Готовый перевод Sylvain Reynard Gabriel's Inferno / Сильвиан Рейнард Инферно Габриэля: Глава 28

После ужина, Скотт ехал домой от друга. Когда он подъехал к дому он был потрясен, увидев две полицейские машины во дворе.

Сотрудник полиции Джейми Робертс брала показания у Джулии в гостиной, а полицейский Рон Куинн разговаривал с Габриэлем в столовой.

Ричард уже был допрошен.

"Кто-нибудь, объясните мне пожалуйста, почему у нас полицейские в доме? Что Габриэль на этот раз натворил?" Скотт стоял в кухне и смотрел на отца и сестру.

Арон подошел к холодильнику и вытащил Samuel Adams. Он открыл и протянул бутылку Скотту, который кивнул с благодарностью. "Саймон Тэлбот напал на Джулию".

Скотт почти выплюнул пиво. "Что? Она в порядке?"

"Он избил ее", сказала Рейчел. "И чуть не сломал ей лодыжку".

"Неужели он...", Скотт не мог заставить себя произнести это слово.

Рейчел покачала головой. "Я спросила ее. Может, мне не стоило спрашивать, но я спросила. И она сказала нет".

Все одновременно выдохнули облегченно.

Скотт ударил пивом о стол. "Ну, где же он? Пойдем, Арон. Кто-то должен преподать ему урок".

"Габриэль добрался до него первым. Рон сказал, что им пришлось отвезти Саймона в больницу, чтобы поставить его челюсть обратно. Габриэль изувечил ему все лицо".

Объяснял Арон.

Брови Скотта взлетели вверх. "Профессор? Зачем он это сделал? "

Арон и Рейчел обменялись понимающим взглядом.

"Я бы хотел навестить этого ублюдка". Скотт хрустел пальцами правой руки. "Просто, чтобы поговорить с ним".

Арон покачал головой. "Успокой себя. ты прокурор; он сын сенатора. Ты не можешь избить его. И кроме того, Габриэль закончил с ним.

Его возьмут под стражу, когда врачи закончат с ним".

"Ты все еще не объяснил почему ты запачкал свои чистые ручки для Джулии. Он почти не знает ее".

Рейчел наклонилась через кухонный стол к брату. "Они вместе".

Скотт моргнул. "Давай еще раз?"

"Я сказала: Они вместе".

"Черт возьми. Что, черт возьми, она делает с ним?"

Прежде чем кто-либо мог предложить гипотезу, Габриэль вошел в кухню.

Он посмотрел на встревоженные лица родных и нахмурился. "Где Джулианна?"

"Еще дает показания". Ричард улыбнулся своему старшему сыну и похлопал его по плечу. "Я очень горжусь тобой, за то, что ты сделал для Джулии.

Мы все благодарны, что ты прибыл вовремя".

Габриэль поджал губы и кивнул.

"Избиение Саймона Тэлбота принесет тебе медаль. Но общение с Джулией принесет тебе много проблем.

Ты не достаточно хорош для нее. Нет шансов". Скотт поставил свое пиво и затрещал костяшками пальцев снова.

Глаза Габриэль блеснули холодно на брата. "Моя личная жизнь не твое дело".

"Это сейчас. Какой профессор спит со своими студентками? У тебя, что мало проблем?"

Рейчел глубоко вздохнула и направилась к двери, подальше от надвигающейся драки.

Габриэль сжал кулаки и сделал шаг к своему огромному, но младшему брату.

"Скажешь о Джулианне еще хоть слово и мы перейдем от слов к делу".

"Ладно, вы, Каин и Авель, хватит этого. В нашей гостиной полицейские и вы пугаете свою сестру". Арон встал между мужчинами, положив руку на грудь Скотта.

"Джулия не та девушка, с которой можно поиграться и бросить. Она из тех девушек, на которых женятся", сказал Скотт через плечо Арона.

"Ты думаешь, я не знаю этого?" Сказал Габриэль, с явной враждебностью.

"Ты думаешь, ей было недостаточно одного придурка?"

Ричард поднял руку. "Скотт, этого достаточно".

Он посмотрел на отца с любопытством.

"Габриэль спас Джулию от преступника". Ричард кивнул.

Скотт смотрел на своего отца, как будто он только что сказал ему, что земля плоская.

И все, кроме него, уже знали это.

Рейчел подошла к ним, желая сменить тему. "Кстати, Габриэль, я не знала, что ты знаком с Джейми Робертс. Ты же ходил в школу с ней? "

"Да".

"Вы были друзьями?"

"Не уверен".

Все посмотрели на Габриэля, который развернулся и исчез.

Ричард подождал несколько минут, чтобы напряжение рассеялось, прежде чем заговорить с младшим сыном. "Я хотел бы поговорить с тобой, пожалуйста". Его голос был спокойным, но твердым.

