Готовый перевод The Third World War: The Untold Story / Третья Мировая война: Нерассказанная история: Глава 10: Ирландия

ГЛАВА 10: ИРЛАНДИЯ

Под яростные вопли ИРА и г-на Пейсли, в начале 1980-х в ирландских делах наметились две или три реальные конструктивные тенденции. Объединение всего острова всегда оставалось заявленной республиканскими политиками целью. В этом они были едины с ИРА, однако в разной степени расходились во взглядах на то, что этого следовало добиваться силой. Ни один из них, однако, до доктора Гаррета Фицджеральда в 1981 году не сделал очевидного вывода, что если сила неприменима для включения Северной Ирландии в состав республики, то вместо нее следует прибегнуть к убеждениям. По крайней мере, он четко и однозначно указал на два главных препятствия для объединения: претензия, изложенная в республиканской конституции о том, что ее действие справедливо распространяется на весь остров и подчинение государства моральному и социальному диктату римско-католической церкви. Следовательно, это повлечет такие спорные последствия, как запрет разводов, абортов и контроля над рождаемостью. Эти два положения вызывали активные возражения протестантского населения против идеи более тесных отношения с Ирландией – опасение господства Дублина и Ватикана. Их устранение, несмотря на упорное сопротивление республиканских деревенщин, возможно, наконец дали надежду на диалог в будущем, в котором материальные интересы и реалии моровой политики могли играть большую роль, нежели племенная вражда.

Бурное кипение чувств Лоялистов с конца 1970-х годов косвенно подталкивало к тому же выводу британское общественное менине. ИРА потерпела неудачу в попытках изгнать британцев с острова террором. Однако Ольстрецы своими словесными нападками на Британское правительство, которое не желало идти на еще большие жертвы ради них, добились того, чего не смогли ИРА. Они посеяли на главном острове ощущение общего разочарования. Все чаще возника вопрос: нужно ли жертвовать британскими жизнями в попытках сохранения эксклюзивных прав неблагодарного протестантского сообщества, не менее фанатичного, чем его католические противники, а также государственные границы, которые по самой их природе невозможно контролировать, которые делали борьбу с терроризмом еще более трудной?

Эти общественные настроения дали британскому правительству больше свободы для маневра в проведении переговоров и исследований, которые проводились совместно с правительством Ирландской республики. Они были осторожно начаты в 1982-83 годах, чему очень способствовала поддержка со стороны президента США и стали основой для решения межгосударственных проблем в области торговли и энергетики, а также позволили предоставить реальные полномочия Англо-Ирландскому совету вместе в назначением членов парламентов стран в членами этого органа. Такие термины, как «федерация» севера и юга продолжили избегаться, однако присутствовали в мыслях участников. Конечная цель - конфедерация островов Северной Атлантики (название которой удачно складывалось в счастливый акроним ИОНА*) начала все отчетливее просматриваться на горизонте. Это было связано с осознанием того, что как только горечь Ольстерского конфликта могла была быть устранена или утихла, реальные общие интересы Великобритании и Ирландии могли бы, наконец, возобладать над враждебностью в прошлом и страны могли бы начать формировать устойчивую подсистему в рамках Европейского сообщества. У Бельгии и Нидерландов были свои исторические обиды, а их экономические интересы разнились гораздо больше, нежели у Великобритании и Ирландии, однако это не помешало им увидеть пользу для своих национальных интересов в создании Бенилюкса.

* Isles of the North Atlantic - Острова Северной Атлантики

У Великобритании и Ирландии были некоторые стартовые преимущества: они имели общую валюту, до того, как ее позволили неразумно разделить на Фунт и Пунт в 1978 году. Население обеих стран имело уникальную привилегию голосовать на выборах другой страны (это было не совсем взаимно до 1983 года) и уже давно ожидали решения органов ЕЭС о свободном передвижении, имея возможность перемещаться между обеими странами без паспорта. Основным требованием для преодоления психологического барьера на пути образования конфедерации с обеих сторон было прекратить пересыпать свои речи эмоциональными ссылками на Норманнское завоевание, Битву на реке Бойн, события 1916 года и так далее. Усиление гражданских беспорядков после того, как протестанты вышли на улицы в 1983 году, сделало многое, чтобы, в конце концов, дискредитировать эти побитые молью лозунги обеих сторон. Практические потребности обеих сторон в области обеспечения безопасности требовали от обеих стран, по взаимному согласию, все чаще игнорировать их существование. Когда воцарилось относительное спокойствие, масса людей крайне удивилась, но отнюдь не была разочарована тем, что некоторые зачатки конфедеративного союза реально появились на свет.

В этой истории было два случайных аспекта, предопределивших дальнейшее развитие событий. Во-первых, североатлантические острова, идущие к соглашению наподобие Бенилюкса. Это было обусловлено не только географией. Термин «североатлантический» являлся неумолимым отголоском того, как тридцать четыре года назад группа стран заключила договор, породивший союз под тем же названием - НАТО, выразив, таким образом, свою общую заинтересованность в борьбе с внешней угрозой. Эта группа вышла за пределы островов северной Атлантики, включив страны на континенте - Бельгию, ФРГ, Нидерланды, Норвегию, Португалию, Францию (которая сохранила связи с альянсом, даже когда в 1966 покинула его), Испанию (присоединившуюся позже), некоторые страны, не имевшие выхода к Атлантическому океану, но имевшие общие оборонительные интересы с теми, кто его имел (Греция, Италия, Турция) и, прежде всего, краеугольный камень всего Альянса - Соединенные Штаты Америки.

