Готовый перевод A Memory Of Light / Память Света: Chapter 37/16 The Last Battle

****

Эгвейн направила потоки Земли и уничтожила валуны, за которыми скрывались шарцы. Другие Айз Седай немедленно ударили, направляя плетения сквозь потрескивающий воздух. Шарцы умирали в огне, молниях и взрывах.

Эта сторона Высот была так завалена обломками и испещрена шрамами, что могло показаться, будто это развалины большого города, оставшиеся после страшного землетрясения. Была все еще ночь, и они сражались... Свет, сколько прошло после смерти Гавина? Много часов...

Эгвейн удвоила усилия, не давая мыслям о нем сломить ее. Уже много часов ее Айз Седай сражались с шарцами повсюду на западной стороне Высот. Эгвейн медленно вытесняла их на восток.

Время от времени казалось, что они побеждают, но потом все больше и больше Айз Седай пало от истощения или Единой Силы.

Еще одна группа направляющих приблизилась к ним в тумане, удерживая Единую Силу. Эгвейн скорее чувствовала их, чем видела.

- Отражайте их плетения! - крикнула Эгвейн, стоя впереди. - Я атакую, вы защищайте!

Другие женщины подхватили призыв, выкрикивая его по всей боевой линии. Они больше не бились отдельными группами, женщины из всех Айя собрались возле Эгвейн, на их безвозрастных лицах была концентрация. Впереди них стояли Стражи; они могли защитить Айз Седай, только прикрывая их собственными телами.

Эгвейн почувствовала, как сзади приблизилась Лейлвин. Ее новый Страж серьезно восприняла свои обязанности. Шончанка, сражающаяся в Последней Битве как ее Страж. Почему бы нет. Сам мир рушился, трещины вокруг Эгвейн доказывали это. Они не исчезали, как прежние - тьма оставалась. Погибельный Огонь использовали здесь слишком много.

Эгвейн запустила движущуюся стену огня. Огонь охватывал тела, оставляя позади дымящиеся груды костей. Ее атака опалила землю дочерна, и шарцы соединились, чтобы отразить плетение. Она убила нескольких, прежде чем они остановили ее атаку.

Другие Айз Седай отклоняли или уничтожали ответные плетения, и Эгвейн собралась с силами, чтобы попробовать еще раз. Она так устала - шептала частица ее. Эгвейн, ты так устала. Это становится опасным.

Лейлвин шагнула выше, споткнулась о разбитый булыжник, но присоединилась к ней впереди.
- Я принесла весть, Мать, - сказала она с шончанским акцентом. - Аша'маны вернули печати. Теперь они у их лидера.

Эгвейн испустила вздох облегчения. Она сплела Огонь и на этот раз послала его вперед в виде столбов, пламя озарило изувеченную землю вокруг. Эти трещины, которые вызвал М'Хаэль, сильно ее тревожили. Она начала новое плетение, но остановилась. Что-то было не так.

Он развернулась - луч толщиной с мужскую руку разорвал ряды Айз Седай, испепелив полдюжины из них. Словно из ниоткуда появились взрывы и с разницей в один удар сердца пали ещё другие женщины.

Погибельный огонь сжег тех, кто остановил убийственные вражеские плетения.. но те женщины были удалены из Узора до того, как сделали это, и не могли больше противостоять атакам Шарцев. Погибельный огонь выжег целый поток в глубину его.

Последствия этого события были катастрофическими. Шарские направляющие, которые были мертвы, теперь снова стали живыми, и они ринулись вперед — мужчины как гончие бегущие по пересеченной местности и женщины, идущие в связанных группах по четыре или пять. Эгвейн искала источник погибельного огня. Она никогда не видела таких огромных потоков огня, настолько мощных, что могли сжигать нити на несколько часов назад.

Она обнаружила M'Хаэля, стоявшего на вершине Высот, воздух вокруг него был искажен, напоминая пузырь. Черные усики, как мох или лишайник, расходились из трещин в камнях вокруг него. Расползающаяся болезнь. Тьма, ничто. Это уничтожит их всех.

Другой луч Погибельного Огня прожег отверстие в земле и коснулся женщин, делая их формы светящимися, затем они исчезли. От Силы, которая вырвалась из М'Хаэля разорвался воздух, похожий на пузырь. Буря возвратилась снова, став сильнее.