Двое человек поднялись по лестнице на второй этаж и вошли в кабинет Ричарда. Он закрыл за ними дверь.

"Присаживайся". Он указал на стул перед его столом. "Я хочу поговорить о твоем отношении к брату".

Скотт сидел напротив отца и был готов к тому, что произойдет. Ричард приводил своих детей в кабинет исключительно для самого серьезного разговора.

Он показал на репродукцию картины Рембрандта "Возвращение блудного сына", которая висела ​​на одной из стен. "Ты помнишь притчу в основе этой картины?"

Скотт медленно кивнул. Он был взволнован.

* * *

Джулия сидела в постели прямо, хватая воздух ртом.

Это был только кошмар. Это был только кошмар. Уходи прочь.

Потребовалось мгновение, чтобы взять ее бешеное дыхание под контроль.

Она снова поняла, что была безопасности в гостевой комнате Кларков, а не под Саймоном на полу ее старой спальни, и смогла расслабиться.

В некоторой степени.

Она наклонилась и включила лампу. Свет развеял темноту в комнате, но не развеял ее темноту.

Она взяла стакан воды и обезболивающие таблетки, которые Габриэль оставил, когда укладывал ее в кровать нескольким часами ранее. Он обвился вокруг нее, полностью одетый, и держал до тех пор, пока она не заснула.

Но сейчас он ушел. Он нужен мне.

Больше, чем в таблетках от боли или свете, или воздухе, Джулия нуждалась в Габриэле, чтобы чувствовать его тело, обернутое вокруг нее, слышать его глубокий голос, шепчущий слова утешения.

Он был единственным человеком, который мог заставить ее забыть, что произошло. Ей нужно было прикоснуться к нему. Ей нужно было поцеловать его, чтобы избавится от кошмара.

Джулия приняла таблетки, чтобы успокоить боль в лодыжке. Она попрыгала на одной ноге в комнату Габриэля, чтобы успокоить боль в сердце.

Она старалась быть тихой, прислушиваясь к любом звукам, доносящихся из других комнат.

Когда она убедилась, что никто ее не заметил, она открыла дверь и вошла в комнату Габриэля.

Это заняло какое то время, чтобы привыкнуть к полутьме в комнате.

Он не зашторил окна и лежал на той стороне двуспальной кровати, где обычно спала она. Она удивилась, правильно ли вообще было говорить, что у нее была своя сторона кровати.

Она похромала к другой стороне, сдвинула одеяло и поставила одно колено на матрас.

"Джулианна", шепот Габриэля напугал ее.

Она закрыла рот рукой, чтобы не вскрикнуть.

"Стоп".

Она замерла. Когда она успокоилась, она опустила голову.

"Хм, извини. Я не хотела беспокоить тебя". Ей стало стыдно, она смахнула слезы и медленно повернулась, чтобы уйти.

"Это не то, что я имел в виду. Подожди".

Джулия смотрела на него, сбросившего одеяло и вставшего спиной к ней. Он был голый и свет звезд сквозь полумрак был рассеян по всей его спине.

Это была оптическая иллюзия, деликатные пятна света скользили по его спортивным формам. Она увидела его лопатки, позвоночник и мышцы нижней части спины, где натянулась кожа, когда он наклонился, чтобы найти пижамные штаны.

И, конечно, самый красивый зад и ноги...

Когда он надел штаны, он повернулся к ней, его блестяще скульптурные плечи и грудь казались совершенными в полумраке, татуировка дракона была едва заметна, но она там была, она знала.

"Теперь ты можешь смотреть на меня". Он усмехнулся. "Я думал. что заставлю тебя нервничать, если ты увидишь меня голым".

Джулия закатила глаза. Ей не нравилось, когда он смеялся над ней, но она видела его почти голым.

(Или, скорее, она на самом деле не видела его, но она поняла, что он имел в виду).

"Иди сюда", прошептал он, протягивая руку, и притянул ее так близко, что когда они откинулись назад, ее голова лежала на его груди.

"Я поставил будильник, чтобы проведать как ты. Он должен был прозвенеть через пятнадцать минут. Как нога?"

"Болит".

"Ты приняла таблетки, которые я оставил?"

"Да. Они еще не подействовали".

Габриэль осторожно подвинулся, взял ее руку и нежно прикоснулся своими губами к ее пальцам.

"Мой маленький воин." Он гладил ее волосы, касаясь кончиками пальцев ее локонов. "Ты не можешь уснуть?"

"Мне снились кошмары".

"Хочешь рассказать?"

"Нет"

Он прижал ее сильнее просто показать, что он слышал ее и что, если она передумала, он будет слушать.