Необходимость восстановления внутренней безопасности стала теперь еще более актуальной, чтобы выразиться в конкретной форме общих интересов - в рамках Атлантического Сообщества - ИОНА. Не требовалось слишком развитого воображения, чтобы понять, что внешняя угроза может бурно произрастать из внутренних беспорядков. Действительно существовали основания полагать, что ирландские террористы получали поддержку от различных потенциально враждебных сил, в дополнение к той, которую получали от заблуждавшихся американских ирландцев.

Одно несвязанное обстоятельство также толкало события в том же направлении. Когда европейское сообщество, наконец, достигло договоренности по рыболовству, для ее исполнения возникла необходимость в морской экономической зоне Сообщества, распространяющейся на дальность 200 миль от берега. Предстоящий прием в Сообщество Испании и Португалии, с их инфраструктурой и опытом дальнего и глубоководного рыболовства усилил это требование. Одного взгляда на карту достаточно, чтобы понять, что очень большая область этой экономической зоны будет прилегать к побережью Ирландии, с территории которой будет наиболее легко осуществлять контроль за морскими и воздушными судами в ее пределах. Было совершенно ясно, что военных ресурсов Ирландии для этого будет совершенно недостаточно, и поэтому, с оглядкой на некоторые националистические опасения, стало необходимым признать, что морские и воздушные суда других стран Сообщества должны оказать помощь в контроле этой зоны и он должны дислоцироваться на территории Ирландии. Все это помогло сломать старое нежелание Ирландии вовлекаться в общие усилия по обороне. Расширение политического сотрудничества в рамках Европейского сообщества в областях от внешней политики до политики безопасности, начавшееся одновременно с британским председательством в сообществе в 1981 году, сделало привычным привлечение представителей Ирландии к обсуждениям вопросов, касающихся Атлантического Альянса и позволило им узнать то, что другие знали о наращивании советской военной мощи и все более опасной ситуации, связанной с советским оппортунизмом по отношению к остальному миру и углубившейся озабоченностью советских лидеров по поводу мятежных элементов в Восточной Европе.

Все это, казалось, почти незаметно подвело события к цели, давно желанной для западных служб стратегического планирования: признанию значения Ирландии, и не только для Запада, а также некоторым практическим следствиям такого признания. Для этого не требовалось даже формального союза. Было достаточно согласиться, чтобы силы дружественных стран, ведущие патрулирование морской экономической зоны, были уполномочены принимать те меры, которые считали необходимыми для защиты себя и береговых объектов от любой возможной угрозы. Если международная обстановка ухудшиться и риск военных действия станет большим, корабли рыбоохраны могут быть заменены противолодочными кораблями, которые в случае необходимости будут дополнены самолетами морской разведки.

С целью рассмотреть под несколько иным углом и в ирландском изложении то, как развивались события в последние несколько предвоенных лет, мы имеем честь перепечатать статью «Ирландское измерение», которая была опубликована в выходившем слишком недолго литературно-историческом журнале «Вексфордский пират», первое (и, фактически, последнее) издание которого вышло в июне 1986 года.

Из нее следовало, что в Ирландии самоочевидной, но в прошлом упорно отрицаемой вещью являлось то, что политика, предрассудки и религия представляли большую проблему. Политика нейтралитета являлась именно тем случаем. Ее бесперспективность давно была очевидна. Была только одна проблема - север - и ее разрешению мешали все три этих пункта, не позволявших Ирландии увидеть то, что было очевидным для всего мира.

После создания англо-ирландского Межправительственного совета в 1981 году, а также настойчивого, но дружественного вмешательство администрации США регулярные полуофициальные встречи премьер-министров Ирландии и Великобритании приобрели большее значение. Что еще более важно, эти встречи стали несколько более дружественными.

На одной из таких встреч в 1983 году, по сообщениям прессы, были затронуты два вопроса, которых каждый раз пытались избегать: о так называемых «Британских оккупационных силах» и «Возможности широкой конфедерации».

Лидеры обеих стран не нашли даже далеких точек соприкосновения. «Таймс» и «Гардиан» сообщали об этом следующим образом:

Премьер-министр Ирландии заявил, что британские солдаты в Ольстере, хотя было практически невозможно действовать с большим мужеством и тактом, были расценены как оккупационная армия даже умеренными католиками, которые должны были знать лучше. То есть подростки, швырявшие камни в британских солдат, полагая, что таким образом «выражают волю Ирландии» лишь усугубляли ситуацию и даже несчастья их отцов-католиков из среднего класса не могли их переубедить.

Задачей войск было предотвращение резни протестантов. Выполнение их задач было бы проще, если бы они не были британскими, так как старая враждебность католиков против этой страны продолжала тлеть. Раздуть пламя было слишком легко.

