодыжки и сцепил руки за шлемом.

"Он ничего не имел против разбивания голов, если так сказал Президент",- размышлял он. Это была его работа, в конце концов, а Свейн Ломброзо понимал, что мужчины и женщины доказавшие лояльность заслуживают вознаграждения. Льготы, которые получил Клавелл с выбором карьеры, были довольно удивительны, когда он был свободен, а работа никогда не была особенно трудной. Проломить случайные головы, отправить несколько членов профсоюза или протестующих в больницу, тащить случайных нарушителей зоны охраны в один из концентрационных лагерей, выполнить свои квоты на арест недовольных ... все довольно просто и рутинно. Если бы не было достаточно протестующих или подлинных недовольных вокруг, когда вы нуждались в них, чтобы хорошо выглядеть в вашем годовом отчете о эффективности, было не слишком трудно найти кого-то, чтобы подставить, что было бы не просто, если бы суды тратили время, слушая уверения в невиновности.

Были редкие - очень редкие - моменты, когда Кадет Клавелл или даже Лейтенант Клавелл ставил под сомнение систему и свое участие в ней. Но капитан Клавелл, старше и мудрее чем те молодые персоны, знал - кто-то должен поддерживать порядок и общественную дисциплину, а если кто-то сомневался относительно вознаграждения с особыми привилегиями за свои усилия, лучшего жалования, и уважения, которые власть представляла как должным образом заслуженные, это было не более, чем он заслужил за все принесённые им жертвы. И он никогда не беспокоился о тошнотворных заявлениях разведки, что сотни заговоров против Президентства постоянно закипают кругом. Он никогда не видел никаких признаков этого, во всяком случае, не на организованной основе. Люди, которые могли бы устроить реальные проблемы прекрасно знали, что скрестить шпаги со Стражей значит подставить свои головы для расшибания.

До Майских Беспорядков, по крайней мере.

Но Беспорядки и атака "Белой Шлюхи" все изменили. Теперь, каждый раз, когда он смотрел вокруг, кто-то рисовал антиправительственные граффити, или разрушал правительственные учреждения или офис Системы Единства, или саботировал общественный транспорт. Полиция была повсюду, все более и более открыто подкрепленная зловещим присутствием Стражи. Тотальные аресты стремительно росли (и увеличилось число казней), "Системная Информация и Новости" уверенно заставляла работяг узнать об этом. Комментаторы и "говорящие головы" правительства любыми путями пытались подчеркнуть, что крошечная горстка недовольных, демагогов, радикалов и анархистов, вроде так называемых "борцов за свободу" из полностью неверно называемого Фронта Освобождения Мебиуса, отравили общество. Президентский пресс-секретарь оплакивал введение суровых мер безопасности, которое сделала необходимыми горстка экстремистов и то, каким образом эти меры вторгнутся в жизнь и личные дела огромного большинства граждан, которые хотели только подчиняться законам и жить своей собственной жизнью. Строгие наказания, хотя и неохотно приводящиеся в исполнение, были единственным аргументом для порочных преступников, типа "Фронта Освобождения", который они в состоянии понять, и поэтому Президент не нашел иного выбора, кроме как добиваться смертной казни за преступления против государственной власти в надежде, что наказание тех, чья вина была доказана может удержать других от хищных действий против законопослушного общества.

А на нижнем уровне газетчики и персонал правоохранительных органов осуждая и приговаривая, подчеркивали драматичность открытых судебных процессов тайной полиции Генерала Матьяша. Никто не говорил о них, не открыто, по крайней мере. Все знали, что они там были, но никто не знал, кто они. Они сделали свою работу в тени, без лишнего шума и славы, подотчетные только своему начальнику, лично Генералу Матьяшу , и Президентскому Специальному Суду, задачей которых было иметь дело с самыми закаленными врагами государства. Невидимость сделала их более пугающими, знание, что они были постоянно на страже, невидимы и готовы к атаке. И окутанное молчанием стирание врагов государства, с которыми они имели дело, сдерживало нарушителей, которые могли бы осмелился бросить вызов силам общественного порядка.

