Готовый перевод Starcraft II: Flashpoint (Christie Golden) / Starcraft II: Точка кипения (Кристи Голден): CHAPTER ELEVEN

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Джим вышел всего лишь на несколько минут. Он совершенно не хотел оставлять Сару наедине с незнакомыми людьми, но он был живым человеком и нуждался в некоторых вещах. Включая пищу. Его живот так громко бурчал, что оба врача - Йетс и Бэкер - искоса на него смотрели.

Мира сдержала свое слово - никто не собирался готовить или убирать за Джимом. Копаясь в кухонном беспорядке в поисках чего-нибудь что можно по-быстрому подогреть, он обнаружил, что ему не хватает убийцы-дворецкого Рэндалла. Он был уверен, что даже из объедков со стола, тот смог бы на скорую руку приготовить кулинарный шедевр. Он вдруг вспомнил, как когда-то с Тайкусом заходил на кухню. Повара возмущались, но открыто не протестовали, когда Тайкус уничтожал все что они наготовили прямо с ещё горячих сковородок. Неоднократно они заваливались на кухню под утро, подыскивая, чем бы набить живот после похмелья.

— Черт, — сказал Джим. — Чем раньше я выберусь отсюда , тем лучше.

Он отсутствовал недолго, но, повидимому, этого было достаточно. Когда через несколько минут он вернулся к Саре с двумя тарелками лапши с соусом из запасов военного пайка, он обнаружил два несхожих лица - одно пожилое, морщинистое и бледное, другое темное, как кофе и гладкое - на которых было одинаковое выражение беспокойства.

Сара лежала на кровати, медленно и систематически вдыхая и выдыхая, к ее рукам и груди подсоеденны различные трубки. Ее глаза были закрыты.

— Как она? — спросил Джим, тон его голоса говорил о его беспокойстве.

— Не очень, — ответил Йетс. — У нас призошел инцидент.

У Джима все внутри сжалось. — Что случилось?

— Она пыталась выдернуть одну из своих... как бы это сказать, мы назваем их "иглами" — ответил Бэкер. — Она оторвалась немного при корне, но ничего серьезного. Мы всё исправили.

Джим сглотнул. — Понятно.

— С тех пор она отказываеться отвечать на наши вопросы, и ведет себя так, как будто нас не существует.

— Она очнулась? — спросил Джим, понизив голос, глядя на фигуру лежавшую под простыней в другом конце комнаты.

— Да, — ответилл Йетс, — но, как сказал доктор Беккер, она нас игнорирует.

— Меня она не будет игнорировать.

Джим прошаркал мимо врачей и подошел к стулу возле Сары. Отодвинув его, он шумно проскреб ножками стула по полу, давая ей понять, что он рядом. Она лежала лицом к стене и не двигалась. Отсюда он разглядел поврежденный отросток, который был тщательно перевязан у основания.

— Эй, любимая, — сказал Джим.

— Хватит пялиться на мою голову, — сказала она, не оборачиваясь.

— Снова читаешь мои мысли?

— Нет. Просто я тебя знаю. И я знаю, что врачи тебе расказали что произошло.

— Да, расказали. Ты им тут устроила.

— Это еще цветочки. — Ее голос был одновременно и ледяным и жгучим. Она была полна ярости, сдерживаясь одним лишь усилием воли. Он хотел прикоснуться к ней, но знал что ей не понравится. Вместо этого, он продолжал говорить.

— Знаешь, думаю, ты права. Никому не ведомо, что происходит внутри человека.

— Если конечно ты не телепат.

Джим расмеялся. — Ты меня подловила. Давай просто предположим, что я не знаю,что происходит внутри человека.

— Согласна. Разговор окончен?

— Ты этого хочешь?

Тишина. Она потянулась рукой к своей голове, словно хотела убрать с лица отростки. Но Джим знал, что это не такой уж и невинный жест, он схватил ее запястье прежде, чем она смогла причинить себе еще больший вред.

— Причиняя себе страдания ничего не добъешься, — прошептал он тихонько. — Мертвых уже не вернуть. К тому же, это не твоя вина. Это все из-за этих проклятых зергов. Они превратили тебя в свою королеву, Сара. Это не твоя вина. Никогда не забывай об этом.

Он уже был готов к очередному взрыву ярости и неистовства, но вместо этого, рука Сары обмякла. Она позволила ему положить ее руку аккуратно рядом с ней.

— Я не уверена, — мягко сказала она. — Больше нет — Любой другой уже бы купился на ее спокойный тон. Но не Джим. Внутри, у нее все кипело от гнева, словно под плотно накрытой крышкой. Всем известно, что если что-то накрыто крышкой слишком плотно, то оно рано или поздно вскипает.

Он наклонился и прошептал ей на ушко — Я люблю тебя, Сара. Ты слышишь? Несмотря ни на что.