Согласно сообщениям, премьер-министр Великобритании горячо поддержала эту оценку. Однако миротворческие функции вряд ли могли быть переданы силам ООН по поддержанию мира. Прохождение индийских или нигерийских войск по Фаллс Роад породило бы больше проблем, чем могло решить, поэтому премьер приветствовала возможность передачи этой опасной, дорогой и неблагодарной задачи НАТО или ЕЭС или даже, через некоторое время, некоторым подразделениям армии Ирландии. Это было бы легче сделать, если бы Ирландия пошла на некоторое сближение с НАТО, и если бы НАТО смогла придти к выводу, что вмешательство в «борьбу всех свободных Ирландцев против вооружаемых советами и финансируемых коммунистами убийц», если не является ее задачей, то отвечает ее интересам.

Премьер Ирландии, как сообщается, заявил, что согласен с первым из этих пунктов и намеревается приложить усилия для его реализации.

Вскоре послеэтого было достигнуто соглашение, позволившее аккуратно обойти общественное отвращение по поводу официального союза Ирландии и Великобритании при помощи старых связей Ирландии с другим традиционным противником Великобритании - Францией. Двустроннее соглашение об обороне была заключено между Ирландской и Французской республиками при благосклонном огтношении НАТО. Соглашение предусматривало возможность размещения ирландских войск за рубежом под французским командованием в целях обеспечения взаимных оборонных интересов обеих стран. Сердца поэтов вновь слышали хлопки крыльев диких гусей в ночи. Призрак маршала Мак-Магона* радовался вместе с многими другими. Ирландские бригады вновь будут служить вместе с французами, как и триста лет назад.

* Мари Эдм Патрис Морис де Мак-Маго́н - французский военачальник и политический деятель, президент французской республики ирландского происхождения

Федеративная Республика Германия приветствовала размещение ирландского контингента на юге Германии при условии, что расходы на его размещение будет нести кто-то другой. Ирландия не могла себе такого позволить, и это было очевидно. Как и можно было ожидать, расходы взяли на себя Соединенные Штаты, и весной 1984 года Ирландская бригадная группа въехала в спешно возведенные, но устроенные казармы в окрестностях Трира, перейдя под командование II-го французского корпуса.

Бригадная группа состояла из штаба, трех мобильных батальонов, полка полевой артиллерии, зенитно-артиллерийского полка, разведывательного эскадрона, инженерной, артиллерийско-технической рот и роты снабжения. Все эти подразделения были удовлетворительно подготовлены. Ее командиром являлся перспективный молодой бригадный генерал, имевший значительный опыт миротворческих операций ООН, которого поддерживали специально подобранные офицеры штаба, многие из которых (например, начальник штаба) прошли подготовку преимущественно в британских военных учебных заведениях. Ибо, несмотря на дистанцию между двумя странами, которую правительство Ирландии чувствовало себя обязанным поддерживать, опираясь на глубоко укоренившуюся враждебность прошлых поколений и мнение ирландской диаспоры в США, устаревшую, но все еще процветавшую, ирландская оборона в довольно значительной степени опиралась на британскую поддержку, дарованную с ненавязчивым дружелюбием и которой оттого оно было вдвойне радо. Также была оказано должна поддержка Верховного Штаба ОВС НАТО в Европе, в виде предоставления скромному ирландскому контингенту штабной группы связи под началом французского генерал-майора, несмотря на то, что эта страна не была членом НАТО. Такое положение было понятно каждому, кто смотрел в лицо фактам взаимоотношений Ирландии с внешним миром, видя их такими, какими они были, а не такими, как хотелось, чтобы они были.

Несмотря на громогласные заявления о нейтралитете Ирландии в крупных конфликтах востока и запада, ее премьер-министр никогда не мог решать это единолично. Эймон де Валера как-то резко заявил, что защита всех британских островов будет едина. На рубеже 1970-х было совершенно очевидно, что единственным способом избежать участия Ирландии в мировой войне, учитывая географическое положение острова, было отбуксировать его в другое место.

Еще до публикаций в лондонском New Statesman в начале 1981 года о том, что важнейшие сооружения и промышленные объекты в Ирландии почти наверняка будут целью для ударов с обеих сторон, было совершенно ясно, что оно будет играть очень важную роль в войне между НАТО и странами Варшавского договора.

Использование Шеннона и портов на западном побережье страны имело жизненно важное значение для операций в Атлантическом океане. Аэродромы и морские порты Ирландии имели важное значение для функционирования «воздушного моста» для переброски подкреплений для Европейского фронта через Великобританию и Францию. Развертывание системы мобильных радаров и других средств наблюдения обеспечивали НАТО столь необходимую глубину противовоздушной обороны против советских ударов с западного направления, с моря и с воздуха.

Нужно было быть полным идиотом, чтобы думать, что если эти объекты не будут использованы по согласию, они будут взяты силой. В противном случае, они будут уничтожены, чтобы не позволить врагу их использовать. Сэр Джон Джунор, один из самых честных и откровенных обозревателей журналистики, посвященной этим островам, не скрывал этого: «В войне востока и запада, - заявил он в лондонской «Санди Экспресс» в июне 1983 года - Заявления Ирландии о своем нейтралитете будут значить не больше, чем фиговый листок в Антарктиде».

Что же касается второго вопроса, о будущем объединении составных частей британских островов, «Таймс» и «Гардиан» писали:

Премьер-министры сошлись во мнении, что идеальным конечным решением для Ирландии будет конфедерация или Федерация. В конечном итоге, возможно, это действительно приведет к образованию некоей конфедерации в составе всех Британских островов.