— Я думаю, что научу тебя бегать, — прорычала Эгвейн, поднимаясь на ноги и собирая силу. У ее ног земля растрескалась и открылась в ничто.

Свет! Она ощущала пустоту в этой дыре. Она начала плести, но еще один удар Погибельного огня пронесся по полю, убивая женщин, которых она любила. Дрожь под ногами бросила Эгвейн на землю. Крики усилились, в то время как атака Шаранцев убивала последователей Эгвейн. Айз Седай бросились врассыпную, ища спасения.

Трещины на земле распространялись здесь так, как будто вершина Высот попала под удар молота.

Погибельный огонь. Ей нужно сплести свой. Это был единственный способ борьбы с ним! Она встала на колени и принялась плести запрещенное плетение, хотя ее сердце екнуло, когда она делала это.

НЕТ. Использование погибельного огня только бы подтолкнуло мир к гибели.

Что тогда?

"Это всего лишь плетение, Эгвейн". Слова Перрина, когда он увидел ее в Мире Снов и остановил Погибельный Огонь, ударивший в неё. Нет, это - не просто ещё одно плетение. Не существует ничего, похожего на него.

Она была так измотана. Теперь, на мгновение остановившись, она почувствовала как ее парализует усталость. В глубине себя она чувствовала утрату, мучительную утрату от смерти Гавина.

— Мать! — кричала Лейлвин, потянув ее за плечо. Женщина оставалась с ней. — Мать, мы должны идти! Айз Седай разбиты! Шарцы захватят нас.

Впереди М'Хаэль увидел ее. Он улыбнулся, шагнув вперед, со скипетром в одной руке, другую направив в ее сторону, ладонью вверх. Что произойдет, если он сожжет ее погибельным огнем? Последние пара часов исчезнут. Ее рейд с Айз Седай, десятки десятков Шарцев, которых она убила...

Просто плетение...

Нет других, на него похожих.

"Это не должно так работать", - подумала она. "Две стороны монеты. Две половины Силы. Жар и холод, свет и тьма, мужчина и женщина."

На каждое плетение существует и его противоположность.

M’Хаэль выпустил Погибельный Огонь, и Эгвейн сделала... что-то. Плетение, которое она пробовала прежде на трещинах, но намного большей силы и охвата: величественное, изумительное плетение, состоящее из всех Пяти Стихий. Оно струилось из неё. Она вопила, выпуская его, как будто из самой её души. Толстый белоснежный луч ударил в центр плетения М'Хаэля.

Эти плетения погасили друг друга, как будто кипящую и ледяную воду слили вместе. Мощная вспышка света затмила все остальные, ослепляя Эгвейн, но она почувствовать нечто от того, что она сделала. Укрепление Узора. Трещины перестали расползаться, и что-то хлынуло в них, останавливающая сила. Они зарастали, как раны зарастают коркой. Не окончательно, но хотя бы частично.

Она кричала, вынуждая себя встать на ноги. Она не окажется с ним лицом к лицу, стоя на коленях! Она потянула каждую каплю Силы, которую могла удержать, бросая в Отрекшегося с яростью Амерлин.

Два потока Силы взорвались светом, борясь один против другого, земля вокруг М’Хаэля растрескивалась, в то время как возле Эгвейн земля восстанавливалась. Она еще не знала, чем было то, что она сплела. Противоположность Погибельному Огню. Пламя, своё плетение Света и Восстановления.

Пламя Тар Валона.

Они противостояли друг другу, застывшие, в течение мгновения, длившегося вечность. И в это мгновение Эгвейн почувствовала, что покой сошел на нее. Боль смерти Гавина исчезла. Он возродится. Узор будет продолжаться. Каждое плетение, которое она свивала, успокаивало ее гнев и заменяло его покоем. Она погрузилась гораздо глубже в саидар, в тот ярко светящийся комфорт, который вел ее так долго.

И она взяла еще больше Силы.

Ее поток Cилы прошел через Погибельный Огонь M'Хаэля как удар меча, раскидывая Силу в стороны, и пройдя через весь луч, дошел до вытянутой руки его создателя. Он вонзился в его руку и ударил М`Хаэля в грудь.

