Готовый перевод Defending Jacob / Защита Якоба: 1. In the Grand Jury

Мр. Лоджудис: Назовите Ваше имя, пожалуйста

Свидетель: Эндрю Барбер.

Мр. Лоджудис: Кем вы работаете, мр. Барбер?

Свидетель: Я был помощником окружного прокурора 22 года

Мр. Лоджудис: Были? А где вы работаете сейчас?

Свидетель: Полагаю сейчас я безработный

В апреле 2008 Нил Лоджудис наконец вызвал меня в суд. К тому времени было слишком поздно. Слишком поздно его дела конечно, но также поздно для самого Лоджудиса.
Его репутация как и его карьера была уже непоправимо испорченна
Обвинитель может продержаться некоторое время с испорченной репутацией, но его коллеги будут следить за ним как волки, и в конечном счете выгонят ради блага "стаи" Я наблюдал это много раз: помощник прокурора сегодня незаменим, а завтра о нем уже никто не помнит

Я всегда питал симпатию к Нилу Лоджудису (произносится Ло-джу-дис). Двенадцать лет назад он пришел в офис окружного прокурора прямо из юридической школы. Тогда ему было двадцать девять лет. Невысокий с редеющими волосами и небольшим брюшком. Его зубы не помещались во рту и ему приходилось делать усилие, чтобы держать рот закрытым. Это придавало его лицу неизменно кислое выражение.

Бывало я придирался к нему, ?????
чтобы не допустить его появления перед присяжными.
Никому не нравятся конфликты, но он вызывал подсознательную неприязнь. Он бы встал перед скамьей присяжных, покачивая головой и поджимая губы, как сельская учительница или священник и у каждого присяжного возникло бы тайное желание проголосовать против него

В офисе Лоджудис был чем-то вроде ловкача и подхалима. Его довольно много дразнили. Другие помощники прокурора подшучивали над ним постоянно.
Но даже от тех, кто работал с офисом на расстоянии: копы, секретари, люди, которые обычно не демонстрировали свое негативное отношение к обвинителю - даже от них он получал насмешки
Они назвали его Милхаус, по имени глуповатого персонажа из Симпсонов, и они придумали тысячу вариантов на его имени: Лодуришь, Лопустышь, //////////,, и т.д. .

Но мне Лоджудис нравился. Он был просто невинен. С самыми лучшими намерениями он разбил жизни людей и никогда не страдал бессонницей из-за этого В конце концов он всего лишь боролся с "плохими парнями"
Это типичная точка зрения обвинения: они плохие уже потому что я сужу их — и Лоджудис не был первым, кто обманывал себя этим, так что, я прощал ему его праведность. Мне он даже нравился.
Более того я поддерживал его как раз из-за его особенностей: труднопроизносимого имени, кривых зубов - которые его сверстники исправили бы дорогими брекетами, оплаченными мамочкой и папочкой - даже его неприкрытый карьеризм. Что-то в этом парне было. Твердость с которой он держался, несмотря на все обстоятельства. Он ,очевидно, был ребенком из рабочей семьи полный решимости добиться того, что многие получали просто так. Он напоминал мне меня самого.

Теперь, двенадцать лет спустя, он добился своего, несмотря на все свои странности, или почти добился.
Нил Лоджудис был первым помощником, человеком №2, правой рукой окружного прокурора Мидлесекса и главой суда
Он принял эту работу от меня, этот парень, который когда-то сказал мне: "Энди, вы тот кем я хотел бы стать"
Я должен был предвидеть это.

В то утро среди присяжных царило угрюмое, пораженческое настроение. Тридцать мужчин и женщин, недостаточно умных, чтобы избегнуть этой обязанности. втиснутые в школьные стулья с каплевидными пюпитрами.
Присяжные работали в течение нескольких месяцев и к настоящему времени хорошо поняли, что от них требуется: обвинить и указать на злодея пальцем

Рассмотрение дела коллегией присяжных это не суд. Ни судья ни защита в комнату не допускаются. Бал правит сторона обвинения. Фактический это расследование и
Коллегия жюри решает есть ли у обвинения достаточно доказательств для передачи дела в суд.
Есть ли доказательств достаточно - жюри предоставляет обвинителю обвинительный акт - билет в Верховный суд. Если нет - обвинительных акт отклоняется и дело закрывается не начавшись. На практике это редко случается. В большинстве случаев присяжные предъявляют обвинения.
Почему бы и нет? Ведь они видят дело только с одной стороны

Но мне кажется что в этом случае у Лоджудиса не было шансов и жюри знали это. Не сегодня. Правды никто не узнает. По крайней мере не с такими "протухшими" доказательствами, не после всего что случилась. Уже почти год прошел с того момента, когда тело 14-летнего мальчика было обнаружено в лесу. С тремя колотыми ранами в груди. Раны были расположены в ряд, словно его ударили трезубцем. Но время было неподходящим. //Слишком поздно и присяжные знали это.

И я это тоже знал

Только Лоджудис не выглядел испуганным
Он поджал губы
Пересмотрел свои заметки, готовя следующий вопрос. Он делал то, чему я его учил. Голос, который звучал в его голове был моим: Неважно, если дело слабое, втолкни его в систему. Играй по тем же правилам, по которым играют последние 500 лет. ///////////

Он спросил: Вы помните, когда вы в первый раз услышали об убийстве сына Рифкина?

Да

Расскажите обо этом подробнее.

Мне позвонили, кажется первый звонок был из комитета полиции штата. Затем еще два звонка, один из полиции Ньютона, и еще один от дежурного из офиса окружного прокурора. Возможно я путаю порядок звонков, телефон звонил непрерывно.