Глава Ирландии заявил, что пошел на большие политические риски, чтобы сделать это более достижимым. Конституция Ирландии была изменена таким образом, чтобы сделать ее светским, а не католическим государством. Вопрос о разводах, абортах, контрацепции и двойном гражданстве в провинциях, которые были препятствием на пути образования Ирландской конфедерации или федерации, теперь были сняты.

Не следовало ли Британскому премьер-министру со своей стороны пойти на определенные уступки? Он признавал, что она не могла официально давать никаких обещаний об изменении статуса Северной Ирландии, пока большинство ее населения на это не согласится. Но она могла был не принимать линию тех, кто возбуждал ненависть к северо-ирландсикм католикам, нарушая Британские же законы о расовой дискриминации? И не могли бы британские политические партии получить указания поддерживать умеренных кандидатов на парламентских выборах в Ольстере?

Если хотя бы в одном избирательном округе будет достигнут прорыв, и будет избран разумный человек, готовый к рассмотрению вопроса о создании конфедерации вместо привычно избираемых протестанстких фанатиков или бешеных республиканцев, люди, жаждущие мира, могли бы начать полуить надежду.

Британский премьер-министр в общем согласилась с мнением премьера Ирландии, однако заявила, что прямое вмешательство будет контрпродуктивным. Если бы она открыто поддержала любого кандидата на любых выборах, обе группы фанатиков в Северной Ирландии еще сильнее сплотились бы в поддержке самых экстремистских кандидатов.

Если когда-нибудь особные обстоятельства возникнут на каких-либо выборах, она использует возможность, чтобы попытаться убедить другие британские партии совместно с ней поддержать умеренных кандидатов. Она уже отвернулась от любой идеи коалиции с крайними Юнионистами в парламенте, однако Каллаган в своем кабинете и Фут из оппозиции развернули бурную деятельность по этому поводу. Также она заявила, что будет искать возможность сделать еще больше.

***
Возможность представилась в связи с взрывами на рождественских распродажах в 1983 и появлением самого неожиданного из всех ирландских народных героев – 24-х летнего Патрика МайБрайда.

В начале декабря 1983 года прогремел взрыв на распродаже на Оксфорд-стрит в Лондоне, убив восемьдесят три человека, в том числе магазинного Санта-Клауса и семнадцать детей-инвалидов, которые стояли в очереди, чтобы получить от него бесплатный подарок. Так называемая Ирландская Национальная Освободительная армия (ИНЛА), взявшая на себя ответственность за это чудовищное преступление, заявила, что это было оправданная атака на военную цель двойного назначения. В магазине находился бывший временно исполняющий обязанности командующего в Северной Ирландии, а также, как стало известно ИНЛА (ошибочно, как стало ясно позже), что санта-Клаусом был отставной полковой старшина Ирландской гвардии. Через два дня бомба взорвалась в торговом центре в Дублине, убив тридцать два человека. Протестантская военизированная группа под названием «Сражавшиеся на реке Бойн»* заявила, что лоялисты Ольстера должны нанести ответный удар в самое сердце католицизма. Еще несколько бомб взорвались в множестве католических и протестантских пабов Северной Ирландии и пяти отдельных сектантских школах с ужасающими последствиями.

* Это сражение 12 июля 1690 года закончилось поражением католиков-якобитов, в честь чего проводятся ежегодные шествия протестантов, вызывающие недовольство католического населения

Британский Особый Отдел был крайне заинтересован некоторыми необычными обстоятельствами взрывов на Оксфорд-стрит и в Дублине. Хотя в терактах в Белфасте применялись обычные кустарные бомбы, изготовленные на местных заводах, в Лондоне и Дублине были использованы устройства со сложными взрывателями. Слабость сети ирландских террористов в Лондоне позволили Особому отделу быстро задержать тех, кто заложил бомбу на Оксфорд-стрит, пролив свет на некоторые интересные особенности случившегося. Полиция Ирландии и Провинции осуществила рейды на штаб-квартиры нескольких крайних католических и юнионистских групп. Вечерние коммюнике объяснило, почему.

Материалы для бомбы на Оксфорд-стрит были получены исполнителями от «группы немецких студентов» которые, как стало в настоящее время известно, были членами восстановившейся банды «Баадер-Майнхоф»*. Материалы для Дублинской бомбы были схожи, однако, по-видимому, привезены из Италии группировкой до сих пор очень активных членов «Красных бригад». Рейды по экстремистским католическим и протестантским группам дали убедительные доказательства, что люди в каждом из штабов знали, что происходит, и задействовали немало денег, оружия и взрывчатых веществ из своих обычных источников, чтобы насладиться советской поддержкой. «Хотя большинство людей в каждой группе думали, что воюют друг с другом, - сообщалось в совместном коммюнике глав правительств Британии и Ирландии. – Эти безобразия были профинансированы и организованы силами, непосредственно связанными с Советским Союзом, явно в интересах тех, кто имели виды на Ирландию».

* Распространенное на западе название западногерманской террористической группировки «Фракция Красной армии»

Никто не мог с уверенностью сказать, какие католические или протестантские экстремисты были проплаченными предателями запада, а какие просто националистами с манией величия, но были достаточно сильные подозрения относительно двоих человек, попавших в это время в выпуски новостей. На парламентских выборах в маргинальном (для Северной Ирландии) округе Среднего Ольстера явными лидерами были экстремистская католичка и тощий, возмутительный протестантский демагог. До сих пор взгляды этих двоих злокачественных людей разделяли 90 процентов избирателей в Среднем Ольстере. Центристские партии (Умеренные католики, Нерелигиозный Альянс и т.д.) обычно выдвигали единого кандидата, но сейчас он редко получал в опросах более 10 процентов голосов. После убийства семнадцати детей-инвалидов, центристские партии рассчитывали, что они могли бы получить более 10 процентов голосов в среднем Ольстере при условии того, что им каким-то образом удастся найти правильного кандидата.

