Готовый перевод Doctor Who Books/ Salvation / Доктор Кто/ Спасение: Salvation/ Спасение

СПАСЕНИЕ

СТИВ ЛАЙОНС

Глава Первая

Город Огней

Манхэтен. Зафиксирован всплеск активности НЛО, после

наблюдения зеленых огней в небе над Мидтауном прошлой ночью.

Пресс-секретарь полиции заявила : " Это похоже на то, что один или несколько

человек попали под действие необычной оптической иллюзии.

Нет никаких оснований для беспокойства."

Нью-Йорк Рейнджерс,20-е марта 1965, суббота.

Неприятный моросящий дождь превратил тонкий слой снега на земле в грязь на тротуарах.

Солнце казалось холодным мячиком завернутым в туман,

не желающим бороться с укоренившимся холодом.

Полтора десятилетия назад Нью-Йорк был знаменит как

город, который не спит, в то время как сейчас его восточная половина закутываясь

и зевая думает о том ,как провести еще пару минут

под одеялом прежде чем храбро встретить недружелюбное воскресенье.

Бауэри особенно медленно поднималась из оцепенения рассвета.

Генри Вилкис предпочитал именно этот путь.

Верхний город, стеклянными глазами возвышающихся зданий, смотрел на

его хромую походку и грязный плащ, и осуждал,

никогда по-настоящему не видя его. Он ощущал этот взгляд, прожигающий его спину,

и решительно смотрел на землю стараясь изо всех сил игнорировать его.

Он скрывался за взорами этих глаз и сам когда-то, в давно ушедшей жизни.

Городской бухгалтер с квартирой,

которую он едва мог себе позволить, без жены,

и глубоким, настойчивым чувством одиночества где-то внутри,

заглушить которое могла лишь порция виски .

Глаза Бауэри были скрыты за деревянными ставнями.

И хотя многие из них были настежь открыты,

сами глаза были погасшими, мертвыми. Никто не смотрел в них.

Холод понемногу проникал пол плащ Генри, но он уже сделал свою худшую работу.

Генри промерз до мозга костей, дрожь стала его постоянным спутником.

Его мысли были едва ли дымкой в его сознании.

Он научился не думать, по крайнее мере после очередной бутылки.

Он закашлялся и поплелся через коричневую грязь,

не зная куда идти, просто потоптался на месте

дожидаясь когда люди заполонят улицу и возможно,

сжалившись над ним, бросят ему монетку по дороге.

Когда он наскребет достаточно монет,

он выпьет, доведя себя до приятного забвения, чтобы не страдать,ожидая, пока ночлежка вновь откроет свои двери на ночь.

В редкие дни рутина Генри нарушалась.

Это не имело большого значения теперь.

Поэтому когда кто-то появился перед Генри, его первым

порывом было желание накинуться на него.Когда другой человек преградил ему дорогу,

Генри оглянулся и понял, что он окружен,

он остановился, мрачно посмотрел на свои стоптанные туфли и

ждал пока незнакомцы не сделают то , что они хотят.

Если он и почувствовал страх, эта эмоция была глубоко похоронена в той части себя,

путь в которую он забыл.

Генри волновала своя судьба не более чем чья-то еще.

Но сегодня случилось невероятное.

Первый незнакомец заговорил с ним

и ожидал ответа, который Генри, из-за растерянности, не дал.

Генри попытался вспомнить, когда в последний раз его голосовые связки

использовались не для ворчания или криков боли.

Незнакомец задал свой вопрос снова, и на этот раз Генри

сосредоточился на том, чтобы понять слова,

что бы они не значили для него в этот раз.

"Что вам нужно?"

В первый раз на его памяти- и, он уверен, в первые в течение нескольких дней,

Генри Вилкис посмотрел вверх.

Он посмотрел и увидел широкоплечего мужчину с золотистыми волосами,

Его размеры впечатляли рядом с сутулой фигурой Генри, его глаза были цвета лазури.

Он был одет в безупречно белый костюм, и казалось излучал силу,

происхождение которой Генри не понимал.

Он не знал зачем он сделал то, что сделал дальше, но тогда это казалось единственным правильным решением.

Он опустился на колени, хотя его суставы протестовали против движения,

и отвернулся от совершенства незнакомца.

Его кожу приятно покалывало,

когда незнакомец положил свою руку

на запутанные, немытые волосы Генри.

"Нет нужды говорить, если вы находите это болезненным. Вам лишь нужно очистить ваш разум.

Вы взывали к нам с болью."

Генри не помнил, чтобы он кого-то звал. Было тяжело вспомнить что-либо,но ему казалось, что этот незнакомец не врет.

Генри не слышал,что мужчина говорил потом.

Его голова вдруг наполнилась картинками, и внезапно он вернулся

в офис, в его серый костюм с аккуратно причесанными волосами где Гвен все еще дома

и любит его... он спорил с Гвен,

он сидел за столом, засыпал и просыпался,

распространяя пятна, на столе лежала открытая бутылка...

он пришел в квартиру, чтобы найти свою одежду в прихожей

и письмо от своего хозяина.

Генри плакал от потери жены, его работы, дома, самоуважения,

снова и снова, он видел в воображении это, более подробно и четко,

чем он думал возможно увидеть.

Когда его зрение прояснилось, его подняли сильные руки,

поддерживающие его . Настойчивые голоса спросили все ли в порядке.

К своему удивлению он кивнул.Они поставили его на ноги.

Молодые люди, не отпрянувшие в отвращении и не глумившиеся над ним,

не спешащие перейти улицу, стояли рядом.

Генри чувствовал себя странно, но не знал почему.

"Я видел кто-то толкнул вас в подворотне."

"Грязные бездельники, готов спорить."

"Они не забрали ваш кошелек?"

"На улицах сейчас не безопасно, особенно здесь."

"Вы будете в порядке?"

Генри отразил их озабоченность ворчанием и кивками,пока они не оставили его одного.

Золотоволосого незнакомца и его друга не было видно.

Но Генри начал осознавать,

что они сделали с ним.

Он был одет в знакомый серый костюм, с черными блестящими туфлями.

Ощущение галстука с воротничком на его свежевыбритой шее причиняло неудобство,

но он мог свободно дышать.

Его легкие не были прожженны,стук в груди исчез,

и холодный освежающий ветер дул в голову и помогал собраться с мыслями.

Самое странное, что Генри был сыт,

и чувствовал себя даже лучше, чем после выпивки.

Он медленно побрел к ближайшему окну,

но перешел на бег когда понял,что его ноги исцелены.

Человек отразившийся в окне был Генри Вилкисом, вернее тем которым он был когда-то.

Бухгалтером. Порядочным гражданином.

Призраком прошлого, чудным образом перенесенным в настоящее.

Столкнувшись с этим призраком, Генри не мог ничего сделать,

кроме как смотреть, качать головой и смеяться, сначала немного с недоверием,

затем все больше, пока смех не забрал все страдания

и лишения последних восьми лет. Вопросы и сомнения

о чудесной трансформации были забыты.

Генри Вилкис был спасен.

Ночь понедельника плавно перетекала в утро вторника. Птицы проснулись,чтобы приветствовать новый день песней.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/34992/123583

Переводчики: Dashkaklets