"Ты меня поцелуешь?" Спросила она.

"Я думал, что после того, что случилось ты не захочешь, чтобы я прикасался к тебе".

Джулия наклонила голову и потянулась, чтобы поцелуем закончить их разговор.

Губы Габриэля были мягкими и нежными, едва двигались под ее губами. Он мог ощущать, что ее рот был по-прежнему чутким, и он молча проклял Саймона за то, что тот сделал.

Но Джулии было не до этого. Она хотела наслаждаться им, чтобы его огонь поглотил ее, она хотела, чтобы он был всем, что она могла чувствовать или думать.

Джулия открыла рот и языком провела по его нижней губе, наслаждаясь его сладостью. Она толкнула язык в его рот и они закружились в страсном, горячем поцелуе.

Пальцы Габриэля сжали ее волосы, осторожно потянув голову назад. Теперь его язык толкнул ее обратно, вводя его и лаская рот.

Джулия начала мурлыкать от истинного удовольствия его неторопливой любви.

В то время когда она целовала его, она забывала обо всем, был только он. Она отодвинула больную ногу подальше от него, а руками нашла его волосы и притянула его к себе крепче.

Габриэль застонал, но не остановился. Она почувствовала, как его тело напрягается напротив ее голых бедер.

Он провел правой рукой по ее шее вниз, зависнув у ее груди, а затем перешел к ее талии и бедрам. Ему нравилось, как майка Рейчел и короткие шорты, сидели на фигуре Джулианны, обтягивая ее изгибы и округлости, и оставляли голыми бледную кожу на плечах и груди.

Она была прекрасна, даже в темноте он мог видеть ее красоту. Теперь она лежала на спине, а он завис над ней, держа свой вес на руках.

Его колено было между ее ног и она охотно расставила их.

Она хотела большего. ей нужно было больше. Ее дыхание было быстрым, она крепче сжимала его волосы, притягивая его плотнее к своим губам.

Габриэль отвечал поглаживая ее грудь поверх ее майки, он заставлял ее хотеть большего, но сейчас его действий было не достаточно, чтобы удовлетворить ее желания.

Потом он немного отстранился с закрытыми глазами. И это был ее момент.

Даже не задумываясь, она схватила подол майки и попыталась снять ее.

Рука Габриэля остановила ее движения. Он прижал свои губы к ней и вскоре они дразнили друг друга своими языками, задыхаясь от теплого и влажного дыхания.

Джулия освободилась от руки Габриэля, когда он стал гладить ее бедра и прижиматься ближе к ней. Теперь, когда ее руки были снова свободны, ничто не мешало ей снять майку.

Она нашла край майки и стала тянуть, извиваясь под его обнаженным торсом..

Руки Габриэля вновь остановили ее. "Джулианна", его дыхание было прерывистым. "Ты... пожалуйста... остановись". Он немного качнулся и сел на колени рядом с ней, пытаясь отдышаться.

"Разве ты не хочешь?" Ее голос был мягким, невинным и это заставило сердце Габриэля сжаться.

Он покачал головой и закрыл глаза. Это был его ответ и он не мог иметь иное значение. Все слова, которые ей когда либо говорил Саймон стали звучать в ее ушах.

Ты глупая сука. Ты будешь паршивой любовницей. ты фригидная. Никакой другой парень не захочет тебя.

Джулия повернулась на бок и осторожно свесила ноги на пол. Она хотела выйти из его комнаты, прежде чем рыдания вырвутся из ее горла.

Но прежде чем она успела перенести вес на ноги, две сильные руки обхватили ее и она оказалась в ловушке.

Габриэль положил ноги по обе стороны от нее, так что их голые ноги болтались у пола, а ее спина прижималась к его груди.

Она спиной чувствовала его быстрое сердцебиение и тяжелое дыхание.

"Не уходи", прошептал он, слегка коснувшись губами ее уха. Он наклонился вперед, чтобы поцеловать ее шею и уткнуться носом в нее.

Джулия всхлипнула.

"Я не хотел тебя расстраивать. Тебе больно? "Когда она не ответила, он поцеловал ее в ухо и сжал еще крепче.

"Не физически", ей удалось произнести, подавив рыдания.

"Тогда скажи мне," прошептал он. "Скажи мне, где тебе больно".

Джулия вскинула руки в отчаянии. "Ты сказал, что хочешь меня, но когда я наконец набралась смелости, ты отвергаешь меня!"

Габриэль резко, со свистом вдохнул воздух.

Она чувствовала, как его руки застыли на ней. И движение внизу у ее поясницы.

"Поверь мне, Джулианна, я не отвергаю тебя. Конечно, я хочу тебя.

Ты самая красивая. Самая милая".