Тем не менее, в настоящее время система, которая работала так хорошо и долго, оказалась лицом к лицу с уровнем беспорядков, на грани прямого восстания в некоторых областях, каких она никогда раньше не испытывала. Несмотря на выпуски новостей, говорящие головы, публичные аресты и слухи о тайных арестах, несмотря на публично объявленные казни и необъяснимые исчезновения агитаторов и протестующих, анонимные плакаты на общественных досках с каждым днём становились более агрессивными, более оскорбительными. Граффити умножаются, вандализм распространяется, и государственные служащие подвергаются нападению. Более трех дюжин из них были госпитализированы, а один из них фактически умер! И просто попытка защитить от лавинообразно возрастающей угрозы сотрудников "Трифекты" требует все больше и больше полицейских ресурсов. Не говоря уже о ресурсах Стражи, вроде взвода "Скорпионов" Клавелла и прилагающегося к нему взвода пехоты, сидящих здесь охраняя подходы к "Башне Летнего Холма". Он понимал необходимость заверить персонал "Трифекты" в их собственной безопасности и безопасности их семей, но стоянка настолько большой огневой мощи в середине жилого района посреди ночи казалась немного чрезмерной.

"А может быть и не было",- подумал он.- "В конце концов, все стало еще уродливее в течение последней недели или около того. В самом Лэндинге было довольно тихо, - после нападения на Башню Трифекта, во всяком случае,- но только позавчера толпа собиралась вокруг местного отделения полиции в городе Грейнджер, забрасывая его камнями и самодельными зажигательными устройствами в знак протеста по поводу повешения трех осужденных агитаторов-подстрекателей. Одиннадцать полицейских были ранены, двое из них серьезно, прежде чем толпа, наконец, была рассеяна, и были противоречивые сообщения о потерях анархистов, хотя СИСН (Системной Информации и Службы Новостей) категорически отвергает нелепые утверждения, что более шестидесяти из них были убиты.

Клавелл не знал об этом, хотя он надеялся, что газетчики были неправы в том, как низки были потери анархистов. Чем больше он слышал о том, как обстоят дела в глубинке, тем больше одобрял демонстрацию мужланам ошибочности их пути, прежде чем ситуация полностью выскользнет из рук. Или даже распространиться на Лэндинг, если на то пошло!

Некоторые из приятелей Стражников издевались над его опасениями, а он был достаточно осторожен, чтобы не слишком озвучивать их. Но он знал положение, даже если не должен был. Типа перестрелки в Бразелтоне, например. СИСН не слишком много упоминала об этом, и даже ежедневные отчеты разведки Стражи рассматривали это не более чем еще один незначительный инцидент в сто двадцати тысячном, или около того, сонном городке. Хотя Клавелл не был так уверен. Правда, Бразелтон не был Лэндингом и сосредоточить активы безопасности здесь, в столице, было много лучше, чем в непримечательном провинциальном городке. И, опять же правда, они говорили о полицейских маленького города, которые, вероятно, не имели понятия, о реальных мерах безопасности. Но даже считая так, он лично мог бы поспорить, что убийство начальника полиции города - и успешное нападение из засады на все его шесть человек охраны - попало бы в заголовки как довольно крупный инцидент, независимо от того, где это случилось. Конечно, каждый от Генерала Ярдли и ниже отрицали, что Шеф Бринкман был мертв, и уверенность, что виновные скоро будут зарыты в землю была высокой, чтобы ни думал Клавелл, он мог поверить многому из этого, поскольку хотел.

"Глупо",- подумал он, снова проверяя время, а затем просмотрев дисплеи "Скорпиона".- "Что? Они думают, что слухи, так или иначе, не обгонят речи? А, с другой стороны, учитывая тот факт, что по крайней мере половина,- вероятно, чертовски много более половины, так как официальный доклад говорит "меньше, чем половина" - из сволочей ушла, черт его знает, какой ущерб это нанесло. Я имею в виду, дуй вперед и держи работяг под колпаком. Прекрасно. Я все это одобряю. Но не выстилать руками Стражи откровенное собачье дерьмо, ради Бога!

Он покачал головой. Руководству лучше получить улики чертовски быстрее, по его скромному мнению. Пока все не было так плохо здесь, в Лэндинге,- после нападения на Башню Трифекта, по крайней мере,- но если такого рода дерьмо, происходящее в Грейнджере и Бразелтоне, все же распространится на столицу, это станет ужасающим. Он не сомневался, Стража могла бы иметь дело с этими ублюдками из ФОМ, если бы они только вышли на открытое место и перестали прятаться в тени, как трусы, но это не значит, что они сперва не нанесут много повреждений. И чем раньше Генерал Ярдли и остальные советники президента Ломброзо передумают и развяжут руки Страже на отлов сочувствующих "сопротивлению" с открытой лицензией на охоту, а не пакетом ограничений, тем лучше должно быть для всех заинтересованных сторон. Последнее, что им было нужно, чтобы ФОМ создал в Лэндинге что то вроде эффективной структуры поддержки! На самом деле...

Пронзительное, высокого тона жужжание прервало размышления капитана Клавелла. Он рывком вернул кресло в вертикальное положение, потянулся за консолью, и кровь его застыла в жилах, поскольку яркий красный значок вспыхнул в наголовном дисплее его шлема.