Погибельный Огонь исчез. M'Хаэль как будто налетел на преграду, он разинул рот, широко раскрыв глаза, и изнутри него начал расти кристалл, вырываясь наружу, как будто замораживая его в лед. Переливающийся красивый кристалл вырос на месте, где он стоял. Необработанный и неровный, как будто выросший из глубины самой земли.
И как-то Эгвейн знала, что воздействие Пламени на человека, который не отдал себя Тени, будет намного меньше.

Она цеплялась за Силу, которую удерживала. Она зачерпнула слишком много. Она знала, что если отпустит Силу, то будет выжжена, неспособная направить даже капли. Сила переполняла ее в этот последний миг.

Что-то дрожало далеко на севере. Борьба Ранда продолжалась. Трещины в земле расширились. Погибельный Огонь М'Хаэля и Демандреда сделал свое дело. Мир здесь разрушался. Черные линии расходились во все стороны от Высот, и мысленным взором она увидела их открытыми, расколовшими землю, и пустоту, появляющуюся в них и втягивающую в себя всю жизнь.

— Следи за светом, — прошептала Эгвейн.

— Мать? — Лейлвин все же опустилась на колени рядом с ней. Вокруг них сотни Шарцев поднимались от земли.

— Следи за светом, Лейлвин, — повторила Эгвейн. — Как Престол Амерлин я приказываю тебе найти печати узилища Темного и сломать их. Сделай это в момент, когда засияет свет. Только тогда это может нам помочь.

- Но...

Эгвейн сплела врата и обернув Лейлвин Воздухом, вытолкнула ее в безопасное место. После этого Эгвейн распустила узы с женщиной, разъединяя их краткую связь.

— Нет! — закричала Лейлвин.

Врата закрылись. Черные трещины в ничто всё больше расширялись вокруг Эгвейн, когда она осталась лицом к лицу с сотнями шарцев. Ее Айз Седай сражался с силой и доблестью, но ещё оставались эти шарские направляющие. Они окружили её, одни - робкие, другие - торжествующе улыбаясь.

Она закрыла глаза и потянула силу. Больше, чем женщина должна быть в состоянии, больше чем было правильным. Далеко за гранью безопасности и благоразумия. У этого са'ангриала не было предела, который мог бы препятствовать этому.

Ее тело было исчерпано. Она отдала его и превратила в колонну света, выпуская Пламя Тар Валона в землю, окружающую её и высоко в небо. Сила вышла из неё тихим, прекрасным взрывом, проникающим через шарцев и запечатывающим трещины, созданные её борьбой с M’Хаэлем.

Душа Эгвейн отделилась от её разрушающегося тела и опустилась на эту волну, поднимаясь на ней к Свету.

****

Эгвейн мертва.

Ранд кричал, опровергая это, в гневе и горе.

- Только не ее! ТОЛЬКО НЕ ЕЕ!

МЕРТВЫЕ ПРИНАДЛЕЖАТ МНЕ.

- Шайи'тан! - вопил Ранд. - Не её!

Я УБЬЮ ИХ ВСЕХ, ПРОТИВНИК.

Ранд склонился, зажмурившись. "Я защищу вас", думал он. "Что бы ни происходило, я буду видеть вас в безопасности, я клянусь в этом. Я клянусь в этом..."

О, Свет. Имя Эгвейн присоединилось к его списку мертвых. Тот список продолжал расти, отдаваясь громом в его голове. Его неудачи. Как много неудач.

Он должен был быть в состоянии спасти их.

Темный внезапно опять атаковал с упорным желанием разорвать Ранда и сокрушить.

"О, Свет. Только не Эгвейн".

Ранд закрыл глаза и потерял сознание, едва сдерживая следующее нападение.

Тьма поглотила его.

****

Лиане подняла руку, прикрывая глаза от ослепительной вспышки света, которая смыла на мгновенье всю темноту со склона, оставляя блеск. Шарцы застыли на месте, ставшие кристаллами, бросая тени позади себя.

Столб Силы взлетел высоко в воздух как маяк и погас.

Лиане упала на колени, одной рукой опираясь на землю для равновесия. Слой кристаллов покрывал землю, прорастая через обломки камней, застилая израненную поверхность. Те трещины, что были открыты, были теперь наполнены кристаллами и были похожи на крошечные реки.