Габриэль наклонился, чтобы поцеловать ее щеку. "Мы говорили об этом. Наше время придет. Ты действительно хочешь, чтобы наш первый раз был сегодня?"

Джулия колебалась, но другого ответа ему и не нужно было.

"Даже если бы ты готова, дорогая, я бы не стал заниматься с тобой любовью сегодня.

У тебя травма и тебе будет сложно еще некоторое время.

Мне нужно убедиться, что ты полностью выздоровела, прежде чем мы начнем исследовать... различные позиции".

Она слышала, как его улыбка окрасила его слова. Он пытался рассмешить ее.

"Но самое главное это". Он сдвинулся так, чтобы увидеть большую отметину от укуса и провести по ней пальцем.

Она вздрогнула от его прикосновения, и пламя гнева вспыхнула в нем.

Он вдохнул и выдохнул несколько раз, чтобы удержать свои эмоции под контролем, а затем стал покрывать шею, вблизи метки нежными поцелуями, пока она облегченно не выдохнула и положила голову ему на плечо.

"Ты еще в шоке от произошедшего. И я был бы паршивым любовником, если бы воспользовался твоей уязвимостью. Не так ли?"

Джулия задумалась и медленно кивнула.

"Сегодня с тобой случились страшные вещи, конечно, ты хочешь чувствовать себя в безопасности. Это не преступление, Джулианна. И я хочу помочь тебе, любовь моя.

Есть много других способов. Тебе не нужно снимать одежду, чтобы привлечь мое внимание.

Ты не должна заниматься любовью со мной, только для того, чтобы почувствовать себя желанной".

"Как?" Она шептала.

"Вот так". Габриэль поцеловал ее в шею и положил ее на спину.

Он лежал на боку рядом с ней, опираясь на локоть и глядя в ее большие, грустные глаза. Он с нежностью погладил ее распущенные волосы.

Он гладил ее лицо, чтобы смахнуть слезы. Проводил линии ее подбородка, скул, бровей. Потом гладил ее шею и ключицу.

Она ахнула, когда его пальцы провели линию между ее грудей, вниз к животу, вырисовывая узоры на ее голой коже.

Он положил ладонь на ее живот и наклонился, чтобы поцеловать вершины ее грудей.

Когда он закончил, ее глаза были закрыты. "Дорогая?"

Ее веки распахнулись.

"В этой постели, есть только мы. Ты и я. И это все, что имеет значение". Он провел рукой по ее талии и скользнул вниз к ее бедру.

"Если ты хочешь вернуться в свою комнату, я провожу тебя. Если ты хочешь спать одна - пожалуйста. Просто скажи чего ты хочешь и если это в моей власти я дам тебе это. Но, пожалуйста, дорогая, не проси меня принять твою девственность. Не сегодня".

Она осмыслила, что он сказал и сглотнула шумно. "Я хочу остаться здесь. Я плохо сплю без тебя".

"Я вообще почти не сплю без тебя. Я рад, что это чувство взаимно". Он поцеловал ее в губы и начал медленно гладить ее бедра. "Ты знаешь, что я забучусь о тебе, не так ли?"

Она кивнула и погладила его грудь, когда он наклонился, чтобы поцеловать ее шею, там где не было красных пятен.

"Я сожалею, что сделал это". Габриэль очертил круг отметки, сделанной днем раньше.

Джулия посмотрела в его виноватые глаза. "Нет, Габриэль. Это было по-другому".

"Мне нужно быть более осторожным с тобой".

Она вздохнула. "Ты очень осторожен со мной".

"Перевернись, дорогая".

В ее глазах был вопрос, но она перевернулась на живот и повернула голову, чтобы видеть его, доверяясь ему полностью.

Он сидел на коленях рядом и нежно откинул ее волосы в сторону. "Просто расслабься.

Я хочу, чтобы ты почувствовала себя прекрасной".

Он начал медленно массировать ее обеими руками, исследуя каждый дюйм ее тела от головы до пят. Затем он перешел к ступням, уделяя особое внимание ее пяткам.

Она тихо застонала.

Габриэль усмехнулся. "Ты помнишь, как осталась со мной после того катастрофического семинара?"

Джулия кивнула, закусив губу.

Его брови нахмурились. "Ты была очень подозрительной. Конечно, ты была права, но я уже тогда решил, что я...

Ты в безопасности со мной, любовь моя. Я обещаю".

Когда Габриэль закончил массировать ее ноги, он вернулся к ее телу, исследуя губами те места, где только что побывали его руки, лаская, целуя и покусывая.

Джулия посмотрела в его глаза и увидела в них глубокую привязанность и когда он лег рядом, она поцеловала его.

"Спасибо, Габриэль", выдохнула она.

Он удовлетворенно улыбнулся, запуская пальцы в ее длинные волосы.