Он появился самым драматически образом в 4 часа дня в следующую субботу, с окровавленной повязкой на голове и тремя сломанными ребрами после того, как оказался повален посреди стадиона Туикенемской регбийной лиги. Каждый телезритель в Ирландии, северной или южной, приветствовал его на каждом шагу.

Сокращение любительского спорта и рост спонсорства привели к тому, что этой зимой состоялся первый чемпионат мира по регби с участием команд из всех четырех стран британских островов* и всех старых доминионов, а также Франции, Аргентины, США, Румынии и Нидерландов. Из верхней половины в финал вышли мощные «Олл Блэк» из Новой Зеландии, из нижней - неожиданно проявившая себя команда Ирландии, состоящая, как всегда, из игроков из всех частей острова, как северной, так и южной.

* Британия, Шотландия, Уэльс и Ирландия

В компенсированное время, всегда дававшееся во второй половине, Новая Зеландия вела со счетом 28:23 и продолжала свирепый напор на Ирландскую оборону. Ирландский нападающий, капитан и герой, забивший в этот день пятьдесят очков, добродушный рыжий гигант Патрик МакБрайд еще раз бросился за мячом. Он вышел из схватки* с разбитым в кровь лбом и шатаясь. Быстрая перевязка. «Ноги Ирландии» уходит с линии. Разрыв. Гарри Оуэн бросается вперед. Новозеландский защитник в своей 22-метровой зоне оставляет ирландских нападающих слева и бросается вправо, как оставшийся в одиночестве МакБрайд и ожидал. Нога новозеландца, мяч и торс МакБрайда оказались в одно и то же время в одном и том же месте под тошнотворный звук ломающихся ребер МакБрайда. Но мяч прижат к зеленой майке. МакБрайд обходит защитника и вприпрыжку, волоча правую ногу преодолевает последние 20 метров до линии, словно раненый заяц. Около двух миллионов телезрителей от Корка до Белфаста вскочили на ноги, когда он поднырнул (нет, на самом деле пролетел**) последние восемь метров до ворот. Гол зашатан, и Ирландия выигрывает кубок мира со счетом 29:28.

* Элемент игры в регби

** Небольшая группа зрителей в графстве Донегал утверждала, что видели, как МакБрайд действительно летел, спросили мнения приходского священника, не является ли это чудо поводом для его возможной канонизации, на что тот довольно верным образом послал их взобраться на Крох Патрик*** на коленях.

*** гора высотой 764 метров, расположенная на западе Ирландии

В многочисленных телеинтервью после этого, МакБрайд произнес слова, которые были необходимы стране, столкнувшейся одновременно с трагедией в торговом центре и триумфом на чемпионате мира. Как капитан победоносной команды, состоящей из игроков как с севера, так и юга острова, «которые на треть католики, на треть протестанты, на треть язычники, и все вместе - старые ирландские «зеленые», МакБрайд заявил, что ощущал североирландский национализм только один раз в году, когда собирал свою команду в Бэллимене, на ежегодный матч против команды Шона О'Дрисколла из Корка. После этого матча в Белфасте, они шли пить пиво в пабе брата Шона в Андерсонстауне, а не взрывать его. А что касается тех, кто взрывает школы во имя христианской религии, в любой ее форме, «или тех, что дает таким людям хоть немного голосов, симпатию или прибежище, или хоть как-то оправдывает убийц детей, будь те из АОО* или ИРА, или откуда-то еще, вся моя команда желает им оказаться на две, а лучше на три минуты в схватке с «Олл Блэк» (здесь игроки команды взрываются аплодисментами). А в схватку бы я назначил ... (здесь он называет трех самых жестких игроков турнира, в том числе австралийца, валлийца и африкандера, которые были выставлены против него самого). «В Ирландии поймут, что это означает», провозгласил МакБрайд, держа над головой кубок мира. «Это означает, что лучше не заниматься терактами».

* Ассоциация обороны Ольстера - запрещённая протестантская военизированная группировка Северной Ирландии

После терактов в том же месяце состоялись несколько особенно неприятных похорон, в том числе одни, которые ИРА объявило воинским захоронением тринадцатилетнего мальчишки, который являлся членом одной из их бригад. Родители мальчика заявили, что не хотели бы этого и пожелали, чтобы «антагонизм между нашими общинами был похоронен вместе с нашим бедным Майклом». Местный священник пригласил некоторых знаменитых членов протестантской общины, вероятно, чтобы это было пробой сил. Репортеры слетелись на это событие, словно шакалы.