Лиане поднялась на ноги и медленно пошла вперёд, проходя мимо мёртвых шарцев, замороженных в кристаллах.

В самом центре взрыва Лиане увидела кристаллическую колонну такую же огромную, как древнее Древо Жизни, поднявшуюся почти на пятьдесят футов в небо. В его центре она увидела замороженный рифлёный стержень, сa’aнгриал Воры. Никаких признаков самой Aмерлин не было, но Лиане знала.

- Престол Aмерлин пала, - кричала Айз Седай недалеко среди кристаллических шарцев. - Престол Aмерлин пала!

****

Грохотал гром. Берелейн посмотрела в сторону кровати, потом встала и рука Галада выскользнула из ее пальцев, когда она подошла к окну у каменной стены комнаты.

Море снаружи вспенилось и разбивались о скалы, заревев в гневе или может быть в боли. Пока она наблюдала, тучи становились плотнее чем ночью, если это было возможно. Все потемнело.

До рассвета оставался еще час. Облака были настолько черными, что она знала, что не увидит солнца, когда оно взойдёт. Она вернулась к Галаду, села и взял его за руку. Если бы Айз Седай пришли, чтобы Исцелить его? Он все еще был без сознания, за исключением лихорадочного бреда. Он обернулся, и что-то блеснуло на его шее.

Берелейн отвернула его рубашку, вынимая медальон. На нем была изображена голова лисы. Она сняла его.

- ... вернуть Коутону... - шептал Галад, его глаза были закрыты. - ... Надежда.

Берелейн думала мгновение, чувствуя, как темнота снаружи, как будто сам Тёмный, душит землю и заползает через окна, под двери. Она поднялась, оставив Галада, и быстро вышла, неся медальон.

****

- Престол Амерлин мертва, - доложил Арганда.

Кровь и кровавый пепел, подумал Мэт. Неужели Эгвейн тоже? Это поразило его, как удар в лицо.

- Что еще хуже, - продолжал Аргандн. - Айз Седай сообщают, что потеряли больше половины своих. Те, кто остались, заявили... это цитата... что они не могут направить достаточно Единой Силы, чтобы зажечь свечу. Они выходят из боя.

Мэт хмыкнул.
- Сколько шарцев-направляющих они перебили? - спросил он, подбадривая себя.

- Их всех.

Мэт посмотрел на Арганду и нахмурился.
- Что?

- Всех направляющих, - повторил Арганда. - Всех тех, кто дрался против Айз Седай.

- Хоть что-то... - пробормотал Мэт. Но Эгвейн...

Нет. Не время сейчас думать об этом. Она и ее Айз Седай остановили шарских направляющих.

Шарцы и троллоки отступали, чтобы перегруппироваться. Это дало Мэту возможность сделать то же самое.

Его войска, то, что осталось от них, растянулись по Высотам. Он собрал вместе всех, кто еще оставался. Порубежники, Принявшие Дракона, Лойал и Огир, солдаты Тэма, Белоплащники, солдаты из Отряда Красной Руки. Все они сражались отважно, но враги слишком превосходили их числом. Было плохо, когда они бились с одними шарцами, но когда троллоки прорвались на восточной границе Высот, им пришлось драться на два фронта. За последний час их оттеснили больше чем на тысячу шагов на север, их ряды почти вернулись к границе плато.

Это будет заключительный натиск. Конец битвы. Теперь, когда выбыли направляющие-шарцы, Мэта не сметут моментально, но, Свет... все равно осталось еще так много проклятых троллоков! Мэт хорошо танцевал этот танец, но есть пределы человеческим возможностям. Даже возвращения Туон, если та вернется, может оказаться недостаточно.

Арганда принимал доклады с других частей поля боя - другого ему не осталось, поскольку раны не позволяли ему сражаться, и поблизости не осталось никого, кто мог его Исцелить. Но свое дело он делал хорошо. Славный парень. Он был бы полезен в Отряде.

Троллоки собирались для наступления, снова оттаскивая трупы со своего пути и формируя кулаки, возглавляемые Мурддраалами. У Мэта осталось минут пять или десять на подготовку, затем все начнется.