Лазер!- завопил его мозг. Мы под прицелом, но...

Пяти килограммовый кинетический бронебойный снаряд поразил уязвимую, слабую заднюю броню "Скорпиона" со скоростью тридцать километров в секунду, в пределах менее чем сантиметровой точки прицеливания лазерного целеуказания. Не то, чтобы действительно имело значение, куда он попал, конечно; не было у легкого БМП защиты, чтобы противостоять такой атаке, и капитан Петер Клавелл, покойный Президентской Стражи, объединился со сплавом и топливом из его легкого танка - и двумя членами его экипажа - в огненном шаре, взлетевшим в ночь.

Еще три снаряда ударили в течение половины секунды после первого, убив оставшиеся "Скорпионы" взвода Клавелла. Больше огненных шаров взлетело, расцвечивая фасады окружающих башен и зданий кроваво малиновым светом, а затем открыли огонь трёхствольники, выкашивая пехотинцев Стражи, развалившихся в своих небронированных транспортёрах, в то время как они ждали своей смены.

Одна из пехотных унтер-офицеров в значительной степени защищенного мешками с песком КП, имела время, чтобы кричать о помощи, но она так и не дозвонилась до штаб-квартиры. Она все еще пыталась получить ответ, когда одна из противотанковых пусковых перенацелилась на командный пункт и превратила ее в расширяющееся облако пыли, мусора и человеческих останков.

Не имело значения, на самом деле, даже если бы она получила связь. Никто не мог туда добраться вовремя. Кроме того, ликвидация поста охраны Капитана Клавелла была только одной из дюжин одновременных атак, распространившихся на весь город Лэндинг.

* * *

- Откуда, черт возьми, все они взялись?!- вопросил Свейн Ломброзо, с измученным выражением лица разглядывая карту на дисплеях командного центра под Президентским Дворцом. Алые пятна язвами прокаженного ярко светились через них, отмечая смерть и разрушения, взорвавшиеся в ночи по всей столице. - Боже мой, их должно быть тысячи!

- Я сомневаюсь в этом, господин Президент,- ответила Оливия Ярдли. На ней было два отдельных наушника, а внимание было сосредоточено на гораздо большего масштаба голографическом дисплее жилого района вокруг Башни Летнего Холма. - Не здесь, в Лэндинге, по крайней мере.

- Да неужели? Какого хрена я должен слушать, что вы сомневаетесь? - зарычал Ломброзо. - Вы были одной из тех, кто думали, что затянуть гайки ФОМ такая замечательная идея! Заставить их выйти в открытую, сказали вы. Вынудить их действовать. Выманить их наружу, где мы могли бы добраться до них! - Он посмотрел на нее. - Проклятье, это сработало просто прекрасно, не так ли?

Ярдли проглотила почти подавляющий импульс зарычать в ответ. Он видел тот же анализ и было ясно, что она права об опасном повышении уровня организации и снаряжения Фронта Освобождения Мебиуса. На самом деле, она явно недооценила и то и другое! И это было так на него похоже, выразить свое разочарование и страх, обвиняя в сложившемся положении всех - всех! - кроме себя.

Кроме того, заманчивое желание хотя бы отметить, что именно он, реально поддавшись соблазну, также за всё в ответе, вероятно, было бы роковой ошибкой. Он был вполне способен приказать пристрелить ее, а она считала, что как минимум три из её подчиненных лично нажмут на спусковой крючок, если он позволит им надеть ее обувь (в смысле - получить её должность). Это в нынешних условиях было бы необычайно глупо с их стороны, но такой незначительный факт не помешал бы любому из них сделать это.

- Господин Президент,- вместо этого сказала она, прерывая отчеты, которые она должна была слушать и приказы которые должна была отдавать,- это именно то, о чём аналитики и я предупреждали, могло произойти.- Она спокойно встретила его пылающий взгляд. - Это происходит во много более широких масштабах, чем мы могли ожидать, и я должна признать, уровень организации ФОМ за пределами Лэндинга застал нас врасплох, но владение современным вооружением и повышение воинственности ФОМ интересовало нас в первую очередь! Только Богу известно, что бы случилось, если бы мы сидели сложа руки и позволили им выбрать момент, чтобы начать наступление!

- Ну, я не вижу, как эта разверзшаяся преисподняя может стать ещё хуже,- парировал Ломброзо. Он ткнул указательным пальцем на карты. - Бразелтон, Грейнджер, Льюисвилль - сколько еще городов мы планируем сдать им?