Камеры запечатлели, как Пэт МакБрайд, все еще ходивший с тростью, посетил родителей вместе с другими членами победоносной национальной сборной, ради отца, который был связан с местным клубом регби. Словно из неоткуда на кладбище появились шестеро боевиков ИРА в масках, которые подняли автоматы и принялись салютовать, стреляя в воздух. Пэт МакБрайд подковылял к ближайшему боевику и ударил его палкой по рукам, заставив бросить винтовку, которая, как позже выяснилось, была заряжена только холостыми. Другие регбисты обезоружили и сорвали маски с пятерых оставшихся боевиков. Боевик с сорванной маской, извивавшийся в огромных руках МакБрайда был проведен перед телекамерами. Он был просто испуганным подростком. Затем МакБрайд мягко пнул его под зад, заявив «пошел отсюда со своей зверской манией». В телеинтервью после этого, МакБрайд заявил, что выступает не против «этих одержимых, но фактически безоружных детей». Он сказал, что самой отвратительной новостью для него стали выступления протестантских экстремистов, направленные против всех католиков на выборах в среднем Ольстере.

На следующий день МакБрайду было предложено выступить кандидатом от центристов на выборах в среднем Ольстере. Он согласился, заявив, что является сторонником «конфедерации». Во время его политической кампании его поддержали премьер-министр Великобритании и лидеры трех основных британских партий, а также трех главных партий Ирландии. Беспрецедентным образом он получил телеграмму с выражением поддержки от Модератора Церкви Шотландии, а в последний день - от Папы Римского.

Было бы прекрасной новостью, что МакБрайд выиграл эти выборы. Но поскольку это была Северная Ирландия, он занял второе место, уступив 2 процента протестантскому экстремисту и обогнав на 8 процентов католическую леди, которая встретила свое поражение довольно неплохим заявлением: «Если бы действовала пропорциональная избирательная система, или система переводного голоса, или второй тур для кандидатов, не набравших абсолютного большинства - все мои сторонники отдали бы голоса во втором туре за Пэта МакБрайда, потому что он протестант, которого мы уважаем. Тогда выборы выиграл бы человек, которого любит большинство избирателей, вместо этого Пэйзлиайта, которого ненавидят 63 процента из них».

Это было значительным достижением. Это было возвращением в 1973 год, к Ассамблее Ольстера, созданной после Саннингдейлского соглашения о разделе власти, избиваемой путем системы переводного голосования. Было решено, что новая и столь надолго задержавшаяся Ассамблея Северной Ирландии также будет избираться по данной системе.

В 1987 году опросы общественного мнения показали, что центристские партии Северной Ирландии (в том числе Конфедеративная Партия) имеют достаточно голосов в большинстве избирательных округов для второго голосования. Если это произойдет, почти все голоса будут отданы центристским партиям и появится реальная перспектива на всеобщих выборах в 1988 позволить Британии сорваться с крючка собственной декларации 1973 года о том, что не может быть никаких изменений конституционного статуса Северной Ирландии без согласия большинства ее жителей. Большинство избранных представителей, вероятно, будут голосовать за конфедеративный состав Ирландии.

Это был намного более мирный исход Ольстерского конфликта, чем представлялось возможным даже в конце 1982 года. Было не вполне характерным, что когда мир едва не скатился в пламя термоядерной войны, Ирландия начала устойчивое движение к окончательному примирению.

Теперь мы должны отложить вдумчивый и живой рассказ, к сожалению, более несуществующего «Пирата» и перейти к рассмотрению военных действий Ирландии во все усиливающемся взаимодействии с другими союзниками по НАТО, развернувшихся на воздухе и на море в августе 1985 года.

Следовало признать, что это было счастливым исходом постигших Ирландию несчастий, однако весной 1985 года это не было воспринято в Уайтхолее как определенный повод для ликования. Но на волне оптимизма было решено разрабатывать планы по наилучшему использованию военно-воздушных и морских баз, которые могли впоследствии стать для этого доступны.

Тем не менее, были и те, кто верил, что, как указывалось в письме в «Таймс-Гардиан» 28 декабря 1984 года, простое перерисовавшие границы таким образом, чтобы граница Ирландской Республики совпала с береговой линией острова Ирландия изменит ситуацию, в которой полмиллиона человек ощущают, что находятся в неправильной стране - по крайней мере удвоит количество ощущающих это.

С созданием Атлантического Альянса появилась возможность рассчитывать на использование военно-морских и военно-воздушных баз в Северной Ирландии, а также на готовность тамошнего населения поддерживать действия британских вооруженных сил, несмотря на существование республиканских настроений в некоторых частях католической общины. Эти базы имели жизненно важное значение. Прежде всего, без них было бы гораздо труднее защищать подходы к базе подводных лодок в Клайде. Именно в этих водах советские суда радиоэлектронной разведки, держась за пределами трехмильных территориальных вод Великобритании, настойчиво вели наблюдение за прибывающими и уходящими с базы британскими и американскими подводными лодками, в том числе носителями баллистических ракет. Также время от времени некоторые подводные лодки, опознанные как не принадлежащие силам НАТО, обнаруживались на подходах к Клайду. Во время международной напряженности или в случае начала войны, потребуются интенсивные операции с использованием баз в Северной Ирландии. Кроме того, и без того колоссальная нагрузка по обеспечению судоходства в Северной Атлантике еще больше увеличится в случае отказа от этих баз, особенно от аэродромов. Следовательно, Штаб Обороны настаивал, что любые соглашения по возможной объединенной Ирландии должны предполагать собрание возможности использования НАТО баз в Северной Ирландии по мере необходимости.