Год 2500

— Мы поможем этим людям, несмотря ни на что, — заявил Джим. — Согласно разведке, большенство ученых, на Орне III не очень рады тому, чем их заставляют заниматься.

— Заставляют? — спросил молодой офицер Корморанта, корабля, на котором Джим и Сара направлялись к научному объекту, который в данный момент обсуждался. Его звали, Джек Хорнер или что-то вроде того, с виду он был наивным парнем, которому недостовало опыта. Джим узнал этот взгляд. Не так давно, он видел его в зеркале. Перед тем как начались Войны Гильдий и предательством, которое навсегда его изменило.

— Заставляют, — ответил Джим. — Не всех конечно. Некоторым из них, вероятно, нравится то, что они делают. Во имя науки и все такое. Но многим не по нраву, то, что там происходит. Сначало вытащим их, а затем и, э... — Он повернулся за подсказкой к Саре.

— Подопытных, — холодно сказала Сара. Джим мысленно пожал плечами. Он хотел сказать пациентов или нечто подобное.

— С вашего позволения, мэм, — обратился Хорнер — до нас доходят слухи. Они же не могут быть все правдивы. Его уверенность пошатнулась под пристальным взглядом Сары.

— Слухи? Вы имеете в виду слухи о, генетических скрешениях? Мозговых модификациях? Подвержениях болезням? Телепатических экспериментах? Пытках, в случае неповеновения? Эти слухи?

Хорнер тревожно посмотрел на своего капитана, элегантную, темнокожую женщину по имени Шэрин Мур. Она кивнула, давая понять, что он волен высказать свое мнение.

— Да, мэм, — ответил Хорнер, который прозвучал уже не так уверенно.

— О да, это правда.

Она больше ничего не сказала. Экипаж переглянулся и нервно заерзал.

— Ученые этого учреждения ставят тайные эксперименты на своих же гражданах, — сказал Джим. — Делают те ужасные вещи о которых упамянула Сара. Вот почему мы должны остановить их.

— Но как вы узнаете, кто захочет уйти? — спросил Хорнер.

— Не я. Сара узнает. Наша задача, доставить наших благородных ученых и, э, подопытных на борт Корморанта. Вы же будьте на стороже и прикрывайте спины, заберете нас как только мы справимся, после чего убиремся отсюда к чертовой матери.

— Мы заложим взрывчатку, — сказала Сара, — так что не медлите.

Джим был взят врасплох, но не подавал виду. Сара ничего не говорила о взрывчатке, во время брифинга на борту Гипериона, на котором присутствовал, Джим, Майк, и Менгск. Он решил, что ему следует поговорить с ней наедине. Но не сейчас.

— Мы будем на месте примерно через три часа, — сказал он. — Всем быть наготове. Я так понимаю, ты наш главный связной, Джек.

— Гм, я Мэтт Хорнер, сэр.

— Мэтт? Я думал, тебя зовут Джек.

Хорнер слегка покраснел. — Все так думают, сэр, — смиренно ответил он. — И нет, я не сижу в уголке, и не ем пирог. Кроме того... я ненавижу сливы.

Все этот, старый детский стишок о Маленьком Джеке.
Джеки-хорёк
Сел в уголок,
Сунул в пирог свой пальчик
Сливку съел
И громко пропел:
"Какой я хороший мальчик"
Джим немного растерялся. — Прости, — сказал он. Мэтт улыбнулся ему, дескать ничего страшного.

Вдруг, парень пришел по душе Джиму. — Ты наш главный связной, Мэтт, — повторил он уже серьезнее. — На тебя вся надежда. Не подведи меня.

В мгновение, Мэтт выпрямился, и снова на его лице появилось то же невинное выражение. — Не подведу, сэр, — ответил он. — Можете на меня положиться. С вашего позволения, я хотел бы пройтись по плану еще раз.

— Начинай, сынок.

Мэтт прокашлялся. — У мисс Керриган есть подделаные документы в которых говориться о конвоировании террориста, Джеймса Рейнора, на объект для дальнейшего наблюдения и изучения. Все конечно же очень засекречено. Мы уже получили подтверждение на прибытие от главного ученого. Мистера Рейнора будет сопровождать призрак, так что в усиленных мерах безопасности не будет необходимости.

Он взглянул на Керриган в ожидании. — Пока все идет хорошо, — сказала она, и Мэтт продолжил.

— Корморант так же получил разрешение на пребывание на орбите, пока призрак будет эскортировать заключенного, и выполнять все требования по передаче Рейнора, после чего она благополучно вернется на борт. Как только вы двое прибудете на место, с закованым в кандалы Мистером Рейнором, мы будем говорить вам куда идти, благодаря плану здания, предоставленным вами, мисс Керриган. Затем...

* * *

Несколько мгновений спустя, их сапоги лязгали по металлическому полу старого торгового судна, Джим спросил — И когда же ты собиралась рассказать мне о взрывчатке?