- Я сказала, что их организация и силы за пределами Лэндинга стали неожиданностью, Сэр,- холодно ответила Ярдли. - Видимо, в этом отношении разведка сработала очень плохо. Я уверена, что Генерал Матьяш поделился с нами всей информацией, но вы видели анализы. - Она увидела, что глаза президента вспыхнули при упоминании имени Матьяша. - Я не пытаюсь переложить вину,- продолжила она с абсолютной неискренностью,- потому что все мы облажались в этом отношении. Но правда в том, что мы можем потерять все эти города, и еще полдюжины, если придется. Пока мы удерживаем столицу, всегда можно взять их обратно, особенно после прибытия батальонов жандармерии. И при всем уважении, Сэр, они вышли на открытое пространство. Я думаю, это очевидно, что мы получили ущерб намного худший, чем кто-либо из нас хотел или ожидал, но они получат ещё больше вреда, потому что теперь мы знаем, где их найти.

Часть пара, казалось, стравилась из негодования Ломброзо. Он остался не совсем довольным, но решительный тон и проекция уверенности Ярдли имели свой эффект.

"Как минимум, до тех пор, пока Фролов не доберётся в следующий раз до комма, чтобы напугать его", - кисло подумала генерал.

Она слышала достаточно о личности менеджера "Трифекты", и чертовски хотела бы, чтобы он просто оставил ее в покое. И, Ломброзо тоже, если на то пошло. У нее были более важные дела, чем тупо сидеть, держа за руку испуганных политиканов! Тем не менее, было бы глупо ожидать чего-нибудь другого. Атаковавшие пост безопасности Летнего Холма проникли в один из более роскошных жилых районов верхушки "Трифекты" прежде, чем команды быстрого реагирования Стражи смогли усилить отряды корпоративных охранников. Сотрудники службы безопасности понесли тяжелые потери. Хуже того, более дюжины бюрократов "Трифекты" были ранены или убиты прежде, чем нападавшие ушли, и Фролов дал совершенно ясно понять, что подобные провалы были неприемлемы.

"А учитывая, сколько "Трифекта" инвестировала в Ломброзо, Фролов, очевидно думает, что имеет право на большую отдачу. Бьюсь об заклад, он не стесняется прямо указывать на это. Забавно, не так ли, насколько большим энтузиастом он был на счет "дать бой террористам", когда все это, скорее всего, вело к убийству Гернике?

- Все что мы должны сделать, это сдержать их, пока не прибудут жандармы,- сказала она вслух. - Я, тем временем, ударю их так сильно, как смогу где смогу, и я думаю, проклятье, есть хорошие шансы, что мы сможем справиться с этим самостоятельно,- добавила она с гораздо меньшей правдивостью,- но в конечном итоге, все, что нам нужно сделать, это сдержать их. Если первая группа жандармов не станет обманом, Губернатор Веррочио и Бригадир Юкель послали столько подкреплений, сколько имеют. Неужели вы думаете, кто-то из них хочет чтобы "Трифекта" вопила в штаб-квартире УПБ требуя их крови, Господин Президент?- Она неприятно улыбнулась. - Это станет лучшим шансом, который мы когда-либо имели, выжечь заразу раз и навсегда, Сэр, и все, что нам нужно сделать, это сдержать их.

* * *

- Какие новости из Льюистона?

Майкл Брайтбах выглядел опустошенным и его плечи опустились от усталости. Его голос был тоже довольно отстранённым, но глаза по-прежнему сосредоточены и полны решимости, поскольку он задал вопрос, и Кейли Бланшар проверила дисплей своего ​​блокнота.

- Сеговия говорит, что на данный момент его люди добились хорошего прогресса,- ответила она. - Они захватили более половины города и двигаются на Высоты Бобрового Ручья. Он говорит, что, когда возьмут спутниковую станцию полиции, они будут в состоянии начать отправку дополнительных сил для нас сюда, в Лэндинг. Он...

Она замолчала, поскольку загудел её комм. Она внимательно слушала в течение нескольких секунд, а затем кивнула с удовлетворенным ворчанием и оглянулась на Брайтбаха.

- Это была Лемингтон. Она говорит, ее люди взломали спутниковые каналы Стражи. Она не знает, как долго сможет оставаться в системе, но сейчас у нас есть доступ к их разведывательным птичкам вместе с ними.

- Хорошо, Кейли. Хорошо! - Брайтбах смог устало улыбнуться, но у него было беспокойство - много беспокойства - сосредоточено в глазах, и Бланшар вопросительно посмотрела на него.

