Готовый перевод Baccano! 1705 - The Ironic Light Orchestra / Шумиха! 1705 - Ироничный легкий оркестр: Интерлюдия: скорбь в сердце девушки

Поместье Брониаре, обеденный зал.

- Как ваше самочувствие, мисс Ники?

- П-пардон? Эмм, я...

Ники одиноко сидела в обеденном зале, когда будто бы из неоткуда появился Эсперанса и бодро заговорил с ней.

Она уже привыкла к тому, что её приглашали сюда к обеду, но остальная прислуга была всё еще за работой - Ники появилась здесь первой.

На первое был подан суп из телячьего окорока, отваренного в курином бульоне со специями вроде шафрана и мускатного ореха. От одного запахе этого блюда уже текли слюнки.

- О! Прошу, устраивайтесь поудобнее! Вы, должно быть, ужасно голодны. В конце концов, вчера Вы удалились без ужина, сославшись на отсутствие аппетита... Я был бы счастлив, если бы глоток этого блюда вернул его вам, мисс Ники.

Эсперанса с сияющими глазами предлагал девочке суп.

- О... Эмм, спасибо... - робко пробормотала Ники, набирая первую ложку.

Она сделала всего глоток: специи щекотали язык, но легкий, идеально теплый куриный бульон распространял по нему волны нежности.

Девичьи широко открылись от неповторимого вкуса и, даже не успев это осознать, Ники уже набрала вторую ложку.

Только еще через два-три глотка она нашла, чем прервать тишину - проглотив суп, она обратилась к Эсперансе:

- Это... это так вкусно!

- Рад слышать!

Эсперанса рассмеялся, как ребенок, фактически забыв о своих годах.

Его смех наконец-то позволил Ники расслабиться. Она никогда не доверяла аристократам, и этот мужчина мог быть самым странным из них, но уж никак не самым плохим.

Думая об этом, Ники сделала еще глоток.

- Верно. Элмер выпрыгнул из окна, увидев это.

- Ясно... Это на него похоже..

Уже после обеда им обоим было нечем заняться, и Ники беседовала с Эсперансой. Впрочем, эта беседа была, скорее, обычной болтовней.

Внезапно Ники ощутила резкую боль и прикоснулась к поврежденному лицу.

- ! Вы в порядке, миледи?!

- О... Да. Просто вчерашний синяк...

Эсперанса прищурил глаза и, предпочитая не замечать собственной неделикатности, спросил о ранении.

- Этот ушиб... вас кто-то ударил?

- О...

- Похоже, я прав.

Добрая улыбка мигом сошла с лица графа. Его по-совиному круглые глаза теперь напоминали скорее полумесяцы, и голос звучал гораздо ниже прежнего.

Ники, удивленная неожиданной переменой, не смогла солгать.

- Эмм... Я совершила ошибку в своей работе, и... Мой хозяин...

- Как его зовут?

- Простите?

- Я вызову его на дуэль!

Эсперанса немедленно поднялся на ноги, Ники взмахнула руками.

- П-прошу, не надо!

- Я считаю это не простительным... мне плевать на оправдания, я никому не позволю бить женщин. Родитель, воспитывающий дочь - это единственное исключение.

- Ах...

- Мисс Ники, на вашем лице след кулака. И, как вы сказали, этот кулак не принадлежал вашему отцу. Значит, у меня нет причин спускать ему это!

Казалось, Эсперанса уже был готов мчаться на рынок с саблей в руке. Ники на скорую руку сочинила слабенькую отговорку.

- Он... он мне как отец! У меня нет родителей... потому хозяин для меня очень важен!

- ...

Из Эсперансы мигом, как из дырявого воздушного шара, вышел весь пар, и он спокойно опустился на стул.

- Прошу прощения за свою грубость.

- Д-да нет...

- Но я был бы благодарен, если бы вы делились своими проблемами со мной, - рассмеялся мужчина. Его глаза всё еще немного пугали, но улыбка делала его почти что очаровательным.

"Такое ощущение, будто... со вчерашнего дня я живу в долгом сне".

Ники тихо склонила голову и открыла рот, чтобы заговорить.