Она не смотрела в его сторону. — Сразу же, Джим, — ответила она.

— Зачем это Менгску?

Теперь она пристально смотрела на него. — Это был не его приказ. Я сама.

— Что?

— Как вышестоящий член этой команды, решение остаеться за мной.

— Чертовски серьезное решение, принятое без согласия босса, — сказал Джим.

Я не принадлежу Арктуру! — отрезала она. Его удивил ее резкий ответ, но затем она успокоилась. — Мы не можем допустить, что бы научные данные попали к кому ни-будь еще, — сказала она, ее голос был низким и твердым, но слегка дрожал. — Это же безчеловечно пытать невинных, беспомощных людей, превращать их в монстров.

И внезапно Джим осознал, для чего все это было затеяно. Не для получения информации, нет. Это было личным делом Сары (Сара намеревалась свести былые счеты). Он остановился, осторожно взяв ее за руку. Она вырвалась, но остановилась, сцепив зубы.

— Сара, использование взрывчатки ставит под угрозу и без того опасную миссию - как для нас, так и для людей, которых мы пытаемся спасти, — сказал Джим спокойно. — Я знаю, ты хочешь —

— Это не ради мести, — ответила она, прочитав его мысли. — А ради справедливости. Эти люди должны умереть за свои пуступки. Знания, которыми они обладают, не должны попасть в плохие руки. Джим, я знаю, что произошло с Джонни.

Джим сделал шаг назад. — Что? Откуда тебе это известно?

— Майк... Я прочитала его мысли.

— Понимаю.

— Нет, думаю, не понимаешь. Я... единственная кто понимает тебя так, как никто другой. Твой сын стал их жертвой, Джимми. Мне очень жаль.

Сглотнув, он кивнул. — Мне всегда было интересно. Сара... ты не можешь сказать мне, что они сотворили с Джоном. Но... пожалуйста... раскажи что они сделали с тобой?

Ее глаза широко раскрылись в мольбе. — Не спрашивайте меня — ответила она, почти умоляя.

— Я не могу согласиться с твоим планом, если не пойму, почему ты так сильно этого хочешь, — сказал он.

Сара отвернулась. — Ты возненавидишь меня, если я расскажу. Тебе лучше не знать.

— Я всегда был упрямым сукиным сыном, — сказал он, и фальшиво ей улыбнулся. — И я не думаю, что когда нибудь смогу возненавидеть тебя, Сара.

Она долго на него смотрела, затем начала говорить спокойным, отреченным голосом. — Конфедерация основала программу призраков. Столько крови на их руках, Джим. Я не просто так это говорю. Я не могу рассказать, не после того, что я натворила.

Джим думал о своем сыне и его матери. Его забрали и подвергли тем ужасам о которых ему еще предстоит узнать; она же умерла от рака, из-за некомпетентности правительства, которое не удосужилось обеспечить голодающих здоровой пищей. Он ни капли не сомневался в погрязшей в корупции Конфедерации.

Я была еще ребенком, когда они пришли за мной, как в свою очередь за Джонни. Я не умела контролировать свои способности. Они хотели знать, на что я способна. Хотели, чтобы я проявила свои способности, а затем проанализировав и определив мой класс псионника, понять, как лучше меня использовать. Меня держали под замком, кроме случаев, когда они ставили на мне опыты. Но в один прекрасный день они принесли мне кое кого. Котенка. Жил со мно в течение трех недель. Маленький черный котенок с белой мордочкой и лапками. Я назвала ее Пим.

Джиму вдруг перехотелось слушать, но он знал, что должен.

Они имплантировали Пим опухоль. От которой она медленно и мучительно умирала. Мне сказали, что я способна прекратить ее страдания.

— И что же ты сделала?

— Ничего. — Она выбрала, страдание невинного существа, нежели покориться своим мучителям, что терзало ее и по сей день.

— Потому что ты не хотела, чтобы они узнали то, на что ты способна, — сказал он.

— Потому что я убивала и раньше, — ответила она, голосом переполненым болью. — Я знала, во что они хотели меня превратить. Я поклялась что этого больше никогда не случиться.

— Но ты убивала, — сказал он тихо. — И по-прежнему продолжаешь этим заниматься.

Это было жесткое заявление, в котором было лишь сострадание, а не жестокость.

— Да, — подтвердила она. — Я делаю это для того, чтобы подобное никогда не повторилось (с другими). Внутри, этого так называемого научного объекта, они делают тоже что и когда-то со мной, а то и хуже, эксперементируя на мужчинах, женщинах и детях. Я собираюсь взорвать это место, Джим. Потому что так нужно. Ты со мной?

Джим даже не раздумывал. Он представлял себе игривого котенка которому становиться все хуже и хуже, и маленькую девочку, чье сердце разбивалось с каждым днем. Он резко кивнул.

— Я в деле, любимая, — ответил Джим.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/34718/125137

Переводчики: JakeDiomed