Именно сейчас находясь в мире и безопасности, Джулия поняла, что настало ее время. Они уже договорились, что раскроют все секреты, прежде чем оголить свои тела.

И она устала хранить секреты. Его секреты.

Габриэль уже поделился частью своего прошлого с нею. Почему она утаивает от него свое? Мучительно будет говорить об этом вслух, но возможно еще больнее оставлять между ними что-то невыясненное.

Она глубоко вздохнула и начала говорить с закрытыми глазами.

"Я познакомилась с ним на вечеринке еще на первом курсе ..." Она прочистила горло несколько раз и продолжала шепотом.

"Он поступил в университет в Пенсильвании. Я уже тогда слышала о его отце, но не из-за этого он заинтересовал меня. Мне он понравился, потому что был забавным и хорошим, нам было весело вместе".

В то первое Рождество, он появился в моем доме, чтобы удивить меня. Он знал, что мне нравились итальянские вещи, и купил мне красный Vespa цвета карамелизированного яблока. Он назвал его Красная Джулия.”

Габриэль поднял брови.

"Конечно, моя любовь ко всему итальянскому пришла от тебя. Но я потеряла всякую надежду увидеть тебя снова. Я думала, что безразлична тебе и поэтому я решила двигаться дальше.

Его родители одобряли наши отношения и нас вместе часто приглашали в Вашингтон и на политические события в Филадельфии.

Мы встречались несколько месяцев больше как друзья, и тогда он сказал мне, что хочет большего. Я согласилась.

Все начало меняться после этого. Он хотел все больше и больше, он стал требовательным". Щеки Джулии вспыхнули в темноте.

Габриэль почувствовал, как запылала ее кожа, и он начал слегка массировать ее плечи.

"Он сказал, что имеет право на секс, как мой парень. Когда я сказала, что не готова, он назвал меня фригидной. Это просто укрепило мою решимость ждать.

Я действительно не ждала тебя, определенно, но я не хотела чтобы на меня оказывали давление. Я знаю что это звучит по-детски.”

“Джулианна, это далеко не детский вопрос для решения, с кем ты будешь или не будешь спать.”

Она деликатно улыбнулась ему. “Чем больше он давил, тем больше я пыталась найти другой способ, чтобы остаться с ним. Он был чрезвычайно ревнивым.

Он не любил проводить время с Рейчел, вероятно, потому что она не любила его. Я делала все, чтобы избежать конфликта с ним. И, гм, он не всегда был приятным".

Она сделала паузу, пытаясь понять, как рассказать о том, что произошло дальше.

"Он ударил тебя?" Габриэль заставил себя говорить спокойно.

"Не совсем".

"Это не ответ, Джулианна. Он ударил тебя? "

Она почувствовала, как тело Габриэля начало дрожать от гнева. Она не собиралась лгать ему, но она беспокоилась о том, что он скажет, когда узнает правду.

Поэтому она выбирала следующие слова очень тщательно. "Он толкнул меня несколько раз. Натали однажды пришлось оттаскивать его".

"Ты понимаешь, что он уже тогда нападал на тебя".

Когда Джулия стала избегать его взгляда, он продолжил. "Я хочу вернуться к этому. Только в другой раз".

"Честно говоря, то, что он сказал мне, было гораздо хуже, чем все, что он когда-либо делал." Она тихо засмеялась.

"Иногда он относился ко мне лучше чем моя мама. Но были такие время, что я хотела, чтобы он лучше ударил меня.

Я бы стерпела его удар и это были бы считанные секунды. это было лучше чем слушать, что я холодная и никчемная снова и снова".

Она вздрогнула. "По крайней мере, если бы он ударил меня, я бы сказала отцу. Я могла бы показать ему синяк и он бы поверил мне".

У Габриэля вызвал отвращение прием Джулии, который только увеличил его гнев против Саймона и ее отца. Несмотря на упорное молчание с его стороны, она почти чувствовала, как крутятся мысли в его голове.

"Я никогда не чувствовала себя достойной его. И он, конечно, соглашался.

Так как я не собиралась спать с ним, он потребовал – гм, другие вещи. Но у меня это не очень хорошо получалось. Он сказал, что если это является каким-либо признаком того, на что я буду похожа в постели, то я буду паршивой любовницей.”

Она снова засмеялась, нервно играя с волосами. "Я не собиралась говорить тебе об этом, но я думаю, ты имеешь право знать, прежде чем я разочарую тебя.

Вдобавок к этому, я фригидная, почему ты хочешь быть со мной, если я даже не могу понравиться мужчине другими способами?”

Габриэль легкомысленно позволил себе ряд ругательств, от которых могли бы встать дыбом волосы у обычного человека.