Что касается Ирландии, то она была идеальной позицией для командования Западных проходов и размещения сил, призванных защищать судоходство в восточной части Атлантического океана. Но ее военно-морские и военно-воздушные силы состояли из шести патрульных кораблей, из которых только два несли вертолеты и дюжины легких самолетов, при отсутствии военной инфраструктуры, способной обслуживать самые элементарные морские/воздушные операции. Не было никаких береговых радаров, не говоря уже о береговой артиллерии или ПВО. При этом не было никакого резерва подготовленных специалистов для оперативной работы, сетей связи, даже постов наблюдения. К счастью, в случае войны была возможность немедленного использования универсальных процедур управления воздушным движением, а также широкого диапазона вспомогательных служб международного аэропорта в Шенноне. Кроме того, были составлены планы включения всей территории Ирландии и ее территориальных вод в «расширенную наземно-морскую оборонительную зону» в рамках недавно созданного Объединенного союзного командования в зоне Западных проходов (JACWA). Его командующим был британец, со статусом, равным Верховным Союзным командующим в Европе и в Атлантике (оба американцы). Зона его ответственности включала район пролива Ла-Манш и часть восточной Атлантики, входившую в Британскую зону ПВО, а также все воды континентального шельфа.

После заключения специального франко-ирландского соглашения в 1983 году, министерство обороны в Париже стремилось добиться от Дублина разрешения на развертывание в случае необходимости одного или двух морских патрульных самолетов Аэронаваль (французская морская авиация) в Шенноне, чтобы обеспечить наблюдение за Атлантикой в мирное время. Предполагалось разместить там двухмоторные «Атлантикь Новелль Женерасьон» или ANG - надежный и функциональные самолеты последнего поколения, которыми были оснащены подразделения в Лонн-Бьюи в Бретани, получившие, следовательно, ограниченные противокорабельные возможности. Но по сравнению со своими четырехмоторными собратьями («Орионами» ВМС США и «Нимродами» КВВС) им просто не хватало дальности полета. Получив возможность действовать с баз на западе Ирландии, они могли быть шире использованы для решения многих задач мирного времени и, хотя это не было для Франции приоритетом, могли бы стать реальными «международными силами» в случае войны.

Ирландское согласие было дано при изящно поставленном условии предварительного уведомления (за исключением, конечно, чрезвычайных ситуаций) и установленной годовой квоты, которая не должна была превышаться. Франция с готовностью приняла эти условия, и ее система офицеров и подразделений связи связала ее с Ирландией, подобно тому, как уже несколько лет связывала ее с Соединенным Королевством.

Штаб советского ВИФ остро осознавал стратегическую важность Ирландии в любом потенциальном сражении в Атлантике. Советская политика была направлена на отказ Ирландии от военно-воздушных и морских баз НАТО, а также использование ирландских портов и танкерных терминалов в качестве перевалочного пункта. Было бы, конечно, слишком надеяться на то, что на ирландских базах смогут быть размещены советские войска, но в долгосрочной перспективе такую возможность нужно было иметь в виду.

Уже не «морской корреспондент «Таймс», а просто «наш корреспондент в Дублине» сообщал 12 декабря 1981 года: «рейсы русской компании «Аэрофлот» совершают регулярные пассажирские рейсы в Шеннон… В прошлом году, власти построили в аэропорту специальную заправочную станцию, позволяющую заправлять самолеты из России и других восточноевропейских стран. Русские танкеры напрямую доставляют топливо в Шеннон… Открытие русской службы «Аэрофлота» будет приветствоваться ИРА, которая получила последовательную моральную поддержку со стороны русских за свою террористическую кампанию в Северной Ирландии». Поэтому оперативный отдел штаба советского ВМФ с большим огорчением узнал о том, что Ирландия постепенно наращивает свое сотрудничество с НАТО. Но с увеличением численности советского военно-морского флота и его военно-воздушных сил, перспектива разрушения атлантического «воздушного моста» улучшилась, соответственно, нейтрализация Ирландии военным путем стала частью советских военных планов.

Эти планы, однако, еще не успели полностью созреть, когда советский авианосец «Киев» в сопровождении двух фрегатов класса «Кривак» зашел в Корк 27 июля 1985 года. Группа объявила, что проводит учебный поход к побережью западной Африки и Кубы. Она, конечно, была отслежена силами НАТО после выхода из Мурманска и при обычных условиях должна была быть отслеживаема и далее, после того, как она продолжила свой путь на юго-запад 2 августа. По разным причинам, однако, связь с группой «Киева» была потеряна в ночь на 3 августа.

Ранним утром 5 августа, JACWA получило искаженное и запоздалое сообщение о том, что в заливе Бантри горит огромный танкер. Он подорвался на мине. В тот же день поступил отчет о том, что ирландский патрульный корабль затонул около Корка, паром Фишгард - Росслар затонул около Вексфорда, а голландское каботажное судно потоплено на подходах к Дублину.