Ей хотелось говорить - о многом, с этим аристократом, с Элмером, с парнем и девочкой, которые спасли её вчера.

Но её порыв был жестоко прерван появившимся в обеденном зале гостем.

- Господин Эсперанса! Я искал вас, сеньор!

- Что за наглость, Ганклетиа.

Настроение Эсперансы испортилось, едва низкий голос достиг его ушей.

Столь неласково принятым гостем был никто иной, как Ла Рольф Ганклетиа, Глава Городской полиции, представлявшийся ему вчера.

Ники замерла, углядев человека в униформе.

- У вас что-то срочное? Если дело не горит - лучше уйдите молча.

Голос губернатора был совсем не таким, как при разговоре с женщинами, но Ла Рольф лишь тряхнул головой:

- Мы нашли новую жертву Масочника.

- !

Ники снова застыла - теперь в ответ на слова полицейского главы.

Не обращая внимания на состояние девчонки, полицейский и губернатор продолжали разговор.

- Еще одна...

- Н-но не волнуйтесь, милорд, в этот раз убит мальчи... агх!

Эсперанса схватил главу за подбородок прежде, чем тот успел закончить предложение.

- Эй. Глава. Вы ничего не перепутали? Похоже, у вас сложилось неправильное впечатление.

- Эммм...

- Вы не думали о том, что прямо сейчас какая-то женщина может горько рыдать об убитом мальчишке? Как я могу не волноваться, если где-то вне поле моего зрения может грустить дама? И даже если не учитывать мои личные пристрастия, как губернатор может спокойно относиться к тому, что убит еще один человек?

- К-к-к-конечно, милорд! Вы совершенно правы..!

Глава полиции отчаянно кивал, но лишь заметив за его спиной дрожащую Ники Эсперанса наконец ослабил хватку.

- ! Что за позор для меня, вести себя так неприлично в присутствии леди...

- Гах... я спасен... хм?

Полицейский взглянул на свою спасительницу и нахмурился.

- Что это ты делаешь в таком месте?

Эсперанса ответил на вопрос любопытством:

- Хм? Вы знакомы, Глава?

- Эмм, ну. Вроде того...

Глава затих, Ники испуганно глотнула воздух. Её губы дрожали, но она быстро поднялась и выскочила из столовой, будто сбегая.

Наблюдавший с открытым ртом губернатор скрипнул зубами и схватил Главу за воротник.

- Ублюдок... что ты сделал этой леди?

- Н-ничего, милорд! Вы не поняли! Эта девчонка...

- Что?

- Она просто... свидетель по делу Масочника...

Эсперанса растерял все слова.

- И... я говорю только потому, что она вышла, но... Тот убитый мальчишка... был предыдущим свидетелем.

****

- ...да.

Пробормотала Ники, вернувшись в отведенную ей прошлым вечером комнатушку.

- Как я и думала. Мне не сбежать...

И она снова задумалась о своей судьбе.

Судьбе каждого, кто видел Масочника.

Она не боялась смерти.

На самом деле Ники приняла бы её с радостью, просто чтобы покончить с жизнью, полной боли.

Но за последние два дня перед ней возник совершенно новый мир.

Почему, сбежав из столовой, она вернулась в комнату, которая принадлежала ей всего пол дня, а не вернулась на знакомые улицы?

Ответ был прост до боли. Она ненавидела внешний мир - мир, в котором она выросла.

Но начиная со вчерашнего дня, её жизнь казалась почти что сказкой.

Её глазам открылся восхитительный новый мир.

- Господи... почему ты такой жестокий?

Ники знала, что вероятность была совсем маленькая - ей просто повезло - но она осознала саму возможность. Она поняла, что даже у кого-нибудь вроде неё был шанс прожить счастливую жизнь, пусть надежда и была совсем крохотной.

- Зачем... зачем надо было пробуждать во мне жажду жизни... когда я только решила... что смогу, наконец, умереть?..

Маска медленно, но верно, скрывала сердце плачущей девочки.

Безжизненная маска затмевала её мечты, её улыбки и всё её будущее.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/34094/120142

Переводчики: al_norton