- Когда это было?

-Четверг, 12 Апреля 2007 г., примерно в 9 утра, сразу после того как тело было обнаружено.

- Почему позвонили именно вам?

Я был первый помощником. Мне сообщали обо всех убийствах в округе. Это была стандартная процедура

Но вы не ведете каждое дело, не так ли? Вы не расследуете лично каждое убийство?

-Конечно нет. У меня не было столько времени, я вел несколько дел. Остальные я передавал другим помощникам прокурора

Но это вы взяли на себя.

Да

Вы сразу решили оставить это дело за собой или приняли решение позднее?

Почти сразу

Почему? Почему, вам так нужно было это дело?

У меня было соглашение с окружным прокурором, Линн Канаван: определенные дело я беру под личный контроль

Какие именно дела?

Первоочередные.

Почему именно вы?

Я был главный обвинитель. Она хотела быть уверенной в том, что важные дела будут вестись как следует.

Кто решал первоочередное это дело или нет?

Прежде всего я. После консультации с прокурором, конечно, но обычно все происходит так быстро, что на встречи не остается времени.

Т.е. это было ваше решение, что убийство Рифкина было первоочередным?

Да, конечно.

Почему?

Потому что это было убийство ребенка. Я думаю мы все так же понимаем, что это привлекло внимание прессы
Это случилось в обеспеченном городе и жертва была из обеспеченной семьи. У нас уже было несколько дел подобных этому. И в самом начале мы точно не знали что произошло.Это выглядело как убийство в школе "Колумбайн". В общем, мы не знали еще что произошло. но выглядело это как большое дело.
Если бы позже это оказалось менее значимым делом - я бы передал ведение дела, но в те первые часы я должен был быть увереным, что все делается правильно.

Вы проинформировали прокурора, что в этом деле имеется столкновение интересов?

Нет

Почему нет?

Потому, что никакого конфликта не было.

Разве ваш сын Джейкоб не был одноклассником убитого мальчиа?

Да, но я лично не знал жертву. Джейкоб, насколько я знал, так же не знал его. Я даже не слышал никогда имени убитого мальчика.

Вы его не знали, это так. Но, разве вы не знали, что ваш сын был в том же классе, в тоже средней школе, в том же городе?

Да

И вы по-прежнему не считаете, что здесь есть конфликт интересов?
Вы не думаете, что ваша объективность, может быть под вопросом?

Нет, определенно, нет.

Даже сейчас, оглядываясь назад? Даже оглядываясь назад, вы настаиваете, что вы не видите ни малейшего конфликта интересов?

Нет, в этом не было ничего неправильного
Не был даже ничего необычного. Тот факт, что я живу в том же городе, где произошло убийство?
В небольшом округе, обвинитель часто живет ////
где произошло преступление, он знает людей вовлеченных в него. И что? Это влияет на его желание поймать убийцу? Никакого конфликта интересов здесь нет.
Послушайте, подводя черту можно сказать, что у меня конфликт со всеми убийцами. Это моя работа. Это ужасное, ужасное преступление и это моя обязанность сделать что-то с этим. Я был полон решимости сделать это.

Хорошо - Лоджудис опустил глаз к своим записям. Нет смысла давить на свидетеля на этом этапе.
Он вернется к этому позже, когда я буду утомлен. А сейчас лучше отступить.

Вы знаете о своем праве сохранять молчание?

Конечно.

И вы отказываетесь от этого права?

Это очевидно. Я здесь и я говорю

Хихиканье со стороны присяжных

Лоджудис отложил папку и на мгновение показалось, что вместе с папкой он отложил и свою стратегию. Мр. Барбер, Энди, могу я задать вам вопрос: почему бы не воспользоваться своим правом? Почему бы не сохранять молчание?
Конец предложения: "это то что на твоем месте сделал бы я" - Лоджудис не договорил

На мгновение я подумал, что это была уловка, игра. Но Лоджудис кажется действительно думал так. Он беспокоился, что я что-то замыслил. И не хотел остаться в дураках

Я сказал- "У меня нет желания сохранять молчание, я хочу, чтобы правда////////

Невзирая ни на что?

Я верю в систему, также как и ты и как ////////////

Это было не совсем так. Я не верил в судебную систему, по крайней мере я не думал, что это то место, где можно отыскать истину. И никто из юристов в нее не верит. Мы видим слишком много ошибок. Решение вынесенное присяжными это просто догадка. Конечно, все это с самыми благими намерениями///////////////////
Но, несмотря на все это я верил в ритуал, в символизм, в черные одежды, мраморные колонны суда, как в греческом храме. Судебный процесс это - месса. Мы молимся чтобы знать нам делать и обрести защиту и это того стоит. Неважно услышаны наши молитвы или нет

Лоджудис, конечно не купился на всю эту высокопарную чушь//////////////////////

-Так вы верите в систему, не так ли? - он хмыкнул - Ну, хорошо, Энди, пусть система сделает свою работу. Он бросил на жюри понимающий взгляд.

Ай, молодец, Нил. Не позволяй свидетелю спеться с присяжными. Сделай это первый. Прыгни к ним в постельку, свернись калачиком рядышком с ними и оставь свидетеля на холоде. Я усмехнулся. Если бы было позволенно я бы встал и зааплодировал, ведь это я научил ему этому. Почему бы не позволить себе немного отцовской гордости. В конце концов я не так уж плох, если сделал из Нила Лоджудиса неплохого юриста.

"Так давай уже приступим к делу" - сказал я, "уткнувшись жюри в шею"
Давай не будем ходить вокруг да около и продолжим, Нил//////////////////

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/36092/129001

Переводчики: Evangelina