Только после войны стало известно, что во время захода в Корк советского авианосца и его эскорта, шесть подводных лодок (дизельных) класса «Фокстрот» провели полномасштабную операцию по постановке мин. Они поставили мины замедленного действия в Лох-Суилли, заливе Бантри, у Корка, Вексфорла, Дублина и Милфорд-Хейвена, на которых подорвались и затонули пять кораблей. Только Милтон-Хейвен был очищен от мин прежде, чем они смогли нанести ущерб. Нехватка тральщиков привела к тому, что JACWA издало директиву, закрывшую для судоходства большинство западных портов Великобритании на несколько дней, в самый критический момент. Только одна из советских лодок «Фокстрот», №132, была потоплена после того, как попыталась уйти через Северный пролив после постановки мин у Дублина. Ее шноркель был обнаружен радиолокатором, совсем недавно установленным на Малл Кентайр, а вертолеты «Си Кинг» из Прествика держали постоянный гидроакустический контакт с «Фокстротом» в тот момент, когда ранним утром 4 августа начались боевые действия против Советского Союза. Особенно приятным для вертолетной эскадрильи было то, что первая же атака новой торпедой «Стингрей» оказалась успешной.

Учитывая отличную связь, установленную в Шенноне между летчиками французской морской авиации и ирландской администрации аэропорта, прибытие туда четырех ANG через несколько часов после начала войны в Европе не вызвало много проблем. Как и прибытие, вскоре после этого, «Ориона» ВМС США. Этот самолет вел слежение за подводной лодкой, обнаруженной канадским фрегатом при помощи буксируемого сонара в 100 милях к югу от мыса Фарвель. Однако, к сожалению, из-за холода, самолет был отправлен в Шеннон, чтобы действовать под командованием Командующего Морской Авиацией в Восточной Атлантике.

Рано утром 5 августа, «Ориону» и двум ANG была поставлена задача, уведшая их далеко в атлантический океан. Среди множества пугающий новостей в тот день, эта не привлекло много внимания. Но породило множество слухов и спекуляций в центре связи и контрольной башне Шеннона. В 17.22 отчетливо слышимый французский голос раздался из громкоговорителей, диктуя международный сигнал бедствия: «Мэйдэй, Мэйдей, Мэйдей» - произнес он. «Это Сьерра Квебек Браво Чарли. Атакованы истребителями. Широта 55,12 северная, долгота…»

Здесь, как и везде в Европе, о начале войны было объявлено не драматической публичной речью, такой, как обращение Чемберлена к британскому народу сорок шесть лет назад, а быстрыми и резкими столкновениями.

В любом случае, ответ был быстр и однозначен. Сигнал «Мэйдэй» мог означать только одно: авианосец «Киев» действовал на западе, и должен был быть обнаружен и уничтожен прежде, чем сумеет нанести еще больше ущерба. Два оставшихся в Шенноне ANG и два «Нимрода» с базы КВС в Корнуолле были отправлены на его поиски в течение получаса. Как только ANG взлетели и направились на поиск, их экипажи заметили дым, поднимающийся от горящего нефтеперебатывающего завода и основных ангаров в Шенноне. Как они верно догадались, после удара ракет, выпущенных с нашедших себе цель советских «Бэкфайров».

Область поиска была очень велика, из-за того, что отсутствовала очень важная информация о долготе, однако вскоре западное торговое судно нарушило радиомолчание, сообщив о наблюдаемом или на горизонте самолете «Форджер»*, что резко сократило область поиска. С новыми данными, один из «Нимродов» на рассвете обнаружил «Киев» и корабли сопровождения на радаре.

* Як-38

В штаб-квартире JACWA оперативные офицеры, тем временем, уныло собирали свои скудные силы для атаки на вражескую авианосную группу. Специализированные противокорабельные «Бакэниров», пережившие налет на Мурманск, накануне были передислоцированы в Будё в Норвегии для защиты побережья от советских морских десантов. Только два или три таких самолета смогли бы действовать из Великобритании. В полете к авианосцу им потребуются заправщики и истребители сопровождения. Это вряд ли можно было назвать сбалансированными силами. Но помощь пришло неожиданно в виде четырнадцати «Торнадо» Маринефлиягер (Морская авиация ФРГ), которые прибыли на базу Кинлосс в Шотландии как раз в тот момент, когда оперативники ломали головы над проблемой. Эти силы были уведены с базы Нордхолз в Шлезвиг-Гольштейне под самым носом у наступающих Советов благодаря решительности своего командира Манфреда Штайнхофа.

К 09.00, после того, как французской министерство обороны получило согласие Ирландии на дозаправку самолетов Маринефлиягер в Шенноне, несмотря на полученные аэродромом повреждения, восемь «Торнадо» совершили посадку и были дозаправлены. Они поднялись в воздух через полчаса, встретившись с истребителями сопровождения «Торнадо» Королевских ВВС и прикрепленным к ним танкером ВК-10. «Орион» ВМС США к тому времени вел радарное слежение за «Киевом» и координировал атаку «Торнадо». Авианосец получил серьезные повреждения рулей. Также пострадали корабли сопровождения, когда самолеты ушли в вперед выдвинулась подводная лодка «Сплендид», чтобы добить поврежденные корабли. Три «Торнадо» были сбиты - один «Форджером» и два кораблями сопровождения*. Самолет Манфреда Штайнхофа на остатках топлива дотянул почти до побережья Ирландии, где он и его штурман были подобраны рыбацкой лодкой. Третья мировая война разразилась тридцать семь часов назад. Это был лишь один из множества эпизодов охватившей Европу большой войны.

* Самые тяжелые средства ПВО нес сам «Киев» - 4 ЗРК «Ураган» против четырех «Ос» СКР проекта 1135, предназначенных исключительно для самообороны

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/36126/129222

Переводчики: Zarevich