Джулия сидела тихо, только ее нос слегка дергался, как у мышки или кролика.

"Джулианна, посмотри на меня." Он положил руку на ее щеку, ожидая, пока их глаза встретятся. "Все, что он сказал тебе, это ложь. Ты должна верить мне, когда я тебе это говорю. Он говорил так, чтобы контролировать тебя.

"Конечно, я хочу тебя. Посмотри на себя! Ты красивая и горячая, и умная.

Ты всепрощающая и добрая. Ты не понимаешь, но вызываешь эти чувства и во мне. Ты заставляешь меня быть добрым и нежным.

И когда мы займемся любовью, я буду с тобой таким же".

Он откашлялся, поскольку его голос стал хриплым. “Кто-нибудь, такой же щедрый и страстный как ты, никогда не может быть ужасным в сексуальном отношении. Ты просто нуждаешься в ком-то, кто даст тебе почувствовать себя достаточно безопасно и поможет выразить себя.

А когда появляется тигр, он не имеет права видеть эту сторону тебя, и ты была права, не показывая этого ему. Но мы разные. Вчера вечером в музее, еще сегодня вечером, я видел твою страсть.

Я чувствовал ее. И это захватывает дух. Ты захватываешь дух".

Джулия посмотрела в его серьезные глаза с молчаливым удивлением.

"Ты сказала, что веришь в искупление", прошептал он. "Так докажи это. Прости себя за то, что тебе стыдно и позволь себе быть счастливой.

Джулианна, ведь это все, что я желаю для тебя. Я хочу, чтобы ты была счастлива".

Она улыбнулась и поцеловала его, наслаждаясь на мгновение его прикосновением и его словами. Через некоторое время, она отступила, зная, что худшее из ее истории было еще не рассказано.

"Я хотела поехать по программе за границу, но он был против этого.

Так что я сделала все это за его спиной, и я не говорила ему до начала лета. Он был в ярости, когда я сказала ему, но мне, показалось, он успокоился.

"В то время я была в Италии, он написал мне по электронной почте и отправил фотографии. Он сказал, что любит меня". Она с трудом сглотнула. "Никто никогда не любил меня прежде".

Она сделала глубокий вдох. "Я не приехала домой на Рождество и на лето, потому что я брала дополнительные курсы и немного путешествовала.

Когда я вернулась в конце августа, Рейчел взяла меня за покупками, отпраздновать возвращение.

Грейс дала ей немного денег и они вместе купили мне очень красивое платье и туфли Prada".

Она покраснела.

"Гм, ты видел эти туфли раньше. Я надела их на наше первое...мм, когда ты взял меня на стейк".

Он пробежал пальцами по изгибу ее щеки. "Все в порядке, Джулианна, ты можешь назвать это нашим первым свиданием. Вот что я думаю об этом. Хотя я был ослом ".

Она сделала еще один глубокий вдох. "Он строил планы, чтобы отпраздновать мой день рождения.

Рейчел настояла на помощи мне с подготовкой у нее дома, а потом я должна была поехать в Ritz Carlton на встречу с ним. Но я забыла свой фотоаппарат, поэтому мне пришлось сначала заехать в общежитие".

Сейчас Джулия задрожала. Каждый мускул, каждая клеточка ее дрожала, как будто она замерзла.

Габриэль прижал ее крепче. "Ты не должна рассказывать мне больше.

Я услышал достаточно".

"Нет". Ее голос дрожал. "Я должна рассказать. Даже Рейчел не знает всего". Она несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула.

"Я открыла дверь, в комнате было темно, горела только лампа на столике соседки по комнате.

И было включено стерео Натали. Звучала "Closer", Nine Inch Nails. Глупо, но я подумала, что она забыла выключить стерео. Я собиралась выключить его, но когда я сделала еще шаг, то увидела их".

Джулия сидела спокойно, как статуя.

Габриэль ждал.

"Саймон был с чертовой Натали в моей кровати. Я была так потрясена, что не могла двигаться. Сначала я подумала, что этого не может быть. Но это были они. И..."

Теперь ее голос упал до шепота. "Она была моей соседкой по комнате, так как мы были первокурсниками. Мы были друзьями в школе. Я стояла, уставившись на них, и выглядела как идиотка.

А он посмотрел на меня, засмеялся и сказал, что они трахаются с приятелями со второго курса. Я просто стояла там, потому что действительно не могла понять, что он говорил.

Натали подошла ко мне, голая и ​​сказала, что я должна присоединиться к ним ".

Джулия быстро закрыла рот, но было слишком поздно. Она произнесла эти слова. Она сказала их вслух. И все те страдания и ужасы, что она чувствовала в тот день, захлестнули ее снова.