- Все это звучит хорошо,- сказал он через мгновение,- но я не уверен, что это достаточно хорошо.- Он покачал головой, глядя на карту отображавшуюся на терминале перед ним. - Нам нужно быстрее углубиться здесь, в Лэндинге. Даже с Лемингтон, проникшей в их разведканал, мы просто не достаточно глубоко продвинулись и я также не уверен, что мы это сможем.

- Но мы побеждаем почти во всех внешних городах,- отметила она. - И практически все пояса ферм перешли на нашу сторону.

- Я знаю.- Он кивнул. - И я знаю, что они будут чертовски более осторожны, прежде чем попробовать ещё больше этих воздушных нападений.- Он показал зубы в норовистой улыбке. Президентская Стража потеряла двадцать три истребителя и девятнадцать антигравитационных транспортников пытаясь укрепить Бразелтон. Теперь, когда они обнаружили, что ФОМ имели современные ЗРК с импеллерным клином, они вряд ли попробуют это снова - не без намного лучших возможностей РЭБ, чем может похвастаться их устаревшее снаряжение! Он посмаковал в памяти этот момент, но затем его улыбка исчезла, и он покачал головой еще раз.

- Я знаю,- повторил он более мягко,- но даже Ломброзо всегда признавал, что Лэндинг это реальный ключ. Есть восемь с половиной миллионов человек в Лэндинге и пригородах, не говоря уже о главном планетарном космопорте, центральных казармах Стражи, всех планетарных комплексов штаб-квартир "Трифекты" - и персонала - и большинство основных членов ПСЕП (Партии Системного Единства и Прогресса) и все ее руководство. Если мы заявим, что контролируем планету, что делает нас законным - или, по крайней мере де-факто - правительством системы, мы должны захватить Лэндинг. И вы можете поставить свою задницу, что пока Ломброзо и "Трифекта" удерживают его, они будут утверждать, что являются законным правительством. И, честно говоря, мы нуждаемся в нём, поскольку это ценный заложник.

- Ценный заложник?- Бланшар в шоке смотрела на него.

Он всегда настаивал на одной вещи, что ФОМ преследует обоснованные цели и лучше всего свести уровень повреждений имущества гражданского населения и несчастных случаев к абсолютному минимуму. Он даже успешно противостоял требованиям некоторых из членов Фронта Освобождения преследовать тех, кто вел дела с "Трифектой". Она знала, что часть этого была холодным расчетом, чтобы избежать предоставления ФОМ любых поводов "независимой прессе" СИСН, чтобы заклеймить его как террористическую организацию. Но она также знала, что другой частью этого - вероятно, большей частью - была его личная ненависть к политике режима Ломброзо, правящего при помощи террора и жестокости.

- Я не собираюсь стрелять в людей на улице, Кейли,- сказал он устало. - Но есть количественная разница между Лэндингом и любым из других городов, даже Лораном. Лоран второй по величине город Мебиуса, имел население почти в два с половиной миллиона. Ни один из других городов планеты не превысил 300 тысяч. - Ломброзо - или сраные жандармы, когда они сюда доберутся - могут завоевать двадцать или тридцать городов размером с Бразелтон и Льюистон вместе взятые, не убив столько людей, сколько проживает в самом Лэндинге. И даже на мгновение не думаю, что Фролов также не признаёт это. Я хочу, чтобы мы удерживали Лэндинг, когда жандармы прибудут сюда, потому что сомневаюсь, что даже УПБ будет готово поразить восемь с половиной миллионов приносящих доход "Трифекте" илотов орбитальным ударом. Не тогда, когда они знают, как все другие межзвёздные корпорации отреагируют на подобную угрозу их нижнему звену. И чем дольше они не решаются бомбить нас с орбиты, тем больше мы даём Манти возможности пересечь гипер границу вовремя.

Бланшар смотрела на него еще несколько мгновений, а потом медленно кивнула.

-Я догадываюсь, что есть заложники ценные и затем есть количество заложников,- сказала она.

- Точно.- Брайтбах обратил свое внимание обратно к карте дисплея и расправил поникшие плечи. - А может быть, я ошибаюсь.- Он казалось, как бы пытался придать себе уверенности и новая решимость вернулась в его голос. - Может быть, мы сможем продвинуться достаточно глубоко и достаточно быстро, особенно с полученными Лемингтон данными их разведчиков. И если Сеговия действительно сможет освободить немного дополнительной рабочей силы достаточно скоро. - Он мрачно улыбнулся. - И даже если мы не можем взять весь город, я чертовски гарантирую, что нам удастся убить достаточно многих ублюдков чтобы с уверенностью заставить любого из них, кто еще жив помнить нас в течение долгого, долгого времени.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/33774/118410

Переводчики: Shtymp