Приблизился Лан, на его лице было мрачное выражение.
- Чего ты хочешь от моих людей, Коутон?

- Готовьтесь биться с этими троллоками, - сказал Мэт. - Никто еще не проверил Майен? Было бы чудесно, если бы кто-нибудь из Исцеленных раненых присоединился к нам.

- Я проверю, - проговорил Лан. - А потом подготовлю своих.

Когда он удалился, Мэт порылся в седле и вытащил знамя Ранда - древнее знамя Айз Седай. Он забрал эту вещь прежде, подумав, что от нее может быть какая-то польза.
- Кто-нибудь, поднимите эту штуку. Проклятье, мы сражаемся во имя Ранда. Покажем Тени, что мы этим гордимся.

Даннил взял знамя и прикрепил его к копью вместо древка. Мэт глубоко вздохнул. Судя по тому, как говорили Порубежники, они думали, что все закончится в одном блистательном, героическом, самоубийственном рывке. Так всегда завершались баллады Тома... и Мэт всегда надеялся, что сам никогда не встретит такой конец. Сейчас эта надежда померкла.

Думай, думай. На удалении взвыли рога троллоков. Туон задержалась. Она же придет? В тайне он надеялся, что нет. Притом, как скверно все обстоит, даже помощи Шончан может быть недостаточно.

Ему нужна возможность. Нужна, удача! Открылись новые врата, и Арганда поспешил принять доклад от гонца. Мэту не нужно было слышать слова, чтобы понять по мрачному лицу Арганды, какого рода вести.

- Все в порядке, - сказал вздыхая Мэт. - Какие новости.

- Королева Андора мертва, - промолвил Арганда.

Кровавый Пепел! Только не Илэйн! Мэт чувствовал беду внутри. Ранд... Извини.
- Кто возглавляет их? Башир?

- Мертв, - сказал Арганда. - И его жена. Они пали во время нападения на Андорских пикинёров. Также мы потеряли шесть Айильских вождей кланов. Никто не возглавляет Андорцев и Айил в русле реки. Их сокрушат быстро.

- Это конец! - донесся до Мэта усиленный голос Демандреда с другого конца плато. - Льюс Тэрин бросил вас. Взывайте к нему, умирая! Пусть он ощутит вашу боль!

Их игра подошла к финальным ходам, и Демандред играл хорошо. Мэт смотрел на свою армию - солдаты были истощены, многие ранены. Невозможно было отрицать, что они оказались в отчаянном положении.

- Отправьте гонца к Айз Седай, - сказал Мэт. - Мне плевать, что они не могут зажечь свечу. Может быть, когда речь идет об их жизнях, они еще найдут в себе силы кинуть пару огненных шаров тут и там. Кроме того, их Стражи еще могут драться.
Арганда кивнул. Рядом открылись врата, и двое изнуренных на вид Аша'манов прошли через них. Нэфф и Неалд. На их коже были следы ожогов, и Айс Седай Нэффа с ним не было.

- Ну и? - спросил Мэт троих.

- Всё сделано, - ответил Неалд с рычанием.

- Что Туон?

- Очевидно, они нашли шпиона, - сказал Нэфф. - Императрица ждет, чтобы возвратиться по вашему знаку.

Мэт вдохнул, чувствуя воздух над полем боя, ощущая ритм битвы, которую он спланировал. Он не знал, сможет ли победить, даже если поможет Туон. Не теперь, когда рассеяна армия Илэйн, а Айз Седай вымотаны настолько, что не могут направлять. Не теперь, когда нет Эгвейн с ее двуреченским упрямством и железной волей. Не победить, если не случится чуда.

- Отправь ей это, Нэфф, - сказал Мэт. Он потребовал бумагу и карандаш, и нацарапал письмо, которое вручил Аша'ману. Он отбросил эгоистичное желание позволить Туон уйти в безопасное место. Кровавый пепел, теперь не было безопасных мест, нигде во всем мире, - Отдай это Императрица, Нэфф, и скажи, что нужно в точности следовать этим инструкциям.

Затем Мэт развернулся к Неалду.
- Ты отправишься к Талманесу, - сказал он. - Пусть выступает по плану.

Двое направляющих убыли отправить послания.