Она передвинулась на коленях и прижалась щекой к груди Габриэля. Но она не плакала.

Габриэль держал ее крепко, целуя в макушку. Я должен был убить его, когда у меня был шанс.

Он молча порадовался, что не знал этого раньше. Он бы убил Саймона, и в этом Габриэль не сомневался. Он Angelfucker. Он собирался переспать с моей Джулианной, как с каким то животным.

И сначала он решил попрактиковаться на ее соседке по комнате.

Они сидели молча, обнимаясь, пока Джулия пыталась избавиться от стыда, а Габриэль пытался не думать об убийстве Саймона.

Когда он почувствовал, что ее сердце успокоилось, он начал шептать. Он говорил ей, как сильно беспокоится о ней и что она будет в безопасности с ним. Затем он тихо попросил немного поговорить с ней.

Она кивнула.

"Джулия, мне жаль, что это случилось с тобой". Он покачал головой. "Мне очень жаль, что ты не росла в доме с мужчиной и женщиной, которые любили друг друга. Мне повезло больше.

"Ты знаешь, каждый раз когда Ричард с Грейс касались друг друга, они улыбались. Я никогда не слышал, как он повышает голос на нее. Я никогда не слышал, что она грубо разговаривает или делает подлости.

Они были идеальной парой. И мне неудобно думать об этом, но я думаю, что они были очень страстные в постели.

“Когда я говорил с Ричардом о пресловутых птичках и пчелках, он процитировал строчку из Книги общих молитв, клятву, которую он дал Грейс во время их свадебной церемонии: ‘С этим кольцом я на тебе женюсь, моим телом я тебя вероисповедаю, и со всеми моими мирскими благами я тебя обеспечиваю.’”

"Я слышала это раньше. Это красиво".

“Красиво, не так ли? И в контексте моего довольно неловкого разговора с Ричардом, он указал, что эта клятва - заявление, что муж будет заниматься любовью со своей женой, а не только использовать ее для секса.

Он говорил, что занятия любовью это акт поклонения. Что муж боготворит жену и ее тело, и своей любовью он доводит ее до экстаза".

Габриэль откашлялся, его голос был теперь хриплым.“Я думаю, что можно с уверенностью сказать, что то, что ты испытала с этим парнем, было хищно и отвратительно.

Я знаю, что ты видела подобные вещи, когда росла в Сент-Луисе, вещи, которые никогда не должна видеть маленькая девочка. Возможно, что ты думала, что такими и должны быть половые сношения – и возможно ты думала, что все мужчины похожи на него – злонамеренные хищники, которые используют и злоупотребляют.

"У Ричарда описание занятий любовью было совершенно иным.

Он сказал, что это не менее страстно, чем другие удовольствия, потому что обеспечивает свободу и принятие, чтобы исследовать желания во всех их различных формах, отчаянные ли они и страстные, или медленные и нежные.

Дело в том, что основой, которая поддерживает этот процесс, является взаимоуважение и дарение – не взятие или использование.”

Габриэль поднес свои губы к ее уху. "Я был далек от образа жизни Ричарда, но я всегда хотел, чтобы у меня было, как у них с Грейс.

Когда я говорил тебе, что намереваюсь поклоняться тебе телом, я имел в виду это. Всем своим сердцем. Я никогда не буду отнимать у тебя. Только давать. В моей постели и за ее пределами.”

Джулия улыбнулась ему на груди.

"Ты и я, мы оба начнем все сначала, все будет по-другому".

Она потянулась, нежно поцеловала его в губы и прошептала слова благодарности.

Его слова утешали ее. Это не заменит ее боль и не сотрет воспоминания, но это было облегчением для нее.

По правде, одной из вещей, которых она наиболее стыдилась, было позволять себе рассматривать себя так ужасно. Вот почему она держала это в секрете. Вот почему она боялась открыться.

"Сейчас я чувствую себя еще большей задницей, из-за того, что шутил с тобой о Nine Inch Nails, когда мы были в Lobby. Неудивительно, что ты была так расстроена, когда я упомянул эту песню".

Джулия слегка кивнула.

"Как только я вернусь в Торонто, я собираюсь удалить эту станцию на моем радио. Я больше не буду ее слушать". Он прочистил горло.

"Любимая, ты не должна говорить, если не хочешь.

Но мне интересно, что ты сказала своему отцу. И я должен извиниться за ссору в больнице. Я сказал ему то, чего не должен был говорить".

Она посмотрела на него с любопытством.

"Я сказал ему, что он не должен был отправлять тебя жить с матерью.

И то, что его работа как отца защищать тебя, и он с ней не справился".

Джулия была удивлена. Никто, никогда, даже Рейчел и Грейс не упрекали отца. Никто. Удивление расплылось по ее хорошенькому личику.