- Этого будет достаточно? - спросил Арганда.

- Нет, - ответил Мэт.

- Тогда зачем?..

- Потому что я стал бы Другом Темного, если бы сдался, не пытаясь ничего сделать, Арганда.

- Льюс Тэрин! - громыхал Демандред. - Приди и сразись со мной! Я знаю, что ты следишь за этой битвой! Так сражайся!

- Этот тип точно начинает меня утомлять, - сказал Мэт.

- Коутон, смотри - троллоки уже перегруппировались, - заметил Арганда. - Думаю, они намерены атаковать.

- Тогда вот оно и началось, давайте строиться, - сказал Мэт. - Где Лан? Он еще не вернулся? Не хотел бы я броситься в драку без него.

Мэт повернулся к своим боевым порядкам, Арганда выкрикивал приказы. Внезапно гэалданец схватил его за руку, привлекая внимание, и указал на троллоков. Мэт ощутил холодок, когда в свете костров увидел одинокого всадника на вороном коне, врезавшегося в орду троллоков на правом фланге, пробивая себе путь к восточному склону Высот. К Демандреду. Лан отправился сразиться в собственной битве.

****

Троллок ободрал Олверу руку, когда сунулся в укрытие пытаясь вытащить его наружу. Другие троллоки рыли землю по бокам. Почва сыпалась на него, прилипая к слезам на его щеках и к крови, текущей из его царапин

Он не мог унять дрожь. Он также не мог заставить себя двигаться. Он дрожал, испуганый тем, как звери рвались к нему грязными пальцами, копая ближе и ближе.

****

Лойал сел на пень, отдыхая пока сражение не возобновилось.

Атака. Да, это будет лучшим способом закончится всему этому. Лойал чувствовал, что у него все болело. Он много читал о битвах, и участвовал в схватках раньше, поэтому знал, чего ожидать. Но знать о чем-то и участвовать в этом - совершенно разные вещи. В первую очередь поэтому он покинул стеддинг.

После более чем суток непрекращающихся боев, тело его сжигала глубокая внутренняя усталость. Когда он поднял топор, голова была настолько тяжелой, что он удивлялся, почему он не упал

Война. Он мог бы прожить свою жизнь, не испытав этого. Это было гораздо больше, чем отчаянные сражения в Двуречье. Там, по крайней мере, у них было время, чтобы убрать мертвых и позаботиться о своих раненых. Там нужно было стоять твердо и держаться против волн атак.

Здесь, не было времени ждать, не было времени, чтобы подумать. Эрит села на землю рядом с его пнём, и он положил руку ей на плечо. Она закрыла глаза и прислонилась к нему. Она была красивая, с идеальными ушами и прекрасными бровями. Лойал не смотрел на пятна крови на ее одежде; он боялся, что, отчасти, это была и ее кровь. Он потер плечо пальцами. Он так сильно устал, что едва мог их чувствовать.

Лойал сделал несколько заметок на поле боя, для себя и для других, чтобы сохранить последовательность событий прошедшего сражения. Да, последняя атака. Это было бы хорошее окончание этой истории, как только он ее напишет.

Он делал вид, что по-прежнему пишет историю. Нет вреда от такой маленькой лжи.

Один из всадников вырвался из рядов воинов и поскакал к правому флангу Троллоков. Мэт не был бы счастлив по этому поводу. Один человек, одиночка, умрет. Лойал был удивлен, что мог чувствовать сожаление о том, что жизнь человека будет потеряна, после стольких смертей, которые он видел.

"Этот человек кажется мне знакомым", подумал Лойал. "Да, и эта лошадь. Он видел эту лошадь прежде много раз. Лан", подумал он оцепенело. Лан ехал верхом в одиночку.

Лойал встал.

Эрит посмотрела на него, когда он вскинул топор.

— Подожди, — сказал ей Лойал. — Сражайся рядом с остальными. Я же должен идти.

— Идти?

— Я должен быть свидетелем этого, — сказал Лойал. Падение последнего короля Малкири. Он должен был включить это в свою книгу.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/33794/134658

Переводчики: SVS, tatyana60, mash11, Suigi_Nice

ega_egin, AshirG, Kler29, dmt1

KorotkieRyki, marina_o, hasa