"Ты не сердишься на меня?" удивился он.

"Я не могу сердиться. Спасибо, Габриэль, что заступился за меня. Никто никогда прежде не делал для меня такого".

Она взяла его руки и поцеловала слегка опухшие суставы там, где кожа потрескалась.

Его боевые раны она любила так же, как его красивые глаза.

"Я не говорила своему отцу всего. Только то, что поймала его с Натали и что я не могу жить с ней больше.

Это могло создать проблемы, так как мой отец встречался с ее мамой. Но он никогда ничего не рассказывал о ней.

"Как благородно с его стороны", сказал Габриэль с сарказмом.

"Я провела несколько дней в Селинсгроуве пытаясь успокоиться. Он перевел меня из общежития в небольшую квартиру.

Ты бы посмеялся над ней, Габриэль. Она была еще меньше, чем та в которой я живу сейчас".

"Я бы не стал смеяться." Он произнес это с грустью.

"Ты бы ненавидел ее еще больше, чем ненавидишь мою нынешнюю квартиру".

"Джулианна, у меня нет ненависти к твоей квартире. Как я уже говорил, я ненавижу тот факт, что ты вынуждена жить там. Что произошло дальше, после того как ты вернулась в школу? "

"Я затаилась. Они стали парой после этого, и я боялась встретить их, поэтому избегала тех мест, где мы могли бы встретиться.

Я вернулась, стала работать над моим итальянским и подавать заявки в аспирантуру, я оставалась дома. Я как бы...исчезла".

"Рейчел говорила что-то в этом роде".

"Я была плохой подругой для Рейчел. После той ночи я перестала брать трубку. Я даже не ответила Грейс, когда она написала мне такое прекрасное письмо.

Я отправляла всем открытки на Рождество, я была унижена и не могла объяснить, что произошло. Рейчел знает, что я застала их вместе, только потому что Натали в конце концов рассказала ей.

Но она не знает, как ужасно это было. И я не хочу, чтобы она знала".

"Все, что ты говоришь мне, это строго между нами".

"Я не хотела признаваться себе, что была настолько глупа, оказавшись в этой ситуации.

То, что я верила ему так долго. То, что я была слепа к тому, что они были вместе. Я хотела, чтобы это было не со мной".

Она посмотрела на Габриэля, его глаза были удивительно понимающими.

"Пожалуйста, не говори, что ты глупая. Это останется на их совести, то как они поступили с тобой.

Они злодеи в этой истории, а не ты". Он несколько раз поцеловал ее в лоб и уткнулся в ее длинные волосы. "Я думаю, тебе нужно немного поспать, дорогая.

Это был долгий день и мы очень хотим, чтобы ты вылечилась".

"Никто из твоей семьи не будет против, если они узнают что мы здесь вместе?"

"Они поняли, что мы пара. И по большей части, я думаю, они одобряют".

"По большей части?"

Габриэль вздохнул. "Ричард не возражает против нас, но он имеет консервативные взгляды на секс.

Так что, хотя я и пообещал, что мы не будем делать это под его крышей, но он все-таки предпочел, чтобы мы спали в отдельных комнатах.

Хотя я уверен, что он закроет глаза на это из-за того, что с тобой случилось".

"А как же Рейчел и Арон? Они спят в одной комнате".

"Ричард не одобряет этого, но в его сознании они почти муж и жена. Рейчел всегда поддерживала меня и я думаю, что она поддержит и нас".

"А как насчет Скотта?"

"Скотт защищает тебя и он знает, что я был бабником, так что..."

"Ты не бабник. Ты был просто одинок".

Он нежно поцеловал ее. "Это благородно с твоей стороны, но мы оба знаем, что это неправда".

Они легли, Джулия положила голову ему на грудь и стала водить пальцами по его груди.

Она мурлыкала, когда думала о его словах, о том, как он будет заботиться о ней и поклоняться. Эти слова были, пожалуй, самыми важными словами, которые она когда-либо слышала.

Она нерешительно провела пальцами по его груди, обводя татуировку.

Рука Габриэля быстро накрыла ладонью ее руку. "Нет", выдохнул он, отводя ее руку.

"Извини. Что такое МАЙЯ?"

Джулия слышала, как он глубоко дышал. "Я не хотела. Но мы делились тайнами. Я думала..."

Габриэль начал тереть глаза свободной рукой. "Майя это имя." Его голос стал грубым.

"Ты любил ее?"

"Конечно, я любил ее".

"Вы долго были вместе?"

Он откашлялся. "Это было не так".

Джулия крепко обняла его и закрыла глаза.

Но Габриэль лежал без сна, глядя в потолок в течение очень долгого времени.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/36317/142984

Переводчики: Natalifi, olgaars, victoria_vn